Текст книги "Черствое сердце (СИ)"

Автор книги: Ольга Егер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

– Улыбнись, Поль, пожалуйста! – капризно надув губки, потребовала она. Но он давно не улыбался. Почему-то не мог. – Ты всегда такой хмурый?

Поль не двигался. Сюзи теперь танцевала сама, завораживая его все сильнее и сильнее. И вдруг, ее руку перехватил второй.

– Вся семья в сборе, – одарил ее легким поцелуем в шею Жуль и, обхватив за талию, повел в танце. Былое игривое настроение девушки куда-то подевалось. Она посмотрела на другого парня, он на нее. Разговоры прекратились. Впрочем, музыка тоже превратилась в тишину. Взгляды гостей обратились к наследникам рода Куран.

– Мы привлекаем слишком много внимания. Давайте, выйдем и подышим свежим воздухом! – ухватив девушку за локоть, сцедил сквозь зубы Поль, оглядываясь по сторонам.

Сюзи перевела взгляд на его пальцы, впивающиеся в ее руку. С другой стороны, Жуль нежно переложил ладошку девушки на свой локоть и, улыбаясь брату (наверное, знал, что Поля это просто бесило), направился к веранде, увлекая за собой родственников.

– Похоже, Поль влюбился! – съехидничал Жульен то ли, чтобы отвлечь компанию разговором, то ли, чтобы задеть брата за живое. Во всяком случае, последнее ему удалось. Поль зарычал.

– А ты? – вдруг спросила у него Сюзи и посмотрела на парня, ожидая ответа.

Светлая улыбка Жуля засияла ярче, но уголки губ смущенно опустились. Глаза он тоже прикрыл на мгновение, намереваясь спрятать свои чувства. Потом снова обратил взгляд к девушке. Отвечать было уже совершенно бесполезно.

– Вот ведь дилемма, – снова усмехнулся Жульен, обращаясь к брату. Он ни на секунду так и не выпустил руки сестры, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ее ладони. Сюзи при этом выглядела немного растерянной. Поль не желал уступать брату, поэтому взял девушку за другую руку.

– Что будем делать? – спросил Жуль.

– Мы уже не дети, чтобы драться. Пусть она выберет одного из нас! – сказал брат.

– Я не хочу выбирать, – отступила назад Сюзи, вырвавшись из мужских захватов. Слегка разнервничавшись, она прокрутила на пальце, полученный в наследство от мамы, перстень с перевернутой лилией. И тут ей в голову пришла идея повторить опыт одной героини из старой русской сказки, которую она читала, будучи еще совсем маленькой.

– Я не хочу решать за судьбу. Пусть она делает выбор, – заявила девушка и в ее глазах на мгновение сверкнули огоньки азартного бреда. Она ставила на кон свое счастье! – Тот, кто наденет мне этот перстень на палец, станет мои женихом.

После чего медленно развернулась спиной к парням, стащила украшение и, закрыв глаза, бросила его через себя куда-то во тьму сада. Оба брата сорвались с мест. А девушке только и оставалось, как с замиранием сердца ждать победителя этого состязания.

– Вот ты где! – застукала Сюзи бабушка. – Милая моя, я хотела с тобой поговорить на серьезную тему!

Девушка склонилась перед прародительницей рода в неглубоком реверансе, показывая свое уважение.

– Ты уже взрослая и должна понимать, зачем я попросила тебя вернуться домой! – говорила Софи Куран, не обращая внимания на копошение и крики в кустах. – Сегодня ты сделаешь выбор, от которого зависит твоя дальнейшая судьба и…

– Я уже сделала его, госпожа, – зачарованно глядя вдаль, пролепетала невеста на выданье.

Бабушка изогнула тонкую бровь и развернулась к саду. Как раз в этот момент из кустов вывалился избранник молодой особы: в изодранной одежде, с ореолом из веток и листьев вокруг головы, с синяком под правым глазом, но с блаженной улыбкой на лице и кольцом, крепко зажатым в кулаке.

– Отчего мне кажется, что ты сделала выбор до того, как метнуть безделушку? – ехидно поинтересовалась няня, возникнув из воздуха за левым плечом девушки.

– Цыть, я сказала! – грозно выпалила Сюзи, приструнив насмешливую компаньонку, чтобы она не портила своими комментариями трогательный, романтичный момент.

– Добрый вечер, госпожа, – поздоровался с родительницей парень, перепрыгнул через перила и, оказавшись перед невестой, встал на одно колено. – Вы позволите?

Сюзи кивнула и протянула руку вперед, чтобы ей надели на палец перстень. Сделав это, вампир поднялся, и поклонился старейшей рода.

– Я поздравляю тебя Жульен! – снисходительно улыбнулась Софи Куран, развернулась к выходу в зал. – О помолвке объявим через час. Будь добр, поднимись к себе в комнату и предстань перед невестой и гостями в подобающем виде!

Стоило ей отвернуться, как Сюзи повисла на шее жениха и крепко поцеловала его в губы.

– Я сразу понял, что ты моя! – сказал он, подмигнув суженной.

То была первая удача Жульена Курана в череде дальнейших несчастий, которые посыпались на пути молодоженов.

Общение четы с их родственником Полем проходило начинаясь и заканчиваясь словами: "Прости, меня ждет Сюзи (Жульен)". Как правило, брат всегда улыбался ясно и светло, как и его супруга. Становилось понятно, что им никто больше не нужен, их мир сузился до двух людей.

Поль женился. На старшей дочери клана Дорье. К сожалению, его семейное счастье длилось очень не долго. Вскоре он вошел в статус вдовца, так как супруга пропала неизвестно каким образом и неизвестно в каком направлении. Кто-то поговаривал, что она сбежала от жестокого тирана-мужа, кто-то судачил о любовнике, и лишь немногие, шепотом, выдвигали версии об убийстве… или самоубийстве…

– Я сожалею, брат, – пришел к нему Жульен, когда оплакивали супругу Поля.

Двуцветные глаза вампира ножами впились в переносицу кровного родственника. Вдовец некоторое время молчал, медлил, будто подбирал слова. Жульен крепче сжал руку своей жены, и посчитав горе брата непереносимым, решил оставить его в покое. Чета Куран направилась к выходу.

– Однажды, – заговорил, глядя им в спины Поль. – Я скажу тебе то же самое!

Глава 30. Оп! И никого нет дома…

Стоит ли говорить о том, что среди прибывших с Сюзи Куран в судьбоносный вечер был один рыжеволосый демон? Тот самый, кого лично я хорошо знала под именем Марк. Наверное, как и тот факт, что он не просто стал свидетелем следующих событий, а имел к ним непосредственное отношение. Даниэль не зря говорил мне о противоречивой натуре этих существ, способных предать того, кого совсем недавно защищали и называли другом.

Сейчас вы поймете, почему я завела об этом речь…

Сюзи Куран мчалась в родовое поместье безумно счастливая. Она собиралась поведать супругу просто сногсшибательную новость!

Промчалась по ступенькам, на второй, потом на третий специально отведенного для них крыла дома. Одернула себя, когда вдруг сорвалась на сверхскорость. Пожурила. Улыбнулась и легкой танцующей походкой направилась к двери в покои, принадлежащие их маленькой семье. Толкнула. Замерла. В ужасе. То, во что превратилось уютное гнездышко молодоженов, напоминало один из кругов ада: стены и пол залиты кровью, части тела валялись в разных местах, выглядывали из-под столов, тумбочек и кровати. Кстати, непосредственно на самой кровати лежал Жульен.

Женщина прикрыла дверь, и супруг тут же отреагировал на внезапный щелчок замка, упустив бутылку, которую сжимал в руке. Мужчина приподнялся, хотел поведать любимой о том, как рад ее видеть, что скучал и сходил с ума ("Я заметила!" – ответила бы она, указав на бардак) за те долгие три дня пока она гостила у подруги… Но получил отрезвляющую пощечину. Прежде, чем выругаться, все-таки заметил творившийся хаос, и сам пришел в шок.

– Это, – брезгливо подняла двумя пальцами женскую ногу с пола жена. – Кузина Коко? А это, – подтолкнула носком туфли оторванную руку без тела. – Бабушкина любимица Аннет?

– Погоди, я тебе все объясню! – вскочил Жульен. – Это не то, что ты думаешь!

Сюзи нервно хихикнула.

– Как ты можешь знать, о чем я сейчас думаю?

– У меня с ними ничего не было! Я честное слово, не изменял тебе! – тут же выпалил он.

Она снова рассмеялась.

– Ах, ты об этом, – махнула рукой она. – Дорогой, поверь, я знаю. Но… Объясни мне, что это за бардак творится в нашей спальне и откуда он! А главное, кто его навел.

Пока супруг напрягал память, Сюзи склонилась над останками бутылки, выпавшей из рук любимого. Принюхалась. Обострившееся обоняние уловило слабый аромат яда. На вампиров он действовал хлеще любого снотворного.

– Они пришли, надеялись застать тебя. Мы сидели в гостиной, пили… А потом… – восстанавливал крохи памяти Жульен.

– Можешь не мучиться, ты ничего больше не вспомнишь. Это выжгло воспоминания и отключило твое сознание. – Указала на пахнущее спиртным стекло. И вдруг в ее хорошенькой головке, заглушая звон тревожных мыслей, отчетливо прозвучал голос Поля Дорье: "Однажды, я скажу тебе то же самое!". Сердце защемило, предвкушая неотвратимую грозу. Не удержавшись на ногах, Сюзи села в единственное чистое кресло. Она понимала, что их любви, счастью и семье, в принципе, оставалось существовать считанные минуты.

И была права! Пока Сюзи и Жульен Куран придумывали достойное оправдание, скрывали улики и прятали остатки трупов, кое-кто умело сыграл на страхе бабушки Софии потерять клан. Причем таинственная личность, обещала предъявить доказательства начала сезона убийств. Из зала старейшин немедленно был отправлен специальный отряд во главе с оракулом Патрицией, от которой ни одно злодеяние нельзя спрятать! Однако, ворвавшись в дом молодоженов, следов преступления дознаватели не обнаружили. Прорицательница ничего не смогла сказать наверняка: виноват ли Жульен; что случилось с останками трупов и повторится ли подобное снова – она не знала. Ее расплывчатые видения указывали лишь на совершенное убийство одним из братьев. Кем именно – не понятно. Она видела убийцу только со спины. А Жульен с Полем, к сожалению, были похожи, как две капли воды. Дознаватели сошлись во мнении, что губителя душ покрывает маг, и это усугубило незавидную ситуацию семьи. Софи Куран, разбираясь в происшествии и желая наказать подлеца, сотворившего непоправимое, в гневе едва не убила обожаемого внука Жуля. Но в виду отсутствия улик и состава злодеяния, просто отправила его вместе с супругой в ссылку. Вот тогда и пришел попрощаться Поль.

– Я сожалею, брат, – с кривой усмешкой на устах проронил довольный Дорье.

– Мне тоже, – с горечью сказала Сюзи, затем склонилась к мужчине, чтобы на ухо прошептать. – Если ты тронешь мою семью хоть пальцем, я сама растерзаю тебя на мелкие кусочки. Буду отрывать от тебя, и смотреть, как ты мучаешься!

– Надеюсь, мы больше не встретимся! – крепко сжимая руку жены, Жульен отвел любимую в сторону, помог сесть в экипаж. Но, поставив ногу на ступеньку, повернулся к брату. – Иначе кто-то из нас погибнет, при следующей встрече…

– Да, брат! – согласился с ним Поль, и мы знаем, чем закончилась эта история.

Что касается Марка, то ему была отведена роль: сначала защитника в эскорте мадемуазель Куран, а потом… Убийцы! Он и его напарник, призванные Полем, получили задание сделать кое-какие декорационные изменения в доме молодоженов. Пользуясь телепортацией, они проникли в апартаменты семьи, подсыпали яд в бутылку вина, которую удачно распили гостьи и хозяин. Дождались действия, и когда господа вампиры уснули, убили кузин Жульена, расчленили и разбросали останки по спальне. Маг действительно участвовал в подставе. Он появился позже. С амулетом, очищающим лишнее: то есть, стирающим запахи демонов, человека, колдовства.

У Сюзи и Жульена были свои связи в тонком мире, позволившие надежно укрыть кровавую тайну под семью замками и десятью шарами земли.

После их изгнания в клане Куран скандалы и распри росли, как на дрожжах. Немногочисленные родственники весьма быстро нашли тысячу и один повод отомстить друг другу. В итоге, никому не нужные, с запятнанной репутацией скитальцы, остались единственными уцелевшими представителями рода первенцев. Не считая Поля, конечно.

Глава 31. Картофельные старты

Хочешь сладко спать по ночам? Заплати налоги и не задавай глупых вопросов! Я хотела нормально спать, – деньги регулярно отдавала в казну государства. Однако любопытство испортило все! После того, что мне довелось узнать о семье Даниэля, сны превратились в кошмары. Холодец отказывался делить со мной постель – он трижды за ночь вылетал орущей ласточкой с кровати, когда я пинала его в приступе паники. Закрома успокоительного в каморке Василия таяли на глазах. Я же превращалась в нечто серо-зеленое. Римма убежденно утверждала, что в пришельца! Домовой говорил: «В плесень!». Получил тапкой и заключил: «В нервную плесень!». От второго тапка уклонился. Ботинками швырять в него я побоялась.

За то, какие стихи я выдавала турнутым на почве усталости, мне до сих пор совестно. Хоть и считала, что угрызений испытывать больше не могу, так как совесть моя утеряна давным-давно.

Марк и Лиза с недавних пор, жаловались на подозрительное чувство. Говорили, будто они мнят себя буренками. Поверьте, это вовсе не шизофрения и не раздвоение личности – демоны тарахтели многочисленными амулетами, защищающими от влияния извне. Просто мы с Сашкой решили перестраховаться, чтобы не повторить трагичную судьбу семейства Куран.

Как-то вечерком в любимом сквере с кислыми минами сидели четверо: я, демоны и маг. Последний был измучен собственной женой. Римма обиделась на Александра по серьезнейшей причине – ей сон плохой приснился. Мол, супруг изменяет. Поэтому она с ним начиная с утра не разговаривала. Скажу больше: подруга без предупреждения засветила милому в глаз, и теперь он не только протирал очки, но и периодически трогал фиолетовую припухлость.

Хотя нет. Дух отчаяния и грусти тяготел над всеми членами нашей компании. Дашка страдала от расставания с Димкой. Вова просто устал от моих депрессивных настроений. И только Труп, он же Ромуальд, он же Сволочь, чувствовал себя великолепно, жрал что ни поподя и метил территорию.

К обычному месту сбора клуба Димка и Куран пришли вместе. Вампир выглядел как всегда – хмуро. А вот маг… Казалось, что его трижды в стиралке выкручивали. Он печально посмотрел на меня, на Даниэля. Шмыгнул носом. Я подумала, что парень сейчас разревется. Но Дашка повисла на нем, как репьях. Парень оттянул ее в сторонку от нас, и они зашептались на очень серьезные темы – оба ни разу не улыбнулись.

– Ты что с ним сделал? – заподозрила вампира я.

– Ничего, – пожал плечами тот. – Мы просто проговорили до рассвета, а утром он помчался в институт.

– И о чем вы говорили? – заинтересовался Марк.

– О женщинах, – выдал Куран, тяжело вздохнув.

Меня парализовало.

Это что ж такого можно было наговорить мальчишке, что у него такая истерика?

Неужели мерзавец жаловался на меня?

Я навострила уши и вся обратилась в слух… С магической точки зрения. Уж больно хотелось узнать, о чем болтают наши детки.

– Дашенька! – приговаривал ласково Дима, прижимая к себе девушку. – Я так скучаю! Я накоплю денег. Обязательно. Сейчас у меня мало. Всего три тысячи. Но мы с тобой поженимся и переедем. Обещаю. Я никогда тебя не отпущу. Мне так без тебя плохо.

– Ого! – обалдела я. – Наш мальчик резко стал взрослым!

– Я потерплю, сколько нужно. – Продолжал Димка, а Дашка разревелась. – Обещай, что ты всегда будешь со мной и только моей! Не хочу страдать, как они.

И кивнул в нашу сторону.

– Димочка, – в голос ревела она. – Я так тебя люблю! Мне больше никто не нужен!

Я снова покосилась на вампира-сказочника.

– Так, Шахерезад ты наш! Признавайся, что ты ему наплел?

Даниэль поперхнулся. Прокашлялся. Сразу стало понятно, что о себе, как о родном брате главной героини из сказок тысячи и одной ночи, он никогда не думал.

– Ничего особенного, – сверкнул на меня глазами он. – Рассказал о том, как любил одну девушку, но не смог удержать.

– Да-да, – кивала я. – Главное слово, на которое необходимо поставить ударение: "любил". Прошедшее время! Хотя, знаешь, я вообще подвергаю сомнению не только глагол, но и чувство.

– А как звали ту девушку? – влез в наш слишком уж яростный диалог Вова.

Куран, по лицу было видно, собирался сказать правду. Я взмолилась богу, прося отнять язык подлому упырю. Но Димка оказался проворнее.

– Ребят, давайте в кино сходим? – подал идею парень, вовремя вмешавшись, и подмигнул вампиру.

"Спелись!" – подумала я, а вслух сказала иное:

– Завтра же идем к Антонине Григорьевне.

– Ага! – обрадовалась Римма. – На пироги!

– Кому что, а ей только бы поесть, – вздохнула и получила подзатыльник.

К ясновидящей мы нагрянули большим честным коллективом, и с увесистым, вымахавшим, но глупым щенком по кличке Труп. Антонина Григорьевна встретила нас на пороге дома. Знала, что придем. Однако пройти в кухню, к примеру, чаек попить не пустила. Всучила два мешка и ведра, указала перстом в огород и приказала выкапывать картошку, потому как иначе она с нами общаться отказывалась – «Только после полезного дела!» – заявила женщина, очень напомнив мне Ягу с ее замашками. Та тоже ничего за просто так не делает.

Угадайте, кто лентяйничал, когда мы пахали на благо ясновидящей?

– Я не лентяйничаю! – возразила Римма, попивая чай с печенькой. – Я даю вам подсказки, где картоху искать!

– Я сейчас в нее этой… – замахнулась выкопанным плодом Дашка. Саня сдержал ее, подталкивая к грядке.

Мы осилили два мешка. В третий до половины насобирали, а потом Трупу надоело бездельничать в тенечке под деревом, к которому он был привязан. Зверюга сорвалась с поводка и рванула к нам, оказывать посильную помощь.

– Не смей! – вопила Лиза, гоняясь за псиной, стащившей из ведра картошку. Труп уже закапывал ее обратно в земельку. И пока его хозяйка исправляла эту несправедливость, монстр примерился, метнулся и заныкал в огороде еще одну картофелину. Марк перекрыл ему доступ к ведру, и ежкин пес в игривом настроении покосился на собранное Дашкой. Она прикрыла тару собой. Труп сдвинулся в сторону, девочка тоже. Он прыгнул, а Дарья… хлопнулась пятой точкой прямо в ведро. Но зато не отдала картошку на растерзание. Так сказать, спасла. И не важно чем! Главное то, что нам пришлось вытаскивать ее из ведра – волшебница хоть и обладала скромными худощавыми формами, тем не менее, умудрилась застрять в железной посудине.

– Все! Я ненавижу картошку! – прошипела сквозь зубы, перепачканная демоница.

– Проходите в дом, сейчас сядем ужинать! – любезно пригласила Антонина Григорьевна.

– Хоть бы мясо, хоть бы мясо! – взмолилась Лиза, и Труп солидарно подвыл ей.

– Даша сейчас приготовит картофельные драники…. – услышали мы уже с порога.

Демоница резко остановилась и перехотела не только есть, но и засиживаться в гостях. Не знающий жалости Марк подтолкнул ее в плечо.

Передохнуть после работы на солнцепеке нам не удалось – все дружно помогали Дашке готовить, и только Труп помогал уничтожать неудавшиеся, прилипшие к сковороде драники, шелуху от картофеля, колбасу и любой продукт, случайно или нарочно павший на пол. Деревянную дощечку в том числе – разгрыз и стрескал, паразит!

Затем мы сели за стол. Лиза вонзала вилку в зажаристые овощные блины, словно они оживали и говорили с ней о мерзостях. Римма даже спросила, ничего ли не употребила драгоценная подруга во время готовки, такого алкогольного? Демоница сказала: "Лучше б выпила! – и дальше обратилась к блину: – Ненавижу картошку!"

Короче, поговорить с бабушкой подростков нам удалось лишь спровадив Дарью обратно на кухню, в конце вечера, мыть посуду.

– Ну? – спросила ясновидящая, предлагая начать наше ходатайство.

Я немного помялась, продумывала речь, не знала с чего начать, а потом решила, что будь как будет и выдала:

– Антонина Григорьевна, позвольте Димке вернуться. Иначе один наш вредный товарищ его чему-то не хорошему научит!

– А здесь, он ее, – она кивнула в сторону кухни, – неподобающему научит!

Она даже не знала, что роль учителя принадлежит вовсе не Димке. Парень, на удивление, вел себя в отношениях с Дашкой сдержанно.

– Разве вы не знаете, что им суждено быть вместе? – зашла с другой стороны я.

– Знаю, – вздохнула бабушка.

– Они такие грустные! – прошамкала драником Лиза.

– Дима одумался. Он очень повзрослел. Копит деньги, учится, работает. Даже готовит и стирает сам! – встала на защиту парня Римма. Мы все были наслышаны об эпизоде, когда волшебник сунул в стиралку свои вещи с вампирьими и потом получил по шее, за полинялый эффект дорогой рубашки. Но об этом, естественно, перед бабушкой умолчали.

– Антонина Григорьевна! Вы же не можете сопротивляться Судьбе! – доставала ее я.

– А ты можешь? – сощурила слепые, белесые глаза она, и я нервно сглотнула под испытывающим взглядом. – Ладно. Пусть возвращается. А тому, своему "вредному другу" передай "спасибо" от меня за воспитание, и скажи: "К удаче идут, переступая через отчаяние, боль и гнев". Он поймет!

Дашка, подслушав весь разговор от начала до конца, вылетела из кухни счастливая до безобразия. Сначала повисла у меня на шее, заслюнявила всю грудь, рассказывая, как она меня обожает. Потом целовала бабушку, божась, что будет вести себя прилично.

При выходе из дома, нас ждал вампир. Друзья, притворились увлеченными разговором о проведенном дне. Я слышала, как Римма предложила Лизе:

– Хочешь, зайдем к нам, чай попьем?

– Хорошо, – согласилась та, не дослушав продолжения. – Чай – это замечательно. А то, если я еще хоть раз услышу о картошке – повешусь.

– Не волнуйся, ты о ней не услышишь! – заверила ее оборотниха, ехидно ухмыльнувшись. – Мы ее пожарим и съедим с сальцом…

– У… – взревела демоница, решив, что вешаться не будет, а вот кого-нибудь на сучок да за шнурочек, привязанный к горлу, на ближайшем дереве прицепит! Марк успел ее поймать за локоть, а маг выставил щит перед супругой, чтобы не произошло непоправимого. А Римма нарочно, танцевала под щитом и припевала: "Антошка, Антошка, пошли копать картошку…"

– Я тебя сейчас закопаю! – рычала Лиза.

Я же подошла к вампиру. Он не сводил с меня глаз. И его взгляд пробуждал в моей душе совесть… Не всю.

– Привет. Как себя чувствуешь?

– Нормально. – Пожал плечами он.

Расслабленной походкой, мы двинулись следом за друзьями. Куран пристроился рядом, сбоку от меня, подстраиваясь под мой короткий шаг.

– Если я попрошу тебя больше не охотиться на Поля и не вязать с ним драку, ты меня послушаешь?

– Смотря, как попросишь, – хмыкнул парень.

– Ну и ладно! – обиделась я. – Как-нибудь он тебе голову снесет! Вот не приходи ко мне после этого!

Куран рассмеялся.

– Так переживаешь за меня? – подловил он.

– Нет, блин, – разозлилась я. – Веришь, сама бы прикопала тебя на ближайшем кладбище. Но потом цветочки носить, за могилкой ухаживать – как-то лень!

Вампир нахмурился, не веря моим словам. Правильно.

– Да, я переживаю, – все-таки сдалась я. – Один раз тебя уже убили на моих глазах. Стать свидетельницей повторной гибели лю…

Его глаза расширились. Я вовремя исправила последнее слово.

– Близкого. Ты ведь не посторонний. Муж, как ни как. Короче, я очень расстроюсь, если с тобой что-то случится! Поэтому давай договоримся, Даниэль?

Он внимательно слушал, ожидая моего предложения.

– Давай забудем обо всем и пока временно поработаем в команде, пока не разберемся с твоим дядей.

Куран кивнул. Я протянула ему руку, чтобы закрепить договор рукопожатием. Зря. От прикосновения его ладони, я вся дрогнула. Вампир ухмыльнулся, переложил мою руку себе на локоть, и дальше я шла, опираясь на него.