355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Пенни Джордан » Три любовных романа Лучшие из лучших — 1996 (из второго десятка). » Текст книги (страница 5)
Три любовных романа Лучшие из лучших — 1996 (из второго десятка).
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 04:08

Текст книги "Три любовных романа Лучшие из лучших — 1996 (из второго десятка)."


Автор книги: Пенни Джордан


Соавторы: Диана Гамильтон,Патриция Уилсон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 28 страниц)

Глава 5

Кэсси не ожидала, что Дороти Рис окажется такой маленькой, но тут же забыла о своем удивлении, увидев счастливые, улыбающиеся глаза матери Джордана. Дороти смотрела, как они идут к ней по садовой дорожке, и лицо ее дышало такой радостью, что Кэсси внезапно почувствовала себя провинившейся девчонкой.

– Джордан! – Приподнявшись на цыпочки, Дороти поцеловала сына и лукаво засмеялась. – Мы знали, что ты приедешь с мисс Престон, и по описанию твоего отца я предполагаю, что это и есть единственная и неповторимая Кэсси? – Она улыбнулась Кэсси и вновь посмотрела на сына. – Означает ли это, что ты… Или целовать редактора новостей для тебя обычное дело?.. Джордан рассмеялся и, взяв Кэсси за руку, показал матери обручальное кольцо.

– Мы помолвлены, – сказал он, продолжая держать руку Кэсси в своей, и я бы не очень хотел, чтобы ты выложила ей все, что обо мне думаешь.

– Боже мой, Джордан, если бы ты знал, как мы… Твой отец будет в восторге! Ну, входите же скорей.

Она впорхнула в дом, словно крохотная экзотическая птичка, а Джордан с доброй, чуть снисходительной улыбкой посмотрел на Кэсси.

– Прелесть, да? – с гордостью спросил он. – Сегодня она просто выше похвал. Обычно‑то обрывает фразы на середине. Думаю, это она ради вас старается. Как правило, она говорит без умолку и никогда не заканчивает свою мысль.

– Она совершенно не похожа на вас, – прошептала Кэсси, все более отчетливо сознавая, что водить за нос этих людей непозволительно.

– Наверное, я все‑таки унаследовал от них кое‑какие положительные черты, вам не кажется? – ехидно спросил Джордан. – Присмотритесь ко мне поближе, а потом скажите.

Он подтолкнул ее вперед, и Кэсси буквально оцепенела от страха.

– Ох, Джордан, я не уверена, что…

– Если вы сейчас меня подведете, – прицыкнул он, и в его тихом голосе не было уже ни намека на улыбку, – то я действительно накажу вас!

Она не успела ответить, так как перед ними внезапно появился Хэролд Рис. Его бледное, больное лицо светилось такой надеждой и счастьем, что у Кэсси мучительно сжалось сердце и она поклялась сделать все, что Джордан сочтет необходимым.

– Кассандра! – дрогнувшим голосом произнес Хэролд Рис. – Дот говорит, вы обручились с этим шалопаем. Дорогая моя, если это правда, то я самый счастливый человек на свете!

– Это правда, – сказала Кэсси, чувствуя глубокую, искреннюю жалость к этому истерзанному недугом человеку, и порывисто обняла его, чего раньше никогда не делала.

– Я тоже самый счастливый человек на свете, – с ударением произнес Джордан, глядя на радостно улыбающегося отца.

– Ах ты, разбойник! – обнимая сына, воскликнул Хэролд Рис. – Как же это тебе удалось?

– Она просто не выдержала осады, верно, милая? – подмигнул ей Джордан, к которому снова вернулось хорошее настроение.

– Пожалуй, – дрожащим голосом пробормотала Кэсси. Господи, да что же это такое?! Она плачет, а они смотрят на нее и весело улыбаются.

– У нее уйма чисто женских слабостей и недостатков, – мягко сказал Джордан и привлек ее к себе. – Ты не знал, что она может расплакаться по самому пустяковому поводу?

– Твой отец никогда не доводил меня до слез, – всхлипнула Кэсси. Хэролд Рис был на седьмом небе.

– Вот так‑то! Съел? Пока что пальма первенства за мной, – громко провозгласил он. – Надеюсь, ты слышала. Дот?

– Еще бы!

Мать Джордана впорхнула в комнату с заставленным закусками подносом, и Кэсси с головой окунулась в атмосферу тепла и любви, царящую в этой семье. Не выпуская Кэсси из объятий, Джордан подвел ее к небольшому дивану и усадил у пылающего камина.

– Отпусти ее хоть на минутку, сынок! Дай ей спокойно выпить чаю, скомандовал Хэролд, усаживаясь напротив с твердым намерением получить от визита Кэсси и сына максимум удовольствия. Джордан убрал руку с такой явной неохотой, что глаза матери затуманились сентиментальной грустью. ‑Ты привез газеты за эту неделю? – строго спросил Хэролд, а когда сын ответил, что они в машине, сразу же потерял к ним интерес и внимательно посмотрел Джордану в лицо. – Значит, ты решил наконец остепениться, – с большим удовлетворением отметил он. – Женишься и перестанешь лезть под пули.

– Вроде бы так, – медленно проговорил Джордан, и от Кэсси не укрылась нотка сожаления в его словах. Она почувствовала, как он вдруг весь напрягся, и погрустнела, словно от необъяснимой утраты. Джордан никогда не откажется от привычной, полной опасностей жизни. Он не может без риска. И нежелание распространяться о своих планах – достаточное тому доказательство. На такого рода обман даже он неспособен. Его родители, однако, как будто ничего не заметили. Они были слишком взволнованы помолвкой сына и слишком счастливы сейчас, в эту минуту, чтобы задаваться вопросом о будущем. Кэсси вдруг охватила злость на Джордана за этот его обман, который в конце концов больно ранит его отца.

– Вы не собираетесь устроить меня на ночь в гостинице? – спросила она через некоторое время, улучив минуту, когда они остались наедине.

– Господи, конечно, нет! – воскликнул он, с изумлением глядя на нее.

– Отец устроил бы мне хорошую трепку! Для него само собой разумеется, что вы останетесь в доме, и так оно и будет.

– Лучше бы вы сказали им о… о помолвке заранее, по телефону, – с досадой буркнула Кэсси. – Многовато новостей для одного раза, вы не находите? Ваш отец выглядит таким нездоровым.

– А как еще он должен выглядеть? – раздраженно бросил Джордан. – Мы ведь потому все и затеяли, разве нет? А теперь выходит, я виноват? Если уж хотите знать, то я не стал заранее говорить ему о помолвке, так как был совершенно не уверен, что вы пойдете до конца, – холодно добавил он. – Вы все время колебались и готовы были в любую минуту пуститься наутек. – Я… Простите меня. – Кэсси опустила голову, сознавая, как ему с ней тяжело. – Я совсем вас замучила.

– Ну, я на другое и не рассчитывал, – сердито сказал он. – И все‑таки надеялся на ваше мужество. Постарайтесь, чтобы его хватило до завтра, до нашего отъезда!

Она сама напросилась на эту отповедь, но все же в душе закипела обида, и лишь появление Хэролда Риса предотвратило готовую вспыхнуть ссору. Ей было нетрудно разговаривать с родителями Джордана, если только речь не заходила о помолвке и предстоящей свадьбе. В этом смысле здешняя ситуация разительно отличалась от той, с которой она столкнулась в доме своей матери. Там нужно было приложить все силы, чтобы убедить их в помолвке; здесь же, как и предвидел Джордан, убеждать никого не требовалось. Его родители с такой радостью говорили о будущем, что Кэсси готова была сквозь землю провалиться.

Однако противостоять сердечности этих людей было совершенно невозможно, и, когда Джордан предложил до наступления темноты немного погулять, она с готовностью согласилась, чтобы отвлечься от навязчивого чувства вины. Одевшись потеплее, они вышли из дома.

– Нет никакой необходимости… – начала было она сердито, когда Джордан взял ее за руку и они направились к ближайшему перелеску.

– Необходимость есть! – отрубил он, еще крепче сжимая ее руку. – Отцовский кабинет выходит окнами как раз в этот переулок. Не в пример вашей матери, он не станет подглядывать, но наверняка захочет еще разок полюбоваться нами и порадоваться, что его мечты сбылись. Если вы разрушите эти мечты, я…

– Обойдемся без угроз, – раздраженно осадила его Кэсси; они свернули за угол, и дом исчез из виду. – Я очень привязана к нему и потрясена тем, как он выглядит. Если вы думаете, что я способна сделать что‑то такое…

– Тогда почему бы вам не расслабиться? Ведь все хорошо! – сердито продолжал он.

– Я боюсь почувствовать себя слишком счастливой, – отвернувшись, с грустью призналась Кэсси. – Сама атмосфера тепла и любви в вашем доме так не похожа на…

– Господи, мы никак не можем понять друг друга. – Джордан шагнул к Кэсси и привлек ее к себе, она неохотно подчинилась. – А все потому, что мы совсем друг друга не знаем, – сказал он, погладив ее по волосам. ‑Это полностью моя вина. Я должен был догадаться.

– Нет, виновата я сама. Веду себя как девчонка, – невольно вырвалось у Кэсси. Она вдруг с испугом почувствовала, что ей слишком уж хорошо и покойно в объятиях Джордана, но побоялась отстраниться, чтобы снова не рассердить его.

– Ну что ж, я уже говорил однажды, что будущему мужу придется многому вас учить, – мягко сказал он, – но это не относится к нынешней ситуации, Кэсси. Вы здесь желанный гость, и вам это известно. Даже если б не было нужды разыгрывать помолвку, вас все равно приняли бы с распростертыми объятиями. Мой отец очень любит вас, и совершенно очевидно, что вы понравились моей матери, сами по себе.

– Не такая уж я милая, – пробормотала Кэсси. Джордан чуть приподнял ее голову и, глядя в лицо, улыбнулся.

– Как ни странно, иногда вы весьма милы, – спокойно сказал он. Кэсси продолжала смотреть ему в глаза, читая в них то, что безотчетно желала увидеть эти последние несколько дней, как вдруг Джордан резко отпрянул, а еще через несколько минут повернул к дому. – Чертовски холодно. – Пожалуй, пора возвращаться.

Кэсси захлестнуло какое‑то странное разочарование, но она молча согласилась. Было и правда очень холодно и знобко.

– Ваш отец так обрадовался, что вы не намерены возвращаться к прежней, опасной жизни, – собравшись с духом, сказала она.

– Да. Правду я сообщу ему, когда он оправится от болезни, – хмуро проговорил Джордан, и Кэсси больно прикусила губу, удивляясь, отчего эти слова так ее испугали. В конце концов, разве она этого не ожидала? Наутро она проснулась рано и, нежась в тепле старомодно‑уютной спальни, вдруг услыхала за дверью чьи‑то осторожные шаги. Выглянув в коридор, Кэсси увидела мать Джордана – одетая в халат, она шла к лестнице. – Простите, что я разбудила вас, Кэсси, – виновато прошептала она. Я проснулась и вдруг страшно захотела чаю.

– Чудесно! Подождите меня, я мигом. – Кэсси метнулась в комнату, быстро набросила на себя халат и присоединилась к Дороти Рис.

На кухне было тепло и уютно. От большой раскаленной плиты веяло умиротворенным покоем, и Кэсси вспомнила слова Джордана, что в этом доме она должна наслаждаться атмосферой любви и душевного тепла.

– Ой, какая прелесть! – подойдя к плите, воскликнула Кэсси.

– Смотрите не обожгитесь, дорогая, – гремя чашками, предупредила ее Дороти. Кэсси с улыбкой наблюдала за ее хлопотами.

В эту минуту появятся Джордан, бодрый, оживленный. В белом свитере с высоким воротом и черных брюках он выглядел необычайно мужественно и привлекательно.

– Так вот вы чем занимаетесь, – шутливо сказал он. – Решили устроить небольшой междусобойчик. Отец требует чаю, – обратился он к матери, с улыбкой глядя на Кэсси.

Пожалуй, Кэсси была даже как‑то придавлена его великолепием. Черные брюки красиво обтягивали его узкие бедра, а белый свитер подчеркивал спортивную силу широкоплечей фигуры. Он с веселым удивлением отметил ночной халатик Кэсси, ее прекрасные, еще не прибранные со сна волосы, и его нескромный взгляд заставил Кэсси смущенно отвести глаза. Она посмотрела в окно и вдруг в восторге закричала:

– Джордан! Снег идет! – В порыве совершенно детской радости она бросилась к окну.

– Снег так снег. Джордан подошел к ней и стал молча смотреть на падающий за окном снег. На сей раз, почувствовав на талии его руку, Кэсси не сжалась от напряжения. Он повернул ее лицом к себе, и она мягко подалась к нему навстречу, сознавая, что его мать растроганно наблюдает за ними.

– Почему это женщины так сходят с ума по снегу? – поддразнил он. – Я вот всего лишь неотесанный мужлан и прежде всего думаю о том, что нам придется выехать пораньше, пока дороги вконец не замело.

– Разве это так уж необходимо? – Кэсси повернулась к нему, и, увидев ее разочарованное лицо, Джордан, тихо рассмеявшись, еще крепче обнял ее, а она продолжала умоляюще смотреть в его серебристо‑серые глаза.

– Боюсь, что да, – спокойно сказал он, коснувшись губами ее щеки и краешка губ.

– Хэролд будет очень недоволен, – заметила Дороги. – Тем не менее можешь взять свой чай, а отцу я отнесу чашку сама.

Джордан отпустил Кэсси и, бросив на нее быстрый взгляд, шагнул к столу, чтобы взять свой чай.

– Великолепно сыграно, – сухо бросил он. – С таким правдоподобием и подкупающе наивной искренностью!

Кэсси взяла свою чашку и пошла наверх принять душ и одеться. А ведь никакой игры не было! – вдруг поняла она, и ее сердце учащенно забилось. Они выехали после завтрака. Хэролд Рис очень расстроился и долго уговаривал Джордана остаться, ведь, хотя снег не перестал, никаких заносов на дорогах не было. Кэсси погрузилась в молчание. Впрочем, в разговоре не было нужды, так как Джордан был занят своими невеселыми мыслями, и Кэсси догадывалась какими. Накануне он как бы дал отцу обещание, которое оказалось для него ловушкой, и сейчас обдумывал, как выйти из создавшегося положения.

Когда они наконец добрались до Брэдбери, он пригласил ее в ресторан, однако ужин прошел в невеселом молчании, и Кэсси была рада вернуться в свою одинокую квартиру. У нее накопилось немало вопросов к самой себе, нужно было привести в порядок мысли, многое обдумать, но о своем неожиданном отношении к Джордану она предпочитала не вспоминать.

На следующий день снег уже не радовал Кэсси. Он шел всю ночь, и здесь, в Брэдбери, его оказалось гораздо больше, чем на юге. Метеорологи предсказывали продолжение снегопада, и Кэсси показалось, что у нее начинается простуда. На работе она никак не могла заставить себя заняться делами, а когда появился Джордан и прошел в свой кабинет, она сделала вид, будто не заметила его. Дело сделано, конец. Отныне будут лишь нечастые визиты к его отцу, а затем все подойдет к своему естественному завершению.

– Привет!

От неожиданности она чуть не подпрыгнула, но досада на весело ухмыляющегося Клода Экленда сменилась полнейшим замешательством, когда тот схватил ее руку и поднял вверх, как бы награждая Кэсси титулом чемпиона. – Свершилось! Наша Кэсс все‑таки сделала это! Эй, вы там! Посмотрите‑ка все сюда!

Кэсси почувствовала себя в ловушке, из которой, казалось, не было выхода. Щеки ее горели огнем, в глазах появилось загнанное выражение. Клод держал ее руку так, чтобы все видели обручальное кольцо. Господи, как она забыла его снять!

Сотрудники обступили ее, посыпались вопросы:

– Кто он, Кэсси?

– Кто этот счастливчик?

– Изумительное кольцо! Наверное, стоит целое состояние.

Женщин больше интересовала стоимость кольца, но Клод Экленд, мертвой хваткой вцепившись в ее руку, с настойчивостью настоящего газетного волка и охотничьим азартом в глазах требовал объяснений.

– Выкладывай начистоту, Кэсс!

– Позвольте, я объясню! – Спокойный голос за спиной заставил Кэсси похолодеть. Что он собирается сказать? Ох, какая же она дура! Это кольцо Бог весть почему дарило ей ощущение покоя и защищенности, оно совершенно усыпило ее бдительность – и вот пожалуйста: она просто о нем забыла! – Отвечаю на все вопросы по очереди, – невозмутимо сказал Джордан. – Она помолвлена со мной, я и есть тот самый счастливчик, кольцо действительно стоит кучу денег, но Кэсси достойна такого подарка.

Мертвая тишина. Кэсси по‑прежнему сидела пунцовая от смущения, но никто этого не видел, взоры присутствующих были устремлены на Джордана. – А теперь, – благодушно сказал он, – было бы неплохо заняться выпуском газеты. – Все поспешили вернуться на свои рабочие места, только Клода Экленда Джордан задержал на минутку. – Я думаю, с этой новости мы и начнем, – улыбнулся он. – Сделайте фотографию Кэсси и подберите какую‑нибудь из моих. Подробный текст я передам вам позднее.

– Классный ход! – восторженно завопил Клод. – На ближайшие день‑два ребята с телевидения в наших руках!

– Я не хочу, чтобы они беспокоили меня, – предупредил Джордан. – И не впутывайте в это Кэсси. – Он тронул Кэсси за плечо. – Кэсси, если не возражаешь, зайди на минуточку, – с обманчивой мягкостью сказал он, и она прошла за ним в кабинет, совершенно заледенев от испуга.

– Джордан, мне и самой все это очень не по душе, простите, если можете! – выпалила она, едва за ними закрылась дверь. – Я просто забыла его снять. О Господи, что же теперь делать?!

– Успокойтесь. – Он подвинул ей кресло, уселся на свой стул и, как обычно, накренил его назад, бросая вызов закону всемирного тяготения. ‑Честное слово, я все равно собирался сказать вам, что о нашей помолвке будет сообщено в «Брэдбери хералд».

– Что? – Кэсси резко выпрямилась, и Джордан, криво усмехнувшись, вернул стул в безопасное положение.

– Каждую субботу я посылаю отцу все выпуски газеты за неделю. По его требованию. Не думайте, что он полностью отпустил вожжи. И что он подумает, если его собственная газета не объявит о помолвке ее главного редактора, его сына, и Кассандры Престон, заведующей отделом сенсационных новостей? В нормальных обстоятельствах подобный факт вообще невозможно утаить. К тому же необходимо помнить о вашей матери. Вы же сами сказали, что она не очень‑то поверила в нашу помолвку. Лавиния не марсианка и прекрасно знает, где вы работаете. Неужели вы думаете, что она лишь пожмет плечами и забудет об этом? Она попытается выведать правду – Заметив, что Кэсси побледнела, Джордан мягко заметил: – Это было неизбежно, Кэсси.

– Мне это никогда не приходило в голову, – с убитым видом проговорила Кэсси. Джордан молча кивнул, как бы признавая, что у нее случаются приступы глупости.

– Понимаю. А я думал и собирался сказать вам обо всем, но, как нередко бывает, ситуация вышла из‑под контроля, чему я, кстати, очень рад. Так она выглядит куда более естественно.

– Вы… вы рады? – изумленно спросила Кэсси, и он, усмехнувшись, кивнул.

– Милая моя Кэсси, мы с вами прожили два чертовски трудных дня. Неужели вы думаете, что мне хочется устраивать себе такую встряску регулярно? Мы просто обязаны пройти через это, чтобы не накликать на себя еще большие неприятности. Оставим все как есть, и через день‑другой ажиотаж утихнет и страсти улягутся сами собой. От вас требуется только продолжать мило краснеть и улыбаться, все остальное я беру на себя.

Кэсси растерянно кивнула и собралась уходить, заранее опасаясь двусмысленных вопросов и намеков, но в дверях остановилась, потому что Джордан спросил:

– У вас все в порядке, Кэсси? Выглядите вы не очень хорошо.

– Вас это удивляет? – Голос ее дрогнул.

Его помрачневшее лицо не предвещало ничего хорошего.

– Сегодня утром, когда я пришел сюда, вид у вас был просто жуткий. И сейчас вы выглядите не намного лучше. Так все ли у вас в порядке?

– Я… я чувствую себя прекрасно, – пробормотала она и выскочила из кабинета. Их мнимая помолвка не принесет ей никаких послаблений на работе, это было ясно как день.

Вернувшись к себе, она обнаружила, что там царит необычная тишина. Никто не обмолвился ни словом при ее появлении, даже Клод. По всей видимости, он решил пока держать свои мысли при себе и без нужды не раскачивать лодку.

Когда подошло время обеда, она поспешила незаметно улизнуть и возвратилась только через час, продрогшая до костей. На улице уже намело большие сугробы, и кое‑где тротуары были завалены снегом.

– Будем надеяться, что городские власти не станут сидеть сложа руки, – сказал Гай, глядя, как она сбивает прилипший к сапогам снег, – не то нам придется обратиться в Совет, на этот раз по поводу состояния тротуаров и дорог. С тобой все в порядке, Кэсси?

– Кажется, я немного простудилась, – пробормотала Кэсси и тотчас невольно вскрикнула, так как неожиданно появившийся Джордан схватил ее за руку и, не обращая внимания на любопытные взгляды сотрудников, буквально потащил в свой кабинет.

– Какого черта вы ушли обедать без меня? – яростно прошипел он. – Как вы думаете, что они после этого станут думать о нашей помолвке?

– Я… по‑вашему, я не должна была…

– Считается, что помолвленные хотят все время быть вместе! – голосом, полным враждебности и сарказма, сказал он. – Им хорошо друг с другом! Когда один из них внезапно убегает, оставляя другого в одиночестве, люди начинают задаваться вопросами. А так как мы только что обручились, то у окружающих такое поведение не может не вызвать интереса.

Кэсси бил озноб, голова разболелась. Меньше всего ей сейчас нужны были его назидания и этот язвительный сарказм.

– Нашу помолвку нельзя назвать настоящей, и мы вовсе не любим друг друга! – холодно ответила она. – За обедом я привыкла общаться с людьми и узнавать кое‑какие новости. Вы бы мне только помешали. – Она вдруг громко чихнула и внезапно почувствовала, как у нее заболело горло и заслезились глаза.

– Вы сказали, что чувствуете себя прекрасно, – обвиняющим тоном произнес он, глядя, как Кэсси прижимает к лицу носовой платок, и тем не менее продолжая смотреть на нее с холодной начальственной неприязнью.

– Идите к черту! – Кэсси в ярости вышла из кабинета. Полчаса спустя она убедилась, что по‑настоящему заболела, и тихо сказала Гаю: – Я чувствую себя просто ужасно. Гай. Пойду домой. В случае чего прикрой меня, ладно?

– Само собой. – Он внимательно посмотрел на нее и хмуро прокомментировал: – Держу пари, это грипп!

– Похоже, тебя это даже радует, – вымученно рассмеялась она, надевая пальто и направляясь к двери.

Кэсси уже спустилась вниз, когда Джордан догнал ее и молча повел к своей машине.

– Прекрасно, нечего сказать! Теперь уже ваш заместитель сообщает мне, что моя невеста заболела, – сердито бросил он, вталкивая ее в машину. ‑Очень скоро, Кэсси…

– Прошу вас, оставьте меня в покое, – с несчастным видом взмолилась она и услышала в ответ что‑то вроде рева сердитого медведя:

– С большим удовольствием – когда все будет позади, мисс Простои. А до тех пор мы связаны друг с другом, очень прошу вас не забывать об этом!

Довезя ее до дома, он вошел с ней в квартиру. От неожиданности она даже пикнуть не успела, но уже в следующую секунду возмутилась:

– Что скажут люди?! – Из‑за страшной головной боли она думала лишь о том, как бы поскорее добраться до постели.

– Скажут: «Мы всегда подозревали, что она из таких», но потом поймут, что жених у вас по‑настоящему заботливый: он привез вас домой, потому что вы заболели. Немедленно раздевайтесь и живо в постель! – приказал Джордан. – Я приготовлю вам горячее питье и сразу же уеду.

На этот раз Кэсси без звука повиновалась, и, когда несколько минут спустя Джордан, постучав, вошел к ней в спальню, она лежала с закрытыми глазами, натянув одеяло чуть ли не до ушей.

– Вас все еще знобит? – тихо спросил он, и она лишь кивнула в ответ, до того ей было скверно.

Он ушел, и Кэсси попыталась заснуть, от слабости даже не притронувшись к горячему питью. Она лежала без сна, трясясь от озноба, когда Джордан снова вошел в квартиру. Через минуту он уже был в ее комнате, с грелкой в руках.

– Как вы вошли в квартиру? – пробормотала она, но Джордан пропустил ее вопрос мимо ушей, откинул одеяло и сунул грелку ей в ноги, а потом опять как следует укрыл ее.

– Все, теперь спать, – решительно сказал он. – Я возвращаюсь в редакцию, попозже загляну еще.

– Нет никакой необходимости… – начала было Кэсси, однако Джордан и это пропустил мимо ушей. Когда за ним тихо закрылась входная дверь, Кэсси уютно зарылась в теплую постель и, прижав к себе грелку, наконец‑то заснула.

Проснувшись, Кэсси обнаружила, что в ее спальне находятся двое мужчин, в том числе Джордан. Он сразу заметил, что она открыла глаза, и мягко предупредил:

– Это доктор Джоунз, дорогая. – Он явно старался придать своему голосу ласковые нотки, но для Кэсси в нем звучала угроза, и она порадовалась, что ей не надо отвечать. Горло болело, а голова, казалось, при малейшем движении готова была оторваться от шеи.

Доктор измерил ей температуру, проверил частоту пульса, всем своим видом показывая, что беспокоиться решительно не о чем.

– Как я и говорил, господин Рис, – благодушно сказал он, – это грипп.

При нынешней разновидности вируса болезнь протекает довольно тяжело, так что температура продержится несколько дней. Лучше всего дня три соблюдать постельный режим, потом можно позволить больной ходить по квартире, но на улицу ни в коем случае не высовываться. Держите ее в тепле и давайте побольше пить – бульоны и всякое такое.

Джордан с озабоченным видом кивал головой, а Кэсси думала: уж не повредились ли они оба умом. Ведь Джордан вовсе не собирается быть ее сиделкой.

Как только они вышли, она встала, хотя и с трудом, и накинула домашний халат. Вот когда Джордану придется уяснить, что его роль в ее жизни чисто театрального свойства. Она кое‑как проковыляла в свою небольшую гостиную и прислонилась к двери, не уверенная, что сумеет двинуться дальше. В эту минуту, проводив врача, вернулся Джордан, увидел ее и не на шутку рассвирепел.

– Какого черта?.. – начал он, но Кэсси тут же оборвала его.

– Именно это я и хотела у вас спросить, – дрожащим голосом проговорила она. – Что вы хотите доказать, врываясь без спроса в мою квартиру и беря на себя мои заботы? Я прекрасно справлюсь без вас и не хочу, чтобы вы кормили меня бульоном, лекарствами и «всем таким»!

– Хотя бы один раз в вашей бестолковой жизни вы сделаете то, что я вам скажу, – отрезал он и, схватив ее в охапку, потащил в спальню. ‑Женщины вроде вас – большая редкость, но все равно выбирать надо осмотрительнее, в другой раз буду умнее. А теперь, случись с вами что, вся вина падет на меня. Ваши коллеги скажут, что, пока вы не встретили меня, с вами было все в порядке, – вранье, конечно, но тем не менее в него поверят, и мой отец на всю жизнь отвернется от меня. – Он откинул одеяло и уложил ее в постель. – Вы останетесь здесь и будете выполнять все предписания врача, а чтобы удостовериться в этом, я тоже остаюсь!

– Но это невозможно! – возмутилась Кэсси, со стоном хватаясь за разрывающуюся от боли голову. – Люди же…

– Врач ответит на эти сплетни, что вы серьезно больны и только сумасшедший захочет спать с вами. Ваша репутация останется безупречной, мисс Престон. Вот когда вы поправитесь и ваша бледность сделает вас неотразимой – тогда посмотрим!

– Что вы хотите этим сказать? – всполошилась Кэсси.

Джордан вдруг рассмеялся и положил свою приятно прохладную руку на ее горящий лоб.

– Просто шучу, чтобы поднять себе настроение, – с лукавой усмешкой признался он. – Оставайтесь в постели, Кэсси, прошу вас.

Она кивнула, глядя на его посветлевшее от улыбки лицо, и Джордан направился к двери.

– Что… что вы собираетесь делать? – с тревогой спросила она.

– Поищу тут у вас чего‑нибудь съестного. Затем сбегаю в магазин, приготовлю что‑нибудь легкое для вас и более существенное для себя. А после лягу спать на вашей кушетке.

– Вы не должны этого делать! – испугалась Кэсси, заранее зная, что именно так он и поступит.

– Помолвка оказалась более ответственным делом, чем я предполагал, спокойно ответил он. – После теперешнего опыта я сомневаюсь, стоит ли предпринимать вторую попытку.

С этими словами он вышел. Позднее, уже засыпая, Кэсси услышала урчанье мотора и поняла, что, несмотря на все ее протесты, Джордан сделает все так, как считает нужным. Но она была слишком больна, и поэтому ей было все равно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю