Текст книги "Вышитые сны маленькой гианы (СИ)"

Автор книги: Олла Дез

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 28 страниц)

Глава 25. Хочется, чтобы кто-нибудь пришел и пожалел… Пожалел, что пришел

– Дорогая, вышивание – это так нежно и романтично!

Уверена, вы вкладываете всю душу.

– Или выгоняю чужую.

Отличная замена кукле вуду.

Хочется, знаете ли, иногда иголкой поработать.

Пещера была ярко освещена, и казалось, что можно разглядеть каждую щелку и трещинку в стенах. В ней было пусто, точно так же как и в предыдущей пещере. С той лишь разницей, что тут крыс не было, а прямо посередине нее стоял абсолютно голый джин Ибн-ал-Калби.

Уж лучше были бы крысы. Ну, или жабы. Есть еще слизни, противные такие, на листьях сидят. Тоже очень неприятно. Или вот еще колорадский жук в банках. Мне вот всегда не нравилось его собирать летом в детстве.

Но передо мной стоял во всем своем «великолепии» именно этот джин, который и в одежде не вызывал у меня положительных эмоций. А уж в своем, так сказать, первозданном виде ничего кроме омерзения не вызывал. Стало противно.

– Далия, дорогуша. Что, не нравлюсь? – и это существо еще и игриво бедрами вильнуло.

Меня передернуло. Нет, я не ханжа, и с удовольствием бы посмотрела на стриптиз в исполнении красивого парня. Но вот представьте пьяного мужика в автобусе, решившего заняться эгсбиционизмом? Вот и тут примерно та же картина. Потому что этот хвостато-клыкастый черт мне был очень неприятен. И наверняка это и не он вовсе, а происки нашего главного злодея Аджи-Дахака, но мне от этого легче не было.

– Тебе же нужно дотронуться? Сразу говорю, что догнать меня у тебя не получится. Предлагаю договориться, – и он ехидно оскалился.

– И что же ты хочешь? – отзеркалила я ему улыбку.

– Поцелуй я хочу.

– Нет!

– Ну, тогда можешь приласкать меня? – и он снова весьма недвусмысленно качнул бедрами.

Я даже отступила на шаг назад. Если бы это мне не нужно было дотронуться до него я бы даже, наверное, и испугалась возможного насилия. Все же этот хм… был выше и явно сильнее меня. А его хм… «достоинство» недвусмысленно намекало на его хм…скрытый потенциал.

– Я не собираюсь тут с тобой торчать целый день! Других вариантов у меня нет, – и это существо перешло на противный фальцет.

– Хорошо, я тебя поцелую, – решила я изобразить кроткую овечку, и даже глазки потупила.

– Вот так бы сразу, дорогуша.

Я аккуратно, все так же опустив глазки, подошла к нему и, положив руку на его обнаженное плечо, спросила.

– А ты договор заключил? Я что-то обещала? Подписала? Карлики бы тебя из Гамельна выгнали вместе с твоими крысами.

И я со всей дури ударила его коленкой по самому дорогому. Ну… между ног. Его скрутило и сложило.

– Нечестно! – заверещал джин, лежа голышом на каменном полу пещеры.

– А когда это джины честные сделки заключали? И потом – мне нужно было дотронуться, что я и сделала! – завопила я на него в ответ.

Существо скорчилось, пошло пятнами и исчезло. А я выдохнула.

Повернувшись к выходу, я побежала вперед, все же у меня были сомнения, что мне засчитают такую не совсем честную победу. Но повернув через несколько поворотов, моим глазам открылась следующая пещера.

Я прислонилась к стене. Засчитали. Теперь главное ничего не трогать.

Я очень хорошо помнила сказку про Алладина. Как он попал в сад, в котором на деревьях вместо фруктов висели драгоценные камни. И как ему было трудно удержаться и не сорвать их.

Вот сейчас я шла по такому саду. И при этом не испытывала ну ни малейшего желания что-то срывать. Может быть, если бы я тут постоянно жила, как, скажем, Ева в райском саду, и у меня бы постоянно маячило перед глазами это рубиновое яблоко, как вон на том дереве, я бы и соблазнилась. Но я шла мимо.

Яблоки были и рубиново-красные, и изумрудно-зеленые, и ярко-желто-топазовые. Потом пошли фрукты всех расцветок и размеров. И вот еще под ногами простая галька сменилась разноцветными камушками. Они так сверкали и переливались, и как будто просились, чтобы я нагнулась и подобрала хотя бы один. Было очень необычно идти ногами по драгоценным камням.

И вот в саду я увидела мраморную статую девушки. Она внешне очень напоминала меня. Я остановилась рассматривая. Девушка с головы до ног была усыпана драгоценностями. Начиная от массивной тиары на голове, заканчивая ножными браслетами на обеих ножках. Драгоценности были великолепными, а девушка похожа на меня. И я громко расхохоталась от такого простого фокуса. Я вот сейчас, судя по всему, должна все это снять с мраморной статуи и надеть на себя? Превратившись в новогоднюю елку? И я снова рассмеялась, развернулась и пошла дальше.

Я шла долго. Деревья, полные драгоценностей, все не кончались, снова попадались мраморные статуи с драгоценностями всех цветов и оттенков. Я стала уставать от этого буйства красок и блеска.

Ух ты, какой диванчик. Весь вышитый. Так и хочется усесться. Как искусно расположены бутоны и цветы. А какой объем. Сразу видно работу мастера. А на нем подушки с вышивкой. Да с какой необычной. Была во Франции во времена Семилетней войны популярна шелковая парча с эффектным узором, имитирующий мех. При этом это была вышивка. И вот передо мной на диванчике, и лежали вот такие подушки. А они и в правду бархатистые? И реально на ощупь – похоже на мех?

И я протянула руку к одной из подушек.

Какие же у меня руки грязные и я отдернула руку и принялась ее разглядывать. Ну да. Я же крыс ловила. Вот и перепачкалась, и как же я буду трогать эту красоту?

И тут у меня в голове щелкнуло, и я отскочила от дивана. Схватилась за голову от того, что только что чуть было, не совершила. Я даже по лбу себя треснула ладонью. Это ж надо было быть такой… хм… умной, красивой и главное удачливой. Потому что только такая девуш… гиана, способна при ловле крыс получить огромную выгоду для себя.

Я стала спиной пятиться от диванчика, пока снова не оказалась на тропинке, усыпанной драгоценными камнями. Едва я увидела знакомые сверкающие камушки, как рванула прочь из этого сада. А то мало ли. Видов вышивок на свете много. И искушать меня можно очень долго и изощренно.

Поэтому я бежала и больше не смотрела по сторонам, и, по всей видимости, Аджи-Дахаку понял, что больше искушать меня ничем не получится, потому что сад резко закончился, и я уперлась в стену с узким коридором, ведущим дальше вглубь скалы.

Коридор, по которому я шла, становился все уже и темнее. И вот я уже могу протиснуться только боком, но, по всей видимости, это и было самым узким его местом, потому что дальше он стал расширяться и даже в глубине показался свет.

И тут вдалеке послышалось песня. «Как родная меня мать провожала. Тут и вся моя родня набежала». Это пел такой знакомый и такой родной голос. Я припустилась бежать по длинному коридору и в знакомую квартирку я влетела сломя голову. Вот и коридор перед кухней, в котором я знаю каждую щель и каждую трещинку, каждую дырочку на обоях. А из кухни между тем донеслось: «В Красной Армии штыки чай найдутся,

Без тебя большевики обойдутся». Вот тут дед всегда крякал и качал головой. И я всегда недоумевала. И в самом деле, обошлись бы? Я остановилась на пороге знакомой кухни и застыла.

Все было как всегда: бабушка что-то пекла и напевала очередную залихватскую песню. На этот раз про Ваньку, который почему – то не захотел жениться на Арине, а зачем-то идет непонятно куда. Вон знакомый половник для супа, а вон там любимое бабушкино полотенце.

И вот она оборачивается и ласково так говорит.

– Что застыла-то, девонька моя? Иди сюда, я тебя пирогом угощу?

И бабушка протянула ко мне руки. Сколько же раз я вот так с разбегу кидалась в эти ласковые объятья и меня гладили по голове и угощали пирогом? А потом обязательно слушали и про неприятности в школе, и про подружек, и про Сеньку, что сидит за соседней партой.

И я сделала шаг вперед.

Тут произошло сразу две вещи, которые вернули меня с небес на землю. В глазах у бабушки появился незнакомый торжествующий и злобный огонек, а потом она вдруг резко качнула головой из стороны в сторону. Нет? Что нет? Не подходить? И я очнулась.

– Ты ведь не моя бабушка, да? – и я отступила на шаг назад.

И вот знакомая кухня поплыла, и исчезла, а передо мной знакомые стены пещеры. И только бабушка все еще стоит передо мной.

Она снова протянула руки ко мне, но я уже понимала где я и кто я. Я давно уже не та маленькая девочка, что бежала к ней после школы, не желая идти домой к родителям. Я выросла и даже успела почти умереть. Я не должна дотрагиваться до нее, как бы мне этого не хотелось бы.

Я снова сделала шаг назад.

И тут услышала знакомый писклявый голос. Точно так же он уже вопил, когда я не стала его целовать.

– Ты играешь нечестно, не честно! Ты не должна была выиграть! Вы все нечестные!

И вот уже бабушкин образ стал быстро терять краски. Он как будто истончался, пока не осталась лишь едва заметная дымка, похожая на скопление белого утреннего тумана.

У тумана можно было отчетливо рассмотреть черты лица бабули. Вот теперь она и улыбалась по-другому. Не было и в помине хищных и злых ноток в ее улыбке. И как я сразу не заметила разницы?

Я протянула руку, но она прошла сквозь туман и я не почувствовала, что коснулась чего-то. А фигура из зыбкого тумана вдруг качнулась и, махнув рукой, позвала к самому углу последней пещеры. Там было жутко темно, и сама бы я туда не полезла. Но бабушка так настойчиво звала меня, что я шагнула вперед и, оторвав от запястья красную нитку, сотворила крошечный огонек, который сгорая, осветил темный угол.

Там в углу не было ровным счетом ничего интересного, но бабушка вдруг положила руки на серую каменную стену и сделала вид, что нажала. Я положила свои руки поверх ее и повторила ее движение. Каменная стена ушла в сторону, и я увидела тайник. Дверка, что мне открылась, была узкой и длинной. Странная форма. Но я, ни на минуту не подумав о возможной ловушке, смело ее толкнула.

Внутри оказалась каменная рука, а в руке был зажат меч.

Я прикрыла глаза и перед моим внутренним зрением предстала каменная фигура воина с закрытым шлемом лицом, поэтому его расу было невозможно определить. А в руке он сжимал этот меч. Он окаменел? Или его живого замуровали? Нет! Стоп! Эти знания мне совершенно точно не нужны и я открыла глаза.

Бабушка мне ласково улыбнулась и кивнула на меч. Я протянула руку и попыталась вынуть его из зажатой каменной ладони. И как ни странно мне это очень легко удалось.

Только вот клинок был тяжелый, так что я даже опустила руку с ним, и его кончик уперся в пол. Так он был спрятан в складках моего платья и был не так сильно тяжел.

Я снова посмотрела на бабушку, она кивнула, а потом протянула руку и ласково погладила меня по щеке. Она как бы утирала слезинку, что медленно катилась по моей щеке. Образ бабушки стал таять. И вот уже она снова только в моих воспоминаниях.

Я вытерла слезы. Нда. Грязная, в порванном платье, заплаканная. Но зато полностью соответствую сну Стронтиана.

Вперед. Я убью этого Дахаку. Столько злости он во мне пробудил, что я просто не знаю, что с ним сделаю.

И я, волоча за собой тяжелый меч, двинулась дальше.

Далеко идти не пришлось. Меч оттягивал мне руку, и неизвестно, долго бы я смогла его волочить за собой.

Я была последней. Гидеон и Стронтиан стояли чуть впереди, Лу держалась за плечом Тиана. Все были, как и я потрепаны, но сильных ранений не было. Все трое обернулись, и Гидеон удовлетворенно кивнул, но с места не сдвинулся, продолжая тревожно смотреть вперед. Я тоже взглянула, но кроме тьмы ничего не увидела. И тут снова раздался этот противный скрипучий голос.

– Нечестно, нечестно. Я должен был выиграть. А вы сжульничали. Джины вы! Вот вы кто! Я столько времени и магии потратил на ловушки и все впустую! Убью сам!

И вот из тьмы вынырнуло существо. Это была толстая длинная змея, только вот с тремя головами. На нашего родного Змея Горыныча существо было совсем не похоже. У Змея Горыныча было тело и лапы. У этого существа были только три головы и бесконечный хвост. Именно бесконечный. Потому что кончик его нам так и не показался.

Я как завороженная смотрела на толстое тело змеи и очнулась, только когда Лу испуганно схватила меня за руку. В другой руке я судорожно сжала меч, скрытый в складках платья. Все-таки есть в змеях что-то гипнотизирующее. А может быть, инстинкт самосохранения срабатывает, и мы застываем, показывая тем самым отсутствие агрессии и давая змее время уползти и не напасть. Как бы то ни было, но застыла только я. Лу успела отбежать ко мне, а вот Гидеон и Стронтиан уже перекинулись и сейчас сражались сразу с тремя головами чудовища.

Тело Ажи-Дахаку двигалось с ужасающей скоростью, и уследить за ним можно было только в облике единорога и мантикоры, потому что у меня все слилось в один огромный вихрь. Говорят, что пьяная змея ползает ровно. Может быть нам его напоить? Только вот чем? Не подготовились мы совсем. И из моего рта вылетел истеричный смешок.

– Даша! Они не справятся! Он слишком силен! Сделай что-нибудь. Ты же можешь?

Я? Да я этот дурацкий меч еле в руках держу. Да и к чему он? Стронтиан и Гидеон сражаться им в истинном облике не могут. Что делать то?

– На кухне болтали… – начала было Лу.

– Лу! Говори! Быстро! Сведения на твоей кухне порой ценнее самого умного манускрипта. Молва народная много чего знает!

– Говорили, что когда он джин с головой, руками, и двумя змеями по бокам, то победить его сложно, но можно. А вот когда он в облике трехглавой змеи, то нужно перевязать поток магии, идущей по хвосту, а потом перегубить его.

– Лу! Напомни мне, как будем во дворце, всей кухне выделить премию. Пошли!

И я, стараясь не привлекать к нам лишнего внимания, потащила ее к пугающей темноте. Но именно оттуда торчал длиннющий хвост. Когда мы подошли ближе, я смогла рассмотреть, что это была глубокая пропасть. Если упадешь в нее, разобьешься совершенно точно. Только вот и хвост уходил в нее по всей своей длине. Более того, он еще на дне свивался в несколько колец.

Вот это он вымахал за века заточения.

Только медлить было опасно. В любой момент нас могли заметить. Я быстро сорвала с пояса свои платки. Я сама их ткала, вернее всю мою одежду изготовила гиана, но нитки мне подчинялись, и я была уверена, что все получится.

Я аккуратно положила меч на землю. Лу, увидев его, удивленно воскликнула, но тут же зажала рот рукой. На нас никто не обращал внимания. Гидеон и Стронтиан приковали к себе все внимание Ажи-Дахаку.

– Лу! Держи мои платки, свяжи их со своими, и когда он в очередной раз приподнимется, и чуть проползет, нужно подсунуть их под него и быстро стянуть. Действовать нужно быстро. Иначе одно движение и мы с тобой полетим в пропасть.

Лу кивнула. Я боялась отойти от края, потому что тогда мы придвинемся к голове и он нас может заметить. А это вовсе ни к чему. Тело змеи все время приподнималось в движении, он как бы подтягивал кольца и извивался. Но этого точно было недостаточно. Поняв, что так не получится, я стянула с руки все нити, что были, и магией быстро сплела большую разноцветную веревку.

– Лу. Я сейчас ударю всей магией, что есть. А ты обязательно должна ее перетянуть. Я ее завяжу, а потом будем рубить мечом. Готова?

Лу сосредоточенно кивнула и зажгла на пальцах какое-то заклинание. Уроки Тиана не прошли даром, – хмыкнула я про себя и ударила. Толстая веревка из ниток вспыхнула всей магией сразу, и ощутимо тряхнула змею. Сильного урона ни чешуе, ни тем более телу змеи я не нанесла, но нужного эффекта добилась.

Лу действовала быстро и ловко. И вот уже тело змеи перетянуто платками, отделяя его от хвоста.

Наши действия, по всей видимости, привлекли внимание Ажи-Дахаку, но он явно не ждал от нас ничего серьезного. Ну, лает Моська на слона, пусть дальше лает.

Только вот я подняла меч и со всей силы опустила его на хвост злой змеюки.

Ажи-Дахаку заверещал. Опять все тем же препротивным голосочком. Он, наверное, снова вопил, что мы нечестные.

Платки, которыми мы перевязали тело Ажи-Дахаку, надежно удерживали его на одном месте. Я держала его магией и у меня пока получалось. Так вот зачем нужно было перевязывать? А я и не поняла сразу. Но видя, что, несмотря на все усилия, хвост с места не двигается, я в который раз послала хвалу кухонным знаниям Лу.

Только вот хвост я не перерубила. Руки так дрожали, что я даже не могла вытащить из тела меч. И тут подскочила Лу и, положив свои руки на меч, стала тянуть. Вдвоем у нас все же получилось его вынуть из тела змеи.

Из раны хлынула густая и темно-вишневая кровь. Мы с Лу мгновенно оказались перепачканы в ней. Надеюсь, она не ядовитая.

Аджи-Дахаку снова взвыл. Но Стронтиан и Гидеон надежно удерживали его головы, именно этим и объяснялось, почему мы еще живы с Лу и не скинуты в пропасть. Но надолго нас не хватит. И этот временный паралич, безусловно, не навсегда. Скоро его хвост придет в движение и нам несдобровать.

Но вот как ударить второй раз? И главное – как попасть в то же место? И я беспомощно посмотрела на Лу.

– Давай я? – и Лу взяла у меня меч.

Она ударила, и что меня обрадовало, в то же место, что и я. Наверное, это особенности меча? Только вот рассуждать и обдумывать было категорически некогда.

Я ухватилась за рукоятку, и мы с Лу снова его вытащили.

– Давай мне. Теперь моя очередь.

Я подняла тяжеленую штуковину и со всей силы ударила мечом по змее. И вот на третий удар у нас с Лу получилось.

Хвост перебился и стал падать в пропасть вместе с моими платками. Только вот оставшийся обрубок активизировался, и чуть было не попал по нам с Лу. Мы не улетели с Лу в пропасть по чистой случайности. Бросив меч и схватив Лу за руку, я побежала прочь от пропасти. Не сумеем добежать до стены, но от края нужно убраться как можно дальше. Мы все время виляли, потому что освободившийся обрубок хвоста так и норовил нас задеть. Но хорошо хоть глаз у него на хвосте не было. Из обрубка хлестала темная кровь, и мы были покрыты ею с головы до ног.

Нам все же удалось добежать до стены и, прислонившись к ней, перевести дух. Обрубок хвоста Ажи-Дахаку задел по мечу и тот полетел в пропасть. Меч было жалко, только вот выхода у меня не было. Уж больно он тяжелый. Но с другой стороны другой бы и хвост не перерубил. Кто знает.

А вот у Гидеона и Стронтиана дело после того как мы отрубили Ажи-Дахаку часть тела существенно продвинулось. Всего одна голова осталась и теперь мы с Лу не сомневались в победе.

Только вот и борьба с этой основной головой затянулась надолго. Но в конечном итоге извивающееся тело огромной змеи Гидеон умудрился скрутить могучими лапами, а Стронтиан рогом отрезал голову начисто.

После этого сил у них хватило только на переход в человеческий облик. Они так и остались лежать, обнимаясь один с телом, а другой с обрубком головы.

Мы с Лу переглянулись и направились каждая к своему герою. Лу с трудом, но все же сдвинула голову, а я освободила руки Гидеона.

Так мы и лежали. Я обнимала моего короля и делилась с ним остатками моей магии. Прибежали мои лисички и стали активно тереться, отдавая магию. Тевмесс побежал к Лу и с ней тоже поделились, потому что Тиан поднял голову и кивнул лисе в знак признательности. Ну, если голову поднять смог, значит и встать скоро получится.

Так и оказалось. Ни у кого не было ни малейшего желания задерживаться в логове Ажи-Дахаку и мы, поддерживая друг друга, двинулись на выход. К нашему огромному облегчению идти было недалеко. Когда джина заточили, его сбросили в пропасть в пещере и замуровали дверь. Пещера представляла собой вход и пропасть. А вот весь остальной лабиринт создал сам Ажи-Дахаку, и он исчез вместе с его смертью.

Так что мы за первым же поворотом увидели открытую дверь наружу и даже петлять и карабкаться никуда не пришлось.

Но еще больше мы обрадовались нашему отряду, что поджидал нас прямо у входа. Как оказалось, гибель злого джина ощутили все маги и решили, что помощь нам не помешает.

Мы сидели у входа в пещеру. Маки продолжали безмятежно цвести и огромная белоснежная шапка горы все так же возвышалась рядом.

Переодеться было не во что, но из фляг мы все же вымыли руки и лицо. А потом мы четверо набросились на еду, что была в отряде. Был уже поздний вечер, и мы не ели весь день, а магии и энергии потратили много.

Пока мы сидели, ели, размышляя о наших дальнейших действиях, к нам стал подниматься небольшой отряд. Когда они подошли ближе, мы смогли рассмотреть, что это гвардейцы нашего сопровождения, что ждали нас у подножья. А еще в отряде были джины. Они несли большой сундук.

Впереди процессии шел Ибн-ал-Калби собственной персоны. Вот уж кого я точно не была рада видеть.

Гидеон встал и, потянув меня за руку, помог подняться. Я прижалась к нему, так как ноги меня держали с трудом.

Надеюсь, они на нас нападать не рискнут? Просто вряд ли и Гидеон и Стронтиан сейчас способны оказать сопротивление. А наш отряд хоть и был многочисленным и в нем достаточно магов, но все же это джины? А сейчас идеальный момент для атаки, когда оба повелителя ослаблены. Но никто не разделял моих опасений. Мой король стоял в расслабленной позе, а Стронтиан даже не поднялся с травы и сидел, обнимая Лу, уткнувший носом в ее волосы.

Стоило Ибн-ал-Калби приблизиться, как он растекся в своей клыкастой улыбке и постоянно кланяясь, заговорил.