Текст книги "Спокойный Ваня 6 (СИ)"

Автор книги: Павел Кожевников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 21

Честно говоря, стратегию использования конструктов, я представлял себе довольно смутно. Можно раскидать их на территории крепости и вокруг неё. При активации конструктов ожижения европейцы лишаются огнестрела и колюще-режущего оружия. Но бойцов, владеющих холодным оружием, у них хватает. А это не обязательно сабля или кинжал.

Монахи в моём мире с палками и шестами прекрасно управлялись. Даже против мечников выходили. В этом мире, где русские периодически запрещают воевать огнестрелом, подобных специалистов должно быть изрядное количество. Для прорыва, устроенного месяц назад, они набрали кучу народа, неиспользующего огнестрел.

Дистанционное запитывание позволяет мне управлять включением и отключением конструктов. Можно раскидать конструкты. Активировать. Потом выключить, и на обработанное место врываются наши войска. Но, во-первых, нет в том районе войск у славян.

А во-вторых, чтобы обработать большую площадь, нужно изготовить тысячи или десятки тысяч конструктов. Возможно, принтер справится, и запасы фотополимера у него бесконечные, но я-то один. Каждый конструкт мне придётся предварительно активировать вручную. По-другому рунная магия не работает. Сколько времени у меня уйдёт?

Интересно, а ведь Кагье с покойниками возится. Его магия связана со смертью. Надо его проверить, вдруг он тоже руны в состоянии активировать. Размышляя, я создавал модель конструкта для дистанционного запитывания энергией.

От работы и мыслей меня отвлёк очередной звонок. Вот так не заметишь и внезапно оказываешься в плену у средств связи. С одной стороны, удобно, но с другой, отвлекает, когда не надо.

Звонил особист.

– Слушаю. – Прижал я конструкт к скуле.

– Иван, с тобой хочет поговорить командующий фронтом. – Обрадовал меня Бецалель.

– Быстро ты до высокого начальства добрался.

– В смысле быстро? – Произошла заминка, потом совершенно другой голос продолжил. – Добрый день, Иван. Говорит командующий западным фронтом генерал-лейтенант Зайцев Владимир Петрович.

– Слушает князь Иван Александрович Иванов. – В тон ему ответил я.

– Прям-таки князь?

– Прям. Командующий, ты решил обсудить мой статус или у тебя более приземлённые проблемы есть? Если нет, то верни переговорник особисту.

– Приземлённых проблем у меня хватает, князь. – Перенял мою манеру разговора Зайцев. – Меня интересует достоверность данных, указанных на карте.

– А я здесь при чём? По моей просьбе на карте были указаны не только расположение войск, но и даты проверки этой информации. Не факт, что на карте действительно всё указано. Что-то могли пропустить, но вряд ли это касается передвижения крупных соединений. Остальное в ваших руках. Для проверки у вас есть разведка.

– Хорошо. Тебе от нас взамен, что нужно?

– По минимуму, мне нужна информация о точном местонахождении интересующих меня людей. По максимуму нужно, чтобы ваши войска отбили назад города, в которых находятся кремли русских.

– Ты не представляешь, как нам самим это нужно. – Скептически усмехнулся Зайцев. – Но нас давят числом. Как ни крути, но европейцев просто больше. Без помощи мы не вытянем. Это я тебе, как командующий говорю. Причём совершенно секретную информацию.

– Дело ясное, что дело тёмное. – Я задумался.

– Информация по твоим пленным уточняется. Её тебе передадут в любом случае. – Продолжал генерал-майор. – А про отбить город, я сразу говорю: нет! У европейцев подавляющее преимущество в людях и технике. Русские смогут нам помочь?

– Не смогут. У них вооружённый нейтралитет. – Ответил я, слушая командующего вполуха. Наконец, мысль у меня оформилась окончательно. – Значит так, Владимир Петрович. Сначала давай разберёмся с пленными. Для начала собери взрывников с большим опытом работы и задай им всего один вопрос: возможен ли самоподрыв боеприпасов, если все металлические части в них станут жидкими?

– Иван, я тебе и без взрывников отвечу, при температуре, которая нужна для расплавления…

– Ты не понял, Владимир Петрович. Никакого нагрева не будет. Любой металл, попавший под определённое магическое воздействие, станет жидким и будет вести себя как ртуть. Без увеличения температуры. – Я сделал паузу, ожидая уточнений или сарказма, но их не последовало. Жаль, что не видно его лица, и поэтому непонятно. Он замолчал от счастья или жалеет, что связался с сумасшедшим. – Кстати, ты со мной разговариваешь по магическому переговорнику. Это не изделие русских. Переговорник как раз изготовлен с использованием технологии ожижения металла, поэтому он выглядит как стальная пластинка.

– Ну допустим. – В голосе Зайцева ощущалось явное сомнение. – Что дальше?

– Если не будет опасности, что взлетит на воздух какой-нибудь рядом расположенный склад боеприпасов, то я смогу нейтрализовать всё оружие в крепости и её окрестностях. Все металлические детали превратятся в жидкость.

– И танки?

– Если у вас их не научились делать из картона, то танки тоже.

– Мы можем поговорить не через твой переговорник, а лично встретиться и обсудить все вопросы? – Неожиданно предложил Зайцев.

– Теоретически можем. Но чуть позже. Я сейчас немного занят. У тебя наверняка тоже забот прибавилось. И вот ещё что, Владимир Петрович, как хотите выкручивайтесь, но информация о том, что вам якобы помогают русские, никуда не должна уйти. Грозить карами не буду, но пожалеете очень сильно. Всей страной.

– Иван, ты не много на себя берёшь?

– Нет. Эта ноша мне по силам. Проверено. – Усмехнулся я. – Я позвоню, когда буду готов встретиться, или просто появлюсь у вас в штабе. Решу по настроению.

* * *

Я убрал переговорник и посмотрел на Степана, который прислушивался к моему разговору.

– Стёпа, а скажи-ка мне такую вещь: ты давно находил накопители? – Внезапно возникшая мысль требовала проверки.

– Странно, что ты об этом спросил. – Он потёр подбородок. – Когда ты ушёл в кремль, сначала было не до них, а позже они перестали попадаться. Это что-то значит?

– Это значит, что Аберрация от нас ничего не получает. Соответственно, ничего не даёт взамен. Расслабились мы здесь с тобой. Как бы она возможность вернуться нам не закрыла. Сложности с переходом через туман сделаны не просто так. Они служат конкретной цели.

– Думаешь, это возможно? Мы же попали сюда не через Приполярную, а через Машкин артефакт.

– Любой артефакт – это продолжение или часть магии, так же как и Аберрация. По сути, это одно и то же.

– Я бы так не сказал. – Всё же не согласился со мной Степан.

– Считай как хочешь, но факты говорят, что я прав. Мы слишком спокойно и безопасно живём в последнее время.

– Предлагаешь проредить европейцев?

– Да. Устроить массовое уничтожение я могу с помощью магии, но не уверен, что это зачтётся. Ты же знаешь, маги из Аберрации не возвращаются. Вполне вероятно, что устроив бойню, с помощью своей магии, они счастливые заходят в туман и больше никуда не выходят, или туман выпускает их в ещё более жутком месте. На совершенно другой Земле. Согласись, перспектива не очень радостная.

– Я теперь тоже маг. – Напомнил Степан.

– Знаю. Только твоя магия направлена внутрь, а не вовне, как у остальных магов. Возможно, в этой особенности заключён твой шанс, который поможет выжить здесь и вернуться назад. Но нам в любом случае никуда не деться от риска и смертей, если хотим вернуться домой.

– Если магия только всё усложнит, то зачем нужна твоя подготовка? Для чего конструкты?

– Пригодятся позже. – Ответил я. – С помощью русских я хочу запустить портал до нашего мира в обход тумана. Созданный техническими средствами, он не должен содержать в себе присущих туману ограничений. Тогда мы сможем спокойно шастать через него туда-сюда и носить всяческие полезные вещи. В окружении европейцев русские постоянно рискуют оказаться захваченными. Вместе с ними мы лишимся возможности использовать портал.

– Думаешь, местные не захотят сделать того же самого? – Скептически произнёс Степан.

– А мы на что? – Развеселился я. – Надо так уделать европейцев, чтобы славяне не строили иллюзий по поводу захвата кремля. Будь добр, позови Кагье. Обсудим планы на сегодняшний вечер.

Я вернулся к проектированию передатчика, а Степан, подхватив грязную посуду, исчез за дверью.

* * *

– Если честно, то я не понимаю, как нацарапанные руны могут производить столь большую работу. Ведь проявление любой магии – это и есть работа, в физическом понимании. – Михаил передал мне целую горсть разнокалиберных кубиков.

– Представь, что в мире появился ещё один полуразумный вид энергии. Причём потенциал у неё необычайно высок. Тебе остаётся лишь каким-то способом докричаться до этого полуразума и уговорить его использовать часть своих возможностей для твоей пользы.

Переключившись на магическое зрение, я проверял кубики. Как правильно заметила Маруся, на восемнадцатой итерации руны начали смазываться. На половине граней они уже перестали восприниматься как магические надписи.

В принципе меня устраивали и более крупные образцы. Та же пятнадцатая итерация имела грань всего один сантиметр, но руны на ней выглядели превосходно. Еле удержался от их активации.

– Звучит подозрительно просто. – Продолжил разговор Михаил. – Значит, как всегда, есть большое «но».

– Куда же без него. – Я отодвинул нужный кубик в сторону, а остальные превратил в порошок, разрушив их в руке. – Все люди могут петь и рисовать, но не все становятся певцами и художниками. С магией точно такая же незадача. Никакой халявы.

– Ну что за привычка, свинячить за пультом. – Недовольно заметил Михаил. – Сам прибирайся теперь.

– Мне статус не позволяет. Я всё же князь. – Ехидно улыбнулся я. – Маруся, запускай в печать пятнадцатую итерацию. Штук двести изготовь. – Распорядился я, а затем спросил: – Миш, как ты смотришь на то, чтобы слетать вечерком до крепости в Великих Луках?

– Флаеры светить нельзя. Ты же не погулять там собираешься. Нельзя, чтобы нашу технику могли привязать к твоим действиям.

– Я прекрасно понимаю, что нельзя, и даже заинтересован в этом. Тебе нужно всего лишь незаметно подвезти нас поближе к крепости. Дальше мы сами справимся. Маруся, выведи фотоснимок крепости и окружающего пространства. Теперь отметь все скопления людей в округе. – Компьютер быстро выполнил мою просьбу. – Видишь сколько вокруг укромных мест?

– В принципе можно над деревьями зависнуть и на тросе вас спустить.

– Пойдёт. – Согласился я. – Теперь другой вопрос, есть в вашем хозяйстве какие-нибудь бронежилеты и очки ночного видения?

– Есть лёгкие бронежилеты для киборгов. Их можно под одеждой носить. От местного стрелкового оружия они точно защитят. Очков нет. Есть тактические шлемы, но они слишком узнаваемые. Если вас в них кто-нибудь увидит, то сразу поймёт, откуда ноги растут.

– Всё узнаваемое, можно сделать неузнаваемым. Например, перекрасить или обклеить тканью. Ещё лучше оклеить тёмными ленточками, чтоб силуэт вообще не просматривался. Неси три комплекта.

– Почему три? – Забеспокоился Михаил.

– Пойдём: я, Степан и Кагье. Ты в качестве пилота нам полезнее будешь. – Успокоил я русского.

* * *

– Это действительно магический переговорник? – Командующий взвесил на руке металлическую пластинку.

– Не могу сказать с уверенностью, но ничего подобного у русских ранее замечено не было. – Ответил Бецалель. Он уже понял, что его хотят оставить без переговорника. Командующий не делал попыток его вернуть. – Товарищ генерал-лейтенант, я бы не рекомендовал вам оставлять переговорник у себя. Нам не известно, может Иван прослушивать через него или нет. К тому же я хочу показать его специалистам. Может, они что-нибудь толкового скажут.

– Держи свою игрушку, Бецалель Давидович. – После короткого раздумья командующий вернул переговорник. – Как будет для меня что-то важное, сразу сообщай. Используй код «Берёза». – Он поднялся. – Предлагаю всем вернуться к своим делам. Думаю, с сапёрами вы сами в состоянии переговорить и доложить о результатах Ивану.

– Товарищ генерал-лейтенант, о чём нам разговаривать с сапёрами? – Перебил его Березин. – Из всего разговора с Иваном мы слышали только ваши реплики.

– Да? А мне казалось, что его все слышат. – Зайцев немного смутился, а потом быстро пересказал содержание разговора. – Жду от вас докладную записку со всеми фактами по этому Ивану. – Закончил он.

* * *

– Ты извини, но француз на меня напал. – Это были первые слова Кагье, сказанные им, когда он вошёл в диспетчерскую.

– Убил?

– Почти. Как источник информации он теперь бесполезен. Но пока ходит и дышит. Для разговора у него соображения уже не хватает.

– Да и хрен с ним. Я ещё сомневался, как с ним поступить, но если сам напал, то вопрос закрыт. Ты мне другое скажи. На какое расстояние ты видишь живых?

– Давай так. Во многих нюансах я пока не разобрался, но живых, как впрочем и недавно умерших, я ощущаю примерно с полукилометра. Метров с пятидесяти, могу идентифицировать человека, если раньше он попадал в поле моего дара. Это при наличии накопителя. Без него можешь смело расстояние резать раза в два. Ты решил идти за Тинил?

– Да. У твоего начальства вечные проблемы, а мне надо её вытащить. Об остальных я потом буду думать.

– Немного эгоистично с твоей стороны. – Заметил Кагье, впрочем, без всякого осуждения.

– Иван на себя сутану святого не напяливал. – Хмыкнул Степан. – Я его стремление понимаю. Сначала нужно спасать своих, а потом остальных.

– Там будут и те, кто дорог мне. Ты дашь мне шанс им помочь? – На замечание Степана Кагье никак не отреагировал.

– Я же не изверг. Естественно дам, только я не смогу тихо вывести много людей. Но мы можем помочь им с продуктами и медикаментами. Составь список самого необходимого. Напрягём Бецалеля. Пусть соберёт посылку.

– Вы, значит, через стены пойдёте, а мне что делать? – Спросил Степан.

– Будешь долги отрабатывать перед Аберрацией. – Хмыкнул я. – Устроишь резню в лагере европейцев снаружи крепости. Заодно проверим часть конструктов ожижения металла. Советую наесться до отвала и с собой тушёнки взять. Энергетика в изменённом состоянии у тебя разгоняется, а подпитываться магией ты пока не умеешь. Сейчас Михаил броню принесёт и шлемы ночного видения. Вам нужно подогнать её под себя и замаскировать шлемы.

* * *

– Уходили они прямо через стену. Мои люди наблюдали за этим своими глазами. Многочисленные следы на полу также не оставляют сомнения в реальности прохода сквозь стену. – Надиктовывал Бецалель текст докладной записки.

– Ты не писал об этом раньше в отчёте. – Оторвался от текста Березин.

– У меня людей и так не хватает, а после такого доклада их по медкомиссиям затаскают.

Продолжить особисту не дал завибрировавший переговорник.

– Слушаю тебя, Иван.

– Ручка с бумажкой есть под рукой? Записывай.

Бецалель выхватил ручку из рук генерал-майора и начал быстро писать в столбик.

– Теперь объясняй, что это за набор?

– Я сегодня иду ночью в крепость. Он для раненых и голодных пленных. Хоть чем-то им помогу, пока вы телитесь. Заодно проверю свои конструкты в деле.

– Подожди. Нельзя же так с бухты-барахты. Нужно продумать операцию. – Возразил особист.

– Обязательно нужно. – Не стал спорить Иван. – Можешь начинать. Только сначала мне посылку собери и вывези её в укромное место вечерком, чтобы я без лишних глаз её забрать смог.

– Ты представляешь вес и размер своей посылки? Как ты её в крепость пронесёшь? – Бецалель скосил глаза на листок с перечнем.

– Я очень старательный и упорный. Как-нибудь дотащу. Только учти, если посылки к вечеру не будет, то я пойду без неё. Без тех же антибиотиков многие раненые не доживут до освобождения.

– Будет тебе посылка. – Вздохнул особист.

Глава 22

Уход Ивана за туман, не означал прекращения утренних тренировок. Никто даже попытки не сделал увильнуть. Кроме отсутствия Ивана, на этот раз появилось ещё одно новшество: Катя пришла в золотом доспехе.

Надела она его не полностью. Нагрудник был ей слишком велик, чтобы в нём можно было заниматься. Наруч с поножами тоже болтались, но Кате удалось их примотать тряпками. Нормально только шлем держался на голове.

Вопросов, не относящихся к тренировке, никто задавать не стал. Так, тоже было заведено. Тренировка – это отдельная часть бытия, и на неё ничего влиять не должно. Маша, взявшая на себя роль учителя, лишь следила за правильностью выполнения тренировочного комплекса. Её талант позволял помнить все движения и видеть неправильность их исполнения.

Мешавшиеся в начале тренировки элементы доспеха, под конец почти не стесняли движения. Катя скинула в сторону ослабшие тряпочные завязки на наруче. Он стал меньше и лучше держался на руке, хотя до идеального облегания было далеко. Поножи не так сильно изменили свои размеры.

– Я смотрю тебе что-то удалось понять? – Подошёл к ней майор после тренировки. – Наруч точно меньше стал.

– Да. Я, наконец, поняла чего хочет доспех. Он требует движения, потому что от него доспех заряжается энергией. Битва – это ведь тоже движение. – Уставшая, но довольная Катя радостно делилась своим открытием. – Я ведь пока его мыла, столько с ним двигалась, что шлему хватило энергии на изменение размера. – Она нахмурилась. – Одного не пойму. Чаще всего доспех показывает, что хочет летать. Это сколько мне придётся в нём двигаться ради одного короткого полёта?

– Возможно, в процессе полёта, он получает больше энергии, чем тратит. – Предположил майор. – Только ты не вздумай со скалы вниз сигануть. Это всего лишь предположение. Тем более, доспех у тебя неполный. Вряд ли он вообще в состоянии летать при частичном облачении. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей?

– Демьян, мне же не десять лет. – Вздохнула Катя. – Иван скоро вернётся? Может, он чего-нибудь придумает?

– Пусть сначала вернётся. – Нахмурился майор. – Придумывать для него не проблема.

* * *

Бронежилеты оказались лёгкими и очень удобными. Липучками они подгонялись под любой размер.

– Тяжёлый. – Пожаловался Степан, напяливая шлем. – И размер не мой.

– Сейчас настрою. – Михаил подошёл и показал, как подстроить внутреннюю подкладку под свою голову. – Шлемы стандартные для службы безопасности. Рассчитаны для использования не только людьми, но и киборгами, а у тех головы примерно одного размера.

– У киборгов, может, и одного. – Недовольно буркнул Степан. – А у меня другого.

Кагье молча взял третий шлем и примерил. Ему он подошёл без всякой регулировки. Доктор вообще выглядел в бронежилете и шлеме почти как профессиональный солдат.

– Мне нормально. – Коротко сообщил он. – Что дальше делаем?

– Дальше будем маскировать амуницию. – Сообщил я. – Миша, ты ткань нашёл?

– А ты, почему шлем не примеряешь? – Спросил он у меня.

– Я в темноте и так хорошо вижу. Могу без него обойтись.

– В шлемах хорошая связь. Будете между собой общаться, и я буду в курсе того, что у вас происходит. – Михаил протянул мне последний шлем. – Примеривай. Мне ещё надо вам объяснить, как управляться со всей встроенной в шлем электроникой.

– А почему киборги в них не ходят? Те, что вдоль стены прогуливаются? – Спросил я. – Насколько я понял, инфракрасного зрения у них нет?

– Есть. – Вздохнул Михаил. – Без квантового сопроцессора они не воспринимают картинку в тепловом диапазоне. Я не специалист. – Остановил он меня, видя, что я хочу задать уточняющий вопрос. – У Марты спросишь, когда она очнётся.

После небольшой лекции Михаила я оставил Кагье со Степаном маскировать шлемы, наклеивая на них ленточки тёмной ткани разных оттенков. Хорошо бы и костюмы также обклеить, но на это не было времени. Слишком много дел нужно сделать до вечера.

Принтер быстро распечатал заказанное количество конструктов. Теперь предстояло их проверить. В работоспособности конструктов я не сомневался, но мне нужно выяснить их реальный радиус действия. Новый материал изготовления и новая вселенная, не позволяли опираться на старые данные, которые тоже были получены опытным путём.

Была ещё одна проблема. Раскидывать кубики, на которых чётко видны рунные надписи, я не горел желанием. Этот мир только столкнулся с пришествием магии. Трудно сказать, какие направления здесь будут преобладать. Не хочется становиться родоначальником магии, основанной на жертвоприношениях.

Конструкты следовало, для начала, замаскировать, а позже собрать и уничтожить, чтобы они не попали не в те руки. Над сбором буду думать после победы. Сейчас хотя бы с маскировкой разобраться надо. Сначала я решил залить их гранитом. В городе наверняка много памятников, или есть набережная, отделанная этим прочным камнем.

Потом представил, как кидаю сверху камень, внутри которого залит кубик, капитально ослабляющий его структуру. Скорее всего, и монолит расколется, а с кубиком внутри, каменная оболочка рассыпется вообще без вариантов. Конструкт другой формы тоже не сделаешь. Нужно, чтобы воздействие шло равномерно во все стороны. Как этого добиться по-другому, я сообразить не смог.

– Маруся, какие есть растения с крупными плодами в районе Великих Лук? Желательно дикорастущие и, чтобы не бросались в глаза.

– Дикая яблоня. – Последовал ответ.

– Не пойдёт. Яблоки, раскиданные где попало, привлекут внимание. Ещё и сожрать попытаются. Нужно что-нибудь другое, подо что можно замаскировать кубики.

– Репейник. – Предложил Кагье довольно неожиданный вариант. – Сейчас по кустам его много наросло. Никого не удивит, если одна колючка на глаза попадётся, и в рот её точно не потянут.

– А не слишком крупные колючки получатся?

– Нормальные. Некоторые экземпляры побольше твоих кубиков будут.

– Маруся, можешь распечатать оболочку на кубики из мягкого пластика под вид колючек репейника? – Спросил я.

– Да. Возможности принтера позволяют изготовить нужный предмет. Только, используя мягкий пластик, не получится сформировать эффективные крючки на концах листочков оболочки.

– И не надо. Пусть лежат, где упали. Печатай на всю партию. Предусмотри надёжное закрывание, чтобы кубики из оболочки не вывалились.

– Будет сделано, князь. – По-военному отрапортовала Маруся.

* * *

На проверку конструкта мы пошли вчетвером. Всем было любопытно, как он сработает. Заодно мне хотелось, чтобы Кагье глянул на активированный конструкт. Делать этого в диспетчерской, и вообще на территории базы русских, я опасался по вполне понятным причинам.

Для эксперимента я выбрал здание, отстоящее от стен кремля на добрых полкилометра. Мало ли как сработает конструкт. Киборгов с собой тоже не брали, но Кагье следил за наличием живых в округе.

Для избегания недоразумений пришлось предварительно проверить, чтобы ни у кого не было металлических деталей в одежде. Но с этим проблем не возникло. В мире Михаила тоже поняли, что пластик дешевле и проще в производстве. Особенно в массовом.

– Ждите здесь. – Скомандовал я, выбрав для ожидания пятачок подальше от деревьев в небольшой аллее между домами. – Нечего толпой туда-сюда бегать. Дом отсюда прекрасно видно, и это место дальше предполагаемой зоны воздействия.

– Чего нам бояться, если на нас нет металлических деталей? – Не понял Степан моей предосторожности.

– Зато их много в современных постройках. – Опередил меня Кагье. – Ты не представляешь, сколько у нас под ногами может железобетона находиться? Если вся арматура в нём станет жидкой, можем провалиться достаточно глубоко. Иван, ты давай по-быстрому.

Дойдя до дома, я достал один кубик и активировал его. Следом активировал конструкт передачи энергии. Источником энергии для него служил я сам. Повторять мороку с поиском кварца и приделыванием алмаза, мне было лень. Всё равно я не планировал долго использовать эти конструкты.

В магическом зрении проверил состояние обоих. Вроде бы всё привычно и нормально. Зашёл в центральный подъезд. Долго соображал, куда положить кубик. Просто так его не оставишь. Когда дом начнёт рушиться, нужно, чтобы обломками не расплющило кубик. Процесс ожижения не происходит мгновенно. Конструкт должен отработать хотя бы минут пять.

Ничего подходящего не нашёл. Плюнув на поиски, проделал в несущей стене отверстие рукой и в него положил конструкт. Если строители на цементе не экономили, то должна стеночка продержаться.

* * *

– Приготовились! – Предупредил я и подал на конструкт энергию.

Первое, что мы услышали, был грохот от падения многочисленных предметов, раздавшийся из дома. Из-за выбитых стёкол его было слышно даже на таком расстоянии. Рамы из окон тоже посыпались с небольшой задержкой.

– Что это? – Спросил Михаил.

– Гвозди в стенах. Обособленные небольшие кусочки металла начали первыми размягчаться. – Пояснил я. – Картины, люстры, подвесные шкафы. Всё, что держалось на гвоздях, начало падать.

Представление только начиналось, а грохот усиливался. Даже почва затряслась под ногами.

– Плиты перекрытия посыпались. – Прокомментировал я пыльный выброс из окна.

– Там арматура с палец толщиной. – Возразил Кагье. – Вперёд должны были оконные перемычки лопнуть.

– Металл всё равно ослаб, а на плиты нагрузка выше. А вот и перемычки.

Над оконными проёмами нижних этажей пошли трещины, и кладка стала разрушаться. Кое-где и впрямь мелькнули начавшие крошиться перемычки. Но меня интересовало не это. Конструкт передачи энергии тянул её из меня со страшной силой. Слишком много энергии тратилось на ожижение. При этом радиус поля ожижения явно превышал расчётные двадцать метров. Я видел, как оплывают остатки уличных фонарей, стоящих метрах в сорока от местонахождения конструкта. Обрушение соседнего подъезда ещё можно объяснить эффектом домино, но оплывший столб, стоящий отдельно, трактовать по-другому не получится.

– Эффектно. – Констатировал Кагье. – Выглядит страшнее, чем воздействие оружия русских. Это же можно всю вражескую технику и оружие уничтожить без единого выстрела.

– На всю у меня здоровья не хватит. – Признался я. – Придётся дорабатывать конструкты, но и потом я больше полусотни за раз не потяну. – Я перестал передавать энергию, но разрушение дома это не остановило. – Кагье, глянь. Видишь что-нибудь, или чувствуешь?

Ещё один кубик я активировал, пока доставал его из кармана. Доктор покрутил кубик в руках, не понимая, чего я от него хочу.

– Кубик как кубик. Материал незнакомый. И надписи. Всё. – Он поднял на меня глаза. – А должен что-то чувствовать?

– Проверить стоило. Так как ты местный маг. – Я посмотрел на Степана с Мишей. – Вы тоже ничего не видите?

– Нет. – Ответил Михаил. – Ты же не сделал его невидимым? Значит, ничего не изменилось.

– Ясно. Пошли назад. Нужно всё делать заново. Я сильно просчитался в энергозатратах.

Как мне не хотелось, но предстоит срочно переделывать конструкты. Вместо ожижения они будут металл остудневать. Я не учёл количество металла, который предстоит ожижать. Те крохи, с которыми я работал раньше, смотрелись несущественно рядом с сотнями тонн металла, на которые предстоит воздействовать сейчас.

* * *

К вечеру небо затянуло тучами, из-за чего стемнело раньше обычного. Бецалель сидел в кузове грузовика и периодически посматривал вверх. Всё перечисленное Иваном удалось быстро собрать. Сложнее всего пришлось с медикаментами, но здесь помог прямой приказ Зайцева. Иначе начмед ни под каким видом не хотел делиться лекарствами.

– Скучаешь? – Раздался голос Ивана сбоку.

Бецалель повернулся на звук, включив фонарик. Иван медленно подплывал к борту грузовика, вися в воздухе.

– Выключи фонарик. – Попросил он. – Я и так хорошо вижу.

– Смотрю, ты научился летать?

– Вися на тросе и ты сможешь. – Не поддержал шутку Иван. – Всё удалось собрать?

– Да. С одобрения высокого начальства выдали все, что ты запросил. – Ответил особист. – Решил идти? А ты не задумывался, где пленные будут хранить эти вещи в камере? К тому же не забывай про подсадных провокаторов среди них.

– Слушай, я всё понимаю, но лучше я хотя бы так помогу вашим людям, чем пройду мимо. – Отрезал Иван. – Что говорят сапёры? – Переключился он на другую тему.

– То же самое. Не должно быть никаких взрывов. При разжижении, или как ты говоришь, остудневании металла, пружины теряют свои упругие свойства, и ударник не сможет сработать. Есть запалы, которые теоретически могут быть инициированы, при описанных тобой условиях, но они давно не применяются из-за ненадёжности и нестабильности.

– Ну и замечательно. – Иван прицепил крюк лебёдки к предусмотрительно сделанной петле на грузе и помахал рукой. – До встречи Бецалель. Если, что позвоню.

* * *

Лебёдка втянула меня вместе с грузом в грузовой отсек флаера. Меня никто не встречал. Все находились в кабине.

– Миша, летим к Великим Лукам. – Распорядился я. – И выключи видеонаблюдение в отсеке.

– Выключил. – Прозвучал ответ из динамиков.

Я вскрыл упаковку основного мешка. И начал перекидывать мешочки меньшего размера в пространственный карман, одновременно ведя подсчёт. В мешочках побольше лежали продукты, а в тех, что поменьше, – медикаменты и перевязочный материал.

Разведке удалось выяснить, сколько всего пленных находилось в великолукской крепости. Также было известно количество и номера камер, где их содержали. До списков пленных добраться агенты не смогли. Ну хоть что-то известно и то ладно. План подземелий был у Маруси, и ориентироваться внутри крепости мы сможем.

– Подлетаем. – Предупредил Михаил по внутренней связи.

– Присылай киборга, и мужики пусть готовятся.

– Идут.

Киборг под управлением Маруси двигался более плавно и, я бы сказал, даже изящно.

– Держи. – Я протянул киборгу коробку с искусственным репейником. – Постарайся сильно не промазать мимо расчётных мест.

– Всё будет нормально, князь.

Вызывало некоторый диссонанс, слышать мужской голос и понимать, что это говорит Маруся. Её я воспринимал, как особу женского пола из-за имени, но она при этом оставалась компьютером.

Флаер сбросил скорость. Открылась боковая дверь. Периодически киборг выкидывал в дверь очередную колючку репейника. Флаер маневрировал, облетая лагерь, выбранный нами для атаки. Я настоял, чтобы это была обычная пехота, а рядом не располагалось стоянок с тяжёлой техникой или склад боеприпасов.

Магические проявления конструктов выглядят эффектно, но я не видел смысла тратить свои силы на уничтожение нескольких танков или снарядов. В масштабах фронта это крохи, а у меня и без диверсий есть на что тратить магическую энергию.

– Конструкты раскиданы по территории, князь. Отклонение от расчётных точек не превышает двух метров. – Доложил киборг.

– Молодец, Маруся. Миша, летим в зону высадки.

* * *

У Степана с собой был небольшой рюкзак, набитый пластиковыми пакетами с тушёнкой. Жестяные банки неудобны, когда надо быстро подкрепиться, к тому же в пакетах тушёнка не гремела при переноске. Тушёнку выбрали по той причине, что это была самая калорийная еда в нашем рационе.