Текст книги "Тени Ахерона 2. Черное солнце"

Автор книги: Олаф Локнит

Соавторы: Чарльз Керк Монро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

«Лерэ» – «пустота», мгновенно перевел я знакомое немедийское слово. Ну-ну. Похоже, чувство юмора у ночного визитера напрочь отсутствует. Имечко словно сошло со страниц дурных сочинений Гая Петрониуса о каких-нибудь дворцовых интригах густо замешанных на несчастной и неразделенной любви – эти сопливые истории ныне весьма популярны у тарантийских пожилых дам и впечатлительных девиц.

– Хорошо… месьор Лерэ, – вздохнул я. – Начнем с самого главного: что привело вас в мою спальню в столь поздний час?

– Ваша неизбывная любознательность, барон, – донеслось из-под маски, скрывавшей лицо фантома. – Всему Закату барон Юсдаль известен как наипервейший собиратель сплетен и любитель чужих тайн. Не обижайтесь, я не хочу сказать ничего дурного, вы ведь не пользуетесь этими тайнами в неблаговидных целях? Хотя, как я полагаю, многие отдали бы целое состояние за собранный вами архив.

– Вы хотите купить какие-то бумаги, хранящиеся у меня? – я нахмурился. Двусмысленные слова месьора Лерэ дают повод для настороженности. – Тогда вынужден вас огорчить – ни ведущаяся мною летопись, ни какие либо документы из архива не продаются.

– Боюсь, господин барон меня неправильно понял, – терпеливо ответил призрак. – Вовсе наоборот, я хочу чтобы в вашей хронике появилось несколько новых, весьма любопытных и назидательных для потомков записей.

– А именно? – я пытался вести себя хладнокровно и не показывать, что заинтересовался.

– Я знаю о том, что король Конан и его окружение обеспокоены действиями сообщества, называющегося Черным Солнцем… Я могу кое-что рассказать.

– Месьор Лерэ, вы что, фатарен? – перебил я. – Может быть даже «Совершенный»?

– Боги милостивые! Все эти разговоры, эти пустые слова о благостном духе и греховной плоти… Как надоело! Откровенно говоря, Тьма, Свет, это все так, только детей пугать. Если вы думаете по-другому, то сильно отстали от жизни. В наши прагматичные времена историю творят не могучие заклинания, а кавалерийские клинья и полки арбалетчиков. Ну, и золото прежде всего. Признаюсь, в Черном Солнце я занимаюсь именно денежными делами. То есть имею весьма большое влияние, поскольку абсолютное большинство поступлений от легковерных идиотов, внявших учению Мэниха и отказавшихся от имущества в пользу ведущей к Свету бедности, проходит через мои руки. Поверьте, это огромные суммы, сравнимые с доходами королевской казны.

– Значит, вы действительно состоите в этой организации, – полувопросительно-полуутвердительно выдавил я. – Неужели наши догадки о том, что Черное Солнце всего лишь невероятная по размаху афера, призванная обчистить карманы купившихся на ваши проповеди простаков – истинны?

– Это правда лишь отчасти, – спокойно ответил месьор Лерэ. – Поймите, я не имею права объяснить все, поскольку от моих слов может зависеть жизнь и благополучие слишком многих людей. Да, лично я зарабатываю на идеях пророка Мэниха деньги и не вижу в этом ничего особо предосудительного.

– Но это же обман! – воскликнул я. – Ложь и надувательство! Вы сознательно вводите людей в заблуждение, играете на их религиозных чувствах!

– Ничего подобного, – невозмутимо пожал плечами призрак. – Многие новообращенные фатарены искренне верят, что избавившись от греховного золота, они встанут на путь очищения от плотской скверны. Почему я должен лишать людей веры? А деньги… Ну не в выгребную же яму их выкидывать? Если золото вам не нужно, отдайте его тому, кому оно больше пригодится. И вообще, вы слышали древнюю поговорку – хочешь заработать, создай новое вероучение!

– Вы назвали себя дворянином… – брезгливо скривился я. – А рассуждаете будто купчишка!

– Я вынужден так поступать, – столь же бесстрастно отозвался месьор Лерэ. – Потому что передо мной стоит цель. Приоткрою завесу: это цель политическая, достичь которой без золота невозможно. Впрочем, давайте более не отвлекаться. Я пришел к вам совершенно по другому поводу. Известно, что барон Юсдаль обладает при дворе Конана Аквилонского большим влиянием, а так же слывет человеком умным и рассудительным…

– Терпеть не могу грубую лесть, – процедил я сквозь зубы. – Хотите, чтобы я упросил короля смотреть на выходки Черного Солнца сквозь пальцы? Что в обмен? Деньги? Как много? Учтите, меньше чем за сотню тысяч полновесных кесариев вы меня не купите.

– Прекратите паясничать, я говорю абсолютно серьезно, – повысил голос призрак. – Если излагать кратко, то сейчас и вам, и мне угрожает опасность. Я хочу предложить сотрудничество, дабы оную опасность устранить раз и навсегда. Моими силами тут не справиться, нужна мощь крепкого и стабильного государства. Все дело в магии. В магии Ахерона, которая, казалось бы, была прочно забыта.

– Подробности! – я рубанул ладонью воздух и тут же добавил скороговоркой: – Кажется, я понимаю, о чем идет речь. Ваши маги все-таки вышли из-под контроля? Почувствовали вкус вседозволенности и теперь прочие руководители Черного Солнца у них не в авторитете?

– В целом вы довольно точно обрисовали ситуацию, – отозвался месьор Лерэ. – Но есть некоторые нюансы. Вы готовы выслушать меня не перебивая?

– Извольте…

В целом, картина была приблизительно такой, как и предполагали маркграф Ройл и Валент из Мессантии во время нашего посещения развалин Стобашенного Пифона. Неосмотрительность людей, возглавлявших секту фатаренов привела ко вполне предсказуемым последствиям.

Помните мои записи, касавшиеся наших с Конаном и бароном Гленнором рассуждений о том, что еретическое течение расколото как минимум на три группировки, до времени друг во друге нуждающихся? Так вот, весьма многочисленное сообщество увлекшихся кхарийской магией «колдунов» действительно начало завоевывать все большую независимость от «политиков» и «торгашей» – привлеченные идеями фатаренов маги поняли, что набрали достаточно сил для того, чтобы или освободиться от бывших союзников, единомышленников и покровителей, либо подчинить их себе.

– Хальк, я прошу вас только об одном, – неторопливо говорил месьор Лерэ. – Не воспринимайте конклав магов Черного Солнца с вульгарной точки зрения – мол очередная шайка сбрендивших колдунов решила завоевать господство над миром. Такового господства им, равно как и всем прочим, не видать как своих ушей – Вселенная людей устроена слишком сложно для того, чтобы заполучить ее в единоличное пользование одного человека или некоей организации. У них другие цели. Магия ради магии, развитие волшебной науки, поиски утерянных столетия назад знаний. Словом, эти господа трудятся больше ради искусства, если мне будет позволено так выразиться. И они ни перед чем не остановятся.

– Мы это знаем, – грустно ответил я. – Печальный опыт имеется.

– Имеете в виду охоту наших колдунов за найденной маркграфом Ройлом Книгой Душ? Да, я осведомлен об этой истории. Перехватить Книгу так и не удалось, а теперь Хранители Ночной Стражи никогда не выпустят ее из своих когтей.

– Вы этим недовольны, Лерэ?

– Отчего же, совсем наоборот. Весьма доволен, и тому есть веские причины. Но вернемся к исходному вопросу. Когда нам, истинным хозяевам Черного Солнца, требовались услуги колдунов, мы щедро снабжали конклав деньгами, выкупали артефакты, отправляли экспедиции на поиски магических зелий… И не предвидели, что вырастим неблагодарную змею. Демоны с ней, с благодарностью, как-нибудь переживем. Дело обстоит куда сложнее: ради своих «знаний ради знаний» эти мерзавцы собираются покопаться в Пиррофлагалоне. И им точно известно, где находится город-святилище кхарийцев. Думаю, вам тоже – одно время Ройл весьма интересовался религиозной и магической столицей империи Ахерона.

– Так… – выдавил я, отлично помня предостережения Ройла и Валента, касавшиеся Пиррофлагалона. – Слушайте, месьор Лерэ, да вас убить мало!.. Понимаете, чем это может грозить?

– Более чем, – буркнул поздний гость. – Я, знаете ли, неплохо разбираюсь в истории и магии. И потому я вынужден просить вашей помощи, Хальк. И помощи короля Конана Канах.

…Валент Мессантийский сказал недавно: «У меня есть некоторые основания полагать, что грандиозная Буря Перемен, уничтожившая Кхарийскую империю, буйство неконтролируемой черной магии, прекратилась не сама, а была намеренно остановлена. А еще точнее – приостановлена. На время». Далее следовал вывод о том, что под толщей земли, укрывшей Пиррофлагалон может скрываться Нечто, способное вновь выпустить магический шторм, противостоять которому люди будут не в силах. Это означает крушение Хайборийской цивилизации и такие непредставимые бедствия, рядом с которыми древняя магия Алого Камня Каримэнон, вызвавшая недавнюю войну в Немедии покажется невинным фокусом площадного фигляра, вытаскивающего кролика из пустого мешка.

– И что вы предлагаете, месьор Лерэ? – спросил я, когда недобрая пауза затянулась.

– Все просто. Весь конклав магов Черного Солнца я с потрохами сдам аквилонской тайной службе. Делайте с ними, что хотите – жгите на кострах, ссылайте на необитаемые Ванские острова, только, пожалуйста, не используйте в своих целях.

– То есть, вы хотите нашими руками избавиться от переставших подчиняться руководству секты колдунов?

– Можно сказать и так. Барон Юсдаль, вы же не ребенок, не первый год в большой политике, должны понимать… Вскоре конклав в полном составе соберется в Пиррофлагалоне – тайно, конечно. Если Конан привлечет знакомых магов – ваш король вроде бы дружит с Пелиасом Кофийским и предводителями Ордена Равновесия? – то вы накроете всю шайку скопом.

– Сколько их?

– Посвященных магов – шестнадцать. Добавим примерно три десятка учеников, не обладающих сколь-нибудь серьезными умениями. Я переправлю вам список и постараюсь узнать пути, которыми колдуны будут пробираться в Аквилонию. Если не ошибаюсь, Пиррофлагалон находится неподалеку от Галпарана, в левобережном Гандерланде. Достоверно известно, что встреча состоится на зимний солнцеворот, самая длинная ночь в году. Для них это важно, они собираются провести некий старинный обряд…

– Что еще?

– Если поможете в деле с магами, я постараюсь сделать так, чтобы проповедники учения Мэниха были отозваны из полуденных областей Аквилонии. По крайней мере сделаю все, что в моих силах.

– Предлагаете честное соглашение? Благородный договор? Мы уничтожаем распустившихся колдунов, мешающих вам зарабатывать деньги и крутить политику, а вы оставляете в покое Аквилонию? Никаких больше проповедей, никакой узурпации земель и собственности в пользу вашей секты? Или я чего-то недопонял?

– Повторяю: сделаю все, что в моих силах, – твердо сказал месьор Лерэ. – в крайнем случае, подскажу как избавиться от наших последователей силой. С одним условием: вы изгоните фатаренов только из пределов Аквилонии. Прочие государства лежат вне сферы ваших интересов.

– Так много за простенькую услугу – перебить полтора десятка колдунов?

– Поверьте, Хальк, это не так-то просто. Они накопили достаточно знаний и мощи, дело может получиться весьма опасным. Если Конан согласится на мои предложения, я предоставлю в ваше распоряжения все доступные сведения о конклаве Черного Солнца – заклинания, артефакты и прочее.

– Разумеется, я немедленно все передам королю… Как вас известить о решении Конана?

– Вот это уже другой разговор. В случае положительного ответа на третью ночь считая от этой вывесите над хозяйственными воротами тарантийского замка два фонаря с красными стеклами.

– С красными? – фыркнул я. – В королевском замке? По-моему это будет выглядеть неприлично.

Месьор Лерэ понимающе хмыкнул:

– Простите, совсем забыл, у вас в стране совсем другие обычаи и красный фонарь над воротами означает пошлейшую двусмысленность… Хорошо, с синими. Если король откажется – фонарь должен быть один, слюда желтая.

– А потом?

– Потом я сам найду вас, для меня это не составит особых трудностей.

– Понятно. Слушайте, Лерэ… Может быть мой вопрос покажется вам не совсем уместным, или вы не сможете на него ответить, но скажите вот что: вся эта секта, Мэних, фатарены… Для чего? Вы же неглупый человек, в учение древнего иранистанского пророка, как я понял, не верите. Для чего это вам?

– Это инструмент, – на задумываясь ответил призрак. – Инструмент для достижения, как я уже сказал, определенной цели. Не беспокойтесь, данная цель не затрагивает интересы Трона Льва, все произойдет слишком далеко от ваших рубежей. Жаль только, что мы проявили ненужное рвение и теперь к Черному Солнцу относятся как к опасному еретическому течению…

– Сами виноваты.

– Я этого и не отрицаю. Теперь нам придется исправлять допущенные ошибки. Лично я совершенно не хочу ссориться с вашим королевством и лично с государем Конаном Канах. События последних лет доказали, что раздражать аквилонского льва весьма и весьма чревато. Поверьте, если мы станем действовать совместно, печальные последствия просчетов, как моих личных, так и моих соратников, можно будет относительно безболезненно исправить.

– Значит, все-таки, это заговор, – сказал я, обращаясь более к самому себе. – Политический заговор, выполненный слишком изощренно и необычно. Да, месьор Лерэ, завидую вашей фантазии.

– Тем и живем, мой дорогой барон… Тем и живем. Сейчас я буду вынужден распрощаться, время позднее. Полагаю, просить вас о скромности и деликатности в этом деле не следует. Если о нашей беседе узнает кто-либо посторонний – я имею в виду людей, не умеющих держать язык за зубами, – мне и еще нескольким людям, от имени которых я говорю, несдобровать. Конклав магов Черного Солнца сумеет отомстить.

– Не держите меня за дурачка, – обиделся я. – В любом случае все, что вы мне рассказали, я изложу большинству высших управителей Аквилонии.

– Главное – не увлекайтесь, – спокойно ответил месьор Лерэ. – Канцлеру Публио я бы ничего не сказал, старик осмотрителен только в делах, касающихся государственной казны и его собственного кармана. Впрочем, вам виднее, барон. До встречи. Я ухожу. Пока не погаснут последние огни, пожалуйста, не подходите к дальней стене комнаты, может затянуть в Поток, неприятностей не оберетесь…

– Постойте! – я вытянул руку. – Это ведь магия, верно? Ваш фантом появился здесь благодаря магии, даже я это почувствовал! Не боитесь доверять тем, кто устроил ваше явление в Тарантию?

– Не боюсь, – прошелестел исчезающий голос призрака, – даже среди магов встречаются честные люди…

Вновь расцвели бутоны огромных красочных цветов, ворс ковра покрылся инеем, потянуло стылым сквозняком и запахло металлом. Необычный портал сворачивался, уменьшаясь в размерах и спустя четверть квадранса окончательно исчез. Никаких следов недавнего визита в спальной комнате заметно не было.

– Господин барон? – я вздрогнул, услышав голос камердинера. Джигг стоял на пороге. – Надеюсь, с вами все хорошо?

– Митра Всеблагой… – выдохнул я. – Джигг, вы что же, подслушивали?

– Я бы не осмелился, господин барон. Просто у меня весьма чуткий слух.

– И что же различил ваш чуткий слух?

– Беседу с неким таинственным посетителем, господин барон. Позволю себе сказать, что его величество и ее величество доселе не спят, и если вы хотите поделиться с ним впечатлениями о столь содержательном разговоре, то я бы посоветовал вам пройти в рабочий кабинет короля…

– Ох, Джигг, вы демон-искуситель, а не камердинер!

– Как будет угодно господину барону.

– Хорошо, хорошо… Мне надо одеться! Не идти же к Конану и Зенобии в одном исподнем?

– Прикажете подать парадное платье и церемониальное оружие в соответствии с правилами дворцового этикета?

Рвущийся из самых недр души стон я подавил лишь титаническим усилием воли.

– Дайте мой теплый туранский халат и мягкие туфли.

Джигг посмотрел на меня почти с ненавистью.

* * *

– И что вы на все это скажете? – вопросил Конан, постучав ногтями по столешнице белого мрамора. – Есть подозрение, что Халька никто не разыгрывал, все серьезно. Особенно если учитывать сообщение о Пиррофлагалоне, которым заинтересовалось Черное Солнце. На карте, обнаруженной нами в Шамарском герцогстве и прежде принадлежащей фатаренам, четко обозначено местоположение города-святилища, этот самый Лерэ не врал – они действительно ищут средоточие древней магии Ахерона.

– С твоего, Конан, позволения, о магии и древних городах поговорим несколько позже, – сказал герцог Эрде. – Я могу задать барону Юсдалю несколько вопросов? Благодарю… Хальк, ты уверен, что твой визитер говорил с выраженным полуденным акцентом?

– Да. Похоже, он из Офира или Коринфии.

– Коринфия… – процедил король Нимед. – Вечный источник смут! Я так и знал, что это их рук дело! Они давно мечтают избавиться от немедийского владычества и получить статус королевства, неподвассального Трону Дракона! Не удивлюсь, если эта затея была изначально спланирована высшим дворянством Коринфии, жаждущим выйти из-под сени немедийской короны!..

Тут я должен заметить, что Коринфия была включена в состав Немедийской империи на правах протектората около ста пятидесяти лет назад – Трону Дракона было исключительно важно контролировать важнейший участок знаменитой Дороги Королей, идущей на Восход через коринфскую столицу Арелату и далее через Замору в Туран. Арелата стояла на перекрестке самых крупных торговых путей, от нападения со стороны воинственных кофийцев Коринфию надежно ограждали Карпашские горы, а расквартированные вдоль границы легионы Немедии гарантировали, что все торговые подати и сборы будут поступать в казну Бельверуса.

Нет ничего странного в том, что коринфийцев такое положение дел не устраивало. В прежние времена Коринфия являлась едва ли не единственной страной Заката, где король был лишь символической фигурой, персоной, призванной лишь подписывать указы, изданные советом избираемых дворянством и торговым сословием нобилей. Города и отдельные провинции тоже управлялись выборными советами, что Коринфию и погубило. Отсутствие сильной центральной власти сыграло на руку немедийцам во время почти молниеносной кампании по захвату этой небольшой страны, нобили не сумели договориться о совместных действиях против врага и вовремя собрать войско. Тогдашний король Немедии Танкред II принял на себя регалии коринфской короны, дворянство смирилось и принесло оммаж новому владыке, но воспоминания о прежних вольностях сохранились и доселе будоражили умы благородного сословия Арелаты.

– У нас с Валентом уже были подозрения насчет одного из первейших дворян Коринфии, герцога Амори Ибелена, – подал голос маркграф Ройл. – Ничего конкретного к сожалению. За исключением того, что Амори настырно переманивал Валента из Мессантии к себе на службу, сулив золотые горы с алмазными ледниками. В нынешних обстоятельствах это не может не вызывать подозрений. Если герцог Ибелен как-то связан с Черным Солнцем, рассорившемся со своим магическим конклавом, то он вынужден искать поддержки со стороны прочих магических Орденов, среди которых Орден Равновесия справедливо считается самым… э… самым безобидным, поскольку на служит ни Тьме, ни Свету.

– Похоже, мы ошибались, – кивнул киммериец. – Следы Черного Солнца ведут не в Бельверус, а в Арелату. Насколько я понимаю, наибольшее распространение ересь получила именно в Коринфском протекторате? Рисунок получается прелюбопытный: тот хмырь, который заявился к Хальку, утверждал, будто ставит перед собой исключительно политические цели, для достижения которых был избран настолько оригинальный способ… Мораддин, Нимед, Ринга, похоже у вас крупные неприятности!

– Нам не привыкать, – мрачно пошутила герцогиня Эрде. – Действительно, весьма похоже, что все нити заговора увязаны на Арелату. Руку даю не отсечение – они готовят мятеж и отделение протектората от Немедии. Мало того, аппетиты Черного Солнца распространились и на другие области Полудня – хотят создать свою империю. Причем, если подходить с чисто прагматической точки зрения, новое государство фатаренов будет контролировать все до единого торговые пути между Полуночью и Полуднем, включая половину Дороги Королей, а это уже не шуточки. Понимаете, какие у них запросы?

Мораддин только головой покачал:

– Если отбросить ширму, которой прикрываются заговорщики – я имею в виду религиозное учение Мэниха – то получается, что мы столкнулись с исключительно продуманным планом по отделению от Немедии и Аквилонии важнейших провинций. Не спорю, у Черного Солнца были недочеты – взять хоть историю с их магическим конклавом, но исполнено все равно красиво! Власти наших стран обеспокоены прежде всего распространением ереси, не видя за этим главного! Клянусь, тому, кто это придумал, я бы золотой конный памятник поставил! За изобретательность.

– Дорогой герцог, эмоциями и установкой монументов делу не поможешь, – вмешался барон Гленнор. – Скоро рассветет, а мы еще не решили, как поступить. Похоже, действовать придется сразу в нескольких направлениях. И, что самое главное, мы обязаны выработать план противодействия Черному Солнцу до наступления зимы. Боюсь, открытое выступление заговорщиков спланировано именно на зиму – я не исключаю, что гость месьора Халька рассчитывал не только избавиться от своих колдунов с помощью аквилонцев, но и тем самым отвлечь наше внимание от некого другого события, обязанного произойти примерно в то время, когда маги Черного Солнца должны собраться в городе-святилище кхарийцев.

– Можно счесть нас слишком подозрительными, но я склонен поддержать барона Гленнора, – отозвался Мораддин. – В этой истории доселе слишком много непонятного. Так или иначе, нам придется одновременно противостоять магическому конклаву, напору со стороны проповедников-фатаренов в полуденных провинциях обоих королевств и возможной военной угрозе. Дело найдется каждому…

* * *

Я вернулся в свои покои только после восхода тусклого осеннего солнца. К этому времени высокое собрание разошлось: Рэльгонн, на сей раз без моей помощи, отправил гостей по домам и раскланялся – ему следовало возвращаться в Бритунию. Недовольный всем сущим (а королем особенно) жрец Хродомер уехал в портшезе в свою резиденцию при главном храме Тарантии, Тотлант и Веллан отправились спать, а я, забрав пергаменты с записями, побрел наверх, к библиотеке.

– Хальк, не торопись! – послышался с лестничного пролета возглас Конана. Стоявшие в коридоре Алые Кирасиры замерли, ровно статуи – король все-таки! – У тебя найдется что-нибудь перекусить? Не хочу гонять своих камер-лакеев на кухню!

– Джигг – человек запасливый, – ответил я, дожидаясь быстро поднимавшегося по лестнице киммерийца. – Он наверняка приготовил завтрак, все-таки мы целую ночь сидели…

Так и есть: камердинер встретил нас на пороге и величественным жестом указал в сторону трапезной комнаты, где уже был сервирован стол, причем на двоих. Не понимаю, откуда у Джигга столь невероятное чутье – такое впечатление, что он всегда точно знает, когда именно и вместе с каким количеством гостей я приду. Не иначе, какая-то особенная магия камердинеров!

– Ну и что ты скажешь, Хальк? – проворчал варвар, самостоятельно налив себе вина и взгромоздив на серебряную тарелку изрядный ломоть свиной грудинки в остром соусе. – Думаешь, мы справимся?

– Откровенно говоря, все оговоренные планы смахивают на абсолютно провальную авантюру, – безжалостно ответил я. – Похоже, в данном положении наши старые и привычные приемы в виде отчаянной наглости и нахрапистости скорее всего не сработают. Черным Солнцем заправляют отнюдь не круглые идиоты.

– Это точно, – согласился Конан. – Однако, наша сила в необычности и нетривиальности решений. Пойми, мне не очень хочется усмирять Пуантен огнем и мечом, тем более, что подданным Просперо я обязан короной. Прав был Гленнор, умная голова – надо взорвать Черное Солнце изнутри. Натравить этих скотов друг на друга, и тогда скорпионы пожрут самое себя. Как полагаешь, ты со своей миссией справишься?

Я ответил далеко не сразу. Во-первых, Хальк Юсдаль вовсе не является выдающимся мастером интриги и магистром благородного искусства плаща и кинжала. В конце концов, я никогда не обучался сомнительным наукам, коими владеют подчиненные барона Гленнора или Мораддина Эрде. Во-вторых, при всей моей тяге к новым впечатлениям я не слишком восторгаюсь идеей сопричаститься тайн Черного Солнца напрямую. И в-третьих, мне абсолютно не хочется покидать Тарантию в эти неспокойные времена…

Впрочем, у меня будут неплохие помощники, и это добавляет оптимизма.

– Рэльгонн переправит вас в Арелату через пять дней, – преспокойно говорил Конан. – Уверен, месьор Лерэ тебя незамедлительно отыщет. Ну а затем…

– Затем они благополучно раскроют, с какой целью я прибыл в логовище Черного Солнца и принесут в жертву какой-нибудь Вековечной Тьме на Черном Алтаре Зла, – съязвил я. – Только ты у нас способен всегда выпутываться из подобных историй. Сколько раз тебя приносили в жертву Сету всяко-разные злые маги вроде нашего старого дружка Тот-Амона?

– Ты о чем? – не понял Конан. – Не было никогда ничего подобного…

– Ври больше! Гай Петрониус в сочинениях о твоей молодости уверяет, что Конана Канах приносили в жертву Сету чуть ли не ежедневно, причем ты в самый последний момент ухитрялся перебить всех жрецов, отобрать у них сокровища, а заодно спасти какою-нибудь грудастую красотку!

– Если однажды этот пройдоха Гай Петрониус попадется мне на глаза – лично посажу на кол, – недовольно отозвался киммериец. – Эта скотина распространяет про меня нелепые рукописные россказни уже восьмой год и ему все сходит с рук!.. Ты, Хальк, можешь не беспокоиться – тебя будут прикрывать настоящие волки, один граф Кертис чего стоит! Признаться, мне не слишком хочется опускать в Арелату Валента, но ничего не поделаешь – в данный момент маг будет нужнее там. Когда придет время, Рэльгонн доставит Валента обратно в Аквилонию.

– Надеюсь, я могу взять с собой Джигга? Сам помнишь, он отлично показал себя в замке Ройл, когда мы сцепились с демоном-ревенантом. Джигг может пригодиться.

– Никаких возражений. В крайнем случае, если миссия будет провалена, Рэльгонн сумеет вас вытащить. А мы с Тотлантом, Просперо и настоятелем Домеником в это время будем действовать в Аквилонии. Кстати, о Доменике. Я тут принял одно важное решение…

– Какое? – осторожно спросил я, ибо Конан сказал эти слова таким тоном, что у меня мурашки по коже побежали.

– Я разрешу его ордену действовать на территории Аквилонии, это первое. И второе: в пользу ордена Вечного Солнца указом короля будет конфискована половина богатств аквилонских храмов. Подозреваю, что Доменик и его братья распорядятся ими с умом. Пора прижать хвост нашим жрецам!

– Нич-чего себе… – присвистнул я и от удивления расплескал вино. – Ты понимаешь, что с этого момента ты станешь первым врагом Хродомера и его разжиревшей банды? Они начнут проклинать тебя на каждом углу!

– А Доменик наоборот – будет славословить. Терпеть не могу это поганое словечко – «реформы», однако сейчас без них не обойтись. А с возможными трудностями мы наверняка быстро справимся. В крайнем случае Хродомер и присные моментом переселятся в уютные подвалы поместья барона Гленнора – закон об оскорблении величества еще никто не отменял. Ладно, пойду я, вздремну до полудня… Ох, Хальк, интересное дело нам предстоит, даже приятно становится!

Если киммерийцу было «приятно», то я испытывал чувства прямо противоположные. План барона Гленнора и герцога Эрде уже не казался мне заманчивым и безупречным…