Текст книги "Манагер Антон"

Автор книги: Павел Бобков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 33

Воздать каждому по пути его и по плодам дел его…

Иеремия 17:10

Усевшись в маршрутке, Антон достал планшет. Разглядывая, но не вчитываясь в новости, пытался заглушить томившуюся внутри жажду действия. Палец скользил по экрану, как вдруг одно из просматриваемых происшествий будто вонзилось в сознание, заставив вжаться в сиденье.

«Убийство рецидивиста Ваги: полицейскими поисками сбежавшей московской семьи заинтересовались криминальные авторитеты.

МВД обнаружило новый след, благодаря которому в ближайшем будущем можно ожидать ареста убийцы или убийц! И след ведет в нашу Северную столицу!

Связь супругов Нелли и Антона Снегиревых с убитым бандитом до сих пор однозначно не ясна. Русские Бони и Клайд? Или это другая история? „Один из них судим, они не простые люди“, – заявил капитан полиции Дарько, занимающийся расследованием дела.

В любом случае Снегиревы – основные подозреваемые. И только мотив преступления не ясен. Их разыскивают с момента обнаружения тела и до сих пор не поймали! Новая нить, возможно, укажет наконец-то на место их пребывания. При этом, как нам заявил неназванный источник в полиции, долгим поиском этой семьи заинтересовались так называемые „криминальные авторитеты“, с которыми раньше имел дело убитый рецидивист Вагиф Басаев. Они будут искать подозреваемых по своим каналам. Полиция надеется найти Снегиревых раньше бандитов и обеспечить им судебную защиту. Счет пошел на дни. Кто быстрее? Полиция или криминал? Закон или воры в законе? Делитесь своими комментариями!»

Антон вышел на остановке и замер. Хитрость ли это Дарько – черт его принес! – с целью заставить их резвее и заметней жить, наделав движухой тонну ошибок? И почему подмосковная полиция занимается московским убийством? И теперь уже в Питере? Типа с первого дела история и тянется? А может быть, капитан слил тему законникам, чтобы они помогли найти? Но зачем? Захотел участием уголовников испугать Снегиревых, подтолкнув к нелогичному и яркому – просто бегству?

Антон не решался, ехать ли на работу или вернуться домой, тем более что с середины дня отпросился для осмотра квартиры, где вроде не прочь приютить семью с грудничком. А вдруг полиция уже следит? Или обидчивые, горящие нетерпением и любопытством уголовники рядом? Видимо, никто больше не сомневался, что Вага был убит им или Нелли.

Добравшись до работы, перед входом в торговый центр он глубоко вдохнул носом вечно сырой воздух Питера, покурил в надежде успокоиться до заурядной логики и постарался небрежным шагом подняться по лестнице в свой салон сотовой связи. Вдоль стены. Мимо видеокамер.

Нужно плыть телом и душой. Успокоится и плыть. А там решение из глубины и появится. Но нельзя оставлять Нелли одну. Может быть, сказаться больным и уйти домой? Или срочно нужно бежать? А что делать без денег? Все сбережения, что были при переезде из Москвы, кончились – сейчас живут рубль в рубль и никаких других доходов, помимо работы в салоне, нет. И не ожидается.

В салон вошел Рустем, их управляющий, сдержанно радовавшийся, когда его называли «директор». Никаких талантов. Просто хороший человек, в любые времена начинавший бы с низов и послушанием конторе награждаемый поруководить одним или тысячей человек. В руках директора были листы и ножницы.

– О наконец-то, Серега! Нам снова обновленные ценники прислали из офиса, давай переодевайся быстрее и помогай расставлять.

Антон кивнул то ли в знак приветствия, то ли согласия и прошел в подсобку, что была и складом, и раздевалкой. Здравых мыслей наподобие «вот крутое решение!» так и не появилось. А вот пустые и нервные вопросы крутились роем. Как быть? Что вообще делать? Вернуться домой и потерять работу или остаться, рискуя бросить Нелли наедине с полицией или уголовниками? Как же он ненавидел дилеммы с решением впопыхах. Но выбора не было, а деньги нужны – скоро платить за квартиру.

Антон присоединился к Рустему и Гальке, коллеге-консультантше. Та усердно расставляла ценники и протирала стекла шкафов с телефонами, смарт-часами, наушниками и кучей другой ерунды, что продается в тысячах салонах сотовой связи.

– Сегодня без больших перерывов, Серег, – заявил Рустем Антону. – Никаких часовых обедов. Тем более без превращения их в полуторачасовые. На фуд-корте купил комби и сразу обратно – мы должны цены обновить сегодня. Надо все успеть… Да и генуборка давно напрашивалась.

– Почему сегодня все, Рустем?

– Завтра аудит может быть. А может и не будет. Но зато отмучимся с этой шляпой.

Антон хотел сказать, что нужно многое купить во время большого перерыва, прямо необходимо, так реально хотелось сгонять домой, но увидев занятой вид Рустема, он промолчал. Клиенты с утра редкость, стекла витрин протерты, а ценники менялись быстро, и возможно, решение управляющего могло и поменяться ближе к обеду.

Потом Галька убежала на, как она предупредила, перекур и через пятнадцать минут снова появилась в салоне. Ее глаза, словно не выбрав, испуга в них должно быть больше или тайны, искали взгляда Антона. Он это заметил, но решил подождать, когда Рустем отойдет за стойку печатать новую партию ценников. Что ей надо? Поболтать без начальника? О чем? Может, нашла вариант по аренде? Антон пару дней назад пожаловался ей, как намучился искать приемлемую по цене и чистоте квартиру и как везде отказывают из-за ожидаемого ребенка.

Галька наконец дождалась, когда Рустем скрылся в подсобке, и сразу же подошла к Антону.

– Сереж, сейчас такая прикольная вещь произошла, – каждое второе высказывание Галина начинала со слов «прикольный» или «кстати». – Ко мне привязался мент. Ну то есть полицейский. И назадавал миллиончик вопросов. Я бы сказала, странных вопросов.

Антон едва не выронил один из самых дорогих айфонов, меняя под ним ценник.

– Большой такой мужчина, просто подошел и показал удостоверение. Представляешь?

– Легко представляю. И что?

– Он потребовал сначала документы, а потом спросил, чем я занимаюсь. Когда я ему сказала, что работаю в салоне сотовой связи, и предложила пройти сюда, потому что на обед я не ношу документы, он начал спрашивать про коллег, которые сегодня на месте. Я думала, что это какой подкат новый… Пикаперов развелось, как грязи. Стараются, креативят. Хотя чаще тупизна тупизной. Или… Но документы у меня не просили показать, когда знакомились. Никогда не просили. А тут…

– Галь, как ты любишь мыслью по древу.

– Не хочешь, не буду рассказывать! Это тебя вообще-то касается!

– Хочу. Извини. Продолжай.

– И вот. И вот он сказал, что документы проверит потом, но про коллег хотел узнать поподробнее. Повторил он вопрос, понимаешь? Попросил описать тебя с Рустемом. Мое впечатление о вас. Сказал начать с коллеги, а потом про руководителя. Прикинь!

– И что ты рассказала обо мне, Галь? – Антон опустил подрагивающие руки в карманы. Не научился побеждать страх, лишь радость сдерживал.

– Ничего особенного, – ответила Галина. – Коллега как коллега. Откровенничать с полицией, тем более московской – не моя тема. И вообще сказала, что это странно выглядит – расспросы у ресторанного дворика от незнакомого мужчины. Хоть и полицейского. Пусть вызывают в отделение, если что. Верно, да?

– А почему московскую полицию?

– Так корочку он показал – там было указано… Не помню. Что-то там города Москвы. Короче, он попросил поподробней про тебя! Охренел… Ну и все. Я сразу закончила тем, что пусть обращается к руководству. Не, странно это все…

– Ты правильно все сделала. Молодец. Есть вопросы – обращайся к руководству.

– Да офигевший он совсем.

– Галь, а может, и правда обычный подкат? – Антон-Сергей попытался подмигнуть.

– Ну, может… А может и так! Думаешь? – улыбнулась девушка, чья недавно школьная жизнь не была наполнена опытом уличных пикапов. – Да хорошо бы, Сереж.

Вторая половина дня показалась Антону более тягостной. Он надеялся, что удастся вернуться домой до ожидаемой катастрофы, будто чувствовал неизбежность, не угадывая ее силы. Но Галька, позабыв про полицейского, обсуждала ушедших клиентов, не важно купивших или так, зашедших поглазеть, присматриваясь к ценам. Порой, увлекшись, пыталась изображать людей, что зацепили по-особенному. При этом, забывшись в океане слов, она умудрилась не упомянуть Рустему об утренней встрече. Работа спорилась. Втроем успели все задуманное, и смена должна была завершиться вовремя, но перед закрытием случилось то, чего Антон неосознанно ждал весь день.

– Сергей, выйди к нам, пожалуйста, – позвал его Рустем, приоткрыв дверь в салон. Он снаружи разговаривал с кем-то стоящим за углом – целиком было не видно.

Антон снял бейджик и быстро взял куртку. Потом отложил. Взял снова и надел. Если это полиция и его арестуют, что станет с Нелли? Но почему сразу не врываются скопом, заламывая руки? ОМОН ведь для таких целей? Надо было утром позвонить Нелли! Или правильно сделал, что не побеспокоил? А может, я им кажусь поопасней, поэтому и такие хороводы вокруг, а ее уже нашли? Но нет – не могла засветиться! Постоянно дома. А его засекли! Конечно, не просто так! Доездился на работу, хорошист! Надо было учиться на программиста, чтобы из дома ни ногой! Изолироваться! И жили бы спокойно, скромно, а с опытом и деньги пошли. Нормальные, а не слезы! Сняли бы квартиру побольше. А лучше коттедж. Да! Или дом в деревне. Там бы и гуляли. И ребенок бы родился. На воздухе. На свежем воздухе! Но нет: погнался за чертовой синицей в руке. Поймал и свыкся, забыв о желании ввысь. Ага. Гарантированный минимум в чертовом салоне сотовой связи. У всех на виду! Черт! Черт! Какая чушь в голове! Надо срочно Нелли позвонить! Мысли выплясывали бешеный канкан, но ни одна не становилась решающей.

Антон подошел к стеклянной двери и увидел разговаривающего с Рустемом человека, от какого будто веяло милицией за километр. Выправка ли, простота одежды, но в органах он давно, это заметно, а значит, пустяковое дело ему бы не поручили.

– Сергей, это сотрудник полиции, – Рустем был предельно серьезен. – Покажи ему, пожалуйста, документы.

Полицейский представился. Антон чувствовал на себе изучающий взгляд. Он вытащил из куртки наполовину настоящий паспорт и протянул.

– Спасибо, гражданин Волков. Давно в Питере?

– Недавно, – ответил Антон.

– Насколько недавно?

– Примерно… Точно не помню. Несколько месяцев уже.

– А прежде вы жили в Волгограде? Откуда вы приехали?

– Из Москвы! – вмешался в разговор Рустем. – Вот так-то! Не все в Москву стремятся. Многие, откушав беготни, едут в Питер.

– Спасибо. Очень интересно. Сергей, а где вы работали в Москве?

– В автосервисе, недолго, – сказал Антон, сам удивляясь легкости, с какой он отвечал. Слова давались без неловкости. Надо бы еще улыбнуться и показать, что торопишься.

– Вы женаты, товарищ Волков, дети есть?

– Пока нет, а что?

– Его жена ожидает ребенка, – опять влез Рустем.

В глазах полицейского мелькнуло удивление. Оно длилось миг, но Антон успел это заметить.

– Ваша жена живет с вами здесь, в Питере? И нигде не работает?

– Да, конечно. А к чему такие вопросы? Я не понимаю…

Лицо полицейского смягчилось, и он улыбнулся.

– Да ничего страшного, – объяснил он, протягивая документы Антону. – Охранник этого торгового центра бдительность проявил – им в ЧОПы рассылают тех, кто в розыске. Ему показалось, что пара человек, здесь работающих, похожа на наших бегунков. Охранник и позвонил начальнику, ну а тот куда следует. Я же просто отрабатываю сигнал и за сегодняшний день обошел все магазины здесь. Работа такая. Устал как…

– То есть охраннику показалось, что я похож на какого-то бандита?

– Ну не бандита. Лишь подозреваемого, – вздохнул полицейский, чье благодушие зашкаливало.

– Ясно.

– Все нормально, Сергей, вы непохожи.

– Он не бандит, видно же по нему, – заулыбался Рустем.

– Да, извините за беспокойство. Ох уж эти бдительные скучающие сторожа!

– Ну я не подхожу под ваши ориентировки, верно? – спросил Антон-Сергей.

– Нет. Вы же давно здесь работаете, а бегунки места жительства быстро меняют, – ответил полицейский, снова внимательно взглянув на Антона. – Ваша жена скоро ожидает ребенка?

– Точно нельзя сказать. Думаю, через пару-тройку месяцев, – ответил Антон, не представляя смысл этого вопроса.

– Серьезное время в жизни, – продолжал полицейский. – Чувствуем себя как-то не так, да? Я помню… А давно женаты, Сергей, забыл, как по отчеству?

Он, наверное, недоговаривал. И, несомненно, изучал черты лица Антона, манеру общения, движения.

– Пять лет, – ответил тихо Антон, боясь совершить ошибку.

– Ох, и только первый ребенок. Примите поздравления. Беспокойное время предстоит. Но счастливое… Ну что же, спасибо за ответы.

Он коротко и пристально взглянул на Антона, потом на его добродушного начальника и удалился.

– Странный разговор. Разве что серьезное мужик украл. Или теперь менты обязаны каждый стук проверять? Снова 37-й год? – Рустема явно тянуло поболтать, несмотря на тяжелый день. – Вот же нехер делать охраннику тому, а? Обалдеть! «Охраннику показалось, что видел того, кто в розыске». Показалось, прикинь? Дремал бы себе и дремал – почему не спалось ему, а? Или кроссворды все разгаданы уже?

– Да.

– Что да? У тебя что-то случилось?

– Случилось, – прошептал Антон. – Сто процентов случилось.

Глава 34

Каждое мгновение испытываешь его?

Иов 7:18

Направляясь домой, он думал, что за квартирой, наверное, следят. И за подъездом. Мысли скатывались в яростное отчаянье: «Какой же бред и про охранника, и про бдительность! Он здесь при чем? Вот так просто по наводке решили проверить, да? Лишь сомнение одного скучающего мужичка, и все? Полгода с Нелли прятались, на улице смотрели вперед и вверх постоянно – нет ли камер? Нет ли этих долбаных, всюду понатыканных камер? А как вдруг попадали в обзор, быстро обнимались, продолжая идти, и целовались не без романтики страстно, чтобы лиц было не распознать наверняка. Камеры! Камеры! Камеры! Одних лишь камер боялись! И все оказалось впустую из-за тоскующего сторожа! И что? Что теперь делать? Как вывести Нелли незамеченной? Куда им деваться? И деньги… Остались скорбные копейки…»

Вдруг впереди он заметил медленно идущую Нелли. Наверное, опять стало скучно и решила прогуляться. Она была в сотне метров от дома, Антон прибавил шаг и через мгновение легко нагнал ее.

– О, муженек! Отчего быстры твои шажки?

– Идем спокойно со мной, – тихо сказал Антон, взяв ее под руку.

– А чего мы шепчем, а? И куда направляемся? Домой не пойду! Там тоска!

– Нелли, послушай внимательно. Ко мне на работу заходил полицейский. Типа просто отработать сигнал местного охранника. Тому показалось, что он видел людей из ориентировки МВД, или что там по охранным агентствам рассылается. И полиция отреагировала проверкой.

– Да ты что!

– Поговорили спокойно, и мент ушел. Но я уверен, это не конец. Он словно присматривался.

– Ты думаешь… Мы под наблюдением?

– Нелли, может, и не мы, а например, квартира, адрес, где я живу, не сложно узнать.

– Капец… А куда мы идем?

– Пока не знаю. Но возвращаться сегодня в квартиру нельзя.

– Скажи нормально, Антон! Нас что… Это… Вычислили?

– Не знаю. Может, сегодня был случайный мент, и больше мы никогда о нем не вспомним. Но мы в розыске и нужно быть хотя бы на сантиметр впереди полиции. И на полшага быстрей бандюков – им стало любопытно, кто грохнул этого долбаного борова Вагу. Видимо, они все там полуродственники, когда захочется.

– Подожди, эти тоже нас ищут?

– Могут искать. Сами или через полицию. Читал сегодня новость…

– Новость? О нас пишут журналисты?

– Не знаю. Одну статейку видел утром. А потом разговор с ментом на работе… Все вдруг в один день совпало! Нас явно отследили, но почему не берут? Где арест?

– Господи, Антон, что делать? У тебя есть деньги? Надо с карты все снять. А документы? Ты с рюкзаком? – затараторила Нелли.

– Да, и там наш НЗ на тридцать тысяч. И кредитка есть с полтосом, но снимать нужно сейчас, – Антон удивлялся своему спокойствию, но было важно показать Нелли, что он надежнее чугуна, а мир вокруг под контролем. – Не смотри на дом, продолжаем спокойно идти.

– Но как быть с одеждой, с вещами? Там же и документы!

– Придется пока оставить, наверное. Не знаю.

Они прошли мимо дома.

– Антон, все… Так не может больше продолжаться. Я не могу бегать всю жизнь. И не хочу! – прошептала она, еле дыша.

– Нелли! Без плача, ладно? Сейчас не надо этого всего! Пожалуйста…

– Я устала, Антон! Реально устала! Это же расплата за мою жизнь, как ты этого не понимаешь? Я не могу больше прятаться! Нет сил! Совсем! И в тюрьму не хочу! Это конец… Да! Конец – мой исход! Я убьюсь.

– Заткнись! – в бешенстве прошипел Антон. – Ни к чему истерики.

– Но зачем, Антон? Ты не понимаешь, что все кончено? Без денег… нам некуда идти. К тому же скоро родится ребенок. Я глупость придумала тогда. Ребенок не нужен!

– Всегда есть выход! Всегда! Я не откажусь и от миллиметровой возможности. Может быть, нам поможет Марк. А может, отец Машки – он нормальный мужик! Или дружок мой Никита со старой работы. Я рассказывал, помнишь о нем? Или…

– Это не тот случай!

– Лучше попробовать, чем ныть сложа руки! Нелли, мы не знаем, где шанс, но он есть!

– Да кто поможет? Как? Это не денег до получки занять! А помочь скрыться убийце!

– Забудь это слово! Все произошло случайно. И жалеть некого, – он мягко подтолкнул ее, схватив за предплечье. – Нелли, пойдем быстрее. Нужно думать. Переночуем в гостинице или в хостеле.

– В хостеле?! Давай сразу на вокзале, а? – у Нелли выступили слезы на глазах. – У меня паспорта с собой нет.

– Тогда в той гостинице, где была наша первая ночь в Питере – мы у них есть в базе. И сканы наших паспортов с того раза. Скажем, что гуляли и решили у вас переночевать. Пойдут навстречу.

– Ну а дальше, Антон? Без паспортов жить?

– Надо понять, как следят за квартирой и… А может, я накручиваю? А? И мне все это… кажется… Нет! Нет… Я подумаю, жена, как забрать документы. А может и вещи. Я решу. Идем!

По другой стороне дороги медленно катилось такси, желтый «Форд-Фокус». Увидев его, Антон, привыкший вызывать машину через смартфон, сразу же замахал, и не одной, а двумя руками. Водитель кивнул в ответ и развернулся. За рулем оказалась женщина, и Антон вдруг озадачился, как лучше ее называть: женщина-таксист или таксистка? Размышления о ерунде на секунду заместили тревогу, а главный безответный вопрос – как быть? – стал тяжело, но выкристаллизоваться в сознании. Уставшем и старающемся будто из последних исчезающих сил. Наверное, им с Нелли лучше…

– Вообще я на вызов, – сказала таксистка, всматриваясь в Нелли. – Но если по пути, то могу подбросить. Вы в положении? А выглядите красавицей. Куда вам так поздно?

– Спасибо большое, – ответил за жену Антон. – Нам вообще в центр.

– У меня заказ в направлении Невского. Но чуточку не доезжая.

– Можете подвезти хоть немного?

– Садитесь! Я малость раньше сверну, а там прогуляетесь.

Антон открыл заднюю дверь, усадил Нелли и устроился рядом.

– Да, гулять надо, но устаете тоже, небось, быстро? – спросила таксистка Нелли. – Это первый ребенок?

– Да.

Автомобиль поехал дальше.

– Я вас довезу до метро, а там решите, как лучше. Там стоянка наших есть, – женщина словно специально ждала их, или это только казалось Антону. – Надеюсь, вы не прямо сейчас рожаете?

– Большое спасибо, а с тысячи сдача будет? – сказал Антон.

– Да бросьте вы, что тут ехать?

– Спасибо большое!

– Какой вежливый. Спасибо да спасибо. Все бы пассажиры такими были.

Их автомобиль медленно обогнала машина ДПС. Нелли вонзила ногти ему в руку.

– На дорогах сегодня пусто. Путина ждут? – Антон пытался говорить то ли шутя, то ли нехотя.

– Действительно мало машин. А вот полиции вечером прибавилось. Наверное, мероприятие на районе. Может, у них день трезвости какой… Все зарабатывают как могут. Вот вчера ехала я утром…

Антон больше не слушал. Он смотрел на Нелли. Она то бросала на него вопросительный взгляд, то оглядывала свои ладони, сжимая одну в другой, поглаживая их. Она пыталась остановить медленно нарастающий внутри страх – не получалось, ее начало заметно трясти.

Автомобиль остановился перед трамвайной остановкой.

– Ну, вот мы и приехали. Вход в метро, если что, за углом. А на другой стороне набережная.

– Спасибо. Мы из Питера. Все знаем. Сколько я должен?

– Сказала же, молодой человек, угомонись. Мне было по пути, да и ехали минуток десять. Береги жену.

Снегиревы-Волковы вышли из автомобиля и снова огляделись: полицейских невидно.

– Но вы все-таки лучше машину возьмите, а то беременным в метро – ух! Дураков дерганых полно, а вдруг заденут! – посоветовала, приоткрыв окно, таксистка. – Не дай бог! Ну все, легкого рождения первенца вам!

– Спасибо, наверное, так и правда лучше. Посмотрим.

Нелли взяла Антона под руку, и они медленно двинулись вперед.

– Вокруг ментов нет, дойдем до отеля по набережной, – сказал он. – Мы можем быть во всех ориентировках, а в метро точно патруль будет или охрана какая. Могут узнать. Пойдем пешком аккуратно. Здесь недалеко. Нелли, сможешь? Или машину взять?

– Куда? Куда ты собрался идти? – Нелли из последних сил сдерживалась от новой истерики. – Денег нет. Полиция ищет. Теперь и бандиты еще… Ты знаешь, что делать-то? Ну правда?

– Переночевать! Понятно? А утром решать!

Антон со злым спокойствием ждал, заплачет ли Нелли. Она не стала. Холод и сырость забрались под одежду, словно подгоняя обоих с решением, у каждого своим. Называясь семьей, и настоящими Снегиревыми, и ложными Волковыми, ни в одном из двух миров родными людьми они так и не стали.

– Вон мостик, пошли быстрее, – прибавил он, беря ее за руку. – Идти минут пятнадцать.

– Зачем? – спросила Нелли устало. – Я замерзла. К чему эта борьба? Что мы будем делать завтра? Как жить? Где? Какой ужас…

– Если бы сначала ты думала, а потом делала, – проговорил рычащим шепотом Антон. – Надо… Надо в Москву возвращаться! Нужны новые паспорта, дальше Украина или Белоруссия. А там, глядишь, и за границу, как знать.

– Антон, ты с ума сошел? Какая заграница? Как туда уехать? Как?!

– Это потом! Может быть. А сейчас надо действовать. И возвращаться в Москву или Подмосковье. Там легче.

– Там нет видеокамер? Нет охранников?

– Там проще! И там помогут! Я верю! Нам помогут с деньгами, с жизнью, с документами! Или папа Машкин, или Марк, да люди вообще. И мы начнем заново! Сначала! Понимаешь? Но нужно, чтобы ты больше не чудила. Мне надоело постоянно все исправлять!

У нее появились слезы в глазах, Антон удивился, что она так долго сдерживалась, но прошла секунда, и Нелли вдруг зло улыбнулась.

– Какой ты милый, Антон! Ни хрена не знаешь, ни хрена не можешь в жизни, но строишь из себя мужчину, способного решать вопросы. А деньги откуда? На что все будет? Хорошо… Давай вернемся в Москву и начнем сначала. А как? А?

– Пока не знаю, но вернемся! Сегодня переночуем в отеле. Сделаем вид, что мы романтичная семья. Загулялись. А оттуда я позвоню Марку или Никите, на худой конец – Ларисе, она хорошая женщина, открытая, такие обычно и делают добро.

– Господи, Антон, ну что за бред? Ну какая Лариса? Она просто бухгалтер. Как она поможет?

– Советом. Знакомыми. Не знаю, но… Иван, в конце концов! Или… Или попрошу Марка просто достать денег – у него есть и время, и желание! Обзвоню своих приятелей. Всех, кого помню со школы! Деньги будут. Уверен.

– У тебя мало друзей. Но даже те, что есть… Думаешь, бросятся помогать?

– А почему нет, Нелли? Почему нет?

– Ты в розыске! Ага? Мы это помним?

– Наверняка денег нам хватит на неделю-другую. Номер продлим, – ответил Антон, понимая наивность веры в сказанное. – Сейчас надо попасть в отель. Не теряя времени.

– Ты бы лучше оставил меня, а? Я чувствую, Антош, не выкрутиться нам… Я все возьму на себя. Все! И тебя не заберут за укрывательство. Понимаешь? Да, люди годами скрываются, но не с орущими младенцами, – сказала Нелли, отвернувшись. – Доставь жене удовольствие, уходи!

– Не о том думаешь, жена! Мы идем в гостиницу! И главное, не встретить дуру на ресепшн, что будет требовать только оригинал паспорта, – сказал Антон, обняв Нелли, но не целуя, а лишь поглаживая по руке. – И угомонись уже! Ты моя лучшая часть жизни, и я не оставлю тебя. Никогда.

– Неужели не видно, что ты не нужен? Какой мне от тебя толк? Ни связей, ни денег! И эта чертова игра в подполье! В безденежное подполье… Я не такая. Я должна делать то, что хочу! Мы вообще не нужны друг другу. Как же я ошиблась тогда! Ну ладно… Ладно! Давай завтра решим, – твердо произнесла она.

Видя ее бледное от холода, а может, от тревоги лицо, вдруг ставшее родным и любимым, Антон почувствовал, как в нем разгорается прежняя страсть. Ему заново захотелось оберегать ее и одаривать самым лучшим в мире. В мире светлом и радужном. Но где он?

Они перешли мост и оказались перед обычным для Питера зданием из потрепанного красного кирпича. В бывшей фабрике, наравне с мутными офисами и складами, располагалась и гостиница.

– Не важно, что случится, Нелли. Я знаю, что надежда слабая, но пока она есть, не порть жизнь окончательно. Хотя бы словами не порть!

– Антон, пожалуйста! Я не уверена, люблю ли тебя, как мне тогда казалось. И любила ли вообще. Но я принесла тебе… Беду. Вся задница из-за меня. Я…

– Да ну хватит! Заходим и на ресепшен создаем видимость уставшей от долгого гулянья пары. Пары радостной и любящей. Жена беременна, до дома далеко – не смогут отказать без паспортов! Мы были, их копии в компьютере остались. Да и гостиница пустая, не сезон. И… Услышь меня, – сказал он, снова обняв ее. – Я. Тебя. Не. Брошу. Ясно?

Пятью минутами позднее зло пошел снег. Волны Невы поднимались и разбивались о гранит набережной. Брызги долетали до поручней, блестевших тонким льдом. Но Волковы уже были в тихом номере отеля – на последнем, седьмом этаже, и Антон, стоя перед окном, смотрел на засыпающую в ленивом тумане улицу. Нелли валялась на кровати.

– Хорошо, что мы повыше поселились, муженек, вид хороший на речку. Ну а что дальше? Имена новые они знают. Карты заблокируют.

Антон молчал. Никогда он не видел Нелли растерзанней. Даже перед тюрьмой она не испытывала такой ужасающей тревоги, такой неистовой темноты будущего, что могло полыхнуть через мгновение.

– В номере замечательно, правда? – снова заговорила она.

– Сойдет. Сейчас отвяжу телефон от карт и позвоню, кому смогу. А завтра куплю новый номер, тоже левый, и открою кошелек в инете. Может Ваня подарит мысль поумней… А Марк просто денег кинет.

Нелли встала и, подойдя к окну, схватила руку Антона и сжала ее.

– Антон, не поможет Ваня. И Марк не будет содержать вечно. Никто не создаст нам новую жизнь… По проклятым камерам отследят уже, наверное, завтра. А пока… Пока я хочу просто побыть с тобой. Пусть минуту, пусть час. Давай немножечко забудем обо всем. Давай?

– Нелли, сколько можно повторять? Ты, как бабулька, причитаешь. Давай больше не будем про «все пропало». Да, полиция с бандюками в двух шагах от нас, но пока же не нашли. Надо пробовать уехать! Шанс мизерный, но лучше спросить, чем просто так сидеть. Тебе холодно?

– Немного. Замерзла, пока сюда шли, – Нелли вернулась на кровать. – Сейчас в душ пойду.

– А я жалею, что не взял планшет, могли бы смотреть кино или новости на большом экране. И зарядка нужна для телефона.

Он прилег рядом с ней, погладил живот и взял за руку.

– И еду надо купить: в отельчике даже автомата с шоколадками нет. И зубы хорошо бы почистить на ночь, а то в ванной одно мыло. Схожу за всем, а? Или сначала Марку набрать? Я уверен, он дело посоветует! Как лучше звонить – через вотсап? Или телеграм понадежней? Что думаешь?

– Полежи со мной, Антон. На улице сыро и ужасно противно. И любая патрульная машина остановится узнать, зачем ты разгуливаешь по ночам.

Антон, взбив свою подушку, придвинул ее вплотную к той, что была под головой Нелли. Встал. Приоткрыл окно, пытаясь курить, но сигаретным дым проигрывал борьбу морозному воздуху – тот оказался резвей: в номере резко похолодало, но этот пустяк взбодрил единственной и такой желанной сейчас радостью. Взбодрил, испарившись через мгновение… Неужели это конец? Дальше тюрьма для обоих? Страдания, и ожиданий нет светлее от судьбы?

Он вернулся и лег на кровать. Она испуганным ребенком схватилась за его руку. Через пять минут рука разжалась. Она спала. Антон смотрел на жену, начиная осознавать наивность своих надежд. Как можно убежать с такой женщиной? Еще и беременной. Мало шансов уйти незамеченными. А жить незамеченными как? И где? Но не попробовать глупо! Марк, уставший и запутавшийся, оставался единственной надеждой, другие не рванут в Питер с деньгами, зная, что молящие помощи под полицейским преследованием. А если? Если… Марк приезжает на машине, останавливается, рядом, в тихом месте, они с Нелли также незаметно добираются и на заднем сиденье едут в Москву! Мимо камер и вне паспортов. А там… Да и так отличная идея! Конечно! Ведь несколько дней новой надежды. Чудесных дней! Так и сделаем. Надо разбудить Нелли. Или набрать сначала Марку? Он не откажет…

Антон решил сначала позвонить другу, но открыв приложение «Телеграм», мгновенно передумал – сначала надо потратить деньги с карты, пока ее не заблокировали! Он найдет ночной магазин, а когда Нелли проснется, будет зубная паста, щетки, шампуни и куча других лелеющих тело вещей. Они наверняка окажутся в продаже! Не могут там не оказаться – волна уверенно рожденной миг назад идеи раздует удачу в любом деле. В любом! Антон воспользуется даруемым небом шансом и не упустит удачу.

Бог хранил его раньше, так казалось. И сейчас, в распирающем душу порыве, давно неиспытанном, смутно желанном и глубоком, Антону захотелось молиться. В третий раз в жизни. И молиться неистово, размеренно произнося слова, когда-то услышанные или прочитанные. Это же так важно – твердо и красиво произнести молитву, чеканя стальным шепотом каждый слог. И тогда высшая сила не оставит их. Да! Богом все и решится! И закончится наконец их объятый безысходностью, адский путь в жалкое никуда. Совсем. Без пепла сгорит в памяти.

– Иже еси на небеси, – зашептал Антон. – Господи! Ведь во всех голливудских фильмах бывает! Героя подставили, он бежит, долго бежит, прячется от полиции, судьба на кончике иглы… А потом бац! И вдруг оказывается счастливо избавленным от погони. Вдруг! И все у него хорошо. Даже отлично! Так вот… Господи, даруй нам хэппи-энд! Мы его заслужили! Ну убила она Вагу. Да. Но он был дерьмо! Мерзота, мучившая людей. И что плохого в избавлении мира от него? О жизни ты решаешь, это да, но что плохого? Сколько людских судеб Нелли спасла, остановив бандита, а? Господи, мы не должны страдать. Помоги! Пожалуйста, помоги! И я клянусь, делами докажу свет твой… Все во благо твое! Все… Аминь. Аминь! Аминь…