Текст книги "Алхимик. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Роман Романович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 71 (всего у книги 154 страниц)

– А что касается долгоиграющих планов… Я много думал и, если честно, мне не хватило опыта, чтобы придумать, зачем городить что-то настолько сложное, чтобы… Да я даже не знаю, что можно сделать такого, что нельзя более простыми методами.

– Спасибо за честность, – кивнул мужчина, – Но ты общаешься с моей дочерью и это меня беспокоит.

А вот сейчас промелькнула угроза. Интересно, это я проницательностью где-то обзавёлся или князь так мастерски владеет интонацией, что в моей голове рождаются верные мысли? Его слова я воспринял так: не смотря на всю мою опасность, если дойдёт до конфликта или если я как-то затрону наследников, то меня ничего не спасёт.

Самое интересное, что я уверен – князь завёл этот разговор не потому что опасается, а потому что хочет направить мои мысли в нужную сторону. Ну и посмотреть, как я буду реагировать.

– Простите, князь, но мне нечего вам предложить, кроме как честного слова и… того опыта общения, который мы накопили.

– Не было момента, чтобы ты поступил плохо в отношение нашей семьи, – озвучил он.

– Надеюсь, мы сможем продолжить то, что начали.

Мне было далеко в мастерстве скрытых угроз до князя, но это не значит, что я совсем ничего не могу.

Ставки однозначно выросли. Я оказался не тем, кем меня представляли. А если хорошо подумать, то с точки зрения князя моя благонадёжность под большим вопросом. Способности неизвестные, детство провёл в лаборатории… Да мало ли что там со мной сделали. Может голову промыли. Если подумать, то единственная причина мне верить, это и правда лишь отсутствие мотива закручивать столь сложные схемы.

– И я надеюсь, – ответил он мне в тон и спустя секунду наваждение, будто я сижу рядом с диким зверем, исчезло, – Обсудим твоё участие.

– Дайте мне несколько дней. Если есть конкретные пожелания – я готов выслушать. А через пару дней предоставлю новые… кхм… инструменты.

– Пожелание одно – нам нужна защита от меняющих лик.

– Я не всевластен. Изучив всего лишь один… образец, не могу гарантировать, что моя технология будет работать во всех случаях. Сделаю, что смогу.

– Хорошо. Тогда это всё, что я хотел обсудить.

Князь собирался встать, но я чуть подался вперед.

– Князь… Могу я задать вопрос?

– Конечно, – опустился он обратно в кресло.

– Чего не хватает миру, чтобы прекратить… бесконечную войну и разрушения?

Меня давно этот вопрос занимает. Как и умы многих философов из моего мира. Никто так ответа и не нашёл. Практического ответа, имею ввиду. Поэтому мне подумалось, что задать такой вопрос правителю страны было бы неплохим способом получить пищу для размышлений, если он ответит.

– Пока есть люди, которые готовы продвигать свои интересы за чужой счёт и в ущерб другим – это останется неизменным, – ответил Анастас, подумав.

Если мой вопрос его и удивил, то виду он не подал.

– Тогда проблема в алчности?

– Ты поднял философскую тему, Эдгард. Отвечу образно. Чего не хватает человеку, который завидует, живет в грязи, не думает о будущем, вечно обвиняет других, пьёт и травит себя? Или чего не хватает маленькому ребенку, который ломает игрушку и плачет, когда она сломалась?

– Здравого смысл?

– Взросления. Им обоим не хватает взросления, Эдгард.

– Тогда, получается, что бы люди ни получили извне, какую бы технологию не освоили, они так же продолжат воевать?

– Да.

– И если дать им блокираторы…

– То в первую очередь это будет использовано, как военная технология. В основном аристократами против аристократов. Возможно и обычные люди присоединятся. Кто-то для защиты использует, но обязательно найдутся и те, кто для нападения.

– Если так рассуждать, тогда проще не давать никаких технологий людям в руки, пока не повзрослеют.

– Может и так, – легко согласился князь, – Вопрос в том, как человечеству повзрослеть. Хочешь дам совет?

– Хочу.

Совет от князя? Заверните два.

– Думать о судьбе всего мира – опасно. Найди себе задачу по плечу. Лично я бы не справился со всем миром. Поэтому занимаюсь тем, что в моих силах – пытаюсь сохранить мир на территории отдельно взятой страны. Для чего, к сожалению, приходится и воевать.

Я не видел в этом мужчине лукавства, бравады или чего-то. На прямой вопрос, он ответил то, как и правда думал.

– Спасибо, князь, – я встал и поклонился.

– Доброй ночи, Эдгард. Тебя вернуть домой?

– Было бы неплохо.

Князь кивнул, коснулся меня и я оказался у себя в комнате. Лихо он.

* * *

Утро началось с привкуса кошачьего лотка. Откровенно говоря – дерьмово оно началось. Не в плане событий, а в плане настроения, с которым я проснулся.

Как бы мне ни хотелось, серьезные вопросы откладывать было нельзя, поэтому встав пораньше, перекусил плотно, собрался и отправился на выход.

Про свою машину я забыл, а зря. Ей точно в бою досталось. Перед тем, как покинуть родовые земли видел на ней следы от пуль. Вспомнил я об этом, когда окинул взглядом двор.

Что странно – машину нашёл. Полностью новую. Уж старую от новой я отличу. Номера мои, модель та же самая, всё остальное тоже не отличается… Кроме всяких мелких деталей, которые появляются от использования.

Дверь оказалась открытой. Ключи нашлись прямо на водительском кресле. Быстро люди князя работают. Ещё один пример политики в отношение меня: мы берем на себя бытовые мелочи, чтобы ты не тратил время и занимался тем, что действительно важно.

Как выехал из двора, направился сразу к Гвоздевым. Надо было успеть до пробок, перехватить их до того, как Сергей уедет из дома. Успел вовремя. Он как раз выходил из калитки, когда я подъехал.

– Эдгард? – удивился мужчина при виде меня.

– Я с плохими новостями. Боюсь, на работу ты сегодня не пойдешь.

– Ольга не обрадуется, – опустил он плечи, но потом распрямился, – Ну заходи, расскажешь, что случилось.

* * *

– Опять переезжать?! – реакция Ольги была ожидаемой.

Я ничего утаивать не стал. Объяснил, что работаю с князем. Что мои наработки для него важны. Что об этом узнала иностранная разведка и есть риск, что через близких людей на меня попытаются повлиять. Поэтому им надо уехать. Также я рассказал про вариант с обучением.

– Мне жаль, что так вышло.

– Успокойтесь, – в голосе Сергея прозвучала твердость, – Нам не впервой, Оль. Справимся. А ты, Эдгард, не вини себя. Такова жизнь. Мы и не рассчитывали, что получится вечно сидеть на одном месте. Так что не думай, что в чём-то виноват.

– Пойду собираться, – вздохнула Ольга, не став дальше злиться. – Время то у нас есть?

– Есть. Сколько нужно, столько и собирайтесь.

– Хорошо.

Ольга ушла, а мы с Сергеем вдвоем остались. Он уже позвонил на работу и предупредил, что его сегодня не будет.

– Не знаю, когда увидимся, – начал я разговор, – Поэтому хочу кое-что передать. Это нужно хранить в тайне.

– Это связано с работой на князя?

– Да.

– Тогда может лучше не надо?

– Это вопрос безопасности. Держи, – протянул я несколько амулетов, – Это защита от пуль. Выдержит пару очередей из автомата в упор. Пули повиснут в воздухе, будет время среагировать. Так же и с гранатами. Зависнет рядом с тобой, будет десять секунд на реакцию. Это блокиратор ходоков. Прокрути на тройку и к тебе никто не сможет пробиться.

По мере того, как я говорил, глаза Сергея лезли на лоб. Он натурально побледнел, открыл рот, глаза распахнул…

– Ты… шутишь? – выдавил он из себя.

– Я сказал – ты запомнил. Запомнил и забыл. Держи рядом. Используй только в крайнем случае. Ольге не говори.

– Понял, – кивнул он.

Амулеты исчезли в его карманах.

– Надеюсь, эта история быстро закончится и вы сможете вернуться к нормальной жизни.

– Учитывая то, что ты только что рассказал… – покачал он головой, – Ты хорошее дело придумал. Уж не знаю как. Пойду жене помогу.

Долго они не собирались. Через час покинули дом.

* * *

От Гвоздевых я сразу отправился в мастерскую. Где же ещё мне обрести спокойствие в завтрашнем дне, как не там.

В голове крутился рой мыслей. Против меня играет вражеская аристократия. Они либо попытаются меня захватить, либо уничтожить. Этого нельзя допустить.

Если я смогу решить вопрос своей безопасности, то и князю смогу помочь. Сейчас это два неотрывно связанных понятия. Как вошёл внутрь мастерской, сразу принялся за работу. План был готов ещё вчера, пока я сначала сидел в одиночестве во дворце, а потом ночью лежал у себя в постели и продумывал следующие шаги.

Провозился до самого вечера, пока в мастерской не открылся портал и внутрь не зашёл Родион.

– Располагайтесь, – сказал я ему. – А ещё лучше подойдите сюда.

Говорил я не особо вежливо, сосредоточенный на очередном амулете. Мужчина молчаливой тенью встал за моим правым плечом.

– На столе коробки. В коробках амулеты. В первой коробке – десяток амулетов с повышенной дальностью обнаружения открывшихся порталов. На сотню метров должны работать. Также срок, когда можно засечь перемещения увеличен. Не намного, будет от пяти до десяти минут.

Против двух-трёх минут в прошлой версии.

– В следующей коробке двадцать амулетов, которые предположительно среагируют на тех, кто изменил свой лик.

– Вы хорошо поработали, Эдгард.

– Я только начал. Мне нужна информация, Родион.

– Какая?

– Неправильно выразился. Мне нужен ходок. Тот, кто будет прыгать, а я буду его изучать. Если вы хотите, чтобы я доработал то, что вам уже дал – без этого не обойтись.

– Вам хватит одного ходока или нужно несколько? – говорил он, как всегда, без эмоций в голосе, поэтому было непонятно, всерьез спрашивает или с сарказмом.

– Чем больше статистики и исследований, тем лучше. Для начала сойдет и один ходок. Лучше два, с разными типами перемещений.

– Мистер Эдгард, – его голос обрел чуть больше официальности, – Напомню, что о вас по прежнему знает ограниченный круг лиц. То, что о вас узнали чужаки – этого никак не меняет.

– Мистер Родион, – повернулся я к нему, – Не далее, как вчера, княжеская семья несколько раз мне прямо сообщила, что мы на войне и что шутки кончились. Если для вас воевать – это придумывать отговорки, то я не знаю. Я сказал, что нужно для разработок. Как вы мне это предоставите, уже не моя проблема. Впрочем, я и сам решу вопрос. Просто это займёт больше времени.

Отвернувшись, я принялся дальше возиться с амулетом. Металл на нём плавился и шипел, когда я печати накладывал.

* * *

Родион подхватил коробки, отошёл, дождался, когда откроется проход и покинул мастерскую. Его беспокоило странное ощущение.

Мужчина почему-то думал, что они, пусть и не специально, породили чудовище. Откинув наваждение, Родион отправился передавать новые артефакты и на доклад к князю. Пора было приступать к следующей части плана.

* * *

– План готов? – спросил Анастас, когда к нему зашёл Родион.

– Так точно.

Мужчина передал папку, где лежал доклад с прописанными деталями.

– Так… – протянул князь.

Его глаза забегали по строчкам. Кто охраняет, план территории, фотографии, количество сил, возможные сценарии, последствия, кого надо привлечь, какие реакции общественности возможны, как разыграть ситуацию в свою сторону…

– Отлично, – закончил изучать документ Анастас, – Так как иностранные друзья поняли, что мы не собираемся плясать под их дудку и у нас появились веские аргументы в нашем споре… Придётся форсировать события.

– План готов. Сегодня ближе к утру начнём.

– Действуй. Пока не ушёл… Как там наш парень?

Родион замер, подбирая слова. Князь нахмурился, потому что такая реакция была редкой.

– Прочитал мне сегодня нотацию, что у нас несерьезное отношение к войне.

– Чего? – по простому спросил князь, не сразу поняв, что только что услышал, – Мальчик не в себе?

– Он-то как раз в себе. И он действительно собрался воевать.

На секунду князю показалось, что Родион… не то, чтобы напуган, а скорее насторожен. Ещё одна редкость. Легче увидеть улыбку на лице Родиона, чем настороженность.

– Из того, что мы знаем о нём, – усмехнулся князь, – Можно его одного выпустить против врагов и посмотреть, что от них останется.

– Можно, – кивнул Родион.

Весёлость князя как ветром сдуло. Шутка оказалась не шуткой.

– Иди уже, – махнул он рукой.

Глава 5. Первое сентября

Роман Коршунов переместился вместе с Канисом. Перед этим ему выдали инструкции – имя своё не называть, в разговор не лезть, поручения исполнять.

«И как я только докатился до роли слуги»

Именно слугой Роман и стал. Секреты отца ему пришлось передать. Заплатить за то, чтобы сестра могла начать новую жизнь. Сам же он, чтобы «завоевать» доверие, должен был поработать ходоком на побегушках.

Ценность ходока в любой войне трудно было переоценить. Каждый из них – как ферзь на доске. Фигура ценная, способная натворить дел, если грамотно с ней обращаться.

В этой ситуации единственное, на что надеялся Роман – это на то, что Канис не догадывается о метке, поставленной на сестру. Если дело зайдёт куда-то не туда, всегда будет шанс выкрасть её и исчезнуть, затеряться где-нибудь на задворках мира. А то, что это вполне реальный сценарий, почему-то Коршунов не сомневался.

Когда Канис взял его с собой и перенёс в чей-то особняк, то Роман подтвердил свои опасения. Их встречал Белогрудов старший собственной персоной. Главный представитель оппозиции князю. По совместительству главный заговорщик.

– Сергей, – поздоровался Канис, – Я очень хочу услышать от тебя хорошие новости.

По тому, как это было сказано, Роман сделал вывод, что Белогрудов принадлежит этому человеку с потрохами.

«И когда моя родина успела продаться иностранцам?»

Вопрос, который задавал себе мужчина, был риторическим. Ему уже рассказали, что даже его отца финансировали иностранцы. Роман в качестве доказательств получил протоколы встреч и подписанные договоры. Были и такие, несмотря на секретность темы.

– Кого ты привёл, Канис?

Сергей Вячеславович Белогрудов, крепкого вида мужчина, с мощной грудью и руками, выглядел так, как и тот медведь, у которого он забрал фамилию. Опасно, свирепо, как кусок скалы с клыками.

– Это мой помощник. Не обращай внимания, – легко отмахнулся Канис.

Роман не удивился, что его не узнали. Всем было плевать на Коршуновых ровно с того момента, когда они проиграли в войне. Роман не ходил на светские мероприятия, ни с кем из аристократов не поддерживал связи, вёл скрытный образ жизни. Вот так и получалось, что глава Белогрудовых не знает его в лицо.

– Ему можно доверять?

– Я же сказал, – в голосе появилось осуждение, – Не обращай на него внимания. И не надо уходить от темы, Сергей.

Говорили они на русском. Канис неплохо владел языком, но ужасно коверкал слово «Сергей».

– Мне нечего тебе ответить. Действуем по плану.

– Надо поспешить.

– Кому надо? – нахмурился Белогрудов. В его голосе так и читался вызов.

«Не нравится подчиняться, но всё равно это делает. Да кто такой этот Канис?»

– Тебе надо, Сергей, – заверил Канис, – Иначе шанс будет упущен.

– Я подумаю, что можно сделать…

– Ты не понял, – перебил мужчина, – Ты не подумаешь. Ты сделаешь. Время на раздумья кончились. Приводи план в действие.

Повеяло напряжением, которое было разорвано появлением нового лица. Вбежал слуга, склонился над ухом Белогрудова и что-то прошептал.

Тот сначала полыхнул гневом, потом напрягся, а следом побледнел.

– Чтоб вас всех… – прошипел он, – Я вынужден откланяться.

– Что случилось? – участливо поинтересовался Канис.

Сергей Вячеславович не проигнорировал вопрос, не исчез, несмотря на важность ситуации. Нет, он замер и дал ответ.

– Кто-то провернул диверсию в моих владениях. Я должен разобраться с последствиями.

«Готов поспорить на миллион, что этот кто-то – князь»

– Интересные дела творятся, мальчик, – обратился к Роману Канис, когда Белогрудов переместился, – Пойдем. Здесь нам пока делать нечего.

* * *

– Ты какой-то сам не свой, – заметил Матвей, когда надевал костюм.

Нам пора было выходить, чтобы успеть на линейку по поводу начала учебного года.

– Да и ты тоже, – парировал я.

– Лето прошло не так радужно, как хотелось бы. – признался парень.

– Вот и у меня также.

– Ясно, – хохотнул сосед.

На этом мы тему и закрыли.

Был один существенный минус в том, чтобы вернуться на учёбу. И нет, это не риски, связанные с раскрытием моего инкогнито. Костюмы – вот настоящая беда. За лето я привык ходить в свободной одежде, какой захочется, а сейчас нужно опять возвращаться к более официальному стилю.

Весь свой прошлый гардероб пришлось отдать на подшивку. Быстро это сделать не могли, поэтому я купил новые костюмы, так как старые оказались малы. За лето я вытянулся на три сантиметра, прибавил килограмм десять, раздался в плечах, да и в целом стал мощнее. Ничего не имею против этого. Повезло, что одежду заранее примерил и узнал о проблеме, а то вышел бы конфуз.

– Идем? – спросил Матвей.

– Идём.

Мы вышли и пешком направились в сторону института. Можно было бы доехать на машине, но тут идти всего ничего.

Дошли молча, а там началось… Я отвык от такого количества студентов в одном месте. Собирали нас в большом конференц-зале, но до этого мы встретили всех знакомых. Матвей откинул свои думы о прошедшем лете где-то по пути и быстро включился в общение. У меня так не получилось. Мысли нет-нет, да крутились о насущных проблемах и угрозах.

– Эдгард! – на меня буквально напали сзади.

Я и так был напряжен, поэтому было чуть не дернулся, но удержался. Нападающим оказался всего лишь Виктор Моржов. Его широкие ладони упали сзади мне на плечи, а имя он выкрикнул прямо в ухо. Шутник, блин.

– Привет, привет, – ответил я.

– Ты чего такой дерганный? – оглядел он меня, – Зная тебя, это повод волноваться нам всем?

– Просто отвык от общества. – нашёл я отмазку.

Кажется, у меня и так закрепилась репутация нелюдимого человека, поэтому можно к ней и обратиться. Хуже не будет. Куда уж хуже…

В следующие полчаса моя нелюдимость пошла трещинами. Я не удивился, когда подошёл Моржов. Мы с ним более-менее общались. Не удивился, когда подошла Настя Софо. Точнее я сам к ней подошёл и мы мило пообщались пару минут. Но вот когда многие другие начали здороваться сами и завязывать беседу…

Без шуток, путь от входа в институт до места в конференц-зале был наполнен таким количествам общения, которое раньше и за неделю не происходило. А может и за все две.

Что за дела? – удивился я, а потом дошло.

Последствия… Они бывают не только плохие, но и хорошие. Я побывал на празднике Кати, проявил там себя, засветился, как в хорошем, так и подозрительном смысле, ну и получал то, что сейчас наблюдаю. Мой статус с отметки «Никому неизвестный и не нужный аристократ» сместился на «Он может быть интересен».

– Ты стал популярнее. – ткнул меня в плечо Матвей, с которым мы снова встретились, когда усаживались по местам.

– Видимо так, – не отрицать же очевидное.

– Такими темпами, к концу года совсем большим человеком станешь. Аж завидно.

В каждой шутке есть доля шутки. Вот и Матвей завидовал, пусть и по дружески, но всё же завидовал. Он пахал всё лето, но по обмолвкам получилось не так хорошо, как парень ожидал. Если бы не отношения с князем, я бы оказался в таком же положение. А может и хуже. Не зная никого в городе, пришлось бы крутиться. Или нет, я ведь с ювелирами задружился, так бы реализовал себя и заработал.

На сцене появилась Ольга Владимировна и разговоры сразу стихли. Опустилась такая тишина, что я слышал, как бьются сердца тех, кто рядом. Ещё одна «побочка». Сильнее всего у меня зрение изменилось, но слух и обоняние – тоже.

– Поздравляю всех с началом учебного года, – начала женщина, – Нам с вами предстоит много работы, поэтому надеюсь, настрой у вас соответствующий. Сейчас выйдет ректор, а в конце появится князь.

Вот таким коротким вступлением Ольга Владимировна подготовила почву. Предстоит много работы… Как много смысла я видел в этой короткой фразе.

Что дальше происходило я не особо слушал. Другим занимался. Днём ранее я размышлял над тем, как решить вопрос перемещений сквозь пространство. Ну и какие ещё устройства придумать, чтобы выжить и помочь княжеской семье победить.

Идей много, но к некоторым из них без исследований я не знал, как подступиться. Область для меня полностью новая и неизученная. В этом случае был лишь один путь, как продвинуться. Надо выдвигать гипотезы, проверять их и постепенно нащупывать рабочую модель. Для начала я собрал «анализатор ходоков и остаточных проявлений после перемещений».

Те ходоки, которые сидели среди студентов, в институт попали с помощью перехода. Анализатор я настроил так, чтобы он собирал сразу большой поток данных. Радиус у него пока метров тридцать, но это только кажется, что мало. Сейчас-то здесь пара тысяч человек собралось, плотность большая.

– Что ты всё время записываешь? – шепнул Матвей, наклонившись ко мне.

– Поверь, тебе лучше не знать, – также шёпотом ответил я.

Сосед заглянул в блокнот, но, естественно, ничего не понял.

– Что за язык?

– Шифр.

– У тебя секреты такого уровня, что их надо шифровать? – улыбнулся он.

Я промолчал. Слишком много ушей вокруг с прекрасным слухом, чтобы вдаваться в подробности.

* * *

После общего собрания нас ждала вводная первая лекция. Никакого обучения, лишь рассказ про план учебного года и прочие вопросы. Настоящая учёба начнётся завтра.

Но не это стало самой интересной новостью дня.

Утром, как говорится, ничего не предвещало. А между общим собранием и первой лекций, пока студенты разбредались по корпусам, кто-то узнал и сообщил новость, которая разнеслась, как лесной пожар.

Об это я узнал не сразу. Услышал, как люди обсуждают, а подробности выяснил, когда встретился с Матвеем на пути домой.

– Нет, ты слышал? Ну ты слышал? – поражался он, – Ох, чую, запахло жареным.

– Да что случилось? Ты можешь нормально рассказать?

– На землях Белогрудовых случилась большая драка. Помнишь того паука, которого мы видели? На них такой же напал. Да не один, а несколько.

– И что?

– А то, что пауки разнесли целый промышленный район. Ещё и до города добраться успели, пока Белогрудовы с ними разбирались.

– Много пострадавших?

– Я не знаю. Но они наверняка есть. Константин Белогрудов, кстати, сегодня отсутствовал. Как и самые приближенные к его семье рода.

– Из-за происшествия?

– Может. А может и нет. Знаешь что я думаю? Один раз это случайность…

– А два – закономерность, – закончил я фразу за него.

Снова пауки.

* * *

Когда зашли домой, Матвей отправился к себе в комнату, а я к себе, где и застал гостью. София сидела на моей кровати и приложила палец к губам, когда я вошёл.

– Тссс, – шикнула она.

– Спасибо, что не с ногами, – глянул я на её ботинки.

– Ты бы тоже обулся. Да пойдем.

– Куда?

– Сам просил выдать тебе ходока для изучения.

– И ты выступишь подопытным кроликом?

– Всегда знала, что ты догадливый парнишка, – подмигнула девушка.

Или молодая женщина? Сейчас София была одета в кожанку и джинсы, с черной подводкой глаз, что добавляло ей дерзости и пару лет возраста.

– Мне бы переодеться, – намекнул я.

На что она развела руками. Вздохнув, взял вещи, вышел в ванну, быстро переоделся, подхватил из прихожей кроссовки и вернулся. Оставил костюм на вешалке, протянул руку и София нас перенесла в мастерскую.

– Прости за то, что вломилась, но времени сейчас и правда мало.

– Не сомневаюсь. Ты, случаем, не в курсе, что там у Белогрудовых случилось?

– Случаем в курсе. Но мы будем делом заниматься?

– Будем.

Взяв вторую версию анализатора, которые приготовил специально для изучения ходоков, если вдруг кто согласится на эксперименты, протянул девушке амулет.

– Что это? – спросила она.

– Анализатор, – честно ответил я.

– А что он делает?

– Анализирует.

– Продолжаешь секретничать?

– Продолжаю практиковать искусство лаконичных ответов.

– Зануда… – протянула она, но амулет взяла, – И как только тебя Катя терпит.

С девушкой я сегодня не виделся, но переписывался. Мать, то есть Ольга Владимировка, припрягла дочку на организацию мероприятия и та, пока мы спокойно просиживали задницы на удобных креслах, бегала за кулисами.

– Перед тем, как начнём, – предупредила София, – Отец просил обозначить один момент.

– Какой же?

– Надеюсь, ты понимаешь, что изучение ходока из правящей семьи – это вот такая, – развела она руки в стороны для наглядности, – Уступка?

– Я бы поспорил, но допустим.

– Что значит поспорил?! – возмутилась София, – Ты изучаешь княжну! Это между, прочим, очень интимный процесс!

– Ага, – показательно зевнул я, – Что там ещё обсудить надо?

– Да ничего. Просто знай, что это большой вклад с нашей стороны.

– И?

– И это будет заложено в цену.

– Ясно. А я-то думал, что мы как бы совместно воюем и вкладываемся в общее дело. Но раз торговые отношения продолжаются, то я не против.

То, что озвучила София, в принципе, нормально. Я бы и без этого как-то продвинулся в своих исследованиях, но так однозначно проще будет. Вариант действовать путем обмана, вкладывая в свои устройства недокументированные функции мне не нравился. Одно дело изучать ходоков со стороны, пусть и без их ведома, с этим я ещё готов смириться, а другое дело обмануть тех, с кем работаешь. В первом случае нет никакого предательства доверия, а во втором есть.

– Эм… – на секундочку замешкалась София, – Ладно, замяли. Что мне делать?

По ней было видно, что она смутилась. Кажется, Медведевы сами не определились до конца, как нам дела вести. Или князь не донёс свою позицию до дочери. А может она что-то не так поняла.

С точки зрения торговых отношений нормально учитывать вклады двух сторон. И, действительно, предоставить мне Софию для изучения – это большая уступка со стороны княжеской семьи. Очень большая. Потому что мало ли, что я смогу придумать, изучая её. Не другого ходока, а именно её. Аналогию можно провести с семейным врачом. Тот тоже имеет доступ к самому интимному, поэтому постороннего человека не допустят. Только того, кому доверяют. Поэтому здесь ещё и этот пассаж – князь показал, что мне доверяет. Но тогда тем более непонятно, к чему была ремарка Софии.

С князем мы оговаривали, что кризисные ситуации, а война это как раз такая, идут по отдельной графе. Мне хватает ума понять, что этот пункт открывает простор для манипуляций, но что-то происходящее не похоже на обман. Трудно не верить в угрозу, когда на тебя нападает подготовленный отряд. Да и Коршунов… Нет, я не сомневаюсь, что информация обо мне ушла иностранцам. Они знают если не всё, то достаточно многое, чтобы я для них стал большой проблемой. Костью в горле, с которой надо что-то делать. С князем они воюют, Анастас Владимирович получает новые разработки от меня, а значит… Ну да, не так много вариантов. Либо захватить и поставить на службу себе, либо уничтожить. Не стоит забывать и про вариант вербовки. Захватят в плен Гвоздевых и прикажут убить князя. Так себе перспектива.

Поэтому я, как никто, заинтересован в том, чтобы одолеть врага. Что проще всего сделать через усиление князя. И пытаться наживиться в этой ситуации – просто глупо. Я уже понял, что алхимик в этом мире может зарабатывать легко. Так что ударно поработать, чтобы решить проблему и жить спокойно – логичное решение. Но непонятно, что тогда в голове у княжеской семьи.

– Перемещаться. Для начала встань сюда, – указал я на отметку.

Отметки тоже были заранее подготовлены.

– Перемещайся вот сюда, – показал я вторую отметку. – Для начала один раз.

– Как скажешь, начальник.

София сделала то, что просили. Я получил данные и записал их.

На месте отметок работали печати, целью которых было снять максимум показателей. Также печати работали на промежутке между двумя точками. Я как мог расчистил прямой путь в мастерской, получилось немного, всего метров шесть, но и это хоть что-то.

– Хм… Давай ещё раз в обратную сторону.

В местах, откуда перемещается ходок и где он появляются, возникают определенные колебания, которые я фиксировал. У меня была гипотеза, что на расстояние между двумя точками тоже должно что-то возникать, но нет, ничего заметить не получилось. Либо мои инструменты слишком слабы для этого, либо пространство между двумя точками никак не искажается.

Что в целом логично. Будь иначе и тогда бы от перемещений постоянно возникали «лучи» или «хвосты» по всему миру.

– Что заметил? – спросила девушка.

– Скажи мне вот что… А какие есть проблемы у ходоков?

– Я вот новое украшение хочу. Не представляешь, насколько.

Какие толстые намёки.

– Может я тебе когда-нибудь и сделаю что-то особенное. Если ты расскажешь, какие есть проблемы у ходоков, то шансы на это повысятся.

– Умеешь ты уговаривать. Проблемы общеизвестны… Среди аристократов, в чьих семьях есть ходоки, – уточнила она, увидев мой взгляд, – У тех, кто прыгает – это дальность перемещения, запас сил, возможность чувствовать, что по ту сторону, скорость восстановления, способность преодолевать защиту.

– Так, погоди, – остановил я поток откровенностей, – С дальностью понятно. На сколько в среднем ходоки умеют перемещаться?

Эта информация не нужна для исследования, но интересно же.

– Слабые на несколько метров. Средние по силе – на сотни метров. Сильные в этом плане – на километры. Есть те, кто способен прыгать между странами. Таких называют высшими.

– А ты?

– Вообще-то это стратегически важная информация.

– Серьезно? – хмыкнул я и приподнял бровь, – София, давай сразу обозначим. Можешь отцу и остальным передать. Я и так знаю сильно больше, чем того следует. Как и вы про меня, кстати. Поэтому хранить секреты – это лишь замедлять работы.

– Тогда расскажи, как ты творишь… ну то, что творишь.

– Вот так, – я выставил руку, создал печать и заставил брусок металла на столе изменить форму.

– Ооо, – выдала княжна.

Печать она не увидела, но результат – да.

– Секретность и правда отброшена. – сказала она задумчиво, – Но я бы на твоем месте всё равно была аккуратнее. И ты не ответил на вопрос – как ты это делаешь?

– Я не знаю, как тебе объяснить.

Как объяснить так, чтобы не пришлось упоминать то, что я из другого мира. Других объяснений, откуда у меня взялось целое искусство, не было.

– Жаль. Это самое удивительное, что я видела. Ты так можешь с любым материалом?

– Так на сколько ты, говоришь, можешь перемещаться?

София смотрела на меня несколько секунд напряженно, а потом рассмеялась.

– Ну хорошо, – кивнула она, – Я высший ходок. Сам знаешь. Могу и между странами перемещаться. Правда, это отнимает много сил.

– Ага… А попробуй здесь переместиться столько раз, чтобы почувствовать легкую усталость.

– На таком расстояние это займёт время.

– Мы никуда не спешим.

– Как знаешь, – пожала она плечами и начала прыгать.