Текст книги "Восхождение Черной Воды"
Автор книги: Роман Артемьев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
Инерция победила. Лотарь вылетел за пределы круга.
Начался суд.
Всё, происшедшее раньше – не более, чем прелюдия. Демонстрация серьёзности намерений. Истинное действо началось сейчас.
Время остановилось, ожидая, пока Хозяйка Глубин примет решение. Покровительница смотрела и взгляд её не ведал тайн. Она за считанные секунды узнала обо мне больше, чем я сам, проникая в глубины памяти, отбрасывая химеры самообмана и иллюзии самовнушений. Просматривая варианты будущего, она выбирала, кто из двух кандидатов надежнее сохранит её наследие, оставленное в отдаленном примитивном мирке. Она оценивала и нас, и ситуацию, и человеческий мир по миллионам параметров, создавая сложнейшую картину прошлого-настоящего-будущего, вписывая в неё сегодняшний поединок и решая, какой исход предпочтительнее.
Спустя миг, растянувшийся в вечность, приговор был оглашен. Время возобновило бег.
Я лежал на полу, прикасаясь щекой к холодному камню. Боль отступала, возвращая ясность мышления и позволяя осознать, в каком положении мы все находимся. Оттолкнувшись руками, кое-как встал на четвереньки, с пониманием обнаружил небольшую лужицу крови под носом. Повернул голову на звук. Мерри стояла у самого края круга, сжав кулачки и глядя на меня огромными испуганными глазами.
– Всё хорошо, – криво улыбнувшись, с некоторым трудом помахал ей рукой. – Сейчас закончу.
Одно знаю – отныне я всеми силами буду избегать общения с Покровительницей. Её критерии на порядки полнее человеческих, они действительно божественно сложны. Сочти она, что недостатки Лотаря выгоднее для существования Черной Воды, для исполнения возложенных на Священный Дом обязанностей, и очевидное ничтожество главы не имело бы никакого значения. Я ошибался, приписывая ей привычные реакции, ориентируясь на свой образ мышления. У неё свои мерки.
Надо вставать. Лотарь продолжал валяться на полу, свернувшись в клубок и поскуливая, поверженный суровостью приговора. Я, можно сказать, легко отделался, мне всего-то предстояло занять трон главы со своеобразным испытательным сроком. Иными словами, шестнадцать лет нельзя проводить кое-какие ритуалы и запрещено пользоваться рядом прав, например, взывать к высшим духам Изнанки. Не страшно – всё равно не собирался и в ближайшие лет сто не соберусь. Лотарю досталось сильнее. Насильственное лишение титула перекорёжило ему энергетику, сомневаюсь, что он сейчас создаст простейшее заклинание. Покровительница могла бы сделать всё намного мягче, она выразила таким образом своё неудовольствие. Но ведь не убила же.
Покряхтывая, выпрямился во весь рост. Оружие исчезло, вместе с ним пропали символы моего статуса, то есть кольцо и оплечье. Вместо них на алтаре лежали другие – зеркало, головной убор, отдаленно напоминающий богато украшенную тюбетейку, парные браслеты, нож из неизвестного черного металла и другое кольцо. Прихрамывая, я подошел поближе.
– Пред ликами тех, кто ушел, я, Майрон Черной Воды, второй из носящих это имя, говорю так. Я сделаю зыбь мира крепкой для вас. Без века недостатка и истощения по всей земле. Да будут растения расцветать, ветви сгибая под плодами. Вечный круговорот начнет движение снова. Засияет Дом вновь изумительно, богатство и благополучие пребудет с ним вновь, как и раньше.
С последним словом кольцо сжалось на безымянном пальце левой руки, свидетельствуя о завершении обряда. Метка наследника в ауре зашевелилась, принялась разрастаться и перестраиваться, меняясь сама и изменяя меня. По уму, следовало бы пойти, отдохнуть, выспаться. Приятным планам мешает одно незавершенное дело, с которым, по уму, тянуть не следует.
Увидев, как я зашаркал в сторону Лотаря, Мерри подошла поближе. Мы стояли над телом совершенно разбитого существа и смотрели на него с разными чувствами. Сестра жалела, я в большей степени испытывал брезгливость.
– Что с ним? – наконец, спросила мелкая.
– Прародительница наказала. Он сейчас чаровать не может и по силам почти не отличается от обычного смертного.
Не физически – тело у него осталось прежним. Хотя плоть у волшебников сильно зависит от энергетики, так что, возможно, со временем деградирует.
– Что ты с ним сделаешь?
Вопрос был задан очень осторожно. Мерри понимала, что в данном случае спрашивает не просто брата, а главу своего Дома. Феба часто обсуждала с ней подобные нюансы.
– Он всё ещё принадлежит к Черной Воде, изгнания не было. Ничего серьёзного натворить он не успел, поэтому казнить тоже не за что. С другой стороны, отпускать нельзя – в его памяти хранится много тайн. Знаешь, что, – вздохнул я. – Засуну-ка я его обратно в Склеп. Пусть там полежит, пока мы не придумаем, как с ним поступить.
– Хорошо, – приободрилась Мередит, поняв, что рубить сплеча я не собираюсь.
Смысл казнить Лотаря? Чтобы с сестрой отношения испортить? К тому же, у Дома к нему серьёзных претензий действительно нет – сначала за сыном плотно присматривала Ксантиппа, затем мы очень быстро его нейтрализовали. Конечно, разговор был бы другим, успей он надавать клятв или продать доступ к источникам, а так… В Склепе ему самое место.
Бросив на Лотаря заклинание усыпления, чтобы не натворил чего по пути, я магией поднял его в воздух и понес по обратному маршруту. Мы сегодня целый день туда-сюда курсируем, между Склепом и храмом. Хотя должен сказать, что последний путь, да простится мне двусмысленность, из-за усталости выдался тяжелым и забрал много сил. Зато уверен, что всё сделано правильно.
На сей раз артефакты для погружения спящего тела в стазис не понадобились: будучи полноправным главой, я имел право использовать встроенные заклинания Склепа. Так что положил Лотаря в той же камере, из которой он вылез чуть больше часа назад, закрыл дверь, активировал систему и задумался. Хозяйка ведает, сколько он там пролежит. Надо бы на всякий случай оставить весточку. Подумав, написал на двери: «Лотарь, бывший глава. Бесполезен». Коротко и по делу получилось.
– Пошли поедим, – направившись к выходу, сказал Мерри. – Там Феба приказала ларам стол накрыть.
– Могла бы и в храм прийти, – пробурчала сестра.
– Не требуй от неё слишком многого. Она и так чувствует себя виноватой, что обрадовалась, узнав о моей победе. В её время вмешательство в дела правящей семьи считалось грехом, это сейчас традиции изменились.
Мередит вздохнула.
– Да я знаю, она показывала, когда менталистикой занимались. Ты когда объявишь о становлении главой?
Пришел мой черед вздыхать. Хороший вопрос, правильный. По идее, уведомить ближайших соседей следует в ближайшую пару дней, таковы негласные правила. Фактически же мне хочется отдохнуть недельку и разобраться со списком новых обязанностей, это раз. Два – задержка позволит продемонстрировать независимость. Только не примут ли её за хамство?
Слухи о том, что юный лорд Майрон прикончил папу (и маму, и бабушку), среди людей ходили давно. Наши сородичи в них не верили, потому как понимали сложность задачи. Простому смертному и то проще ухайдакать главу Священного Дома, чем собственным подданным. Вдобавок удачное покушение если не закрыло бы мне доступ к трону (на нём, кстати, надо посидеть в ближайшее время. Сутки), то значительно осложнило принятие титула. Надо полагать, теперь ситуацию они увидят под новым углом, после чего сплетня получит новое развитие.
– Скоро. Затягивать нельзя, скрыть не получится. Подумаю, как это сделать наилучшим образом.
– Чего там делать-то? Образцы писем в архивах найдём. Написать да отправить.
– Не скажи, – улыбнулся я её наивности. – Всегда есть варианты. Потом эту тему обсудим, ладно? Пошли за стол, а то есть очень хочется.
Глава 21
Общение с долгоживущими магами приятно тем, что они понимают намеки. Зачастую как бы не лучше намекающего. У них полно своих загонов, они привыкли решать вопросы грубой силой, их мораль и психика очень своеобразные. Однако им достаточно одного взгляда, чтобы разобраться в ситуации, вызывающей оторопь у более молодых людей.
– Я бы тебя поздравил, – рассматривая кольцо у меня на руке, задумчиво протянул Старый Джо, – да только не похоже, что ты сильно радуешься. Лорд. В любом случае, Мерцающий народ приветствует нового главу Священного Дома Черной Воды. Наше мнение тебе, конечно, не сдалось, но можешь рассчитывать на нашу поддержку.
– Спасибо.
– От себя добавлю – титул ты принял вовремя. Моё тело не выдерживает, скоро уходить и, чувствую, в последний раз.
Надеюсь, что сумел удержать лицо и не скривиться. Двоедушники всегда были проблемным сообществом, они постоянно влипают в разные неприятности и втягивают в них посторонних. Закон нарушают нечасто, зато привлекают внимание эксцентричностью поведения, нарываются на конфликты, портят жизнь облеченным властью смертным и стабильно служат источником головной боли тех, кто за ними присматривает. То есть нас, Черной Воды. За счет возраста и авторитета Джо уверенно разруливал спорные ситуации в островной общине двоедушников, его слушались самые отъявленные бунтари. Если он действительно уйдёт на перерождение, не факт, что следующий Пламенеющий будет справляться столь же эффективно.
– Преемник у тебя есть?
– В том-то и беда, что их целых двое, – поморщился Джо. – Я тебя с ними познакомлю.
Совсем весело. Чую, ждут меня веселые деньки. Может, его подлечить нашими методами?
– Хотя бы лет пять продержишься? Дай мне в силу войти.
– Попробую. Сам их оставлять не хочу.
– Я пришлю Синклера, он посмотрит, что можно сделать, – Джо, конечно, о здоровье тоже заботится, но лишнее мнение не помешает. Помолчали, затем я уточнил. – Никаких возможностей задержаться на лишнее воплощение нет?
– Это не от нас зависит. Разве что твой патрон, – он взглядом указал на мою левую щеку, где тускло блестел символ Стража Пустоты, – смилостивится. Только он не смилостивится. До наших сложностей ему дела нет.
– Жаль. Ну, может, ещё увидимся.
Завершив свой путь здесь, в бедном на энергию человеческом мире, двоедушники не умирают окончательно. Они перерождаются в иную форму и уходят дальше, как поговаривают, на свою прародину, в мир, где зародилась их странная раса. Врата на Изнанке, куда отправляются достигшие подходящего возраста и уровня силы члены Священных Домов, ведут примерно в те же края – опять же, насколько нам известно. Так что, если слухи не лгут, и я в конце, если не убьют, продолжу идти по пути служения, а не стану отрекшимся, то шанс встретиться у нас действительно есть.
Слишком много «если».
– Сейчас-то не прощайся! – засмеялся Джо. – Я же не прямо сейчас помру!
Выйдя от старейшины, я направился в Кровавый квартал. Сегодня шел третий день, как я принял властные атрибуты. Остальные Священные Дома уже знают о некоем внутреннем событии, случившемся в Черной Воде, хотя конкретика им неизвестна. Существуют методы, позволяющие отследить проведение сложных ритуалов или явление в наш мир посланников Старейших, не говоря уже о частицах самих прародителей. Однако точных сведений известные способы не дают. Поэтому со стороны сородичей чувствовался нескрываемый интерес – все ждали официального уведомления о происшедшем. Потянуть с ним можно, отсутствие или отказ предоставить информацию может послужить поводом для серьёзного охлаждения отношений. Вплоть до войны.
Начать я решил с Перекрестка, с обхода местных наиболее влиятельных лиц и личного уведомления их о своём новом статусе. Учитывая скорость распространения сплетен, можно быть уверенным, что к вечеру о смене главы Черной Воды узнают даже последние нищие, а вместе с ними информация достигнет моих сородичей. Одновременно с нашими письмами. Сообщения в Совет Мудрых, канцелярию короля, канцелярию архиепископа Кентерберийского и иные важные структуры смертных придут позднее. Почему так? Традиционно первым новости сообщают вассалам и союзникам. Мой поступок как бы говорит другим Священным Домам, что мы по-прежнему считаем Перекресток личной территорией и ставим его благополучие выше отношений с англичанами.
Интересное наблюдение. С недавних пор люди, живущие и работающие на Перекрестке, перестали считать себя частью английского общества. Проявляется это не у всех, но всё чаще в разговоре слышится «мы, кроссы». Раньше это слово использовали намного реже, в повседневный оборот оно вошло после закрытия прохода под Лондоном.
Короче говоря, с утра я навестил Глена, потому что он мэр, и потому что я хорошо к нему отношусь. Учитывая всё, что он делал для Черной Воды, Глен заслужил право узнать новости первым. До сих пор не знаю, кто он такой. Года два назад, разбирая очередные летописи, нашел упоминание о некоем «Глене из Ллангиби, благословленном судьбой». Исходя из текста, описываемые в нём события происходили лет четыреста назад. Что означает термин, установить не удалось, а подойти и спросить прямо, действительно ли бывшему хозяину гостевого дома сотни лет, мешают упрямство и деликатность. Магии от него не чувствуется совершенно. То есть, если я прав в своих предположениях и речь идёт об одной и той же личности, либо Глен – настолько умелый волшебник, что в состоянии спрятаться от моего чутья, либо вовсе не принадлежит к человеческому роду. Ну или кто-то могущественный одарил его неизвестной формой бессмертия, во что верится слабо, потому что нет в нашем мире существ, способных на такие подарки. Лично мне импонирует вариант с малоизвестным видом нелюди, но и отбрасывать возможность наличия под боком скрывающегося великого мага нельзя. Перекресток же, у нас тут всякие умельцы имеются.
От мэра пошел к Старому Джо – тот совмещает должности главы объединения артефакторов (хотя часто выступает от имени вообще всех мастеров) и старейшины двоедушниц. У нас нет гильдий, зато существуют неформальные объединения мастеров одной специализации. Они служат своеобразной горизонтальной сетью, связующей общество домена, в отличие от администрации с её Советом и аппаратом руководства частей, являющейся вертикалью власти. Артефакторы-оружейники, артефакторы-щитовики, зельевары медицинского направления и всё в таком духе. Руководимые Джо ювелиры считаются наиболее богатыми и влиятельными.
После разговора с Пламенеющим двоедушниц пришел черед Кровавого квартала. Мне, в общем-то, всё равно, с кем там говорить. Могу с руководством, могу с кем-то уважаемым – главное, чтобы человек принадлежал к местной верхушке и донес сведения до остальных. Поэтому я пошел к Скрюченному. У старика было достаточно времени, чтобы пообщаться с тем неназванным руководителем анархистов (или социалистов, или националистов) и по своим каналам узнать, способен ли тот выполнить нужную мне работу. Говоря по-простому, взорвать волшебников, нарушивших Закон.
Скрюченный не подвел. Он не просто выдал характеристику на главу местной ячейки «Млады Босни», он раскопал связи этой организации с английской разведкой и через знакомых в Империи собрал информацию по будущим объектам. Вот что значит профессиональный подход. Джастин считается одним из лучших посредников и стоит запрашиваемых денег, потому что гарантирует результат. Вот и сейчас он заверил лорда Блэкуотера, то есть меня, что за жалкие десять тысяч фунтов проблема будет решена в течение пары-тройки месяцев. Единственное, потребуются кое-какие дополнительные приготовления, но если упомянутый лорд разрешит разместить заказ у такого-то мастера от его имени, то сроки не пострадают. Я, конечно, разрешение дал.
К своему удивлению обнаружил, что на меня, оказывается, многое завязано. Просто прошелся по улицам, здороваясь со знакомыми и обсуждая с ними те или иные дела. Не то, чтобы они нуждались в моём разрешении или консультации (хотя кое-кто просил о помощи), скорее, им требовался третейский судья. Кто-то авторитетный, способный беспристрастно вникнуть в ситуацию и вынести решение. Люди долго ко мне присматривались, но сейчас, похоже, коллективный разум определился.
Два торговца, бывших партнера, хотят развести бизнес. Их активы требуется поделить, причем непонятно, кому достанется общий склад в Суконном поселке. У нас земля стоит дорого… Почтенный маг обвиняет аукционистов в предоставлении неверной информации о купленном им артефакте. Собирается целая комиссия, меня хотят видеть председателем. Лаборатория зельеваров не нашла ничего лучшего, чем сливать отходы в общий коллектор. Произошел взрыв, страховая отказывается оплачивать ремонт соседних строений. Соседи вооружаются, зельевары бегут в администрацию и почему-то ко мне.
И вот таких случаев – масса. Иногда анекдотичных, иногда страшных, например, когда столкнулись банды ирландцев и китайцев. Стража не успела отреагировать, и в результате беспорядков в Попрошайке начался пожар, с трудом потушенный прибежавшими магами. Началось следствие, выявившее связи бандитов с многими респектабельными и влиятельными людьми. Глен, вероятно, сам по себе тронуть бы их не рискнул, но имея за спиной мою поддержку, кое-кого с Перекрестка выкинул. Его тоже тронуть не посмели – по той же причине.
На самом деле я впрямую почти не вмешиваюсь. Моя функция заключается, образно выражаясь, в демонстрации присутствия. То есть участники конфликта знают, что перегибать палку не надо, потому что на горизонте маячит лорд Блэкуотер и уж он-то сдерживаться не будет. Раньше, при Лотаре, этого не хватало, администрация выкручивалась, как могла. Сейчас стало намного проще.
Возвращаясь к обходу земель. Завершив своеобразный круг почета и помаячив кольцом, я вернулся туда, откуда начинал. В «Клевер». Время приближалось к ужину, пора было идти домой, что я и собирался проделать. Только слегка задержался в ресторане, ожидая, пока повар сготовит четыре порции своих фирменных блинчиков – Мерри их обожала. Как всегда в таких случаях, я уселся за отдельным столиком с чашкой чая и принялся беззастенчиво подслушивать чужие разговоры.
– …Недавно поступил в Сорбонну.
– О, понимаю! В юности я тоже желал совершить нечто выдающееся. Теперь мне хочется просто лежать на диване и ругаться с женой.
– …Представляешь, я приехала сюда за духами, выбирала их два часа, а консультант на кассе сказал, что они не подходят! Мне это нельзя!
– …Мы не пойдём. У сестры Эти дни.
– Эти дни?
– Дни без денег. Она всё потратила.
Недавно в здании неподалеку надстроили этаж. Старый магазин переехал туда, внизу разместились парфюмерный и отдел с разного рода женской бижутерией. Теперь разговоры на нижнем этаже гостиного дома обрели определенную специфику.
Интересно получается. Перекресток Черной Воде не принадлежит и, в общем-то, без нас способен прекрасно функционировать. Тем не менее, уже не раз слышал – люди успокаиваются, узнав, что мы есть. Просто существуем. Объяснение вижу в том, что наше присутствие является своеобразной гарантией от посягательств других Священных Домов или человеческих правительств. Впрочем, внимательно выслушаю и тщательно обдумаю любое другое объяснение. Кто его знает? Вдруг имеет место непонятный выверт человеческой психологии?
– О, Боже! Что с тобой?
– Продавцы дают попробовать косметику. Я чихнула, когда наносила тушь.
Тут же, под глушащим звуки пологом, беседуют двое представительных мужчин.
– Мы не перешибём ставку Питерса. Его зять работает в комитете и уже всё организовал.
– Просто дадим не два процента отката, а пять. На этот контракт слишком многое завязано, он должен быть наш!
Случайно ловлю взгляд бледного юноши и непроизвольно проваливаюсь в его мысли:
– Энканасьон не пришла. Она играет со мной! Или, может, что-то произошло?
Надо бы присмотреть за тем приятелем Розалин, Ричардом Деем. Паренек произвел на меня приятное впечатление. Неглупый, сильный для своего происхождения маг, в характере чувствуется стержень. Особых перспектив у него нет, а с моей небольшой помощью он мог бы подучиться и, следовательно, сделать неплохую карьеру. Лишний должник мне не повредит. Не вассал, нет – старик Хремет был прав, говоря, что честь служить Черной Воде ещё заслужить надо. Так что пока мы говорим исключительно о должниках.
Наконец, явилась Дана с блинчиками. И с небольшим тортиком – подарком от персонала. Честно сказать, своим маленьким жестом они меня очень растрогали, потому что некоторые люди не рискуют со мной лишним словом переброситься. С теми, кто меня знает давно, проще. Работники «Клевера» помнят Корнелия, помнят Лотаря, меня впервые увидели в шестилетнем возрасте, то есть могут сравнивать, и сравнение в мою пользу. Так что Дану я поблагодарил, оставил щедрые чаевые и пошел домой с хорошим настроением.
