Текст книги "Бездарность поневоле (СИ)"
Автор книги: Полина Белинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)
Я, желая найти ответ на свой вопрос, подошла к столпившимся вокруг эльфа девицам и внимательно осмотрела его. Теперь я думала уже трезвее, от крови не так сильно тошнило, а голова перестала кружиться.
Вау! Теперь понятно, почему алхимички внезапно превратились в целительниц. На барной стойке лежал красавец. Если новоиспеченные целительницы в жизни видели мало эльфов, то могли принять этого чуть ли не за принца. Правда, все тело перевязано, а импровизированные бинты пропитаны кровью, но кого это волнует?
– Он выживет? – внимательно оглядев довольно серьезные раны, спросила я. Сама определить не могла.
– Понятия не имеем, – пожала плечами Кетрин.
Вся ночь и почти весь следующий день были заняты… Уборкой! И догадайтесь, кто ворочал мертвые тела? Конечно же, я! Фу! Тела мы решили сжечь на заднем дворе, ведь запах крови и смерти может привлечь множество жутких тварей и некромантов.
Поднявшись со мной на второй этаж и увидев, во что превратились ни в чем неповинные дети, Мириам упала на колени и разрыдалась. Ну, нет уж! Еще и ее утешать я не собираюсь! Сама еле сдерживаюсь, чтобы не разреветься, а тут еще…
– Поднимайся, пошли, – я вздернула девушку за шкирку и подхватила на руки растерзанного мальчишку лет десяти. Сглотнув большой соленый ком, я пошла к лестнице.
– Здесь в одной из комнат есть девочка и перед тем, как вывести ее, нужно все это убрать, да и мало ли, вдруг в округе бродят вампиры, или некроманты? – услышав это Мириам, с еще не обсохшими слезами на щеках взяла девочку, чуть постарше и пошла вслед за мной.
Так и работали. Когда почти все тела были перенесены на задний двор, я не сумела сдержать слез и, не желая показывать свою слабость, забежала в дальнюю комнату, якобы за телом. Просидев здесь около десяти минут, я вышла и оглядела предстоящую работу. Вынести тела оказалось мало, придется еще отмывать самые большие и явные лужи крови.
Отмывали уже втроем – я, Мириам и Сара. Кетрин отказалась от работы под предлогом того, что ей нужно присматривать за дроу, а Анетта вызвалась ей помогать. Они просто не поняли, что им придется потом отмывать первый этаж, а там крови гораздо больше да еще и куски мяса лежат.
Кровь от деревянных стен и пола оттиралась просто отвратительно. Пришлось приложить очень много сил, чтобы хоть немного оттереть кровь. Когда к полудню мы закончили, Сара и Анетта, уставшие до невозможности, пошли высказывать сокурсницам размышления о разделении труда, я, прихватив кое-что из запасов еды, которые мы брали в дорогу, отправилась проверить девочку.
– А где мой брат? – увидев меня, спросила она.
– Слишком устал вчера, еще отдыхает, – я протянула ей яблоко и бутерброд с сыром. Ниэл быстро, но с каким-то изяществом, больше подобающим ученице благородного училища для девочек, съела все и попросила пить. Я дала ей воды из колодца, которой мы все наполнили свои дорожные фляги. Неизвестно, на сколько мы тут задержимся… Если бы эльф остался один, я бы отдала ему травы и зелья, побольше чистых бинтов, воду и еду. Если бы очнулся, то сам сообразил бы, что делать, но девочка…
– Посиди пока здесь, – гладя девочку по голове, попросила я.
– А почему мне нельзя выходить? – и огонек любопытства в глазах. Не дай бог выйдет сама…
– Там все переломано… – неуверенно протянула я и встала. Мне пора, а то эти клуши без меня ничего делать не станут.
Оглядев комнату на предмет чего-то, чем можно заблокировать дверь, я обнаружила железную кочергу, стоящую у потухшего камина. Прихватив многофункциональный предмет, я вышла и оглядела коридор, прикидывая, что может подумать ребенок: слабовато проявляющиеся красные разводы на полу и стенах, переломанные двери, обломки мебели и осколки стекол… Драка… Надеюсь, она так и подумает. Я заблокировала дверь и быстро направилась к лестнице. Внизу явно шел если не спор, то очень громкий разговор.
Спустившись, я первым делом увидела толпу девушек, на все голоса щебечущих возле барной стойки, где лежал дроу. Каждая из них старалась подойти поближе. Вот же блин! Если он задохнется, то что я скажу его сестре? «Извини, малышка, мы сами его спасли, а потом сами и задушили, чтоб не мучился. Погиб смертью храбрых, пусть покоится с миром»?!
– Разойдитесь, клуши! – распихивая не перестающих щебетать девиц, я протиснулась к стойке. Эльф лежал неподвижно, с закрытыми глазами, но ресницы дрожали. Очнулся.
– Все быстро отмывать первый этаж! – рыкнула я, и веселый щебет сменился на недовольный.
– Мы уже мыли!
– Я – целительница!
– А я вообще придворная дама и не должна…
– Быстро! – снова рыкнула я и окатила девушек холодным, полным презрения взглядом. Сработало. Умолкли и пошли к колодцу за водой.
Я вздохнула, успокаиваясь, и повернулась к эльфу. Его глаза все еще были закрыты, но уголки губ приподнялись и на щеках, неестественно бледных даже для эльфа, образовались ямочки.
– Все, они ушли. Можешь больше не изображать из себя труп, – сказала я, бегло осматривая довольно умело наложенную повязку. Нормально, жить будет, если мы его сами, конечно, не того…
Дроу улыбнулся еще шире, обнажая небольшие, но совершенно белые клыки (куда ж без них?!), и открыл глаза. Я на секунду замерла, по спине пробежалась толпа ледяных мурашек. А как еще реагировать на взгляд черных глаз, абсолютно лишенных белков и зрачка глаз?
– И долго они тебя мучили? – я обернулась на усердно работающих, снова позеленевших девиц.
– Около часа, – эльф поморщился и попытался сесть. Я не стала спорить, только помогла ему. А что? Он лучше знает, что ему нужно, скорее всего, его ранят не в первый раз.
Вообще, он бы и сам восстановился, но времени у него ушло бы больше, да и девочка… Будь я одна, я бы просто проехала мимо этого места и добралась до форпоста. И плевать, что ночью в степи опасно. Если ехать быстро, то ничего страшного просто не успеет ко мне прилипнуть, но алхимички бы мне потом не простили. «Бросить существо, нуждающееся в помощи!».
– На коне сидеть сможешь? – без лишних предисловий спросила я. Эльф отрицательно помотал головой. Это хорошо, что трезво оценивает свои силы…
– Где моя сестра? – похоже, этот вопрос волновал дроу с самого начала.
– Наверху, в комнате, – я протянула эльфу единственную флягу с вином. Никто из нас по дороге его не пил.
– А мои спутники? – отпив совсем немного, поинтересовался он.
– Кто именно? – я обернулась на работающих в поте лица девушек, чтобы убедиться, что никто не встал в уголочке и не отдыхает.
– Два орка – наемника, – услышав эту новость, я скривилась. Хорошо бы и эти туши вытащить и сжечь, но я их не подниму, а эльф еще слабоват. Носилки сооружать? Да нафиг! Проще поджечь все здание, когда будем уходить. Заодно и трупы захватит.
– Там, – я выразительно посмотрела на пол. Я права во всех отношениях! Тела орков в подвале, а души… Ну, не на небесах же два наемника окажутся. Эльф скорчил печальную гримасу, быстро переросшую в улыбку, и пояснил, глядя на мое офигевшее лицо:
– Этих двоих давно пора было прикончить, – спрашивать «за что?» я не стала. Хочу сберечь психику.
– Эйдгар! – услышала я из-за спины радостный детский голосок. Дроу метнул в меня испепеляющий взгляд, а я стояла в апофигее. Как?! Как она выбралась?!
– Ниэл! – дроу сменил убийственный взгляд на добрый и радостный, подхватил девочку, посадил к себе на колени и поцеловал в белокурую макушку.
Я скрипнула зубами, вспомнив, как отец точно так же садил меня к себе на колени и рассказывал о дальних странах и невероятных приключениях. Я быстро отвернулась, чтобы эльф не заметил моего резко изменившегося выражения лица, и пошла к сокурсницам, уже почти закончившим оттирать кровь с пола.
– Кто-нибудь из вас знает молитвы? – тихо спросила я у девушек.
– Я знаю, – отозвалась Анетта, и тут же задала ответный вопрос. – А почему нельзя было поджечь эту халупу и уехать? Эльф ведь очнулся, можно его на повозку посадить, – остальные, услышав «умное» предложение подруги, согласно закивали и со злобой уставились на меня. В глазах Анетты читалось превосходство. Как же! Она придумала такой гениальный план!
– И угробить дроу окончательно, – цинично улыбнувшись, закончила я недосказанную, на мой взгляд, фразу. – Мы остаемся здесь еще на пару дней. Эйдрагу слишком повредит тряска, а трактир мы действительно сожжем, но позже, а вот от тел лучше избавиться сейчас. Да, кстати, там, в подвале, два орка лежат, их нужно вынести, – отдав распоряжения, я отвернулась от озлобленных девиц и вернулась у эльфу, старающемуся успокоить свою сестру и объяснить ей происходящее. У него явно получается лучше, чем у меня.
– Как ты выбралась из комнаты? – подойдя к уже почти спокойной девочке, ласково спросила я.
– Через окно, – буднично пожав плечами, ответила Ниэл, не отрываясь от брата.
– Но там же… – я даже подумать не могла, что ребенку придет в голову подобное. Хотя… С таким братом…
– Второй этаж, – закончил за меня эльф. Его лицо резко посерьезнело. Он взял девочку за подбородок и посмотрел в ее голубые глаза. Кстати, почему у них не совпадает цвет глаз? Разная сила, или сводные, или… Ладно, потом спрошу.
– Больше так не делай, – строго говорил Эйдгар, глядя в глаза девочке, – никогда.
– Ладно, – виновато опустив глаза, ответила девочка и снова прижалась к брату. Подлиза… Такая же, как и я когда-то…
На этот раз я справилась с собой и сумела вытащить на лицо слабую улыбку. Воспоминания о мирной спокойной жизни разрывали меня на части, хотелось убежать и заплакать, но нельзя. Теперь нельзя и нельзя будет уже никогда… Некому плакаться… Больше некому.
– Когда примерно ты сможешь хотя бы выдержать дорогу в повозке? – надеясь на благоразумие дроу и коря себя за то, что плохо учила физиологию разумных рас, предпочитая монстров, спросила я.
– Смотря, сколько ехать, – пожал плечами эльф, поглаживая по голове все еще не желающую уйти девочку.
– До южного форпоста, – краем глаза заметив, что девушки вытаскивают на носилках трупы орков, я подошла поближе и загородила обзор девочке. Эльф благодарно кивнул и прикинул что-то в уме.
– Завра к полудню я уже буду достаточно силен, – ответил он, наконец.
– Отлично, значит выезжаем послезавтра утром, – как можно громче объявила я. Плохо, что сказать? Мы опаздываем. Сильно опаздываем, а путь на повозке займет вдвое больше времени, чем просто верхом. На повозке мы доедем за день, когда как верхом прибыли бы еще до полудня.
Куча безжизненных тел, как попало сваленная на заднем дворе, уже начала привлекать внимаени падальщиков, когда мы пришли, чтобы сжечь трупы. Анетта начала читать положенные случаю молитвы, а я скрипела зубами, глядя, как Мириам взбалтывает зелье, поджигающее органические материалы. Будь у меня магия огня… Как же я по ней скучаю. Когда у меня отняли возможность пользоваться стихией огня, я не понимала, как это сложно… ладно, будет еще время себя пожалеть… А может, и не будет, но это даже еще лучше.
Анетта закончила молитвы и Мириам кинула бутылек из хрупкого, бьющегося от малейшего давления, стекла в кучу тел. Бездымный огонь охватил покойников и всего за несколько секунд превратил их в пепел. Хорошо. Нам не нужны неприятности в виде стаи вампиров или банды орков, поэтому огонь, выдающий нас с головой, нам не нужен.
– Откуда ты знаешь молитвы? – тихо спросила я у Анетты, глядя на быстро остывающее пепелище.
– Мой отец – священник, – с печальным вздохом ответила девушка. Я понимающе кивнула. Ей, наверняка, запрещали любую профессию, кроме целительства, а она пошла против воли родителей. Неужели, так любит зелья, яды и взрывы? Или, есть другие причины?
Два спокойных дня пролетели просто незаметно. По крайней мере, для меня. Я почти все время спала. Сказался стресс – отпечаток последних событий, произошедших в пути. Я только помню, что девицы постоянно хлопотали вокруг дроу, а его маленькая, неугомонная сестренка доставала всех вопросами о том, что же здесь произошло. Все эти воспоминания сохранились в моей голове урывками, потому что просыпалась я только чтобы поесть.
– Просыпайся, – раздраженный голос ворвался в мое сонное сознание. Я с трудом приоткрыла глаза и приподнялась на локте. Печально оглядела пустую комнату и Мириам, мечущую молнии глазами и упершую руки в бока, – нам пора ехать, – с этими словами она вышла, громко стуча каблуками сапог.
Я широко зевнула, потянулась и еще раз печально осмотрела совершенно пустую комнату с одной только кроватью и горой бесполезных деревяшек в углу. Пришлось немало потрудиться, чтобы перенести все обломки мебели в один угол. После «уборки» осталась только кровать. Я встала, снова потянулась и не сдержала очередной зевок. Напялила свежую рубашку, штаны и сапоги без каблука и пошла на задний двор, к колодцу.
– Мы уезжаем, да? – радостно спросила меня Ниэл, стоило мне только спуститься с лестницы. Я улыбнулась и кивнула малышке. Та хотела спросить еще что-то, но с утра я не отличаюсь особой разговорчивостью, поэтому вышла из трактира раньше, чем девочка успела задать следующий вопрос.
Степь да степь кругом… Рассвет и прохладный ветер. Трактир на этом пустынном просторе смотрится как-то нелепо. Меня редко посещают такие мысли, но утро и необходимость куда-то ехать навевают философское настроение. Хотя, я рада уехать с этого кладбища, на котором совсем недавно пировала смерть.
Идя к колодцу, я прикидывала, какая из оставшихся без хозяина повозок лучше подойдет для того, чтобы перевезти в ней раненого дроу. Мой взгляд остановился на не слишком большой, зато крытой грязно-белым полотком. Подойдет.
Я уверенным шагом прошла дальше, но завернув за угол, резко остановилась. Неожиданная картина… Растерзанные в фарш лошади валялись под навесом конюшни. Наши, живые и здоровые, стояли в отдалении и испуганно фыркали. Сорваться с места им не давал защитный круг. Меня затошнило. Ну, вот, блин! Настроение испорчено! А ведь я пробегала мимо этой конюшни, но тогда темно уже стемнело, да и не до того было.
С трудом сдержав рвотный позыв, я направилась к колодцу, где уже умывалась Кетрин. Заметив меня, девушка неприязненно скривила губы и поспешила уйти. Не поняла. Что это за показное пренебрежение? Ладно, потом разберусь. Сначала приведу себя в божеский вид.
Умывшись и слегка пригладив волосы, я вернулась на дор трактира и обнаружила, что все уже готово к путешествию и эльф сидит на повозке, свесив ноги. Рядом радостно бегает Ниэл, предвкушая путешествие. И чему радуется?
Четыре мои спутницы, завидев меня, молча расселись кто на козлы, кто в повозку и начали усиленно показывать, что я их задерживаю.
– Мои вещи хоть взяли? – недовольно пробурчала я, кажется, понимая, что произошло.
Анетта, приготовившись править лошадьми, фыркнула и указала на мою сумку, небрежно закинутую в угол повозки. И то ладно. Я торопливо залезла в повозку и уселась рядом с эльфом, надеясь уточнить у него причины игнорирования моей скромной персоны.
– Что произошло, в чем дело? – шепнула я Эйдгару, когда заметила, что Кетрин и Сара, сидящие в повозке, начали дремать. – Почему они меня игнорируют? Дроу хитро улыбнулся и, поудобнее пересев, ответил:
– Ты взялась ими командовать, а после того, как я очнулся, просто завалилась спать, не помогая им в уходе за мной и за моей сестрой, – пояснил он. – Как ты хочешь, чтобы они к тебе после этого относились?
Я сжала кулаки и стиснула зубы. Да если бы не я, ни одна из них не выжила бы! Они ведь не смогут справиться даже с раненым шанка! Да и не так уж сложно пару раз в день сменить повязку раненому дроу, который постоянно зубоскалит и шутит по поводу и без. А с девочкой справиться вообще легко: дать ей безобидные реактивы, окрашивающие воду в разные цвета, и она занята на все оставшееся детство. Подозреваю, что дело здесь в другом. Моя помощь девушкам теперь не нужна и можно свесить на меня все мыслимые и немыслимые грехи и снова стать высокомерными дамами.
Немного остыв, я заметила понятливую усмешку дроу. Он знал о том, что произошло? Но… Нет. И лучше мне не спрашивать. Сам он промолчит, а мне не нужно, чтобы одна из сокурсниц услышала о том, что я применяла свои боевые навыки, и по прибытии доложила преподавателям.
Я хотела сменить тему и спросить эльф о том, что же произошло в той таверне, но мне показалось, что пока не стоит, а то мало ли… Не думаю, что он сентиментальный, но расспрашивать лучше тогда, когда раны заживут.
Я положила под голову свою тощенькую сумку и прикрыла глаза. Сон не шел, даже задремать не удавалось, и я решила проанализировать характеры своих сокурсниц. Вспомнить уроки Горыныча, пусть и не на слишком сложных примерах.
Кетрин – самая бойкая, но не самая сильная. Многое знает, мозги есть, но она не спешит их применять. Ей и в роли дуры – блондинки удобно. Хотя, она ведь не знала другой жизни, а если узнает, то не захочет жить как я, например.
Анна – церковная мышь. Такая же бедная, в плане денег и серая в плане внешности. Пепельные волосы, серые глаза и спокойный, кроткий характер делают из нее милого пушистого зверька. Только непонятно, как она решилась сбежать из дома и пойти против воли родителей. Может, ради возлюбленного какого-нибудь?
Мириам – суровая брюнетка, самая психически крепкая в компании. Трупы ворочала так, словно каждый день только этим и занимается. Но грубовата, как бы это ни было странно для дочери одного из советников короля. Может, росла в глуши, а может, наследственное.
Сара – дочь богатого купца, непонятно по каким причинам пробившаяся в эту академию. Может, ее отец заплатил за обучение, может, еще что… В любом случае, эта девушка знает, чего хочет, а хочет она успешно выйти замуж, что с ее идеальной фигурой, красивым лицом и густыми, золотыми волосами, вполне реально. И для ее целей дроу прекрасно подходит.
И почему я так ненавижу подобных девушек? Может, потому что умнее их, а может, потому что немного завидую… Завидую красоте, богатству и тому, что мозги в их жизни не особенно нужны…
– Илис, – Эйдгар потряс меня за плечо. Да что ж такое?! Почему мне поспать не дают?! Я резко распахнула глаза и с тупой злостью сонного человека, которого будят среди ночи и просят вспомнить самые сложные формулы зелий, уставилась на эльфа. Он проигнорировал мою злость и кивнул куда-то вдаль.
Я проследила за его взглядом и с трудом разглядела на горизонте тучу желтой пыли. Вот черт! Видимо, кто-то из постоянных обитателей степи заметил огонь, в котором мы сжигали покойников, и теперь надеется настичь нас. В том, что это облако – бандиты, я не сомневалась ни на минуту. В степи только они и живут. В основном орки.
Я, прикрыв глаза козырьком из ладони, посмотрела на солнце и поняла, что ехать нам еще около полудня. Солнце только начало клониться к горизонту. Я соскочила с повозки и подбежала к козлам, на которых полу дремали беспечные девушки.
– Ускоряйтесь, за нами идет отряд разбойников! – рыкнула я, отрывая девушек от сладких сновидений.
– Не смеши, – фыркнула Кетрин, с неким презрением глядя на меня.
– Сама посмотри! – рыкнула я в ответ, оставив презрительный взгляд без внимания. Потом разберусь, а сейчас нужно доехать до форпоста. Как только башня с окружающим ее маленьким, каменным городком появится в пределе видимости орков, они отступят, побоятся навлечь на себя гнев сильного королевства. По моим прикидкам, мы еще можем успеть.
Анетта, не слишком веря моим словам, сама лично сошла с козел и вгляделась в горизонт:
– Она права, – заметив тучку пыли, подтвердила алхимичка мои слова, после чего моментально оказалась в седле и погнала лошадей вперед. Я к тому времени уже видела в повозке.
– Как считаешь, есть шанс оторваться? – спросила я у эльфа, нежно гладящего по голове проснувшуюся от усилившейся тряски девочку.
– Скорее всего, нет, – печально вздохнул тот и повесил голову. Похоже, сам он смерти не боялся, но за сестру готов был отдать все, что угодно. Это проявлялось даже в его взглядах и в том, насколько сама Ниэл доверяла брату. – Если что, ты позаботишься о ней? – эльф смотрел на меня, как на последнюю ниточку.
– Кто знает, может, нам еще удастся уйти, – пожала я плечами, стараясь верить в лучшее.
Следующая пара часов прошла в напряженном наблюдении. Я рассказала проснувшимся от тряски сокурсницам, что случилось, и они чуть ли не со слезами стали проклинать тех, кто распределял практику. А зря. Эти люди не знали, что мы задержимся на несколько суток на одном месте, и что нам хватит глупости развести огромный костер. Если бы не все это, мы бы сейчас сидели над древними книгами в южной крепости.
– Мы не успеем, – обреченно прошептала Мириам, глядя на все приближающуюся тучу пыли, в которой уже можно было разглядеть мощные тела орков и не менее мощных лошадей под ними. Меня снова захватил страх. Холодный, липкий и противный, до недавнего времени очень редкий гость в моем сознании. Будь при мне магия огня, я бы с легкостью раскидала этот отряд, даже не поранившись, но у меня магии почти нет… Сглотнув ледяной ком, подступивший к горлу, я попыталась охладить свой разум. Получилось не очень, но слабый и безумный план начал проявляться в моей голове.
– У вас есть взрывающиеся и самовозгорающиеся зелья, или реактивы, из которых их можно изготовить? – обратилась я к бледным и молчаливым девушкам. Они кивнули, не проявляя никаких эмоций.
– Сколько чего? – меня начали раздражать их безжизненные лица, я боялась и внутренне дрожала, а поэтому быстро сорвалась на грозный рык.
– С десяток зелий и довольно много реактивов… Еще флакончиков на двадцать хватит, – немного оживившись, ответила Мириам, перебравшаяся в повозку после того, как я сообщила о разбойниках.
– Их реально приготовить в условиях пути, и, если да, то сколько времени уйдет на приготовление? – страх перешел в раздражение. Меня раздражало все: испуганные глаза девушек без единого проблеска мысли, мой собственный командный тон и напряжение, потрескивающее в воздухе.
– Приготовить можно не все… но кое что, и достаточно быстро, – Мири хотела перечислять мне названия зелий, но я оборвала ее.
– Тогда готовьте, я сейчас пришлю вам еще одну помощницу, – девушки тут де принялись за дело, зашуршали кожей сумок, застучали прочными флакончиками, предназначенными как раз для путешественников, а я в это время уже спорила с Анной. Вот идиотка! Ее жизнь в опасности, а она спорит со мной!
Но меня мало кто может переспорить, особенно, когда на кону моя жизнь. Поскандалив, минут пять, Анетта поняла, наконец, необходимость подчиняться мне, остановила повозку, и мы поменялись местами.
Я снова посмотрела на солнце. Пройдет часа два, прежде чем крепость хотя бы появится на горизонте, а чтобы ее заметила кочевники, нужен еще хотя бы час. С такими невеселыми мыслями я погоняла лошадей, надеясь, что мы все же успеем.
Еще час прошел в напряжении, витающем над нами и, кажется, даже потрескивающем в воздухе. Я уже почти ничего не видела, кроме солнца и пустынной пыльной дороги, ни о чем не думала, просто напряженно сидела на козлах и погоняла лошадей.
Из транса меня вывел грохот, испуганное ржание лошадей, грязный мат кочевников, детский крик и окутавший повозку запах гари. Дым остался позади, укутав бандитов. Началось.
Ко мне резко вернулась ясность мыслей. Я пустила лошадей во весь опор, приготовившись выводить повозку из-под огненный стрел и заклинаний шаманов. Не ошиблась. За моей спиной зашумел и затрещал огонь, вызванный зельями алхимичек, в ответ на который сноп огненных стрел взмыл в воздух. Я резко направила лошадей вправо, уводя повозку от большинства стрел, но самые крайние все же задели сухую, плотную ткань. Разгореться пламя не успело, кто-то изнутри потушил его. Мне остается только гадать…
Снова взрыв, рев огня, крики, ржание, ругань, удушливый дым. В следующую секунду земля трескается в метре от копыт лошадей. Шаманы! Натянув поводья, я с трудом обогнула преграду и снова ускорила бег лошадей.
Рев огня, ругань, гарь. Вокруг нашей повозки начал закручиваться мощный поток ветра. Я попыталась выехать из него, но ураган, быстро набирающий обороты, преследовал нас, засыпая степной пылью повозку, закрывая обзор, не давая разглядеть даже дороги.
Несколько минут, больше похожих на вечность, я провела в этом ужасе. В глаза, нос и рот набилась сухая пыль, мешавшая дышать, видеть и соображать. Лошади замедлили шаг, тоже одолеваемые ураганом, я погоняла их, но результата это не имело.
За спиной слова послышался взрыв, но на этот раз ответом стал только раскатистый хохот кочевников. Все, мы пропали. Я бы соскочила с козел и побежала к крепости, пока бандиты разбираются с алхимичками, но я не могла бросить Ниэл, да и дроу тоже было жаль, а вот девушек не очень. С ними бы все равно ничего не случилось. Их бы даже не побили, просто содрали бы с их родителей приличные деньги.
Копыта лошадей начали быстро подниматься над землей, а с ними поднялась и повозка. Шаман попался слишком сильный. Нам придется сражаться… Все, допрыгалась я, надо было идти учиться на бытовую магиану, а не тянуться к приключениям. У них практика всегда в городе, оплачивают их услуги хорошо, и жизнью они не рискуют каждую минуту, но я – это я! Приключений мне подавай!
Повозка поднялась над землей уже почти на пол метра, а лошади взлетели еще выше, я готовилась к тому, что нас поднимут метра на два, но нужно будет спрыгнуть чуть пораньше, чтобы не быть погребенной под лошадьми и повозкой, от которой после удара о землю останутся одни щепки, и попытаться принять бой, а там… Посмотрим. Может, договоримся еще, но все мои планы рухнули вместе с повозкой, внезапно переставшей подниматься и свалившейся на землю с полуметровой высоты. Не развалилась! И кто у нас тем такой мощный маг, дружащий с воздухом, что переборол орочьего шамана, причем, шамана очень сильного. Неужели, наш дроу?
Снова взрыв и снова ругань. Ниэл уже не кричит, а, видимо, забилась куда-нибудь в уголок. Девушки визжат, но кидают в орков еще одно зелье. Гарь, шум огня, а потом еще усилившийся мат роков и яростная команда:
– Отступаем! На горизонте крепость! – рыкнул предводитель банды так мощно, что у меня заложило уши. Топот мощных копыт, удаляющийся от нас, недовольные крики орков, все еще витающий в воздухе запах гари… Все быстро затихло и испарилось.
Я подняла глаза на горизонт, где действительно вырисовывались четкие контуры приземистой, крепкой крепостной стены. Вдох, выдох… Осознание начало приходить постепенно: мы справились! Успели! Я пустила лошадей неторопливым шагом, прикрыла глаза и откинулась назад. Справились. Мы справились…
Воздух вокруг повозки постепенно избавлялся от потрескивания, стало даже как-то легче дышать.
– Эй, – кто-то дернул меня за руку, и я недовольно приоткрыла один глаз. Сара стояла и обеспокоенно смотрела на меня, – там Эйдгар…
Я, вспомнив о том, что раненый эльф каким-то чудом прервал шаманское заклятье, моментально пришла в себя, усталость пропала, будто и не было. Я соскочила с козел и рванула к повозке.
Дроу сидел еще бледнее, чем был, когда я нашла его в трактире, облокотившись на край повозки, прикрыв глаза и глубоко дыша. Девушки развели вокруг него бурную деятельность, снимая окровавленную повязку, промывая рану и перевязывая эльфа заново. При этом они развели такой галдеж, что я невольно посочувствовала дроу. Тяжело, когда вокруг несколько восторженных девиц и все галдят каждая о своем.
– Меткие вы, – обозначила я свое присутствие, решив, ради разнообразия, сказать не гадость, а комплимент, – но для перевязки достаточно одной Кетрин. Эйдгару нужен воздух, – довольно миролюбиво заметила я и девушки, как ни странно, повиновались. Мириам и Анна отстали от дроу и вышли из повозки. Странно. Я ожидала чего угодно: скандала, игнора, заявления: «Ты не целитель, вот и молчи», но не повиновения.
Закончив с перевязкой эльфа, Кертин тоже встала с края повозки и посмотрела на меня с каким-то странным… восхищением?!
– Спасибо тебе, – тихо выговорила она, чтобы не услышал дроу. Ведь будет потом подначивать до конца практики. – Ото всех нас спасибо, – я невольно улыбнулась, но поспешила спрятать свои эмоции.
– Что с ним? – я кивнула на уже задремавшего эльфа.
– Полное магическое истощение, – ответила Кетрин, тоже с беспокойством покосившись на Эйдгара.
Да… плохо. Восстановится он, конечно. Не умрет, но ой как голова у него будет трещать… А еще с недельку он поучается аналогом морской болезни, но с магическими причинами.
– А где Ниэл? – я пошарила взглядом по повозке и заметила слегка вздымающуюся ткань.
– Илис! – из-под старых тряпок, оставшихся в повозке от ее прежнего владельца, выбралась девочка и испуганными глазами уставилась на меня. Потом ее взгляд упал на дроу, и она заплакала. Просто заплакала. Бедный ребенок.
Я подошла к девочке и обняла ее. Погладила по волосам, начала спокойным голосом рассказывать веселый детский стишок, а про себя уже готовила гневную речь для Эйдгара, и суть этой речи: «Не фиг таскать детей по опасной степи. Еще раз узнаю, что ты ее куда-нибудь потащил – убью!». Ниэл, вымотанная обстоятельствами, быстро уснула, а мы еще целый час ехали до крепости в полном молчании. Все отходили от шока и я – не исключение.
Крепость встретила нас закрытыми воротами и полным отсутствием часовых на стенах.
– Эй! – крикнула я, соскакивая с повозки. Ответом мне послужила тишина.
Ну и что это значит? Если монстры из подземелий добрались и сюда, то я не переживу еще одной прогулки по залитому кровью помещению.
– Здесь есть кто-нибудь?! – хором заорали остальные практикантки. По их слегка позеленевшим лицам было понятно, что им тоже не слишком хочется видеть очередной фарш.
– Кто вы такие? – послышался с башни мощный мужской голос. Я вздернула голову вверх и увидела воина, закованного в стальные доспехи. Его лицо скрывало забрало шлема, так что определить его расу я не бралась.
– Практикантки из академии… – начала отвечать Мириам. Она вроде как за старшую.
– Эх, – печально выдохнул стражник, – как же вы не вовремя. Крови не боитесь? – спросил он, а я, только начавшая отходить от мысли о трупах и крови, снова похолодела. Не хочу! Не хочу снова шариться среди трупов! Надеюсь, хоть перетаскивать их не придется…
– Нет, – хором ответили мы. Я краем глаза отметила совсем зеленые лица девушек.
Солдат молча кивнул и крикнул что-то солдатам, стоящим внизу. Ворота начали медленно открываться. Как только створки распахнулись достаточно широко, мы вошли, завезя на широкую, выложенную камнем площадь перед воротами повозку.
Я остановилась и выдохнула. Мы в относительной безопасности. По крайней мере, бандиты-кочевники сюда точно не придут. Оглядевшись, я с облегчением отметила, что в крепости обстановка не боевая. Солдаты, открывшие ворота, выглядят расслабленными. Это можно понять по спокойным движениям и поднятым забралам большинства солдат. Оружие их покоилось в ножнах, а руки почти у всех были заняты ящиками и коробками.
