Текст книги "Сводный Братец Лис (СИ)"

Автор книги: Ривер Вера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 14 Рейнар

Рейнар

Пыльные фолианты громоздились на столе, заставляя морщиться от их затхлого запаха. Я методично просматривал страницу за страницей, выискивая хоть какое-то упоминание о подобных случаях. Древние свитки хранили множество историй о парах оборотней, но нигде не было ни слова о союзе с человеком. Всё, что я находил, лишь подтверждало известную истину: истинная пара должна понимать зверя внутри нас, принимать его дикую сущность.

Но когда я рядом с Мелиссой, все эти вековые правила словно теряют смысл. Её присутствие будоражит кровь иначе, чем простое желание поиграть с очередной симпатичной девушкой. Это глубже, сильнее – как зов луны в самую тёмную ночь. Именно поэтому я медлю, сдерживая своего внутреннего хищника. Она слишком драгоценна, чтобы рисковать.

У нас, оборотней, всё предельно ясно в вопросах пар – это как первый луч солнца после долгой ночи. Встретил свою истинную – и весь мир меняется в одно мгновение, без сомнений и колебаний. Люди же. они блуждают в потёмках собственных чувств, постоянно сомневаясь и анализируя. Даже когда судьба преподносит им дар истинной любви, они часто проходят мимо, не понимая его ценности. Как объяснить той, кто выросла среди людских условностей, что некоторые вещи просто предначертаны самой природой?

Мысль о том, что я могу напугать её, заставляет меня сдерживать рвущееся наружу признание. Моя мышка, такая хрупкая в своей человеческой природе, ещё не готова услышать всю правду. Она не понимает, что первая близость между истинными парами – это не просто секс. Это древняя магия, которая свяжет нас на уровне крови и духа, сделает её частью меня, моей сути.

Сейчас она балансирует на грани двух миров, едва коснувшись поверхности нашего. Для неё магия всё ещё похожа на красивую сказку, где оборотни живут в уютных квартирах и пьют капучино. Она не знает о древних законах стаи, о том, как глубоко уходят наши корни в дикую природу. Её человеческое воспитание не подготовило её к тому, что значит быть парой оборотня – быть частью чего-то большего, древнего, первобытного.

И я боюсь. Боюсь, что когда она поймёт всю глубину изменений, которые её ждут, это может оказаться слишком много. Слишком быстро. Слишком необратимо.

Я рассеянно пропустил сквозь пальцы длинные пряди – платиновые, с едва заметным розовым отливом, напоминающим о её дерзкой выходке. Губы сами растягиваются в ухмылке при воспоминании об этом розыгрыше. Кто бы мог подумать, что невинное подтрунивание над сводной сестрой обернется встречей с истинной парой?

Соскользнув со стула, я растянулся на полу библиотеки. Всё могло быть куда проще – страстная ночь, горячий секс, её стоны и изгибающееся подо мной тело. О да, я знаю себе цену в постели. Но судьба решила иначе, превратив простое влечение в нечто гораздо более глубокое и сложное.

Как объяснить ей, что в момент наивысшего наслаждения древняя магия возьмет верх? Что мой зверь вырвется наружу, требуя завершения ритуала? Я невольно фыркнул, представив её реакцию. "Привет, мышка, готова к сексу с лисом?" – звучит как начало сомнительного анекдота. Но это часть нашего мира, древний обряд, через который ей придется пройти. Первая близость с оборотнем всегда включает полное обращение – такова цена принятия в стаю.

Я до сих пор помню запах её страха, когда она впервые увидела мои клыки. А ведь это была всего лишь частичная трансформация. Что будет, когда она увидит меня в полной форме? В самый интимный момент?

В моей голове медленно формировался план. Ночь Осеннего костра – древнейший праздник, когда грань между человеческим и звериным истончается до предела. Магия, пронизывающая воздух в эту ночь, смягчит трансформацию, сделает её более естественной. Если Мелисса действительно моя истинная пара – а в этом я уже не сомневаюсь – природа сама направит нас, защитит её хрупкое человеческое тело от моей звериной сущности.

Я потер переносицу, вспомнив о приближающемся возвращении родителей. Отец, с его диким нравом и презрением к человеческим условностям, поймет. Может, даже посмеется над иронией судьбы, связавшей его сына с приемной дочерью. Но мать Мелиссы. Эта женщина с её строгими моральными принципами и четким разделением на "правильно" и "неправильно" станет настоящим испытанием. Как объяснить человеку, что законы природы и магии стоят выше социальных норм?

Я представил, как она узнает, что её дочь не просто связалась со сводным братом, а стала парой оборотня. Этот разговор обещает быть. интересным.

История наших родителей – это яркий пример того, как работает магия истинных пар у оборотней. После гибели матери отец по-своему полюбил мать Мелиссы, но эта любовь другая – более спокойная, человеческая. Она не имеет ничего общего с той всепоглощающей связью, что существовала у него с моей матерью. Истинная пара оставляет неизгладимый след в душе оборотня, метку, которую невозможно стереть или заменить. Да, у отца появились новые отношения, новая семья, но место в стае навсегда останется пустым – эту роль может занимать только истинная пара.

Накинув потертый кожаный плащ – моя маленькая дань традициям – я направился в город. Волчье логово в Уютске стало своеобразной шуткой местного сообщества оборотней. Забавно наблюдать, как место, некогда бывшее воплощением заячьей милоты с их розовыми чашечками и кружевными салфетками, превратилось в излюбленное место встречи волков. Теперь здесь царит брутальный минимализм, темное дерево и кожаные диваны, а в воздухе витает смесь запахов кофе и хищных оборотней. Ирония судьбы – зайцы сами приманили своих извечных преследователей.

В Волчьем логове настоящая жизнь всегда начинается после заката. Когда сумерки окутывают город, а луна поднимается над крышами, оборотни собираются здесь, позволяя своей истинной природе проявляться более свободно. Воздух наполняется запахами различных видов, создавая причудливый коктейль из феромонов и эмоций.

Мысль о Мелиссе кольнула неожиданным беспокойством – я не предупредил её об уходе. Забавно, как эти человеческие привычки начинают проникать в мое сознание. Для нас, оборотней, естественно приходить и уходить по зову инстинктов, не отчитываясь о каждом шаге. Но её человеческая натура наверняка воспримет моё исчезновение как-то иначе – может, начнет придумывать сложные объяснения или беспокоиться. Эта их постоянная потребность всё контролировать и объяснять порой забавляет, но сейчас заставляет чувствовать укол вины.

Массивная деревянная стойка бара, отполированная локтями нескольких поколений оборотней, встретила меня знакомым древесным ароматом. Бармен – молодой волк по имени Грей – протирал бокалы с той особой волчьей педантичностью, которая всегда меня забавляла. Его серые глаза чуть заметно сузились, когда я приблизился – видимо, новости о моей человеческой паре уже разлетелись по всему сообществу.

– Двойной виски, лед, – я небрежно облокотился о стойку, делая вид, что не замечаю напряженных взглядов других посетителей. Волки – создания прямолинейные, но я лис, а мы предпочитаем более тонкие игры.

– Как дела? Давно не виделись, – начал я издалека, зная, что Грей, как и любой бармен, – кладезь местных сплетен.

Янтарная жидкость заплескалась в стакане, звякнули кубики льда.

– Да вот, обсуждаем последние новости, – протянул он с той особой интонацией, которая говорила больше, чем слова. – Слышал, ты собираешься. удивить всех на Осеннем костре.

Я сделал глоток, наслаждаясь тем, как алкоголь обжигает горло. По залу прокатился приглушенный шепот – волки явно прислушивались к нашему разговору. Их неодобрение висело в воздухе, густое и тяжелое, как дым их сигар.

– Меня всегда забавляло, как быстро расходятся новости в нашем маленьком сообществе, – я покрутил стакан, наблюдая за игрой света в янтарной жидкости. -Особенно среди волков. Что, старейшины уже собрали экстренный совет?

Грей хмыкнул, начиная протирать очередной бокал с преувеличенным вниманием. – Знаешь, лис, одно дело – твои обычные выходки, и совсем другое – привести человека на священный праздник. Некоторые считают это. неуважением к традициям.

Я почувствовал, как мой зверь внутри напрягся, готовый защищать право на свою пару. Но внешне только улыбнулся, демонстрируя идеально ровные зубы – намек, который любой оборотень считает безошибочно.

–Традиции традициями, но законы природы никто не отменял. Или кто-то хочет оспорить права истинной пары?

Повисла тяжелая пауза. Даже музыка, казалось, стала тише. Грей медленно положил полотенце, которым протирал бокалы.

– Ты уверен, лис? Истинная пара с человеком – это... необычно.

– А когда это лисы были обычными? – я допил виски одним глотком. – Передай старейшинам, что я приведу свою пару на Осенний костр. И лучше им принять это как факт.

– Я слышал, Северная стая тоже заинтересовалась этой ситуацией, – как бы между прочим обронил Грей, и я почувствовал, как шерсть на загривке встает дыбом, хотя внешне остался спокоен.

Северные – древний род, славящийся своим консерватизмом и жестокостью. Их интерес к моей мышке – не самая приятная новость.

– Пусть интересуются, – я небрежно пожал плечами, но внутренний зверь уже оскалился. – Только пусть помнят, что лисы не делятся своей добычей. Даже с волками.

Грей многозначительно кивнул, наполняя мой стакан снова – за счет заведения, как я заметил. Похоже, не все волки настроены враждебно.

– Знаешь, Рейнар, может оно и к лучшему. Времена меняются. Даже здесь, – он обвел рукой помещение, намекая на историю с заячьим кафе. – Просто. береги её. Человеческая девушка среди оборотней – это как олененок в волчьей стае.

– Не волнуйся, – я поставил пустой стакан на стойку. – Моя мышка покажет вам всем, что внешность бывает обманчива.

Прохладный ночной воздух ударил в лицо, когда я вышел из душного бара. И тут же уловил их запах – северные волки. Четверо, не меньше, окружили меня полукругом. Высокие, мускулистые, с характерными серебристыми прядями в темных волосах – визитная карточка их стаи.

– Ну что, ребята, решили устроить дружескую встречу? – я лениво потянулся, демонстративно игнорируя их угрожающие позы.

– Лисья шкура давно просится на воротник, – прорычал старший, с шрамом через бровь.

– О, как оригинально, – я театрально закатил глаза. – Может, вам лучше поиграть с палочкой? Или погрызть косточку? У меня где-то завалялась отличная ветка, специально для послушных песиков.

Они зарычали, обнажая клыки, но я видел их нерешительность. Одно дело – напасть на одинокого лиса в темном переулке, и совсем другое – устроить межвидовой конфликт прямо у популярного бара.

– Давайте без глупостей, – я небрежно поправил воротник куртки. – А то придется объяснять вашим старейшинам, почему вас исключили с праздника.

Угроза подействовала – северные медленно отступили, рыча и бросая злобные взгляды. Я дождался, пока они скроются за углом, прежде чем позволить себе расслабиться. Похоже, проблем будет больше, чем я рассчитывал.

Чёрт, моя мышка не должна знать об этом. Она и так балансирует на грани принятия нашего мира – со всеми его клыками, когтями и древними законами. Если она узнает о северных волках, о их угрозах. Зная её характер, она может наделать глупостей. Или того хуже – начнет отдаляться, пытаясь защитить меня. Люди часто путают благородное самопожертвование с откровенной глупостью.

А ещё она наверняка захочет всё решить по-человечески. Полиция, законы, правовая система – как будто это может остановить стаю древних оборотней. Нет, пока что лучше держать её в неведении. По крайней мере, до Осеннего костра. Когда она официально станет моей парой, даже северные волки дважды подумают, прежде чем бросить вызов.

Но она так похожа на маленького любопытного лисёнка – обязательно что-то заподозрит. Особенно если увидит, как я принюхиваюсь к каждой тени и проверяю периметр вокруг дома.

Я прислонился к стене, обдумывая варианты. Северные не дураки – они знают, что после Осеннего костра будет поздно. Как только ритуал завершится, Мелисса станет официально признанной парой, и любое посягательство на неё будет равносильно объявлению войны между стаями. Но до праздника она уязвима. По древним законам, неинициированная пара – еще не пара, особенно если один из них человек.

Они могут попытаться напугать её, показать истинную природу нашего мира во всей красе. Или того хуже – попробовать разлучить нас, увезти её туда, где мой запах не сможет её найти. Ведь связь истинных пар до первого полного обращения ещё не настолько крепка, чтобы я мог чувствовать её на большом расстоянии.

Придется усилить охрану. Может, стоит попросить помощи у Карла – несмотря на нашу взаимную неприязнь, наг достаточно влиятелен, чтобы сдержать северных. К тому же, у него свои счеты с волками.

Главное – не допустить открытого конфликта. В схватке один на один я уверен в своих силах, но против целой стаи. Нет, нужно действовать хитрее. Недаром же я лис.

Змеиное логово встретило меня привычным ароматом специй и трав. Карл стоял за стойкой, его серебристая змея лениво обвивала плечи. Он даже не поднял глаза, когда я вошел – просто продолжал протирать свои любимые хрустальные бокалы, но я знал, что каждое мое движение отслеживается.

– Забавно, лис, – его голос был спокоен, но я уловил нотки яда. – Приходишь просить помощи у того, кого сам же оттеснил от своей пары?

Наг усмехнулся, и его змея зашипела, будто вторя хозяину. Я помнил, как Карл смотрел на Мелиссу, как его магия тянулась к ней во время того злополучного поцелуя. Он тоже почувствовал в ней что-то особенное.

– Ты же понимаешь, что северные не остановятся, – он отложил бокал. – И если с ней что-то случится, это ударит по всему магическому сообществу. Человеческая девушка, пострадавшая от оборотней – прекрасный повод для охоты на всех нас.

Я видел, как в его глазах мелькнуло что-то похожее на заботу. Возможно, его чувства к Мелиссе глубже, чем простое влечение. И это пугало меня больше, чем стая северных волков.

Я наблюдал за движениями Карла, за тем, как грациозно перетекает его змея с одного плеча на другое. Наги – древняя раса, их магия старше наших звериных инстинктов. Они руководствуются иной логикой, живут по своим законам. И я не уверен, что полностью понимаю эти законы.

С одной стороны, Карл никогда не нарушал своего слова. Его репутация в магическом сообществе безупречна. Но я видел, как меняется его взгляд, когда он смотрит на неё – холодная змеиная природа уступает место чему-то более теплому, почти человеческому.

Наг может защитить её от северных волков, но кто защитит её от нага? Его магия уже оставила след в её сознании, создала связь. Пусть слабую, но она есть. И что если, защищая её от волков, он попытается укрепить эту связь?

Но выбора у меня нет. Северные волки не остановятся, а до Осеннего костра ещё слишком далеко. Придется рискнуть и довериться нагу, но держать ухо востро. В конце концов, лисья хитрость не уступает змеиной мудрости.

– Привози её сюда, в моё гнездо, – Карл провел рукой по стойке, и я заметил, как древние руны вспыхнули под его пальцами. – Здесь даже северные волки дважды подумают, прежде чем сунуться. Змеиная магия старше их клыков.

Внутри всё сжалось от его предложения. Змеиное гнездо – не просто кафе с экзотическим названием. Это древнее место силы, где магия нагов достигает своего пика. Здесь Карл будет максимально силен, а я, напротив, окажусь ослаблен – звериная сущность плохо уживается со змеиной магией.

– Подумай, лис, – его голос стал мягче, почти гипнотическим. – Здесь она будет в безопасности. Я могу защитить её лучше, чем ты сейчас.

Он прав, чёрт возьми. Но мысль о том, что моя пара окажется в логове нага, под его постоянной защитой и влиянием, заставляет мой мех вставать дыбом. Особенно учитывая, как его магия уже однажды подействовала на неё.

Я перебирал в памяти древние свитки, пытаясь вспомнить хоть какое-то упоминание о влиянии змеиной магии на связь истинных пар. Наги – существа древние и хитрые, их чары способны проникать глубоко в сознание, особенно если жертва добровольно остается в их гнезде. А Мелисса, со своей человеческой природой, особенно уязвима для такого воздействия.

Змеиная магия действует иначе, чем наша звериная суть – она не агрессивная, не захватывает силой, а медленно просачивается, как яд, меняя восприятие реальности. Что если постоянное присутствие Карла, его чары, даже сам воздух его гнезда начнут размывать нашу связь? Она ещё не закреплена ритуалом, всего лишь первые ростки того, что должно расцвести в ночь Осеннего костра.

К тому же, я помню, как она реагировала на его магический поцелуй – полное подчинение, транс, словно её воля растворилась в его чарах. А ведь это было лишь мимолетное прикосновение. Что случится, если она проведет под его защитой несколько дней или недель?

Я рассеянно теребил серебряный медальон на шее – подарок матери, древний артефакт нашей стаи. Говорят, он способен защищать от чужой магии, особенно если отдать его добровольно тому, кого хочешь уберечь. Но достаточно ли будет его силы против чар нага? Особенно против такого древнего и могущественного, как Карл.

Есть ещё способ – частичная метка. Не полное соединение, как в ночь Осеннего костра, а лишь намек на него, предварительное обещание. Легкий укус, достаточный чтобы оставить мой запах, мою защиту, но не настолько глубокий, чтобы запустить необратимые изменения. Это может создать временный щит от змеиных чар, но риск велик – один раз попробовав её крови, мой зверь может потерять контроль.

Все эти варианты требуют её согласия, её доверия. А как объяснить необходимость таких мер, не раскрывая всей опасности ситуации?

В моей голове пронеслись все возможные последствия частичной метки. Если трансформация начнется раньше времени, без поддержки древней магии Осеннего костра, это может быть опасно для Мелиссы. Человеческое тело не готово к таким резким изменениям – оно должно привыкать постепенно, впитывая силу природных циклов. Преждевременная трансформация может вызвать отторжение, когда её организм начнет бороться с магическими изменениями.

К тому же, частичная метка может пробудить мои инстинкты раньше времени. Если я почувствую вкус её крови, зверь внутри может потребовать большего – полного единения, завершения ритуала. А я не уверен, что смогу остановиться. Даже мысль о том, как её кровь коснется моих губ, заставляет клыки удлиняться, а когти впиваться в ладони.

Есть и другая опасность – незавершенная трансформация может оставить её в подвешенном состоянии, ни человеком, ни полноценным членом стаи. Это сделает её еще более уязвимой как для волков, так и для змеиной магии.

– Я подумаю, Карл.

Глава 15

Мелисса

Едва я успела опомниться, как в мою комнату ворвался вихрь в лице Рейнара. Его длинные платиновые волосы растрепались, а на руках виднелись свежие царапины – похоже на следы когтей или шипов. Но больше всего меня напрягла его наигранная веселость – я уже научилась различать, когда мой лис действительно радуется, а когда прячет тревогу за маской беззаботности.

– Эй, что происходит? – я попыталась остановить его, когда он начал бесцеремонно запихивать мои вещи в чемодан. Его движения были слишком резкими, торопливыми – совсем не похоже на его обычную грациозную манеру.

– Мы едем в гости к Карлу! – объявил он с преувеличенным энтузиазмом, старательно избегая моего взгляда. Я замерла. После того магического поцелуя даже упоминание имени нага вызывало во мне странную смесь страха и притяжения.

– Что? – мой голос дрогнул, когда я попыталась схватить его за руку. – С каких это пор ты добровольно отправляешь меня к Карлу?

От него исходила тревога, я это чувствовала. Что-то случилось, что-то достаточно серьезное, чтобы заставить его искать помощи у нага.

– Просто поверь мне, мышка, – его голос стал мягче, а в глазах мелькнули знакомые озорные искорки. – К тому же, разве ты не хочешь посмотреть, как твой любимый лис будет страдать в окружении змеиной магии? Уверен, Карл уже приготовил для меня особый травяной чай. С валерьянкой.

Он подошел ближе, демонстративно принюхиваясь к моей шее, как делал всегда, когда хотел смутить меня. Его длинные волосы защекотали мое лицо, и я невольно улыбнулась, несмотря на тревогу.

– Ты что-то скрываешь, – я попыталась звучать строго, но получилось плохо. – И это что-то достаточно серьезное, раз ты готов терпеть змеиные шуточки.

– О, так ты беспокоишься за мою гордость? – он картинно прижал руку к сердцу. – Какая забота! Может, даже будешь кормить меня виноградом, пока я страдаю от общества нага?

Но даже сквозь шутливый тон я чувствовала его напряжение. Что бы ни заставило моего самоуверенного лиса искать убежища у Карла, это явно было чем-то серьезным.

– Собирайся, мышка, – он подмигнул, забрасывая в чемодан мое любимое платье. – И да, можешь взять ту книгу про межвидовые отношения. Уверен, Карл оценит твой исследовательский интерес.

– Наши родители через неделю приезжают, – я скрестила руки на груди, наблюдая, как Рейнар замер на мгновение, а потом продолжил укладывать вещи с еще большим энтузиазмом.

– О, поверь, к их приезду мы уже вернемся, – он небрежно махнул рукой, но я заметила, как дернулся уголок его рта.

– Рейнар, – мой голос стал тверже. – Мама будет в ярости, если не застанет меня дома.

– Твоя мама и так постоянно в ярости, когда дело касается меня, – он хмыкнул, запихивая в чемодан мои носки. – Так что ничего нового. По крайней мере, у неё будет реальный повод для недовольства, а не очередные фантазии о том, как я допекаю её драгоценную дочь.

Я закатила глаза, но внутри все сжалось. Что могло быть настолько серьезным, что Рейнар готов рискнуть гневом родителей?

– Ладно, поехали, – я начала методично складывать косметику в небольшую сумочку. Раз уж мой парень-лис что-то почуял своими звериными инстинктами, стоит довериться его чутью.

Рейнар застыл посреди комнаты, словно громом пораженный. Его длинные платиновые волосы качнулись, когда он резко развернул меня к себе.

– Постой. Что-то тут не так, – его глаза сузились. – Ты действительно хочешь поехать к этому нагу? Серьезно?

Я не выдержала и рассмеялась, глядя на его растерянное лицо. Он присоединился к моему смеху, но в его взгляде все еще сквозила настороженность.

– Ты странная, Мелисса, – он покачал головой, продолжая удерживать меня за плечи.

– Кто бы говорил, – фыркнула я, глядя на его все еще розоватые волосы.

Одним плавным движением Рейнар опрокинул меня на кровать, его глаза озорно блеснули.

– Я думала, мы спешим, – выдохнула я, пытаясь звучать строго.

– М-м-м, – промурлыкал он, утыкаясь носом в мою шею. – Знаешь, мышка, а ведь это последний шанс пахнуть мной, а не змеиными благовониями. Уверен, наш чешуйчатый друг уже приготовил для тебя особые травяные ванны.

Его руки скользнули по моим бокам, играючи пощекотав ребра, заставляя меня извиваться и хихикать.

– Рейнар!

– Что? – он невинно захлопал ресницами, но его хвост предательски подергивался от возбуждения. – Просто хочу убедиться, что ты будешь скучать по своему любимому лису. А то вдруг тебе понравится вся эта змеиная экзотика?

Он демонстративно принюхался и состроил комично-страдальческую гримасу:

– О нет, от тебя уже пахнет книжной пылью. Надо срочно исправлять.

– Книжной пылью? – я попыталась возмутиться, но его пальцы, легко пробежавшие по моей шее, превратили слова в тихий вздох.

– Ага, – он наклонился ближе, его дыхание щекотало мое ухо. – Все эти умные книжки про магических существ. Держу пари, ты опять читала про лис-оборотней? Признайся, искала секретные способы приручить одного конкретного лиса?

Его руки скользнули под мою футболку, пальцы коснулись живота, добрались до нежной кожи груди. Я почувствовала, как его когти слегка удлинились – верный признак того, что он теряет контроль.

– Боюсь разочаровать, мышка, – он игриво прикусил мочку моего уха, – но твой лис абсолютно неприручаем. Хотя. – его глаза опасно блеснули, – ты можешь продолжать пытаться.

Я запустила пальцы в его длинные волосы, наслаждаясь их шелковистой текстурой. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что мы действительно должны спешить, но его близость затуманивала разум.

Его губы скользнули по моей шее, находя особенно чувствительную точку. Я почувствовала, как его клыки слегка удлинились, царапая кожу – не до крови, но достаточно, чтобы вызвать дрожь.

Рейнар втянул кожу, оставляя яркую метку, и я знала – он делает это специально, чтобы все видели его "подпись".

– Вот теперь идеально, – он отстранился, любуясь своей работой с самодовольной ухмылкой. – Признай, мышка, ни один наг не умеет оставлять такие художественные метки. Это особый лисий талант.

На его лице застыла самодовольная ухмылка, пока он ждал моего ответа, явно наслаждаясь моментом.

– Ну же, скажи это, – он игриво потерся носом о мою щеку. – Скажи, что твой лис лучше всяких там змей. Мне нужно это услышать, прежде чем я героически отведу тебя в их логово.

Не дождавшись ответа, он рассмеялся и одним плавным движением подхватил меня на руки вместе с наспех собранной сумкой.

– Ладно, можешь не говорить. Твои раскрасневшиеся щеки говорят за тебя, – он подмигнул, направляясь к выходу. – К тому же, у нас еще будет время это обсудить. Много времени.