Текст книги "Хозяин Оков XIII (СИ)"

Автор книги: Павел Матисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7

Наконец у меня появилось время, чтобы заняться магическими изысканиями. Я договорился о доступе к местным точкам Резонанса. Порой допускали бесплатно на короткий срок, пару раз потребовалось выложить желтые кругляши. Золото открывало любые двери.

Всего в Горунге насчитывалось три огненные точки выброса и две с водяным паром. Бьющие из-под земли гейзеры снабжали город чистой питьевой водой. Крайне удобное местечко. Правда, других источников воды поблизости не было, поэтому рост города был ограничен мощностью этих двух потоков.

После принятия оранжевого осколка я сумел-таки сформировать одновременно сразу шесть Магических Линз, что позволило мне как следует рассмотреть хаотичные природные контуры местных аномалий. Голубой ранг давал о себе знать. Дороговато, конечно, но я верил, что здесь кроются ответы на важные вопросы.

За месяцы странствий мне давно стало понятно, что поле Тардиса влияет на местность. Порой весьма кардинально. Где-то становится жарче, где-то холоднее, вплоть до ледяных и снежных покровов. В других областях встречалось множество огненных вулканов, шли постоянные дожди или происходили игры со светом, как в Сумеречном Лесу. Поначалу я еще предполагал, что подобное происходит из-за географического положения той или иной страны, но в итоге осознал, что многие эффекты вызваны именно магическими эманациями, исходящими из недр планеты.

Поле Тардиса существовало в любой точке мира. Просто где-то оно было очень слабым, почти неосязаемым, как воздух. В другом месте могло быть настолько сильным, что даже осколки не справлялись с напором и выходили из строя, резонировали. Во многих регионах поле принимало облик определенной стихии, будь то Огонь, Вода, Свет и другие.

Отчего это зависело, пока оставалось неясно. Я предполагал, что различия крылись в геологическом строении Тардиса. Где-то подземные литосферные плиты залегали особым образом, в других могли находиться особые минералы и заложения. Возможно, даже отчасти магические. Как например, те самые пространственные камни, которые являлись осколками неких древних существ, пролежавших на глубине многие века и тысячелетия.

Проверить все это с текущем уровнем развития цивилизации было сложно. Некоторые допущения я делал на основе моих знаний о строении Земли, тогда как Тардис мог иметь отличную структуру. В этой магической чехарде я бы ничему не удивился.

Главный вопрос – каким образом можно повторить конкретный эффект поля Тардиса и приручить его себе на пользу. Этим я и занимался в Горунге, изучая досконально все аномалии.

Каждая из трех огненных точек имела свою силу жара, температуру и ширину пламени. Поэтому и кузницы разделялись на элитную, среднюю и низшую. В первой обрабатывали самые жаропрочные руды и ковали лучшие изделия. Во второй занимались в основном ширпотребом, а третью скорее использовали для обучения подмастерья, обработки руд и металлов с низкой температурой плавления.

Горунг являлся крайне любопытным феноменом, как и некоторые Вольные Города. Они возникли в почти бесплодной степи, но владели уникальными технологиями и интересными преимуществами. Эдакие оазисы в пустыне.

Насколько я понял, в этих точках соединился сильный Резонанс с естественным стихийным полем Тардиса. Второго компонента в том же Нирдхолде и еще некоторых поселениях не нашлось. По логике необходимо создавать все это вручную.

Огонь особо не требовался Нирдхолду, а вот вода могла бы изменить многое в поселении. Так что я сосредоточился на гейзерах. Изучал спектры, пытался подобрать нужные заклинания, тестировал и проверял. Плохо, что зон гейзеров всего две. Требовалось больше реперных точек, чтобы вывести закономерность. Иначе придется по большей части гадать. Но наличие пары примеров все равно поможет сузить круг.

Основная проблема заключалась в том, что с Водой у меня было плоховато. Проклятье влияло в том числе и на эту стихию, но и раньше у меня с Водой дела обстояли туго. Очевидно, что нужно найти правильную конфигурацию из этой стихии, но я по определенным причинам не подходил.

Зато у нас имелась Лейна! С Водой у ученицы все было в порядке. Поэтому мы взялись тестировать заклинания вместе. Поженить Звук с Молнией для создания Резонанса было непросто. Добавить туда еще одну стихию – задачка повышенной сложности.

Весь день мы ковырялись возле точек Резонанса, пробуя разные печати. Но пока что никакого результата так и не получили. Работа предстояла долгая. Либо нам могло просто повезти, если мы наткнемся на правильную конфигурацию и спектр, либо десятилетия блуждать в поисках верной печати.

– Наставник, может вы поздравите Лию? – подала вдруг голос Эббот, когда мы корпели над очередной печатью.

– С чем?

– У нее сегодня день рождения…

– Серьезно? А чего молчит? – отвлекся я от контуров.

Я отложил печати и расчеты в сторону и ненадолго задумался. Мана была на нуле, голова гудела после многочасовой упорной работы. Ничего добиться мы не смогли. Бродили словно слепые котята, тыкаясь об острые углы и жалобно мяукая.

– На сегодня хватит. Отдохнем и заодно отметим день рождения несравненной Лиетарис. Где она?

– Кажется, бдит на крыше. Высматривает, нет ли рядом других отрядов убийц.

Я вышел из закутка точки Резонанса, в котором в большой каменный бассейн стекал водяной пар, и откуда местные черпали воду. Солнце постепенно клонилось к закату, но город все еще бурлил. Кузни здесь работали круглосуточно.

На одной из крыш в строгой позе с выпрямленной спиной восседала Высокая эльфийка в своих древесных доспехах. Лиетарис внимательно следила за округой и за Кшанти в том числе. Впрочем, после прошлого своего промаха Ночная эльфийка не спешила далеко отходить от основного отряда, понимая, что нападение может повториться.

– Лиечка, дорогая, не спустишься вниз?

– Что случилось? – уточнила она и спрыгнула с крыши.

– Доспех не развеешь свой? Устала поди.

Лиетарис помедлила, после чего дала команду лесному духу. Древесная броня разжала тиски и отпала. Лесной дух принял форму неуклюжего броне-зверька. Далеко от хозяйки призванный питомец не отходил.

Я аккуратно взял ладошку Высокой эльфийки и поцеловал:

– Поздравляю с днем рождения, Лиетарис Ал Тарде’Неску!

– Благодарю… – кивнула она удивленно.

– Подарка я тебе не припас, но как насчет свидания?

– Свидания?

– Ну да. Это когда возлюбленные ходят вместе по интересным местам и весело проводят время.

– Но мы ведь с тобой не возлюбленные, Хоран, – проговорила она после небольшой заминки.

– Разумеется. Все должно быть планомерно, без спешки. Прогуляемся?

– Почему бы и нет… – не стала она спорить.

Нашу беседу подслушивала и остроухая Ниуру. Красная хотела было вмешаться, но ей рот заткнула Ульдантэ. Эльфийка недолго посопротивлялась, но справиться с Воительницей не смогла. Жечь Лунную она не решилась. Умничка Ульдантэ. Надо сделать ее главной эльфо-женой.

– Не переживайте, и с вами я обязательно схожу на свидание, – пообещал я эльфийкам.

Давненько я не расслаблялся и не тратил время на отдых, пустую болтовню и прогулки. Лиетарис была в целом интересным собеседником. У Ниуру свои интересы, Ульдантэ всегда оставалась немногословной. В этом плане Лия больше остальных напоминала обычную девушку. Разве что излишне строгую, немного пуританских взглядов.

Мы с Лией замечательно провели время. В торговой лавке я приобрел ей в подарок заколку для волос. Мы общались на разные темы. Эльфийка интересовалась, как у людей и конкретно в моем мире происходят свидания и ухаживания. Я узнал много нового про эльфийские традиции и в частности об обычаях Высоких эльфов.

Посидели в лучшем заведении Горунга. Не столичный ресторан, но вполне мило и уютно. Время пролетело незаметно.

Я получил истинное наслаждение. Не все же время тратить на долгие путешествия, изнурительные сражения и монотонные магические исследования. Хоть мне и хотелось затащить Высокую в постель, чего тут скрывать, но и просто проводить время с эльфийкой было приятно.

– Высокие эльфы очень большое значение придают детям, – пояснила Лиетарис в конце вечера, когда мы уже возвращались на постоялый двор. – У пары есть будущее только тогда, когда она может оставить потомство. У Высоких эльфов все довольно сложно с рождаемостью, в отличие от людей. Поэтому… мы с тобой не можем быть вместе. Чувства не имеют значения. Ты – человек, а я эльф. Прости, если обидела, Хоран.

– Нет, ты все разложила по полочкам, – хмыкнул я. – Теперь я лучше понимаю твою мотивацию. Но ты забываешь, что бывали случаи, когда у человека и эльфа рождались дети.

– Это всего лишь легенды… – подметила она.

– А на мой взгляд чувства важнее остального. Я вижу, что не противен тебе. Но если тебе нужна совместимость, значит будут тебе дети. Десяток детишек минимум! Уж Хоран Мрадиш найдет способ, как тебя обрюхатить, кши-уш!

Лиетарис закатила глаза:

– Незачем выставлять все в столь грубом ключе и орать на половину улицы, – шикнула она. – В любом случае рядом с тобой есть те, кто принимают тебя таким, какой ты есть. Цени и не забывай.

– Само собой.

Мы вернулись на постоялый двор поздним вечером. Хорошо провели время, развеялись и поговорили по душам. Пока что передо мной стояло много разных задач, но когда-нибудь и эту проблему решим. А то что это делается? Чтобы достойный молодой человек и не мог оплодотворить красивую эльфийку. Подобные богопротивные законы мироздания надо обязательно менять, чего бы это ни стоило.

Ночь я провел с Ниуру, которая была несколько взбудоражена и раздражена нашим свиданием. Однако утром меня первой перехватила Ульдантэ. С Лунной я и отправился на прогулку. Мы посетили много интересных мест с точки зрения Ульдантэ. Понаблюдали за тем, как расчесывают гурдов и поливают посевы. Лунная наслаждалась странными вещами, но раз ей это нравилось, я не мешал.

– Почему я последняя⁈ Я должна быть первой! Быстрее, идем на свидание, Хоран! – нетерпеливо потребовала Красная.

Ниуру повела меня по всем кондитерским и пекарням Горунга, коих, на счастье, было не так уж и много. И как только эта рыжая егоза потребляет сладости в бешеных количествах и не толстеет? Я постарался соблюсти меру в калориях, а то снова распухну. Мы продегустировали почти все местные лакомства и десерты.

Нет, компания Ниуру мне тоже нравилась, но разум мой витал в облаках. Я продолжал размышлять о проблеме Резонанса, магических полей и спектров.

– Хоран, опять о других эльфийка думаешь⁈ – насупилась она.

– Нет, о Резонансе, – признал я честно. – Жаль, что водяных гейзеров здесь всего два…

– Есть еще один, – буднично заметила Ниуру.

– Серьезно⁈ Почему я о нем ничего не слышал?

– Он маленький и находится прямо внутри дома. Мне рассказал владелец пекарни. Там очень вкусные эклеры!

– Почему раньше не рассказала⁈

– Не думала, что это важно. Ты же ничего не говоришь мне никогда о своих магических делах!

– К-хм, справедливо. Надо будет советоваться со всеми. Ладно, ты все равно молодец. Веди к источнику!

Водяной миниатюрный гейзер бил из подвала добротного двухэтажного дома, где проживала зажиточная семья. Пустили нас неохотно, но деньги брать не стали. Фонтанчик пара был действительно куцым, но вода шла постоянно, так что ее хватало на обеспечение дома и нескольких соседних.

Я внимательно осмотрел магическую аномалию с помощью Линз, провел несколько опытов и определил спектр. После чего засел за долгие расчеты. Теперь у нас имелось три реперные точки с примерными спектрами, так что появилась возможность определить более точную закономерность.

Из дома нас вскоре выгнали, но провести эксперименты мы успели. После этого мы нашли относительно уединенный закуток в городе, где находилась зона слегка повышенного Резонанса. Не прям точка Резонанса, как в местах гейзеров и огня, но чуть мощнее, чем в окружающей степи.

Здесь мы и засели за магические опыты, обложившись осколками и дешевыми пилюлями из пхара. Лейна трудилась, тестируя одну Водную печать за другой. Я проводил расчеты, пытаясь подобрать спектр под данный конкретный Резонанс.

Ничего сверхгениального выдумывать не стали. Взяли за основу Водную Стрелу и убрали оттуда все лишнее. По сути оставили лишь руну трансформации энергии, которая переводила личную ману в воду. Энергия, исходящая из планеты, кардинально отличалась от энергии Эббот. Пришлось проводить расчеты и адаптировать печать. На этот раз не под конкретного чародея, а под… сам Тардис. Вернее, под конкретную область с уникальным полем.

Все усилия наши оказались тщетны. Печать никак не активировалась. Взялись за запасной вариант, о котором я подумывал. Я модифицировал свое Звуко-Молниевое заклинание Дисбаланса. Сделал чуть менее агрессивным и нашел точку равновесия аккурат под конкретную зону, где мы находились.

А затем мы начали добавлять к моей печати водные контуры. Поженить чужие плетения само по себе очень сложно. У разные магов свой спектр маны и уникальный тип контуров. Однако мой модифицированный Дисбаланс напрямую не связывался с Водным заклинанием Лейны. Он словно бы обволакивал печать и просто помогал ему войти в Резонанс с полем Тардиса.

Время двигалось к полуночи. Мы с Лейной не отступали, поскольку наше любопытство росло постоянно. Каждый час происходили какие-то изменения, мы совершали небольшие открытия, делали смелые предположения. Казалось, что мы ступаем на совершенно новую, неизведанную территорию. Вот только все наши усилия обернутся прахом, если заклинание так и не заработает.

– Сворачивайтесь, а то на нас уже страже доложили, – высказала подошедшая Ниуру. – Якобы какие-то культисты проводят здесь темный ритуал, чтобы вызвать демоническое чудовище, во славу огня.

– От ретрограды! – буркнул я недовольно. – Ладно, последняя попытка. Ученица, проверим следующий спектр.

– Угу… – пробормотала явно уставшая Лейна.

Ничего не предвещало. Мы не делали ничего нового, не вносили никаких изменений. Просто слегка поменяли спектр. Расчеты ведь были все очень примерными – с большой погрешностью, ибо точных приборов измерения у меня в наличии не имелось. Так что приходилось проверять большой диапазон возможных спектров.

Мерцающий розоватый искрящий шарик окутал голубоватую вязь водной руны. Радужные сполохи и завихрения оплели сборную печать. Я уже было хотел закончить на этом опыты, как вдруг Ульдантэ подметила:

– Хоран, у вас протечка…

Мы пригляделись внимательнее и заметили, что из печати действительно начала потихоньку капать вода. Мы с Лейной заворожено наблюдали за свершившимся чудом. Никто не наполнял Водную руну маной. Ни я, ни Лейна. Только Резонанс, только поле Тардиса могло напитать ее. И печать заработала.

– Живое! Оно живое! Кши-ши-уш! – рассмеялся я показательно-злодейским смехом.

– Чего? И это весь эффект? Жалкие несколько капель? – скептически заметила Ниуру.

– Во-первых, мы тестировали максимально ослабленное заклинание, чтобы не тратить лишнюю ману. Иначе бы выдохлись за час. Во-вторых, я же говорил ранее: энергию Тардиса необходимо собирать с большой площади. Пока что это всего лишь капли, но они превратятся в бурный ручеек, если все правильно организовать…

Некоторое время мы с ученицей пристально наблюдали за работой сборной печати. Водная руна работала словно бы сама по себе. Подпитка шла из магического поля, поэтому дополнительная энергия ей не требовалось. А вот с Дисбалансом дела обстояли не столь гладко. Заклинание расходовало не слишком много энергии, но постепенно теряло вложенную силу. Другими словами, если я перестану подпитывать Дисбаланс, то и водная руна перестанет работать.

Заклинание получалось на порядок, а то и несколько эффективнее стандартной Водной печати. То есть, чтобы произвести куб воды обычной печатью мне надо в сотни раз больше маны, чем с использованием бесплатной энергии Тардиса. Однако энергия все равно требовалась в незначительных количества для поддержания Резонанса. Не уверен, что получится запитать его от магического фона.

И вот это уже существенный нюанс, который я не знал, как обойти сходу. Мне не хотелось сидеть всю жизнь на артефакте и подпитывать его маной. В теории можно найти другого чародея, владеющего Звуком и Молнией, и тогда он сможет дежурить возле печати. Но было бы здорово создать полностью автономный артефакт. Энергия ведь разлита в воздухе. Надо просто взять ее и применить себе на пользу.

Что ж, придется еще глубже погрузиться в конструирование печатей и артефакторику.

В любом случае мы с Лейной остались донельзя довольны достигнутым прогрессом. Эльфы не до конца осознавали суть магических процессов, но чародеи понимали друг друга с полуслова. Мы совершили выдающееся, волнительное открытие.

Заснул я лишь поздней ночью, долго ворочаясь в постели. Нам предстояли новые изыскания и создание артефакта, но подобные трудности лишь будоражили воображение и подогревали интерес. Великий артефактор Мрадиш – звучит гордо!

Глава 8

С самого утра мы продолжили эксперименты. Нашли одно тихое местечко, где и взялись за магические изыскания. Я провел расчеты, подобрал нужный спектр для Водной руны и Дисбаланса. С первого раза правильную конфигурацию нащупать не удалось, но мы были близки. Немного покрутили спектры и снова из печати закапало, что говорило о верности теории.

Заклинание требовалось подгонять под местность, и тогда оно заработает практически в любом месте Тардиса. Само собой, в местах повышенного Резонанса и тем более в точках активного Резонанса эффект получался намного выше. К сожалению, погрешность при измерениях оставалась существенной, так что проверка точного спектра занимала время.

Я даже задумался о том, чтобы создать отдельный артефакт или печать, которая бы замеряла природный фон и автоматически определяла, какой спектр подойдет. Правда, для этого в печать придется внедрять сложные мозголомные контуры. Вспоминать программирование, загонять формулу расчета и что-то вроде калькулятора внутрь заклинания.

Когда думал о сложности итоговой печати, так мозги начинали кипеть. Это чуть ли не мини-компьютер на коленке сварганить. Причем, однофункциональный – созданный для одной конкретной задачи. В теории это можно было провернуть, но сколько времени займет создание даже Богам не ведомо. Так что я решил отказаться от данной затеи и вести расчеты по-старинке – с помощью головы, бумаги, пера, чернил и любимого инструмента чародея – метода проб и ошибок.

Водная руна работала исправно, получая энергию из поля Тардиса, а вот Дисбаланс постепенно расходовал вложенную энергию. Я потратил несколько часов, пытаясь перелопатить конфигурацию и руны так, чтобы заклинание тоже подключилось к внешнему полю и не расходовало личную энергию. Однако здесь я потерпел неудачу.

Звуко-Молниевое заклинание не желало стыковаться с магическим фоном Тардиса. Дисбаланс не получилось запитать от халявной энергии.

Я понял, что мы близки к тому, чтобы начать работу над полноценным артефактом, но нам с Лейной все еще не хватало знаний. Поэтому я пошел искать наставника. Меня направили к лучшему зачарователю Горунга – эксцентричной старой ведьме, иначе и не скажешь. Ибо за двухчасовую лекцию она взяла с меня тридцать золотых! Если б я такие деньги зашибал на пустом месте, то может и не подался бы в работорговцы.

До многих вещей дошел собственным умом, некоторые элементы подсмотрел в рабочих артефактах. Оставшиеся пробелы удалось закрыть благодаря местной зачаровательнице. Не сказал бы, что успел охватить все моменты, но конкретно под наш случай я постарался вызнать все, что требовалось.

Алчная ведьма поведала нам о типах материалах для артефактов, о стабильной их работе и долговечности. Это ведь не разовое заклинание, которое развеется после использования. Артефакты должны работать годами, а то и веками. Так что здесь требовалась особая точность и расчет.

Условно говоря, если для обычной разовой печати хватало кривых мазков художника, то в артефакте требовался выверенный чертеж инженера. Чем выше точность и идеальность заклинания, тем дольше артефакт проработает. У нас, слава огню, в этом плане все было замечательно, ведь мой метод дифференциальных уравнений позволял довести заклинание практически до полной гармонии.

Разве что Проклятье может слегка помешать стабильности, но в целом это можно будет обойти.

– Ты ведь так и не довела учебную руну для Водной части до гармонии? – обратился я к ученице.

Лейна помотала головой с сожалением.

– Значит, ты должна будешь довести руну до гармонии. Даже небольшое улучшение повысит эффективность печати как бы не в разы.

– Сделаю все, что в моих силах, наставник! – произнесла Эббот решительно.

Главный вопрос, который меня интересовал – запитка артефакта, о чем я спросил почти сразу.

– Интересный вопрос, молодой человек, – пошамкала губами колдунья. – Существует три варианта доставки маны в печать. Самый примитивный – внедрение энергии через осколок. На таком принципе работают, например, магические светильники. Подходит это для простых заклинаний, потребляющих небольшое количество маны. Ведь энергия осколка используется крайне расточительно. Девять десятых теряется впустую.

Зачаровательница взяла из шкафа осветительный артефакт и продемонстрировала нам. Мы с Лейной сформировали Линзы и всмотрелись в магические контуры прибора.

– Мы ищем более экономный метод, – выдал я.

– Второй вариант – внутренний накопитель из магических контуров. Процесс более сложный и тонкий. Такие варианты, например, используются в зачарованном оружии и доспехах, – старая чародейка положила перед нами зачарованный кинжал, который мы принялись рассматривать магическим зрением. – Арртефакт имеет небольшой запас маны, которая расходуется относительно эффективно. Вот только обычный человек никак не сможет зарядить предмет. Для этого нужна помощь опытного чародея и те же самые осколки. При передаче энергии из осколка тоже часть маны расходуется впустую, но более грамотно, нежели в первом примере.

– То есть, артефакты требуется регулярно заряжать. Существуют ли автономные варианты?

– Третий, самый сложный вариант. Артефакты, которые сами заряжаются от окружающего магического поля.

Старуха поднялась и достала из шкафа еще один предмет, которым оказался:

– Ошейник подчинения⁈ – удивилась Лейна.

– Мы ведь и правда их не заряжаем… – покивал я. – И как изготовить эти заряжающие контуры?

– К сожалению, мастера по изготовлению артефактов не раскрывают своих секретов, – поджала губы зачаровательница. – Хранят столь ценную тайну от общественности! Правителям давно следовало распространить эти знания. Ведь тогда и остальные зачарователи смогут создавать самозарядные артефакты!

– Это вряд ли, – хмыкнул я.

– Что?

– Ничего, вам послышалось, – я вгляделся в магические контуры ошейника. – Как думаете, можно ли этот зарядный контур прицепить к другой печати?

– Конечно! Основная проблема кроется в том, что такая руна дает мало энергии. Магии подчинения хватает, но другое заклинание может потухнуть. Кстати, знаете, как можно освободиться от гнета ошейника? – с хитринкой заметила зачаровательница.

– Как? – полюбопытствовал я.

– Десять золотых.

– Т-ц, да вам надо лекции проводить о том, как вести бизнес! – всплеснул я руками.

– С удовольствием проведу вам такую лекцию. За отдельную плату, разумеется.

– Обойдемся. Так как избавиться от ошейника подчинения? – выложил я десяток желтых кругляшей из кошеля.

– Во-первых, артефакты подчинения уникальны. Попадаются с дефектами. Некоторые производят достаточно энергии для поддержания работоспособности, другие – меньше или впритык. Ману ошейники берут из окружающего пространства, а магическое поле по миру неравномерно.

– Уйти в место с низким магическим фоном?

– Верно. И перегрузить ошейник подчинения, думая о чем-то запретном. В таком случае артефакт может исчерпать доступную энергию и перейдет в режим стазиса. В этот момент его и можно попробовать снять. Главное не опоздать, ведь если в следующий миг энергия поступит в ошейник, артефакт может вас убить.

– Что ж, совет довольно очевидный, но может сработать. Правда, сомневаюсь, что на Шимтране много таких мест. На Алгадо проще будет освободиться.

– Кто знает, куда вас заведет кривая дорожка судьбы… – засмеялась кашляющим смехом старая колдунья.

Денег за сеанс мы потратили больше, чем следует, но в целом информация была полезной. Наверняка еще много нюансов оставались под вопросом, но я надеялся, что смогу обойти одно из главных ограничений, почему артефактов и зачарователей так мало – необходимость идеальной выверенной печати. С помощью расчетов я мог создавать настолько отточенные заклинания, что местным архимагам только и оставалось, что кусать локти от зависти.

Тренировки по внедрению у меня тоже были частыми. Любая запись печати в гримуар, в посох или иной фокусатор – по сути зачарование. Поначалу данный процесс шел у меня туго, поскольку потреблял приличное количество энергии, но с развитием рангов стало попроще. На голубом ранге мне хватало мощи, чтобы продавливать сопротивление практически любых материалов.

Единственный пробел – мало работал с драгоценными камнями. Внедрять туда заклинания было напряжно. Но и с этим справимся, если понадобится.

– Как прошло? – поинтересовалась Ниуру, когда мы покинули особняк горунгской зачаровательницы.

– Познавательно, – протянул я задумчиво.

– Сможешь сделать артефакт теперь? – уточнила Красная.

– Есть одна загвоздка… – проговорил я и посмотрел на Ульдантэ.

Лунная эльфийка склонила голову на бок с немым вопросом в глазах.

– Ты ведь не умеешь пользоваться своей особой силой, – скорее утвердительно произнес я вместо вопроса. Ульдантэ не знала ничего про использование Лунных теней до спасения Амарантэ. – Эх, сейчас бы с Санчесом поболтать. Он бы дал мне много ценных советов!

– Нуэзийский изготовитель ошейников? Зачем тебе этот презренный червь? – хмыкнула Кшанти.

– Посоветоваться насчет изготовления артефактов. В ошейниках есть особый контур, который мне нужен…

– У тебя ничего не выйдет, – заметила Кшанти.

– Тебе что-то известно про ошейники? – приподнял я бровь.

Ночная эльфийка умолкла и нахмурилась.

– Рассказывай. Это приказ!

– Я не собираюсь предавать Сумеречный Лес! – поморщилась она от головной боли.

– Ты остаешься верна Сумеркам даже после того, как по твою голову послали убийц? – заметила Лиетарис.

– Королева – это не весь Сумеречный Лес! – ответила Кшанти.

– Похвальная преданность родному королевству, – похлопал я вяло. – Но мне не нужны секреты Сумеречного царства. Меня интересует изготовление конкретных артефактов. Мне известно, каким именно образом их создают.

– Значит, ты в курсе про Лунных эльфов? – уточнила она осторожно.

– Артефакты подчинения делают с помощью магии Лунных Теней, – кивнул я. – Рассказывай!

Кшанти бросила подозрительный взгляд в сторону Ульдантэ:

– Уж не хочешь ли ты сказать, что мотаешься по миру с одной из них?

– Нет. Но Ульдантэ сестра одной из Теней, которую мы спасли из плена. Поэтому кое-что нам известно. Говори!

– Несколько десятилетий назад Сумеркам удалось выкрасть одного зачарователя из Книхрана. Изготовителя рабских ошейников. Мы полагали что это нанесет вред презренной людской империи. Они потеряют источник артефактов подчинения, – поведала Дзартен. – Зачарователь раскололся и рассказал нам о принципах создания артефактов. Мы поняли, что взяли не того. Спустя время нашелся другой чародей в Книхране, который продолжил его дело. Ведь Лунная Тень осталась целой и невредимой, и именно она являлась ключевым элементом.

– И где этот зачарователь, которого вы пленили? – спросила Лейна.

– Давно мертв, – скупо ответила Кшанти.

– Плевать. Что ты слышала про изготовление ошейников?

– Не слишком много, – пожала она плечами. – Все равно что Лунная, что презренная чародейская магия Ночным эльфам неподвластна. Кланам удалось выведать, что зачарование происходит во время восхождения Кайи. Голубая луна дает Тени особую силу, которую та и выплескивает наружу. Чародей же словно ткач создает из них нужные ему узоры.

– Хм, Магическим Щупом? – вопросил я.

– Скорее всего, – пожала плечами Кшанти. – Больше мне ничего не известно.

– Во время восхождения Кайи, значит? – задумался я. – Надо попробовать…

– Так все-таки она Лунная Тень, – резюмировала Дзартен, получив от меня косвенное подтверждение. – И зачем ты только поперся на войну, когда мог клепать ошейники подчинения и жить припеваючи?

– Я бы, может и не прочь, но для моих спутниц это весьма щепетильный вопрос.

– Разве ты не лидер отряда?

– Порой я в этом сомневаюсь…

– Странные вы, люди, – закончила Кшанти и умолкла.

У нас появилось новое направление для исследований, только пришлось дождаться вечера. До наступления ночи мы с Лейной проверили множество разных версий заклинания. Для начала просто перебрались в таверну, которая стояла в одной из слабых точек Резонанса. В заведении уверяли, что здесь тоже можно перескочить на следующий ранг с одним слабым осколком, но мощь поля была заметно слабее, чем в особых гостиницах Нирдхолда. Дурили несмышленых одаренных в общем. Ксарг не мамонт, ксарг не вымрет.

Тем не менее, для наших целей место подходило прекрасно. Благодаря повышенному фону Водная печать активировалась намного проще. Мы могли работать просто из номера, и никто не станет жаловаться на то, что мы проводим некий темный ритуал.

Правда, изредка заклинания срывались, громко бахали и распространяли едкий зловонный запах, но в гостинице терпели все наши опыты, ибо платили мы хорошо.

Я приобрел несколько различных заготовок из разных материалов. В основном из серебра или золота. Просто разной формы. Округлые блямбы и длинные полоски металла.

В этот день я взялся проверять, какой материал лучше подойдет для нашего артефакта и какой толщины необходимо делать ячейки. К сожалению, серебро пришлось отсеять. Слишком это тугой материал для столь тонких контуров. Да и артефакты из него выйдут недолговечными.

Придется сосредоточиться на золоте, а значит сама конструкция может получиться очень дорогой.

Зато удалось сразу подтвердить основную теорию: можно собирать энергию с площади, а не только с конкретной точки. На полосе металла мы внедрили две Водные руны на дистанции друг от друга и заполировали Дисбалансом. Воды стало капать вдвое больше!

Долгие часы мы проводили с Лейной эксперименты, стараясь выяснить точную компоновку печатей. Следовало внедрять Водные руны как можно чаще – так, чтобы использовать всю доступную площадь, всю энергию. Но если забивать каждый квадратный сантиметр, то на каждую печать приходился мизер маны.

Спустя время мы пришли к более-менее оптимальному варианту. Ячеистая структура с шагом примерно в пять сантиметров. В узлах ячеек будут находиться Водные руны. Основные контуры Дисбаланса же можно сделать едиными на весь артефакт. Только распространить его лучи по всей сети ячеек.