Текст книги "Не все НПС попадают 3 (СИ)"
Автор книги: Ольга Войлошникова
Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)
Не все НПС попадают-3
01. ПЕРЕКРОИТЬ КАРТЫ
В ОБХОД ИЗЕНГАРДА
Отряд орков числом около двухсот двигался по широкой, мощёной камнем дороге, петляющей меж холмов.**
**См. Примечания, п.1.
Сотня оставшихся бойцов со своими варгами получили задания сразу в нескольких направлениях. Нужно было детально прояснить все вопросы, которые мы поднимали на совете: количество охраны, женщин, детей (и их возрастные группы), как организовано их расселение. Настроения среди всех этих групп. Отношение к Сураману и Суарону. Сроки, когда очередную группу «выпускников» будут выводить из лагеря – и желательно узнать, куда.
А самое главное – оставшиеся должны были заняться аккуратной агитационной и информационной деятельностью среди заключённых. Петька сомневался в абсолютном успехе этого плана, но надеялся, что в случае необходимости вооружённого нападения на этот концлагерь, им удастся избежать всеобщей паники и без потерь вывести хотя бы женщин. Как минимум, к тому моменту они должны знать, что не следует бояться энтов, а наоборот – нужно бежать под их защиту.
Да, энты остались с орками, ожидая возвращения тёмного властелина, чтобы уйти в новые земли вместе. В земли, где их ждут потерянные жёны. Лишь бы Ягуся не подвела!
Они уходили всё дальше от Изенграда, через юго-восточные отроги Сумрачных гор и их предгорий в сторону Рухана, ибо Сурамана Петька решил навестить после окончания основной миссии. Согласитесь, глупо было бы погибнуть в битве за Изенград, провалив квест, прохождение которого сложилось столь оригинально. Глупо и, пожалуй, бессмысленно.
Кстати, о миссии. По мере постепенного приближения к Модрору кольцо реально начало тяжелеть. И оно периодически пыталось вступить с Петькой в игровой диалог, на что немедленно отвечал тёмный медальон. В общем, два артефакта жили своей собственной насыщенной жизнью. Петька вытянул кольцо из-за ворота рубахи.
– Ну что, ювелирка, какие ваши предложения?
Перед внутренним взором радостно всплыли два привычных уже экрана. Продолжателю квеста обещалось ещё больше плюшек, че раньше. В том числе, как и прежде, гарантировался свободный проход через светлые земли вместе со всеми своими спутниками и сочувствие светлых персонажей. Хм.
Оставить кольцо себе означало разом разосраться и со светлыми, и с тёмными, но прирасти в силе и прочих боевых характеристиках.
– Ну, вы жлобы… – пробормотал Петька.
– Что там? – с любопытством спросила Марина.
– Да-а… Который раз уже выскакивает, а прибавка в уровнях, если оставишь себе, всего плюс десять.
– Натурально, жлобы, – согласилась Марина.
Особенно непонятна была эта мизерная прибавка в сочетании с предупреждением, что на нового хозяина будут агриться даже назгулы. Нос у него не дорос, что ли?
Короче, Петька в очередной раз выбрал «Продолжить квест» и сунул кольцо за пазуху. По груди бумкнуло, как будто на шее не кольцо, а как минимум гантеля висит.
Нагнетаем, – мрачно подумал он, – ну-ну…
Дорога менялась мало, разве что деревьев становилось всё меньше, пока они не исчезли совсем. Через полчаса игра предупредила их о завершении сегодняшнего отрезка квеста и переместила их в переходной лифт.
ЯГУСЯ СОВЕРШАЕТ НЕВОЗМОЖНОЕ
Как только они оказались в зоне учебного центра, браслеты у обоих разразились чередой оповещений.
– Тебе тоже Яна звонила? – уточнил Петька, просматривая историю сообщений.
– Ага. Написала: «Буду ждать». А где – не написала.
В зоне доступа Ягуси не было. Выскочила, наверное, на минутку, да и назад.
– В избушку?
– Давай.
Яга сидела у окна и напряжённо смотрела на улицу.
– О! Наконец-то! – кинулась она им навстречу. – Петя! Ты не представляешь!
– Тихо… Тихо, – Петька обнял её и успокаивающе поцеловал в ушко. – Пока не представляю, но сейчас ка-а-ак представлю! Ты только не кричи. Что там?
Они втроём уселись за стол, Яга сложила перед собой руки, как ученица, и торжественно возгласила:
– Я нашла настоящих жён энтов.
Вот тут Петька чуть со стула не упал.
– Рассказывай!
– Вчера с утра народу было мало. Я села этих энтих порисовать, ну, как ты просил. Кручу так и эдак – ну, не идут. Дай, думаю, пошарюсь по картинкам для вдохновения. Сперва всё не то, а потом задала запрос «деревья-женщины», там, конечно, тоже в основном дриады, души деревьев и романтические фотки типа «посмотрите, я в лесу». Но одна мелькнула такая интересная. А в описании тег «древесные девы». Я бы лично что, например, подумала: древесные девы – это такие девы, которые живут на деревьях, так?
– Ну, логично, – согласилась Марина.
– Фигу! Это они и есть! Только никто не знает, что это они.
– Не понял, – нет, вот реально, не понял в этом месте – как так?
– Не понял – слушай. Был такой мужик, кличка Глобус (круглый потому что, как шар) – это давно было, чуть не в первый год вирта. Так вот, мужик был хорошим толковым программёром, и при этом любил ретро-книги, фантастику и фэнтези, всякое такое. Локации тогда только писались, многие вообще как лоскутные одеяла были. Дядька пришёл со своими наработками по этим вот старым книгам. И первое, куда его сразу потащили – это в «Ваху»**. Вот это был бомбезный мастер!
**См. Примечания, п.2.
– Слушай, а почему «был»? – спросила Марина.
– Так помер он, – грустно сказала Ягуся. – Скоропостижное что-то, ничего не успели сделать. А когда разбирали архив – мама дорогая, сколько же он всего успел набросать! Целые истории. Что смогли – дописывали, дорабатывали ходы. Но даже маленькие кусочки были сделаны так сочно, что постарались сохранить всё. И вот эти древесные девы – это он так папку с ними обозвал. Никто не понял, что это за девы, и почему-то никому не пришло в голову связать их с миром кольца. Может, потому что там сеттинг совсем другой? Южный климат, жара, кокосы-бананы и всё такое. Девочкам добавили раскраску узорами по коре, прописали пару простеньких квестов, и сидят они в своей локации, на случай если кого штормами к берегу прибьёт.
– А что за побережье? – уточнил Петька.
– Да острова вообще! Глобус был реально молодец. Начало истории прописал – комар носа не подточит. Получается, жёны энтов ушли искать новые земли как бы в период малого оледенения, понимаете?
– Когда вода собиралась в ледовые щиты, и уровень океана был сильно ниже! – Петька подскочил и в волнении начал мерять избушку шагами. – А потом стало теплее, и их отрезало от материка, так?
– Всё верно, – кивнула Яга, – и даже немножечко хуже. Согласно всеобщей стратегии игры, средний уровень температуры в локациях колеблется в соответствии с общемировыми показателями – ну, чтоб людям комфортнее было. В последнее время сильно потеплело, так этих древобаб реально подтапливает, от островов форменные клочки остались.
– А когда совсем затопит – куда они?
– Этого в описании локации не сказано. Да их вообще себе никто брать не хочет. Не в струю они ни в одну зону. Там – пиратка, там – морское фэнтези, Нептун, морские девы и прочее… И сидят они бедные, как с боку припёка. У них даже менеджера постоянного нет, заглядывает кто-нибудь из совместителей кое-когда… – Яга склонила набок голову и нахмурилась: – Слуш, а чего это ты здоровый такой? Или это мне блазнится…
– Да вот, по-моему, не блазнится, – согласилась Марина. – Говорила я: наверное, на все имеющиеся формы подействует.
– И чего вы опять наелись? – подозрительно сощурилась Яга.
– Не мы, Петя только. Воды́ из энтовой купели попил.
– Красавчик! – с неопределённой интонацией хмыкнула Яна. – А ну, становись к косяку! Сейчас мы будем нашего мальчика измерять.
Яга куда-то сносилась и притащила старинный портновский сантиметр – тряпочную ленточку с нанесёнными на неё делениями. Если верить этому сверхточному прибору, росту в Петьке теперь было сто девяносто два сантиметра против прежних ста восьмидесяти шести.
– А гном побольше подрос, – внесла свою лепту в это научное исследование Марина.
– Пропорционально по всем раскидало? – предположила Яга.
– Скорее, непропорционально. Та оболочка, что была в локации, получила максимум, остальные, так сказать, поделили между собой второе место.
– Ты, Петечка, осторожнее бы с волшебными зельями… – обеспокоилась Ягуся. – Мало ли, вырастет чего…
Петьке хотелось поскорее перевести эту сомнительную тему, и он бодро предложил:
– Ну что, пошли?
– Куда? – хором удивились девчонки.
– Как – «куда»? К энтоженщинам этим. Пока их никто другой не переселил.
ОСТРОВА
Островами назвать этот набор крохотных клочочков суши даже язык не поворачивался. Неизвестно, каких размеров они были тридцать лет назад, но сейчас это были буквально пятачки метра по четыре в диаметре. И из каждого, как веник, торчали пальмы, тра́вы и прочая мелкая и средняя растительность. Ну и периодически высокие деревья типа эвкалиптов.
Ягуся распахнула дверь… за порогом которой неожиданно плескалось море. А вот подальше, метрах в пятидесяти, как раз торчала пипка крохотного островка – ближнего в цепочке таких же пипочек, расположенных почти ровным кругом.
– Стоп! – сказал Петька. – Все не выходим.
– Почему? – немножко обиделась Яга.
– Подумай, Янусь. Потом опять перекладину городить? А если сагрятся они? Я схожу, поговорю, а вы тут посидите. Можно даже ножки помочить, никаких ужасностей тут на мелководье нет.
– А-а. Ну, ладно. Но смотри, портал постепенно теряет стабильность, я примерно раз в полчаса перезагружать буду.
– Отлично. Ну, всё, девочки, я пошёл.
Он спрыгнул с порога, погрузившись в воду по пояс, и направился к берегу. Вокруг сновали мелкие пёстрые рыбёшки и прочая морская живность. До самого горизонта синел бесконечный и совершенно безмятежный океан.
Мда, неудивительно, что менеджеры сюда кое-когда заглядывают. Чтоб хоть кто-то вообще на эти островки налетел – это ж практически статистическая погрешность. Шанс один на миллион, что здесь произойдёт что-нибудь интересное.
Петька усмехнулся.
Кое-кто считает, что шанс один на миллион – как раз тот, который даёт стопроцентную гарантию результата.
Она, несомненно, была здесь. И она смотрела на него из зелёного пучка своего островка – неразличимая в лианах и зелени… И она была не очень рада тому, что он пришёл – тёмный амулет начал глухо подёргивать.
Та-ак.
Петька остановился метрах в пяти от линии прибоя – тут ему было едва ли по колено. Он чувствовал этот неприветливый, тяжёлый взгляд и раздумывал.
Почему он решил, что они радостно выскочат навстречу с караваями? Слишком часто слишком легко всё получалось. Расслабился. Обнаглел, можно сказать.
Ну и что делать? Если судить по Древоброду, пока он сам не захочет пошевелиться или заговорить, его от дерева было не отличить, как и остальных. Хотя… Что там он сам с собой рассуждал про плодоносящие па́ры?
Он подошёл ближе, стремясь разглядеть в сплетении ветвей нехарактерные для этих широт листья. Угроза как будто сгустилась и нависла над ним, хотя он по-прежнему не мог рассмотреть… О! Есть!
– Я видел твоего мужа, Рябина, хотя мне и не представилось случая спросить у него твоё имя.
Ощущение было такое, как будто где-то в тонком плане лопнула струна. Из гущи крупных тропических листьев выдвинулось крупное, узкое, покрытое красно-коричневой корой лицо – довольно гладкое, как и положено рябинам.
– Где он⁈ И кто ты?
– Меня зовут Тури, сын Они, – Петька решил придерживаться этой версии во всех фэнтези-локациях, чтобы не плодить сущности, – и у меня есть сведения о ваших мужьях, дамы. А также дело к Фимбретиль и остальным – интересное для вас предложение. Мне не хотелось бы произносить его множество раз, и поэтому, милая леди, у меня к вам вопрос – есть ли у вас какой-либо способ добраться до соседнего островка?
– Конечно, – рябина вышагнула из своей островной гущи, и сразу стало видно, что она гораздо более стройная и гибкая, чем её оставленный на границе Изенграда супруг. – Прошу следовать со мной, Тури, – она протянула ему свою крупную изящную руку, – можешь сесть, так дело пойдёт куда быстрее.
Петька с уважением посмотрел на древесную даму – вот уж кого не придётся учить хорошим манерам!
Похоже, что цепь островов изначально задумывалась как один большой подковообразный или вовсе кольцевидный остров, представляющий собой жерло давно угасшего вулкана. Рябина согнула вторую ладонь рупором и издала громкий трубный звук, в котором был голос дерева в бурю – гнущегося, но не ломающегося, и пошагала вперёд, к следующему острову, забирая слегка по дуге. Из прочих кущ тоже начали выбираться древо-дамы. Были они разнообразны, даже на взгляд издалека, и это внушало надежду, что для каждого энта найдётся подходящая пара. Петька думал, что они идут к какой-то из этих древесных женщин – старшей, по аналогии с Древобродом, но оказалось, что рядом с соседним островом имелась обширная отмель, на которой жёны энтов могли собраться с относительным комфортом.
Подобно энтам, они также переговаривались друг с другом, шелестя листьями и деревянно скрипя. Из группы энтовых жён… – да пусть просто энток! – выдвинулась одна и внимательно на него уставилась.
– Приветствую тебя, Фимбретиль, – слегка поклонился Петька. – Я слышал, что твой муж жив и иду навестить его…
Да, он крутил в голове так и эдак – по-всякому получается, что во временно́м потоке энток он встретил их прежде, чем их мужей. Это противоречило произошедшим событиям, но когда энты и энтки всё же воссоединятся, для древо-дам пройдёт почти пара месяцев, а для их потерянных супругов – едва ли неделя, так что надо было строить фразы соответственно, на случай, если они решат переговорить друг с другом и сверить версии.
– Однако, сразу хочу сказать, что положение их не столь радужно, как в прежние времена. Лес Фунгорн сильно потеснён степями и подданными Изенграда, которые сводят его для расчистки полей. Да и некоторые энты, отчаявшись вас найти, начали тихо древеснеть и всё реже отзываются на зов Древоброда. Некому стало пасти деревья… – энтки тревожно зашумели. – Вместе с тем, у меня к вам дело, которое, я надеюсь, поможет вам также поселиться поблизости от своих мужей и видеться хоть каждый день.
Он дождался, пока энтки закончат отчаянно скрипеть и продолжил:
– Итак, я пришёл предложить вам жизнь на земле, которая обширна и крайне нуждается в вашей помощи. Это огромные пространства, выжженные войной – и я хочу, чтобы поля и сады на них снова зацвели. Мне нужна помощь, чтобы научить новых жителей тех мест правильно обрабатывать почву, ибо они много лет провели в плену, и многое утратили из прежних своих умений. Ваша выгода в том, что помимо обширных владений я отдаю значительную часть своих земель под насаждение дремучего леса – и делать это будут ваши мужья. Они ждут лишь вашего решения, чтобы согласиться.
Нельзя сказать, чтобы древо-леди помчались в обетованную страну на встречу со своими муженьками сразу. Торопливость вообще, как видно, не была присуща этому племени. Они стонали, скрипели, трещали на свой древесный лад и активно работали листьями. В конце концов, они постановили, что кто-то из их рода будет дежурить на этом кольце островов до тех пор, пока хотя бы клочок земли виднеется из-под воды.
– Мы могли бы сменяться раз лет в десять, – проскрипела высокая Ель, переводя Петьке их коллективное решение, – это совсем небольшой срок для энта. Остальные готовы отправиться с тобой, господин Тури, как только ты представишь судно или хотя бы парус, с помощью которого мы могли бы плыть, сцепившись друг с другом.
Петька представил себе этот живой плот и впечатлился. Сколько инфарктов и помутнений рассудка можно обеспечить пиратам местных вод, если немного постараться!
– Дамы, не думаю, что это понадобится. Всё, что мне нужно – два высоких дерева, растущих друг от друга на таком расстоянии, чтобы каждая из вас могла между ними пройти. Желательно, чтобы эти деревья соприкасались в вышине ветвями, а с ветвей свисали длинные лианы, подобно пологу. Вы могли бы такое устроить?
Энтки переглянулись, пошелестели – болтливы они оказались куда более, чем энты-мужчины – и дружно направились вдоль кольца, через три островка от этого. Деревья на нём и впрямь оказались подходящими, а лиан эти дамочки накидали весьма оперативно.
Петька подошёл к конструкции. В принципе, даже куда лучше, чем та рамка со скатертью. Он решил последовать Ягусиной перестраховке, и торжественно, хоть и тихо произнёс:
– Нарекаю тебя дверью!
Взялся за лиановый полог. Перед глазами немедленно выпало разветвлённое переходное меню. Отлич-чно!
02. ПСИХОПАТЫ И ПАРАНОИКИ
НОВОПРИОБРЕТЕНИЕ
Петька вывел жён энтов к той орочьей деревне, где они с куратором зачистили неудачливый эльфийский рейд.
При виде древо-женщин население деревушки сбилось в кучу, но не побежало – работает, значит, внушение Дрозда! Узнав Петьку, орки начали кланяться и радостно улыбаться, скаля выпирающие из-под нижних челюстей клыки. Петька нашёл глазами старосту и махнул ему, приглашая подойти к себе.
– Тури, сын Они, ты хочешь, чтобы мы работали с орками? – негромко прошелестела высокая ель.
– А что, разве есть какие-то проблемы?
– Не больно-то этот род был способен к обработке земли в прежние времена.
– Ну, значит, они наконец-то доросли, – аргументировал Петька. Как тёмному властелину, ему позарез нужно было, чтобы две эти расы сошлись между собой безо всяких «фи». – Осмотритесь. Всё, что посажено и возделано вокруг – плоды их усилий. Они нуждаются в помощи и наставлении, но они стараются!
Древесные дамы закачали кронами и зашелестели ветвями.
– Проблем нет, – ответила рябина, – мы будем с ними работать.
Староста тем временем подошёл ближе.
– Как видишь, эти госпожи – живые деревья, – представил энто-дам Петька.
– Мне доводилось встречать движущиеся деревья на западной границе, – с поклоном ответил орк. – Но те были больше похожи на зверей, дикие, фигурами как люди и сплошь заросшие листом, – Петька понял, что речь идёт о листвяках, с которыми ему тоже довелось познакомиться, и слегка передёрнулся. А орк продолжил: – Но твои древесные дамы выглядят разумными и неагрессивными.
Тут Петька несколько напрягся – всё же древнейшие наделённые способностью мыслить земные существа (по версии вселенной колец) могли и обидеться на такой пассаж, но энтки только весело зашелестели ветвями. Они смотрели на здоровенного орка как группа воспитательниц на забавного смышлёного карапуза, ведущего речи не по годам умно.
– Какой рассудительный орк, – Фимбретиль потянулась вперёд, и Петька с досадой успел предположить, что она хочет погладить орка по головке, но энтка лишь подала ему руку, которую тот осторожно и церемонно пожал: – Мы поможем вам облагородить ваши насаждения.
– Было бы неплохо, – добавил Петька, – если бы лес вокруг тоже обогатился растениями, пригодными для собирательства – орешником, малиной – ну, вы понимаете?
– Конечно, господин Тури, – кивнула Фимбретиль. – Это непременно будет сделано.
– Но прошу вас пока не отходить далее чем на километр от деревни. Таким образом вы будете находиться под постоянной защитой. Далее пока небезопасно. Когда я приведу ваших мужей, вы сможете занять столько земли, сколько захотите.
– Ничего страшного, – древо-дамы закачали кронами, – пока мы займёмся ближайшими целями.
На этом Петька оставил своё ценнейшее приобретение, заглянул обратно на опустевшие острова (убедился, что Марины с Яной там уже нет) и направился в избушку, где обе они и обнаружились. Девчонки смотрели на него хитровато, а на столе блестели две хрустальные рюмочки, и ощутимо пахло вишнёвой наливкой. И Петька решил, что набегался и наскакался за эти выходные так, что в пору эти «выходные» в кавычки брать – и плюнул на первоначальный план добраться до директрисы или хотя бы до куратора как можно скорее. И остался в избушке. С девчонками было хорошо и душевно.
И губы у них были со вкусом вишни…
БЮРОКРАТИЯ
22 июня, понедельник, день двадцать восьмой из восьмидесяти четырёх.
Ежеутренняя договорённость встречаться в буфете начала обретать незыблемость традиции. Да, даже если Ягуся щедро кормила его своими разносолами. Потому что место встречи изменить нельзя.
Итак, с утра за завтраком Петька всё же сообщил Дрозду, что ему нужно повидать директрису. Во избежание, тысызыть. По взгляду куратора понял, что ему удалось развить у начальства некоторую паранойю в отношении своих инициатив.
– Ну, что ж, не будем откладывать неизбежное в долгий ящик, – Дрозд посмотрел на свой десерт и вздохнул. – А, впрочем, до смерти убить нас ей всё равно не удастся. Пошли! – он жестом фокусника сунул тарелку в хран и поднялся: – Раньше сядем – раньше выйдем. Давай портал в приёмную.
С этими порталами Петька уже наловчился подгадывать так, чтобы в знакомые точки локаций входить культурно, как бы через дверь, а не вываливаться посреди, например, комнаты на радость людям.
Евгения Васильевна, предупреждённая Дроздом, уже ждала их в кабинете, и во взгляде её читалось нисколько не меньшая подозрительность.
– Ну, рассказывай, орёл, – потребовала она после того, как все чинно перездоровались.
– Дело, в общем-то, простое. Мы тут с девочками прогуливались в свободное время и обнаружили одну занятную локацию… – Петька изложил историю древесных женщин в общих чертах – как её нашла в сети Ягуся, без далекоидущих выводов. – Локация практически затонула, древоженщин этих никто к себе брать не хочет – я их и пригласил. В тёмных землях квадратные километры повыжжены, пусть что-нибудь культивируют, всё-таки движуха, не тупой респаун. И я вас хотел попросить поговорить там с кем нужно, чтоб их никакой особо ретивый менеджер обратно не выдворил.
Директриса и куратор переглянулись.
– Я почему-то думала, что ты… с армии начнёшь, что ли? – с сомнением высказалась Женя Васильевна.
– Армия тоже будет, несомненно, – успокоил её Петька. – Как только появится на что её содержать.
Директриса откинулась в своём кресле и сложила на груди руки, иронично сощурившись:
– Ты прямо хочешь всё как в жизни?
– А разве не благодаря этому локация становится живой? – парировал Петька.
– И на этой позитивной ноте мы откланяемся! – поднялся Дрозд. – Я-то думал – опять случилось страшное, а это – пфе, мелочи жизни. Евгения Васильевна, что ты прямо… Стукани в контору, чтоб учли перемещение, да и все дела. Морской отдел нам только благодарен будет. А нас труба зовёт, уж извините, – он скосил глаза, намекая Петьке на выход и прошипел: – Давай-давай, выгружай нас в лифт, а то завязнем тут на полдня с деталями.
Евгения Васильевна только головой слегка покачала, губы поджав. Цирк, а не стажёрство, что тут скажешь.
А мальчишка-то как будто подрос. То ли с настройками пытается играть, то ли пудинга этого своего поел… Да и ладно, так для тёмного властелина даже лучше.
ПОД КРЫЛОМ ЛЕТУЧЕЙ МЫШИ
В лифтовой кабинке Дрозд слегка забуксовал. Нет, сам-то он быстренько сменил форму на назгульскую. Посмотрел на Петьку в чёрном плаще…
– Есть у меня, дорогой друг, подозрение, что наши острозубые товарищи не удержатся и попытаются попробовать тебя, так сказать, на зубок, простите за тавтологию. А опыта по борьбе с кровопийцами у тебя прискорбно мало.
Два чёрных капюшона уставились в боковое зеркало кабины.
– Может, тебе гнома взять? – после минутного размышления предложил Дрозд. Всё же у него личный уровень побольше.
Петькин капюшон задумчиво склонился вбок:
– Иван Андреич, а я вам лучше вариант предложу…
В лесу было сумрачно и неуютно. Мало того, что над этим местом почти всё время висели низкие серые тучи. Днём. Приближался вечер. А значит – гарантированно разъя́снит, чтобы луна и звёзды как можно более выигрышно оттеняли кожистые острокрылые тени.
По просёлочной лесной дороге шагал назгул, и любой сторонний наблюдатель – скажем, как вон тот охотник на вампиров, притаившийся в огромном дупле гигантской секвойи, – подумал бы, что древний призрак разговаривает сам с собой. Мало ли какие тяготы приходится переносить призракам. Тут не только под нос бубнить начнёшь… Тем более, что металлически лязгающая фигура в потрёпанном чёрном плаще была принята им за дух рыцаря, неудачно проехавшего через баронство кровососов. Как, интересно, они его прокусили сквозь все эти доспехи? Или, может быть… Охотник представил себе несколько неаппетитных вариантов и передёрнулся. В кронах деревьев мелькнула неясная тень. Ещё одна. Про призрака он немедленно забыл. Кажется, началось…
Охотник на вампиров напрасно подумал, что случайный призрак разговаривает сам с собой. Просто с его точки обзора второго путешественника было разглядеть никак невозможно. Маленькая фигурка сидела на плече назгула, скрытая от наблюдателя назгульским капюшоном. Она также была облачена в потрёпанный чёрный плащ, только подпоясанный. На поясе висел довольно большой для фигурки меч, а из-под надвинутого капюшона выглядывал крохотный выбеленный череп горностая. Весь облик персонажа в целом заставил бы наблюдателя, наверное, предположить, что Смерть грызунов направился на сверхурочную работу в вампирском баронстве и для разнообразия прихватил меч вместо косы.*
*Все знают, что Смерть
помимо косы имеет и меч.
Как правило, меч приберегается
для особых случаев —
например, таких как
смерть королевской персоны.
Однако, нигде не утверждалось,
что у грызунов
не может быть короля…
– Вампирское баронство, – негромко рассказывал Дрозд, – одно из самых устойчивых на территории тёмных земель. Тёмный романтический флёр всегда привлекал и будет привлекать людей определённого склада. Женщины хотят бледную кожу, алые губы вечно стройную фигуру и шикарные чёрные платья в развратно-готическом стиле. А мужики – нечеловеческую силу, умение летать и право чувствовать себя доминантным убиватором.
– Психологический портрет, конечно, интересный.
– Ага. Закачаешься. По количеству пафоса на единицу площади сопоставимо разве что с эльфами. Но эльфы, они… Такие возвышенные снежинки, понимаешь? Звёздноликие. А эти… У каждого свой психологический подвыверт. Команда доминирующих извращенцев.
Петька фыркнул.
– И даже не смейся, весёлого мало. На самом деле убить вампира – так, чтобы полностью и окончательно – практически невозможно. Так или иначе он соберётся из клочков тумана, из мизерных обугленных ошмётков, из молекул, если хочешь. Другое дело, что при ответственном подходе к делу ему придётся делать это долго. Или сравнительно быстро, но значительно откатиться в уровнях. Там у них ещё и внутри своей структуры борьба идёт не на жизнь, а насмерть, каждый против каждого. Только этим и спасаемся, иначе бы давно нам на головы сели.
– Так у вампиров, получается, одно семейство? – уточнил Петька.
– Нет, семейств изначально было несколько. Старых, классических, можно сказать – таких как Малкавиане, Бруджа и прочие. Однако, некой светлой голове пришла гениальная мысль, что вампирская зона не такая уж и большая, и баронство должно быть одно на всех. И править им будет… – Дрозд развернул латную перчатку ладонью вверх, предлагая предположить ответ.
– Ну не знаю… Дракула?
– Точно!
– Серьёзно⁈
– Да. Дракулой оформили моба-мегабосса, баронству назначили общий герб, девиз и замок, довлеющий над округой. И территория у них изначально была меньше раз в пять. Однако, поскольку процессы идут в ту сторону, куда их тянет платежеспособный пользователь, довольно быстро в вампирской среде наметилось разделение едва ли не на десяток кланов. И политические игрища развернулись – средневековая Италия отдыхает, не говоря уж о прочих. Заговоры, союзы, измены и подкупы. Незаметно баронство начало… как бы это сказать… разбухать. Никаких войн, нет. Такая тихая, ползучая экспансия. И замок уже не один, а целых шесть, плюс десяток клановых усадеб, на которых прям жирным шрифтом написано: «хочу быть замком!»
– Но разделения как такового не произошло?
– Официально – нет. Пока все они – одно баронство. Хотя герб и девиз не завёл себе разве что мёртвый, как бы парадоксально в рамках данной локации это ни звучало. Так что, я думаю, недалёк тот день, когда эта амёба таки разделится.
– А как вообще руководство смотрит на разрастание вампирского баронства?
– Нормально. Жизнь там кипит, если можно так про нежить сказать. Туда же стягиваются самые отбитые адреналиноманы, для которых даже зомбятня уже скучна. Видишь ли, зомби, даже такие перспективные как наш общий знакомец Лёха, ограничены сеттингом. Они более прямолинейны, не способны к коммуникации с противником, и по легенде у них превалируют инстинкты. Кроме того, все до единого зомби работают под моб-прикрытием. То, что в верхних локациях за зомбарей бегают живые люди, скрывается тщательнейшим образом. А в вампирятне – всё наоборот! Тут мобы – разве что крестьяне или горожане, на которых вампы охотятся. Все прочие роли – все! – разобраны подчистую. Не только вампиров! Дворецких, Игорей*, деревенских старост, лесничих и кто тут у них ещё есть.
*Игорь – специальный вампирский слуга.
Служит вампирам, потому как
все прочие хозяева
отказываются терпеть
его непонятные лабораторные опыты
и экстремальные хирургические эксперименты.
Игори всё проверяют на себе —
приживляют, заменяют и отращивают.
Для продвинутого Игоря
собрать Франкенштейна —
примитивная детская игра.
Характерный признак Игоря:
швы на открытых частях тела
(у женщин-Игорин более аккуратные).
Если Игорь особенно любит холодец,
у его поросёнка вполне может оказаться
пара-тройка запасных ножек.
Игори невозмутимы
и профессионально косноязычны.
Позади них, на тропе раздались сдавленные крики, звуки борьбы и, кажется, выстрелы. Дрозд даже ухом не повёл, продолжая размеренно шагать, слегка побрякивая доспехом.
– В сексуальный контакт с зомбариком, опять же, не вступишь. А с этими – запросто!
Белые косточки костяной морды, торчащие из-под маленького капюшона, с любопытством повернулись к голове назгула. Точнее, в ту сторону, где у призрака полагалось бы быть голове:
– И что, много желающих?
– У-у! К отдельным персонажам так очередь стоит. Фанатки дерутся за право ночи, вплоть до шоу на выбывание.
– Паноптикум какой-то…
– Вот отрастишь харизму, и тебя осаждать будут.
Горностаевый череп развернулся в сторону леса и некоторое время словно рассматривал заросли.
– Ну, что ж, и это тоже можно использовать в своих интересах…
На сей раз хмыкнул назгул.
– Ну, может, и используют. В эту тему я особо не полез. К вампам вообще лезть себе дороже. Мне иногда кажется, что они на почве этой своей конкуренции того… массово подвинулись… Ки́даются, не спросясь: с добром – с ху́дом ли.
– Так я не понял, наши здесь что – получают роли так же, как и игроки? Не назначения?
– Верно, стажёр. Оценка пять за наблюдательность. Именно, что рядовая роль. Выбираешь персонажа – а дальше уж как пробьёшься. И даже если пробился – не факт, что наверху усидишь. Далее, к размышлению тебе: не так давно, года не прошло ещё, вампиры внезапно поразили свой игровой сегмент прекращением всех войн и междусобойчиков.
