Текст книги "Белое и Черное (СИ)"
Автор книги: Ольга Рог
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Глава 52
Травкин знал, что Юля для него что-то значит. Знал. Но, насколько… Понял только сейчас. Знобило даже в куртке и ему не согреться, пока не найдет маленькую упертую женщину с манящим взглядом, в котором загорались светлячки, когда она смотрела на детей и на него так же глазела. Нравилось Сергею, как она кидала взоры тайком, лаская взглядом шрам и уродливые острые уши. Стеснительно отворачивалась и пальцы ее подрагивали, словно мысленно прикасались к нему. Тянулась к губам, чтобы стереть мечтательную улыбку.
Он бы запустил руку в пушистые мягкие волосы, потрогал ее лицо. Каждую черточку обвел. Просто млел от ванильного запаха с легкой перчинкой. Дышал ею. Юлька.
Только сейчас Сергей понял, что никогда не говорил ей о своих настоящих чувствах. А сейчас, возможно, может опоздать. «И сказать будет не кому» – тут же отогнал горькую мысль.
Не умел Травкин говорить о любви, не владел словоблудием. Не понимал тех, кто строит понты в виде надувных сердечек, букетов, размером с обхват рук. Красивые жесты не означают ровным счетом ничего – пыль в глаза. Романтическая лапша на женские уши. Главное – реальные дела, забота и твердая рука рядом.
Череп пересмотрел бы свои взгляды, лишь бы увидеть ее улыбку. Вновь.
Положив руку на затылок, хрустнул шеей, чувствуя, что добавилось к ознобу покалывание в области груди, словно лопаются пузырьки с кислотой. Шипит. Растекается. Уходит в правую руку судорогой. Сжал кулаки, чтобы вернуть себе трезвость ума.
– Товарищ полковник, нашли оборудованную комнату под видеонаблюдение. Следы крови вели туда. Затем, все обрывается. Собака не взяла. Нашли женскую сумку, – докладывал лейтенант лишь сухие факты. – Работаем с уликами. Персонал опросили… – обернулся туда, где толкались с десяток разношерстных людей от охранников до продавщиц и официанток в малиновой форме.
– Долго еще будете нас мурыжить? – гнусавым голосом возмущалась одна из теток с бейджем на пышной груди. – У меня собака дома не кормлена! – трясла вторым подбородком и жир на руках поверх короткого рукава, плавно качался от каждого жеста.
«У нее собака, а здесь человеческая жизнь. Но, шкурный интерес важнее, пока самой не коснется. Даже собака, не владеющая речью, поняла бы, что твориться писец в их прекрасном заведении. А уж он, сделает все возможное, чтобы центр прикрыли. Копни, тут нарушений на вагон и маленькую тележку наберется» – скривился Сергей и опустил глаза на низкорослого сотрудника с рацией, шуршащей помехами в руке.
– Веди, – ответил коротко.
***
Юля потирала ушибленное место. Она металась, как слепая мышь, понимая, что помещение, в котором кукует уже примерно более двух часов, начало затапливать. Труба, это была труба на уровне ее плеча, в нее-то она и врезалась. Подняв руки, уцепилась и попробовала забраться. У нее получилось не с первого раза. Разок шлепнулась в горячую муть, взвизгнув матерное. Забралась кое-как, покряхтывая и пофыркивая. И вот, можно было на время выдохнуть.
Юлька повисла на цилиндре, как кошка на батарее, свесив конечности. Ноги безнадежно промокли, и не только ноги… Но это не беда. Здесь тепло как в парилке от испарений. Вода, которая прибывала, была, похоже, из системы отопления. Да и труба под ней тепленькая.
«Интересно, коммунальщики узнают об аварии? Случайно, или кто-то из маньяков решил концы в воду опустить?»
– Сережа-а-а, я тебя любила тоже-е-е. Каждым миллиметром кожи… Сережа-а-а, – пела тихонько, но с акустикой, болтая одной ногой.
Вода хороший проводник звука, с учетом, если ты не в ней, а наверху. Юля была наверху. Пока что…
Глава 53
Крутились колесики правосудия медленно, но верно. Записи с камер видеонаблюдения были частично удалены, но видимо в спешке. По крупицам стекалась информация и полиция уже знала имя подозреваемого. Демина искали по прежнему месту жительства. Сомкнулся круг знакомых и родственников. Всплыл второй фигурант дела, которого с ним часто видели.
Смутно знакомое было в этом образе шибзика в очках. Травкин зуб мог отдать за то, что это и есть Коллекционер. Многое сходилось, складывалось один к одному. Новый эпизод с похищением Юлии расставил все точки. Случайность. Стечение обстоятельств и неугомонный характер Продановой. Вуаля! Ищут пожарные, ищет полиция… А эта, самая дурная и самая любимая женщина на свете нашла, мордой ткнула.
В памяти всплывали острые как игла, детали смерти всех жертв: замученные, избитые, задушенные… в красивом белье. Попадись ему под руку сейчас ублюдки, убил бы одним ударом, по полу размазал тонким слоем. У полковника выражение лица стало такое, что подчиненные шарахались, не говоря об обычных зеваках.
– Сергей Борисович, скорая дежурит, как вы приказали. И там это… Из водоканала подъехали. Говорят, у них прорыв системы отопления. Соседний дом остывает. Жалобы… – лейтенант покосился на рабочих в синей форме, недоуменно моргающих в стороне: «А, что такое происходит?»
– Где прорыв? – Сергей подошел к начальнику ремонтной бригады, точно выделив главного из четверых стоящих перед ним.
– Подземная стоянка. Начальник, мы вам мешать не будет. Надо шлюзы перекрыть… – они было сделали шаг в сторону.
– Стоять! – рявкнул Череп, и все вокруг замерли. В наступившей тишине, продолжил, сменив гнев на «милость», добавив не так громко. – Мы с вами идем… – ему хотелось тупой башкой об стену стукнуться. Ну, конечно же! Подземная стоянка. Конечно, подземку включили в зону поиска, но наткнувшись на опечатанный и перекрытый вход, и ушли ни с чем.
– Истина где-то рядом, – решил пошутить лейтенант, за что был одарен таким «говорящим» взглядом, словно обещали двое суток подряд дежурства в патруле. В крещенские морозы.
Искать истину выдвинулась внушительная процессия. Ремонтники только предупредили, что если увидят воду, чтобы на рожон не лезли. Может током шибануть, вода могла достигнуть трансформатора.
Пока работяги возились с замком, Травкин курил. Пришлось срезать цепь и отвинчивать намотанную в десять ярусов проволоку. Водоканальщики матерясь вполголоса, сетовали: «Какой мудень навертел? Хрен разберешься…».
– Готово! – вскрикнул рабочий, сотрясая в руке проводами.
Полковник отшвырнул от себя тлеющий окурок. Ему было посрать на осуждающие взгляды, что в помещении дымить запрещено. Плевать! Травкин не знал, как выбраться из той паутины, в которой он беспомощно барахтался, в поисках выхода. Надежда, найти Юльку живой утекала сквозь пальцы. Не сорваться бы в слепую ярость…
***
Юля думала: надолго ли ее хватит? Вода внизу продолжала журчать, не переставая прибывать. Запах сероводорода, как от тухлых яиц становился все резче. Жутко хотелось пить. Женщина облизывала пересохшие губы и думала о парадоксе: кругом вода, а она подыхает от жажды. Мимо проплыло что-то пищащее, наверное, крыса. Визжать не хотелось, не было сил.
Юлия думала о том, что скоро вонючая жидкость и до нее доберется, а прятаться больше некуда. Она осторожно обползала всю трубу, проверяя все органолептическим методом – наощупь. С одной стороны, стена в каплях испарений, с другой – труба загибается и уходит в потолок.
Отчаяние сменилось решимостью. Нужно выбираться. Но как? Был бы хоть какой-то просвет, она могла плюнуть и посмотреть, куда эта муть уплывает. Да, ситуация с самого начала была фиговой и семимильными шагами приближалась к катастрофической.
Подогнув под себя ноги, Юля сидела на краешке шершавого покрытия, сложив руки на колени.
Звук. Послышался отдаленный звук голосов. Она прислушивалась, затаив дыхание.
– Юля-а-а! – отчетливо послышался до боли знакомый голос.
Она всхлипнула. Взмахнула руками, чуть не свалившись от радости. Слова застряли где-то там, на уровне сердца. От волнения и ответить не сразу смогла. Из губ вылетали непонятные хрипы и пшики. Юлька несколько раз сглатывала, чтобы прочистить горло.
– Я здесь! – удалось подать жалкий скрипучий голос. – Здесь я, Сережа!
Глава 54
– Юлька, держись! – достигло ее ушей и ушло куда-то в сторону.
А что еще остается?
Что-то гудело, ухало, подвывало как грешник, несущий свой крест. Она поняла, что вода стала убывать. Крысы пищали громче, их втягивало в сливные решетки с противным хлюпаньем. Кромешный ад сдавался с дребезжанием дверей, лязгом и криками: «Петрович, твою мать, держи крепче!».
Юля не знала, кто такой Петрович, но это был тот человек, что пришел на помощь… И Сережа тоже. Травкина она отчетливо слышала, нетерпеливо ерзая. Уже мозоль, наверное, на заднице натерла.
Ослепительный свет сделал больно глазам. Юлька закрылась руками, боясь, что ей это только блазнится, галлюцинации напали.
– Не знаю, как ты туда забралась… Придется прыгать, Юль. Я тебя ловлю. Не бойся, – она вздрогнула от его голоса практически рядом.
– У меня есть другой вариант? – прыснула она с истеричным смешком и прыгнула, не глядя. Знала, что ее подхватят сильные руки, прижмут к себе, обнимут. Вон она, уверенность в завтрашнем дне – ее Травкин.
– Ну, тихо-тихо. Все позади, – успокаивал полковник, чувствуя удушье от ее цепких ручек, которые с трудом пришлось разнимать.
– Спас девку – женись! – пошутил мужик по имени Петрович с ломом в руке. – Видишь, смелая какая… И ведь нашла единственное место, куда можно было спрятаться.
Сергей молчал. Только губы его «ходили» по чумазому лицу, словно он поверить не мог, что вот она, живая Юлька. Обхватив ее лицо всмотрелся в утомленные, с красными прожилками глаза, в которых плескался щенячий восторг. И в то же время… С нафантазированной гордостью невозможная из всех невозможных женщин, вскинула дрожащий подбородок, ожидая его ответа.
«Стоп! Что-о-о?» – он считал более внимательно ее сбившиеся эмоции и понял главное – Юля действительно хочет за него замуж. Эх, была – ни была! Здесь, конечно не время и не место…
– Юль, женой будешь лучше меня слушаться? – это был тонкий ход, с далеко идущими последствиями.
– Буду, – выдохнула она, всхлипнув и снова повисла на шее.
– Идти можешь? Пойдем, надо показать тебя врачу, – ловко перелистнул на более важную тему.
– Я не знаю. Рана в боку ножевая… – ухнула, вспомнив о боли и она вернулась, едва о ней напомнили.
Процедив что-то нечленораздельное, Травкин подхватил свою женщину на руки и понес вдоль бетонных стен, шлепая по мокрому и грязному полу.
– Даша и Костик? – спросила она, положив голову на жилистое плечо.
– С детьми все в порядке. Уже дома. Сейчас тебя осмотрит медик, а там посмотрим…
– Спасибо, что нашел, – прошептала, засыпая на ходу.
Рана оказалась неглубокой. Юлю продержали в больнице сутки, выписав на домашнее лечение. Она рада была увидеть детей, обнять их. Заверить, что мама больше никуда не денется.
В серых глазах светилась бесконечная благодарность к Сереже, которого видела не часто.
На календаре частил январь. Травкин загонял Коллекционера в тупик. Демина арестовали быстрее и закрыли в психушку. Подручный маньяка совсем дерябнулся и толку от него было мало. Чем может помочь человек, пускающий пузыри и ходящий под себя, как младенец?
Однажды, полковник пришел домой, не предупредив заранее. Юля с полотенцем на голове, халате и стоптанных тапочках, солила суп. Чуть всю пачку не бухнула, когда Травкин неожиданно оказался на стуле, словно джином возникнув из воздуха.
– Я не слышала, как ты вошел, Сережа, – прикрыла крышку кастрюли и зарделась под его откровенное горячим взглядом.
– Мы его поймали, Юль. Все закончилось, – улыбнулся от уха до уха как мальчишка, даже шрам не испортил просветленного лица.
– Правда? – выпучила она глаза. Зрачки увеличились как у кошки, захватившей взглядом «добычу». Юлия четко уловила не ту радость завершения их комендантского часа и страха за свою жизнь и жизнь детей…
От мужчины просто разило неприкрытой жаждой желания.
Женское влюбленное начало откликнулось, учуяв флюиды зова изголодавшейся плоти. Томно глянув сверху вниз, она плавно качнула бедром.
– Какой ты у меня молодец. Пойди, руки помой. В ванной. Я чистое полотенце принесу, – призывно облизнула нижнюю губу.
И поплыла мимо, будто она не в домашней скучной одежде, а как минимум Клеопатра в шелках, приглашающая к своему ложу счастливца.
– Зараза, – выдохнул вслед Травкин, проведя ладонью по лысой голове, проверяя не зацвели ли там колокольчики. Звон их точно стоял в ушах, от ударившей крови в разные части тела.
Глава 55
Свадьбы как таковой не было. Просто Травкин повез все семейство по магазинам. По пути, «случайно» заехали в ЗАГС, чтобы подать заявление. Через два месяца в первых числах апреля расписались. И кажется, не было в жизни дня теплее…
Сережа, надев на ее палец кольцо, поставил жирную точку в Юлькиных сомнениях. Они поехали не в ресторан, а на дачу. Затопили баню. Развели мангал для шашлыка. Юля с Дашей шинковали салаты.
Коська строил пирамиду из рубленых толстых веточек одинаковой длины. Ему папа подогнал такой природный конструктор. И, да… Костика больше никто не оговаривал, если он называл отчима папой. Затем, палочки превращались в дрова и их возили в кузове машинки – грузовика, тянув за веревочку. Большие колеса справлялись и с проталинами, и с рыхлым снегом. Только и слышно, как мальчишка трынкал, изображая звук мотора.
– Хорошо здесь, Сереж, – Юля млела в его объятиях, откинувшись на широкую грудь.
Они наблюдали за детьми из окна. Артем и Даша мастерили скворечник, объясняя младшенькому, что это домик для птичек, где будут жить их детки.
– Конечно, свой дом лучше, – согласился полковник в отпуске. – В панельной пятиэтажке слышен каждый сосед из боковых квартир и как стояк журчит. Юль, давай тут дом поставим… Не вместо этого, а рядом? Земли хватит, – пригнулся и куснул ее за ухо, вызвав тихий интимный хихик.
– Правда? Я буду очень даже «за»! – закивала Юлия и выгнулась для поцелуя струной.
Весна пела трелями синиц и веселыми перестуками дятла. В жизни Юли наступили светлые времена. Даже не верилось, через что пришлось им пройти, чтобы обрести спокойное счастье.
Костик пошел в садик и его мать смогла выйти на работу. На их участке действительно начались подготовительные работы к строительству. В конце рабочего дня Сережа сажал жену с сыном в машину, и они ехали смотреть раскопки, технику, подвозившую материалы. Одного вида Травкина было достаточно, чтобы бригада начинала усерднее махать лопатами. К лету над фундаментом стали быстро расти стены. К осени провели все коммуникации и принялись за внутреннюю отделку.
Средства на дом потребовались немалые, поэтому пришлось продать полковничью квартиру и временно перебраться в старую, которую успели загадить съемные жильцы. Юле здесь не нравилось. Неприятно жить в стенах, которые напоминали о прошлом с непутевым мужем, но приходилось терпеть. Все забывалось, когда врывался Травкин с яблоками и букетом тюльпанов. Его громогласный голос звенел радостью встречи:
– Юль, что у нас на обед?
Быстро ел и виновато облизывался, что придется задержаться по работе. Опять проверка, или что хуже, преступление. Чмокал ее в нежные щеки, словно сожрать хотел. Оттягивал декольте и говорил прямо туда, в сисяндры:
– Подождите меня до вечера, я вами займусь отдельно.
Являлся к ночи и действительно проверял, все ли «его ценное» на месте. После ревизии забывался, как убитый. И так повторялся День Сурка…
Пока, однажды ему Юлька не сунула под нос две полоски. Такие четкие и яркие, аж глаза режет. А он еще подумал, чего жена такая загадочная? Ну, мало ли… Вдруг, премию дали.
– Сереж, у нас будет ребенок. Извини, не уследила. Что-то сбился цикл… Ты рад? – серые глаза хлопали от волнения, а руки неосознанно опустились на живот.
Травкин сидел и смотрел ТУДА, как баран на новые ворота, натянув на лоб лохматые брови.
Все же логично. Правда? Два человека в браке активно занимаются сексом. Спермы у него всегда – фонтан. Но, есть малюсенький такой нюанс…
Глава 56
– Сереж, ты меня пугаешь. Ты не рад? Ну, да… Я понимаю, что это неожиданно, – она заходила перед ним взад-вперед, страшась его молчания, и застывшего взгляда в пол.
Юля сама не планировала ничего такого. Травкин не предохранялся с ней и разговора не вел, чтобы женщина пила таблетки. Они, в конце концов женаты. Два человека в репродуктивном возрасте…
«Почему муж ведет себя так странно? Неужели, заставит сделать аборт?» – подумала с содроганием вглядываясь в родные неправильные черты. Хотелось коснуться острых кончиков ушей и ущипнуть.
Напряжение чувствовалось всей кожей. У нее похолодело внутри, а потом бросило в жар, словно резко закинули в сауну.
– Знаешь, – Травкин, вдруг вскинул голову и внимательно припечатал ее взглядом.
Юлька поняла, что ей лучше присесть. Она дошла до стула и медленно сползла вниз. Сложила руки на коленях, как школьница. Нижняя губа немного подрагивала от волнения.
– Я ведь уже был женат, Юль. У нас с бывшей не было детей по одной простой причине… – он скрестил пальцы в замок и противно ими хрустнул, вывернув наизнанку. – Шанс от меня залететь настолько минимален, что это почти невозможно. Заметь, я сказал «почти», – он выдохнул, вглядываясь в ее растерянное лицо и округлившиеся от неожиданного признания глаза. – Жениться на женщине с детьми – был отличный выход, бонус к любимой женщине. Дашка и Костик стали мне родными. А теперь, я спрошу только один раз, Юль, – от его голоса мурашки побежали по телу.
– Спрашивай, – у нее дернулся один глаз и из него же предательски спускалась по щеке слеза.
– Юля, ты от меня беременна? Я не стану проверять и делать тест ДНК. Не поведу тебя на проверку детектором лжи. Мне достаточно будет данного тобой слова и вопрос закроем.
У нее кровь стучала в висках от обиды. От кого еще может быть? Ей сейчас достаточно побожиться: «Век воли не видать» и полковник так просто поверит? Если он задал такой вопрос, то уже по факту сомневается в ней. В голове щелкало, скрипело, трещало, будто сломанный часовой механизм хотел продолжить крутить колесики дальше, но получалось хреново. Ее заклинило, в буквальном смысле.
– Как ты себе представляешь? Приходил сантехник или доставщик пиццы… А не-е-ет! – она выставила указательный палец вверх. – Я трахаюсь с каждым таксистом вместо оплаты.
У Юлии кривился рот, чтобы сдержаться и не наговорить еще больше гадостей. Гормоны разбушевались и требовали все крушить, топать ногами, кричать… Она соскочила и оказалась у раковины. Дернув кран, включила холодную воду. Струя, как скользкая змея обвила руку, намереваясь ужалить… Но у нее бы не вышло укусить сильнее, чем это сделал дорогой мужчина. Ее муж. Ее Сережа Травкин.
– Сережа, мне больно, что ты так мог подумать. Как у тебя язык повернулся сказать? Можешь считать, что ребенок не твой. Сама воспитаю. Опыт есть, – какого труда стоило посмотреть на него, кто бы знал.
– Нам нужно остыть и хорошенько подумать. Согласен, что с моей стороны косяк – не сообщил о своей «проблеме».
Юля застыла с прямой спиной, будто ей по затылку шандарахнули. Только о его проблеме речь? Он ее унизил подозрением, обвинил прямым текстом, что беременность может быть не от него. Слов культурных на паразита не хватает!
Травкин ушел из дома и двое суток мыкался на работе. Смотрел отчеты по делам. Иногда присутствовал при допросах задержанных. Мысленно его перекидывало назад в слуховую память. То, как говорила Юля, едва сдерживая себя. Болезненный взгляд через плечо, словно он ей нож в сердце воткнул… Так не выглядят преступники, которых поймали с поличным. Она обижена до глубины души.
«Лысый баран!» – обругал сам себя.
Поняв простую истину, Сергей сорвался домой, надеясь, что его объяснения примут. Но главное даже не это… Глаза ее серо-голубые посмотреть и увидеть… Нет ли там полного разочарования. Юльку он мог уже потерять. Просрать ее доверчивость, наивный лепет, непосредственность, когда хочется подрезать болтливый маленький язык. Влюбленность. Несправедливым подозрением оттолкнуть от себя раз и навсегда. Сломать.
Он пробовал дозвониться на номер жены, но его каждый раз переключало на автоответчик: «абонент не в сети». Ругая пробки, погоду, и тарахтящих впереди автомобилистов, он набрал на телефоне Дашу… История та же.
Глава 57
Юле снился бесконечный белый стол, уходящий вдаль, напоминающий реку пролитого молока. Небольшая электрическая допотопная плитка, на которой сипит кофейник, гейзером выпуская коричневые пузыри. Темные пятна ложатся на скатерть. Юлия, вместо того, чтобы выключить плитку, бегает с тряпкой, размазывая по ткани кляксы.
Как только Травкин ушел, у нее потянуло низ живота. Женщина прекрасно знала, что это значит. Позвонила родительнице Дашкиной подруги и попросила присмотреть за детьми.
«Это ненадолго» – обещала неуверенно Юлька.
Она приехала в женскую больницу к дежурному врачу. Уже стягивая трусы, вскрикнула. Две капли крови… Вроде бы немного, но…
– Ребенок желанный? Сохранять будем? У вас угроза выкидыша, – врач стянула синие испачканные перчатки и бросила их в корзину. – Так, что? – вопросительно уставилась на нее.
Что, что? Юлька сама не знала. То, как муж «обрадовался» ее беременности заело глубоко внутри. Разочарованный тон. Сухие фразы. Она тогда настолько растерялась заданному вопросу, что ее переклинило: «Если правда, Сережа бесплоден, как говорит, то каким ветром надуло?». Тут же себя одернула, что не обязана никому и ничего доказывать. Если Травкин не хочет этого малыша, то так бы и сказал. Зачем огород городить?
– Вы решили? – гинеколог, не смотрела в сторону растрепанной женщины, быстро набивая на компьютере в карточку пациентки показатели ее осмотра.
***
Полковник, конечно же, полез в программу отслеживания. Точка нахождения нашлась даже при выключенном телефоне и не менялась уже сутки. Гинекологическое отделение?
В глазах потемнело от ужасного предположения. Жена решила избавиться от ребенка? Не те слова должна услышать любимая женщина, сообщая такие новости. Не те. Он прекрасно понимал, что бежать сейчас и разбираться бесполезно. Уже случилось все, что могло случиться. И это только его вина. Но, все равно Травкин давил на газ, игнорируя правила дорожного движения. Плевать на штрафы! Возможно, у него был единственный шанс стать отцом, и он его похерил, параноик чертов. Если произошло непоправимое…
– Ушел с дороги, гиббон! – проорал, посигналив пешеходу, который лез под колеса на переходе, зависнув в телефоне.
У Травкина вся спина была мокрая от расшатанных нервов и повышенного выброса кортизола в крови – гормона стресса.
Он бросил машину на стоянке с табличкой «Только для сотрудников». Скачками добрался до приемного отделения, чуть дверь с корнями не выдрав. Сунул развернутые «корочки» перед носом дежурной медсестры – это всегда работало. И сейчас девушка испуганно округлила глаза, оторвавшись от раскладывания пасьянса на рабочем компьютере.
– Моя жена, Травкина Юлия… Где она и что с ней? – впялил злобный стальной взгляд, словно девчонка в чем-то провинилась.
– Сейчас посмотрим, – медсестра зашла в базу данных, вбивая в поиск данные.
– Да, есть такая. Третий этаж, плата триста восьмая…
Сергей, уже не слушал остальное. Увидеть ее глаза. Понять, прошли ли они точку невозврата.
Вошел, для приличия стукнув пару раз, не спрашивая разрешения. В палате несколько коек. Женщины. Кто лежит с книжкой, кто сидит. Ее скрючившуюся фигурку выделил сразу. Спит, приоткрыв слегка рот. Тонкая рука выставлена вперед и от нее тянется трубка к капельнице.
– Мужик, тебе чего? – недобро крякнула «смотрящая» бабка палаты из своего угла.
– Я… К жене, – сглотнул полковник, не повернул в сторону лысой большой головы, зачарованно смотря на бледное личико и припухшие круги под глазами. Плакала из-за него?
– Так, часы приема закончились, – не унималась в своей правде бабулька. – Сейчас обход будет, врача ждем. Завтра приходи… В халате и бахилах, – фыркнула, что нехристь такой, антисанитарию разводит.
– Юль? – пропустив все замечания мимо остроконечных ушей, он присел на корточки рядом. – Юля, скажи мне… И я уйду, – протянул руку и осторожно убрал прядь волос со щеки.
Длинные реснички дрогнули и вспорхнули, как бабочки. Серо-голубые глаза не сразу поняли, что сна больше нет, как и большого стола, замызганного пятнами кофе. Травкин вполне материальный. Запах его хвойно-горький, с привкусом табака.
– Юля-а-а, – выдохнул и замер, забыв, как дышать. – Прости меня, дурака. У нас еще будут общие дети.
– Не знаю, как еще… Этого сначала родить нужно. Он будет, Травкин. Я сама так решила, – шевелила губами, выскребая из себя тихие звуки. Сергей залюбовался ее контуром рта. Губы у Юльки красивые. Там мило она говорит, очаровательно трет нижнюю и верхнюю между собой. Век бы смотрел.
До Травкина дошло, что сказала жена. Ребеночек есть… Он в ней. Он живой.
Уткнувшись лбом в край кровати, мужчина так же еле слышно прошептал:
– Спасибо, родная. Спасибо!
Его сердце, в котором даже не раны, а дыры… радостно затрепетало, наливаясь заживляющей силой. Юлька дала ему эту силу. Воскресила. Как можно сомневаться в ней? Пора передавить всех тараканов в башке, оставшихся от бывшей жены. Юлька – другая.
– Сок персиковый привези, и кое-что из женских штучек… Возьми бумажку на тумбочке, – ее пальчики рисовали на повинной черепушке сердечки. – Даша и Костик у светкиных родителей. И шоколадку не забудь, – в ее перемешанной речи Травкин понял главное – он прощен. Осталось только не загрызть себя самому.
