Текст книги "Как в сладком сне"
Автор книги: Патриция Хэган
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
По блеску глаз и заигравшим на его скулах желвакам она поняла, что Стив не шутит.
– Что ж, похоже, выбирать мне все равно не приходится, – холодно промолвила Рейвен. – Мой нож у тебя.
– Вот именно. А теперь поехали. Я и так потерял уйму времени. Мы должны как можно скорее быть в Алабаме. И я не намерен слушать нытье о том, как ты устала.
Вскочив на Дьявола, она сурово взглянула в непреклонное лицо Стива.
– Не волнуйся, приятель, ты не услышишь от меня жалоб. Но, как я уже сказала, ты об этом еще пожалеешь.
Рейвен и не подозревала, что он уже жалел. Направляясь к своей лошади, Стив подумал о том, что зря не отказал тогда Неду.
Что-то подсказывало ему, что жизнь в Хальционе уже никогда не будет для него такой же мирной и спокойной.
Глава 8
Как ни пытался Стив вызвать Рейвен на разговор, она упорно отмалчивалась. Девушка лелеяла надежду, что когда они приедут в резервацию, ей поможет кто-нибудь из агентов. Она пожалуется, что ее силком заставляют ехать в Алабаму. Однако, похоже, Стив что-то пронюхал. Когда они наконец достигли берега реки Сабин, вместо того, чтобы отправиться на север, в резервацию, он повернул на юг. Заметив это, Рейвен проворчала, что у них кончаются припасы.
Безмятежно ей улыбнувшись, Стив ответил:
– Что ж, придется на время выдать тебе твой лук, чтобы ты подстрелила нам еще одного кролика. А чтобы стрела не полетела куда-нибудь не в ту сторону, сам я на всякий случай встану у тебя за спиной.
– Не беспокойся. Я больше не собираюсь добывать для тебя жратву. Можешь подыхать с голоду.
– Так же, как и ты.
– Я лучше умру, чем поеду с тобой.
– Неужели тебе не стыдно?! – воскликнул Стив. – Твой отец умирает, а тебе на это плевать. Нельзя же быть такой упрямой – оставь ему хотя бы надежду.
– А какую надежду оставил он нам с матерью?! О нас он тогда не очень-то задумывался. Спокойно вернулся к своему богатству и женился на другой…
– Тебе известно далеко не все, Рейвен, и, хочется тебе этого или нет, в свое время ты все узнаешь. А теперь выслушай меня. Наша поездка может оказаться не такой уж мрачной. Я с удовольствием расскажу тебе о плантации и отвечу на любые твои вопросы. Впрочем, если угодно, можешь дуться. Дело твое.
Рейвен с негодованием фыркнула.
– Как будто от меня что-нибудь зависит!
– Что ж, тогда продолжай вести себя как упрямая ослица, – отрезал Стив. – Мне плевать.
Рейвен снова погрузилась в угрюмое молчание.
Дорога, по которой они ехали вдоль реки, пролегала по бедной песчаной почве, поросшей соснами. Всадники миновали заброшенные фермы и на следующий день заметили хлопковые плантации, а также небольшое кукурузное поле. Вскоре их взорам предстал дом. Его обитатели были рады гостям и накормили их обедом, какого Стив еще не пробовал с самого отъезда из Форт-Инджа. Рейвен тоже с удовольствием лакомилась вареными лангустами, однако не подавала виду, сохраняя гробовое молчание. Но перед отъездом она все-таки шепнула хозяйке слова благодарности.
Стив все слышал и, когда дом остался позади, заметил:
– Молодец, Рейвен! Я рад, что ты сама это понимаешь, – незачем обижать других только потому, что злишься на меня.
Девушка ничего не ответила.
Они добрались до городка поселенцев в Луизиане. Несмотря на ворчание Рейвен, купив девушке простое муслиновое платье и белье, Стив отправил ее в баню, а сам стал ждать неподалеку. Ее неряшливость порядком ему поднадоела, поэтому, когда она наконец вышла чисто вымытая, с аккуратно причесанными, блестящими волосами, Стив не удержался и выпалил:
– И надо же тебе было выдавать себя Бог знает за кого, Рейвен, ведь ты такая симпатичная!
Бросив на него уничтожающий взгляд, она показала ему язык.
Стив собирался закупить еды и сразу же отправиться в Алабаму, однако ему хотелось продемонстрировать Рейвен, что не все люди так уж плохи, как ей кажется.
По дороге им еще ни разу не отказывали в гостеприимстве. Все были рады принять у себя незнакомцев.
Путники остановились еще в одном доме, где при свете горящих в очаге сосновых поленьев их стали потчевать ужином. Хозяева то и дело извинялись за то, что у них нет свечей. Впрочем, это неудобство вполне возмещалось добрым кувшином ежевичного вина и свежими креветками. Стив заметил, что Рейвен ужин тоже пришелся по душе, и под конец она даже немного разговорилась с хозяйской дочерью.
Когда подошло время ложиться спать, отец семейства Джуд Ганнибал, решив, что Стив и Рей-вен – супруги, предложил:
– Вы вдвоем можете спать здесь. У нас есть еще только одна комната – мы переночуем там вместе с детьми.
Стив вопросительно посмотрел на Рейвен, ожидая, что девушка станет возражать. Когда в дороге им приходилось останавливаться на ночлег, он всегда обвязывал ее лодыжку веревкой – другой ее конец тянулся к его руке. Каждый раз, когда Рейвен поворачивалась, Стив просыпался, и у нее не было никакой возможности убежать. Впрочем, надо отметить, что для ее удобства веревка была достаточно длинной, к тому же спящих обычно разделяли кусты. Теперь им предлагали спать на одной кровати, и Стив думал, что Рейвен ни за что на это не согласится. Однако он с удивлением услышал, как девушка вежливо поблагодарила мистера Ганнибала за любезность.
Когда они остались одни в комнате, по стенам которой плясали золотые тени, Стив предложил:
– Можешь спать на кровати, а я лягу на пол, но на всякий случай поближе к двери, – добавил он, заметив ее холодный взгляд.
– Очень мило с вашей стороны, господин Мэддокс. Я прямо с ног валюсь от усталости.
Стив снял с кровати одеяло и расстелил его перед дверью. Затем, расстегнув рубашку и, как обычно, собираясь спать в одних брюках, он с изумлением увидел, что Рейвен уже разделась и стоит совершенно голая. Стив не мог оторвать глаз от ее грудей, в сумеречном свете походивших на спелые золотые яблоки. Однако не успел он перевести взгляд пониже, как она уже повернулась к нему спиной.
С учащенным пульсом Стив наблюдал, как, широко раскинув руки и потянувшись, девушка притворно зевнула. Затем как ни в чем не бывало она промолвила:
– Ну и жарища здесь. Однако не могу же я тут хозяйничать и гасить в печи огонь.
Будто зачарованный, он смотрел на ее подтянутый круглый зад, а когда она наклонилась и отбросила с кровати одеяло, Стиву показалось, что внутри у него что-то оборвалось. Ничем не прикрываясь, Рейвен улеглась на постель – при виде мягко очерченной в свете огня девичьей груди у него перехватило дыхание.
Рейвен чувствовала на себе его взгляд и радовалась, что Стив не видит ее лица, потому что щеки ее горели от стыда. «Ничего, так надо. Терпи!» – твердила девушка сама себе.
Стив тупо наблюдал, как мерно поднимается и опускается ее грудь. Неужели это только плод его воображения – или ее соски действительно затвердели? Он молча выругал себя за то, что ведет себя как неопытный юнец. Стив понимал: Рейвен нарочно пытается его дразнить. Она ведь обещала, что он еще пожалеет… Похоже, это начало ее мести, и будь он проклят, если доставит девчонке удовольствие думать, что ей удалось его одурачить.
– Я знаю, к чему ты клонишь, – наконец буркнул Стив. – Смотри, не забудь прикрыться, когда утром сюда зайдет старик Ганнибал, – добавил молодой человек, сделав вид, что на него ее представление нисколько не подействовало.
Однако Рейвен было не так-то просто провести. Она видела, как Стив на нее смотрел, и слышала его тяжелое дыхание. Теперь он всю ночь будет мучиться, сознавая, что всего в нескольких шагах она лежит в чем мать родила. Так ему и надо! Пусть вспомнит, как, не ведая того, пробуждал в ней такие же чувства, когда принимал ее за мальчишку. А если Стив не выдержит и бросится на нее – тем лучше. Тогда она закричит и позовет на помощь мистера Ганнибала. Все ему выложит и скажет, что Стив пытался ее изнасиловать. Ну а если он захочет сделать это, когда они снова тронутся в путь, она покажет, что способна постоять за себя. Молодые индейцы из резервации охотно обучили Рейвен всему, что необходимо знать, чтобы защититься от белых, когда под рукою нет никакого оружия.
Стив искренне страдал. С тех пор как ему стало известно, что Рейвен – женщина, он спокойно оставался с ней наедине. Однако теперь, когда он понимал, что она нарочно над ним издевается, ее близость действовала ему на нервы. Стив долго не мог заснуть, а когда проснулся, солнце ярко светило ему в лицо. Он резко вскочил и сразу все вспомнил: где и почему он здесь находится, как оказался возле дверей, чтобы стеречь Рейвен. Однако дверь широко раскрыта, а ее постель пуста!
Метнувшись на крыльцо, Стив тут же увидел Рейвен, которая сидела на деревянных качелях. Обернувшись, она одарила его светлой безмятежной улыбкой и ногами оттолкнулась от земли, чтобы качели взлетели еще выше.
– Дверь открывается не внутрь, а наружу, мистер Мэддокс, так что мне даже не пришлось вас беспокоить.
Стив спрятал руки за спину, чтобы она не заметила, как они дрожат.
– Почему же ты не сбежала?
Желая насолить ему еще больше, вместо ответа она сказала:
– Лошади накормлены, напоены и готовы в дорогу. Разбудим Ганнибалов и поблагодарим их или сейчас же тронемся в путь?
– Нет уж, поехали прямо сейчас! – взорвался молодой человек. – Чем скорее я доставлю тебя отцу, тем скорее сниму с себя этот хомут. – В бешенстве он ринулся в дом, чтобы собрать вещи.
Углубляясь все дальше в Луизиану, Рейвен поражалась красоте ландшафта. Кругом виднелись ухоженные поля, и девушка то и дело любовалась настоящими живыми изгородями из цветов.
– Роза чероки и роза эглантерия, – скупо ответил Стив, когда она спросила, как называются цветы.
Рейвен видела, что он все еще злится, потому что теперь не хотелось разговаривать ему. Тогда она решила утомить его своими вопросами.
– Похоже, сначала их просто высадили возле железнодорожных перил, а потом они расползлись по ним, как по шпалерам, и образовали настоящие заросли. А вон там что за растения? – рукой показала Рейвен.
– Виноград и сахарный тростник, – бросил Стив. – Кстати, откуда тебе известно про железную дорогу? Что-то я не замечал возле твоей крепости рельсов…
– Отчим рассказывал. Он же следил за тем, чтобы я побольше читала, и доставал мне всякие книги. Ему хотелось, чтобы я знала и о благородной стороне жизни. – Девушка подмигнула Стиву. – Я ведь, как-никак, только наполовину дикарка.
Он с раздражением догадался, что ей хочется нарочно его позлить. Что ж, еще посмотрим, кто кого.
– Совершенно верно. Наполовину ты еще дикая, что мы и постараемся исправить, прежде чем ты встретишься со своим отцом.
– О чем это ты? – Рейвен с недоверием ждала от него ответа. Она и так уже вымылась и переоделась в платье. Что ему еще от нее нужно?
– Надо бы подобрать тебе приличный дорожный костюм. И шляпу. Возможно, в Мобиле я даже найму подходящую карету, чтобы доставить тебя домой наилучшим образом.
Рейвен мысленно поклялась, что ему не удастся вывести ее из терпения.
– Никакая шляпа мне не нужна – так же, как и фургон.
– Разве я сказал «фургон»? По-моему, я упомянул карету.
– Да какая разница?
– Сразу видно, что ты не знаешь, что это такое, Рейвен. Ты, верно, имеешь в виду открытый деревянный фургон, к которым ты привыкла в крепости; солдаты обычно впрягают в них мулов. А я говорю о красивой карете с поднятым верхом, бархатными или кожаными сиденьями и хорошими лошадьми.
– Сгодится и мой Дьявол. И это платье меня тоже вполне устраивает.
– Ну нет. Сделаем так, как я сказал.
Рейвен по-прежнему пыталась довести Стива до того, чтобы, возжелав ее, он потерял над собой всяческий контроль и она смогла бы от него удрать.
Это случилось, когда, миновав Батон-Руж, они проскакали полдня верхом и наконец остановились возле одного из многочисленных луизианских озер. В переметной сумке Рейвен нашлись кое-какие снасти: выточенные из кости крючки и сделанная из волос Дьявола леска. Стиву удалось выловить несколько приличных рыбин.
Помогая ему чистить и насаживать рыбу на вертела, девушка с усмешкой заметила, что молодой человек старательно избегает ненароком задеть или дотронуться до нее. Она нарочно расстегнула верхние пуговицы платья, чтобы ему было от чего отводить глаза. Стив вовсю пытался изображать равнодушие, однако Рейвен видела, что ее план срабатывает.
Было все еще светло, когда они пообедали. Поднявшись и расстегнув остальные пуговицы платья, Рейвен небрежно бросила:
– Пойду искупаюсь.
Стив вскочил на ноги и, спотыкаясь, бросился прочь.
– Эй, разве ты не боишься, что я удеру? – окликнула его девушка.
– Вряд ли я могу на это надеяться! – крикнул он, изо всех сил стараясь не обернуться, однако уголком глаза замечая, как она стягивает через голову и бросает на траву платье.
Рейвен продолжала над ним подтрунивать.
– Не очень-то любезно с твоей стороны. Смотри, не остаться бы тебе без работы, если я вдруг решу заделаться богатой наследницей.
Стив едва не ответил, что ему уже приходило это в голову, независимо от того, кому достанется Хальцион. Затея Рейвен соблазнить его уже порядком ему надоела. Если бы не данное Неду обещание, он бы с удовольствием избавился от несносной девицы. Однако проделав такой долгий путь… Что ж, придется еще немного потерпеть. После Батон-Ружа до Мобила они проскачут дня четыре, а может, даже меньше. Сейчас же все, что ему нужно, – это не обращать на нее внимания и не делать того, о чем придется потом пожалеть.
Пробравшись сквозь заросли сорняков и ежевики, Стив расчистил себе место и сел. Он не подойдет к Рейвен, пока не убедится, что она оделась. Может быть, вообще просидит тут на всякий случай до темноты.
Девушка пела. Слов Стив не понимал, потому что это была индейская песня, но он не мог отрицать, что она ему нравилась. Ему нравился голос Рейвен. И сама она, черт бы ее побрал!
Стив несколько раз с силой отпечатал следы своих ботинок в мягкой земле. Пожалуй, разодетая, красиво причесанная и надушенная, Рейвен многих сведет с ума. Конечно, Лизбет с ее огромными голубыми глазами и золотистыми локонами по красоте ей нисколько не уступит, но такие, как она, обычно прекрасно подходят на роль жены, хозяйки дома и матери. Рейвен же будет пробуждать в мужчинах безумные желания. Глядя в ее черные манящие глаза, слыша низкий грудной голос и наблюдая за ее мягкими, плавными движениями, всякому захочется испытать, какова эта тигрица в постели.
Несмотря на ее кажущуюся холодность, Стив чувствовал, что в Рейвен скрывается еще не разбуженная страсть.
Однако он понимал, что все эти сокровища не для него. Он ей не нужен – Рейвен только хочет пробудить в нем желание, чтобы потом, посмеявшись, оттолкнуть его. Возможно, что она рассчитывает, как в доме Ганнибалов, снова застать его врасплох, свести с ума и убежать. Однако он не намерен заглатывать ее наживку!
Стив постарался отвлечь себя мыслями о Неде, надеясь, что тот еще жив, и представляя, как обрадуется старик, когда наконец увидит свою дочь.
Еще Стив думал об иноходцах и о том, что скорее бы ему к ним вернуться… хотя бы ненадолго. Быть может, после смерти Неда он опять отправится в Виргинию, на ранчо, где работал раньше. Наверное, его с радостью примут обратно, и тогда…
Его вдруг поразила удивительная тишина. Рейвен уже не пела, не слышно было и плеска воды. Неужели она тогда не шутила? – с тревогой подумал Стив, вскакивая на ноги. Быть может, она нарочно все подстроила, чтобы усыпить его бдительность, а сама уже скачет не на Дьяволе, а на его лошади – на случай если Стиву снова вздумается свистеть. Но она могла прихватить с собой мустанга, и тогда Стиву ее уже не догнать.
– Черт побери! – выругался Стив, продираясь сквозь кусты.
Вдруг он замер на месте.
Рейвен все еще стояла по пояс в воде и мыла голову. Она медленно обернулась, продолжая перебирать пальцами длинные пряди волос.
Стив смотрел на нее как зачарованный.
Зачерпывая воду руками, Рейвен плескала ее на груди, а затем легонько терла их кончиками пальцев. Ее поднятое к небу лицо было залито нежными лучами заходящего солнца.
Вскоре Рейвен начала не спеша выходить из озера. Как ни пытался, Стив не в силах был оторвать от нее свой воспаленный взор.
Прежде чем девушка повернулась к нему спиной и стала искать платье, он опустил глаза пониже и увидел ее лобок с черным треугольником волос.
Теперь он разглядел ее всю. Она была прекрасна, и ни одна женщина еще не казалась ему желанней.
Глава 9
Стив ринулся к Рейвен, не обращая внимания на колючие заросли кустарника. Поспешно застегивая платье, девушка делала вид, что ничего не слышит. Внезапно она почувствовала, как его пальцы крепко обхватили ее за плечи и развернули. Кровь бросилась Рейвен в голову, когда она поняла, что наконец дождалась того, чего хотела: сумела зажечь в Стиве дикое желание, а теперь должна унизить его тем, что одержит над ним верх.
Однако, глядя в его горящий взор, Рейвен вдруг охватила дрожь. Она задрожала не от страха, что Стив причинит ей боль, а от ощущения того, что ее собственное тело предает ее. Рейвен не могла ни отвести глаз от его откровенно чувственного взгляда, ни даже пошевелиться.
Отметив про себя ее выдержку, Стив задумался – нарочно ли она пробудила в нем страсть или же по наивности не подозревала, что вызовет в нем целую бурю чувств. Но если девчонка действительно так наивна, зачем ей ломать комедию сейчас?
На шее Рейвен бешено пульсировала жилка. Стив видел также, как высоко вздымается ее грудь, слышал, как тяжело и неровно она дышит. Он понял, что такое впечатление произвела на нее его близость, и, улыбнувшись, слегка разжал пальцы.
– Будь ты неладна, – хрипло прошептал Стив, притягивая девушку к себе. – Видит Бог, я этого не хотел. – Их губы слились в страстном поцелуе.
Как будто помимо воли губы Рейвен раскрылись, и она с удивлением ощутила волнующие прикосновения его языка. Стив ласкал ей спину, все крепче прижимая девушку к себе, пока обоим не стало казаться, что они превратились в одно целое. Сквозь дымку охватившей ее страсти Рейвен внезапно почувствовала, что его плоть восстала. Именно этого она и добивалась, не подозревая, однако, что сама невольно станет жертвой своего коварного замысла. Теперь девушка буквально таяла в руках молодого человека, а по всему ее телу разгорался безумный огонь, пока наконец не охватил ее полностью. Сейчас она была готова уступить любому желанию Стива.
Его пальцы добрались до ее груди, и она почувствовала, что его плоть слабо запульсировала, вызывая в Рейвен ответный трепет. Она всем телом приникла к Стиву, хотя понимала, что, наоборот, должна поскорее вырваться из его объятий, иначе будет поздно. А ведь она привыкла считать себя сильной…
Руки Рейвен крепко сжимали его плечи и, как будто свинцовые, не хотели ее слушаться. Наконец, собравшись с силами, она сумела упереться ими о грудь Стива и уже готова была оттолкнуть его… Но в эту самую секунду он отпустил ее.
Изумленно хлопая ресницами, Рейвен увидела, что его губы медленно расплываются в глумливую улыбку, и прочитала в глазах Стива уже не страсть, а насмешку.
– Похоже, это не входило в твои планы, милая?
– Я… я не понимаю, о чем ты, – выдавила она, пятясь.
Стив даже не пытался ее остановить.
– Да ну? Еще как понимаешь! Ты нарочно мучила меня, чтобы потом рассмеяться мне в лицо. Но ты не рассчитала, что сама вспыхнешь от костра, который разводишь.
По мере того как разрыв между ними все больше увеличивался, к Рейвен возвращалась прежняя смелость.
– Ты спятил! Откуда мне знать, что ты собирался подглядывать, как я купаюсь. И я совсем не в восторге от того, что ты здесь сейчас вытворял. Ты просто застал меня врасплох.
– Тебе самой хотелось, чтобы я за тобой подглядывал.
Она яростно покачала головой.
– Неправда!
– И прошлой ночью ты тоже хотела, чтобы, обезумев от твоей наготы, я залез к тебе в кровать. Тогда ты могла бы позвать на помощь Ганнибалов и пожаловаться им, что я силой вынудил тебя притворяться, будто мы муж и жена. Представляю, какого осла ты бы из меня сделала! Однако у тебя ничего не вышло, милочка, ни в тот раз, ни сейчас, когда, поймав меня на минутной слабости, ты собиралась размозжить мне камнем башку и сбежать. Знаешь, ты никудышная актриса. Корчишь из себя невинность, а сама – настоящая стерва.
Рейвен могла бы возразить, что хотела только одного – отомстить за все свои бессонные ночи, когда она изнывала от страсти к нему. Однако теперь это было уже ни к чему, потому что ее страсть внезапно обратилась в ненависть.
– А кто все это затеял? Не я, а ты вторгся в мой мир! И это ты заставил меня поехать с тобой – я ведь предупреждала, что тебе еще придется пожалеть. Неужели ты мог подумать, – с жаром продолжала Рейвен, – что я собиралась с тобой… Нужен мне такой… чурбан, – закончила она, резко дернув головой.
Стив насмешливо склонил голову набок.
– Правда? Держу пари, что минуту назад ты так же страстно желала меня, как я тебя. Может, проверим?
Он шагнул было к девушке, но та успела занять оборону, вскинув руки. Сейчас она снова стала сильной, ее захлестнула волна негодования и стыда.
– Не подходи!
Задумчиво кусая губы, Стив остановился. Наверняка индейцы обучили эту штучку всяким приемчикам, и она дерется, как самурай. Видать, надеется одолеть его хитростью и, прежде чем он успеет что-то сообразить, сделать из него отбивную.
Все это внезапно показалось ему таким смешным, что, запрокинув голову, он громко расхохотался.
– Ты еще вспомнишь, как надо мной издевался, – с угрозой сказала ему Рейвен.
– Ну, если ты и впредь собираешься мстить мне такими же страстными поцелуями, тогда я не против. Ладно, давай-ка лучше заключим перемирие и тронемся в путь.
С этими словами Стив удалился, а девушка осталась на месте и только хмуро смотрела ему вслед.
Оба пытались не обращать друг на друга никакого внимания. Стив рвался побыстрее попасть домой, а Рейвен разглядывала новые места, которые казались ей очень красивыми. Здесь уже не попадалось, как прежде, обширных не заселенных людьми районов, и путникам было где остановиться. Встречаясь с незнакомыми людьми, Рейвен задавала им множество вопросов, однако со Стивом заговаривала только в случаях крайней необходимости.
Даже когда они ехали верхом, девушка намеренно старалась хоть немного, да отстать от него. Казалось, после того, что между ними произошло, они терпеть друг друга не могут. Однако время от времени в ее памяти невольно оживали воспоминания о том, как Стив обнимал и целовал ее. Стоило только Рейвен взглянуть на рот молодого человека, и она как будто снова ощущала на губах вкус его поцелуя. А когда она видела его руки – не могла не думать о том, как нежно они ласкали ее грудь, зажигая в крови заветный огонь… Впрочем, спохватившись, девушка тут же переключала свое внимание на окрестности, упрекая себя за слабость.
Они проезжали одну плантацию за другой, и Рейвен любовалась возвышавшимися в отдалении великолепными особняками, к которым вели обсаженные вековыми дубами аллеи. Один раз любопытство все-таки одержало над Рейвен верх, и она спросила:
– А что это там свисает с веток деревьев?
Проследив за ее взглядом, Стив заметил косматые пряди, которые причудливо спускались каскадами с огромных корявых сучьев.
– Это мох. Теперь он часто будет попадаться тебе на глаза. В Хальционе им заросли почти все деревья.
– Какая красота… – в восторге прошептала девушка.
Обернувшись, Стив увидел на ее лице восхищение. Должно быть, после той полудикой жизни, которую она вела раньше, ей теперь многое кажется необычным. А сколько ей предстоит узнать еще! Интересно, как она это все воспримет…
Мысленно Стив резко одернул себя за то, что лезет не в свое дело. В конце концов он уедет из Хальциона и навсегда распрощается с очаровательной дикаркой. Какое ему дело, что с ней станет? И все же, несмотря на досаду, он не мог не признать, что его тянет к ней… а значит, ему действительно нужно как можно скорее вычеркнуть ее из своей жизни.
Рейвен разглядывала необъятные хлопковые поля, которые тянулись далеко-далеко… Вдоль их рядов, согнувшись пополам, плелись одетые в лохмотья негры, которые тащили за собой огромные мешки с хлопком. Девушка догадалась, что это рабы, однако промолчала. Она сталкивалась с совершенно незнакомой жизнью, которую не понимала и не желала принять.
То и дело навстречу попадались открытые коляски, в которых прогуливались нарядно одетые дамы; на козлах обычно сидел негр в ярко-красной ливрее. Встречаясь со всадниками, дамы чопорно проезжали мимо, даже не повернув головы. Один раз Рейвен весело помахала им рукой и что-то крикнула, но ее непосредственный порыв оставили без внимания.
На постоялых дворах девушка знакомилась с новыми блюдами, которые казались ей очень вкусными. Она попробовала обваленных в муке жареных цыплят, сваренные вместе с кусками свиного сала крупные листья горчицы, картофельное пюре с густым коричневым соусом, который назывался подливой, и хрустящий пшеничный хлеб. Однако больше всего ей пришлись по душе десерты и среди них – легкое воздушное пирожное, покрытое толстым слоем свежей клубники и взбитыми сливками.
Рейвен даже не подозревала о презрительных взглядах, которые бросали на нее, однако вскоре она заметила, что Стив нарочно обходит стороной места, где обедают богато одетые дамы вроде тех, чьи экипажи попадались им по дороге. Сами путники обычно останавливались в дешевых номерах, ели из треснувшей посуды и пили из стаканов с отбитыми краями. Только когда они проехали мимо ресторана, посетители которого обедали на улице под закрывавшими их от солнца зонтиками, Рейвен поняла, что есть заведения и получше.
– Наверное, ты не водишь меня в такие места, потому что меня туда не пустят, – заметила девушка. Затем, не давая ему времени ответить, с грустью сказала: – Однажды, когда мы с Сетом ездили в Сан-Антонио за покупками, мы увидели в витрине одного кафе огромный шоколадный торт. Мне так захотелось его попробовать… У меня в кармане было немного денег, и когда Сет задержался в магазине, я вернулась в это кафе. Но какие-то люди вышвырнули меня оттуда. Узнав об этом, Сет ругал их на чем свет. Он сказал, может быть, когда-нибудь я пойму, почему он старается держать меня подальше от белых.
– Ты была в индейской одежде?
– Конечно. Мама всегда одевала меня в вышитое мелким бисером платье из мягкой оленьей кожи. Она не стыдилась, что я наполовину индианка. Так же, как и Сет.
– Ну, в таком платье, какое на тебе сейчас, никому и в голову не придет, что в тебе течет индейская кровь.
– Ты и правда так думаешь?
В глазах Рейвен было столько надежды, что Стиву стало стыдно. Ведь у нее такая смуглая кожа… Пожалуй, у многих это вызовет предубеждение. Однако что-то подсказывало ему, что с таким характером да еще с деньгами Ральстона ей нечего опасаться.
– Уверен, все у тебя будет хорошо, – заверил девушку Стив, отводя глаза, чтобы она не смогла прочитать в них сомнение, и добавил: – А в богатые рестораны я не вожу тебя только потому, что для них мы недостаточно хорошо одеты.
Это объяснение немного успокоило Рейвен.
Первое, что больше всего запомнилось ей в Мобиле, был огромный порт с пристанями, судоверфями и пакгаузами.
– Видишь? – показал Стив на ряд кирпичных складов. – Десять из них принадлежат твоему отцу. Там помещается более семидесяти тысяч тюков хлопка. Еще у него есть прессы, которые за полгода выжимают миллион тюков. И четырнадцать причалов, до которых можно добраться по каналу в двадцать два фута глубиной. Вон там, – снова показал Стив, – стоят его пароходы, которые курсируют между Мобилом и Монтгомери. Весь путь занимает два дня, за которые суда раз двести останавливаются, чтобы посадить и высадить пассажиров, а также загрузить и выгрузить зерно, муку, лес, виски, табак, хлопок и кукурузу. Какие только товары не плывут отсюда вверх по реке!
– Значит, мой отец где-то рядом? – Рейвен стала с опаской озираться по сторонам. Ей вовсе не хотелось, чтобы встреча с ним застала ее врасплох.
– Да нет, я же тебе говорил – он болен и находится сейчас на своей плантации, что немного выше по течению. Но даже если бы он был здоров, вряд ли ты нашла бы его здесь. И не припомню, когда в последний раз Нед ездил в Мобил. Всеми делами управляют его люди, а он предпочитает заниматься иноходцами.
– Иноходцами! – презрительно фыркнула Рейвен. – Лошадь она и есть лошадь. А он, поди, думает, что они у него какие-то диковинные.
– Когда ты их увидишь, сама будешь думать то же самое, – мягко возразил Стив. – Особенно когда увидишь Звездного Огня.
– А кто это?
– Так зовут коня твоего отца. Я рассказывал тебе о нем – этот жеребец признает только своего хозяина. Такого красавца я еще никогда не видел. К тому же он не сбрасывает всадника, даже когда слышит свист, – добавил Стив с ухмылкой.
Гордо подняв подбородок, Рейвен не обратила на его намек внимания.
– Как бы там ни было, он всего лишь конь, – пробормотала девушка. – Если бы я захотела, я наверняка смогла бы его объездить, только мне это не нужно.
С севера на юг город тянулся вдоль бухты. Широкие и длинные улицы были вымощены устричными раковинами. На главной улице, Гавермент-стрит, располагались магазины, которые предлагали самые последние товары из Нью-Йорка, Лондона и Парижа.
Стив видел, что все это производит на Рейвен впечатление, однако не такое сильное, как, по его мнению, должно было бы производить.
– Мне кажется, – нерешительно начал он, – выросшая в таких же условиях, как ты, девушка должна бы дрожать от волнения при одной только мысли, что все это может стать ее.
Она недоверчиво заморгала.
– Да-да, все это, – повторил Стив, описав рукой широкий круг. – На деньги Неда ты купишь все, что будет твоей душе угодно.
– Это его, а не мои деньги.
«Если бы ты не была такой упрямой, они запросто могли бы оказаться твоими», – устало подумал Стив, которому уже надоело спорить. Он радовался, что его работа подходит к концу.
Осадив лошадь, молодой человек спрыгнул на землю. Рейвен последовала его примеру. Затем они привязали лошадей к столбу и направились в магазин, над которым красовалась вывеска «Bonheur Boutique». Жестом приглашая Рейвен зайти внутрь, Стив сказал:
– По-французски я не говорю, но знаю, что это «Магазин счастья». Давай-ка проверим – благо твой отец дал мне достаточно денег.
Робко и неохотно Рейвен переступила порог.
Повсюду витал запах духов, а когда она огляделась, то поняла, что ничего более изысканного в жизни еще не видела. Ноги девушки чуть ли не по щиколотки утонули в пушистом ярко-красном ковре, оклеенные же обоями с розовым и бледно-оранжевым рисунком стены казались ей бесконечным садом. Она заметила обитые белым бархатом кресла и диванчики, причудливой формы вазы, а также цветы – повсюду цветы.
