Текст книги "Девочка для Шторма (СИ)"

Автор книги: Ольга Медная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 5. Вкус пепла

Частный джет Шторма разрезал облака, направляясь в сторону Москвы. В салоне, отделанном светлой кожей и натуральным деревом, царила тишина, нарушаемая лишь мерным гулом двигателей. Лиза сидела в глубоком кресле, прижавшись лбом к холодному стеклу иллюминатора. Внизу расстилалась бесконечная серая пелена – такая же, как в её душе.

Пять минут видеосвязи с матерью, которые Шторм милостиво «подарил» ей вчера, стали для неё одновременно спасением и пыткой. Мама выглядела бледной, опутанной проводами, но она улыбалась. Она шептала, что ей лучше, и спрашивала, не слишком ли Лиза устает на своей новой «престижной работе». Лиза врала, глотая слезы, а за кадром стоял Ганс, молчаливым напоминанием о том, кому теперь принадлежит её голос.

– Перестань сверлить дыру в облаках, – голос Шторма заставил её вздрогнуть.

Он сидел напротив, с бокалом прозрачной жидкости – судя по запаху, джина. На столе перед ним лежали фотографии каких-то людей и досье.

– В Москве нас ждет прием у министра, – продолжил он, не глядя на неё. – Официально мы обсуждаем инвестиции в портовую инфраструктуру. Неофициально – мне нужно, чтобы ты нашла юридическую лазейку в контракте, который нам подсунут. Там будет «ядовитая пилюля», спрятанная за двойным перекрестным владением.

– Вы хотите, чтобы я обманула министерство? – Лиза повернулась к нему. – Это государственная измена, Артур Борисович. За это не просто увольняют. За это стирают в порошок.

Шторм наконец поднял взгляд. В его глазах отражалось холодное небо.

– В этой стране закон, блядь – это дышло. И я плачу тебе за то, чтобы ты держала это дышло в моих руках. Ты ведь уже не та наивная девочка из библиотеки, верно? Ты вчера видела Ганзу. Ты видела, как легко ломаются судьбы. Министр ничем не отличается от него, только костюм дороже и манеры изящнее.

– Почему я? У вас есть целые юридические отделы в Москве.

– Потому что они все под колпаком у ФСБ. А ты – чистый лист. Ты идешь со мной как мой «личный ассистент» и эксперт по международному праву. Твоя задача – слушать, читать между строк и вовремя шепнуть мне на ухо, где заложена мина.

Лиза промолчала. Она понимала, что он втягивает её всё глубже. Сначала – подпись на сомнительном документе, потом – подстава конкурента, теперь – игры на государственном уровне. Он методично делал её частью своего преступного мира, лишая возможности вернуться к нормальной жизни.

Москва встретила их агрессивным блеском огней и ледяным ветром. Их кортеж из трех черных бронированных машин прорезал вечерние пробки с мигалками, которые Шторм использовал так же естественно, как дышал.

Отель «Метрополь» сиял позолотой. Лизу привели в люкс, где её уже ждали стилисты.

– Сделайте из неё богиню, которая умеет цитировать уголовный кодекс, – бросил Шторм и ушел в смежный номер.

Через два часа Лиза смотрела на себя в зеркало. Платье из черного бархата с глубоким вырезом на спине, нить жемчуга на шее и холодный, почти хищный макияж. Она не узнавала себя. Из зеркала на неё смотрела дорогая содержанка с глазами убийцы.

– Подойди, – раздался голос из-за спины.

Шторм стоял в дверях, застегивая запонки. Он подошел к ней и надел на её руку браслет – тяжелое золото, инкрустированное черными бриллиантами. Щелчок замка прозвучал для Лизы как звук закрывающихся наручников.

– Красиво, – прошептал он, касаясь губами её обнаженного плеча. – Но запомни: на этом приеме будет много мужчин, которые захотят тебя купить. Или украсть. Если кто-то из них коснется тебя без моего разрешения – я отрежу ему руку. Если ты позволишь кому-то коснуться себя – я заставлю тебя смотреть, как это происходит.

– Вы патологический собственник, – Лиза попыталась отстраниться, но он прижал её к себе за талию.

– Я просто не люблю делиться своими инструментами, Лиза. А ты – самый острый инструмент в моем арсенале. Пойдем. Министр не любит ждать.

Прием проходил в закрытом зале ресторана. Звон хрусталя, приглушенный смех, запах дорогих сигар. Мужчины в смокингах обсуждали бюджеты и откаты с той же будничностью, с какой обсуждают погоду.

Лиза чувствовала на себе десятки оценивающих взглядов. Она шла рядом со Штормом, высоко подняв голову, играя свою роль.

Министр – седой мужчина с фальшивой улыбкой – приветствовал их широким жестом.

– Артур! Рад видеть. И какая… очаровательная спутница. Неужели это та самая «железная леди», о которой шепчутся в узких кругах после визита Ганзы?

– Елизавета Волкова, – представил её Шторм. – Мой главный советник по стратегическим рискам.

Весь вечер Лиза была в напряжении. Пока мужчины вели светские беседы, она изучала документы, которые ей «случайно» передал референт министра под видом меню. Её мозг работал как компьютер. Пункт за пунктом, параграф за параграфом.

В какой-то момент она почувствовала на себе тяжелый взгляд. Через зал на неё смотрела женщина. Рыжеволосая, в ослепительно красном платье. Её глаза светились нескрываемой ненавистью.

– Кто это? – тихо спросила Лиза, когда Шторм отошел за напитками.

– Рита, – раздался голос Ганса у неё за плечом. Он всегда был где-то рядом, как тень. – Бывшая «фаворитка» босса. И она очень не любит конкуренцию. Особенно такую… умную.

Лиза почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Артур Борисович, – позвала она Шторма, когда тот вернулся. – Нам нужно отойти. Срочно.

Они вышли на балкон, где шум города перекрывал их голоса.

– В контракте, в разделе 12.4, ссылка на закон, который был отменен вчера секретным постановлением правительства, – быстро заговорила Лиза. – Если вы подпишете это, право собственности на терминал перейдет государству автоматически через полгода без компенсации. Это ловушка. Министр хочет вас «раздеть».

Шторм замер. Его лицо окаменело. В глазах вспыхнул опасный огонь.

– Ты уверена?

– На сто процентов. Я читала это постановление в базе сегодня утром.

Шторм внезапно рассмеялся – тихо и жутко.

– Девочка моя… Ты только что сэкономила мне пятьдесят миллиардов. И подписала министру смертный приговор.

Он резко притянул её к себе – так, что между их телами не осталось ни малейшего просвета. Ладонь впилась в затылок, пальцы сжали волосы, вынуждая запрокинуть голову. Второй рукой он обхватил талию, прижимая ещё теснее, почти вдавливая в себя.

Его губы обрушились на её рот – грубо, безжалостно, без намёка на нежность. Вкус виски обжёг язык, смешавшись с металлическим привкусом его триумфа. Он не просил – требовал. Не уговаривал – властвовал. Каждый толчок его языка был приказом подчиниться, каждым касанием он метил её как свою собственность.

Лиза попыталась отвернуться, но его хватка лишь усилилась. Дыхание сбилось, сердце колотилось о рёбра, словно пыталось вырваться наружу. Она не отвечала – не могла, не хотела, – но тело, неожиданно, предательски реагировало: кожа горела под его ладонями, низ живота стягивало тугим узлом. Его язык проник глубже, исследуя, завоевывая, оставляя после себя огненный след. Рука скользнула вниз, сжала бедро, приподнимая край платья, обжигая кожу сквозь тонкую ткань.

И когда его рука наконец проникла под подол, поднимаясь всё выше, Лиза поняла: она не просто спасла его деньги. Она стала его самым ценным активом. И теперь он ни за что её не отпустит.

– Поедем в отель, – прошептал он ей в губы. – Я хочу отблагодарить тебя по-своему.

Лиза смотрела на огни Москвы и чувствовала, как внутри неё что-то окончательно ломается. Она выиграла эту битву для него. Но проиграла саму себя.

А в дверях зала Рита сжимала бокал так сильно, что на стекле пошли трещины. Она видела этот поцелуй. И она уже знала, как уничтожить «идеального юриста» Артура Шторма.

Глава 6. Теневой оскал

Ночь в «Метрополе» задыхалась от роскоши и напряжения. После триумфа на приеме Шторм был взвинчен – адреналин от предотвращенного краха и близость женщины, которая этот крах остановила, превратили его в натянутую струну.

Лиза стояла в центре люкса, чувствуя, как бархат платья тянет плечи вниз, словно свинцовая броня. Шторм сорвал с себя галстук, швырнув его на антикварный столик, и медленно пошел на неё. Его взгляд был тяжелым, маслянистым от желания и опасного восторга.

– Ты сегодня превзошла саму себя, Лизок, – его голос вибрировал, пробирая до костей. – Видела бы ты лицо министра, когда я вежливо намекнул ему, что знаю о «секретном постановлении». Он чуть не подавился собственным языком.

– Я просто сделала свою работу, – выдохнула она, пятясь назад, пока не уперлась в край массивной кровати.

– Работа? – Шторм коротко, лающе рассмеялся. – Нет, детка. Работа – это когда перекладывают бумаги. То, что сделала ты – это искусство войны. Ты вонзила ему нож под ребра так изящно, что он даже не сразу почувствовал боль.

Он сократил расстояние, вторгаясь в её пространство. Лиза кожей чувствовала жар, исходящий от его тела. Его ладонь, грубая и горячая, легла на её шею, большой палец властно очертил линию челюсти.

– Ты возбуждаешь меня своими мозгами больше, чем все те куклы, которых мне подсовывали годами, – прошептал он, склоняясь к её лицу. – Эта твоя правильность, этот блеск в глазах, когда ты находишь лазейку… Ты – чистый наркотик.

– Отпустите, – прошептала она, хотя знала, что это бесполезно.

– Не сегодня, – Шторм прижал её к себе, лишая воздуха. Его губы впились в её рот – не с нежностью, а с триумфальным присвоением. Это был поцелуй победителя, забирающего законный трофей.

Лиза попыталась сопротивляться, но её тело, предав её разум, отозвалось на этот напор. Внутри вспыхнул пожар, замешанный на ненависти и странном, пугающем влечении к этому монстру. Но в тот момент, когда реальность начала плавиться, в дверь номера резко, настойчиво постучали.

Шторм замер, нехотя отстранившись. В его глазах полыхнула такая ярость, что Лизе стало страшно за того, кто стоял за дверью.

– Если там не пожар, Ганс, я скормлю тебя псам, – прорычал он, распахивая дверь.

На пороге стоял Ганс, бледный и непривычно собранный.

– Артур Борисович, проблема. Внизу Рита. Она… она не одна. С ней следователь Воронов. Говорят, поступил анонимный донос о хранении запрещенных веществ и незаконном удержании человека.

Шторм обернулся на Лизу. Его взгляд мгновенно стал ледяным.

– Рита… Эта дрянь решила, что может играть со мной на моем поле.

Лиза почувствовала, как по спине пробежал холодок. Имя «Воронов» резануло слух. Это был старый знакомый её семьи, честный мент, который когда-то обещал ей защиту.

– Лиза, слушай меня внимательно, – Шторм подошел к ней и схватил за плечи. – Сейчас сюда зайдут. Если ты скажешь хоть слово о том, что ты здесь не по своей воле – я уничтожу всё, что тебе дорого. Но если ты подыграешь мне… я дам тебе то, о чем ты даже не мечтала.

– Вы боитесь Воронова? – она с вызовом посмотрела на него.

– Я не боюсь никого. Но мне не нужны лишние проблемы в Москве. Улыбайся, «любимая».

Через три минуты дверь люкса распахнулась. В комнату вошел мужчина в штатском – тот самый Воронов, и Рита, чье лицо сияло злорадством.

– Артур Борисович, извините за поздний визит, – Воронов окинул комнату профессиональным взглядом. – Поступила информация, что гражданка Волкова удерживается вами насильно.

Рита сделала шаг вперед, её глаза впились в Лизу.

– Лизонька, не бойся! – наигранно воскликнула она. – Скажи им правду. Расскажи, как этот зверь заставил тебя подписать те бумаги. Мы тебе поможем!

Лиза посмотрела на Шторма. Он стоял поодаль, лениво прикуривая сигариллу, но она видела, как напряжены мышцы его спины. Он ждал её выбора.

Перед глазами Лизы пронеслись кадры: больничная палата матери, лицо Майи, её собственная жизнь, которая теперь висела на волоске. Если она сейчас уйдет с Вороновым, Шторм не простит. Мать умрет через день.

Она сделала глубокий вдох и подошла к Шторму, обвив его руку своей.

– Господин следователь, я не знаю, кто распространяет эти нелепые слухи, – её голос был на удивление твердым. – Я – личный юрист и невеста Артура Борисовича. Как видите, со мной всё в порядке.

У Риты буквально отвисла челюсть. Воронов нахмурился, переводя взгляд с Лизы на самодовольное лицо Шторма.

– Невеста? – переспросил он. – Лиза, ты уверена? Твоя сестра говорила другое.

– Моя сестра просто слишком волнуется из-за моей новой работы, – Лиза заставила себя улыбнуться, хотя внутри её выворачивало. – Мы планировали объявить об этом позже, но раз уж вы здесь…

Шторм притянул её к себе и поцеловал в макушку.

– Надеюсь, инцидент исчерпан? – в его голосе прозвучала явная угроза. – Или вы хотите провести обыск и найти здесь только дорогое шампанское и мою любовь к этой женщине?

Воронов сжал челюсти. Он явно не верил ни единому слову, но без заявления Лизы он был бессилен.

– Извините за беспокойство. Рита, идем.

Когда за ними закрылась дверь, Лиза мгновенно отпрянула от Шторма, словно от прокаженного. Её трясло.

– «Невеста»? – она посмотрела на него с ненавистью. – Это был ваш план?

– Это был твой единственный шанс не стать трупом, Лиза, – Шторм подошел к ней и взял за подбородок. – Но должен признать, ты сыграла блестяще. Теперь об этом будет знать вся Москва. Ты официально – моя женщина. И Рита только что подписала себе смертный приговор, попытавшись тебя использовать.

– Я ненавижу вас, – прошептала она.

– Знаю, – он улыбнулся своей хищной улыбкой. – И это делает нашу игру только интереснее. Завтра мы возвращаемся домой. Готовься к свадьбе, «невеста». Даже если она будет фиктивной, спать ты будешь в моей постели.

Он вышел из комнаты, оставив Лизу одну. Она подошла к окну, глядя на шпили Кремля. Она только что совершила юридическое самоубийство. Теперь пути назад не было. Она стала частью империи Шторма, и этот шторм обещал снести всё на своем пути, начиная с её совести.

В ту ночь Лиза долго смывала с себя запах его парфюма, но чувство «золотого ошейника» на шее только крепло. Она больше не была свидетелем. Она стала соучастницей.

*****

Дорогие мои, читатели!

Пожалуйста, не стесняйтесь оставлять комментарии – мне искренне интересно:

какие моменты вас зацепили;

какие герои кажутся наиболее живыми и запоминающимися;

что вызывает эмоции – радость, волнение, сопереживание;

Ваши мысли помогают не только мне, но и другим читателям – ведь именно в обсуждении рождаются самые интересные идеи и новые взгляды на историю.

Также буду очень благодарна, если вы подпишитесь на мою страницу

Глава 7. Брак по расчету и крови

Возвращение из Москвы в частном джете прошло в гробовом молчании. Лиза смотрела в иллюминатор на серую вату облаков, чувствуя себя так, будто ее заживо замуровали в фундамент империи Шторма. Объявление о «помолвке» в отеле разлетелось по каналам светской хроники и криминальным сводкам быстрее, чем они успели доехать до аэропорта. Теперь она не просто «юрист» – она его метка, его знамя и его самая уязвимая мишень.

Шторм сидел напротив, сосредоточенно изучая какие-то графики, но Лиза кожей чувствовала его взгляд всякий раз, когда она шевелилась.

– Завтра к десяти приедет портниха и ювелир, – бросил он, не поднимая глаз. – У нас мало времени. Свадьба через неделю.

– Вы серьезно? – Лиза резко повернулась к нему. – Это была ложь для следователя! Вы сами сказали, что это просто способ заткнуть Воронова.

– В моем мире ложь становится правдой, если она выгодна, – Шторм отложил планшет и подался вперед. – Рита открыла ящик Пандоры. Теперь каждый мой враг знает, что ты – мой единственный слабый пункт, на который можно надавить официально. Если ты останешься просто «сотрудницей», тебя похитят и выпотрошат в первом же переулке, чтобы выведать мои счета. Если ты станешь моей женой – нападение на тебя будет означать объявление войны всей моей структуре.

– Значит, этот брак – просто еще один пункт в моем контракте? Система безопасности?

– Называй это как хочешь, – он усмехнулся, и в его глазах блеснуло что-то пугающее. – Но спать ты будешь в хозяйской спальне. Никто не должен сомневаться в подлинности нашего союза. Особенно Ганс и его люди. Они должны видеть, что ты – неприкосновенна.

Особняк встретил их суетой. Горничные бегали с подносами, Ганс постоянно висел на телефоне, отдавая приказы об усилении охраны. Лиза чувствовала себя призраком на собственных поминках.

Вечером, когда дом немного утих, она заперлась в своей комнате, пытаясь дозвониться до Майи. Сестра взяла трубку после третьего гудка.

– Лиза! Это правда? В новостях пишут… ты и Шторм? Ты с ума сошла?! Он же… о нем такое говорят!

– Майя, тише, – Лиза сжала телефон так, что побелели костяшки. – Это… это часть работы. Для безопасности. Маме стало лучше, это главное. Не верь всему, что пишут.

– Он тебя заставил? Скажи мне правду!

– Майя, я… я сама так решила. Береги маму. Я скоро пришлю деньги.

Она сбросила вызов, потому что слезы уже душили её. Врать самому близкому человеку было больнее, чем терпеть издевательства Шторма.

В дверь постучали. Это был не вежливый стук экономки, а властное требование. Лиза открыла. На пороге стоял Шторм в домашнем шелковом халате, с бокалом виски.

– Пойдем, – приказал он.

– Куда? Сейчас два часа ночи.

– В мой кабинет. Пришли документы от Риты. Она решила поиграть в шантаж напоследок.

В кабинете было накурено. На столе лежала флешка и распечатки фотографий. Лиза подошла ближе и почувствовала, как земля уходит из-под ног. На фото была она – в университете, с бывшим парнем, в обычных дешевых джинсах… и фото её матери в больнице, сделанные скрытой камерой. Но самым страшным было последнее: скриншот её переписки с Вороновым двухлетней давности, когда она просила его помочь с делом об угоне машины соседа.

– Она хочет преподнести это как «заговор юриста и полиции» против меня, – голос Шторма был обманчиво тихим. – Рита внушает моим партнерам, что ты – засланный казачок Воронова. Что ты здесь, чтобы собрать на меня компромат и сдать властям.

– Это бред! – воскликнула Лиза. – Я тогда была просто студенткой!

– В криминальном бизнесе бред часто становится поводом для пули в затылок, – Шторм подошел к ней вплотную, прижимая к столу. – Ганс уже требует твоей головы. Он считает, что ты слишком опасна.

Лиза посмотрела в его глаза и увидела в них не гнев, а холодный расчет.

– И что вы сделаете? Отдадите меня ему?

– Нет, – Шторм коснулся её лица, его пальцы пахли табаком и дорогим парфюмом. – Я сделаю то, чего они не ожидают. Завтра на приеме в честь нашей помолвки ты сама уничтожишь Риту. Юридически.

Он выложил перед ней другую папку.

– Здесь компромат на благотворительный фонд Риты. Она годами воровала деньги, предназначенные для детских домов. Обычное крысятничество, которое в нашем кругу не прощают. Ты выйдешь и при всех предъявишь ей обвинение. Как мой юрист. Как моя будущая жена. Ты должна показать им клыки, Лиза. Если ты этого не сделаешь – они разорвут тебя.

– Вы хотите, чтобы я стала палачом?

– Я хочу, чтобы ты выжила! – он внезапно сорвался на крик, хватая её за плечи и встряхивая. – Пойми ты, дура! Здесь нет полутонов! Либо ты со мной и бьешь первой, либо ты труп, который я завтра выловлю в заливе!

Лиза смотрела на него, и в её душе что-то окончательно перегорело. Эта стерильная жизнь, эти кодексы, это стремление быть «хорошей»… всё это больше не работало. Она была в лесу, полном волков, и самый главный волк сейчас держал её за плечи.

– Хорошо, – прошептала она. – Я сделаю это. Но я хочу условие.

– Ты чё блядь, еще будешь ставить условия? – он прищурился.

– После свадьбы Майя и мама должны уехать в Германию. С охраной, которую выберу я. И они должны быть полностью финансово независимы от ваших «траншей».

– Договорились, – Шторм отпустил её и залпом допил виски. – А теперь иди спать. Завтра ты должна выглядеть как ангел смерти.

Лиза ушла, но в дверях обернулась. Шторм сидел в кресле, глядя на её фото из «прошлой жизни». В его взгляде на секунду мелькнуло что-то странное… не то тоска, не то сожаление. Но через мгновение он снова стал каменным изваянием.

В ту ночь Лиза долго не могла уснуть. Она изучала документы на Риту. Она видела схемы, подставные лица, фальшивые отчеты. Это было легко. Слишком легко для её ума.

Она поняла, что Шторм прав в одном: он не просто её «владелец». Он – её единственный шанс не исчезнуть в этой кровавой мясорубке. Она начала превращаться. Медленно, слой за слоем, Лиза Волкова снимала кожу ягненка.

Утром, глядя в зеркало, она увидела женщину, которая больше не боялась крови. Она боялась только проиграть. И когда в комнату вошла портниха с белоснежным, как саван, свадебным платьем, Лиза лишь холодно улыбнулась.

– Сделайте корсет туже, – сказала она. – Мне нужно привыкнуть к тому, что я больше не могу дышать свободно.

Свадьба была назначена. Капкан захлопнулся, и Лиза сама повернула ключ. Она еще не знала, что Рита – лишь пешка в игре более крупных хищников, и что Ганс уже начал свою игру за её спиной. Но в этот момент она была готова к войне. Глава империи и его «адвокат дьявола» выходили на тропу войны вместе.

*****

Дорогие мои, читатели!

Пожалуйста, не стесняйтесь оставлять комментарии – мне искренне интересно:

какие моменты вас зацепили;

какие герои кажутся наиболее живыми и запоминающимися;

что вызывает эмоции – радость, волнение, сопереживание;

Ваши мысли помогают не только мне, но и другим читателям – ведь именно в обсуждении рождаются самые интересные идеи и новые взгляды на историю.

Также буду очень благодарна, если вы подпишитесь на мою страницу