Текст книги "Не все НПС попадают 3 (СИ)"
Автор книги: Ольга Войлошникова
Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
Игорь дождался, пока паучиха исчезнет из виду, осуждающе покачал головой и похромал прочь.
* * *
Она любила этот коридор за его уединённость. В общежитских тоннелях не протолкнёшься – и всё время кто-то норовит устроиться рядом, чтобы продемонстрировать своё внимание. Она внутренне передёрнулась и фыркнула, внешне продолжая оставаться каменно-неподвижной.
Обычно здесь тихо и спокойно, особенно если устроиться вот так, в самой тьме, в тени старых перекрытий. Но сегодня – это ж прямо проходной двор какой-то! То назгул этот, то его психованный лепрекон или кто уж он был. Правда, за шоу с мечом, когда эта африканская дура получила по лбу, можно было и поаплодировать. Но сон получился нервный и дёрганный. Ещё и Игорь этот припёрся, всё со своими свечками…
Слуга шаркал и сопел внизу, и она было совсем перестала обращать на него внимания и задремала – но вдруг проснулась от абсолютной тишины. Присутствие Игоря как будто исчезло! Она распахнула глаза. Нет, он был здесь! Но как же тихо он стоял, нужно такое свойство иметь в виду! И то, что этот простак умеет, оказывается, останавливать сердце – наверняка ведь знает, что вампиры способны слышать его стук даже на значительном расстоянии!
Откуда ни возьмись, на ровном месте, посреди коридора появилась негритоска в обличье паучихи. Опа! А ведь уходила она с тем мелким парнем… и где-то несколько часов была, так-так…
Она дождалась, пока Игорь уковыляет, и аккуратно, бесшумно расправила крылья. Ну что, Джулио, как тебе понравится такая новость?
Или подождать и насладиться видом падения этого пижона? Наверняка ведь черномазая что-то замыслила…
А он будет знать, как отвергать лучших!
От таких мыслей к горлу подкатила жажда. Она знала, что там, снаружи, сияет огромная, вечно полная здесь луна. Ночь сильна. Время охоты.
05. ВЕКТОРЫ И ОТКРЫТИЯ
ПРО ТАЙНОЕ И ЛОМАНОЕ
Петька проводил Зуримбу в особняк Вентру и отправился к Яге. Нет, ну надо же девок в чувство привести – что это ещё за фокусы?
Он почему-то думал, что они будут сидеть красивые и весьма весёлые, и поэтому вид пустого стола и деловито работающих по обе стороны девчонок привёл его в некоторый диссонанс с внутренне запланированным диалогом. Петька сел у торца стола. Яга со страшной скоростью печатала (да, экрана и клавиатуры не видно было, но движения-то!), Марина что-то сосредоточенно выискивала – тоже в браслете – пробормотала только:
– Подожди минуточку…
Петька подождал. Потом ещё подождал. Понял, что так быстро ничего не дождётся – и решил заняться делом: проверил драконово яйцо, поговорил с Васькой и Горацио** о тяжких буднях нянько-охраны…
** См. Примечания, п.4.
– Всё! – шлёпнула по клавишам Яга. – Придёшь домой, почту проверишь. Я тебе особнячок Вентру скинула: планчик там, потайные комнатки, места́ отдельные, куда наступать не надо. Чую, та́м твой гоблин, хотя шоколадка наша ничего про него не знает.
– Уж больно чистая у них бухгалтерия, комар носа не подточит, – несколько сомнамбулически отозвалась Марина.
– Н-но, – Яга совершенно бабоёгским жестом почесала нос. – Пароли и прочие выкрутасы для проникновения мы просить не стали – что уж мы, совсем изверги, что ли, девчонку под монастырь подводить. Но нам с тобой, Петечка, как ты понимаешь, все эти танцы с бубнами по барабану – главное, план.
– Я не понял, – задал он внезапно остро заинтересовавший его вопрос, – ты прямо из локации сообщение отправить можешь, что ли?
– Ну-у-у… – Яга помялась, – я как бы могу. Но это типа…
– Использование служебного положения в личных целях, – подсказала Марина. – Начальством не одобряется. Но поскольку она почти не вылазит из локации, и сверхурочных у неё накопилось на двадцать лет вперёд…
Понятно. Смотрят сквозь пальцы. Во всяком случае, иногда.
– Но я стараюсь не того… не злоупотреблять, – Яга уперла локти в стол и грустно оперлась подбородком о чашечку ладоней. – Мне и писать-то было особо некому…
– Дорогая моя, – Петька подвинул табуретку ближе, совсем забыв о мыслях, с которыми пришёл, – послушай и подумай вот о чём. Ты сутками в локации. Я буду сутками в локации. Марина, судя по всему, тоже, – девчонки обе уставились на него очень внимательно. – Нам нужен какой-то канал связи. Хоть ломаный. Хотя бы тревожная кнопка, на которую мы можем нажать в самом крайнем случае.
– Ой, ребята, допрыгаемся мы с этими взломами… – тревожно начала Марина, и тут Ягуся второй раз почесала нос:
– А чем тебе палантиры не нравятся?
Повисшая тишина прервалась внезапно задвигавшейся избушкой.
– Да блин, как не вовремя! – всплеснула руками Яна. – Послать их, что ли?
– Погоди… – Петьке показалось, что подбоченившийся силуэт какой-то подозрительно знакомый. Он пригляделся из-за занавески: – Ты глянь, опять этот! Неймётся ему…
Девки приникли к окошку с двух сторон от него.
– А-а, певец недоделанный! – Яга презрительно хмыкнула. – Квест пройти не могут. Раз в двадцатый уже притащились, малохольные…
– Так это тот, который тебя ведьмакам сдать хотел? – вспомнила Марина. – О́н же про связи с Ягой орал, правильно я понимаю?
Но Петька не успел ответить.
– Про связи с Ягой?.. – переспросила Яна, и голос её сделался вдруг низким и скрипучим, руки, опирающиеся на подоконник, потемнели, пальцы стали морщинистыми и узловатыми, а маникюр с ромашками превратился в острые жёлтые когти. В лицо Петька посмотреть… да боялся, наверное.
Яга стояла, опустив голову и сгорбившись, и с высоты его роста видны были только длинные, выбивающиеся из-под платка, совершенно седые пряди.
– Идите-ка вы домой, ребятушки… А я с этими эльфиками немножко поиграю… В Ивашечку…
ЖИВЫЕ ДУШИ…
– Вот так нас периодически накрывает, – философски вздохнула Марина, когда из избушки на курьих ножках они вышли в парк, освещённый гирляндами вечерних огоньков. – Издержки профессии… Домой? К тебе или ко мне?
– Да пошли в «Ренуара», посидим, – предложил Петька, – время детское ещё. К тому же я там так до сих пор и не был. Мечтаю попробовать легендарный луковый французский суп: одна луковица на ведро воды.
Марина засмеялась, запрокидывая голову:
– Давай что-нибудь более интересное закажем? Например, рулетики из телятины, фаршированные ветчиной и сыром, а?
– Не поспоришь, звучит вкуснее, чем луковый суп.
– А ещё у них там выпечка вкусная, мне нравится.
Устроившись за уютным столиком (белая мебель, вышитые скатерти и маленькие букетики на столах) и получив заказ, они включили приват и обсудили возможность использования палантиров. Так-то выходило удобно. Всего-то делов – выяснить, у кого они хранятся и отжать!
– Желательно бы, конечно, все семь, – прикидывал Петька, – но хотя бы три. Я тут, на всякий случай, все три книги перечитал, с пометками. Получается, три мы точно знаем, у кого.
– Ну, да, – Марина изящно повозила вилочкой в тарелке, – Сураман, Суарон и этот, как его… да бли-и-ин – временный правитель Годнора…?
– Наместник, Данатор II. Если смотреть не на книжного, а на игрового, он-то считает себя вполне постоянным. Насколько я понял по обмолвкам с форумов, это тоже наш, ниписишный. И он реально что-то мутит – никто не может угадать, в какую сторону мужик кинется.
– Думаю, именно поэтому он вполне вписывается в образ слегка обезумевшего правителя. Скорее всего, его из-за этого и не трогают.
– Я тоже так подумал. Так вот, палантир у него есть, сто процентов. Четвёртый рабочий шарик – в эльфийской гавани, откуда по расписанию стартуют корабли в эльфийские бессмертные земли. Говорят, что и смотрит этот шар исключительно туда, на связь с гаванью приёма. Не знаю, есть ли в нём смысл и можно ли его перенастроить.
– Скорее всего, нет.
– Прочие три утоплены. Место предположительно уточнить можно, но там квадратные километры морского дна, хрен победишь.
– Значит, сосредоточимся на этих трёх?
Петька задумчиво покивал. Хмыкнул.
– Ты сама слышишь, что мы говорим?
– Ага. Специально для нас даже пословица есть: «В каждом доме быть должна… – Марина хитро посмотрела на Петьку и продекламировала по частям: – губо-зака-тал-ка!»
– Точно. В нашем хозяйстве – первейше необходимая вещь, – он отложил вилку и уставился в тарелку, явно не видя содержимого. – Парней не хочу подставлять.
– Наш орочий отряд имеешь в виду?
– Да.
– Петь, почему именно эти? – спросила Марина. – Почему они так важны для тебя – этот отряд, и эти женщины из трудового лагеря, и все остальные? Можно же было просто попросить дизайнеров отрисовать новых, и они сразу проявились бы в нужных местах…
– И в нужном количестве, – закончил за неё Петька. – Думал я об этом. И, возможно, какие-то куски карты так и придётся заселять. Но вот эти ребята… Категорически не хочу их бросать. Ты знаешь, что при взаимодействии человека с мобом игра начинает вкладывать в моба больше ресурсов? Больше интеллекта, если перевести на бытовой язык.
– Или больше души́? – задумчиво предложила Марина.
– Где-то и так. Они уже немного живые, и я не вправе предать их, понимаешь?
– Понимаю, – Марина помолчала. – Да, ты прав. Бросить их нельзя.
ОТЧЕГО БЫ ВНЕЗАПНО И НЕ ПРОГУЛЯТЬСЯ?
Они ещё немного посидели, прикончили свой ужин.
– Ну, и чего мы грустнячим? – Марина по-ученически сложила руки на столе. – А пошли, пронесёмся куда-нибудь? Развеемся.
– Я на самом деле тоже хотел предложить. Пошли, сходим на светлую сторону, посмотрим на наших соперников. Я подозреваю, что после моего утверждения на должности посетить светлые земли с туристической поездкой будет проблематично?
– М-м-м… Вообще, наверное, можно будет забега́ть… Но не в города́, точно. Там повсюду артефакты, распознаватели, да и магов куча, которые за так способны твою истинную сущность углядеть – сразу начнётся общий кипеж и локальная войнушка.
– Во-от. А врага хотелось бы знать не только по картинкам. Поэтому – пошли. Какой там у них городишко поприличнее? Где, к примеру, наш неспортивный светлоликий не-друг поселился?
– А-а-а… Каларнифа имеешь в виду? Это надо в Алаберн, – глаза Марины подозрительно начали отсвечивать красным: – А давай найдём этого мерзавца и отдубасим его⁈
Петька усмехнулся:
– Девочка моя, да нас же привлекут за членовредительство.
– Не-а. если бы ты здесь, на территории учебки его разделал – тогда да. А так… – она легкомысленно взмахнула рукой, – подумаешь, два персонажа в вирте подрались. Отреспаунится в ближайшем лифте, всего-то делов. Но осадочек оста-а-анется, – Марина совершенно по-ведьмински захихикала. – Пусть ходит, оглядывается, крысёныш.
– Погоди, – уточнил Петька, – ты хочешь, чтобы во время нашей романтической прогулки с осмотром достопримечательностей мы нашли и подвергли избиению некоего бывшего тёмного властелина?
– Не-е-ет! – Марина отрицательно покачала пальчиком. – Я хочу, чтобы мы изувечили этого типа́. Желательно со смертельным исходом.
– Ну, что ж, – Петька допил свой чай и поднялся, – если женщина просит…
Светлая локация была для Петьки одним большим тёмным пятном. Как любая область неисследованного, она позволяла ему выгружаться только в общедоступных точках выхода – до того момента, когда та или иная часть карты станет ему известна хотя бы в общих чертах.
В лифтовой кабинке Марина быстренько избавилась от всего кроме белья и с сомнением смотрела на себя в зеркало.
– Ты прекрасна, – прокомментировал её взгляд Петька.
– Да я не об этом. Думаю: кем бы мне выйти, чтоб особо в глаза не кидаться?
– Погоди, так у тебя-то тоже тёмный статус?
– Нет, серый. С тёмными землями я работаю исключительно по призванию, но к светлым заходить могу, не опасаясь воя магических сирен. На предмет знакомых вот сомневаюсь.
– Ага. Тогда, что-нибудь маленькое? И максимально безобидное.
– Феечка? – Марина сморщила носик. – Я, в принципе, вообще фамильяром могу. Белочкой какой-нибудь. Разговаривать только сложнее, сразу раскусят, что я не настоящий фамильяр.
– Ну и всё, бери фею и не парься.
– А ты гнома. Каларниф тебя в бороде не видел – сто процентов, не узна́ет.
Городок Алаберн вызвал у Петьки стойкое дежа вю и только через несколько секунд он понял, с чем это связано: постоянно, словно бы на границе слухового восприятия, как будто пел хор стройными эльфийскими голосами. Слов было не разобрать, и это некоторым образом нервировало.
– А нельзя этот фон выключить? – досадливо спросил он у Марины.
– Пение имеешь в виду?
– Ага.
– Где-то в настройках можно, если назад в кабинку вернуться. Да забей! Через пять минут ты его слышать перестанешь, как белый шум.
И правда, через некоторое время неразборчивое фоновое пение вроде бы перестало восприниматься, но раза три случились рецидивы на отдельных высоких «а… а… а…!»
Город по меркам реала был, конечно, крошечный. А вот по игровым – вполне такой ничего себе, от центральной площади разбегался в разные стороны десяток кривых улиц, превращая план городка в подобие кривого сюрреалистического колеса.
Вокруг кишела самая разнообразная жизнь. Не смотря на вечерний час, торговцы торговали, кузнецы звонко стучали молотами в своих полуоткрытых мастерских, на улицах толклось множество народу – пешего, конного и во всяких колясках. Крупные знаки различных ремесленных цехов и прочих гильдий висели над дверями домов тут и там. Вторые этажи практически везде были жилыми, из распахнутых окон доносились вкусные запахи, весёлые голоса и смех.
Городок вызывал белую… нет! – чёрную зависть. Он был живой. Петька, чей глаз уже немного привык выделять в толпе своих, понимал, что здесь, конечно же, много мобов. Но гораздо, гораздо больше – живых игроков! Сотни только на одной этой узкой улочке, на которой он остановился, встав поближе к стене, чтобы не мешать движению потоков людей. Нет, эльфов! Эльфов здесь было процентов девяносто.
Сверху хлопнуло окно, и Марина пискнула ему в ухо:
– Пошли скорее! Помоями обольют!
– Ты что, здесь же сплошь светлоликие и многомудрые? – удивился Петька, но с места всё же стронулся.
Марина вспорхнула над его плечом и обернулась назад, мелко трепеща крылышками.
– Па-а-а-абереги-и-ись! – крикнули из открывшегося окна, и над головами толпы пронеслась мутноватая водяная… колбаса?.. ладно, пусть колбаса, роняя за собой клочки пены и мелкие мыльные пузыри. Кто-то помылся и отправил порцию использованной воды за город.
– В таких местах всегда лучше перебдеть, чем недобдеть! – наставительно проворчала Марина, снова устраиваясь у Петьки на плече.
Так-то – да, верно.
Они покружили по городу, рассматривая местные красоты.
В торговых рядах предлагали всякое – от еды до специальных защитных зелий против сил тьмы. Всё чинно, с достоинством. Как с ними торговаться-то? Неудобно даже…
Экипироваться здесь можно было с нуля. Имеется в виду – для выхода в рейд на тёмные земли, конечно же. Петька попробовал оружие, осмотрел лучшие доспехи…
Ну, ничего-ничего, и вас тоже сюрпризами порадуем. А то сидите тут, самосовершенствуетесь в своей беспечности…
Немного постояли у кузни, наблюдая за работой остроухих мастеров. Лица у них были до того одухотворённые, что каждому было ясно – куётся как минимум высокоуровневый магический меч. А то и вовсе легендарный.
Тори, чья память немедленно выдвинулась вперёд и начала цепко рассматривать все манипуляции, никакого специального колдунства или хитрых мастеровых тонкостей, однако же, не заметил. Всё было добротно, но… обычно. И чего морды такими кирпичами городить?
Они направились наугад по одной из улиц. Больше всего домов было эльфийских (во всяком случае, в эльфийском стиле). Но и оставшиеся напоминали парадные кукольные домики.
– На глянцевые открытки похоже, – резюмировал Петька, когда они дошли до самой окраины. – Ну что, ещё улочку? Или вон посидим, на народ поглазеем поближе? – он кивнул на крупную вывеску ближайшего к ним трактира. Затейливыми рунами было выведено: «Песня Нивродели», рядом красовалась тщательно прорисованная лютня в обрамлении золотых листьев. – Я бы предпочёл что-нибудь менее вокальное, но здесь это, похоже, массовая традиция.
Марина фыркнула и полетела вперёд, к трактиру. Внутрь она, однако, не спешила, а приникла к одному из окон, приглядываясь к происходящему внутри. Вдруг она вытянулась стрункой и заработала крылышками так, что они практически слились в два облачка.
Петька подошёл и негромко спросил:
– Здесь?
– Да! – придушенно просипела феечка. – Вон он, похоже, новую группу на квест набирает!
Петька прищурился. А вон и местечко рядом, буквально за соседним столом. И в углу, как он любит.
Ну, что ж, пойдём, послушаем, какой там назревает квест…
06. СПЛОШНЫЕ СЛИВКИ
«ПЕСНЯ НИМРОДЕЛИ»
– Останься тут, – предложил он Марине. – Может статься, что я не смогу выйти вслед за ним, не привлекая к себе внимания.
– Хорошо, прослежу, – феечка сурово кивнула.
Он ещё раз глянул в окно. Внутри заведения было изысканно – насколько изысканно вообще может быть в таверне. Зал выглядел весьма презентабельно даже по сравнению с ведьмаковскими «Тремя весёлыми зайцами», в которых собирались менестрельские сливки; можно было подумать, что «Песня Нивродели» выстроена исключительно для особ благородной крови. Больше похоже на ресторан, что ли. Атласные скатерти, золотые канделябры… Тихое брякание золотых приборов по дорогому фарфору.
На небольшом возвышении музицировало трио: парень с лютней, парень с флейтой и девушка с арфой. Тоже мобы, что ли? Потому что, если не мобы, то это ж надо такое выражение лица пластмассовое иметь…
Народ, собравшийся провести здесь вечер, судя по внешнему виду, вполне мог бы соответствовать дворянскому статусу. Или у местной публики просто принято так наряжаться? К примеру, Каларниф выглядел весьма пафосно, похлеще, чем тот многострадальный менестрель, которого, должно быть, уже дожаривает Яга. В костюме бывшего тёмного властелина причудливо сочетались блестящие и бархатистые ткани – пурпур, ярко-синий и золото. Укладка тоже была безупречной, волосок к волоску, да ещё и ажурный обруч поверх. Что там с обувью, под столом не очень было видать, но вряд ли такие суровые сапоги, как Петькины всепогодные говнодавы.
Собственный Петькин условно-средневековый костюм смотрелся на фоне прочих «чистенько, но бедненько» и вызывал у него некоторые сомнения – а ну как не пустят? Так что перед входом, несмотря на теплынь, он на всякий случай накинул свой плащ – всё-таки серебряное шитьё, богатый мех – может, и прокатит.
Да, да… гораздо более презентабельный наряд – тот, приобретённый, опять же, в ведьмацкой локации**, где были шёлк, кружево и дорогая кожа, – Марина забраковала, заявив, что он слишком чёрный, и это будет настораживать и выбиваться из общей массы. И ведь она оказалась права! Чёрного здесь не носил никто. Так что… Уж лучше так, скромненько – пусть пренебрежительные взгляды, но не подозрительность.
См. Примечания, п.5
Вместо вышибалы на входе стоял высокий эльф с совершенно непроницаемым лицом и вычурной причёской. Моб – каким-то образом определил Петька. Эльф смерил его безэмоциональным взглядом, но препятствовать входу даже не пытался – опасным, видать, не счёл, а плащ выглядел всё-таки довольно прилично.
Петька заправил пальцы за ремень и осмотрелся, словно отыскивая глазами свободное место. Подавляющее большинство посетителей было эльфами. Вообще-то – все, кроме одной компании, сидящей по другую сторону от стола, который он присмотрел. Двое людей и гном. Сидели они также тихо, как и остальные, негромко общаясь между собой.
Петька прошёл за заранее выбранный столик и уселся спиной к Каларнифу, успев поймать его кислый взгляд. Ну, извините, мы из простых собак, не из породистых… Вокруг столика проводника теснилось на придвинутых стульях ещё семеро эльфов. Судя по разнообразным выражениям лиц, вопросы вылазки обсуждались уже давно, и не все из присутствующих были довольны ходом переговоров.
Девушка с арфой вдруг принялась петь – что-то негромкое и возвышенное, на слух воспринимающееся как «…аи-ауи… а-а-анта-а-а… асси-и-и… у-ине-е-н…»
Высокая культура, едрид-мадрид…
Зато разговор между проводником и пати стал чуть громче.
– Я так понимаю, что никаких твёрдых гарантий успеха прохождения мы не получим? – женский голос.
Каларниф (его высокомерные интонации он помнил ещё со стычки в орочьей деревне) отвечал слегка растянуто:
– Вы можете обратиться к моей личной странице, посвящённой этому квесту, и почитать множество отзывов…
– Однако, все мы знаем, что имел место случай полного провала! – это уже мужик. – Пати даже не дошла до замка!
– Это разовое досадное недоразумение! – Петька прямо представил, как хвалёный проводник приподнимается в гневе.
– И, тем не менее! – снова мужик. – Мы хотим иметь гарантию прохождения – прописанную в договоре, а не устную. А также возврат всей суммы в случае неудачи.
Дальше, как водится, пошла торговля. Каларниф не хотел ходить бесплатно, а пати не хотела облажаться за большие деньги.
В конце концов, они остановились на каком-то промежуточном варианте оплаты, который не очень устроил обе стороны – одним казалось, что они всё равно заплатят слишком много, а другому – что он получит слишком мало. На этой кислой ноте группа начала договариваться о дате. Сошлись они на пятнице, в одиннадцать тридцать – иначе собраться всем одновременно не получалось никак.
– Что желаете? – раздалось над самым ухом.
Смотри-ка! Он уж думал, местный персонал так на него и не обратит внимания.
– А песню заказать можно?
– Конечно! – официантка вскинула тоненькие бровки. – Я принесу вам список исполняемых произведений, и вы сможете выбрать любое!
– А произведения, дайте я угадаю – все эльфийские?
– Вы действительно угадали! – изысканно улыбнулась девица.
– А если я хочу другую песню?
Личико девушки сделалось озабоченным:
– У нас высокоуровневое заведение, так что – извините: репертуар строго регламентирован.
– Ясно. Тогда тарелку сыра и вина. Самого лучшего.
– Кувшин или бокал?
– Конечно, кувшин.
Девица удалилась, пати тоже поднялась и ушла. Каларниф всё сидел, ковырялся в своём блюде золотой вилкой. Интересно, часто у них тут приборы тырят?
Петька невольно прислушался к разговору, который происходил за соседним столиком с другой стороны.
– Твою ж мать, ну и рожи… – гном оглядел зал и брезгливо передёрнулся.
– Ты на себя посмотри! – криво усмехнулся его рыжий приятель.
– А я вам сразу говорил: вырядились мы как петушары…
– Лучше б к ведьмакам пошли, там хоть поржать можно, – буркнул третий, что был пошире в плечах.
– Н-но, и девки там весёлые.
– Ту, сисястую, помнишь? Огонь-баба. А эти чисто селёдки снулые…
Перед Петькой на стол брякнула серебряная тарелка с сыром, кувшин и высокий бокал жёлтого металла:
– Ваш заказ! – несколько резковато сказала официантка. Впрочем, судя по косящему в сторону соседей взгляду, интонация предназначалась скорее им. Ну, услышала девушка лишнего и осерчала слегка, с кем не бывает. Петька, однако же, был занят борьбой со внезапно накатившей паранойей. А не отравлено ли вино? Или стакан этот? Можно ведь и посудину изнутри намазать… И вообще, откуда вдруг такие мысли?
– А ну, сядь! – он прихватил испуганно пискнувшую официантку за запястье, и слегка дёрнул вниз, усаживая на стул рядом с собой. Вынул из храна две деревянных кружки от универсальных пищевых наборов, плеснул в каждую вина из кувшина: – Пей.
– Э-э-э… я?
– Ты-ты. И сырком закусывай, не стесняйся, – Петька вложил в руки девушки кружку и поощрительно кивнул.
Со стороны местной кухни приближался высокий эльф, с губами, поджатыми чопорной гузкой:
– Что здесь происходит? Что вы себе позволяете? – управляющий, видать.
Официантка уставилась на него, моргая огромными глазами из-за кружки.
– А что такое? – Петька почувствовал затылком, что в спину дышит вышибала, вынул из поясных ножен небольшой нож и наколол кусочек сыра, проигнорировав прилагающуюся к блюду вилку. Нож, воткнутый противнику в ногу – он способствует взаимопониманию. Пусть даже и с сыром. – Решил проверить ваше вино на предмет наличия ядов, – официантка, почти допившая свою порцию, поперхнулась и закашлялась. – Запрещено?
Управляющий явно растерялся.
Петька смотрел на него внимательно, чуть прищурясь. Потом понял, что девушке никто помочь не собирается и слегка похлопал её по спине.
– Спасибо, – придушенно пробормотала та.
– Ну что, как самочувствие?
– Нормально.
– Ну, иди. И вы идите, – Петька слегка шевельнул пальцами, и этот жест, вместе с простой деревянной кружкой, вдруг всколыхнул память рыцаря Экберта, и из глубины сознания всплыла мысль: «Покойся с миром, брат Олаф, где бы ни обретался сейчас твой дух…»
Ощущение присутствия за спиной исчезло. Управляющий тоже удалялся в сторону кухни, подгоняя перед собой всё ещё покашливающую официантку и нервозно оглядываясь на странного посетителя, задумчиво уставившегося в деревянную кружку с дорогим Лутлориенским вином.
Петька ополовинил кружку и почувствовал, как тепло начало растекаться по груди. Ослабил завязки плаща.
Решение взять кувшин было, конечно, опрометчивым. Кувшины здесь оказались здоровыми, литра на три, наверное. Это под стол лечь…
Из-за соседнего столика за ним с интересом наблюдали те трое, которые скучали по «Ведьмаку».
– Слышь, мужик – ну ты силён! – расплывшись от уха до уха, покрутил головой один, рыжий. – Я уж думал, вечер так и останется кислым. Проверка на яды, ха!
– Обычная предусмотрительность, господа, – Петька подумал, что вот оно – возможное решение проблемы с вином, и приглашающе повёл рукой, – присаживайтесь, прошу вас. Вино весьма недурно.
Мужики переглянулись и переместились к нему за стол.
Гном уселся рядом и оценивающе окинул взглядом Петьку, потом себя:
– А ты здоров для гнома!
– Мама меня хорошо кормила, – усмехнулся Петька и протянул руку. – Тури, сын О́ни. Я родился в серых землях.
– Держишь марку, уважаю! – мужики представились своими игровыми именами. – И всё же – как прибавить в росте, если не секрет? В параметрах верхний предел нормы – метр пятьдесят!
Каларниф всё ещё ковырялся в своей тарелке, и можно было посвятить какое-то время рассказу (более-менее подходящему и слегка адаптированному, конечно). Историю об энтовой купели разглашать было не особо разумно, а вот про пудинг…
– Ну, что ж, – Петька щедро разлил из кувшина в подставленные ёмкости. – Однажды, бродя по серым землям, я наткнулся на странное место, которое называлось «Грибной лес»…
По ходу рассказа вино разливалось ещё трижды.
–…одно вам могу сказать, мужики. Победить этот пудинг обычным способом практически невозможно. Я не маг – ни огня, ничего такого… Да и не знаю я, как в таком кривом месте магия сработает. Зато у меня был пет, который тупо его сожрал. Но я успел взять немного – с разных сторон.
– А-а! – радостно заорал гном. – Так это про него было⁈ С одной стороны откусишь – увеличишься, с другой, типа – уменьшишься?
Цивильные компании за соседними столиками начали на них коситься.
– Ты понял, да? Но имей в виду: это может рандомно отразиться и на остальных твоих формах, если ты вдруг, допустим, решишь выйти другим персонажем. Возможны сюрпризы.
– Учту.
– Вот это я понимаю, тема! – рыжий разлил остатки из кувшина по кружкам. – Не то что здешняя тоска. Не прогуляться ли нам вчетвером, а?
Петька хотел ответить, что, к сожалению, имеет другие планы, но тут бывший тёмный властелин поднялся, резко отодвинув от себя стул и бормоча что-то про быдло, которое способно любое приличное место превратить в хлев.
– Я не понял, ты кого быдлом назвал, морда ослиная⁈ – «широкий» поднялся, перекрывая Каларнифу выход.
Шорох отодвигаемых стульев прозвучал слитно, как на параде.
– А ведь сработало! – рыжий азартно потёр руки.
– Мы тут на форуме вычитали, – заговорщицки пояснил Петьке гном, деловито поднимаясь и выдёргивая из храна пару топориков, – такой намёк на остроухость – смертельная обида для эльфа.
А ведь неплохо сработало, – подумал Петька и сунул в хран мешающий плащ, – пожалуй, стоит подкорректировать первоначальный план. Пока этот хитросделанный проводник презрительно улыбается – думает, видать, что численное преимущество за эльфами, но сейчас мы ему эту улыбочку подрихтуем…
Управляющий, у которого выдался тяжёлый вечер, выскочил из-за своей стойки с криками:
– Господа! Господа! Прошу вас, успокойтесь, любой спор… – и тут Петька вынул из храна свою чёрную скьявону. Над входом завыл и замигал какой-то маячок.
– Тёмный! – выкрикнуло сразу несколько голосов.
Непонятно, какие у эльфов были намерения ранее – возможно, они собирались спеть им пару оскорбительных песен, разбившись на партии, – но теперь клинки появились в изобилии.
– Понеслась! – радостно заорал рыжий, в руках у которого уже было две нехилых сабли.
Пространство мгновенно смешалось и наполнилось рёвом, грохотом и лязгом. Зазвенело стекло, и какая-то девица отчаянно завизжала: «Оборотень! Кицунэ-э-э!!!» Марину Петька не видел – только смазанно-чёрные полосы – и крики, там, где она мелькала вихрем.
Они рубились вчетвером против всех.
Сколько это продолжалось?
В конце концов их оттеснили к кухне, гном втащил рыжего, у которого была подрублена одна нога, а Петька с широким привалили дверь большим разделочным столом. Марины нигде не было.
– Прикольно было, – рыжий, полулежащий у стены, подтянул себя чуть повыше и поморщился. – С*ка, больно…
– Лечилка есть? – спросил Петька.
– Да толку её тратить. Всё равно у входа щас полгорода толчётся. Как раненых из зала повыволокут – так нам дверь и вышибут.
– Или выкурят, тоже вариант, – согласился широкий.
Петька бегло осмотрелся. Второго выхода не было. Но имелась дверь в кладовку. Уходить, бросив парней умирать, казалось категорической подлостью.
– Господа, могу я попросить вас не задавать мне лишних вопросов и сохранить в тайне то, что произойдёт далее – на ближайшие два месяца? – Петька прикинул, что этого срока должно быть, в принципе, достаточно.
– Неужели этот вечер готовит нам ещё сюрпризы? – усмехнулся широкий. – Считай, что моё слово у тебя есть.
– И моё, – поднял ладонь гном.
– Ну, раз так – и моё, – развёл руками рыжий. – Значит, говоришь, лечилку пить?
Из зала раздались возбуждённые крики, в двери начали долбить.
– Пьём лечилки, по возможности переодеваемся во что-то целое – и следуем за мной! – на приготовления ушло не больше минуты, и Петька приглашающе распахнул дверь кладовки: – Прошу, господа.
Они вышли на крыльцо одного из домов, стоящего боком к центральной торговой площади, и остановились в тени обширного козырька. В жерло противоположной улицы вливался торопливый поток эльфов, большинство было вооружено.
– Сейчас они вломятся в кухню, – негромко высказался рыжий, – и бросятся искать нас по всему городу.
– Валим? – высказал общую мысль мелкий гном.
