Текст книги "Свидание вслепую (СИ)"

Автор книги: Рина Львович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

7

Надежды друзей не оправдались.

Рано утром по секретной связи пришло сообщение, что Рассветные во время облавы на темных некромантов, проводивших среди простых людей немагического государства подпольный ритуал по вызову нежити, нашли подозреваемых: неизвестная женщина, скрывающаяся под ликом умертвия, и красноволосый мужчина. Дозор ведет активные поиски, пытаясь восстановить связь по личным вещам, оставленным преступниками, а именно венок из неувядающих маков, потерянный злодейкой во время побега. Свидетели и улики были помещены под усиленную магическую защиту, дабы преступники не смогли до них добраться.

Тут же на офисы некромантки и Жнеца были наложены дополнительные усиленные защитные заклинания, а черти отправлены на запутывание следов, сбивание энергетических потоков и наведение прочей бесовщины. Кабинет Марьи сейчас больше походил на подпольный штаб заговорщиков, а не на офис экстрасенса. Моревна, Анкоу и Туна сидели вокруг столика, низко склонив головы друг к другу. Говорили шепотом, словно малейший звук мог покинуть стены здания и раскрыть место пребывания незаслуженно обвиненных в чужом преступлении.

– Считаю правильным явиться в Комитет по использованию несанкционированной магии на территории немагических государств и все объяснить. – Жнец предлагал самый законопослушный способ решения проблемы.

– Ага, будут они тебя слушать! Конец месяца у всех. Никому висяки не нужно. Наоборот, у всех начальство требует закрыть план по раскрытым делам, поэтому разбираться особенно и не станут. Пора залечь на самое дно. – Для Кракенши, имеющей опыт в побегах, такое решение было очевидным, ведь если ты не нужен здесь, то где-нибудь там тебя точно ждут с распростертыми объятиями, которые могут оказаться и кандалами.

В чем-то Туна была права: Анкоу и Марью точно ждали Рассветные. Только в гостях у эльфов некромантке и Жнецу хотелось оказаться меньше всего. Кроме того, спрятаться от Комитета было негде, если только у Мары и Карачуна в Нави, и то данное убежище не казалось абсолютно безопасным, ведь русская мудрость гласит: кто ищет, тот всегда найдет. А искать Рассветные умели. Связи родителей Моревны и начальства Жнеца тоже не сработают: они не пойдут против межцарственного Закона. Да и впутывать в свои дела близких некромантка не любила, разбираясь с проблемами сама.

– Для начала сменим личину. – Туна выпрямилась, закрыла глаза, и начала трансформацию.

Сероватый оттенок тела секретарши поменялся на песочно-коричневый цвет, в некоторых местах появились наросты в виде раковин, камней и кораллов. Волосы девушки стали сине-водянистыми.

– Туна, прекрати. – Анкой лишь поморщился. – Ты сейчас похожа на подводный риф. Осталось только чернильное облако вокруг распылить. Однако мы с Марьей в воде долго прятаться не сможем. А в повседневке, ты еще больше внимания к себе привлечешь. К тому же аура-то не изменилась.

– Тебе хорошо говорить. – Кракенша фыркнула, возвращаясь к прежнему виду. – Нашего Мрачного сейчас даже мать родная не узнает. Прямо Купидон во плоти! А что простым смертным делать?

– Нужно выкрасть улики. – За рабочим столом некромантки возник призрак герцога. – Если получится, то и след ауры эльфы потеряют. Бесы – народ веселый и зловредный, однако даже они не в состоянии Рассветных за нос долго водить. Остается одно – проникнуть в стан врага и похитить венок.

– Вот же рожа высокородная! – Рядом с призраком возник Агафон. – Хошь нашу красавишну в самое пекло закинуть⁈ Да как твой, нежитский язык повернулся такое ляпнуть⁈ Хозяйка, я сразу ентого подстрекателя развеять предлагал, шоб всяку ересь тут не распространял и не смушал умы молодые!

– Идея хоть и рискованная, но дельная. – Марья вздохнула. – Сама уже об этом подумала.

– Напоминаю: у нас слишком мало времени, чтобы ее осуществить. – Подхватил Жнец. – Через два дня запланировано свидание. Если пропустишь, госпожа Мара не простит никого. А после похищения улики и правда на дно залечь придется.

– Дорогая леди, – Инокентинус поприветствовал Марью, возникшим в руке бокалом вина, – вы мертвецки прекрасны в своей магии. У меня есть еще один холостой внук. Об этом не принято говорить в высшем обществе, но он – полукровка, по материнской линии из вампирских будет. Я предлагаю Вам его в мужья. И вопрос со свадьбой будет решен, и тайное убежище для того, чтобы скрыться от Комитета найдется: у них там, в гнезде, такая энергетика, что даже клан черных магов вас вычленить не сможет.

– Ах, ты нежить неупокоенная! Сколько уже лет, старый хрыч, на том свете гостишь, а туда же! – Агафон попытался ударить Морбидуса, но рука Домового прошла сквозь тело призрака. – Ты за кого нашу девушку принимаешь⁈ Она же из семьи Богов как-никак происходит, а ты ей каких-то там кровопийц подсовываешь!

– Да не собираюсь я замуж. – Марья пренебрежительно пожала плечами. – Шутки шутками, но у меня даже домашняя живность дохнет. Приходится постоянно из праха восстанавливать. А тут целый и пока еще живой муж. Не могу я такую ответственность на себя взять. – Моревна покачала головой. – Свидание организовано братьями по прихоти матушки, так, для проформы. Задерживаться там долго не собираюсь. Тем более в бегах красоваться на публике совершенно не следует.

– Совсем ты себя, матушка, не бережешь. – Агафон поставил перед девушкой чашку ромашкового чая. – Соваться некромантке к ушастым весьма хлопотно, потому как опасно. Не любят они таких.

– Я тебя умоляю! – Туна закатила глаза. – Крыс тоже никто не любит. А кто такие по своей сути белки? Те же самые противные грызуны, только рыжие и с пушистым хвостом. Здесь главное – правильный макияж и бредовые вещички.

– Тогда только один путь, – герцог растворился в кресле и возник уже на диване рядом со Жнецом, – изъять собственность, принадлежащую мисс Марье из закромов Рассветных. По-вашему – это экспроприация имущества в пользу нуждающихся. Продуманный план, грим и слаженные действия – все это поможет нам достичь поставленной благостной цели.

Моревна являлась по натуре реалисткой и понимала, что как минимум один пункт из перечисленных призраком был слабо досягаем, потому что составить четкий сценарий «экспроприации» времени не хватало. Оставалось действовать нагло, напористо, пользуясь эффектом неожиданности. Эльфы наверняка уверены, что преступники – существа разумные, а потому лезть в охраняемую сокровищницу Комитета, что сравнимо с самым жестоким самоубийством, просто не осмелятся. Зря они так думают, видимо пока еще не сталкивались с загадочной русской душой, непонятной и непознаваемой.

– Госпожа! – Из коробочки, вернее из вспыхнувшего огня, выскочил черт. – Беда! Дозор сегодня обряд вечером будет проводить по определению вашей ауры. Всех сильных магов три-восьмого царства собрали!

– Тьфу на этих ушастых сыскарей! – Агафон даже ногой в лапте топнул. – и куды так поспешають-то? Даже шансу обмозговать стратегию не дають. Шош нам делать-то?

– Придется ритуал срывать. – Анкоу с тревогой посмотрел на подопечную. – Тут либо пан, либо пропал. – В красных глазах Жнеца вспыхнула смешинка, – Предлагаю сходить в психическую атаку. Заодно и на стрессоустойчивость Рассветных проверим.

Понятное дело, все заказы и приемы в таких экстремальных условиях были отменены. Даже Анкоу поставил вместо себя главным в офисе своего заместителя на случай проявления неожиданных смертей и душ, которых необходимо проводить в Навь, конечно же, пообещав дополнительные премиальные и отгулы к отпуску за переработку.

– Своими силами не справимся, матушка. – Агафон почесал маковку. – Сподручные надобны.

– Требуется отвлекающий маневр. – Мысль Домового на удивление поддержал и призрак герцога. – Из кого будем ваять пушечное мясо? И не смотрит меня так. Солдат обязан спасти командира, закрыв начальника своей широкой грудью. И так как моя метафизическая материя не в состоянии удержать ни оружие противника, ни его самого, то и на данную роль эта скромная персона, как не печально, претендовать не может.

Решили вызвать Жнецов для формирования авангарда боевого подразделения. Чтобы рассмотреть все кандидатуры вышли в фойе этажа, где уже выстроились в одну линию штук двадцать молодых и рьяных ангелов смерти обоих полов.

– Что же они у вас, батенька, все такие жизнью загнанные в рамки стандарта. Совершенно никакого креатива не наблюдается. – Инокентинус со скептицизмом рассматривал строй одинаково одетых в черные плащи с надвинутыми на лица капюшонами существ, каждый из которых держал в руках косу. – И в оружии никакого разнообразия.

– Плащи снять! – Приказ старшего был выполнен быстро и слажено.

– Ох, не надо разоблачаться! – Морбидус прикрыл своими прозрачными ладонями глаза. – Я еще не отошел от образа любимой тещи, когда ваш работник пришел по мою душу. Там все возможности остаться в живых были уничтожены.

Мрачные после подтверждающего кивка начальника, накинули свои одеяния обратно на головы и плечи, снова замерев неподвижными статуями.

– Погибнуть могут? – В голосе герцога звучал неподдельный интерес ученого, столкнувшегося с чем-то новым и жутко интересным.

– Конешна могуть. – Домовой смотрел с осуждением. – У нас и боги погибають, не то шо ихние сподручные. А потому неча жертвовать ценными кадрами в угоду аристократу-проходимцу, да к тому же и поднятому.

Вот так и происходит столкновение интересом и моральных ценностей, когда полководцу необходимо кинуть свои войска в атаку, понимая, что жертвы будут и не малые. Марья к таким не принадлежала, Анкоу же, для которого смерть являлась работой, особенно ценил чужую жизнь. Оставалось надеяться только на героизм и самоотверженность личного состава. Добровольцев оказалось существ десять. У каждого из вызвавшихся участвовать в битве Мрачных Жнецов имелся зуб на Рассветных или их эльфийских родственничков. Кого-то жених обманул, над кем-то в Академии издевались, кто-то просто не переносил высокомерность длинноухих и был не прочь подсыпать им в чай вместо сахара соль или совершить еще какую-нибудь мелкую пакость. Именно в таком масштабе и никоим образом больше. Марье совершенно не нравилась мысль разгребать потом межрасовый конфликт, который своими масштабами мог накрыть все десять миров. Родители такое уж точно не одобрят.

Заниматься гардеробом ангелов смерти поручили Туне и герцогу, который, оказывается, по его словам, знал толк в моде. Марья же с Анкоу сели разрабатывать план их дерзкого вечернего набега на стан Рассветных. Черти были отправлены в разведку, дабы доставить в штаб новые сведения о порядке проведения обряда, количестве участников и места нахождения магической локации.

Цель была ясна всем – венок Марьи. А вот о способах спорили несколько часов, потому что главной задачей было – не попасть в руки противника. Собрав все новости от чертей, самоназначенный интендант Агафон даже состряпал макет священной поляны в эльфийской роще, используя подручные материалы, а именно пластиковые крышечки, цветные бумажные салфетки, травинки и притащенные каким-то Бесом шишки.

Также его жена, Агафья, собрала провиант для некромантской армии. А что? Война войной, а обед по расписанию. Возражать этому Марья не стала, потому как бесполезно спорить с домовитыми духами. Однако картина, нарисованная воображением, заставила Моревну улыбнуться. Девушка ярко представила бой. Вокруг летают магические заклинания, кто-то уже пошел в рукопашную, и вот среди этого хаоса возникает Агафья в домашнем передничке, бьет половником по кастрюле, кричит: «Обед!». Тут же бой прекращается и к ней выстраивается очередь из Жнецов и эльфов вперемешку, держа в руках выданную ранее Агафоном чашку и ложку, обсуждая, из каких сухофруктов сегодня сварен компот.

Но шутки, шутками, а место оказалось весьма опасным и очень хорошо охраняемым. Поэтому было решено создать иллюзии нападения чудовищ, которыми прикинуться Жнецы, приняв свой рабочий облик, а Марья будет изображать жертву нападения. У эльфов кодекс чести стоит превыше всего, а потому Рассветный просто обязан будет спасти красавицу, попавшую в беду. Анкоу, во время основной заварухи, уничтожит венок Марьи. Обыкновенным не восстанавливаемым заклинанием, ведь таскать улику, к которой наверняка прикреплена магическая следилка, через вес миры не только не имеет смысла, но и очень опасно.

Через час в кабинет зашла Туна, а герцог просочился сквозь стену.

– Я не уверена, что мы достигли нужного эффекта устрашения. – Туна плюхнулась в кресло.

– Она слишком скромно говорит о своих талантах. – Призрак старика улыбнулся. – Даже меня, мертвого, пробрало. Я уже вспоминаю образ пришедшей за мной тещи с большой любовью.

– Теперь Марья, твоя очередь.

Решимость, написанная на лице кракенши, могла напугать кого угодно. Только вот Моревна в свое жизни и пострашнее видала, поэтому спокойно поднялась со своего места и отправилась в «гримерку», в которую временно превратилась приемная секретарши. Когда результат работы Кракенши и герцога увидел Агафон, то даже нечисть перекрестилась, а Жнец долго смеялся во весь голос. Анкоу был весьма доволен результатом, ведь не только ему пришлось пасть жертвой перевоплощения.

Все приготовления были закончены, стихийный план составлен, время действовать пришло.

8

Эльфы всегда были серьезным народом, дотошным. Благодаря бессмертию, у них выработался иммунитет к ошибкам, поэтому проведение ритуала по определению ауры хозяина макового трофея длинноухие разработали тщательно. На поляну вокруг священного дерева согнали самых сильных магов, обрядились в традиционные одежды, включающие плащи с капюшонами из тончайшего шелка с золотыми узорами. Головы присутствующих украшали венки, сплетенные из цветов белого клевера и лесных колокольчиков.

Солнце коснулось линии горизонта, готовое упасть за иллюзорный край, погружая весь мир во мрак. Время ритуала пришло.

Старейшины рода Рассветных, возглавлявших Комитет по охране Грани между мирами живых и мертвых, выстроились в магический круг около священного дерева рода. В центре, на изумрудном мраморном алтаре, лежал венок с неувядающими маками. Этот предмет выделялся на чистом бело-зеленом фоне угрожающим кровавым пятном. Вокруг танцевали и пели заклинания эльфийки. Их стройные фигуры изгибались в плавных движениях, а звонкие голоса кому-то напоминали пение ветра в листве, кому-то – весеннюю капель во время таяния снегов, а иные слышали и соловьиные трели майских ночей.

Рядом с алтарем стоял командир Рассветных. Он держал в руках обнаженный меч, чье лезвие украшала древняя эльфийская магическая вязь. Воин был готов в любой момент применить свое оружие, ведь хозяином трофея могло оказаться и очень сильное в магическом плане чудовище, скрывшее себя под личиной хрупкой девушки-умертвия. За деревьями вокруг поляны расположился эльфийиский отряд, готовый в любой момент прийти на помощь командиру.

Отблеск последнего луча сверкнул на верхушках деревьев, и солнце окончательно свалилось в небытие, уступая мир мраку ночи. На стволе священного дерева засветились тонкие голубоватые линии, повторяющие рисунок коры, словно живительные соки выступили на поверхность дерева, устремляясь к алтарю, на котором возлежал, похожий на императорскую корону с кровавыми рубинами, венок. Эльфийки входили в экстаз, их движения становились все резче, а голоса все громче. Алтарь, опутываемый магической энергетикой священного дерева, тоже засветился. А щупальца поискового заклинания все тянулись к трофею, готовые поглотить безобидный предмет и спалить его в собственном холодном пламени.

Главный из Старейшин вышел вперед и протянул над артефактом руку. Энергетические нити, что уже оплетали постамент, взмыли вверх, заключая, таким образом, венок в некую клетку с тонкими, едва дрожащими прутьями. В ладони мага сформировалась сфера. Ее оставалось только толкнуть вниз, чтобы заклинание сплелось с аурой, оставленной на артефакте хозяином, когда раздался оглушающий взрыв.

В самом центре магического круга возникла черная воронка, из которой наружу посыпалась толпа существ, обряженных в костюмы Хэллоуина. Скелеты в черных балахонах и с косами в руках, уродливые ведьмы с метлами, феи с волшебными палочками, больше похожими на серпы, вампиры, офисные клерки и даже пару работников налоговой полиции и златокудрый то ли Купидон, то ли Херувим – всем скопом навалились на эльфов, зажимая им рты, прерывая заклинательные песнопения, или просто сбивая длинноухих с ног. Цель нападавших был алтарь, к которому неизвестные и пытались пропрваться.

Охрана периметра устремилась на помощь сородичам. Завязалась магическая битва: магические всплески разлетались во все стороны; растения, подвластные эльфам, тянулись к налетчикам своими стеблями и корнями, однако, соприкасаясь со Жнецами, осыпались на землю пеплом, который тут же подхватывал ветер и уносил прочь.

Командир Рассветных, не отходя ни на миг от алатаря, поднял меч, готовый опуститься на голову златокудрого Херувимчика, когда из темной бездны портала прямо на мужчину выпрыгнула Белая Дева. Удлиненные кружевные рукава ее одежд развивались на ветру, словно два трепетных крыла. Короткий подол пышной юбки открывал вид на стройные ноги в ажурных черных чулках. Стоило Деве шагнуть вперед, как шпильки ее белых ботфорт увязли во влажной лесной почве. Девушка дернулась. Освободив одну ногу, но зацепилась носком за ползущий корень, потеряла равновесие и рухнула в объятия эльфа, останови таким образом смертельный для Анкоу удар.

Командир Рассветных замер на мгновение, рассматривая свой неожиданный трофей. На лице неизвестной девицы, изрядно покрытом белилами, была вытатуирована паутина, расходящаяся от черных глаз во все стороны. Яркая подводка лишь подчеркивала глубину этого космоса, в котором сверкали звезды. Губы, окрашенные ярко красной помадой, сочетались с маками, что все еще лежали на алтаре, подсвечиваемые бледно-голубой магией эльфов.

Рассветный попытался стряхнуть вцепившуюся в его руку девушку, одновременно отталкивая ногой подобравшегося к алтарю скелета. Что-то хрустнуло, и пострадавший Жнец, выругался на вполне себе понятной межмировом языке. А наглая девица с устрашающей внешностью, точным движением кисти выбила из руки Рассветного меч, и запрыгнула к растерявшемуся эльфу на руки.

– Дорогой, не смей меня игнорировать! – Заверещала Дева противным голосом на всю поляну.

– Слезь с меня, уродина! – Эльф вцепился обеими руками в неизвестную, пытаясь оторвать от себя мешающий ему участвовать в сражении нахалку.

– Эльфы добрые! – Заголосила в ответ незнакомка. – И что ж это на свете-то белом делается! Жених от невесты отказывается! Сперва преследовал, а потом успокаиваться в месте не желает! Где справедливость⁈

– Заткнись, ненормальная!

Схватка с умертвием, от которого почему-то веяло вполне реальным теплом живого создания, постепенно перешла врукопашную. Хотя отдирание от собственного тела девушки, вцепившейся в Рассветного словно кошка всеми своими когтями и конечностями, больше походило на глупую игру. Во время одного из кульбитов Дева смахнула с алтаря маковый венок, который тут же спалила растрепанная мускулистая зубная фея в разодранном розовом платье, с которого уже изрядно осыпалось блесток.

– Уходим! – Над поляной взметнулся златокудрый Херувим, ударивший по струнам арфы, которые застонали на весь священный лес воплем баньши.

Со стороны леса послышалось шарканье чьих-то ног, и на поляну медленно вышли умертвия, протягивающие свои руки к живым.

– Твоя работа? – Анкоу тут же оказался рядом со сплетенными телами эльфа и магички.

– С ума сошел⁈ – Марья сама соскочила с Рассветного, отталкивая того в другую сторону и занимая оборонительную позицию.

В руке некромантки тут же возник серп, подаренный матушкой еще в младенчестве, а Жнецы быстро перестроились, окружив своих лидеров. Но эльфы посчитали, что зомби были вызваны нападающими, поэтому обороняться пришлось сразу от двух противников.

Марья подскочила к эльфийке, что пыталась отбиться от вцепившуюся в нее нежить и одним движением серпа срубила умертвию голову, покатившуюся в какие-то чахлые кустики. Не останавливаясь, Моревна порубала еще пару из полчища нежити, что продолжала лезть из чащи. Жнецы и эльфы также вступили в битву.

Боясь, что магия некроманта может войти в резонанс с эльфийской, Марья продолжала отрубать головы созданиям, которые в общем-то не были виноваты в том, что в них пробудился голод. Поднятое тело не имело собственных жизненных сил, так необходимых для движения их полуистлевших тел. Несчастные, мирно почивавшие до недавнего времени в собственных могилках, были разбужены и сохранили только одну жажду убивать, чтобы продолжать существовать в реальном мире. Вопрос возвращенной в тело души не стоял. В этих пустых сосудах ее просто не было, только мысль хозяина, впечатавшаяся магически вместе с крупицами сознания в оголенные черепа. Желание свалить как можно быстрее вернуться в свой уютный офис уже зашкаливало, потому что кроме мерзких попыток захватить живых, зомби источали такой смрад, что дышать было просто нечем.

Из темноты раздались какие-то непонятные звуки, похожие толи на бульканье, то ли на чавканье. А может это кто-то так смеется?

– Хочешь сказать, что это зомби нас преследуют? – Анкоу распылили очередное умертвие. – Но это просто невозможно!

– Скорее кто-то изначально призвал часть мертвяков с деревенского кладбища к себе, – Марье приходилось кричать, чтобы перекрыть шум боя. – Либо он использовал пространственную магию для их перемещения сюда!

Сзади раздался треск ломаемых кустов и тяжелые дробные удары по земле, вибрацией расходившиеся в разные стороны. Марья едва успела отпрыгнуть в сторону и оттолкнуть Рассветного, который, оказывается, совсем рядом орудовал своим мечом, когда на них выскочил… скелет, в черных провалах глазниц которого светились два красных уголька. Останки видимо когда-то принадлежали лосю. При жизни зверюга была немалого размера, потому что даже на высокой шпильке Мороевна не доставала ему до холки. Этот представитель бывших усопших не просто проскакал через а поляну, скелет остановился напротив некромантки, выбрав ее своей целью, наклонил голову, выставив вперед белые рога, хорошо видимые даже в такой темноте, и двинулся на девушку.

Вперед выскочил эльф. Он оттолкнулся от земли, в кувырые перелетая через выставленные мощные рога. Воин приземлилась на позвоночник зомби, и одним ударом меча полоснул по шейным позвонкам скелета, отделяя его голову от туловища. Укатиться черепу далеко не удалось, потому что он сразу же зарылся одним из рогов во влажную землю. Остальные зомби замерли и начали осыпаться прахом на изрядно вытоптанную траву.

– Пора уходить! – Приказ Анкоу услышали все.

Жнецы быстро организовали отступление обратно в портал. Марья тоже попыталась сбежать.

– Куда⁈ – Командир Стражей схватил Белую Деву за рукав, и изящное кружево с громким треском порвалось, обнажая белое плечо и ключицу Марьи до самого декольте.

– Ах, ты, гад! Ты знаешь, сколько стоит такой наряд⁈

Свободной рукой некромантка зарядила эльфу звонкую пощечину, сбивая с его лица спесь, а с головы венок. Равновесие опять было нарушено, и девушка по инерции навалилась на мужчину. Оба завалились на землю. Мгновение и ярко-красные губы Моревны оставили след на устах Рассветного. Эльф вскрикнул, потому что разозлившаяся девушка укусила того до крови.

– Совет да любовь! – Запел над самым ухом девушки Херувим, отрывая некромантку от эльфа. – Ждем сватов и свадебные подарки. Иначе, страстный ты наш, суженую не получишь!

Одним рывком Анкоу на руках с Марьей, переместился к порталу, юркнул внутрь и захлопнул проход. Операция по уничтожению улик прошла весьма успешно, за исключением появления несанкционированных умертвий конечно. Совершив еще несколько отвлекающих переходов, группа Жнецов во главе с Марьей вернулись в офис три-пятого царства, где Туна вместе с Домовым и призраком герцога уже организовали праздничный фуршет.

Компания являла собой слегка побитое, но все-таки довольное сборище, наперебой рассказывающее друг другу, какие были вытянутые лица у эльфов, когда Жнецы до них наконец-то добрались. Сколько было выкрикнуто в сторону диверсантов проклятий, которые просто грели ангелам смерти душу, а грудь распирало от гордости за свои подвиги. Тем более, что удалось покинуть поле битвы практически без потерь и с чувством выполненного долга: венок Марьи был уничтожен.

– А это тогда что? – Туна указала пальцем на цветочную гирлянду из белых клеверов и колокольчиков, свисающую с руки Моревны.

– Изыди, нечистый! – Некромантка взвизгнула, как испуганная девчонка, которой одноклассники подсунули таракана, и откинула цветы в сторону, словно у нее в руках оказался ядовитый скорпион.

– Коли глаголить про еныргетику, – вездесущий Домовой подобрал с пола венок и внимательно его осмотрел, – то данный предметик весьма чистый. Только, матушка, я чевой-то не досмысливаю, или ты замуж за ентого ушастого собралась? Али забыла, шо негоже с венками игратца? Варвара, кузина твоя, на таком как раз и погорела.

– Сплюнь, чтоб не сглазить! – Марья нахмурилась.

– А Машка его даже поцеловала. – Златокудрый Анкоу состроил довольную мину и даже тренькнул что-то на арфе, с радостью сдавая магичку с потрохами. – Закрепила, так сказать, помолвку.

– Хочу подробности! – Кракенша с нескрываемым интересом ожидала продолжения.

– Могу только факты. – Мрачный плесканул себе в бокал игристого и подмигнул подруге. – Первый: обмен венками. Эльф захватил Марьин маков цвет, а та, утащила его, с колокольчиками. О встрече друг с другом мечтали, тщательно будущее рандеву панировали, ловушки и обходные пути продумывая. И чем сегодняшнее приключение не свидание? Они же на глазах у всего Клана Рассветных закрепили свою нелюбовь весьма крепким поцелуем. До крови.

Под конец рассказа Анкоу громко смеялся, пытаясь увернуться от летевших в его сторону сфер темной магии, запускаемых Моревной. Один из шаров попал в стену, оставив на ней дыру впечатляющих размеров.

– Спасибо тебе, Машка. – Жнец нырнул в новый проем, выглянул с той стороны. – Давно было пора наши офисы напрямую соединить. Завтра приглашу слесарей, чтобы дверь нормальную поставили.

– Скройся с глаз моих! – Глаза магички начала застилать тьма.

– Граждане Жнецы и прочая неживность, вам пора. – Туна, понимая, что ее босс уже еле сдерживается, чтобы не выплеснуть на всех свой гнев, начала выпроваживать незадачливых помощников, которые очень быстро могли превратиться в козлов отпущения. Никому ничего объяснять дополнительно не пришлось, поэтому офис очень быстро опустел.

Агафья тут же материализовалась с чашкой горячего ромашкового чая, который и вручила хозяйке. Успокоительный отвар развеял тьму, клубившуюся в глазах некромантки. Но не неприятные мысли. И дело было совершенно е в красавце-эльфе, чей изумрудный взгляд проникал в самое сердце, не в его аристократических чертах лица и мускулистом теле, не в случайном поцелуе, кгторый для девушки был первым…

– Зомби вам на новоселье! Машка, о чем ты только думаешь⁈ – Моревна тряхнула головой. – Главное сейчас выяснить, кто тот некромант, который уже дважды пытался сорвать твои планы!

Появление умертивий в эльфийском лесу, и тем более на священной поляне, говорили о том, что маг очень силен или действует не один. Оказаться около Священного Дерева Рассветных для зомби, было просто из разряда фантастики. Пройти защитные магические барьеры эльфов невозможно. Такое под силу только для своих, знающих секреты магической вязи Рассветных. Марья и Жнецы смогли оказаться внутри круга только благодаря маковому венку, служившему для некромантки своеобразным энергетическим маяком.

– Так, я подумаю об этом завтра.

Агафон построил нехитрый переход в квартиру хозяйки. Девушка приняла душ и забралась в постель, где ее уже ждал кот-Баюн. Зверюшка, размером с рысь, подползла под бок некромантки и заурчала ей в ухо свои колыбельные песни. Марья обняла пушистое тело и погрузилась в сон о прекрасном эльфе, который сегодня спас ей жизнь, защитив от умертвия.