Текст книги "Искупление (СИ)"

Автор книги: Полина Краншевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 40

Вокруг шумела толпа, звучала красивая музыка, скользили по паркету танцующие пары, а я стояла посреди этого праздничного хаоса и не могла поверить в происходящее. Солман женат. Ноющая боль сковала сердце и не давала свободно вздохнуть. Это неправда. Это не может быть правдой.

Перед глазами встал образ нисара, сидящего напротив меня в маленьком охотничьем домике в далеком орийском лесу и обещающего никогда не жениться на своей невесте. А потом я вспомнила его нежные, такие желанные объятия и уверенный голос, убеждающий меня, что нам не прожить друг без друга. Неужели все было лишь моим вымыслом? Моей фантазией?

В который раз посмотрев на Солмана, я увидела его потухший, безразличный ко всему взгляд, плотно сжатые губы и неестественную бледность. Он сидел словно изваяние, практически не шевелясь. Если Астаиль явно нервничала и непроизвольно покусывала губы, то нисар казался ледяной копией себя прежнего.

Нет. Что-то совершенно точно не так. Мой любимый никогда бы не предал меня.

– Эми, вот ты где, – отвлек меня Вигмар, вынырнув из толпы. – Я уже обыскался тебя. Ты в порядке?

Куратор с подозрением смотрел на меня, будто ожидая бурной реакции.

– Со мной все хорошо, – тихо отозвалась я.

Он незаметно выдохнул и улыбнулся.

– Как видишь, Солман жив и здоров. Ты зря изводила себя.

В упор взглянув на Вигмара, я ощутила жгучее негодование. Он знал, какое впечатление появление нисара произвело на меня, и не хотел показывать свои чувства, но его облегчение сложно было не заметить.

– Да, – усмехнулась я. – Ты прав. Солман выжил, и это замечательно.

– Давай потанцуем? – предложил он. – Наша очередь поздравлять Хара еще нескоро.

– Нет, – отрезала я. – Лучше подождем возле возвышения.

– Хорошо, – не стал спорить он. – Пойдем.

Поцеловав руку, Вигмар проводил меня к внушительной веренице жаждущих внимания правителя и занял место в конце. Он увидел очередных знакомых, с которыми тут же завязал разговор, а я встала поодаль, чтобы не мешать и сделать то, ради чего подошла.

Хоть доктор Мирзи и запретил пользовать магией, но мне требовались мои способности здесь и сейчас, а не через полгода. Незаметно я слегка прикрыла глаза и потянулась к внутреннему источнику. Приятное знакомое тепло тут же разлилось в груди. Теперь будь что будет.

Перестроив зрение, я взглянула на нисара, стремясь уловить хоть что-нибудь необычное, и чуть не вскрикнула. Солмана околдовали! У него на груди висел округлый медальон, от которого во все стороны расползались голубые лучи, сплетаясь вокруг нисара плотной сетью. Что это? Разве у Ниса нет лекаря или другого специалиста, следящего за состоянием здоровья семьи правителя? Наверняка же есть. Ведь влияние сразу заметно. Оно настолько явное, что… Что, скорее всего, сделано с позволения самого Ниса.

Жуткая догадка потрясла своей вопиющей несправедливостью. Как же так? Разве можно подобное сделать с собственным сыном? Или брак Солмана и Астаиль так важен для Ории, что ради этого можно поступиться чем угодно?

Пусть нисар и женат теперь на другой женщине, но он совершенно точно не заслужил участи покорной марионетки в чужих руках. Если я сейчас не вмешаюсь, то предам все светлое и дорогое, что было между нами.

Отпустив магию, я потянулась к голубым лучам, ища свободный конец, закрепляющий структуру. Силовые нити сплетались настолько плотно, что разобрать что-либо никак не получалось.

– Вот же проклятые орийские умельцы, – процедила на грани слышимости, перебирая одну петлю за другой. – Ну ничего. И не с таким справлялась.

Очередь постепенно двигалась вперед, а я, следуя за Вигмара, неотрывно изучала плетение. В груди начало жечь, а структура перед глазами потеряла четкость.

– Только не сейчас, – в отчаянии пробормотала я.

Внезапно я уловила искомый конец, устремила к нему магический импульс и резко дернула. Структура мгновенно разлетелась в клочья. Солман охнул и схватился за грудь.

Мерзкая слабость накатила с такой силой, что я пошатнулась и уцепилась за Вигмара. Он обернулся, поддержал меня и обнял за плечи.

– Эми! Тебе плохо? – в волнении спросил он. – Здесь слишком душно. Пойдем на балкон. Подышишь свежим воздухом, и тебе станет легче.

– Нет, – выдавила я. – Давай уже закончим дела и уйдем домой.

– Уверена? – засомневался он, вглядываясь в мое лицо. – Ты выдержишь?

– Да, – кивнула я, стискивая зубы. – Нужно все довести до конца.

Вигмар, кажется, не понял, что я имела в виду, но возражать не спешил, заботливо поддерживая под локоть.

Пока мы перешептывались, настал наш черед идти на поклон. Распорядитель объявил:

– Исполняющий обязанности ректора Горной Академии господин Вигмар Хоральд и его нареченная госпожа Эмилия Бортран!

Куратор подвел меня к возвышению и склонился в низком поклоне, а я присела в реверансе.

– Венценосный Хар, сиятельная Хари, – обратился к правящей чете куратор, – примите наши поздравления с Праздником летнего солнцестояния. В этот поворотный день года желаем вам неизменного здоровья и неиссякаемого благоденствия.

Вигмар снова поклонился, а я опять сделала реверанс. Хар одарил нас уничижительным взглядом и отвернулся в сторону. Зато Хари расплылась в самой доброжелательной улыбке:

– Благодарим за поздравление. Рады, что вы смогли принять наше приглашение. Теперь мы можем воочию узреть юную знатную девушку, оказавшую нам такую неоценимую услугу. Кто бы мог подумать, что ближайший советник моего супруга окажется настолько недостойным человеком?

Хар метнул в нее злой взгляд и заерзал на троне, заиграв желваками. Но его жена предпочла не заметить неудовольствие мужа.

– Радостно видеть, что настоящая любовь способна преодолеть любые преграды, – с хищной улыбкой продолжала она. – И даже вероломный велид ей не помеха. Когда же свадьба? Вы уже назначили дату?

Вигмар с важным видом хотел произнести, явно заранее заготовленную речь, но я перебила его:

– Судебный процесс отнял у нас последние силы, – мило оскалилась я в ответ. – Нам нужно время, чтобы прийти в себя и еще раз убедиться в истинности наших чувств. Пока еще рано говорить о точной дате торжества. Но если таковая будет назначена, вы узнаете об этом первой.

Мои слова, кажется, произвели неизгладимое впечатление на всех. Хар усмехнулся и посмотрел на супругу с изрядной долей злорадства. На лице Хари мелькнула и тут же исчезла гримаса гнева. Вигмар откашлялся и хотел загладить мою дерзость, но жена правителя опередила его:

– Я буду ждать. Господин Хоральд, в знак своей милости я дарю вам следующий танец.

Куратор поклонился и с достоинством произнес:

– Благодарю, сиятельная Хари. Это великая честь для меня.

– Надеюсь, ваша невеста не против? – усмехнулась она, бросив на меня острый взгляд.

– Ваша милость столь поразительна, что я не смею возражать, – с самым кротким видом ответила я.

Глаза Хари на секунду зажглись злым огоньком, но она великолепно владела собой, и улыбка ни на мгновение не покидала ее прекрасное лицо.

– Замечательно. Маэстро, дамский вальс!

Оркестр заиграл чарующую мелодию, знакомую каждой благородной леди и дающую ей право пригласить выбранного кавалера. Хари грациозно поднялась и подала руку Вигмару. Он тут же поцеловал ее пальцы и увлек в центр зала, где все ждали явления этой пары. Как только они вышли, остальные тоже получили возможность насладиться танцем, и вальс начался.

Мне же ничего другого не оставалось, как покорно присесть в реверансе перед Харом, получить от него в ответ жесткую усмешку и задумчивый взгляд, и, расправив плечи, медленно, но с неизменным достоинством удалиться в сторону распахнутых дверей, ведущих на балкон.

Глава 41

Гости расступались передо мной, перешептывались и косились жадными до сплетен взглядами. Уже к полуночи каждому сведущему в придворных интригах человеку сообщат о том, что Эмилия Бортран вызвала неудовольствие Хари, а Вигмар Хоральд стал новым претендентом на теплое место в ее постели. Ничего не менялось при дворе правящего рода.

Широкая площадка балкона утопала в бледном сиянии полной луны и золотистых бликах, падающих на мраморный пол из ярко освещенных окон дворца. Высокая балюстрада защищала желающих полюбоваться чудесным видом на парк от опасной близости края. Изысканные скульптуры прекрасных дев и напольные вазы с цветами создавали приятную атмосферу уединения. Звуки музыки отошли на второй план, а щебетание птиц и стрекотание насекомых слышалось совсем рядом.

Вдохнув полной грудью свежий напоенный цветочным ароматом воздух, я прошла вперед и оперлась о поручень. Слабость все еще одолевала меня, а голова немного кружилась. Легкий ветерок подарил вожделенную прохладу и сдул с лица назойливые локоны.

Закрыв глаза, я наслаждалась покоем. Наверное, не стоило так разговаривать с Хари, ведь именно благодаря ее стараниям закрутился весь судебный механизм, позволивший мне получить свободу от мужа, родовое имя и состояние семьи. Но меня не покидало стойкое ощущение, что жена правителя всего лишь использовала мою ситуацию, чтобы переиграть велила Сауса в только ей понятном политическом противостоянии. Хари одержала оглушительную победу, уничтожив противника, а теперь пыталась выставить себя благодетельницей, еще и вмешиваясь в чужие матримониальные планы. Противно.

Внезапно за моей спиной хлопнули балконные двери, и раздались чьи-то торопливые шаги. Я обернулась и потрясенно застыла.

– Эми, – тихо произнес Солман, будто боясь спугнуть меня, – это ты.

Сердце заколотилось в груди, грозя выскочить, а из глаз брызнули слезы. Нисар смотрел на меня с бесконечной нежностью и неизбывной болью. Он стал самим собой, и ничего в его образе уже не напоминало ту ледяную статую, что из него сделал отвратительный медальон. Мне до невозможности хотелось броситься ему навстречу, обнять, прижаться и ощутить тепло родного человека, но теперь это было невозможно.

Не выдержав его взгляда, я отвернулась и горько заплакала, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Почему? Ну почему все так сложилось?

– Эми, – снова проговорил он, подходя и опуская рук на мои плечи, – не плачь. Ты жива, и одно это делает жизнь осмысленной, а меня бесконечно счастливым. Ведь я был уверен, что не успел вытащить тебя.

– Ты снова спас меня, – всхлипывая, выдавила я. – Рисковал собой, но выдернул из того кошмарного провала. Вигмар и Овиан достали нас, только мы были без сознания. Твой брат забрал тебя, а куратор перенес меня в свой дом и выходил.

Солман молчал, а я постаралась успокоиться, вытерла слезы и развернулась к нему лицом.

– Я не знаю точно, что случилось потом, – с задумчивым видом проговорил он, – но обязательно выясню.

– Теперь это уже не столь важно, – вздохнула я. – Все последние месяцы я больше всего боялась, что ты погиб. Но вот мы встретились, и ты в порядке. Большего мне и не нужно.

Душевная мука исказила родные черты мужественного лица. Солман хотел что-то сказать, но так и не смог произнести ни слова. Слезы снова навернулись на глаза, и я отвела взгляд.

Двери с грохотом распахнулись, раздался звон разбитого стекла, и на балкон вбежала разъяренная Астаиль.

– Ты! – в бешенстве закричала она. – Это все из-за тебя! Ты не получишь его! Слышишь? Он только мой!

Астаиль бросилась вперед, Солман ринулся ей наперерез, но она вдруг исчезла. Нисар замер, озираясь по сторонам, а его жена возникла прямо передо мной и с размаху ударила ледяной магией. Вокруг меня взметнулся щит и отразил атаку.

– Эми! – выскочил на балкон Вигмар и тут же снес Астаиль тепловой волной. – Эми!

Он подлетел ко мне, в страхе оглядел с головы до ног, убедился, что я  цела, схватил и притянул к себе, заключив в надежные объятия.

– Забери жену, нисар, – отчеканил куратор. – Еще раз замечу ее рядом с Эми, так легко не отделается.

Солман стиснул зубы, подошел к Астаиль и помог ей подняться. Вигмар обнял меня за талию и потянул обратно в зал. Я бросила через плечо прощальный взгляд на нисара, силясь как можно дольше оттянуть момент нашего неизбежного расставания, но мы очень быстро оказались среди веселящейся толпы, а Солман остался с женой на балконе.

Вигмар укрыл нас отводом глаз, и, покинув дворец, мы поспешили через парк к портальной площадке. Стражи активировали амулет, и красноватая воронка поглотила нас, перенеся в сад перед особняком куратора.

Силы окончательно покинули меня, и я пошатнулась. Вигмар тут же подхватил меня на руки, прошел в дом и отнес в спальню.

– Потерпи, Эми, – проговорил он, укладывая меня на постель. – Сейчас дам тебе лекарство.

Схватив флакон с зельем, он капал живительный состав в стакан с водой и протянул мне. Осушив все разом, я откинулась на подушки и сразу почувствовала, как слабость отступает.

– Я позову Рину. Она поможет тебе переодеться и подготовиться ко сну.

– Не стоит, – отозвалась я, задержав Вигмара. – Присядь. Нам надо поговорить.

Куратор замер и с сомнением взглянул на меня.

– Уверена? Может, лучше отдохнешь, а утром все обсудим?

– Нет, – покачала головой я. – Нам давно нужно было это сделать, да, видно, смелости не хватало ни у тебя, ни у меня.

Вигмар нахмурился и опустился в кресло возле моей кровати, а я неуклюже села и посмотрела ему в глаза.

– Ты ведь знал, что Солман выжил и прибудет во дворец с женой?

Куратор отвел взгляд и не спешил с ответом, я же не торопила его.

– Я навел справки, – наконец решился он. – Узнал состав делегации. Понял, что меньше всего хочу быть тем, кто разобьет тебе сердце этой убийственной новостью, и не стал ничего говорить заранее. Прости. Это было малодушно с моей стороны.

Горькая усмешка искривила мои губы.

– Ты ни в чем не виноват, – отозвалась я. – Возможно, я бы поступила так же. Не знаю. Но я благодарна тебе, что ты снова позаботился о моей безопасности. Почему-то я на редкость беспечна в этом вопросе, а пора бы уже привыкнуть к тому, что меня вечно пытаются убить или покалечить.

– Эми, я…

Но я не дала ему договорить.

– Завтра я отправлюсь к судебному исполнителю, получу разрешение и вернусь в свой дом. Мне нужно строить жизнь заново, и чем раньше я этим займусь, тем лучше.

Вигмар в волнение вскочил и пересел на мою постель.

– Эми! Прошу, не делай этого! – Он взял меня за руку и сжал пальцы. – Как ты будешь одна? Ты даже не представляешь, что сейчас творится в Предгорье. Землетрясение ничего не пощадило там.

В груди защемило от нехорошего предчувствия.

– Мой дом… Он пострадал?

Куратор молчал.

– Вигмар!

– Да, – тихо ответил он. – Разрушения значительные. Там нельзя жить. Я не хотел волновать тебя еще и этим. Ты так тяжело болела, а потом расследование и суд в конец измотали тебя. Я надеялся, подгадать и сообщить при более удобном случае.

Наверное, скажи он мне об этом до торжества, я бы была убита горем. Но сейчас, в сравнении с тем, что я узнала о Солмане, все казалось новым досадным препятствием. И лишь тупая боль, поселившаяся в груди после этого злосчастного бала, стала чуть острее.

– Эми! – воскликнул он. – Не переживай, мы восстановим твой дом. Вместе мы все преодолеем. Я готов все что угодно сделать для тебя.

– Только вот я не готова.

– Что?

Он растерянно смотрел на меня и, казалось, не понимал смысла моих слов.

– Вигмар, – твердо проговорила я, – моя благодарность не знает границ. Ты сделал для меня столько, что я никогда не смогу в полной мере воздать тебе за все доставленные хлопоты. Но я не могу из чувства долга остаться с тобой. Это было бы худшим из обманов. Ты не заслужил подобного. Я люблю другого мужчину. Да, он женат, и нам не быть вместе. Однако это не значит, что я готова вступить в отношения с тобой из чувства обиды на него или отчаяния и страха навсегда остаться одинокой и никому не нужной женщиной.

Невыразимая тоска и разочарование отразились во взгляде куратора, и он отвернулся.

– Ты чудесный, достойный мужчина, – все же продолжила я. – И ты заслуживаешь, чтобы рядом с тобой была любящая и принадлежащая тебе всем сердцем женщина. Я не смогу ей стать, как бы ни старалась. Прости меня и не держи зла. Если Богине будет угодно, я обязательно верну тебе долг и в трудный момент поддержу. А сейчас очень прошу, отпусти меня.

Вигмар посмотрел в глаза, явно увидел там суровую решимость и, вздохнув, сказал:

– Ты вольна поступать так, как считаешь нужным. Если передумаешь, я всегда готов принять тебя. Даже если придется ждать несколько лет. Ты действительно дорога мне, Эми. Надеюсь, когда-нибудь ты поймешь это.

Он поцеловал меня в лоб и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Глава 42

Ночь я провела в полудреме, несколько раз просыпаясь и проверяя, не настало ли утро. Как только солнце озарило округу, я привела себя в порядок и собрала вещи. Все, что подарил Вигмар, оставила. Ни к чему было обременять себя лишним багажом. Мои же пожитки поместились в заплечный мешок, с которым я когда-то зимой пришла в этот дом вместе с Солманом.

Сойдя на первый этаж, я постучалась в комнату Эндрю. Дворецкий открыл без промедлений. Его привычка рано вставать и здесь давала о себе знать.

– Госпожа? – удивился он и пропустил меня внутрь. – Что-то случилось?

– Доброго утра, Эндрю, – улыбнулась я. – Прости, что так рано потревожила тебя. Но я уезжаю и хотела, предупредить тебя.

– Куда же вы, госпожа?

– Сейчас в столицу к судебному исполнителю, курирующему мое дело, – пояснила я. – Нужно получить документы, уже подошел срок их изготовления. Дальше переговорю с поверенным Вигмара, он занимается подготовкой моего вступления в права владения имуществом рода. А потом домой.

Эндрю в изумлении покосился на меня.

– То есть как домой? Особняк же разрушен!

Вздохнув, я положила руку ему на плечо и мягко проговорила:

– Знаю, Эндрю. Знаю. Но это мой дом, и неважно, в каком он состоянии. Я хочу вернуться и все увидеть воочию.

Дворецкий на мгновение задумался, а потом решительно сказал:

– Я с вами! Только…

– Майт Дора? – уже понимая, о чем он беспокоится, спросила я.

– Да. Мы очень сблизились за последнее время. Я не могу уехать не переговорив.

– Не волнуйся, – отозвалась я, направляясь к двери. – У тебя еще есть время, пока я занимаюсь делами в столице. Давай встретимся на площади первого Хара в полдень, и вместе пройдем порталом в Предгорье?

– Хорошо, – с улыбкой кивнул он. – До встречи, госпожа.

Дом Вигмара только-только наполнялся сонными слугами, неспешно бредущими на свои рабочие места. Люди провожали меня удивленными взглядами, но не решались задавать вопросы. Дойдя до входной двери, я обернулась, окинула просторный холл и устланную ковровой дорожкой лестницу последним взглядом и с легким сердцем, без колебаний покинула это гостеприимное место.

До Дворца Правосудия я добралась как раз к открытию. Судебный исполнитель отдал мне необходимые бумаги и амулеты, открывающие ворота родового поместья и двери опечатанного дома. Поблагодарив служащего, я отправилась к господину Корвуду. Контора поверенного находилась на одной из центральных улиц столицы.

Проведя всю жизнь в Предгорье, я с трудом переносила столичную суету, грохот экипажей и карсенов, возгласы снующих туда-сюда посыльных, гомон толпы приезжих, толкотню спешащих по делам служащих и просто праздно шатающихся зевак.

– Доброго утра, – поприветствовала я помощника поверенного в приемной конторы. – Господин Корвуд у себя?

– Доброго утра, – ответил молодой человек, окинул меня цепким взглядом, но так и не определив мое социальное положение из-за простого дорожного костюма. – Господин у себя, но он принимает строго по записи. У вас назначено?

– Нет, но я прошу доложить, что Эмилия Бортран просит о встрече.

– Будет исполнено, госпожа, – отвесил поклон помощник поверенного, видимо, услышав знакомое имя и поняв, с кем говорит.

Он зашел в кабинет хозяина конторы и тут же вернулся.

– Господин ожидает вас. Пожалуйста, проходите. Могу я предложить вам тирью и закуски?

– Не стоит, благодарю, – отказалась я.

Зайдя в кабинет, я слегка склонила голову:

– Доброго утра, господин Корвуд.

– Госпожа Эмилия! – воскликнул он, подойдя ко мне и проводив к креслу перед письменным столом. – Доброго утра. Чем обязан? Что-то случилось?

– К счастью, все в порядке, – улыбнулась я. – Господин Корвуд, Вигмар поручил вам разобраться с имуществом рода Бортран. Я бы хотела узнать о положении дел.

Поверенный нахмурился, занял место за столом и, открыв один из ящиков, достал папку с документами.

– Все верно. Я досконально изучил полученные от судебных исполнителей бумаги и пришел вот к каким выводам. После развода в вашу собственность поступило в основном недвижимое имущество, принадлежащее ранее вашим родителям. Это поместье в Предгорье, дом с небольшим участком земли на побережье Западного океана, особняк в столице и рудники в районе, где раньше проходил Срединный горный хребет.

Господин Корвуд сделал паузу, а я спросила:

– А что насчет счетов в столичном банке и ценных бумаг? Я помню, отец говорил о выгодном вложении части состоянии в какие-то предприятия.

– Понимаете, – замялся он, – по брачному контракту после свадьбы все, чем вы владели, перешло под управление вашего мужа. И судя по предъявленным данным, наличные средства Бранд Саус еще в первые месяцы вашего супружества перевел на свои личные счета, а ценные бумаги выгодно продал.

– То есть, – уточнила я, – даже если бы мне вдруг понадобилось развестись сразу после свадьбы, я бы точно так же получила лишь недвижимость?

– Совершенно верно. Плюс вам принадлежат исключительные права на изобретения по всем патентам вашего отца. И проценты с продаж готовых изделий отчисляются вам. Ваш супруг мог бы претендовать на них лишь в случае вашей гибели.

Новости оказались совсем неутешительными, но и отчаиваться раньше времени я не собиралась:

– Получается, есть какой-то отдельный счет, на который перечисляются эти самые проценты?

– Да, таковой имеется, – кивнул поверенный. – Но в ваше пользование он перешел совсем недавно, сразу после суда. Поэтому денег на нем не так уж и много.

– Понятно, – задумчиво протянула я. – Скорее всего, Бранд пользовался им, пока я считалась погибшей.

Господин Корвуд усмехнулся и сказал:

– Вы совершенно правильно понимаете ситуацию. Только я, с вашего позволения, хотел бы предупредить вас.

– Слушаю.

– Я не знаю, оставите ли вы меня своим поверенным в дальнейшем, – начал издалека он, – но пока вы мой клиент, я обязан быть полностью откровенным с вами. Вам не стоит рассчитывать на большой доход от процентов с изобретений.

Я с удивлением уставилась на него и спросила:

– Почему?

– Дело в том, что сейчас добыча тариана полностью прекращена. И судя по последним данным ее возобновление не планируется. А все изобретения вашего отца базируются именно на тариане. Вы, наверное, в курсе, что власти активно ищут выход из этого непростого положения, даже заключили союз с орлинами. Но факт остается фактом. Как только закончатся запасы уже добытого тариана, все приборы, имеющие его в своем составе, перестанут выпускать.

Закусив губу, я задумалась. Поверенный был полностью прав. Зачем кому-то вкладывать деньги в производство приборов, которые не будут работать без тариана? Логичнее вложиться в поиск нового энергоемкого ресурса.

– Я понимаю, о чем вы, и учту это, когда буду распределять полученные деньги.

Господин Корвуд с облегчением улыбнулся:

– Приятно иметь дело с такой здравомыслящей девушкой. И еще, я бы посоветовал вам разобраться с невостребованной недвижимостью.

– Что вы имеете в виду? Продать?

– Почему? Совсем необязательно. Я хотел сказать, что вам желательно определиться, где вы будете жить. Если выберете столицу, то остальные дома можно сдать внаем. Это станет дополнительным источником дохода для вас. Я знаю надежного человека, который смог бы подобрать для вас желающих арендовать, например, дом на побережье.

Мысль поверенного показалась мне очень дельной.

– Я собираюсь обосноваться в Предгорье и хотела бы, чтобы мои дела и дальше вели именно вы. И буду вам очень признательна, если вы посодействуете в сдаче столичного особняка и дома на побережье.

Господин Корвуд с сомнением взглянул на меня и спросил:

– Вы уверены? Предгорье – не самое лучшее место для молодой одинокой девушки. Многие семьи продают свои дома за бесценок и перебираются в столицу.

– Я все понимаю, – ответила я, – но там мой дом. В ближайшее время я постараюсь восстановить его. А в столице мне делать нечего.

Поверенный вздохнул.

– Дело ваше, конечно. Но если передумаете, дайте знать.

– Обязательно. Спасибо.

– Вот возьмите, – протянул он мне банковский амулет. – Этим счетом вы свободно можете пользоваться. Средств там немного, но на первое время должно хватить. Как только появятся новости об арендаторах, я свяжусь с вами.

Забрав артефакт, я поднялась и поклонилась поверенному:

– Благодарю, господин Корвуд. Вы очень помогли мне. Буду ждать от вас сообщения. Всего доброго.

– Берегите себя, госпожа Эмилия. До связи.

Покинув контору, я поспешила к площади первого Хара. Близился полдень, нужно было оплатить портальный перенос для нас с Эндрю и позаботиться о трапезе.

В условленное время мы переместились в центральный город Предгорья, закупили необходимые вещи, и наняли экипаж до особняка рода Бортран.

И Вигмар, и господин Корвуд предупреждали, что регион сильно пострадал после землетрясения, но одно дело – услышать, и совсем другое – увидеть собственными глазами.

Если в самом крупном городе еще не так чувствовались последствия катастрофы, то чем дальше мы продвигались, тем чаще встречались полностью или частично разрушенные жилые дома и хозяйственные постройки, загроможденные улицы, опустевшие поселки. Кругом лежал налет запустения и упадка.

Глядя на виды, мелькавшие за окном экипажа, я с тревогой ждала прибытия в родовое поместье. Наконец мы остановились у ворот, расплатились с кучером и выгрузили вещи.

Приложив артефакт к замку, я открыла с душераздирающим скрипом калитку и ступила на подъездную дорожку. Эндрю следовал за мной, неся пакеты и саквояж.

Разросшиеся деревья и кусты почти полностью скрывали дом. Стена высокого бурьяна не оставила и следа от ухоженных пестрых цветников и аккуратного газона. Глубокие уродливые трещины разбили на части вымощенные декоративным камнем дорожки.

Я двинулась вперед, спеша и одновременно страшась, увидеть дом. И вот он возник перед нами среди буйной растительности, словно раненый воин, ожидавший вожделенной помощи. Восточное крыло превратилось в руины, центральный вход завалило обломками балкона, и лишь западная часть особняка уцелела, хоть и потрескалась местами.

– Я же говорил, госпожа, – тягостно вздохнул дворецкий, – дом непригоден для жизни. Может быть, остановимся в гостинице?

– Нет, – решительно проговорила я с шальной улыбкой на губах. – Я вернулась домой, Эндрю! И мы еще посмотрим, можно тут жить или нет.