Текст книги "Джейн. Драконы не плачут, драконы сильные (СИ)"
Автор книги: Ольга Токарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 26 страниц)
Удар носом о спину Хорга был настолько сильным, что Саша чуть не упала.
Как он умудрился подхватить ее, она не поняла, но от прикосновений его сильных рук дыхание стало прерывистым и тяжелым. Хотелось прижаться к обнаженной груди, познать сладость его притягательных губ.
– Пусти меня сейчас же! – отпихнувшись руками от гладкой груди, которую минуту назад готова была гладить, Александра подняла голову и посмотрела в сине-черные глаза мужчины, в которых бушевала страсть.
И эта страсть будоражила каждую клеточку тела желанием, которого она раньше не испытывала, и от этого становилось еще невыносимее. Вздохнув, увидела, как сине-черные глаза заволокла чернота, когда они проследили, как высоко поднялась ее грудь от тяжелого вздоха.
– Успокойся сейчас же.
Хоргос опустил Сашу на землю, с трудом разжал пальцы, закрыл глаза и несколько минут боролся со своими чувствами. Успокоив возбужденное дыхание, открыл глаза и, не узрев девушки, почувствовал, как тело сковывает холодный лед. Резко повернувшись, увидел, что она уже ушла довольно-таки далеко.
Внутренний дракон зарычал: «Догони немедленно. Не оставляй ее одну. Она такая слабая и беззащитная порой, что я теряюсь в непонимании, как защитить ее».
– И ты туда же. Даже не думайте на пару с Мраком, что эта девушка будет нашей. Я взрослый мужчина и у нас с тобой достаточно сил, чтобы разорвать узы.
Выползший из третьего глаза Мрак с удивительным выражением на «лице» завис напротив хозяина.
«Чему ты противишься? Она твоя истинная пара и не только я…»
– Замолчи сейчас же! Я не хочу слушать тебя! Ты же понимаешь, что эта связь образовалось только потому, что она узнала твое имя.
«Да причем тут я!»
– Хватит разговоров.
Хорг совершил оборотничество, взмахнул пару раз крыльями, подхватил Александру лапой, взмыл в облака, в надежде остудить свой пыл. Он не сразу понял, что драконья ипостась поделилась своей магией, заключив девушку в волшебную защиту от холода. А холод действительно был неимоверный, но радовало одно – тяга к беловолосой красавице стихла и это придало радости, но с нотками какой-то тоски и грусти.
Целый день они летели, прячась в облаках. Красный дракон уже достаточно набрался сил и магии, и поэтому они останавливались на небольшие передышки для того, чтобы Александра могла попить и отдохнуть.
Они старались не смотреть друг на друга, уходили на достаточное расстояние, чтобы как можно меньше общаться и заглушить зарождающее прекрасное чувство, тянущее их друг к другу.
Маленькие крохотные огни, видневшиеся вдалеке, с каждым взмахом могучих крыльев Красного дракона становились все ближе и ближе. Вскоре Александра смогла рассмотреть дома. Впереди располагался большой город. Заерзав в нетерпении, она дала понять дракону, что хотела бы на землю, но дракон и так медленно опускался, еще ближе подлетая к окраинам города. Перед самой землей он выпустил Александру из своих лап и совершил оборотничество.
Саша стояла с мрачным выражением на лице, затаив дыхание, смотрела на пять высоких башен магической академии. Повернув голову, глянула на Хоргоса.
Тому в тот момент показалось, что земля задрожала у него под ногами, сердце готово было разорваться от чувств, которые сейчас испытывала Александра, но самым страшным было увидеть ее глаза, которые кричали от боли.
– Это что, город Андгарван? – прошептала она тихо. – Мамочка! Мамочка! Нет! Только не это!
С последним криком Александра исчезла. Она скрылась в портале, а перед взором Хоргоса продолжал стоять ее образ с искаженным от ужаса лицом и глазами, кричащими от страха. Она поняла, где ее родители.
Его беловолосая красавица испытала такой страх, от которого у самого Хоргоса побежали колкие мурашки по телу.
Оборотничество было мгновенным, Красный дракон взмыл в облака, оглушив диким тоскливым ревом окраины города Андгарван.
***
Таувер завис над лежащей девушкой, руки слегка подрагивали, когда он касался ее бархатной кожи такого удивительного цвета.
Лицо Джейн исказилось от брезгливости, цепи на ее руках загремели, когда она в очередной раз дернула их.
Прорычав что-то нечленораздельное, Таувер отскочил от кровати, сжимая кулаки в злости. Столько лет ожидания, столько лет томительных ночей и все бесполезно.
– Где вы там все попрятались!
Король развернулся, бросил гневный взгляд на вошедших магов, отводящих от него свои взгляды.
Подбежав к первому из них, Таувер схватил его за грудки, с шипением в голосе произнес:
– Мне еще раз повторить свой вопрос?
Горон, не поднимая взора, залепетал:
– Ваше Величество, мы осмотрели девушку всю, с ног до головы, но не смогли найти на ее теле ни одного артефакта. Да вы ведь и сами маг, понимаете, что это нереально – спрятать амулет так, чтобы он был невидим и его невозможно было обнаружить магией.
Таувер отшвырнул мужчину со злостью, тот покачнулся, схватившись рукой за стоявшего рядом мага, с трудом устоял на ногах.
– Пошли все вон! Завтра продолжите поиск. Не может быть такого, чтобы слабый целитель ударил так, что пришлось отлеживаться три дня. А самое невероятное, сила ударной волны. Ищите, исследуйте еще раз каждый кусочек ее кожи, но найдите мне, в какой части тела скрыт артефакт.
Таувер вновь повернулся, зло сверкнул глазами.
– И не смейте прикасаться к ней. Иначе вздерну вас на виселице.
Король вышел, оставив магов одних, они с тоской во взгляде смотрели на измученную девушку. С той самой минуты, как она здесь появилась, они понимали, что не жильцы. И кто первый их убьет – король или драконы, уже не имело никакого значения.
Таувер шел размеренным шагом по коридору дворца, мысли все время возвращались к черноволосой красавице. С того мгновения, как она в окружении пепла повернулась на его окрик, он потерял покой. Ничего больше в жизни не приносило ему радости. Сколько за это время в его постели перебывало фавориток, но когда он закрывал глаза перед его взором, всплывали изумрудного цвета глаза. Притягательные губы, которые хотелось захватить в плен, кусать и терзать до тех пор, пока не услышит стон пощады. Но все оказалось напрасным. Все его многолетние труды по возвращении его рабыни. Какая разница, что она была всего лишь служанкой у Катарины, пару мешков золотых – и она уже его раба.
Став королем, первым делом он издал указ о работорговле, которая приносит приличный доход казне.
И сейчас уже неважно, что так сильно все это время грызло его душу. Было ли это то, что Нэйра оказалась не той, за кого себя выдавала, или что такая красавица выскользнула из его рук. Долгие годы ожидания – и вот она, его вырвавшаяся на свободу птичка вновь в плену. В его плену, из которого он ее не отпустит.
Есть еще одна неприятность, нельзя избавиться от дракона. А как хотелось. Особенно впервые мгновения его пленения. Двое голубков так ворковали на берегу лагуны, что не заметили расставленной магической сети и попались в нее. Какой восторг испытал король тогда. Нахлынула эйфория оттого, что, наконец, он отомстит мерзким драконам за его унижение, когда находился в магической ловчей сети. Жалкие создания возомнили, что они всемогущи и с их магией никто не может справиться. Но он был бы не король Таувер, если бы не собрал лучших магов, заключив их в нижние камеры подземелья, и не заставил их искать способ изобрести ловчую сеть против дракона. Сколько умерло за это время ученых, он не считал, магическая академия находилась рядом, замену умершим король находил быстро.
Таувер сжал кулаки, остановился, голубые глаза смотрели холодно и злобно, искаженные в злобе губы застыли в безмолвии и только мечущиеся от воспоминаний мысли не давали королю отдыха.
Ревность сжигала его душу, когда он наблюдал, как к его рабе прикасается чешуйчатое ничтожество. Никто, кроме него, не имеет права касаться ее. Никто. Таувер был готов убить младшего наследного принца сразу, как только тот был пойман. Но оказалось, у этих драконов с выбором пары не все так просто. Кто бы мог подумать, что его зеленоглазая красавица будет мучиться в агонии вместе с умирающим принцем. Пришлось задействовать магию целительства, приковать дракона цепями в подземелье, накрыв ловчей сетью. Слабый Белый дракон не смог разрушить ловчее заклинание. Где ему догадаться, что среди драконов тоже есть предатели. Золото самое слабое место у драконов. Ради него они продадут любого, не только своего собрата, и неважно, какого он ранга. Хотя вначале лазутчики возвращались ни с чем, но лет через пять нашлись обиженные в клане Голубых драконов. И королю было плевать, из-за чего пошел разлом в рядах драконов, главное, они помогли с разработкой формулы. Только труды всех этих лет оказались пока напрасными.
«Ненавижу чешуйчатых гадов. Ненавижу».
Таувер вновь остановился, закрыл глаза, его грудь высоко поднималась от тяжелого дыхания, злоба исказила лицо. Ударил со всей силы кулаком в стену, прижался к ней лбом, вновь ныряя мыслями в недавние события. Рука прошлась по холодным камням, от переполнявших его чувств сердце билось усиленно. Словно он вновь ведет рукой по ее обнаженной ножке, видит искаженное в истерике бледное лицо Нэйры и его сердце стучит сильней от мысли, что она будет его. Только его. Дикий хохот разносится по комнате, когда он видит, как она пытается отползти от него. Вырывается, кричит. И это еще больше возбуждает. Он наматывает тонкую цепь себе на руку, приближая к себе заветную цель. Его заводит ее извивающееся тело, оно вызывает в нем еще больший трепет, но что может слабая девушка против сильного мужчины?
И, как оказалось, может.
С каким наслаждением он раздевался перед ней. Вид ее перекошенного от страха лица только распалял его чувства. Она прекрасно понимала, что сейчас с ней произойдет, и это еще больше разжигало его желание. Он набросился на нее, как зверь на добычу.
Только вышло совсем не то, что он хотел. Она закричала как-то дико и отчаянно, когда он подмял ее под себя, а затем случилось невероятное. Кричал и катался по комнате уже он. Что-то ударило его в пах с такой силой, что первые несколько минут он просто мычал, закатив глаза. Никогда в жизни не испытывал такой нечеловеческой боли. Маги на руках выносили его из покоев. В течение трех дней обложенный вонючими припарками он лечил свое мужское достоинство. Но магия делала только хуже. Как такое может быть?
Таувер вновь со всей силы ударил кулаком в стену, не обратив внимания на содранную кожу на костяшках пальцев, постоял еще немного, успокоив разбушевавшиеся нервы, поспешил в крыло жены.
Совместная жизнь не задалась с самого начала, да это было понятно с первых минут их встречи. Но самым отвратительным было то, что долгожданного наследника королева на свет так и не произвела. Шесть дочерей и ни одного сына. С рождением последней дочери Таувер заявил Арнелине, что не намерен больше ложиться с ней в постель. А сына родит ему другая женщина и он признает бастарда наследником. И если Арнелина хоть словом заикнется против, гнить ее костям в королевском склепе. Он мечтал последнее время, как держит своего сына на руках – и родила его она, зеленоглазая красавица с такой удивительной бархатистой нежной кожей. Столько времени это была недоступная мечта, казалось, вот она рядом, но он не может к ней прикоснуться, боясь второй раз испытать раздирающую тело боль.
Спустившись в подвал, Таувер приказал стражникам открыть дверь камеры, в которой находился младший наследный принц клана Черных драконов.
Повисшее на цепях тело вернуло настроение своим видом.
– Вы его сегодня кормили? – не оборачиваясь, спросил он у стражника.
– Пытались, но он оказывается.
– Хм. Хочет заморить себя голодом.
– Да кто его знает.
– Кнут.
Таувер вытянул руку в ожидании, и его ладони коснулась прохладная гладкая кожа рукоятки хлыста, он сжал пальцы со всей силы, взмахнул плетью. Уголки губ расплылись в удовольствии от предстоящего действа. Плеть со свистом рассекла воздух и с удвоенной силой легла на исполосованную спину. Закованный в цепи пленник дернулся, не издав ни звука, и повис на цепях.
– Сегодня быстро сдался. – Король, отбросив плетку, повернулся к стражнику. – И напоите его водой. Мне не надо, чтобы он сдох. Эти истинные пары, оказывается, умирают вместе, а к смерти Нэйры я пока не готов. Вот если ничего так и не выйдет, задушу ее своими руками. Или прикажу магам изрезать ее на кусочки, но найти этот чертов артефакт.
В камеру вбежал маг, ответственный за магическую защиту королевского дворца.
– Ваше Величество! – Лицо Руфара было бледным, руки тряслись. – Ваше Величество! Магическая защита, окружающая дворец, исчезла.
Таувер смотрел недоуменным взглядом на мага.
– Что ты чушь мелешь! – Ноздри короля широко раздувались от гнева, рот исказился. – Совсем ополоумел!
– Никак нет.
– Неужели нашли? – Лицо короля сейчас мало чем отличалось от лица недавно вошедшего мага, огласившего про исчезновение защиты дворца. Только одним жителям Тистрела подвластно разрушить ее.
Таувер оттолкнул Руфора и бросился в покои Нэйры.
«Ни за что не отдам ее. Моя. Только моя».
Преодолев расстояние за несколько минут, король подбежал к комнате, в которой находилась пленница, и остолбенел. Магической защиты не было не только на дворце, но и на комнате Нэйры.
Рванув дверь, закрылся от яркой вспышки портала. Убрав с лица руку, он застыл. Девушка с длинными белыми волосами, в странной одежде, стояла к нему спиной. Надетые на ней брюки плотно обтягивали нижнюю часть ее тела, будоража воображение.
Послышался крик Нэйры:
– Саша, беги! Беги отсюда!
Этот крик вывел короля из состояния шока, в котором он находился. Но в следующую секунду, когда девушка повернулась, он застыл, пораженный.
Расцветающая красота незнакомки одновременно завораживала, притягивала и страшила своей утонченностью и совершенством. Кораллового цвета губы чуть приоткрылись, черные длинные ресницы вспорхнули несколько раз, изумруды глаз замерли настороженно, светясь из-под нахмуренных бровей. Девушка сильно кого-то напоминала.
Звон цепей разорвал гипноз, под которым двое стоявших в комнате смотрели друг на друга. И если взгляд мужчины выражал восхищение, то взгляд девушки был настороженным и чуть испуганным.
«Александра?» – сопоставив события прошлого и крик Нэйры, Таувер вскоре понял кто перед ним.
Хищная, довольная улыбка расползлась на лице короля.
– Мать и дочь, какая удача. Александра, признаться честно, я не сразу догадался, что это ты. Кто бы мог подумать, что ты превзойдешь в красоте свою мать. Хотя чему удивляться, в тебе ведь кровь отца. Это даже лучше, не надо тратить свои силы на поиск артефакта, – вальяжным шагом король стал обходить Сашу, осматривая ее с ног до головы похотливым взглядом, – ты просто идеальна для рождения моего наследника.
– Не смей! Слышишь! Ты мерзкое создание! Выродок! Не смей трогать ее! Джейн, натянув цепи на руках, пыталась дотянуться до дочери.
Таувер бросил взгляд на пытающуюся высвободиться из цепей пленницу.
– Нэйра, мне, жаль, но я должен с тобой расстаться. Ты мне больше не нужна. Я нашел тебе замену, девушку, намного моложе и, надеюсь, неискушенную в близости с мужчиной. Не переживай, я смогу доставить твоей дочери удовольствие. Она родит мне здоровых, крепких сыновей.
– Чего?! – Александра с ухмылкой смотрела на стоящего перед ней короля. – Ты псих. По тебе психушка плачет. Не пробовал обращаться к врачам?
Саша не успела продолжить, Таувер набросился на нее, повалив на пол, и стал шарить руками по грудям, тянуться губами к ее губам.
Александра яростно отбивалась, била своими маленькими кулачками по спине урода, зло рыча от отчаянья и брезгливости.
Город Андгарван оглушил дикий рев Красного дракона, летевшего над строениями. Те, кто находился в домах, пытались спрятаться в самых потайных местах. А те, кто не спеша прохаживался по узким улочкам города, замирали от трепета на месте, остальных гнал страх, они разбегались в разные стороны.
Драконий вопль наводил ужас на жителей города, но больше всего их страшила сила и мощь, идущая от него. Красные драконы давно канули в лета, об этом знали все разумные существа Тистрела, поэтому вид огромных красных крыльев, от взмахов которых сносило крыши домов, наводил панику на жителей города.
Хоргос ревел от охватившего страха за Александру. Никогда еще в своей жизни Красный дракон не испытывал такого волнения. Душу рвало от незнания, что сейчас происходит с истинной парой. Сердце то стучало учащенно, то замедляло свой ритм в страхе от возможных картин ее гибели.
«Почему не удержал? – ревел дракон. – Сотру с лица земли этот город, если с ней что-нибудь случиться. Куда могла скрыться наша красавица?
«Я не виноват! – вторил ему Мрак. – Забрала, забрала портальную магию. Скрылась от нас, и это все человеческая ипостась виновата. Кочевряжится, не любит нашу малышку, наше золотко, наше сокровище».
Мрак ринулся из третьего глаза дракона, заклубился по улочкам города, заполняя каждый его уголок своей тьмой, зло шипя, периодически переходя на вой, проскальзывая сквозь стены, наводя жуть на всех, к кому прикасался.
Красный дракон взревел, когда по его крыльям прошлись разряды молний, янтарный зрачок заволокла чернота. Их истинная пара защищается. Картина одна страшней другой всплывали перед взором двух ипостасей.
«Наша девочка защищается, смелая и отважная, но такая хрупкая и слабая. А-а-а, – взревел дракон, – ищи! Спасай нашу малышку!»
Мрак рванул к высокому каменному строению.
«Королевский дворец. Она там. Я чувствую, как бьется ее маленькое сердечко. Чувствую, как медленно покидают ее силы к сопротивлению. Выпью до самой капли ничтожество, посмевшее причинить боль нашей истинной паре», – шипела третья драконья ипостась, стелясь черным туманом по зеленым газонам парка королевского дворца.
Красный дракон опустился возле фонтана дворца, совершив оборотничество, принял человеческую ипостась. Твердым быстрым шагом Хоргос направился к главному входу, впереди него неслась третья ипостась. Распустив в разные стороны свои щупальца тьмы, она словно спрут выискивала в комнатах дворца истинную пару.
Мрак дернулся.
– Нашел! – завопил он. – Нашел!
Сердце Хоргоса учащенно стучало. «Найду негодницу, отшлепаю, чтобы не смела исчезать. Заставлю Мрака выпить до самой капли всю ее портальную магию. Это надо додуматься…»
Хорг не сдерживал бушующей ярости, ударом магии разнес дверь на щепки. Зайдя в комнату, замер от того, что увидел. Он забыл, что надо дышать. Ярость волной поднималась из глубин его души: за каждую слезинку на лице его истинной пары, за растрепавшиеся белые волосы, за содранные ноготки на каждом пальчике, за каждый крохотный синяк на ее теле, за расстегнутую молнию толстовки, за ту боль и отчаянье, что перенесла его истинная пара, за эти минуты.
Пока Хорг стоял, опешив, Таувер резко повернулся на грохот разнесенной двери. Он был удивлен виду вошедшего незнакомца. Пальцы его рук, сжимающие со всей силы длинные белые волосы Саши, медленно разжались. Осмотрев с ног до головы внимательно глядящего на него неизвестного мужчину, король задержал свой взгляд на его руках. Рисунок брачной вязи совпадал один в один с рисунком на руках девушки. Глаза блеснули от веселья, рот перекосился в ухмылке.
– Александра! Неужели этот урод твоя истинная пара? Ты зря сопротивлялась моим ласкам. Я умею доставить девушкам удово…
Последние слова Таувер не успел произнести, Мрак мгновенно набросился на короля. Проникал своими щупальцами под его обожженную кожу – волдыри и раны оставила на его теле сопротивляющаяся принцесса. Впивался в глаза, рот, уши. Выпивал жизненные силы, не обращая внимания на корчившегося в безумных муках сумасшедшего, посмевшего причинить боль их истинной паре.
Александра отползла от места поединка Мрака и короля, хотя поединком это было сложно назвать. Таувер на ее глазах превращался сначала в старика, а затем в иссушенную мумию. Сердце короля давно перестало биться, но озверевшая третья ипостась металась, никак не могла успокоиться и остановиться, ей хотелось, чтобы от мерзавца не осталось ничего.
Хорг пересек комнату, словно пушинку подхватил на руки Александру, смотрел в ее заплаканные глаза, вытирал руками бегущие слезинки.
– Испугалась. Скажи, где болит? Скажи.
Александру накрыла волна слабости, понимание того, что она спасена от маньяка, медленно проникало в сознание. Ее начало трясти, и, уткнувшись в широкую грудь Хоргоса, она заревела белугой и все сильней прижималась к мощному мужскому телу, впервые ощутив защищенность и еще новое, такое необыкновенное чувство счастья от близости с ним.
Звон цепей на руках Джейн заставил их отпрянуть друг от друга. Саша заморгала мокрыми ресницами, легкий румянец вспыхнул на ее щеках от взгляда мужчины, повернув голову, она посмотрела на мать, заерзала, высвобождаясь из крепких объятий.
Хорг опустил Александру на пол, разжал нехотя руки.
Саша подбежала к матери, припала к ней, сдерживая вновь подступившие слезы.
– Мамочка.
– Тише, тише моя красавица. – Джейн прошлась рукой по белым волосам дочери. – Сашенька, кровиночка моя. Ну почему ты меня обезопасила артефактом, а про себя забыла. Глупый мой ребенок, я думала, у меня сердце остановится, смотреть на то, как собираются изнасиловать дочь, а я не в силах ей ничем помочь… – Джейн проглотила подступивший к горлу комок, в носу защипало, горячая слеза покатилась по ее щеке, и женщина быстро смахнула ее, сдерживая рыдания.
Сейчас нельзя показывать, свои переживания, одному богу известна ее душевная боль, надо успокоиться, все уже позади.
– Значит, помог мой артефакт защиты. Хотелось бы посмотреть, как корчился от боли этот урод. – Саша шмыгнула носом, вытерла слезы.
– Спасибо. Ты не представляешь, что я испытала, когда ударил разряд молнии… – Джейн посмотрела на лежащую на полу мумию короля. – Три дня отлеживался, чуть магов не поубивал, когда они сказали, что не могут найти на мне ни одного артефакта.
Саша вновь шмыгнула носом.
– Еще бы, – грустно улыбнулась, – в этот артефакт, вплетена магия Пунгра, она у него необыкновенная, от ее вплетения амулет становится невидим и неощутим.
– Моя ты умница. – Джейн крепче прижала Александру к себе, стала качать ее словно маленького ребенка, успокаивая. Гладила рукой по белым волосам, украдкой бросая взгляды на стоявшего в комнате незнакомца.
«Подумать только, вот и у дочери на руках проявились брачные узоры. Мужчина на вид ближе к сорока годам, а его голову уже полностью покрывает седина, но и она очень необычного цвета, словно россыпь серебра. Красив настолько, что невольно засматриваешься. Если бы не третий глаз на его лбу, подумала бы, что дракон. Но ни об одном драконе с подобной внешностью я не слышала. На Земле людей с подобным нестандартным видом называли оракулами. Но и среди них не помню примеров, чтобы из третьего глаза клубилась тьма, да еще с такими сильными магическими способностями».
Джейн вздрогнула, прервав свои мысли, когда тьма направила свои черные щупальца к ней. Прижав к себе сильнее Сашу, нахмурилась, в душе стала нарастать паника, недавние события смерти короля еще отчетливо стояли перед глазами.
Александра, почувствовав, как напряглась мать, подняла голову, посмотрела на нее, проследила за ее взглядом и обернулась.
– Мрак, не пугай маму. Вытерла ладошкой мокрые слезы. – Мам, а папа где?
Джейн сглотнула застрявший в горле комок, едва слышно прошептав.
– Не знаю. Нас когда поймали, разделили. Меня в эту комнату занесли, я без сознания была, а Редгара… – Спазм вновь перехватил ее горло, она не смогла больше вымолвить ни слова.
Мрак, почувствовав душевные терзание истинной пары, ринулся к ней в образе кота, потерся «мордочкой» о ее руку, зацепил «хвостом» сделал два робких шага к Джейн, посмотрел на нее жалобными глазами.
Джейн с удивлением посмотрела на «кота» и машинально протянула руку, чтобы его погладить.
Мрак ткнулся «мордочкой» в ее ладонь и мгновенно перенесся к хозяину, истерично крича.
– Надо торопиться! Он в подвалах дворца. Бери нашу истинную пару…
Хоргос нахмурил брови, зло смотря на Мрака, перешел на молчаливый разговор с ним. «Не смей называть ее нашей истинной парой. То, что мой дракон и я торопились спасти ее, это ничего не значит. Я не мог оставить девушку на растерзание насильнику, а ты молодец, что убил его. Такой мрази не место под солнцем».
«Как ты не понимаешь! Ты не сможешь отказаться от своей истинной пары, потому что…»
«Замолчи. Я не нуждаюсь в твоих нравоучениях».
Хорг подошел к кровати, на которой сидели мать и дочь, взял руку Джейн, схватился за звенья цепи, потянул их – не выдержав силы давления, кольца разломались. То же самое он проделал и со второй цепью на ее руке.
– Поспешим, ваш муж в очень тяжелом состоянии.
Джейн не стала задавать вопросов, ее догадка подтвердилась, мужчина обладает даром предвидения или чем-то похожим. Вникать во все нюансы магии она не стала, потому что слабо разбиралась в этом. Мир Тистрела так и остался для нее чужим.
Александра быстро встала с кровати, за ней последовала и Джейн. Быстро вскочив, она увидела, как мужчина резко отвернулся. Опустив взор, сразу поняла свою оплошность. Длинная сорочка, сшитая из тонкого просвечивающегося шелка, открывала вид обнаженного телу. Король, не смея прикоснуться к ней, желал лицезреть все ее прелести. Схватив за край простыни, рванула ее и быстро и обмоталась, создав нечто наподобие сари у индийских девушек.
Саша с матерью поспешили за мужчиной, который уже вышел из спальни и направился по коридору дворца.
Отшатнувшись от мертвых стражников, валяющихся на полу, быстрым шагом они стали догонять Хоргоса.
Мрак стелился по коридорам черным туманом, хватая своими щупальцами всех, кто пытался остановить идущих незнакомцев.
Петляя по длинным коридорам и лестницам, они спускались все ниже и ниже, в самые мрачные тюремные камеры дворца. Стража, охранявшая камеры пыток, бросилась на них, но была обездвижена в одно мгновение.
Хорг с легкостью вырвал кованую дверь, отшвырнул ее и быстрым шагом направился к одной из дверей, возле которой, прижавшись к стене, стоял стражник. Горящие на стенах магические факелы хорошо освещали его побелевшее от страха лицо. Упав на колени, он бормотал что-то нечленораздельное.
Хорг вырвал еще одну дверь, отделяющую их от младшего наследного принца и, не входя в камеру, загородил собой проход, чтобы идущие за ним девушки не увидели той картины, которая предстала пред ним.
«Мрак, прикрой нас».
Черный туман мгновенно сгустился, закрыв факелы. И все, что находилось в темнице, стало недоступно взору Саши и Джейн.
Хоргос вырвал с корнем длинные штыри, вбитые в каменную кладку и, отбросив их, подхватил обмякшее тело Редгара. Прикасаться к нему было страшно. Клочья мяса и содранной кожи свисали лохмотьями с его спины. Все суставы были переломаны, тело словно пропустили через жернова и повесили для дальнейшего истязания.
«Мрак. Создай кокон».
Пока тьма быстро клубилась, уплотняясь, окутывала тело младшего наследного принца, Хорг разорвал цепи, повернулся, посмотрел на застывших в проеме мать и дочь, с испугом смотревших на сгусток тьмы посреди камеры.
– Вам лучше на него не смотреть. Сейчас нужно как можно быстрее добраться во дворец. У Эттнера сильный дар целителя, он сможет спасти своего сына.
Джейн покачнулась от слов мужчины, ее сразу обняла Александра.
– Мам, все будет хорошо. Помнишь, деда какого-то дракона в золотой целебный кокон помещал. Он обязательно спасет папу.
Джейн взяла себя в руки, развернулась и твердым шагом пошла обратно.
Саша недоуменно смотрела на нее. К ней приблизился Хорг.
– Она в шоке. Поспеши за ней. Поддержи. Думаю, мы успеем спасти твоего отца.
Александра подняла голову, посмотрела в синие глаза, смотревшие на нее с любовью, и побежала за матерью.
Мрак медленно поплыл над полом, спрятав тело Редгара в сплошной черный кокон, он осторожно перемещался, переживая за полуживого принца.
Человеческая ипостась хозяина торопливо шла рядом, с нежностью и трепетом в груди следила за идущей впереди истинной парой.
Мрак весело заклубился, но вспомнив, кого поддерживает в своей тьме, поспешил окутать израненного младшего наследного принца еще плотнее, не забывая тянуть свои щупальца во все стороны, рьяно охраняя свою истинную пару.
На обратном пути им никто не чинил препятствий, видно, слух о Красном драконе, опустившемся в парке дворца и тьме, что царила вокруг него, быстро разлетелась по всему королевскому дворцу. Все спасались бегством из дворца. Одна королева, увидев, что все слуги покинули дворец, спряталась со своим дочерями в одном из шкафов своего гардероба, еще не догадываясь о том, что ненавистный ей муж уже мертв.
Тьма выползла первой из королевского дворца, клубясь по ступенькам крыльца, поплыла по клумбам, зависла над зеленым газоном в ожидании, держа над землей сотворенный ею кокон.
Следом за ней вышли девушки, за ними – Хоргос.
Джейн замерла с широко открытыми глазами, когда мужчина прошел мимо них к своей тьме и совершил оборотничество. Вскрик удивления застрял в ее горле, она отступила на пару шагов, тяжело сглотнула.
– Сашенька, я действительно вижу Красного дракона?
Саша подошла к матери.
– Мам. Это долгая история. И ты действительно видишь Красного дракона.
– Но ведь…
Их разговор прервал сам Красный дракон. Подхватив магией Джейн, посадил ее к себе на спину, заключил в магический кокон от холода и ветра. Рядом с нею расположилась тьма, держа заботливо тело Редгара.
Взмахнув крыльями, дракон подхватил лапой Александру, тоже заключил ее магическую защиту и взмыл в облака.
***
К третьим суткам, когда звезды проявились на ночном небосводе, Красный дракон весь окутанной тьмой, перелетел границу королевства Черных драконов.
Бросившиеся за ним вдогонку стражи, спикировали вниз в растерянности и непонимания, что происходит. Разглядеть в ночной темноте, кто из драконов пересек их границу без приглашения, не удалось по той причине, что к незнакомцу невозможно было приблизиться. Идущая от него магия давила своей силой, отбрасывала словно пух. Все, что они смогли сделать, это предупредить короля о вторжении незнакомца, не желающего открыть свое имя. Не забыли они упомянуть, что сила, идущая от незнакомого дракона, неизмерима.
Эттнер нахмурил брови, сжав пальцы в кулаки, успокоил свои разбушевавшиеся нервы и поспешил к верхнему этажу дворца, где располагалась площадка для приземления драконов. В нетерпении открыл портал и стоял на крыше дворца в ожидании, не замечая сильного ветра, ударяющегося в него порывами.
Сначала король почувствовал магическую волну силы, прошедшую сквозь него и только потом с трудом смог разглядеть быстро приближающееся черное облако, хотя лучше сказать, сгусток тьмы.
