Текст книги "Вышитые сны маленькой гианы (СИ)"

Автор книги: Олла Дез

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 28 страниц)

Глава 21. Я никогда в жизни не дергал девочек за косички, потому что один раз в деревне дернул за хвост кон… единорога

Почему единороги – это выдумка, а жирафы – реальность?

Скажите, что больше похоже на миф:

обычная лошадка с рогом во лбу

или двухэтажный безрогий лось – мутант

в леопардовом прикиде и 6–ти метровой шеей?

Гамельн. Но местные жители первую букву произносили мягче, поэтому здесь город звучал скорее как Хамельн. Жители в энциклопедии, которую я прочла от корки до корки, назывались карликами. В реальности его население было просто маленькими людьми. Кто-то вроде хоббитов. Я для гианы была низкой, а Лу для человека высокой, так вот нам эти карлики были по плечо. Ну… Низкие люди.

И магия, и специфика общения, и культура у них сильно отличались от людской. И главной чертой карликов была их пресловутая жадность. Они торговались по любому пустяку, складировали ненужный хлам, очень редко что-то выкидывали, никогда не оставляли чаевых и уж точно считали каждую копеечку, что вы дали им на сдачу.

Неудивительно, что магистрат именно этого города отказался платить тогда, много лет назад, Гамельнскому крысолову его честно заработанные деньги. Ну, все же логично? Работа уже сделана, за что платить? Деньги нужно было брать заранее в качестве предоплаты, работу делать не всю, а частично, и вообще договор следовало подписать.

Именно такие оправдания в духе карликов мне приводили, когда мы прибыли в город. И мы сразу же отправились к главной площади города, где стояла ратуша городского собрания. То самое здание, из которого с позором выгнали в свое время Гамельнского крысолова, не заплатив ему обещанных денег. Там и суммы-то не было точной. Как жаловался мне один из наших сопровождающих: «что это, скажите на милость, за сумма, которая и звучит то смехотворно «Столько, сколько он сможет унести»? Кто так договаривается? Смотря в чем унести. В допустим? Или в сумке? Или у него мешок будет за плечами? Или только в карманы насыплет? И потом. Что насыплет? Золото? Серебро? Медь?

Одним словом, по словам всех карликов, что мы встречали, Гамельнский крысолов был везде не прав и кругом виноват. И договор не заключил, и толком не договорился, и работу сделал, а за оплатой только потом пришел. Ну, кто с таким вообще работать будет? Только вот на мой резонный вопрос «А вот если бы он сейчас появился, вы бы ему заплатили на тех же условиях?» Ответ у всех был один. «Не только заплатили, но и тележку бы дали, если он вдруг не справится с мешком, сундуком или что он там выберет».

В этом мире сказка если и отличалась от нашей легенды, то лишь в деталях. А так Гамельнский крысолов пришел, подудел в свою дудочку, крысы за ним пошли, и он их утопил. А когда ему не заплатили, снова подудел в дудочку и на этот раз за ним пошли дети.

Характерно, что детьми тут числились все, кому не исполнилось четырнадцать лет. То есть и почти подростки. Но в этом правиле было исключение, которое меня возмутило. Подросток должен быть девственным. Иначе – это уже не ребенок. Я собиралась вступить в полемику с наглым карликом, с постным лицом рассказывавшим мне о добродетели, но была буквально силой уведена Гидеоном. Он подхватил меня и утащил. А я только было собиралась начать доказывать этому ханже, но… Ладно. «И не надо еще забывать про насилие. Это было во времена средневековья!» Только и успела крикнуть я, как мне рот нагло заткнули поцелуем. Вот же!

Куда увел Гамельнский крысолов детей, было никому не известно. Городской совет, желая хоть немного реабилитироваться в глазах жителей, расщедрился и оплатил отправку во все концы гонцов с подробнейшим описанием случившегося и просьбой оповестить, если в окрестностях появятся неучтенные дети. Но ни в соседних городах, ни в столице детей никто не видел.

На вопрос «А где были взрослые, когда уводили детей?» Все пожимали плечами. Не смог никто ни задержать, ни окликнуть, ни вообще хоть как-то отреагировать. Все как зачарованные проклятой дудкой стояли и смотрели, как навсегда уходят их дети.

Мои любимые братья Гримм написали по этой легенде сказку. И в ней дети не исчезли, а ушли в волшебную страну полную изобилия и процветания. Он провел их сквозь гору в далекий предалекий край, где им предстояло жить.

Ну, вроде бы пострадали карлики, выучили науку и больше так делать не будут. Что мешает благополучно забыть об этой истории? В конце концов, много времени прошло и много воды с тех пор утекло.

Но все оказалось не так просто. Дети продолжали пропадать. Каждый год в один и тот же день, а именно в тот злополучный летний день, когда городской совет обманул Гамельнского крысолова, таинственным образом дети исчезали. Вот только что играли на улице, и вот уже их нет. И ничего не помогало. Матери не сводили с детей глаз в этот день и все равно они исчезали. Иногда пять, а иногда и двадцать.

Я когда это услышала, схватилась за голову и посмотрела на Гидеона.

– А что я могу сделать? У них тут ни Белой Башни нет, ни дома-торта. У них вот – городская ратуша на площади. Так в ней Совет города заседает, посетители и жалобщики каждый день приходят. И никаких монстров в ней не наблюдается. Как я, по-твоему, могу на это все реагировать? Я высылал пару лет назад комиссию. Опытные маги приехали, походили, провели в городе целое лето, в том числе и тот злополучный день. Толку никакого. Дети снова пропали, и даже больше, чем обычно. Больше я не вмешивался.

Мы стояли на площади и смотрели на ту самую городскую ратушу. Куполообразную крышу подпирал ряд колонн. Центральное здание было красивым и даже немного помпезным, но его с двух сторон усиленно подпирали два совершенно обычных дома, которые возвели домовитые карлики, когда поняли, что вся эта красота плохо сочетается с практичностью. И теперь городская ратуша так и стояла, красивое круглое здание с колоннами и обычные дома рядом, плохо сочетаемые с основной красотой.

– А зачем нам туда? – спросила Лу.

– Затем, что в моем сне вы выбегали из него, опять вдвоем и ночью, а за вами неслась черная масса довольно больших крыс, – ответил Стронтиан.

– Нет! Скажи, что ты пошутил?! – и я даже руки сложила в молящем жесте.

– Ты боишься крыс? – удивился Гидеон.

– А почему не должна? Все боятся крыс и мышей. Лу? – и я обернулась к ней за поддержкой.

Но девушка пожала плечами.

– Нет. Если она одна. Ну, то есть не скажу, что испытываю радость при виде них. Но и огромного ужаса нет. Вот мертвых мышей и крыс я боюсь. От них зараза всякая идет. Меня приучили, что мертвая крыса к беде.

– В любом случае здесь речь идет о том, что это целое полчище крыс. И опасаться его придется в любом случае. Предлагаю в этот раз не сомневаться во сне, а принять его сразу на веру.

– То есть принять, что мы оказались одни, ночью, посреди городской площади, в компании толпы крыс, которые как минимум могут нас серьезно покусать? – уточнила я.

Гидеон заскрипел зубами и сжал челюсти, а Стронтиан помолчал немного, но сдержанно кивнул.

– Так. Вы бежите вон из той арки между центральными колоннами примерно вот в эту сторону. Дальше сон обрывается. Чем вам можно помочь уже сейчас вот отсюда? Допустим, что все это произойдет уже сегодня ночью или скорей всего завтрашней ночью. Ги? Идеи? – и Стронтиан с надеждой посмотрел на друга.

– Защитный круг?

– Далия не справится. А Лу тем паче, – покачал головой Тиан.

– Справится. Ей нужно будет его просто активировать. Я сейчас начерчу, а Далия подожжет, – не согласился король.

– Твой огненный круг? Это дельная мысль. Сколько продержится магия? Дня три точно. Может гвардейца сюда поставить? Или тройку из магов? Пусть дежурят все ночи подряд? – выдал еще одно предложение король.

Он встал в то место, что указал ему Стронтиан и принялся рукой водить огненный контур. Когда он закончил, мы отчетливо увидели большой обугленный круг, какой бывает от костра. Только вот он был на мостовой и золы или углей в нем не наблюдалось.

– Что мы должны сделать, когда добежим до него?

– Поджечь. Вы встаете в самый центр и достаточно малейшей искры. Можно даже огнивом. Но, Далия, вы же способны на легкий светлячок? Так вот он должен быть огненным. После этого от черного круга пойдут огненные волны на любого, кто приблизится больше, чем на метр. Крыс должно сжигать, когда они рискнут приблизиться.

– Лу, мы потренируемся сегодня. У тебя искра тоже должна получиться, – кивнул Стронтиан.

– И надолго его хватит? – засомневалась я.

– Это будет зависеть от количества нападающих на вас. Но в любом случае огонь их должен остановить. Попробуешь зажечь огонек? – и Гидеон вопросительно посмотрел на меня.

Я быстро дернула за ярко красную нитку на запястье, и на моих пальчиках засветилось небольшое яркое пламя.

– Отлично, Далия. Кинешь его в самый центр круга, впрочем, куда попадешь туда и кинешь. В любом случае сработает, – меня обняли и прижали к себе в знак полного одобрения.

Огонек оказался у плеча Гидеона, я не успела его потушить, но он мгновенно впитался, словно так и задумывалось.

– Ты распорядись начальнику охраны о тройках. Пусть дежурят, скажем, вон под тем фонарем. Он в мой сон не попал, девушки до него не добежали, значит, был там кто-то или не был – нам не известно.

– Отдам распоряжения, и продумаем, чем они могут помочь и каковы их действия, если они видят девушек бегущих от ратуши, – ответил Ги.

– Ну что? Идем внутрь?

И мы выдвинулись к центральному входу между двух больших колонн.

Огромное помещение, что располагалось внутри куполообразного здания, было совершенно пустым. Внутри так же были колонны, они странным образом выстроились вдоль стен, а полностью пустое большое помещение удивляло непонятностью и загадочностью.

– А почему тут пусто? Для чего вообще служит это центральное здание? – задал вопрос Гидеон сопровождавшим нас карликам.

Эхо в помещении было странным. Голос Гидеона уходил и раздваивался. Разговаривать всем резко расхотелось.

– Вот поэтому мы тут проводим только торжественные встречи, лекции и награждения. Эхо тут очень странное. А еще многие пугаются надписей на незнакомом языке, – ответил важный карлик, что сопровождал нас.

– Надписи, какие? – удивилась я.

И чуть было не прикрыла рот ладонью, таким странным показался мне свой собственный голос, от раздавшегося где-то под куполом эха.

– Да вот те, – карлик показал рукой куда-то вверх.

Мы все дружно задрали головы вверх. Сначала я не сразу поняла, что карлик имеет ввиду. И только потом, присмотревшись, в самом деле увидела целые предложения, написанные на куполе.

Купол был грязно-белого цвета. Вот снаружи это был небесно-голубой, а здесь производил впечатление плохо помытого пола, с грязными подтеками. Надписи были написаны черными чернилами, и то ли это они подтекали и давали куполу эту грязь, то ли и в самом деле тут давно никто не делал ремонта, но видно их было плохо.

– Мы несколько раз пытались их замазать, но только хуже становилось. Они проступают снова и снова. И сделать ничего нельзя, – сокрушенно покачал головой карлик.

– Кто-нибудь пробовал их расшифровать? – просил Гидеон.

– К кому мы только не обращались. И магов вызывали, и шифровальщиков, и даже батюшка ваш покойный приезжал взглянуть на них. Только толку никакого. Язык непонятный и аналогов нет, и надписи в предложения и текст не группируются. Вон видите, как по куполу разбросаны эти странные значки? – и он снова указал на купол.

Я несколько раз моргнула. И отчетливо увидела кириллицу. А потом опять отвела глаза. И снова абракадабра напоминающая то ли иероглифы, то ли рисунки маленького ребенка, только очень маленькие.

Я снова сморгнула и быстро сказала карлику.

– Мне нужен человек с ручкой и бумагой,

– Да-да. Конечно, конечно, – он засуетился и вот уже предо мной стоит молоденький карлик с папкой, а в нее встроена чернильница. Он смотрел на меня с восхищением и надеждой.

А вот остальные наградили меня недоуменными взглядами.

– Записывайте, – и я, сморгнув, уставилась на купол.

Это напоминало картинку с третьим глазом. Если долго всматриваться, через некоторое время она обретает объем. Мне очень нравились одно время такие рисунки. Можно было поднести ее к носу и таким образом расфокусировать зрение. Но я потом навострилась, и уже могла разглядывать их и без этого. И вот сейчас я пыталась сделать нечто подобное. Потому что под всей этой бессмысленной абракадаброй совершенно точно проглядывалась русская письменность.

– Шум шагов, шум шагов, бой часов, – прочитала я первую надпись и даже вздрогнула.

Так начиналось стихотворение Бродского, посвященное крысолову.

– В полночь проклятье снимай, – продолжила я.

– Верните все, что задолжали, и камень с души и из города снимете.

– Пусть принесет тот, кто прочитал.

– И вам вернется все то, что задолжалось, лишь только Дуэнде получит свое.

– Дуэнде? Кто такой Дуэнде? Кто-то что-то понял? – опустила я голову, которую все это время держала задранной к потолку.

– Дуэнде – это существо, которое невозможно прогнать или извести. Что-то вроде маленького злобного духа. Единственный способ избавиться от него – сменить место жительства, взяв с собой только необходимые вещи, – выдала Лу.

– Мы должны оставить город? Все жители? Оставить все нажитое имущество? И что будет потом с городом? – спросил у Лу карлик одетый богаче всех.

– Нет, это радикальная мера. Это следует делать, если никакого другого способа с ним договориться вы не нашли. Обычно с ним можно всегда вступить в переговоры, он принимает подношения. В вашем случае, как это ни печально, подношением служили дети. В золоте вы ему отказали, – объяснила Лу.

– Бургомистр, а может быть… – робко начал один из карликов, обращаясь к богато одетому карлику, что заламывая руки, носился по круглой зале.

Хорошо, что колонны расположены у стены, а то бы он на них натыкался, вдруг подумалось мне, и я хихикнула, представив эту картину. Ситуация совсем не располагала к веселью, поэтому я поспешно опустила голову.

– А как выглядит этот Дуэнде? Это великан? Или он обладает огромной магической силой? – вдруг спросил Стронтиан.

– Это никому не известно. Согласно сказкам и легендам он может становиться невидимым, а также менять облик. Из одежды Дуэнде предпочитают зеленые, красные или серые наряды, и обязательно носит шляпки или колпаки, – ответила Лу.

Наши сопровождающие при этих словах Лу как по команде замерли, а потом стали переглядываться.

– Что?! – потребовал ответа Гидеон.

– В такие же цвета и был одет крысолов, когда приходил и в первый раз, и во второй за детьми, – ответил один из них.

– И на голове у него совершенно точно была шляпа, – подтвердил второй.

– Странно, что он пришел среди бела дня. Дуэнде появляется в основном ночью, пугает людей, не давая им уснуть, после чего исчезает задолго до восхода солнца. Он имеет свойство передвигать предметы, седлать людей и кататься на них, хулиганит и другими способами. Скорей всего он решил поразвлечься таким вот образом. И только когда вы ему не заплатили, он разозлился, – предположила Лу.

– Что же нам теперь делать? – взвыл бургомистр.

– Отдавать то, что вы ему много лет назад не отдали, а именно – деньги за работу, – ответила Лу.

А вот при этих словах бургомистр напрягся. А потом пыхча как паровоз спросил.

– И сколько?

– Скажите, господин бургомистр, у вас есть дети? – наивным голоском спросила Лу.

– Есть и я понял, что вы хотели до меня донести. Мы соберем деньги, и я оповещу горожан. Завтра к вечеру деньги будут, – и он стремительно покинул помещение круглой ратуши.

– Ой, а вон, смотри, Далия, вон ту фразу ты не прочитала

И прежде чем я успела ее остановить, Лу прочла.

– Людская жадность – вот он яд, сгубивший гамельнских ребят.

– Лу, зачем ты! – закричала я.

– Это бесполезно, Далия. Пророчество должно сбыться, – покачал головой Стронтиан.

– Прошу прощения, вы о чем? – спросил один из наших сопровождающих.

– Теперь луции Лу придется идти вместе со мной, отдавать эти злосчастные деньги. Впрочем, чему быть, тому не миновать, В конце концов, сон и в самом деле должен сбыться, – и я вздохнула.

– Там ясно написано, что тот, кто сможет прочесть надпись должен отнести деньги. И их теперь понесут эти две девушки, потому что только они смогли это прочесть, – пояснил все еще недоумевавшим карликам Гидеон.

– Признаться, я чего-то такого и ожидал, – ответил Стронтиан.

– Я тоже, – кивнул другу Гидеон.

– Но одно утешает – тут ничего несказанно про сопровождение. И мы с тобой вполне можем отправиться с ними. Только вот не совсем понятно, а куда?

– А что за камень с души города мы снимем? – задал вопрос Гидеон.

– Ты думаешь это не иносказательно? – удивился Стронтиан.

– Нет, я думаю, что это прямое указание на место, в которое мы должны отнести деньги. У кого-то есть соображения на этот счет?

Карлики стали переглядываться и, наконец, один из них выдал.

– Из этой самой ратуши когда-то очень давно наши предки и выгнали крысолова, и почти сразу же на куполе и появились эти загадочные письмена, которые никто не мог прочесть. Но помимо знаков и символов на куполе прямо посредине появился камень. Мы пытались его снести, или вытащить, но все наши усилия были бесполезны. Камень невозможно сдвинуть с места.

– И где же он? Я не наблюдаю никакого камня, – мы даже разошлись, чтобы пристальнее рассмотреть пол.

– Так мы его замуровали, а пол подняли на уровень, чтобы его видно не было, – смущаясь, ответил еще один карлик.

– Немедленно рабочих сюда. Пол разобрать, камень обнажить и найти, срочно. Чтобы к завтрашнему утру и намека не был на этот второй пол, – скомандовал Его Величество.

И, разумеется, его никто не посмел ослушаться.

Мы вернулись в отведенный нам особняк, и оказалось, что день уже близится к закату. После ужина мы, как уже много раз было заведено, уселись с чашками у камина, при этом Стронтиан и Гидеон приглушили голоса и посматривали в сторону Лу. И только сейчас я сообразила: они ждут, что она заснет и увидит сон с чудовищем. Это было несколько жестоко, но я понимала, что избежать этого не получится.

Стронтиан сел на один диванчик с Лу, готовый в любой момент подхватить девушку в объятия, утешить и успокоить. Это было очень необычно наблюдать, как Лу постепенно проваливается в уже знакомый сон. Несколько минут прошли в молчанье, а потом Стронтиан не выдержал и, приподняв Лу, усадил ее к себе на колени, уже заранее защищая от кошмара, который должен неминуемо последовать.

– Дуэнде! Нуэ! – с криком Лу проснулась, чтобы немедленно утонуть в глазах Стронтиана, который ласково гладил ее по лицу и шептал.

– Лу, девочка моя, все закончилось. Сон закончился, ты справилась.

– Дуэнде придет не один, он приведет с собой Нуэ, – прошептала Лу.

– Нуэ? Это еще кто? – недоуменно пожал плечами Гидеон.

– Нуэ – легендарное существо, имеет голову обезьяны, тело тануки, ноги тигра и змею вместо хвоста. Нуэ может превращаться в черное облако и летать. Из-за внешнего вида его иногда путают с химерой. Она не хищник, однако питается людскими страхами, – просветил друга Стронтиан.

Лу, нежась в теплых объятьях Стронтиана, интенсивно закивала и дополнила.

– Нуэ еще называют птицей-оборотнем, которая летает и кричит по ночам, но имеет облик четырех зверей. Она страшная и агрессивная. Но вы справитесь.

– Справимся? Мы? – уточнил Стронтиан.

– Да. Там будет два Нуэ, самец и самочка, а еще рядом будет стоять Дуэнде и смеяться. Но вы не должны обращать внимание на него. И самое главное – не вздумайте убить Нуэ, – продолжила разъяснения Лу.

– Это как? Это же монстр непонятно из кого состоящий. И наверняка опять ядовитый? Змея то у него в качестве хвоста имеется? – удивленно поднял брови Гидеон.

– Да, только вот с рассерженным Дуэнде вам не справится. Это существо за пределами нашего мира, и вы не справитесь, несмотря на всю вашу мощь и силу. Поэтому я вам настоятельно рекомендую его не злить. Для него самец и самочка Нуэ, с которыми вам предстоит схлестнуться, что-то вроде домашних питомцев, поэтому убивать их не в коем случае нельзя. Максимум – оглушить, – объяснила Лу.

– Нда, задачка. А что вы в этот момент с Далией будете делать? Я могу и не сдержаться, если эта «домашняя питомица» вдруг на вас нападет, – Гидеон выразительно повел могучими плечами.

– Я не знаю, – Лу смутилась, а потом тихо, на гране слышимости, добавила: – Я только Стронтиана видела. То, что с ним происходит.

Лу совсем смутилась и спрятала личико на груди у своего героя. А вот Стронтиан просто расцвел. Ну, еще бы. Любимая девушка видела только угрожающую ему опасность, полностью наплевав на собственную безопасность и спасение.

– Уже поздно, я думаю, что нам всем неплохо бы отдохнуть перед завтрашней битвой. Гидеон выразительно посмотрел на парочку.

– Да, я думаю, что это разумное решение, – и Стронтиан, явно нехотя, пересадил Лу на диванчик рядом с собой и поднялся.

Уходить им обоим совершенно точно не хотелось, но Лу отчаянно зевала, и я тоже сильно устала. День все же был богат на события и потрясения.

Утром, сразу после завтрака, мы с удивлением наблюдали из окна особняка спешащих горожан. Их было очень много. Они шли, собирались группами, переговариваясь. Горожане продвигались по направлению к городской ратуше.

– Куда это они? – спросила Лу, аккуратно ставя крохотную чашечку на блюдечко, умудрившись не издать ни малейшего «бзынка», как говаривала моя бабуля.

У меня эти самые «бздыньки» чашкой о блюдечко случались регулярно, и ложкой мешая чай, я умудрялась задевать стенки чашки, что очень раздражало бабулю. Она начинала напевать «вот пуля просвистела, и товарищ мой упал». Мне, почему-то в детстве все время казалось, что чашка с блюдечком это и есть товарищ, в которого и попала злая пуля и они разбились в дребезги, а храбрая ложка осталась и пошла мстить за друга. Чашки и блюдца в нашем доме бились поэтому не так часто. Я старалась их жалеть и обращаться очень аккуратно.

– Не знаю, но это явно неспроста.