Текст книги "После развода. Второй женой не стану! (СИ)"

Автор книги: Панна Мэра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 44

Я стою у окна, как завороженная, не в силах отвести взгляда от пустоты, что раскинулась передо мной. Всё внутри меня, в голове и сердце, словно сжалось в один огромный комок тревоги и страха. Выхожу из спальни механически, но даже не понимаю, куда иду.

В голове до сих пор звучат слова Абсалама.

Вариантов действий у меня немного. Либо сдаться ему без боя, либо попытаться его обхитрить и одновременно подставить этим Руслана.

Готова ли я рисковать его жизнью?

Я сжимаю кулаки и одновременно ненавижу себя за это.

Нет.

Я не могу рисковать Русланом. Но и жизнью Левушки тоже.

Я не могу стоять на месте.

Меня будто разрывает изнутри. На части, на обрывки мыслей, на страх, который не даёт дышать. Я хожу по дому, снова и снова, из комнаты в комнату, не замечая, как сжимаю пальцы до боли. Всё внутри сковано. Кажется, если я остановлюсь хоть на секунду, то просто сломаюсь изнутри.

Руслан.

Только это имя бьётся в голове, как тревожный пульс.

Где он сейчас? Что с ним? Он ранен? Он один? Он… жив?

Я резко останавливаюсь посреди гостиной и прижимаю ладони к вискам. Нет. Нельзя так думать. Нельзя. Но мысли всё равно лезут. Одна страшнее другой. Я слишком хорошо знаю Абсалама. Он не отпустит. Он не простит. Он не остановится.

И теперь у него Руслан.

Из груди вырывается тихий, сдавленный выдох. Он не должен был платить за мои ошибки.

Я медленно опускаюсь на край дивана, но тут же снова встаю. Не могу сидеть. Не могу ждать. Ничего не могу.

Что мне делать?

Я перебираю варианты, один за другим, но каждый разбивается о реальность.

Полиция? Нет. Нельзя. Он прямо сказал. Если я обращусь к ним сама, то Руслан умрёт первым.

Обратиться к людям, которые имеют связи?

Разве у меня такие есть? Кроме Антона Агеева у меня нет влиятельных знакомых, а в этой битве он явно будет не на моей стороне.

Сбежать? Куда? И главное, как жить потом, зная, что я оставила его там?

Я зажмуриваюсь, и вдруг внутри становится пугающе тихо.

Остаётся только один вариант.

Я должна пойти к нему.

Сама. И сдаться.

От этой мысли становится холодно. Настолько, что по спине пробегает дрожь. Но вместе с этим приходит и странное… спокойствие. Как будто решение уже принято где-то глубоко внутри, раньше, чем я успела его осознать.

Если я поеду… он отпустит Руслана.

Если я не поеду… он его убьёт.

Всё просто.

Я сглатываю и шепчу почти беззвучно:

– Лучше я… Лучше я буду жить и страдать… чем его не станет.

Я резко разворачиваюсь и иду наверх. Шаги быстрые, и я не даю себе времени передумать.

В комнате всё кажется слишком обычным. Кровать, вещи, сумка на стуле. Как будто ничего не произошло. Хватаю сумку и начинаю складывать вещи. Паспорт. Телефон. Руки дрожат, я несколько раз роняю документы, но снова поднимаю.

Вот и всё.

Сейчас я просто выйду из дома… и поеду к нему.

Я тянусь за кошельком, когда внезапно раздается телефонный звонок.

Я замираю.

Телефон вибрирует в руках, экран светится. Неизвестный номер.

Сердце резко проваливается вниз.

Это он.

Конечно, это он.

Я почти не сомневаюсь. Пальцы леденеют, но я всё равно провожу по экрану.

– Да… – голос выходит тихим, надломленным.

Несколько секунд слушаю просто тишину, а затем раздается тихий женский голос.

– Аля…

Я замираю.

Это не он. Но кто же⁈

– Да это я, а вы…?.. – шепчу я, чувствуя, как внутри поднимается новая волна тревоги.

– Это Фатима.

У меня буквально перехватывает дыхание.

– Фатима?.. – я не верю. – Что… что случилось? Почему ты…

– Я знаю, – перебивает она тихо, но твёрдо. – Про Руслана. И про Абсалама.

У меня подкашиваются ноги, я опираюсь на стену.

– Ты⁈ Ты знаешь? Как⁈ Откуда и…? – я говорю сбивчиво, и кажется, слишком много для того, чтобы она ответила на все вопросы, потому что в следующую секунду Фатима мягко перебивает меня.

– Тише, – её голос становится мягче. – Успокойся. У меня есть план.

Я закрываю глаза.

Перевожу дыхание.

Не может этого быть! Что она придумала⁈

– Боже, Фатима! Ты так вовремя! А то я уже… я собиралась к нему…

Девушка тихо вздыхает.

– Не надо, Аля. Рано еще сдаваться, – говорит она решительно. – Сейчас нам главное вытащить Руслана.

Я замираю.

Вслушиваюсь в каждое слово Фатимы и жду, что она дальше скажет.

– У тебя есть план? Что мне делать?

Она медлит, а затем я слышу еще чьи-то голоса на фоне.

– Для начала открой нам ворота. Мы уже здесь

– Что?.. – я не верю своим ушам.

– Открой ворота. Мы приехали, чтобы помочь.

Я не думаю ни секунды.

Хотя, наверное, мне стоило бы быть более осмотрительной. Но сейчас я почему-то верю ей безоговорочно.

Срываюсь с места, почти бегу вниз и через минуту вылетаю из дома.

Свет фар ударяет в глаза, заставляя поморщиться.

Я подлетаю к воротам и нажимаю на кнопку, позволяя машинам заехать во двор.

Спустя пару минут наш сад уже больше напоминает сборище бандитского шабаша.

Чёрные силуэты Гелендвагенов, один за другим выстраиваются напротив коттеджа.

Первая машина останавливается напротив, заставив инстинктивно отступить на шаг.

Кто это?

Не думаю, что Фатима нашла более влиятельных людей, чей Руслан?

Но я не успеваю подумать об этом, потому что в следующую секунду, дверь машины открывается, и из неё выходит он…

Отец Абсалама.

Мир будто на секунду выключается.

Я делаю шаг назад. Потом ещё один.

Всё.

Это конец.

Сейчас меня заберут.

Сейчас всё закончится.

Я продолжаю отступать под давлением его тяжелого, внимательного взгляда, когда он вдруг ускоряет шаг, и почти в два присеста оказывается рядом:

– Не бойся, – говорит он спокойно.

Но я не верю.

Просто не могу.

– Я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред.

Я сжимаю пальцы, не в силах ответить.

Он делает шаг ближе.

– Я здесь, – продолжает он, – чтобы остановить Абсалама… от совершения непоправимой ошибки.

Глава 45

Машина мягко трогается, и вместе с этим внутри меня будто что-то окончательно обрывается.

Я сижу на заднем сиденье, сжимая пальцы в замок так сильно, что костяшки белеют. За окном мелькают огни домов, редкие фонари и пустая дорога. Ночь кажется бесконечной. А сегодня еще и особенно тёмной. Кортеж несётся вперёд, уверенно, быстро, но мне все равно кажется, что даже этого не достаточно, чтобы успеть.

Я не чувствую себя уверенно. И не уверена, что доверилась нужным людям.

В конце концов, они семья Абсалама. Вполне возможно, что они все в сговоре с ним.

С каждой секундой мне становится все холоднее, и я пытаюсь согреться, обнимаю себя за плечи, но это не помогает.

Руслан.

Я могу думать только о нем. И о том, что с ним может случиться, если мы не успеем.

Я закрываю глаза на секунду и представляю его. Как он сидит, связанный, раненый… Один. И от этой мысли внутри становится невыносимо больно.

Нет.

Я резко открываю глаза.

Я не имею права сейчас развалиться. Не имею права бояться настолько, чтобы остановиться.

Я должна его вытащить.

Любой ценой.

– Мы почти на месте, – раздаётся голос рядом.

Я поворачиваю голову. Отец Руслана смотрит вперёд, его лицо жёсткое, сосредоточенное. Он спокоен. Или просто умеет хорошо скрывать свои реальные чувства.

Я киваю, но слова застревают в горле.

Машины начинают замедляться.

За поворотом появляются тёмные силуэты. Похоже, мы приближаемся к складским зданиям. В окнах кое-где горит свет. Именно туда Абсалам меня и позвал.

Машина останавливается, и мое сердце пропускает удар. Такой громкий, что мне кажется, будто его слышит весь картеж.

– Дальше нельзя, – спокойно говорит отец Руслана.

Я поворачиваюсь к нему.

– Если мы подъедем ближе, Абсалам и его люди поймут, что ты не одна, – продолжает он. – Мы зайдём сразу, как только он развяжет Руслана.

Я сглатываю.

– Твоя задача дать нам сигнал, когда он его отпустит. Мы будем всё время на связи. Будем слышать всё, что происходит.

Я медленно киваю.

Каждое его слово звучит чётко. Логично. Правильно.

Но мне всё равно страшно.

Очень.

Ко мне подходит один человек из его охраны и аккуратно закрепляет маленькую петличку под воротником. Холод металла касается кожи, и я вздрагиваю.

– Просто говори, – тихо добавляет он. – Мы услышим.

Я снова киваю, и открываю дверь.

Ноги становятся ватными, когда я выхожу из машины. Ветер тут же обжигает лицо, проникает под одежду. Я морщусь. Но не от холода, скорее от страха.

Несколько секунд я еще стою и смотрю на здание, а потом все-таки делаю первый шаг.

Потом второй.

Кажется, что даже земля под ногами чужая.

Я иду к части склада, где горит свет. Я все еще не уверена, что Руслан действительно там, но интуитивно чувствую, что Абсалам не врал.

Пожалуйста. Пожалуйста. Пусть он будет жив.

Я подхожу к двери.

Рука дрожит, когда я толкаю её. Проходит всего секунда и я оказываюсь внутри.

Первое, что я вижу. Его.

Руслана.

Он сидит на стуле связанный, и в первое мгновение даже кажется, что он находится без сознания. Голова чуть опущена. Лицо разбито, под глазом тёмный синяк, губа рассечена. На одежде кровь.

У меня перехватывает дыхание.

– Руслан… – срывается с губ.

Забыв обо всем, я бросаюсь к нему, но не успеваю даже сделать шаг, как позади меня раздаётся знакомый голос.

– Ой… Кого я вижу.

Я медленно поворачиваю голову. И в то же мгновение вижу Абсалама.

Он стоит в стороне, скрестив руки на груди, и смотрит на меня с улыбкой. Довольной. Радостной.

– Я знал, что ты придёшь, – говорит он. – И что сделаешь правильный выбор.

Его взгляд скользит по мне сверху вниз. Медленно. Оценивающе.

Мне хочется отступить. Спрятаться. Исчезнуть.

Но я стою.

Потому что за моей спиной сидит Руслан, который не может позаботиться ни обо мне. Ни о себе. А значит, я не могу позволить себе сбежать.

– А где ребёнок? – вдруг спрашивает Абсалам.

Внутри всё сжимается.

Вот оно.

То, чего я боялась больше всего.

Я собираю всю волю в кулак и сжимаю пальцы. Делаю вдох.

– Ребёнка ты получишь… Только после того, как отпустишь Руслана.

Голос дрожит, но я не отвожу взгляда. Абсалам прищуривается.

– Мы так не договаривались, – холодно говорит он. – Сначала ребёнок. Потом остальное.

Я качаю головой.

– Нет.

Он делает шаг ко мне, но я остаюсь на месте.

– Он слишком маленький, – продолжаю я, уже тише. – Ему не место здесь.

Молчание.

Тянущееся.

Тяжёлое.

Я почти перестаю дышать. Абсалам смотрит на меня. Долго. Как будто что-то решает.

А потом вдруг усмехается.

– Ладно, – говорит он. – Хорошо. Но… – добавляет он, и я замираю. – Я должен убедиться, что ребёнок с тобой.

Сердце падает вниз.

– Пошли, – кивает он в сторону выхода. – Покажешь, где он.

Глава 46

Внутри у меня всё сковывает в тот самый момент, когда он говорит: «Пошли».

Ребенка там нет. Лёва дома. В безопасности вместе с Фатимой.

Вот только что будет, если Абсалам поймет это раньше, чем его отец успеет его обезвредить. Всё рухнет. И наш план тоже.

Я медленно натягиваю улыбку и киваю.

Как же я надеюсь, что отец Абсалама и Руслана все это слышит. Как же я хочу, чтобы они были начеку!

Я на секунду поворачиваю голову к Руслану, словно проверяя в порядке ли он.

Наши взгляды встречаются.

И в его глазах застывает тревога. Резкая, жёсткая. Он едва заметно качает головой, будто пытается остановить меня. Сказать без слов, чтобы я этого не делала.

Но я лишь киваю ему в ответ, взглядом пытаясь показать, что у меня все под контролем.

Поймет ли он?

Сейчас эти неважно.

Я смотрю на него чуть дольше, чем нужно, будто пытаюсь запомнить. Его лицо. Его глаза. То, что он жив.

И отворачиваюсь.

– Пошли, – тихо говорю я, и Абсалам довольно следует за мной.

Мы выходим из ангара.

Ночь встречает нас холодом и ветром. Он пробирается под одежду, хлещет по лицу, но я почти ничего не чувствую. Только напряжение и скачки адреналина.

Я иду впереди. Абсалам чуть позади, но я чувствую на своей спине его взгляд. Чувствую, как он следит за каждым моим шагом.

Кажется, что дорога до машин длится вечность.

Сердце бешено бьется. Я слышу его стук в ушах. Считаю шаги. Раз. Два. Три.

Ещё чуть-чуть.

Ещё.

Я останавливаюсь.

– Здесь, – говорю я и поворачиваюсь.

На секунду всё замирает.

Абсалам смотрит мимо меня.

И его лицо меняется.

Сначала в глазах вспыхивает непонимание, а потом я вижу, как он медленно всё осознает.

Видит машины, свет от фар и первые хлопнувшие двери людей Хамидова.

И я вижу, как в глазах Абсалама вспыхивает ярость.

– Ты… – начинает он, но не успевает договорить, потому что, видимо, инстинкты срабатывают быстрее.

Он резко разворачивается и бросается бежать. И в этот момент всё взрывается.

Первый выстрел разрывает тишину так резко, что я вздрагиваю всем телом. Потом ещё один. И ещё.

Начинается то, чего я больше всего боялась. Стрельба.

Я даже не сразу понимаю, кто её начинает. Но сейчас это уже неважно.

Я инстинктивно пригибаюсь, закрываю голову руками, но понимаю, что стоять здесь нельзя.

Руслан.

Мысль о нём пробивает сквозь страх.

Он там.

Один. Связанный. И люди Абсалама уже наверняка поняли, что это засада.

Я срываюсь с места и бегу обратно к ангару.

Пули свистят где-то рядом. Я слышу крики. Чьи-то команды. Шаги.

Я почти не понимаю, что происходит вокруг.

Просто бегу, стараюсь как можно быстрее достичь двери. Спустя пару минут, я забегаю внутрь.

Это место преобразилось всего за несколько мгновений. Из тихого холодного ангара, превратилась в поле боя из настоящих боевиков. Сейчас здесь много людей, и вместо привычного шума ветра за стенами, сейчас здесь слышны только крики и выстрелы.

Я оглядываюсь.

– Руслан!

Голос срывается.

Я не вижу его.

Паника поднимается волной.

Где он⁈

Я пригибаюсь и почти на четвереньках пробираюсь вдоль стены, стараясь стать как можно незаметнее.

Сердце колотится так, что кажется сейчас вырвется.

И вдруг я замечаю его. Сбоку. Почти у стены. Он всё ещё привязан, но уже наклонился вперёд, пытается что-то сделать с верёвками.

– Руслан… – выдыхаю я.

И ползу к нему.

Каждый метр даётся с трудом. Я чувствую, как по спине стекает холодный пот. Как дрожат руки.

Но я добираюсь.

– Аля⁈ – он смотрит на меня так, будто не верит. – Ты что тут делаешь? Я думал, ты…

– Ты с ума сошёл? – перебиваю я, почти шёпотом, но резко. – Как ты мог подумать, что я тебя просто брошу⁈

Мои пальцы дрожат, когда я начинаю развязывать верёвки.

А под пристальным взглядом Руслана это сделать ещё сложнее. Сейчас он смотрит на меня иначе. Не так как обычно. Привычный холод и отстраненность сменились на какую-то необъяснимую мягкость, и от этого мне становится одновременно и тепло и страшно.

Я чувствую его взгляд кожей.

Но не даю себе остановиться.

– Потом, – шепчу. – Давай потом. Надо уходить.

Верёвки поддаются.

Я помогаю ему подняться.

Он тяжело дышит, опирается на меня. Его вес ложится на мои плечи, и я едва удерживаю равновесие.

– Держись, – говорю я. – Всё будет хорошо. Слышишь? Всё будет хорошо.

Я повторяю это больше для себя, чем для него.

Мы идём к выходу.

Медленно. Очень медленно.

Каждый шаг дается с усилием.

Он почти висит на мне, и я чувствую, как он слаб.

Но мы идём.

Я вижу свет выхода. Вижу, как люди отца Абсалама уже берут верх. Вижу, как где-то впереди падает он сам.

Абсалам.

На секунду всё будто замирает.

Крики, выстрелы, звуки сирен где-то вдалеке.

И вдруг все это прерывает оглушительный выстрел где-то совсем рядом.

Я поднимаю взгляд. Абсалам падает у входа в ангар, прижимая к себе пистолет.

Что случилось?

Я не успеваю ничего понять.

Только чувствую, как тело Руслана вдруг становится тяжёлым. Слишком тяжёлым.

– Руслан!

Он выскальзывает из моих рук и падает.

– Руслан⁈

Я опускаюсь рядом с ним.

И сначала не понимаю.

Правда не понимаю.

А потом вижу кровь.

Она быстро растекается по его одежде, по полу.

– Нет… – шепчу я.

Руки начинают трястись сильнее.

– Нет, нет, нет…

Я склоняюсь над ним, хватаю его за лицо.

– Руслан! Смотри на меня! Слышишь меня⁈

Я бью его по щекам, не сильно, но отчаянно.

– Не смей! Не смей закрывать глаза!

Он тяжело дышит.

Смотрит на меня.

Но взгляд уже мутнеет.

– Пожалуйста… – голос срывается. – Пожалуйста, держись…

Я чувствую, как слёзы текут по щекам, но даже не замечаю этого.

– Руслан! Не отключайся! Слышишь меня⁈

Мои руки сжимаются на его щеках, когда я пытаюсь вернуть его в реальность. Он смотрит на меня, его глаза все еще полны боли и недоумения. Я вижу, как его дыхание становится все более прерывистым.

– Руслан! Ты слышишь меня? Руслан!

Его бросает в дрожь, а на лбу появляются первые капли холодного пота. Я снова трясу его, надеясь, что это поможет, что он придет в себя, но вместо этого вижу, что он уже даже не пытается подняться.

Его губы дрожат. Он пытается что-то мне сказать, но даже это выходит у него плохо.

– Руслан! Руслан! Пожалуйста!

Его рука чуть дёргается, и прижимаюсь к нему ближе снова совершаю попытку поднять, но вместо этого слышу лишь его тихий, почти безжизненный шепот.

– Аля… Я… Я тебя люблю.

А потом его тело расслабляется, и я понимаю, что он окончательно теряет сознание.

Глава 47

Я не помню, сколько провела здесь времени. Не помню, когда снова взяла его за руку и даже не помню, как его провезли.

В памяти сейчас образовался огромный ком воспоминаний и ужасов, которые я пережила за последние пару дней.

Но сейчас все тихо. И только больничные стены и запах спирта напоминают мне, о том, что случилось в том Ангаре.

Я склоняюсь над ним, держу его за руку, и вдруг чувствую, как пальцы Руслана чуть сжимаются в ответ.

Сердце у меня внутри замирает.

– Руслан… – шепчу я, боясь спугнуть этот момент.

Его ресницы дрожат. И спустя минуту он, наконец, открывает глаза.

В груди у меня что-то трепетно сжимается, как будто меня резко вернули к жизни.

Он жив.

Он очнулся.

– Аля?.. – хрипло, почти не слышно.

Я киваю, не в силах сдержать улыбку, и осторожно провожу рукой по его лицу, по щеке, по виску, будто проверяю настоящий ли он.

– Я здесь, – тихо говорю я. – Всё хорошо.

Он смотрит на меня, как будто собирает реальность по кусочкам.

– Что… случилось? – его голос слабый. – Где Абсалам?.. Как ты?..

Я мягко качаю головой.

– Тише. Не надо сейчас об этом, – я стараюсь, чтобы голос звучал спокойно, уверенно. – Всё закончилось. Его забрали на скорой. А потом взяли под стражу.

Он моргает, пытаясь осмыслить.

– Под стражу?.. – в его взгляде появляется удивление. – Я слышал… стрельбу… Как мы выбрались?..

Я уже открываю рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь палаты тихо открывается.

Я оборачиваюсь и вижу еще одну фигуру. Статную, высокую, поразительно похожую на самого Руслана.

Глава семейства Хамидовых.

Он заходит медленно, будто не хочет нарушить этот хрупкий покой. Его взгляд сразу находит Руслана, и я чувствую, как его рука напрягается. Он пытается приподняться, будто готовится к чему-то.

– Отец?.. – в его голосе звучит настороженность. – Что ты здесь делаешь? Зачем…

– Руслан, – мягко перебиваю я, сжимая его ладонь. – Всё хорошо. Правда.

Он смотрит на меня и явно не понимает.

– Твой отец помог тебя спасти, – тихо добавляю я.

В палате повисает тишина.

Отец подходит ближе, садится рядом с кроватью. Некоторое время он просто смотрит на сына.

– Здравствуй, сын, – говорит он наконец. – Рад, что ты в порядке.

Руслан хмурится, всё ещё не веря своим глазам.

– Объясни, что произошло, – коротко просит он. – Ты в сговоре с ним? Или это какой-то другой перформанс ты решил устроить?

Отец тяжело вздыхает.

Я вижу, как в его лице появляется усталость. И что-то ещё… что-то очень похожее на раскаяние.

– Фатима рассказала мне всё, – начинает он. – Про тебя. Про Алю. Про то, что собирался сделать Абсалам.

Он замолкает, проводит рукой по лицу.

– Я был в ярости, – признаётся он. – Я, конечно, не одобрил, когда ты ушла от него, – он бросает взгляд на меня, – но… убить брата за это…

Он качает головой.

– Я не мог этого допустить.

Он встаёт, проходит по палате, как будто ему трудно сидеть на месте.

– Я был слеп, – говорит он глухо. – Слишком занят своим гневом, своей гордостью. Не видел, во что превращается мой сын.

Он останавливается.

Смотрит на Руслана.

– Прости. Если сможешь.

Руслан моргает, явно не ожидая этого слова.

– За что?..

– За то, что не остановил его раньше, – тихо отвечает отец. – За то, что позволил всему зайти так далеко.

Тишина.

Я чувствую, как напряжение в комнате меняется. Становится другим. Руслан слегка расслабляет руку и ложиться обратно.

– Где он сейчас? – спрашивает Руслан без колебаний

– В СИЗО. После того как он выстрелил в тебя, к него уже не было шансов избежать тюрьмы. Полиция посмотрела все камеры из этого ангара. Похоже, что он угрожал не только тебе. Сейчас он ждёт суда.

Я невольно опускаю взгляд.

Всё закончилось?

Неужели все на самом деле закончилось?

– Я… – тихо начинаю я, сама не до конца понимая, как решаюсь это сказать. – Я ведь официально всё ещё его жена…

Отец Руслана переводит на меня взгляд, а потом кивает:

– Да, – спокойно говорит он. – Но это ненадолго. Я позабочусь о том, чтобы вас развели официально.

У меня внутри что-то отпускает.

Словно ещё один узел развязался.

Он делает шаг к двери, но вдруг останавливается.

– И ещё… – его голос становится тише.

– За него перед тобой мне тоже стыдно.

Я поднимаю на него глаза.

– Не все мужчины такие, – добавляет он. – Просто… я плохо его воспитал.

Он делает паузу.

– Извини.

И потом, словно вспомнив, подходит ко мне, смотрит прямо в глаза и произносит:

– Чуть не забыл.

Он достаёт что-то из кармана, и у меня внутри вдруг будто перещелкивает!

Это же оно!

Мое кольцо! Кольцо, которое осталось мне от матери, и которое Абсалам забрал у меня для Дилары.

Кольцо.

У меня перехватывает дыхание.

– Я знаю, что оно принадлежит тебе, – говорит он, протягивая его.

Я беру кольцо дрожащими пальцами.

– Спасибо… – шепчу, не в силах поверить, что держу его в руках.

Он кивает. Еще некоторое время изучающе смотрит на меня, а потом улыбается. Слегка виновато, но очень искренне.

– Простите, мне пора. Еще надо кое-что уладить в СИЗО.

Он разворачивается и уходит.

Дверь за ним тихо закрывается.

Мы остаёмся вдвоём.

Я поворачиваюсь к Руслану.

Он смотрит на меня.

Так, что у меня снова перехватывает дыхание.

Усталый. Бледный. Но живой.

Его взгляд сейчас настолько красноречивый, что мне становится трудно его выдержать.

– Спасибо, – говорит он тихо.

Я чуть хмурюсь.

– За что?

Он улыбается слабо.

– За то, что ты сделала, – отвечает он. – За то, что не испугалась. Я даже представить не мог…

– Тише, – мягко перебиваю я, проводя рукой по его волосам. – Тебе нельзя сейчас так говорить.

Я наклоняюсь и осторожно целую его в лоб.

– Я не могла иначе, – шепчу.

Он смотрит на меня удивленно.

– Почему?

Я замираю на секунду.

А потом просто говорю:

– Потому что я люблю тебя, Руслан. Всем сердцем.