444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Оливер Ло » Целитель, который вернулся спустя 2000 лет (СИ) » Текст книги (страница 11)
Целитель, который вернулся спустя 2000 лет (СИ)
  • Текст добавлен: 21 ноября 2026, 06:02

Текст книги "Целитель, который вернулся спустя 2000 лет (СИ)"


Автор книги: Оливер Ло


Соавторы: Евгений Пожидаев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 14
Устав против устава

Фабиан Мерц шел по северному жилому крылу. Он всегда носил высокие, идеально натертые до блеска сапоги. А поэтому каждый его шаг разносился по коридору гулким эхом. Все обитатели комнат знали, что идет староста или «Надсмотрщик», как его называли за глаза.

Мерц занимал в общем рейтинге пятьдесят третье место, имея целых тридцать пять очков. Он был магом второй ступени, владел барьерами и печатями из семейства Границы, четвертый порядок. А еще он был вассалом Корвейнов, что порой придавало ему чрезмерной уверенности в себе.

Остановившись у зеркала, Фабиан посмотрел на свое отражение. Сперва он оценил блеск лакированных черных сапог, а затем перевел взгляд на свое лицо. Чуть улыбнулся, взявшись рукой за подбородок с идеально выбритым на нем «якорем». Он подмигнул и пошел дальше.

Мерц был из тех, кто никогда не бил сам. Он предпочитал делать все чужими руками, если была возможность. А еще он часто штрафовал лекарей, которых, как и почти все, считал «расходниками», за шум, когда те занимались ночью.

Также Мерц очень любил переносить их тренировочные часы на самое неудобное время – ранний рассвет.

Фабиан прошел мимо нескольких комнат, лишь поверхностно заглянув в них. Его интересовала другая, где жил здоровяк, не умеющий дать сдачи, надоедливый торгаш и тот странный наглый лекарь, который победил боевых магов уже в двух поединках, что было не только неслыханной наглостью, но и весьма необычным прецедентом.

– А где остальные? – спросил Мерц, указывая подбородком на пустые столы и постели.

– Не знаю, вышли погулять, наверное, – ответил Тобиас.

– Ясно. Неважно, – Фабиан сделал шаг в комнату, громко топнув сапогами. – Мне тут доложили, что ты, Тобиас, занимаешься незаконной торговлей в жилом крыле.

– Чего⁈ У меня есть все разрешения и справки продавать это чудесное средство от облысения.

– Я не про него. Я про учебники, – ответил Фабиан, довольно улыбнувшись и сверкнув белоснежными, чуть кривыми зубами.

– Упс… – только и выпалил Тобиас, у него действительно не было никакого разрешения на продажу учебников, тем более устаревших изданий.

– Учебники я изымаю и даже не буду назначать тебе штраф, уже не говорю о выселении, если ты… – Фабиан окинул комнату взглядом, зацепившись только за корзины и мешок со множеством склянок. – С тебя корзина и несколько баночек.

– Вот, – Тобиас протянул целых пять склянок, которые, по его мнению, было не так обидно потерять, как платить штраф или вылететь из крыла. – Но корзину не дам, не мое.

– Черт с тобой, – отмахнулся Фабиан и вышел из комнаты.

Он спрятал склянки и учебники под одежду. Староста уже знал, через кого из своих людей и кому можно легко продать учебники. Что до склянок с веществом от облысения, то и ему Мерц найдет применение, ведь не просто так он отращивал длинные волосы, прятал залысины.

* * *

Мы с Гарретом вернулись в комнату и увидели Тоба таким, каким еще не видели. Он был просто в бешенстве. Недовольно хмурился, злобно сопел и сыпал проклятия себе под нос.

– Этот урод забрал мои учебники, мне пришлось даже дать ему взятку! – возмущался потомственный торговец. – А может, дать против него показания? Или не стоит, он ведь и выселить меня может? Я не знаю, еще и учебники эти без разрешения продавал… Что я, дурак, против себя свидетельствовать? Естественно, нет…

– Тоб, расслабься. А чтобы ты не терзал себя лишними мыслями, завтра мы с тобой кое-куда пойдем. Обещаю, тебе будет интересно.

– Договорились, – ответил Тоб, чуть успокоившись.

* * *

Как и обещал, на следующий день мы с Тобом пошли в закрытый архив. Никто бы нас туда и не подумал пропустить, если бы я не козырнул дежурному работнику пропуском, который мне дала магистр Селена.

– Проходите, конечно, – ответил мужчина, не задав больше вопросов.

Как удивительно. Что в моем старом мире, что в этом новом, одна бумажка порой могла открыть очень много дверей. Хоть что-то за эти долгие сотни лет не поменялось.

Тоба я взял с собой не просто так. Он сын торговца и лучше любого первокурсника умел внимательно читать договоры с уставами, вникая в самую суть. Очень полезное умение, если знать, где и когда его применять.

– Расскажешь потом, где ты взял этот пропуск? – с озорным огоньком в глазах спросил Тоб, явно намекая на то, что магистр Верфс не самая дружелюбно настроенная к ученикам преподавательница.

– Нет, маленький еще, – отшутился я.

– Ну, Касс! Ну расскажи, а… Расскажи, пожалуйста.

– Может быть, как-нибудь…

– Ты… – Тоб погрузился в глубокие думы. – Дай угадаю, ты как-то помог ей с помощью целительства.

– Люблю, когда люди, особенно мои друзья, умеют думать, – ответил я ему и жестом дал понять, что дальше разговора на эту тему не будет.

– Так зачем мы здесь?

– За тем, Тоб, что ты умеешь лучше всего.

– Лучше всего я умею продавать! – воскликнул он.

– Ну, тоже неплохо, согласен, – я не стал подкалывать его лишний раз, он и так уже натерпелся от Гаррета.

– Ладно-ладно, знаю я… Ошибки, как говорил мой дед, часть пути. Главное не спустить все деньги, чтобы было на что наверстывать. Вот у меня есть, так что все хорошо.

Мы остановились у стеллажей, где покоились пыльные книги. Тяжелые тома соседствовали с хрупкими брошюрами в полсотни страниц. Разноцветные корешки и разная толщина – здесь, в закрытом архиве, было куда больше книг, чем в общедоступной библиотеке. Да и сами по себе они представляли гораздо большую ценность.

– А что мы ищем? – спросил Тоб.

– Еще одну «дыру в правилах», чтобы я успел провести три официальных поединка, желательно не в последние дни.

– О-о-о, – протянул Тоб, – это будет сложно, но я готов поработать. У меня только одно условие.

– И какое же?

– Во время поиска никаких шуток про мазь от облысения.

– Замётано, – улыбнулся я и вытащил из шкафа первую попавшуюся книгу, на корешке которой большими буквами было выведено: «Кодекс Латерны, издание…» Год уже и вовсе стёрся.

* * *

Три долгих и невероятно нудных ночи мы с Тобом провели в закрытом архиве. Мы изучали книги, вчитываясь в каждую строку. Чихали от пыли, старались не заснуть, пили бодрящий чай…

Превозмогали в этом книжном царстве, как могли. Порой мне казалось, что это какое-то наказание свыше. Чего нельзя было сказать про Тоба.

Оказалось, что ему занятие пришлось почти по душе. По крайней мере, мне он временами напоминал опытную гончую, которая точно знала, где искать «добычу». Более того, он даже ощущал некоторый азарт.

– Есть, есть! Да-да, сюда! – воскликнул Тоб так радостно, будто продал свой мешок со склянками одной сделкой.

Я быстро высвободился от дремы, которая едва не свалила меня в сон, и подошел к нему.

– Касс, смотри, это устав Латерны трехсотлетней давности. Здесь статья, которую никто не отменял. – Он указал пальцем на страницы толстенной старой книги. – Вот: запрет старосты на вызов не распространяется на вызов, обращенный к самому старосте.

– Так и написано? – я окончательно развеял сон и вчитался в строку.

– Да! Да! – ответил Тоб и радостно засмеялся в голос. – Ах-ха!

После этого нас чуть не выгнал архивариус, но это уже было не важно. Мы, а вернее, Тоб, нашел, что искал. И за это я был ему безмерно благодарен.

* * *

Уже на следующий день, уверенной походкой, я шел в Канцелярию Коллегии северного крыла. Там заседали все самые важные «шишки», от магистров до старосты. И обычные работники, конечно, тоже. Латерна – огромный и сложный «механизм», которому для функционирования нужно много живых «винтиков».

По правую руку от меня, гордый собой и своим трудом, вышагивал Тоб. Он нес в руках тот самый трехсотлетний устав Латерны из закрытого архива. Одни боги торговли знают, какого труда ему стоило получить разрешение у архивариуса на вынос книги за стены архива.

Слева от меня шел гигант Гаррет, он даже не скрывал предвкушающей улыбки. Строго говоря, мы с Тобом обошлись бы и без него, но он настоял. Очень уж сильно здоровяк хотел посмотреть на реакцию Фабиана Мерца.

Мы вошли в Канцелярию Коллегии. Гаррет закрыл за нами высокие двери, и шум коридора остался снаружи. Внутри пахло воском, чернилами и старой бумагой. Под потолком висели магические лампы, что освещали помещение ровным светом.

Вдоль стен тянулись шкафы с книгами и папками. За столами сидели как рядовые работники и дежурные ученики, так и те, кто в иерархии выше. Они скрипели перьями, шелестели страницами, изредка перебрасываясь короткими фразами.

Фабиан Мерц тоже был здесь. Я быстро нашел его по бороде в форме «якоря» и высоким сапогам, которые заметно блестели в свете магических ламп.

– Вы чего здесь забыли? Еще и втроем? – недовольно спросил он. – Вы вообще по записи или?..

– Кассиусу не нужно записываться на прием в Канцелярию Коллегии заранее, чтобы… – Тоб сделал шаг в сторону, чуть кивнул и указал в пафосном жесте на меня двумя руками.

– Чтобы вызвать тебя на официальный бой, – сказал я, не отводя взгляда от внезапно забегавших глаз Мерца.

После моих слов Гаррет довольно улыбнулся. Он с радостью смотрел на потерявшегося Фабиана. Работники Канцелярии тоже все слышали и теперь уже отвлеклись от своих бумаг. Они с неподдельным интересом смотрели на меня и на Мерца. Который тем временем бледнел и срочно пытался придумать, как выкрутиться.

– Но ты не можешь вызвать меня на поединок. Это вообще-то противоречит действующему приказу. Сколько там еще дней осталось… Одиннадцать?

– Нет, Фабиан, я могу вызвать тебя. И сейчас мой друг объяснит почему.

– Погодите, – сказал Гаррет, – я позову магистра Терена, чтобы он все засвидетельствовал.

Вскоре наш друг-гигант и магистр вышли из смежной комнаты. Терен, как и всегда, держал в руке чашку, из которой тянулась дымка, а внутри булькало нечто. Он смотрел на нас с интересом и ждал, что скажет Тоб.

Тоб процитировал древний устав, а затем показал Терену ту статью, на которую следовало обратить внимание. Магистр внимательно ее прочел, подумал несколько секунд и вручил книгу Мерцу.

– Читайте устав, Фабиан. Вы же его так любите, – сказал он с легкой ухмылкой на лице.

Мерц, судя по его эмоциям, сразу понял, что ему не соскочить. Но устав он действительно знал хорошо, о чем меня предупреждал Тоб. Впрочем, надолго отсрочить неизбежное ему не удалось.

– Я имею право взять три дня на подготовку! – сказал он.

* * *

Вечером третьего дня мы с друзьями снова, уже в третий раз, пришли на малую арену для поединков. В прошлый раз я думал, что народу собралось много. Так вот – нет, я ошибался. Народу собралось много в этот раз. Теперь уже жители северного крыла составляли меньшинство, вот столько любителей посмотреть на дуэли пришло из других корпусов.

Мест на трибунах амфитеатра всем не хватило, а потому многие стояли. Но это учеников нисколько не смущало, ведь они точно знали, что пришли посмотреть на интересный бой. И я им его покажу, ведь стандартным способом победить того, кто сильнее, банально невозможно.

После моих двух ярких побед над боевыми магами слухи по Латерне поползли сами собой. К слову, это повлияло и на коэффициент, который давали мне на ставках. Тоб уже не мог сорвать целый куш, как в первый раз. Впрочем, судя по цифрам, в мою победу все равно почти никто не верил.

В этот раз судить поединок снова будут два магистра. Среди зрителей я видел много знакомых лиц. Мира с ее оптимистичной улыбкой и веснушками на щеках. Магистр Терен в ложе для преподавателей. Бракс и… Леон Корвейн, который в этот раз решил прийти лично. А еще один из первых рядов амфитеатра занимала большая группа целителей. Та самая «Северная партия», мои так называемые последователи.

Пройдя через калитку в каменном невысоком ограждении, я вышел в круг арены. Уже третий раз я выходил сюда. Еще немного, и буду чувствовать себя здесь как дома.

Фабиан Мерц пришел после меня. Он, как и Сорель, тоже был в спортивном костюме для боевых магов. Но Мерц предпочитал белому цвету куда более практичный черный. Он собрал длинные волосы в плотный пучок, а высокие сапоги на его ногах блестели еще ярче обычного, хотя казалось бы, куда уже? Не забыл он и подравнять на лице бороду в виде фирменного «якоря».

Далее, как обычно, магистр привлек к себе внимание ярким заклинанием, напомнил о правилах и объявил о начале поединка.

В первую же секунду боя Фабиан закрылся кубом из печатей. Этот магический конструкт представлял из себя заметный глазу оранжевый защитный барьер. Он чуть пульсировал, напоминая раскаленный уголек, на который дул ветер.

Поверхность куба переливалась мириадами сложных узоров. Печати то вспыхивали, то затухали, сплетаясь в причудливые формы. А еще куб отнюдь не был глухим.

В нем отчетливо виднелось то, что можно назвать бойницами. Узкие прорези. И, если я не ошибался, то заранее знал, как Мерц будет их использовать.

Уже спустя несколько ударов сердца, окончательно укрепив защитный куб, Фабиан начал выстреливать из отверстий плотными сгустками маны. А я сорвался с места, чтобы уворачиваться. Благо я догадывался, что примерно так он и атакует.

Но вот незадача – у меня пока не было возможности добраться до самого Фабиана. Как и нанести ему удар. Куб сдержит всё, мне его попросту не пробить.

Следующие несколько минут я только и делал, что уворачивался от дальнобойных атак Мерца. Время от времени он в меня попадал. Когда-то с большим уроном, когда-то с меньшим.

Исцелять себя мне приходилось лишь дважды. На мелкие раны и травмы я закрывал глаза, игнорируя острую боль и легкое кровотечение. Мана для победы мне была важнее, и я экономил ее, как мог.

Судя по реакции трибун, почти все были уверены в моем проигрыше. Наверняка думали, что «расходник» скоро выдохнется. Но нет. На самом деле я заставлял Мерца тратить куда больше маны, чем расходовал сам.

Я это делал с одной простой целью, мне нужно было выгадать окно, чтобы приблизиться к его защитному кубу, который сверкал печатями уже не так ярко, как в первые секунды боя.

И у меня получилось!

Уворачиваясь от сгустков, часть из которых все равно оцарапала кожу, оставив глубокие раны, я все-таки смог приблизиться к кубу. Я положил на ровную оранжевую стену барьера ладонь и выпустил ману из Ядра.

То, что я делал, называется лечением Формулы. И в новой жизни, в новом мире я не только впервые пробовал такое, но и вообще показывал всем присутствующим, что это в принципе возможно.

В основе кубического барьера лежала базовая школьная Формула. Фабиан годами вносил в нее изменения и улучшения. По крайней мере, сам он так думал и не был далек от истины.

Для меня же, в первую очередь, как для целителя, каждая бойница в ровной стенке барьера напоминала рану. Если так можно сказать, используя грубую аналогию, Формула была «больна» и сильно отличалась от «здоровой» версии.

На этом я и собирался сыграть. Вливая ману в защитный куб, я быстро возвращал Формуле исходную, «здоровую» форму. Бойницы быстро затягивались одна за другой. Мерц поменялся в лице, он уже не мог меня атаковать дальнобойными заклинаниями.

А вскоре на защитном кубе совсем не осталось отверстий. Он стал абсолютно глухим и даже не пропускал воздух. Фабиан понимал это не хуже меня, а поэтому уже пытался снять барьер.

Вот только ничего у него не получалось. Куб больше не слушался Мерца. Фабиан потерял над ним всякий контроль, ведь после моего вмешательства в Формулу, это уже был не его защитный барьер. Удерживать уже циркулирующую формулу можно и с необычайно малым количеством маны. Важна лишь точность и умение видеть потоки.

Мерц дернулся вперед в тщетных попытках разбить стенку куба не только боевой магией, но и ударами собственных кулаков. Ничего у него не вышло, я продолжал держать ладонь на защитном барьере и напитывать маной.

Зато у меня появилось время перевести дух. И как раз в этот момент я увидел, что магистр Терен встал со своего места в ложе. В этот раз я был так сосредоточен, что почти не заметил отсутствие чашки с горячей «жижей» в его руках.

Хотел бы я знать, что думал Терен в тот момент. Понимал ли он, что я на глазах у всех использовал часть из тех умений, что современные целители утратили за время моего отсутствия?

Фабиан так отчаялся выбраться из куба, что даже не пожалел свои лакированные сапоги. Теперь он уже колотил оранжевый барьер и руками, и ногами. Он понимал, что воздух скоро закончится, а потому старался вдыхать и выдыхать реже. Впрочем, много времени он таким образом бы не выиграл.

– Умоляю, выпусти! – прокричал он громко, чтобы звук прошел через защиту.

– Кому ты продал учебники Фенна? – спокойно спросил я, находясь в положении, когда запросто мог диктовать свои условия.

Фабиан недовольно мотнул головой, но уже начал задыхаться. Хватая ртом воздух, он все-таки ответил. Причем громко, на всю арену. Он во всем признался и даже назвал цену с именем перекупщика. А большего мне и не нужно, кроме:

– Сдайся, и я выпущу тебя.

– Сдаюсь! Сдаюсь! – завопил бешеной собакой Мерц, он с таким трудом дышал, что это больше напоминало вой дворовой псины.

Я не стал мучить его больше, чем следовало, и одним движением быстро развеял по воздуху защитный купол. Мерц, прежде опиравшийся на стенку, упал лицом вниз прямо на каменную плиту. У него из носа пошла кровь, но зато он с облегчением начал глубоко дышать.

– Ввиду того, что Фабиан Мерц сдался, победителем объявляется Кассиус Орд! – объявил магистр.

* * *

– Два! Всего два места до первой полусотни! – Тоб закричал так радостно, как если бы закрыл самую удачную сделку. А еще он все-таки немного подзаработал, ведь снова поставил на победу друга.

Гаррет, вскочивший рядом с ним, тоже не скрывал радости. Он был горд за Кассиуса и рад, что Мерц, причинивший столько проблем северному крылу, получил по заслугам.

Леон и его «правая рука» Бракс многозначительно переглянулись с хмурыми лицами. Они поспешили уйти из амфитеатра малой арены еще до того, как Мерц покинул круг.

«Северная партия» в момент победы Кассиуса ликовала. Мира улыбалась, ей хотелось прыгать на месте от восторга. Остальные целители тоже повскакивали со своих мест. Они чувствовали свою причастность к победе.

Впервые в их жизни появился лекарь, который побеждал боевых магов, и за которым они хотели идти. Ведь он не только был силен, он еще и умел то, чему многие из них не научились и за несколько лет в Латерне.

* * *

Ульрих Даск, как и всегда в безупречном дорогом одеянии, пришел ночью в лазарет, причем настолько бесшумно, будто ступал по воздуху. Кроме Фабиана Мерца, он там никого не застал, как и планировал.

Староста северного крыла заметил Даска только тогда, когда тот позволил. Он вздрогнул, чуть пошатнувшись. От темных глаз Ульриха не укрылась такая реакция, а потому в них огоньком сверкнула легкая насмешка. Еще ярче, чем блики в свете магического светильника, которые отбрасывали новые сапоги Фабиана.

Впрочем, Даск не удивился подобной реакции. Он вообще никогда и ничему не удивлялся. Либо знал все наперед, либо в принципе мало что его так волновало, чтобы он испытывал эту чуждую для себя эмоцию.

Мерц быстро вернул контроль над эмоциями. Он сразу узнал человека, которому лучше не перечить. Лучше вообще с ним никогда не пересекаться и не иметь ничего общего.

Он не хотел признаваться себе в этом, но Даск внушал ему гораздо больший страх, чем тот же Корвейн. Мерц даже подумывал, что Леон на фоне Ульриха не такая уж и влиятельная фигура.

Мерц хорошо помнил Даска по его стильно зачесанным назад черным волосам и густой щетине, которая всегда была безупречно выбрита по контуру. А еще по особенным движениям тела и взгляду… Ульрих двигался, как высший хищник в своих угодьях. Возможно, поэтому Фабиан заметил его только в последний момент.

Мерца еще не сняли с должности старосты северного крыла. Поэтому расписание ночных дежурств до конца месяца по-прежнему подписывал именно он.

Ульрих положил на стол перед ним увесистый кошель, полный звенящих монет. От него не скрылось то мгновенное движение зрачков Фабиана, когда он явно хотел скрыть, что сумма для него не такая уж и большая. На самом деле – неприлично большая.

– На следующее ночное дежурство в виварии нужно поставить Кассиуса Орда, простолюдина Гаррета, торговца Фенна и лекарку Миру.

– Запомнил, сделаю, – ответил Фабиан. – Можно поинтересоваться зачем?..

– Остальное не твоя забота, – холодно ответил Ульрих. – И хватит щеголять в этих идиотских сапогах, уже в глазах от них рябит.

Ульрих исчез так же быстро и тихо, как появился. Фабиан сложил кошель с монетами во внутренний карман. Он, разумеется, сделает то, о чем его попросили.

Староста больше думал о том, что для него лучше. Отказаться от фирменных сапог и не злить Даска или попытаться больше с ним никогда не пересекаться? Тяжело вздохнув, Мерц понял, что ему все же придется подобрать себе новую обувь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю