Текст книги "За Гранью (СИ)"

Автор книги: Ольга Кобзева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)

Вдруг их что-то насторожило. Все тут же взмыли вверх и растворились в ночи. Секунда, и их уже нет. Но один, тот самый, появился, будто из воздуха, приземлился и медленно пошел ко мне. Он издал длинный протяжный звук, услышав который я проснулась. Все-таки сон, разочарованно улыбнулась я. Потерла лицо, прогоняя сонливость и выглянула наружу.

Уже светало. Сквозь дыру пробивались первые робкие солнечные лучи. Потянулась. Этой ночью меня никто не нашел – хорошая новость. Просто отличная! Пить хочу неимоверно, а воды нет – плохая. Сегодня я могу попасть домой – прекрасная новость! Так что та жажда? Не стала даже завтракать, хотя и хлеба, и мяса еще много осталось. Сложила свои ценности, снова привязала к палке и выбралась наружу. Свежий утренний воздух разогнал остатки сна. Нужно собраться. Сегодня важный день, уверена, у меня все получится, я смогу вернуться.

Без труда нашла дорогу, по которой пришла к хижине в самый первый день, но спустя пару часов поняла, что местность мне совершенно не знакома. Снова и снова обследовала территорию, возвращалась к домику и ходила кругами. Не может быть! Этого просто не может быть! Раз я попала сюда, то должен быть и проход обратно. Должен! Тщательнее всего я искала дерево, под которым провела самую первую ночь в лесу. Безрезультатно. Найти ничего не удалось. Но я продолжала надеяться. Стемнело. Надежды больше не осталось, только теперь я поняла всю тщетность прилагаемых усилий. Если портал и был, то он закрылся, переместился, испарился… В общем, его больше нет! Обессиленная я легла прямо на землю. Весь день прошел в безрезультатных поисках. Окрыленная надеждой я даже смогла забыть про жажду и голод, за весь день больше не прикоснувшись к припасам. Мною овладела апатия. Что теперь меня ждет? Почему это все случилось? Зачем? За что?

В сгустившейся темноте сквозь деревья стало проглядывать неясное мерцание, зрелище настолько меня заинтересовало, что нашла силы и поднялась. Высокие деревья мешали рассмотреть необычное небесное явление. Что это может быть? Я никогда не видела северного сияния, только читала о нем, так вот мерцание и переливы вокруг очень напоминали именно северное сияние, если бы не одно но. Это было не где-то вдали за линией горизонта, сияние разливалось в небе, усиливаясь с каждой минутой. Сейчас уже отчетливо стали видны две широкие дуги в небе, вроде радуги, но намного шире. У дуг не было начала и конца, они тянулись на всем протяжении неба. Теперь я догадалась, что это и есть те самые кольца, опоясывающие планету. Очень красивое зрелище, пожалуй, ничего красивее мне видеть не доводилось. Захотелось выбраться из леса, где деревья очень мешали обзору и насладиться прекрасным видением в полной мере. Но почему их не было видно раньше? Хотя, на Земле ведь тоже есть периоды, когда луна особенно яркая и полная, может, кольца светят не постоянно?

Апатия стала уходить, то ли прекрасное свечение тому причиной, то ли молодой организм, не способный долго унывать, но я прямо-таки почувствовала прилив сил и желание действовать. Нужно решить, чего я хочу, то ли возвращаться в деревню с неясными перспективами, то ли… что? Идти куда глаза глядят? Допустим, я не заблужусь и смогу выйти из леса и даже набреду на другую деревеньку. Отлично! Представим, что там живут прекрасные отзывчивые люди, которые не придадут значения моему плохому знанию всеобщего языка и даже захотят мне помочь. Чем я буду заниматься? Где и на что жить? И это если все сложится наилучшим образом. А ведь я слышала, что на Лирасе сейчас война. Кто и с кем воюет? Первый вопрос. Какие еще расы населяют этот мир? Все ли они человекоподобны? Если вспомнить лиранов, читай драконов, основную расу, то не факт! Риск велик. Но как же не хочется становиться игрушкой Моркелеба! При том, что я даже не знаю, что он имел в виду, говоря, что хочет оставить меня себе. Для чего именно?

Очнувшись от мыслей, поняла, что почти вернулась к сгоревшей хижине. Ночь на дворе, безопаснее провести ее там же, где и прошлую. Да и организм вспомнил, что давно не ел. Осталось решить проблему отсутствия воды. Первый ручей, встретившийся нам с Адриэйном, примерно в двух часах пути. Рискнуть? Здравый смысл боролся с мучительной жаждой. Сергей Викторович, мой бывший учитель ОБЖ, дай Бог ему здоровья, рассказывал, что воду в лесу можно добыть разными способами. Натолкать в пакет травы и оставить на солнце до образования необходимого количества конденсата, или собрать дождевую. Еще можно наблюдать за насекомыми или рассматривать тропы зверей, они должны привести к водоему. Но все эти способы по разным причинам сейчас не подходят. Остается еще один. Я нашла острый камень, выбрала место, где трава наиболее сочная и стала копать. Когда ямка стала около полуметра и в ширину, и в глубину, в нее начала набираться грунтовая вода. На дно положила большой плотный лист, который очень быстро заполнился необходимой жидкостью.

Не только напившись, но и умывшись немного, отправилась к месту ночлега. После скромного ужина завернулась в шкуру и закрыла глаза.

Разбудил меня неясный звук. Что это? Выходить не собираюсь, чтобы это ни было. А вдруг вернулись те самые похитители? А я здесь сонная, берите голыми руками. Через короткое время звук послышался снова. Все же, выбравшись из шкуры решила выглянуть осторожно наружу. Звук повторился. Прислушиваясь и стараясь не шуметь, медленно двинулась в ту сторону. Хижина осталась позади, я углублялась в лес. Когда отошла уже далеко, но ничего не обнаружила, решила возвращаться. Но тут, услышав шелест крыльев, обернулась. Передо мной стояло то самое прекрасное животное из недавнего сна. Внешний вид его завораживал и изумлял одновременно. Очень захотелось дотронуться и погладить, но рука прошла насквозь. Он оказался призрачным, будто состоящим из тумана. Все время на Лирасе меня что-нибудь удивляет и изумляет, так что почти привыкла уже.

– Так ты мне не снишься? – спросила тихонько.

Неизвестное создание обошло вокруг меня, будто принюхиваясь. А потом меня боднули в спину. Несильно, будто заигрывая. Обернулась и замерла. Герой моего сна больше не был призрачным, больше не мерцал. Передо мной стояло серебристое чудо. Он снова боднул меня, поддев руку. Поняв, чего он хочет, без страха погладила жеребца по голове. Немного почесала между глаз, которые он прикрыл, наслаждаясь лаской. Опустился на передние ноги, наклонил голову и расправил крылья. Что? Похоже, хочет, чтобы я на него села.

– Извини, я не умею, – покачала головой, – свалюсь и сверну себе шею. Хочешь, могу еще погладить?

Жеребец вывернулся из-под руки и улегся на землю. Присела рядом, прислонившись к теплому боку. Поглаживая и перебирая перышки, незаметно для себя уснула.

Проснулась от яркого солнца, бьющего прямо в глаза. Осмотрелась и вспомнила события прошедшей ночи. Жеребца рядом не было, даже не заметила, как он ушел. Судя по всему, проспала я немало. Чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. Ночью мне казалось, что от хижины я отошла дальше, но на самом деле пепелище прекрасно просматривалось отсюда. Обратный путь занял всего минуту. Быстро собрала свои вещи, умылась водой, набравшейся за ночь, но пить не стала. Ручей рядом, лучше напьюсь там. После той воды я не заболела, так к чему рисковать понапрасну?

Незаметно для себя я все же решила вернуться в деревню. Поговорю с Адриэйном, может его родители в благодарность за спасение мальчика согласятся мне помочь. Подходя к ручью, почувствовала чье-то присутствие. Не знаю, как объяснить, но появилась уверенность, что поблизости кто-то есть. Естественно насторожилась. Осторожно ступая, стараясь не хрустеть ветками, спряталась за широкое дерево.

– Фейроника, вам не нужно бояться, – раздался спокойный голос Крегерха.

Выдохнув, вышла из-за своего ненадежного укрытия. Мне было немного стыдно, ведь я ушла тогда, не стала дожидаться, когда меня просили. Как теперь вести себя?

– Судя по всему, вы не нашли того, к чему стремились? – мужчина подошел ко мне.

– Не нашла, – тоскливо подтвердила я. – Что вы здесь делаете?

– Ждем вас, конечно же!

– Ралион Крегерх, я нашел цаярса! Смотрите, какой большой! – С противоположной стороны выбежал Адриэйн, потрясая тушкой крупного зверька. Шкурка черного цвета, длиннющие острые когти, узкий голых хвост и брр… длинные клыки, по четыре сверху и снизу, торчащие из пасти.

– Отлично, Адриэйн! Выйдет отличный горячий обед. – Похвалил Крегерх.

– О, Фейроника, – увидел меня мальчик, – где ты была? Мы тебя уже два дня ищем! Как хорошо, что с тобой все в порядке! – Мальчик обхватил меня ручками, прямо не выпуская тушку зверька.

– Извини, Адриэйн, так получилось, – не знала, что и сказать. Взглянула на Крегерха, он стоял с невозмутимым видом.

– Адриэйн, иди к ручью и разделай цаярса.

– Да, я сейчас, я умею! – мальчик унесся выполнять поручение.

– Мы следовали за вами все это время, я приглядывал, но не мешал. Вы решили вернуться, я правильно понял?

– Да. Спасибо вам за все. – Моя благодарность была действительно большой. Такая тактичность и уважение к моим желаниям, Крегерх готов был меня отпустить, не мешать уйти, как и говорил. А я ему не поверила. – Извините, что я ушла одна.

– Фейроника, вы не обязаны мне доверять. Мне жаль, что вы не смогли вернуться в ваш мир. Но я уверен, что ваша жизнь здесь наладится. Просто не будет, но я вам помогу.

– Почему? Зачем вам помогать мне? – Только сейчас я заметила, что речь льется будто сама по себе. Я чудесно понимала собеседника, а он меня. – Почему я вас понимаю? – удивленно спросила я.

– И мне интересно, – протянул Крегерх, – но так намного проще вам будет адаптироваться в нашем мире. А насчет моей помощи – я вам очень благодарен, как уже говорил. Уверен, родители Адриэйна после того, как узнают правду, тоже захотят вам помочь. Фейроника, все будет хорошо!

Посчитав разговор законченным, лиран сложил горку из сухих веточек, принес несколько веток потолще, положил рядом. Прищелкнул пальцами, на кончиках которых тут же зажегся огонек. Он его просто сдул в костер, отчего тот весело затрещал. Заворожено следила за разворачивающимся действом. Вот же здорово! Хотела бы и я так уметь. Не зная, куда себя деть решила найти Адриэйна.

Мальчик, ловко орудуя небольшим ножом, заканчивал свежевать тушки.

– Фейроника, так хорошо, что ты нашлась! Не надо отходить от нас далеко, это может быть опасно! – важно заявил ребенок.

– Не буду, – пообещала с улыбкой. – Адриэйн, ты так ловко управляешься с ножом и рыбу смог поймать несколько раз. Когда ты этому научился?

– Я часто путешествовал с ралионом Моркелебом, да и с папой тоже, только у него времени обычно нет.

– Сколько тебе лет?

– На праздник урожая двенадцать исполнилось, – грустно ответил мальчик.

Двенадцать?! Он хотел еще что-то добавить, но я его перебила.

– Двенадцать? Но ты выглядишь лет на шесть?!

– Я знаю. – Угрюмо буркнул мальчик.

– Адриэйн, теперь все изменится, ты быстро нагонишь сверстников и обчешешь крылья самым болтливым! – Сзади тихо подошел Крегерх. – Твой отец будет безмерно горд тобой, вот увидишь!

– Ралион Крегерх, когда папа прилетит? – быстро отвлекся мальчик.

– Думаю, очень скоро. Ралион Моркелеб уже наверняка успел сообщить твоим родителям хорошие новости и скоро они будут тут.

– Объясните, пожалуйста, как так вышло, что Адриэйн выглядит моложе своего возраста, – рискнула перебить я. Не перестаю удивляться, что произошло, почему я вдруг заговорила на местном языке.

– Знаете, лира, сейчас еще труднее представить, что вы можете этого не знать. Сар Адриэйн Мидраркх Тинтур – единственный сын и наследник Каана Мидраркха и сари Лионелии. Его рождение праздновали с огромным размахом. Каан Мидраркх – достойный Владыка, лираны любят его, и все очень переживали, когда в положенное время лиран Адриэйна не вылетел. Это происходит обычно между пятым и шестым годом от рождения. Лиран Адриэйна не вылетел, и cap остановился в физическом развитии. Поверьте, это беда не только его родителей, но и всей страны. Преемственность власти – залог процветания и стабильности. Нет наследника – войны, смута, неопределенность.

– Мне жаль, что так вышло, но я очень рада за тебя, что ты все-таки смог стать лираном! – оптимистично закончила я.

– Я не переставал быть лираном! – вспылил мальчик.

– Извини, это все ново для меня, я очень мало понимаю, прости.

– И ты извини, Фейроника, – мальчик подошел и уткнулся в меня головой, отводя грязные руки, – это благодаря тебе мой лиран вылетел.

– Да я-то здесь при чем? – всплеснула руками.

– Я думаю, что именно страх за вашу жизнь спровоцировал оборот. – Ответил Крегерх. – Адриэйн успел к вам привязаться и во время нападения схим его лиран вырвался. В первые разы оборот не подлежит контролю, он происходит внезапно и неудержимо. Лиран вырывается, и дети в это время наиболее уязвимы, их не оставляют одних в этом возрасте. Вернуться обратно обычно тоже непросто, но Адриэйн очень хорошо контролирует своего лирана, это удивительно, но и обратный оборот не вызывает у него никаких сложностей.

– А мы есть будем? – внезапно спросил Адриэйн. – Сколько можно болтать?

– Сар Адриэйн, что за разговоры при лире? – мягко укорил Крегерх. – Хотя, растущий организм, что с него взять? – весело закончил мужчина.

Крегерх позвал нас обоих с собой немного пройти вдоль ручья.

– Лес не даст умереть с голоду, – наклонившись, мужчина выкрутил из земли корнеплод. Под грязью пробивался зелено-желтый цвет, – это лупир – любимое лакомство цаярсов. Его можно найти практически везде на Лирасе. Если листья свернулись вот так, значит созрел. Адриэйн виновато посмотрел на меня.

– Я забыл про лупиры, – потупился он.

– Ну что ты, – растерялась я, – ты молодец! Вспомни, какую большую рыбу ты поймал! Благодаря тебе, мы живы. – Подбодрила я мальчика.

Мы нашли еще несколько лупиров рядом с первым, парочку выкрутила из земли сама. Походив еще немного, Крегерх указал на хилый кустарник.

– Циркс. Достаточно добавить небольшую веточку в котелок, и еда станет намного вкуснее. – Он предложил мне лизнуть веточку на срезе. Она оказалась соленой. Очень соленой. – Листья тоже вполне съедобны, но есть их могут только люди. Все магические существа теряют силу даже от небольшого количества.

Еще мы нашли кустик с красными ягодами, запах похож на нашу землянику. Но крупнее и другой формы – внешне больше напоминают вишню. Сорвали и ягоды, и листья с веточками.

– Из траскинии получится прекрасный напиток.

Над костром витали аппетитные ароматы. Крегерх уже заложил мясо в котелок, туда же отправились и найденные плоды, и крупа, которую мужчина брал с собой, а также и веточка циркса. Еще несколько Крегерх сложил в мешок, пояснив, что этот кустарник встречается редко и нам повезло так легко его найти.

Примерно через полчаса обед был готов. Похлебка вышла отменной. Мясо цаярса очень походит на обычную утку, а вот лупиры мне сравнить не с чем. Сварившись, они стали коричневого цвета, а вкус описать сложно. Смесь грецкого ореха и капусты. Такое странное сочетание, но, несмотря на это, вкусно.

– Мне кажется или мы не торопимся возвращаться в деревню? – осмелилась спросить у Крегерха.

Адриэйну полезно такое единение с природой. Его лиран дважды вылетал за короткое время, думаю, сегодня повторить полет. Для контроля и развития – это очень важно. Еще одна ночь в лесу пойдет на пользу. И, судя по всему, не только ему, но и вам, Фейроника. Что произошло за то время, что вы провели в одиночестве? Почему вы вдруг заговорили на всеобщем?

Пожала плечами.

– Не знаю. Я набрела на хижину, где держали Адриэйна, ночевала там дважды. Обошла все вокруг нее в поисках прохода на Землю. Это все.

– Когда я был у сгоревшей хижины, там чувствовался явный остаточный магический след. Вы никого не встречали?

– Вы там были? – вскинула голову.

– Был. Осмотрел все. Ее сожгли несколько дней назад. Думаю, чтобы скрыть следы. Я присматривал за вами, лира. В лесу бродят схимы, находиться одной очень опасно, особенно ночами.

– Мне снились странные сны. Очень реальные. Какие-то животные. Будто из тумана. С одним из них я немного пообщалась. Не могу сказать точно, сон это был или нет.

– Небесное создание на четырех ногах, неопределенного цвета, с крыльями, – начал описывать Крегерх.

– Да, точно, так это был не сон?

– Не знаю. Думаю, вы видели призрачных странников. Они давно стали легендой на Лирасе. Магические существа, не из нашего мира. Никто точно про них не знает, говорят, они любимцы самой Флеринеи.

– Это Богиня?

– Нет. Я расскажу вам эту легенду, но позже, сейчас нам пора идти.

Вечером Крегерх с Адриэйном снова летали. Ночь прошла спокойно и рано утром, лишь попив напитка из траскинии мы отправились в сторону деревни. Напиток из траскинии, собственно, обычный компот – вкусный, ароматный, чуть вяжущий, но не бодрит. Хочу кофе!

Глава 5

Всю дорогу я размышляла над тем, что мне делать дальше? Мой мир рушился на глазах. Не сказать, что жизнь на Земле была для меня верхом надежд и ожиданий. Скорее, она была привычной. Меня не потеряли родители-миллионеры, души во мне не чаявшие – нет. Я росла без родителей. Не оставила на Земле любимого человека или ребенка. Что же тянет меня обратно? Там моя жизнь налажена, пусть и не легка, но есть определенность. Я сирота. Сколько себя помню, жила по детским домам и приютам для таких же брошенных и забытых. Именно это чувство брошенности преследовало меня всю жизнь. Каждый ребенок в моем окружении мечтал найти родителей. С возрастом это желание у многих перерастало в злобу и ненависть. И если маленькие надеялись на чудо, на то, что мама просто не может прийти сейчас, она потеряла тебя, но изо всех сил ищет и вот-вот найдет, то дети постарше понимали, что чудес не бывает. Хотела бы – нашла! Преодолела все препятствия. А раз так, то ты ей просто не нужен. Как старый ботинок, прохудился – на свалку. Но и тогда они мечтали о встрече, только не за тем, чтобы жить долго и счастливо, а чтобы посмотреть в глаза и спросить: «За что? Что со мной не так? Почему ты отказалась от чуда, что девять месяцев носила под сердцем?» Друзья? Нет, друзей за спиной тоже не осталось. Одна девочка, Кристина, мы с ней общались больше, чем с другими – единственный человек, которого могла бы отнести в группу близких. Мы вместе росли в детском доме. Ее дважды брали в приемную семью, но неизменно возвращали обратно. Каждый раз она очень переживала, неделями ни с кем не разговаривала, замыкаясь в себе. И дело не в том, что она вела себя плохо или страдала неизлечимой болезнью, просто те, кто брал ее, были не готовы. У них появлялись свои дети, и приемный ребенок оказывался не нужен.

Я же никогда не жила в семье. Однажды меня почти взяли, я помню это чувство, когда немолодая женщина взяла меня за руку и спросила, хочу ли жить с ней? Конечно, хочу! Ничего о ней не знаю, добра ли она или строга, есть ли у нее другие дети, как зовут и где работает? Ничего! Но это не важно! Нигде не могло быть хуже, чем в детском доме! Мне было шесть, достаточно, чтобы понимать многое. Но она больше не пришла. Почему? Кто знает? Передумала, решила, что ей не нужна чужая девочка, тем более такая, как я – болезненная и слабая. А болела я долго и со вкусом! Это было еще одним фактором моего трудного детства. В то время, как другие дети начинали сидеть, ползать, ходить каждый в свое время, но примерно в средних пределах, потом разговаривать и развивались пусть немного медленнее, чем могли бы в семье, когда рядом заботливая мама, но все же без явных отставаний в развитии, то я – отдельная история. С рождения самый настоящий задохлик. Думаю, достаточно сказать, что ходить я начала в три года. И отставание было во всем. Мне все давалось намного труднее сверстников. А еще постоянные болезни. Можно по пальцам пересчитать дни в году, когда меня можно было считать условно здоровой, потому что абсолютно здоровой я себя не чувствовала никогда. Порой казалось, что мне не хватает воздуха, были периоды, когда казалось, что мои кости ломаются. Прорезывание зубов – испытание! И все это я помню. Каждый свой день с самого раннего детства. Ничего не стерлось. Странно? Я привыкла. Так вот, могла ли я осуждать ту женщину за то, что передумала?

Всю сознательную жизнь мне было интересно, как именно я попала в дом малютки – мое первое пристанище? Много раз спрашивала у педагогов и воспитателей. Но, то ли никто не знал, то ли не хотел говорить – ответа так и не узнала. Кто дал мне имя? Вероника. Отличное имя, всегда мне нравилось и тем неприятнее слышать изо дня в день все больше раздражающее "Фейроника". Прямо вызывает легкий зуд по всему телу, но приходится терпеть.

О своих настоящих, биологических родителях никогда ничего не слышала. Не искала и не собиралась. У Кристины все было немного иначе. Она знала, кто люди, давшие ей жизнь, даже виделась. Ее родители спились и были лишены родительских прав, других родственников, готовых взять опеку над девочкой не оказалось. И так она попала в наше пристанище брошенных и никому не нужных. Но, даже выяснив правду, она все равно нашла мать, которая только вышла из тюрьмы за мелкую кражу. Та очень обрадовалась, увидев дочь, ведь она могла бы теперь пить за счет дочери. Ни о каких материнских чувствах речь не шла. Отец ее погиб несколько лет назад. Бытовуха, пьяная драка.

Наша дружба началась в раннем возрасте. Меня перевели из дома малютки, ее как раз определили в детский дом. Нам было по пять. Скажете, слишком рано, чтобы дружить? В детском доме взрослеешь намного быстрее и вдвоем жить легче. По странному стечению обстоятельств, мы все время оказывались в одном месте. Меня переводили несколько раз, ее тоже. Ее забирали в семью, но она снова оказывалась рядом со мной. Но, даже несмотря на все это, близкими подругами мы не стали. Перестали общаться, уже выйдя за пределы казенного учреждения. Связано это было с ее очередным приятелем. Я видела его с другой девушкой, а он, сыграв на опережение, наплел всякого обо мне. И Кристина поверила ему, а меня даже не выслушала. Этого мне не понять.

Кристина часто смеялась над моим нежеланием заводить какие-либо отношения с противоположным полом. Со временем моя болезненность стала не такой очевидной, я расцвела и превратилась в довольно симпатичную девушку. Внешность притягивала потенциальных ухажеров. Но мне категорически не хотелось никаких отношений! Не сказать, что парни в окружении были мне противны, скорее, нисколько не привлекали. Пустые интрижки меня не интересовали, великую любовь не ждала. Я стремилась к другому. Не выйти удачно замуж, переложив ответственность за себя на мужчину, а добиться чего-то в жизни самой.

В чем-то мне повезло – получила комнату в коммуналке после выпуска из детдома. Поступила в университет. Сама, без протекций и на бюджет. И вот этого мне жаль больше всего. Потеряю место, когда вернусь. Если вернусь.

Издалека заметила фигуру Моркелеба, который выпрямившись и заложив руки за спину, стоял у ворот. Видимо, не одна я его заметила, Крегерх приостановил меня:

– Лира, думаю, на короткое время можно скрыть, что вы теперь хорошо понимаете окружающих.

– Спасибо, – кивнула в ответ, – думаете, он сильно сердится?

– Думаю, он в бешенстве.

– Фейроника, в комнату! – прорычал Моркелеб. – Адриэйн, нам нужно поговорить, но сначала я поговорю с ралионом.

Решила не испытывать судьбу и быстро прошмыгнула в дом.

Не успела я стянуть резиновые сапоги, которые мне, кстати, порядком надоели, как в дверь постучали, и заглянула Риалин.

– Лира, ралион Крегерх просил к вам зайти.

Я застыла. Как же быть, ведь я вроде не должна ее понимать, хотя фраза несложная. Интересно, зачем Крегерх ее прислал? Честно говоря, мне безумно хотелось искупаться, все тело зудело, волосы тянуло от налипшей грязи. Но если вспомнить про горшок, то что мне могут здесь предложить? Полить из ковшика? Тазик?

– Риалин, – медленно начала я, а потом стала усердно себя тереть, изображая помывку. Когда уже начала ерошить волосы, она наконец поняла.

– Купаться? – осторожно спросила девушка, и тоже стала усердно тереть себя.

Не знаю, как смогла удержаться от смеха. А во всем, оказывается, можно найти положительные стороны. Мне, правда, стало немного совестно за то, что слегка поиздевалась над желающей угодить девушкой.

Да, да, купаться, – закивала китайским болванчиком.

– Я должна спросить, я быстро, – протараторила девушка и выскочила за дверь.

Купальня чем-то смахивала на нашу русскую баню. Отдельно стоящее деревянное здание из потемневших бревен, к моему удивлению, никто, кроме Риалин, меня не сопровождал. Пригнулась, так как вход оказался очень низким. К счастью, пройдя дальше от двери можно было выпрямиться в полный рост. Однокомнатное помещение, внутри очень жарко, но не настолько, как в русской бане, градусов 37–40. Прямо из пола бьет небольшой фонтанчик теплой воды, установленный в большую чашу, вода попадает в нее, но через край не перехлестывает. Наверное, существует какой-то отвод воды или циркуляция. Кроме того, у стены расположены две широкие лавки и все, удобства закончились. Риалин выдала мне большое, но довольно жесткое полотенце, что-то типа небольшой простыни из грубой ткани, глиняный горшочек с серой массой (мыло?) и что– то, названия чему я придумать не могу. Вроде пучок не то травы, не то коры, хотя и то, и то неверно. Рассмотрела внимательнее, это, скорее всего, часть дерева сразу после коры, длинные волокна, размоченные или, даже не знаю, что с ними сделали. В общем, такая вот мочалка. Риалин осталась за дверью, а я приступила к водным процедурам.

Следующий час я блаженствовала. Сначала долго терла все тело от въевшейся чуть ли не под кожу пыли, долго промывала волосы все той же странной серой массой. Тщательно ополоснулась и, наконец, решила, что хватить наглеть, пора освобождать помещение. Риалин подала мне чистое сухое платье, надеть которое в паркой комнате было непросто, но я справилась. Высушить волосы здесь явно невозможно, расчески тоже нигде не видно, пришлось просто немного разобрать их руками и выходить.

Риалин ждала меня все время за дверью. Увидев мои волосы, покраснела и стала извиняться за забытый гребень, заверяя, что поможет мне с прической.

– Риалин, все в порядке, – у меня после купания было на редкость благодушное настроение, – давай скорее разберемся с волосами, буду тебе очень благодарна, если поможешь их высушить.

Мои волосы – это отдельная тема. Чаще всего я ношу косу или собираю их в пучок. Очень светлые и тонкие, они, тем не менее, вьются мелкими крепкими кольцами. Можете себе представить, что у меня на голове после недели блужданий по лесу. Даже несмотря на то, что все это время они были собраны, запылились изрядно. А промывание местным мылом мягкости, как можно догадаться, не прибавило. Так что, если в ближайшее время не причешусь – буду ходить со стогом на голове.

Увы, это действительно был гребень. Похоже, из натуральной кости, с широкими зубчиками, даже с орнаментом, вырезанным на ручке. Но это был гребень! Он не прочешет мои волосы. Покрутив его в руках, передала Риалин, села поудобнее и приготовилась к экзекуции. Девушка очень умело распутала мои лохмы и даже придала пристойный вид. Высохли волосы в процессе расчесывания. Конечно, я лишилась изрядной доли волосяного покрова головы, но это же гребень! На большее и не рассчитывала. К тому же, Риалин так страстно извинялась чуть ли не за каждый отломанный волосок, что пришлось терпеть, стиснув зубы и делать бесстрастное лицо, увидев потери.

– Фейроника, ты будешь ужинать здесь? – в комнату без стука влетел Адриэйн.

Риалин, увидев ребенка, тихонько выскользнула за дверь.

– Привет, Адриэйн, – улыбнулась мальчику, – спасешь меня от перспективы ужина в полном одиночестве и тоске?

– Да. – Серьезно ответил мальчик. Уселся на противоположную кровать, сложил руки на груди и предельно серьезно на меня посмотрел: – Фейроника, я ведь не такой уж и ребенок, – заявил он, – и понимаю, что ралион Моркелеб тебя обижает. Но я смогу тебя защитить! Ты не должна бояться.

Вот он – прекрасный момент, чтобы, засунув гордость поглубже, попросить Адриэйна о помощи. Возможно, его мнение не слишком будет учитываться родителями, но все же, надеюсь, повлияет на нужное мне решение хотя бы немного. А нужно мне что? Свобода? От кого? В каких рамках? Нет, для начала нужно побольше узнать об этом мире, решить, чем я могу заниматься, чтобы ни от кого не зависеть. Но что я умею? Да ничего, честно говоря. Все мои навыки городского жителя вряд ли могут здесь пригодиться. Ну ничего, я ж не совсем глупая – научусь! Только первое время мне одной не справиться, это определенно. Мне нужно совсем немного помочь адаптироваться, найти жилье, работу.

– Адриэйн, ты умеешь хранить секреты? – заговорщически подмигнула мальчику.

– Конечно! – мальчик заерзал от волнения, глазки загорелись.

– Как ты думаешь, что я искала в лесу? – даже не знаю, как начать непростой разговор.

– Ну, того, кто меня похитил? – неуверенно спросил мальчик.

– Нет, – покачала головой, – я искала дорогу домой. Даже не знаю, как объяснить, – замолчала, ожидая вопросов. Но услышала совсем не то.

– Фейроника, я понимаю, что ты хочешь сказать. – Адриэйн пристально посмотрел мне в глаза, совсем не по-детски. – Иногда мне снятся сны. Очень редко и я их обычно сразу забываю. Но не всегда. Так вот недавно мне снился сон. Там была ты. В какой-то большущей коробке, которая грохотала и быстро-быстро ехала по необычной, очень ровной дороге. Коробка была наполнена людьми в странной одежде. Еще чем-то очень воняло и стоял жуткий шум. У тебя из ушей торчали какие-то штуки, ты сидела, прислонившись к окну и спала. Прямо сидя и во всем этом грохоте и гвалте. Мне это приснилось, когда я уже был связан и лежал в том страшном месте. Во сне я позвал тебя, позвал на помощь. Даже не знаю почему, но тогда это показалось правильным. Та жуткая коробка остановилась, и ты пошла мне навстречу. Я сразу понял, что ты меня найдешь, и мне перестало быть страшно. Ну, не совсем, конечно, но уже не так сильно. Так что я знаю, что ты не отсюда, не из нашего мира.

Да что происходит?! Все, что случилось со мной в последнее время крайне тяжело воспринимать и осознавать. Адриэйн точно видел кусочек моего мира. МОЕГО! МИРА! Так, ладно, нужно унять бешено колотящееся сердце и постараться успокоиться. Пересела ближе к Адриэйну и взяла его за руку:

– Я очень рада, что смогла тебе помочь. – Притянула мальчика к себе и обняла. Помолчала немного, собираясь с мыслями: – Адриэйн, скажи, а ты не видел, как я попала сюда, как я попала к тебе?