Текст книги "Вышитые сны маленькой гианы (СИ)"
Автор книги: Олла Дез
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 28 страниц)
Глава 18. Пусть вон тот желтый кубик будет для наглядности синим шариком
– Сегодня по гороскопу нельзя есть мясо барракуды и омаров.
– И что теперь готовить?
Я провела рукой по ковру. Закрыв глаза, вспомнила знаменитый оригинал. Различий не так и много. Мы с Лу одного роста, и это, пожалуй, основное. И по бокам от нас расположились не лев и единорог, а, как и раньше мантикора и единорог. Теперь, зная, как выглядит Стронтиан в его истинной ипостаси, я с уверенностью могла сказать, что ткала именно его изображение.
А еще на моем ковре было понятно, что главная героиня это Лу. Раньше на предыдущих гобеленах это была я, а потом мы выступали на равных. Теперь же это совершенно точно была не я. Мне отводилась второстепенная роль. Я подавала Лу цветы, а она плела венок из них. На знаменитом гобелене из гвоздик у меня же были совершенно незнакомые мне цветы. Но именно венок и цветы символизировали запах. И вот что мне совсем не понятно. Что это значит? И что за странная последовательность? Почему до сих пор нет Зрения? Мне казалось, что это основное?
Был даже такой фильм – «Последняя любовь на Земле». Там эпидемия уничтожала у человечества чувства, и вот начало эпидемии положило потеря самого несущественного для человека чувства – Обоняния. А закончилось все катастрофой – потерей зрения у всего человечества. И вот сейчас мне было все совершенно непонятно. Я тку ковры от главного к второстепенным чувствам? Или наоборот? И что тогда главное?
Вопросы множились и ответа на них я найти, как не старалась, не могла. Интуиция не помогала, молчала магия, и опыт из моего мира тоже не работал. Я перебрала все знаменитые трактовки смысла гобеленов – но ни один сюда не подходил.
Решив, что хватит ломать голову, я отправилась спать.
Утро порадовало меня сразу несколькими приятными сюрпризами. Во-первых, Лу полностью пришла в себя. Истерики не наблюдалась и она спокойно выслушала последние новости и даже извинилась за то, что причинила столько хлопот. Я не считала её виноватой. На нее обрушился кромешный страх перед вымышленными чудовищами в сознании и реальными в Белой Башне. И все это навалилось на девушку – любой подастся панике или впадет в ступор.
А во вторых, нас почти сразу известили, что Владыки вернулись и будут рады позавтракать в нашем обществе. Было решено накрывать на стол к завтраку в нашей гостиной, и мы с нетерпением ждали Владык. Они как всегда вошли стремительно, и первые полчаса только уминали еду, поглощая её в немыслимых, на мой скромный взгляд, количествах. Насытившись, первым заговорил Гидеон.
– Как и следовало ожидать, гномы были прекрасно осведомлены о пропажах своих собратьев. Причем весь совет был в курсе. Они не предавали этому большого значения. Ну, пропадают гномы. Ну не часто же? Не больше одного-двух в год. А может быть они сами? Что сами – было не понятно. Я навел порядок. Уведомил всех и вся. Развел буйную деятельность и весь совет ушел в отставку в полном составе.
– А откуда монстр взялся? – спросила я.
– Трудно сказать. Судя по количеству собак в его свите – монстр старый и появился давно. Возможно, Белая Башня сама их и порождает? Этот жил, как и положено, где-то рядом с водой в пещере. В Башню приходил только питаться. Реагировал на магию. У гномов магия не сильно распространена, но все же маги у них есть. Да и достаточно было слабо одаренного гнома. Он заходил в Башню и ловушка срабатывала. Приходил он вряд ли всем составом. Наверняка один. Это на нас он среагировал и поднял всю стаю. Уж больно магии было много. Лакомый кусок, – пояснил нам Стронтиан.
И меня и Лу синхронно передернуло от еще живых воспоминаний.
– Я принял меры. Башню полностью изолируют. Работы уже ведутся. Она будет полностью закрыта как снаружи, так и изнутри. Я бы её снес к фавновой бабушке, но трудно рассчитать последствия такого шага, путь лучше стоит запечатанная. Гномов я предупредил о малейших подозрительных вещах сообщить лично королю. Мне или любому моему наследнику на престоле, – успокоил нас Гидеон.
– А почему они молчали то? Они же прекрасно знали, что мы туда идем. Почему не предупредили? – спросила Лу.
– О чем? У них иногда пропадают жители? Об этом? Монстра они не видели. Поделиться догадками? Ну, могли. Но не стали. Меня, как потомка того самого принца что… хм… пробудил Белоснежку, тут не очень любят. Понадеялись, что меня убьют или я убью монстра. В любом случае в отставку они подали, подготовив документы и завершив дела. Значит, готовились, – пожал плечами король.
Было видно, что ему это все не понравилось, но он принял ситуацию как есть. Ну не любят его гномы. Тут уж ничего не поделаешь. Терпят и налоги платят, – уже хорошо.
– Давайте на этом завершим обсуждение Белой Башни. У нас, к моему глубокому сожалению, появились проблемы поважнее, – вдруг сказал Стронтиан, чем заставил нас всех замереть.
Мы с Лу замерли в испуге, а вот Гидеон явно от неожиданности. Потом он стукнул себя по лбу и сказал.
– Ну, точно! Ты же видел очередной свой фавнов сон!
– Да, и теперь, когда мы знаем, что он должен сбыться, меня пугает все, что с ним связано, – Стронтиан был очень серьезен.
– Не томи. Девочки сейчас с ума сойдут от страха. Я уверен, что все не так страшно, – и Гидеон ободряюще улыбнулся.
– Кокань, мы отправляемся туда, – огорошил Стронтиан.
– Гензель и Гретель, – прошептала Лу.
– Пряничный домик, – вторила ей я.
– Домик? Луция Далия, это проклятое место как только не называли. И гнилой замок, и тухлый дом, и ядовитый склеп. Но вот «Пряничный домиком» – это я впервые слышу, – вопросительно приподнял брови Гидеон.
А я прикусила губу. В этом мире знаменитая сказка братьев Гримм была совсем не такая сказочная и конец у нее был далек от счастливого. Мало того. Все действие происходило в городе, а не в деревне. А пресловутый «пряничный домик» страшной ведьмы-людоедки стоял прямо посреди города и никто ничего до сих пор поделать не мог.
– Это навеяло… – и я неопределенно взмахнула рукой.
Все недоуменно посмотрели на меня, но списали на очередные мои странности, коих было уже немало, и Стронтиан продолжил.
– Ты в этот раз, к сожалению, не прав, Ги. Опасаться есть чего.
– Так. Они ели дом? – задал непонятный вопрос король.
– Перила в доме. При этом Лу уже лежала у подножья лестницы с куском в руке. Мне не было видно её лица и утверждать что-то не могу, но положение тела было далеко от естественного. А луция Далия стояла над ней с куском перил в руках и собиралась его отведать. Я проснулся в холодном поту, – закончил Повелитель.
– Может быть Лу упала? Тогда все не так плохо? – предположил Гидеон.
– А что, скатиться с лестницы лучше, чем съесть кусок перил? – спросила я.
– Далия? Вы не в курсе? Дом ядовит. И от него не существует противоядия. Я не знаю, как он подействует на вас или на меня, Тиан точно выживет, но вот Лу умрет, для нее другого варианта нет, – ответил мне король.
– Я давно читала сказку, и многое не помню, – повинилась я.
– Если в двух словах, то в период Великого Голода стали пропадать дети. Все списали на голод и на недосмотр родителей. Всегда находились причины. А потом, когда были приняты срочные меры по ликвидации голода, и пропажа детей уже не стала обыденностью, то проблема стала привлекать к себе внимание. Гензель и Гретель – это брат с сестрой. Дети, которым, по невероятному стечению обстоятельств, а еще и благодаря потрясающей удаче, удалось вырваться из ядовитого дома. И они рассказали о ведьме там живущей, – просветил меня Стронтиан.
– И почему же её до сих пор не убили? Ведьма-людоедка, живущая посреди целого города? – удивилась я.
– А как ты её убьешь? Дом неоднократно обыскивали. Предпринимались все меры по ее задержанию, и тогда, много лет назад, по горячим следам. И даже теперь дом периодически обыскивают. Но, увы. Найти ничего не могут. Он стоит абсолютно пустой – и Гидеон в раздражении хлопнул сжатым кулаком об ладонь.
Как же все-таки быстро он закипает. Хотя он король и уничтожение опасных злодеев это его обязанность. И если он не может поймать ведьму, то понятно его раздражение.
– То есть люди спокойно могут туда войти?
– Да. Только желающих не много. Смельчаки все же бывают. И тут два варианта. Они либо бесследно исчезают, либо благополучно выходят, рассказывая, что никого не встретили.
– А замок и в самом деле сделан из теста? – спросила Лу.
– Да. Из хлеба, который зачерствел до состояния камня, сахара и прочих кондитерских изысков. Причем внутри он мягкий и благоухает, как только что испеченный. Снаружи зачерствел и довольно прочный. Правда стены периодически проседают, но в целом он стоит устойчиво. Да и обновляет его кто-то весьма вовремя, – ответил Гидеон.
– Он привлекает и запахом, и видом. Именно так в период Великого Голода она их к себе и заманивала. После того как Гензель и Гретель из него вышли, обычный дом вдруг проявил себя и превратился в большой торт. Только вот смельчаки, попробовавшие его, отравились. И смерть их была мучительна.
– А почему Тиан выживет, если попробует дом? – спросила Лу.
– На магических существ яды иногда все же действуют. Не все. И не всегда это ведет к смерти. Возможно, есть способ отравить гиану, и я совершенно точно знаю парочку ядов, действующих на мантикору. Но вот единорога отравить нельзя ничем. Вот так ему повезло, – усмехнулся Гидеон.
– А дети? Они не дали никакой полезной информации? – вспомнила я сказку.
– Весьма и весьма расплывчатую. И не забывайте, что это было давно, с тех пор вся история обросла домыслами, слухами и сплетнями. Уже не поймешь где правда, а где вымысел. Да и не стоит забывать, что они были детьми. И сами мало что могли рассказать путного. И уж тем более не могли нам поведать – какая конкретно ведьма обитает в замке.
– А это так важно? – удивилась я.
– Да. Это самый главный и существенный вопрос в истории. Узнаем, что за ведьма, сможем победить. А догадок целая куча. Думали и на бефану, перхту, крампус. Вспомнили уже совсем древнюю ведьму со странным именем. Баба, а дальше толи Яро толи Яго.
– Баба-Яга, – кивнула я.
– Да, жила тут такая в Кокань. Город потом еще долго вспоминал. Но её совершенно точно извели. Так что это не может быть она, – задумчиво протянул король.
– Кокань – это по-другому «молочные реки и кисельные берега». Довольно странное название для города, – сказала я.
Вот точно помнила это название. Один мой друг француз рассказывал и упоминал его. Только это в наших сказках кисель, а у французов вино лилось по тем рекам.
– Странное или нет, а отправиться нам туда придется. И посетить замок-торт тоже. Будем надеяться, что мы там никого не встретим. Разыграем сценку как у Тиана во сне и благополучно уедем, – решительно заявил Гидеон.
Мы все уставились на него в недоумении. Всем было понятно, что это неосуществимый план. Нам совершенно точно придется столкнуться с неведомой ведьмой и я только надеялась, что это окажется не Баба-Яга. Насколько я помнила из наших сказок она самая страшная и сильная ведьма. Может нам повезет, и мы столкнемся не с ней?
Ковер, который я соткала ночью, так никого и не заинтересовал. Владыки совершенно точно были заняты другим и волноваться о том, чтобы расшифровать знаки на ковре в поисках ответов на вопросы, явно не собирались. Гидеон махнул рукой и буркнул что-то неразборчивое. Стронтиан вторил ему «Потом». Но с другой стороны шел вопрос о жизни и смерти, таинственном замке-торте и жуткой ведьме-людоедке. До моего ли ковра теперь?
Собрались мы быстро и наше отбытие хоть и было шумным и многолюдным, но явно принесло заметное облегчение городу. Гномы высыпались нас провожать не из желания пожелать наилучшего, а явно чтобы убедиться, что мы и в самом деле уехали.
Наше прибытие в Кокань произошло под вечер, и я мало что успела рассмотреть. Дорога утомила, и мы с Лу сразу же после размещения в городской резиденции Гидеона завалились спать, отложив всё до утра.
Утром ни Гидеона, ни Повелителя мы не застали. Они оба отправились в городскую ратушу. Как нам объяснили – необходимо содействие местной администрации, да и дела королю проверить не помешает.
Чтобы не терять время, сразу после завтрака мы с Лу отправились осматривать город, и заодно издалека посмотреть на ядовитый торт-дом, куда нам предстоит наведаться в самое ближайшее время.
Если гномы старались не афишировать наличие у них в городе такой легенды, как история Белоснежки, то в Кокань буквально все было пронизано историей Гензеля и Гретель. Так мне показалось в начале нашего путешествия по улицам городка.
Буквально все заполонила выпечка. Хлеб, кренделя, пирожки и булочки продавали тут на каждом шагу. Буквально на каждом. Стоило сделать шаг, и ты утыкался в булочную. Делаешь другой шаг – и ты у кондитерской, а если даже и свернешь в сторону от главной дороги города, то и тут нарвешься на лоточника, который будет громко расхваливать на все лады свой товар.
Веселые вывески с кренделями, пирожными и тортиками украшали почти каждый дом, что добавляло ему уюта и домашности. А еще запах свежей выпечки, окутавший весь город, добавлял ему неповторимого колорита.
Скобяных, кожевенных, столярных лавочек тут не существовало. Вернее они были, но при булочной. Как так? А вот так. Заходишь в кондитерскую, а в соседней комнате аптека. Та же история с булочной, в которой мы с удивлением нашли торговца тканями. При этом вывеска громко зазывала нас отведать пирожных по особому рецепту, а совсем не найти новую ткань на платье. И так было везде.
Заметив наше недоумение и вытянувшиеся лица, при очередном посещении Пекарни и по совместительству ювелирной лавки, начальник охраны поспешил все нам объяснить.
Все эти заморочки с выпечкой никак не связаны со знаменитой сказкой. Да, детей вырвавшихся из лап ведьмы-людоедки здесь помнят и ценят, только вот пекарни и булочные на каждом углу с ними не связаны. Это была дань Великому Голоду, случившемуся в городе много лет назад и скосившему половину населения. Помощь тогда пришла, но слишком поздно.
Великий Голод пришел в город и его окрестности не внезапно. Ему предшествовали рекордные для этой местности осадки. Дождь тогда лил не переставая, полностью уничтожив весь урожай. Но не только это обрушилось тогда на жителей. Домашний скот из-за жуткой сырости подхватил болезнь, скосившую коров, коз и овец. Страшные были времена. Ситуация ухудшалась еще и из-за полной неподготовленности жителей города и окрестных деревень к подобной ситуации. Запасов у людей не было – и как результат – многочисленные жертвы.
Пока послали за подмогой, пока король прислал подводы с продовольствием – прошло много времени. Люди погибали целыми семьями. Именно тогда появилась эта жуткая ведьма-людоедка, а потом и история Гензель и Гретель. В память о страшном голоде, город постоянно делает запасы зерна и печет хлеб, чтобы никто и никогда не забыл те страшные времена и история не повторилась.
А мне вдруг вспомнилось, что и в моем мире был Великий Голод, и как раз именно с ним связывали появление сказки братьев Гримм о Гензеле и Гретель. А еще вдруг встало перед глазами аллегорическое изображение голода в книге Апокалипсиса, рукописной Библии для бедных, вышедшей в Эрфурте в годы Великого голода. И это была… мантикора. Меня передернуло. Это никак не связано. Придет же подобная чушь в голову. Но вот спустя некоторое время я уже стала сомневаться в простом совпадении. Короля Гидеона здесь тоже не любили. И если гномы его просто недолюбливали, то здесь население именно с королем связывало все многочисленные жертвы Великого голода. Вернее не с Гидеоном, разумеется, а с его предком, правящем в те времена. Дескать и помощь не сразу прислал, и налогом обложил, поэтому у населения запасов не было, и еще много всего.
Начальник охраны был недоволен нашим желанием увидеть знаменитый дом-торт. Но был предупрежден заранее о нашем желании и, нахмурившись, кивнул и сказал.
– Никаких проблем. Отвезу и покажу. Но предупреждаю сразу, близко вы подойти не сможете, во избежание, так сказать.
– Мы и не собирались, а почему не сможем? – удивилась я.
– Потому что я подвезу вашу карету со стороны реки. Дом окружен с трех сторон рекой. Он как бы на острове, и мы посмотрим на него издалека. В противном случае я бы ни за что не рискнул. Его величество мне голову оторвет, если вдруг что.
«Что» мы уточнять не стали, благоразумно ограничившись данными объяснениями.
Когда карета остановилась и мне подали руку, помогая спустить, я чуть не охнула от неожиданности, взглянув на открывающийся вид. Я ожидала чего-то пряничного, украшенного крендельками и плюшками. Именно так рисуют иллюстрации к пряничному домику.
Но прямо передо мной возвышался самый обычный замок, с башенками, флагами и крепостными стенами. Единственное, что указывало на его съедобную структуру, были слегка покосившиеся стены. Само сооружение стояло на небольшом островке посредине реки, протекавшей в Кокань и соединённое с основным городом небольшой перемычкой. И да. Издалека, благодаря такой обособленности в сочетании с башенками-свечками – дом и в самом деле походил на праздничный торт.
Но только в нем не было абсолютно ничего зловещего или чего-то хотя бы отдаленно намекающего, что здесь живет жуткая ведьма-людоед.
– Дом самый обычный, – словно прочитав мои мысли, вдруг заговорил наш маг сопровождающий. – Согласно легенде, он был самым обычным домом, ну разве что немного побогаче других. И только когда дети сумели из него выбраться, он превратился в этот шедевр пекарского искусства. И надо сказать на беду. Потому что желающих тогда съесть кусочек было очень много.
– Мало того, что она заманивала детей, так еще и взрослых потом убила ядом своего дома, – кивнула я.
– И продолжает убивать по сей день. Отряды из самых отчаянных по-прежнему в поисках подвигов и славы приходят в дом в надежде ее убить. И не возвращаются, – грустно поведал маг.
– И что никто не возвращается? Но я же слышала, что она иногда даже и не показывается? – удивилась я.
– Да, не показывается, если отряд «смельчаков» превышает пять человек. Тогда да. Безопасно можно пройтись группой по всему дому и никого не встретить. Но если вас пятеро… – и он покачал головой.
– А Его Величество не говорил, сколько человек он планирует брать с собой?
– Его Величество возьмет с собой всех, что есть. Ему не нужны слава и подвиги. Он сказал, что безопасность – прежде всего. Так что мы пойдем большой компанией. Погуляем по дому и уйдем, никого не встретив. Опасаться нечего, – успокоил нас маг.
Мы с Лу переглянулись. Что-то не верилось. Но маг был сама уверенность и, кивнув ему в знак согласия, мы решили возвратиться в особняк и дождаться Властителей со свежими новостями.
И Гидеон и Стронтиан подтвердили историю мага о том, что ведьма-людоед не показывается, если в дом входит большой отряд. По всей видимости, понимает, что ей не одолеть и прячется перед численным превосходством. Поэтому мы идем большим составом. Заходим в дом, разыгрываем сон Стронтиана и уходим. Все просто, если бы не то обстоятельство, что точно так же мы думали и насчет Белой Башни. Но тут, как возражал на мои сомнения Гидеон, полежать с кусом перил у основания лестницы помешать нам никто не может. Все было логично, но….
Решено было отправиться в дом-торт рано утром. К вечеру, как известно, всякая мерзость вылезает. Только вот и в Башню мы отправились утром.
Уже вечером, сидя возле уютного камина, мы обсуждали возможные варианты, прокручивали те или иные версии и тут я увидела, как Лу задремала прямо в кресле. Я приложила палец к губам, показывая, что следует приглушить наши голоса, чтобы не разбудить спящую девушку.
Сама же я встала, укрыла Лу пледом и потушила стоящую рядом лампу с вышитой в ручную абажуром. Абажур был удивительно хорош, как будто незнакомая мне гиана приложила руку к его созданию. Такие абажуры были очень популярны в викторианской Англии. Фигурные основания лампы выполняли из бронзы, расписывали или инкрустировали цветным стеклом, керамикой или полудрагоценными камнями. Абажуры же шили из богатых тканей: шелковой, бархатной, атласной. Дополняли бахромой с бусинами и вышивкой. Это были произведения искусства. Мне довелось однажды оценивать такой в моей прошлой жизни. Я вздохнула и осторожно стала отходить от кресла, где спала Лу, стараясь ее не разбудить.
Но все усилия были перечеркнуты громким криком, который издала Лу. Она закричала очень громко и испуганно. Открыв глаза, девушка закричала.
– Мананангал, Мананангал!
И почти сразу же Лу очутилась на коленях у Стронтиана, который легко подхватил её, и сел в кресло сам. Он прижал головку Лу к своей сильной груди и стал ей что-то нашептывать, глядя при этом по голове. Лу закрыла глаза и снова провалилась в сон.
Мы все сидели затаив дыхание, а Стронтиан поднялся и с Лу на руках отправился в её комнату. Вернулся он быстро. Я даже и не ожидала, что он покинет Лу так поспешно. Испугался искушения? Так. Не о том думаю.
– Кто такой Мананангал? – задала я самый главный вопрос.
– Ведьма это. Жуткая ведьма. Ну, вот мы и узнали, кто живет в «Пряничном домике», – ухмыльнулся совсем не весело Гидеон.
– А поконкретнее? – не унималась я.
– Ведьма-людоедка. Еще и вампир-кровосос. Все и сразу. Про нее не так много известно. Она любит сладкое, а еще она ядовита. Её слюна, так же как и слюна милой собачки из Белой Башни, ядовита. Я думаю, именно ей и пропитан весь дом, – хмуро сказал Стронтиан.
– А убить её можно? – не унималась я.
И почему я из них все вытаскивать как клещами должна?
– Можно. Как и любую ведьму, только вот непонятно как это сделать, – мрачнея на глазах, ответил Гидеон.
Понятно. Они и сами не знают.
– Слышал что-то насчет специального хлыста. Только вот что за хлыст и где его брать? – Стронтиан был в явном замешательстве.
Не часто оба Владыки не знают, что им делать.
– Давай я прикажу снести к фавнам этот проклятый дом? – Гидеон выглядел не решительным, а слегка растерянным.
– Ну, снесешь ты его? А дальше что? Ведьма переедет в другой дом, убив там всех жителей. Потом будет долго и нудно переделывать его. И как итог – ты получишь ту же проблему, отложенную во времени и не нужные жертвы. Не говоря уже о том, что нам необходимо выполнить пророческий сон, – урезонил его Повелитель.
– Но дети как-то выбрались же? – я встала и принялась расхаживать по комнате.
Невозможно было сидеть в кресле от таких новостей. Я как тигр в клетке, бьюсь, а выхода нет.
– Детям невероятно повезло. И связано это было с кухней и печкой. То ли они её туда предложили засунуть, то ли она их туда засовывала, а они не влезали. Не понятная история, но точно связанная с готовкой и очагом, – просветил меня Гидеон.
– Да, я это помню. Они её якобы посадили на блюдо и в печь запихнули. Только вот звучит это странно и глупо. Не полезла бы она на блюдо и уж точно не дала бы себя в печь засунуть, – кивнула я.
– Это древняя ведьма и на такие глупые уловки точно бы не повелась. Но с другой стороны дети совершенно точно помнили кухню. И именно на ней что-то случилось, после чего они пустились наутек и умудрились добежать до выхода, открыть дверь и убежать. Что-то на этой кухне её задержало и выбило из колеи. Вот бы понять что? И главное, зачем она вообще туда детей повела? – продолжил рассуждать Гидеон.
– А приготовить и съесть? – удивилась я.
– Хм… Далия, как бы так вам сказать то. Хм… Ведьмы едят сырое мясо, – Гидеон встал с кресла и протянул мне руку, на которую я машинально оперлась, потому что в голове от ужасной картинки там мелькнувшей, помутилось.
– Гидеон, она…
– Тише, Далия. Вы очень храбрая и смелая. Вы справитесь и с этим.
Меня обняли. По краю сознания я услышала, как почти бесшумно закрылась дверь. Это Стронтиан ушел. А почему он ушел, мы же не договорили? Но в голове был полный сумбур, и я отрешенно понимала, что меня уже не просто обнимают в дружеском участии. Гидеон целовал мою шею, его настойчивые руки крепко прижимали меня к себе. Я потерялась в ощущениях, это как резко выпрыгнуть из портала в незнакомом лесу и ты понятия не имеешь, куда идти. Вот я не могла понять, почему до сих пор не остановила Гидеона. Его губы выцеловывали мою шею, а руки расстёгивали лиф платья. И только когда я поняла, что платье вот-вот предательски упадет к моим ногам, я опомнилась.
– Нет! – и я уперлась ладошками в его широкую грудь.
Гидеон отпустил в то же мгновенье. Я отступила на шаг, подхватила сползающее платье, торопливо застегивая крючки на груди.
– Прости. Я снова поторопился.
Я покачала головой. Поторопился? Нет! Это всё не стоило и начинать.
Гидеон сделал шаг ко мне, но я решительно выставила вперед руку в предупреждающем жесте и повторила.
– Нет!
Было странно наблюдать, как этот большой и сильный маг, король и властелин, покорно кивает и отступает от меня. Не было ни малейшей попытки с его стороны к чему-либо принудить меня, или применить силу. И это подкупало. Вдруг захотелось забыть про все запреты и препятствия и подойти к нему самой. Провести пальчиками по широкой груди, уткнуться носом в шею, вдыхая его мужской аромат. Я даже глаза закрыла, стараясь отогнать видение. Открыв их, наткнулась на внимательный взгляд Гидеона. Нда. Он привлекает меня, и с каждым днем мне все труднее становится этому противостоять. Но я справлюсь, потому что мне ни в коем случае нельзя поддаться искушению.
Гидеон по всей видимость что-то такое прочел у меня на лице, потому что кивнул своим мыслям и улыбнулся. Его улыбка не была пошлой или пренебрежительной. Так улыбаются люди, понимающие, что рано или поздно они одержат победу. Хитрая такая улыбка, кошачья. Хотя он и есть кот. Большой и красный. Ах, простите великодушно, ализариновый.
Гидеон подошел ко мне и, убрав с лица упавшую прядь волос, тихонько прошептал мне на ушко.
– Приятных снов, Далия. Надеюсь, что тебе приснится… мантикора.
С этими словами он развернулся и вышел из наших с Лу покоев.
Вот же! Кошка драная! Хотя он кот. Значит драный кошак! Да что б ему всю ночь ворочаться!
Только вот мне и в самом деле всю ночь снилась… мантикора.
