Текст книги "Цивилизация Древнего Рима"

Автор книги: Пьер Грималь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 30 страниц)

Установление религиозной жизни в Риме предание приписывает царю Нуме, сабинянину, который царствовал с 717 до 673 до н. э. и, как считается, был посвящен в божественные дела самим Пифагором. Уже римские историки отмечали противоречие: каким образом царь Нума, который, как утверждалось, жил в конце VIII века до н. э., мог встретиться с философом, учение которого в Южной Италии стало известно не раньше середины VT века до н. э.? Утверждался также факт, что пифагореизм [21]21
  Пифагореизм – религиозное и философское учение и социально-политическое движение в Древней Греции VI–IV вв. до н. э., названо по имени Пифагора (1-я пол. VI в. до н. э.). Исходило из признания числа первоначалом сущего, а математических закономерностей – основой структуры мира. (Примеч. ред.)


[Закрыть]Великой Греции включал религиозные элементы, которые существовали еще до Пифагора, и ничто не мешает допустить, чтобы к пифагореизму Нумы добавлялись обряды, верования и церемонии, происходившие из сабинских областей в самом широком смысле, то есть из внутренних регионов Центральной и Южной Италии. Нума символизирует религиозные формы жизни, которые отличались от связанных с imperator Ромулом и которые больше не были ориентированы на действия – политические или военные, но направлены на познание, более не заинтересованное в сверхъестественных реальностях. Таким образом, была выражена одна из наиболее жизнеспособных тенденций римской религии, и именно она сделала религию открытой любым формам влияния. Поскольку именно эта тенденция могла быть снисходительной к порокам, распространенным в народе, как опасались римляне, они старались выставить по отношению к ней множество препятствий, предназначенных для сохранения и стабильности традиций. Нума оказался новатором, но – как позже и Август – он был хитроумен и мудр, и ему удалось вписать свои нововведения в линию дедовских верований.

К реформам Нумы предание относит основание храма Януса, удивительного здания, расположенного на северной границе Форума и посвященного двуликому божеству, о природе которого богословы Рима немало рассуждали. Можно уверенно утверждать, что Янус не латинское божество. Кроме того, Нума разделил жреческие функции между многочисленными коллегиями, не связывая их исключительно с личностью царя. Нуме приписывается также учреждение жреческой должности фламинов: один из фламинов служил культу Юпитера, другой – культу Марса [22]22
  На самом деле было три великих фламина, третий служил Квирину. Великие фламины были обязательно патрициями. Фламин вообще жрец одного бога, позднее появилось еще 12 фламинов, служивших прочим богам.


[Закрыть]. Само слово «фламин», несомненно, восходит к индоевропейской традиции, об этом свидетельствует его этимология, близкая слову «брахман». При Нуме появилась коллегия салиев [23]23
  Салия – одна из древнейших коллегий, назначалось по 12 жрецов от Квиринала и Палатина. Название произошло от ритуальных танцев, исполнявшихся служителями (лат. salier – прыгун).


[Закрыть]. Воинственные танцы салиев в честь бога Марса – один из древних обрядов италиков, об этом обряде в различных городах сохранились и другие свидетельства, в частности анциле (anciles), двояковогнутые щиты, что говорит об отдаленном эгейском влиянии, так как они характерны для Греции геометрического периода [24]24
  Геометрический период – период, для которого характерно использование геометрического стиля (способ декора, предполагавший нанесение геометрических фигур). В Греции это период с XI до VIII вв. до н. э. На Апеннинском полуострове характеризует культуру Вилланова, сохранялся до VII в. до н. э.


[Закрыть]. Действительно, археологи обнаруживали двояковогнутые щиты в различных местах полуострова, датируемые около 700 г. до н. э., легенда сохраняет здесь воспоминание о реальных явлениях. Нума позаботился и о том, чтобы назначить главу, в обязанности которого входило бы соблюдение точности исполняемых обрядов и препятствие в будущем чрезмерному вторжению чужеземных новинок. Он назывался Великим понтификом: имя понтифика (pontifex) остается для нас загадкой. Люди Античности связывали его с понятием, обозначающим мосты, и понтифики первоначально якобы были «строителями мостов». Однако кажется очень маловероятным, что Рим, у которого столь долго существовало только очень ненадежное общение с правым берегом Тибра, мог бы предоставить столь значимое место в религиозной жизни жрецу, который в качестве основной функции должен был наблюдать за переправой через реку. Если нас не вводит в заблуждение обманчивое сходство и если понтифики действительно являлись «строителями мостов», то эти pontes первоначально должны были быть только дорогами (это значение близко другим языкам индоевропейской группы), а воображение подсказывает, что эти дороги могли быть теми путями, которые позволяли молитве и обряду достичь местопребывания богов. Но все это, конечно, лишь предположение. Есть мнение, что понтифики являлись жрецами-«неспециалистами», то есть отвечали только за исполнение тех обрядов, которые не входили в компетенцию других жрецов (фламинов, например).

Что бы там ни было, именно в царствование Нумы римляне приобрели прочную репутацию благочестивости и добросовестности (fides [25]25
  Fides – одно из основных значений слова – «верность» (лат.).


[Закрыть]) как основы общественной жизни и международных сношений, поскольку Фидес предполагает замену отношений, построенных на насилии, отношениями, основанными на взаимном доверии. Можно предположить, что тогда складывалась правовая форма, предназначение которой состояло в том, чтобы регулировать в соответствии с мировым порядком жизнь Рима. Рим мыслился как часть общей системы, гармонично вписанный в космический ритм. В этом отношении важно, что Нуме приписывается роль великого преобразователя календаря: цель реформы состояла в сопоставлении (насколько это вообще возможно) лунных и солнечных циклов. Для этого была разработана система промежуточных месяцев, которая должна была соответствовать двадцатилетнему солнечному циклу.

В процессе формирования Рима возвышается третья фигура, какой рисует ее предание: это царь Сервий Туллий. Шестой царь, правивший после Ромула (и Тита Тация), Нумы, Тулла Гостилия (эти трое царствовали, сменяя друг друга, согласно преданию, в 672–641,639—616 и 616–579 гг. до н. э.), Анка Марция, Тарквиния Древнего [26]26
  Тула Гостилий – легендарный римский царь (третий по счету). При нем началась завоевательная политика Рима, воевал с сабинами и победил их. По легенде, разгневанные боги поразили его молнией.
  Анк Марций – четвертый по счету легендарный царь Древнего Рима, внук Нумы Помпилия по матери. Римские историки приписывали ему ряд мероприятий в сфере строительства: прокладка дороги от устья Тибра до гористой сабинской области, возведение моста через Тибр и порта Остии. Помимо этого он вводил новшества в сфере культа. Плебейский род Марциев считал его своим предком (Марции-цари).
  Тарквиний Приск (Тарквиний Древний) (616–578 до н. э.) – пятый легендарный римский царь. С его именем связывается развертывание строительства в городе. Одержал победу над племенами сабинян и латинов.


[Закрыть], Сервий Туллий был сыном рабыни из царского дома. При его рождении случилось предзнаменование, которое предопределило внимание к нему царя Тарквиния. Согласно другой традиции, первоначально этрусской, которую повторил император Клавдий, Сервий Туллий был искателем приключений, по имени Мастарна. Ставший царем после смерти Тарквиния, он приступил к реорганизации римского общества. Он распределил граждан по пяти «цензовым» классам, первый класс объединял самых богатых граждан, последний – самых бедных. Каждый класс в свою очередь (за исключением последнего, члены которого освобождались от несения военной службы) был разделен на различное количество центурий. Деление на центурии имело главным образом военный характер и соответствовало специализации граждан внутри армии. Так, существовали центурии всадников из числа знати – граждан первого класса, только они одни являлись достаточно состоятельными, чтобы приобретать лошадей и упряжь. Всеми классами (за исключением пятого) были предоставлены центурии пехотинцев, вооружение которых зависело от их состояния. Кроме того, царь формировал центурии солдат «таланта», ремесленников по дереву или металлу, чье умение обеспечивало армию, и центурии музыкантов – игроков на рожках и трубачей.

Разделение на центурии утверждалось голосованием, и это имело практический результат – в городе главенство получает знать. При голосовании каждая центурия имела только один голос, так что в центуриях, объединяющих наибольшее количество граждан (тех, кто принадлежал к наиболее бедным классам), голос каждого индивида весил меньше, чем в других. К тому же (и это главное) голосование начиналось с центурий первого класса и прекращалось, когда было получено большинство. Так что центурии последних классов никогда не голосовали.

Эта цензовая система сохранялась до конца республики и даже в эпоху империи. Высшие должностные лица избирались центуриатными комициями, то есть народом, состоящим в армии, еще во времена республики, ими же ставились на голосование некоторые важные законы. Очень вероятно, что деление общества на классы по реформе Сервия относится не к VI веку до н. э., а к значительно более позднему периоду, но существенно, что традиция приписала эту честь царю, рабу по происхождению, который, даже если и не осмелился разбивать старые социальные рамки, по крайней мере построил иерархию, основанную на богатстве. Что касается историчности царя Сервия Туллия, которая часто ставилась под сомнение особенно рьяными современными критиками, то теперь она общепризнанна. Несомненно, что в конце VI века до н. э. Рим пережил глубокие изменения, о которых упоминают античные историки и которые подтверждаются недавними раскопками.

До Сервия Туллия существовала другая административная система, которая относится к царствованию легендарного Ромула: весь народ был разделен на три трибы, носящие архаические имена Тициев, Рамнов (или Рамненсов) и Луцеров. Можно предположить, что деление общества на три части отражает деление, характерное для индоевропейских народов [27]27
  Ж. Дюмезиль считал Тициев пастухами и ремесленниками, Рамнов – жрецами, Луцеров – воинами.


[Закрыть]может быть, напротив, речь идет об этническом делении [28]28
  Рамны – латиняне, Тиции – сабиняне, Луцеры – этруски.


[Закрыть], возможно и совсем простое объяснение по топографическому делению. Как бы там ни было, происхождение системы было неизвестным самим римлянам. Каждое племя формировало десять курий, а все тридцать курий составляли народное собрание. Без сомнения, вначале полномочия этих куриатских комициев были очень широкими, но после реорганизации Сервия Туллия они становятся ограниченными. Первоначально их основная роль состояла в том, чтобы назначить магистрата по избирательному праву auctoritas [29]29
  Auctoritas – воля, решение, постановление, а также исполнительная власть (лат.).


[Закрыть]сената, и ему передавать imperium [30]30
  Imperium – власть, владычество, полномочия, должность, в военном деле – высшее командование, а также государство, империя (лат.).


[Закрыть]; это право всегда принадлежало именно куриатским комициям еще во времена Республики, тот же imperium передавался должностным лицам, избранным центуриатными комициями. С ними также советовались по поводу юридических исков по вопросам религии и по вопросам усыновления. Система городских курий основывалась на религиозных связях, участии в общем культе курии, жрец которого назывался курион: таким образом, между членами одной и той же курии существовало священное братство.

Третья система классификации граждан сформировалась на основе двух предшествующих, когда плебс постепенно добился официального признания собственных собраний, которые стали трибутными комициями. Эти комиции состояли в рамках триб, но были не три трибы Ромула, а четыре трибы по географическому делению, установленные Сервием Туллием. Четыре трибы соответствовали четырем регионам (мы говорили бы об округах), на которые был разделен Вечный город. Позднее количество триб стало больше, когда наряду с городскими трибами появились сельские трибы, объединяющие граждан, находящихся в своих владениях за пределами Рима.

Сложность системы, при которой сменявшие друг друга реформы накладывались одна на другую без намерения ликвидировать прежнее государственное устройство, оказалась чрезмерна. Консерватизм, присущий римскому политическому сознанию, не препятствовал осуществлению проводившихся административных реформ, но способствовал все большему усложнению государственной системы. Однако эволюция нравов, увеличение количества граждан обеспечили некоторые неизбежные упрощения. Так, состав куриатских комиций, за которыми после учреждения центуриатных комиций сохранялась простая формальная функция – их деятельность ограничивались лишь утверждением решения центуриатных комиций, чем-то вроде религиозного освящения, – был сокращен до нескольких второстепенных лиц: простой ликтор [31]31
  Должностное лицо при высших магистратах и некоторых жрецах. Количество ликторов менялось от должности того, кого он сопровождал: диктатор имел 24 ликтора, консул – 12, претор – 6. Появление ликторов, вероятно, восходит к временам этрусских царей.


[Закрыть]представлял каждую курию.

Традиция именно с Сервием Туллием связывает административное устройство, развивавшееся на протяжении всей истории республики: город, состоящий из разнородных элементов, не зависящих от благосостояния, а возможно (но это может быть и неточно), и от местонахождения, был объединен общей городской территорией и затем также был секуляризован. Реформа Сервия может рассматриваться, таким образом, как третий этап рождения Рима, на этот раз в плане политической жизни. Сервию же приписывается создание ценза (census), смысл которого состоял в том, что каждые пять лет составлялся список, по которому каждому горожанину определялось место по справедливости, в соответствии с его возрастом и состоянием, а также согласно его нравственным достоинствам. Ценз составлялся специальными судьями, цензорами, сопровождался некоторыми религиозными обрядами, существенная часть которых состояла в обряде очищения всего народа: граждане, каждый в своей центурии в соответствии с воинским рангом, собирались на Марсовом поле. В присутствии царя или в более поздние времена цензора совершалась церемония: вокруг народа обводили трех животных – свинью, овцу и быка, а затем этих животных приносили в жертву богам. С этой церемонией начинался люструм [32]32
  Очищение жертвоприношением называлось люстрацией, а само это жертвоприношение – люстром, отсюда и название периода.


[Закрыть]или период пяти лет, в течение которого действовала установленная классификация.

Реформы Сервия Туллия сопровождались территориальным расширением Вечного города и, по словам античных историков, строительством вокруг него ограждения, которое называлось стеной Сервия. Много споров было поднято вокруг руин этой ограды, которые современными историками датировались более поздним временем; утверждалось, что в VI веке до н. э., спустя двести лет после основания, Рим не мог расшириться в границах Сервиевой стены, как ее называли в классическую эпоху. Большинство аргументов оказались несостоятельными. Приходится признать вероятность того, что непрерывная стена была возведена именно в VI веке до н. э., в эпоху царствования этрусских царей (к чему мы еще вернемся), таким образом, чтобы окружать не только Форум, но и Капитолийский, Палатинский, Авентинский холмы, а также Целий, большую часть Эсквилинского плато, Виминал и Квиринал. Эта линия продиктована соображениями безопасности; она была единственной, которая бы могла обеспечивать эффективную защиту поселений, располагавшихся с древних времен в долинах и на холмах. Некоторые из найденных фрагментов архаичной ограды, кажется, действительно датируются VI веком до н. э. Несомненно, не вся местность, защищенная таким образом, была занята жилищами, были и свободные пространства. Наличие свободных пространств внутри города диктовалось необходимостью: в случае нападения город мог давать убежище сельскому населению, что характерно для античных городов, в отличие от укрепленных населенных пунктов средневековой Европы; известно, что так же устраивались большие города мусульманского мира, хранившие традиции древности.

Вероятно, в период возведения Сервиевой стены Рим состоял из разбросанных по племенному признаку жилых кварталов. Рядом с латинскими колониями на Палатинском холме могло располагаться поселение сабинян на Квиринале, тянувшееся, может быть, до северной вершины Капитолийского холма, на Целии – этрусское поселение и множество других поселений, основанных италийскими эмигрантами на других холмах. Реформа Сервия Туллия, как ее ни оценивать, свидетельствует, таким образом, о главной цели: заменяя древние религиозные культы одновременным введением новшеств – цензовым и топографическим, – Сервий Туллий осуществлял подлинный синойкизм [33]33
  Синойкизм – объединение в единый полис нескольких ранее разрозненных общин.


[Закрыть]; сооружая вокруг Вечного города общее ограждение, он обустраивал единое пространство Рима, где уже утверждалось деление общества по классам и по географическим трибам. Безусловно, трудно утверждать, что эта реформа была действительно творением единственного человека, но невозможно опровергать античных историков, которые обоснованно связывают с личностью царя Сервия ясное и связное видение того, каким образом происходило рождение Рима как города и как государства.

* * *

Если рассматривать уже не развитие учреждений, а сами события, которыми отмечены первые два столетия истории Рима, по рассказу Тита Ливия, но и археологическим данным, можно предполагать, что Вечный город был театром многочисленных сражений, легенда же старалась преуменьшать их значимость.

Рим был расположен на границах области латинян с этрусками или находившимися под их влиянием народами, он был открыт для частых вторжений сабинян-горцев, являлся соблазнительной добычей, и враги надеялись, что его смешанное население всегда готово было перейти на их сторону. Двойная царская власть Ромула и Тита Тация» попеременное правление царя латинов и царя сабинян говорят нам о существовании компромисса между двумя наиважнейшими этническими элементами. Этот компромисс появляется тогда, когда на протяжении VI века до н. э. получило превосходство этрусское влияние. Оба царя, которых традиция называет Тарквиниями, были этрусками, в чем нет сомнения. Этот факт доказывается свидетельствами древних историков и изображением на знаменитой фреске гробницы Франсуа, где изображен Тарквиний Римский, представленный среди этрусских героев, и, без сомнения, сам Сервий Туллий под именем Мастарна, что следует понимать как латинский титул magister, «властелин».

Тит Ливий рассказывает, что первый Тарквиний был сыном одного из жителей Коринфа по имени Демарат, который был изгнан со своей родины политической смутой и прибыл на жительство в этрусский город Тарквинии. Один из его сыновей, который носил имя Лукумон (это так называемое имя на языке этрусков является титулом и означает «предводитель»), отправился искать счастья в Рим, где он сумел попасть в ближайшее окружение царя Анка Марция. После смерти этого царя он стал кандидатом на царство, и народ, соблазненный его богатством, красноречием и умением производить впечатление, избрал его царем. Этот рассказ, несомненно, приукрашивает события. Отношения архаического Лациума, а именно Рима, с Коринфом находят подтверждение благодаря недавним археологическим открытиям, в частности терракотовым рельефам, которые датируются VII веком до н. э. Однако одна деталь событий остается неопределенной; очень вероятно, что этот «лукумон» (который принял, когда пришел к власти, имя Тарквиния, то есть «человек из Тарквиниев») был обязан своим возвышением насилию; возможно, он опирался на потомков этнических этрусков, предки которых поселились в Риме со времен основания города. Как бы там ни было, его царствование было отмечено триумфом тенденций и обычаев, импортированных из Этрурии, внутри молодой римской цивилизации. Первому Тарквинию приписывается ведение войн против латинян. Несомненно, что к этому времени (в начале VI века до н. э.) этрусское влияние распространяется на Лациум: кажется, что Рим поворачивается против соплеменников, и из бастиона, выдвинутого латинскими племенами, которым он был вначале, начинает превращаться в их соперника.

Римские историки между Тарквинием Древним и его сыном Луцием Тарквинием (тирания которого вскоре заставит дать ему прозвище Гордый) помещают царствование Сервия Туллия, который был, без сомнения, этрусским кондотьером; господство этрусских царей продолжалось непрерывно. Рим был освобожден от иностранного ярма (иностранцев, по крайней мере, на взгляд латинян и сабинян Вечного города) только благодаря революции, которая положила конец власти царей и установила республику. Этрусский период Рима был самым большим периодом распространения этрусского влияния в Центральной Италии (именно тогда этруски достигают городов Кампании, захватывают Капую и занимают берега Салернского залива), оказался решающим для образования будущей римской цивилизации, и вот тут-то свидетельства археологии ставят нас на твердую почву достоверенных фактов. Именно в это время были построены первые большие храмы Вечного города, и в особенности тот, которому суждено было стать эмблемой римского могущества – храм Всеблагого и Величайшего Юпитера на Капитолии. Тит Ливий уверяет, что Тарквиний Древний обещал его богам, и строительство, отложенное в царствование Сервия Туллия, было завершено на самом деле Тарквинием Гордым. На Капитолии был установлен культ божественной триады: Юпитера сопровождали Юнона и Минерва.

Юпитеру (это индоевропейское имя сочетает значение «день» и ритуальный эпитет pater, отец, который использовался в обращениях к главным божествам) уже поклонялись латиняне и, несомненно, сабиняне. В Лациуме ему было посвящено общее для всех племен святилище на вершине Альбанской горы (в настоящее время Монте-Каво), которая возвышается над озером Неми и Альбанским озером, и для латинских городов это был общий культ. Но Юпитер, под именем Тиния [34]34
  Тиний входил в триаду высших богов вместе с Уни и Минервой.


[Закрыть], принадлежал к этрусскому пантеону, и объединение божеств в триады также является характерной чертой этрусской религии, так как раскопки обнаружили в поселенях Этрурии храмы с тремя часовнями. Таким образом, есть основание думать, что строительство капитолийского храма является эпизодом в медленном процессе синтеза и положило начало формированию религии классического периода Рима. Старые божества, заимствованные от индоевропейских завоевателей, окончательно уточняют свой облик и испытывают влияние различных средиземноморских религиозных традиций. Уже в ту доисторическую эпоху Лациум был свидетелем этих процессов. В Риме, в горниле племен, на перекрестке влияний, которые были характерны изначально, движение ускоряется. Римляне никогда не отрицали своего религиозного долга по отношению к Этрурии. Заимствование было двойным: с одной стороны, практика теургии, после которой старые туземные обряды казались дикими гримасами, с другой – установление иерархии божеств, познание «сонма богов», которые накладывались на древнюю индоевропейскую теологию, сохранившуюся в римской религии.

Строительство Капитолийского храма равным образом приобрело и другое значение: оно свидетельствовало и о восприятии Римом этрусского искусства, и о рождении собственно римского национального искусства. Этрусские мастерские, по крайней мере в течение столетия накануне основания Рцма, достигли чрезвычайного мастерства во всех областях пластики. Под влиянием коринфского искусства, затем ионического, они, в частности, увеличивают терракотовые пластины, украшенные рельефами. Эти терракоты предназначались для украшения фризов на фасадах храмов. Этруски умели также обжигать статуи больших размеров, среди которых наиболее типична дошедшая до нас статуя Аполлона Вейского, которая датируется последними годами VI века до н. э. и, следовательно, может считаться современницей храма, построенного Тарквинием Гордым на Капитолии. Античные историки, чьи рассказы находят подтверждение благодаря раскопкам, уверяют, что для украшения храма Юпитера, Тарквиний пригласил художников из Вей. Отныне Рим становится открытым для любых течений эллинского искусства. И одновременно под влиянием искусства, зарождающегося в Кампании, и через посредничество Этрурии, главным образом благодаря стремительному влиянию этрусских элементов внутри самого Рима, Рим входит в обширное сообщество средиземноморской цивилизации, в тот самый момент, когда в полисной Греции начинает расцветать эллинизм.

К концу VI века до н. э. римское государство уже создано: его материальное могущество выросло; оно господствует надо всем Лациумом. Альба, уничтоженная уже более века тому назад, стерта с лица земли, и ее жители переселены в Рим; другие города вынуждены были образовать под римской гегемонией латинскую конфедерацию. Древняя колония пастухов стала, в свою очередь, метрополией. Но главным образом – и это нас больше всего интересует – установлена основа римской цивилизации. Сформировались рамки политической деятельности; из расчлененной царской власти понемногу зарождаются республиканские магистратуры. У Рима есть свои боги, свои храмы, свои обряды; уже намечены крупные формы мысли. У него уже имеются мифы, которые до конца будут питать его сознание. Это оригинальное явление образовалось постепенно, из разных элементов, которые мы попытались обозначить, и, следовательно, теперь можно проследить за его развитием на протяжении веков.