Текст книги "Попутчица (СИ)"
Автор книги: Оксана Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)
– Ну, ты ведь знаешь, я всегда опаздываю. Здравствуй, Тимур.
– И вы представляете? Он тогда потратил все деньги, которые мы откладывали на поездку, на бутылку какого-то дорогущего коллекционного вина. Нет, ну разве можно понять этих мужчин?
– Мы живёт с тобой вместе больше тридцати лет, радуйся, что я не перешёл на что-то более крепкое, чем вино.
Сразу после этих слов комната разразилась громким смехом, правда всего лишь трое из присутствующих смеялись действительно искренне и от души. На лицах остальных появилась с трудом натянутая улыбка, которая хоть как-то пыталась скрыть панический блеск во взгляде одной девушки, полное безразличие у другой и просто испепеляющий дотла огонь в глазах находящегося в самом 'эпицентре' мужчины. Он то ли не хотел, то ли просто не мог, даже в силу своего характера, совладать собственными чувствами. Слушал ли он кого-нибудь? Пытался ли вникнуть в суть развернувшегося разговора? Поддержать его? Нет. Потому что он был занят другим. Мужчина пожирал ЕЁ глазами, при этом каждую секунду борясь с мыслью, что всё это иллюзия. Просто непонятно с чего вдруг разыгравшаяся фантазия или сон. Ведь, если бы всё происходило наяву...могли бы они сейчас вот так стоять друг напротив друга? Будто ничего не было, будто они...посторонние люди. А ведь наверняка создавалась именно такое впечатление. По крайне мере, девушка неспешно, маленькими глотками опустошала свой бокал с шампанским, улыбалась на звучавшие шутки, более того сама их поддерживала. Она выглядела абсолютно расслабленно, непринуждённо и совершенно потрясающе. Тимур знал, всё-таки какими-то остатками здравого смысла мужчина начал понимать, что смотрит на неё неприлично долго, но отвести взгляд хотя бы даже на пару секунд, было выше его сил. Если он и видел когда-нибудь женщину более роскошную, то, наверняка, она была из какого-нибудь дорогого голливудского фильма, но даже самые знаменитые, поражающие своей красотой актрисы, сейчас не могли сравниться с НЕЙ. Такой прекрасной в этом удивительном нежно-голубом платье, с приталенным ремешком, неглубоким вырезом на груди, который давал разбег внезапно взбунтовавшемуся воображению. С этими распущенными, казалось, даже немного небрежно завитыми локонами и практически полным отсутствием косметики (исключением были лишь подведённые тушью реснички и прозрачный блеск, зрительно придававший объём и без того пухлым и манящие губам) она выглядела совсем ещё юной, нежной и невероятно хрупкой. Тимур сам не понял, в какой момент появилось это зверское, просто безумное желание обнять её, просто прикоснуться....И, наверное, наплевав на всех и вся, он бы не смог ему противиться, если бы не её глаза. Если бы не этот холодный блеск во взгляде, который сиял даже в тот момент, когда губы растягивались в улыбке. Вот в чём была разница. Та самая разница, которую мужчина непроизвольно искал весь вечер. Та Рита не умела притворяться, не умела скрывать своих чувств. Она была действительно наивной, очень хрупкой, ранимой...Она улыбалась ГЛАЗАМИ.
– А куда вы хотели поехать?
Только ЕЁ голос смог выбить его из этого бешеного потока мыслей. Только он вызвал волну нервной дрожи во всё теле и болезненно отозвался в каждом уголке памяти.
– В Прагу, – ещё спустя несколько секунд Тимур наконец-то смог окончательно вернуться в реальность, заметить, что они не одни. Помимо смеющихся и единственно разбавляющих накалённую до предела обстановку (хотя они скорее всего сами того не понимали) Стрельцовых, в комнате была ещё и Карина, которая оказывается всё это время находилась рядом с ним и даже держала его за руку. Но почему-то даже в момент, когда нему хоть частично вернулась способность здраво мыслить, Тимур никак этим не озадачился. Он забыл о присутствии жены уже через пару секунд после того как его заметил. Кто действительно не только привлекал, а буквально приковывал к себе его взгляда – Колесников...который стоял так близко к ней, держал её за руку и что-то нашептывал на ухо... – Просто чудеснейший город. Я в него влюбилась после того как впервые там побывала. Риточка, вам непременно стоит его посетить...
– Да чего ты городишь без умолку, – усмехнувшись, Стрельцову, наконец, удалось остановить действительно весь вечер не замолкающую жену. – Были они уже там. Если не ошибаюсь, по-моему, даже медовый месяц провели?
Тимура после этих слов передёрнуло, а Рита наоборот, кажется, впервые за весь вечер улыбнулась не только ртом, но и глазами.
– Да, именно так. Я, если честно, тоже влюбилась в этот город, как только впервые там побывала.
– Ну, всё, – обречённо вздохнув, Стрельцов закатил глаза. – Сейчас начнётся. Мою Маринку теперь не остановит ничто на свете. Пока она не расскажет обо всех своих любимых ресторанах и магазинах, тишины нам не дождаться.
Практически с той же злостью, что женщина посыпала обвинения на своего мужа, Тимур смотрел на Риту, которая, кажется немного повеселела. По крайне мере в её глазах уже не было того холодного блеска, она загадочно улыбалась на какие-то слова Колесникова, что он уже несколько секунд безостановочно шептал ей на ухо. Видимо они, вместе вспоминали свой медовый месяц в Праге...в том самом городе, куда когда-то Тимур сам хотел с ней поехать...Мужчина почувствовал, как по всему телу резко прошлась неконтролируемая волна злости, которую не смог подавить даже поцелуй жены. Карина не отходила от него ни на шаг и этим начинала почему-то всё более и более раздражать Тимура. А уж, когда ко всему прочему он заметил, как Колесников положил руку на изгиб ЕЁ талии, мужчина сжал бокал с шампанским с такой силой, что тот чуть не треснул. В какой-то момент в его груди всколыхнулось безумное желание подойти и отбросить его лапу, которая постепенно переместилась на спину и начала её нежно поглаживать. И, наверное, мужчина всё-таки бы не смог сдержаться, подался столь дикому соблазну, но Рита вдруг как будто почувствовала что-то неладное, тут же, впервые за весь вечер, переведя на него взгляд. Взгляд, от которого мужчину прошибло до самых костей. Пробрало так, что даже дыхание сперло в горле, на теле напрягся каждый мускул. А когда девушка, всего в несколько шагов преодолела разделявшее их расстояние, у него словно земля ушла из-под ног. Он тут же почувствовал, как ладонь Карины с силой вцепилась в его руку, и почему-то в эту же секунду испытал бешеное неконтролируемое желание сбросить её.
– Извините, вы не будете против, если я выйду на балкон? Здесь как-то душно, да и хочется чуть-чуть передохнуть.
– Конечно, – может Тимуру и показалось, но Карину, похоже, весьма обрадовали слова Риты. – Я вас сейчас провожу.
– Не стоит, я не хочу вас утруждать, – Рита улыбнулась и Вербицкий впервые, впервые за всё то время, что знал её, увидел в её глазах столько ехидства, иронии, причём очень хорошо скрытых, так сразу даже и незаметных. – Я сама сориентируюсь.
– Да? – если бы мужчина сейчас обратил хоть какое-то внимание на жену, он бы, несомненно, уловил, проскользнувший в её голосе страх, видимо раздражавший даже саму женщину. – И как же? Вы раньше бывали у нас?
И опять её губы растянулись в той же улыбке: кривой, неискренней, абсолютно фальшивой. Но даже она совершенно никак не портила её красоты. Если, конечно, её вообще способно что-то испортить.
– Для того чтобы найти, где в вашей квартире находится балкон не обязательно иметь карту или устраивать экскурсии по дому. Иногда достаточно просто посмотреть по сторонам.
Улыбнувшись, Рита кивнула в противоположную сторону комнаты, там, где как раз и находилась дверь, открывающая выход на балкон.
Тогда как Риты не было уже минут десять, Тимур всё это время был вынужден оставаться в комнате, отвечать что-то уже помирившимся Стрельцовым и стараться лишний раз даже не смотреть на Колесникова, просто боясь за свою собственную непредсказуемую реакцию. Но больше всего мужчину раздражала Карина, которая всё это время была рядом, не отпускала его руку и постоянно норовила заглянуть ему в глаза. Возможно, именно сейчас, Тимур должен был очень хорошо понять её и попытаться хоть как-то успокоить (в данном случае, пожалуй, и одних объятий было достаточно). Но мужчина сам, не понимая, почему, чувствовал, что раздражение нарастает все больше. Ещё бы пару минут и он, наверное бы не выдержал, плюнул и рванул к этой чёртовой балконной двери, с которой не сводил взгляда. Поэтому послышавшейся из детской плач, он воспринял как какой-то подарок свыше. Карина явно не хотела его оставлять. Предлагала пойти, успокоить ребёнка вместе, но Тимур смог как-то отговориться, и в итоге, женщина была вынужденна идти одна. А уже через минуту, поставив полностью пустой бокал на стол, Тимур уверенным, пожалуй, что и слишком торопливым шагом направился к той самой двери.
Как только он увидел её, как только понял, что они наконец-то остались наедине, у него сорвало все планки. Он испугался, что не выдержит. Ведь стоило сделать шаг, один только шаг, и повернуть назад, остановиться было бы уже просто невозможно. Но он почему-то стоял на месте, у всех тех же дверей. Его словно парализовало. Он смотрел на неё и просто не мог пошевелиться. А вот Рита напротив. Обернувшись, она уже через несколько секунд улыбнулась, причем, кажется, совершенно искренне и непринуждённо, сказав то, чего он совсем не ожидал услышать:
– Сигаретки не найдётся?
'Она курит? Когда? С каких пор?'. В этот момент в голове у мужчины бешеным потоком вертелись какие-то совершенно бредовые мысли, не дававшие нормально думать. Наконец, просто заставив себя сделать несколько шагов навстречу ей, он достал из кармана брюк пачку сигарет, протянув их девушке и тут же замер, когда их пальцы непроизвольно соприкоснулись. Всего одного мгновение – и оба взгляда оказались сплетены между собой.
– А зажигалки не будет?
Отняв руку, девушка мило и совершенно непринуждённо улыбнулась. Так, как улыбаются старым знакомым или приятелям. Тимура от этой улыбки ощутимо тряхнуло, хотя уже через пару секунд мужчина взял себя в руки, натянув на лицо маску абсолютного спокойствия и протянув девушке зажигалку.
Облокотившись о подоконник, Рита прикурила сигарету, выдохнув серый клубок дыма в распахнутое настежь окно. При этом, вид её плотно сомкнутых чувственных губ, всё-таки на какое-то мгновение смог выбить Тимура из равновесия. В голове мужчины тут же всплыли болезненные воспоминания как когда-то он целовал эти самые губы, а после спускался ниже: к шее, ключицам и..
– Ты так смотришь...поражённо. Да, необычная встреча. Спустя столько лет, – держа в руке дымящуюся сигарету, Рита смотрела прямо ему в глаза, при этом мужчина совершенно не мог понять ни по её взгляду, ни по голосу, что именно она сейчас чувствует. – Кстати, пользуясь случаем, хочу тебя поздравить.
– С чем?
– Ну как же...у тебя всё получилось. Всё, о чём мечтал. Ты теперь преуспевающий бизнесмен, владеешь такой гигантской корпорацией, воплотил все свои идеи в жизнь. А самое главное, у тебя прекрасная семья. В наше время это большая удача. Я за тебя очень рада.
Ему не нравилась её улыбка. Не нравился этот блеск во взгляде, эти дурацкие, а самое главное, совершенно нефальшивые поздравления. Как будто она действительно рада его успехам, хотя,...что здесь такого удивительного?
– У тебя я вижу, тоже всё сложилось. Удачный брак, работа, дети?
– Да, – слегка улыбнувшись, девушка смахнула пепел с сигареты. – Почти угадал. С мужем мне действительно повезло, на работу, к счастью, тоже не жалуюсь, только детей пока нет.
– Почему?
Наверное, его вопрос прозвучал довольно жёстко, но Тимур сейчас и не думал о какой-то деликатности. Мужчина сам не знал почему, но он очень явно чувствовал, что с каждой секундой внутри нарастает какая-то волна раздражения.
– Одно вытекает из другого. Сейчас и у меня и у мужа столько дел по работе, что о детях думать не приходится. Но всё в планах.
– Твои родителям, наверное, очень рады, – мужчина даже не попытался скрыть сорвавшуюся с губ злорадную усмешку. – Свадьбу играли с размахом?
– Напротив, – на его презрительную усмешку, Рита ответила простодушной улыбкой. – Свадьба была очень скромной, мы решили не устраивать из такого важного события фарс с журналистами, двадцатислойным тортом и золотым дворцом. И да, родители были очень рады. Хотя папа до этого дня не дожил, он умер ещё задолго до официальной росписи, но я уверенна, что он был бы так же счастлив, как и мама.
– Извини, – и голос и взгляд мужчины резко поникли. – Я не знал, что ты лишилась отца. А мама...
– Мамы не стало в прошлом году, но тебе не за что извиняться. Ты не обязан быть в курсе событий моей жизни. Она тебя никак не касается, – на этот раз голос девушки звучал абсолютно серьёзно, и во взгляде вместо игривого блеска появилась холодная решительность. – И я очень рада, что нам сейчас удалось поговорить наедине. Я понимаю, что делать вид, будто мы незнакомые друг другу люди, не получится. Да и, наверное, это неправильно. Всё-таки мы слишком взрослые для каких-то нелепых игр. Я ещё помню то время, когда...была с тобой счастлива. С тех пор утекло много воды и помимо хороших воспоминаний наверняка и у тебя и у меня в памяти осталось немало не самых приятных моментов, но...теперь у каждого из нас своя жизнь. Глупо было бы создавать в ней какие-то проблемы из-за отголосков прошлого. Я это к тому, что...мой муж отличный специалист в своём деле, ты и сам это понимаешь иначе наверняка не стал бы вести с ним никаких дел. Я не скрою, что нам очень нужна эта сделка, да и для тебя она, наверное, лишней не будет, поэтому давай не станем оборачиваться назад. У нас у каждого своя жизнь, своя семья,...а некоторые в молодости и не такие глупости совершают как мы с тобой. Что же теперь до конца дней корить себя ими?
Они оба молчали ещё несколько секунд. Рита уже давно на него не смотрела. Докурив сигарету и выкинув её из окна, девушка как-то неестественно улыбнулась, будто через силу и медленно приблизилась к мужчине.
– Я надеюсь, мы друг друга поняли. Хорошего тебе вечера, а я, наверное, уже пойду.
Тимур сам не понял, как это произошло, но когда девушка подошла в двери, он схватил её за локоть, резко рванув на себя. Всего какая-то секунда, а они уже оказались непозволительно близко прижаты друг к другу. Её ладонь оказалась лежащей на его груди и она чувствовала...не могла не чувствовать, как быстро, в каком-то совершенно безумном ритме бьётся его сердце. А он ловил её дыхание: судорожное, словно через силу срывающееся с дрожащих губ. Наверное, никто не мог знать, чем всё это могло бы закончиться, если бы балконая дверь не распахнулась и на пороге не появилась бы Карина. Женщина замерла на месте и уже через секунду бросила на мужа такой взгляд, будто он прямо с поличным был уличён в предательстве.
– Не помешала?
'Помешала' – именно это, неожиданно для себя в гневе чуть не бросил мужчина, прежде чем Рита не отстранилась от него как ошпаренная и на удивление спокойно (хотя скрытая волна дрожи всё же проскальзывала в голосе) сама ответила Карине.
– Как раз вовремя. Я хотела бы попрощаться.
– Уже уходите?
В отличие от своей соперницы (только так женщина теперь называла Колесникову), Вербицкая совершенно не умела скрывать своих чувств. В её глазах уже стояли слёзы, и она с совершенно очевидной ненавистью смотрела на Риту, а на Тимура – с обидой.
– Да, думаю, что самое время. Вы не подскажите, где мой муж?
– Был в бильярдной со Стрельцовым. Вас проводить?
– Не стоит...хотя, если не трудно, не могли бы передать ему, что я буду ждать его в машине?
Не дождавшись ответа, Рита, чувствуя как при каждом шаге, отдаляющим её от НЕГО, сердце бьётся всё быстрее, вышла в гостиную. Где-то неподалёку слышался громкий смех мужа, и едва сдержавшись, чтобы не заткнуть уши ладонями, девушка выбежала из квартиры. Как бы она хотела, как страстно желала убедить себя, что всё это волнение взялось только из-за страха разрушить так необходимую сейчас сделку, но нет. Можно ли обмануть себя? Обмануть свои чувства, эмоции? Ведь она сама...сама прекрасно знала, откуда появилась эта дрожь во всём теле и почему кожа горит огнём именно в тех местах, где он дотрагивался до неё...
*****
– И всё-таки какой удачный вечер. Я же говорил тебе, что если ты будешь рядом, у меня всё получится. Только почему ты опять убежала так быстро?
– Потому что я действительно сегодня плохо себя чувствую. Да и что-то я не заметила, чтобы моё присутствие как-то тебе помогло. Ты ведь ещё до того как я пришла, подписал контракт? Или не подписал?
– Ещё как подписал! – растянув губы в широченной улыбке, мужчина упал на кровать. – Можешь считать, что с сегодняшнего дня, все наши проблемы разрешены! Мы заплатим за квартиру, погасим все долги и...
– И опять их наберём, когда ты снова попрёшься в казино и просадишь там всё до копейки. Хорошо, если хоть сколько-нибудь в дом принесёшь, и мы действительно сможешь заплатить за квартиру. Ну, или хотя бы не воруй у меня, как это было в прошлый раз.
Наблюдая за тем, как жена прихорашивается возле зеркала, Алекс старался не отвечать на её колкости. Он в принципе не любил скандалы, никогда их не провоцировал и много раз наступал на собственное самолюбие и гордость, только чтобы сохранить мир в семье. Вот и сейчас, он проглотил усмешку жены, на каком-то подсознательном уровне понимая, что в принципе, она во многом права. Поэтому мужчина очень быстро попытался сменить тему, хотя в итоге сделал только хуже.
– Знаешь, а у этих Вербицких славный пацанёнок. Тебе не кажется, что нам тоже уже пора обзавестись потомством? Я даже на девочку согласен.
В ответ на свою безобидную шутку, Алекс тут же получил очередную колкость.
– Правда, ты согласен? Ну тогда сам и рожай.
– Рит, – тяжёло вздохнув, Алекс подошёл к жене, присев возле неё на корточки. – Ну может, хватит? Я ведь серьёзно. Ты же сама понимаешь, что у нас проблемы. Давай обратимся к врачу, он обязательно сможет тебя...
– Твою мать, Колесников! – резко сорвавшись с места, Рита с ненавистью взглянула на мужа. – Сколько раз тебе говорить? У меня всё в порядке! Я могу иметь детей, слышишь? Я. МОГУ. ИМЕТЬ. ДЕТЕЙ. И не надо мне так завуалировано тыкать в нос тем абортом, он не повлёк за собой никаких последствий. Ясно? Если хочешь детей, сам шляйся по врачам. Это, наверняка, у тебя там какие-то сбои. А от меня, наконец, отвяжись. Тебе понятно?
– Понятно, – усмехнувшись, Алекс поднялся на ноги и подошёл к двери. – Мне понятно, что ты не то, что уже давно не любишь меня, впрочем, сомневаюсь, что вообще когда-то любила, но скорее уже даже ненавидишь. Тебе наверняка доставляют удовольствие мои промахи, неудачи, даже эти чёртовы попойки и нехватка денег. Так у тебя по крайне мере есть вполне оправданное право срывать на мне зло, за то, что испортил тебе жизнь. За то, что ты вышла за меня замуж, кстати, последнего я никак не могу понять. Зачем? Зачем, если я так тебе противен, ты всё-таки пошла за меня и даже какое-то время делала вид, что я тебе дорог?
Когда мужчина вышел из комнаты, Рита села обратно в кресло около зеркала и уже через секунду не выдержала, закрыв лицо руками и едва не дав воли слезам. Да, рыдать сейчас хотелось просто невозможно сильно. На душе было паршиво. Она уже давно не чувствовала такого острого отвращения к самой себе. Зачем? Зачем вышла за него замуж? Ответ до банальности был прост,...но даже под самыми страшными пытками, Рита не смогла бы открыть его мужу. Может он действительно был ей в какой-то степени противен, но...ей всё же было его жалко. И так больно она бы никогда не смогла ему сделать.
Семь лет назад....
– Я не понимаю. Что всё это значит?
Захлопнув папку, мне еле удалось сдержать желание отбросить её куда подальше. Перед глазами до сих пор расплывались обрывки совершенно непонятных, но почему-то пугающих фраз.
– Это значит, что вы можете потерять компанию отца. Её уже разрывают на части, а если Миронов – главный акционер распродаст свои акции, вам ничего не останется, как сделать то же самое, иначе потом рискуете остаться и без акций и без денег.
– Этого не может быть, – вскочив с кресла, я дрожащими руками вцепилась в плечи, опустившего взгляд мужчины. – Этого просто не может быть. У моего отца огромная компанию, она создавалась в течение стольких лет. Все акционеры – его близкие друзья, они не могут его предать, не могут...
– Рита, да очнись ты, – надавив на мои плечи, Колесников усадил меня обратно в кресло, присев рядом на корточки и сжав в руках мои ладони. – Какие могут быть друзья в бизнесе? Они были рядом с твоим отцом, когда он держал компанию на плаву, а теперь, когда его не стало, каждый думает, как урвать больший кусок и не уйти с пустыми карманами. Они разорвут компанию на части, это всего лишь вопрос времени.
– И что... – я чувствовала, как по щекам текут обжигающие слёзы и даже не пыталась их утереть, – что теперь делать? Неужели никаких шансов?
– Шансы есть всегда, а в нашем случае они очень неплохие. Так вышло, что уже несколько лет твой отец не владел контрольным пакетом акций, но у него было тридцать семь процентов акций, поверь мне, это очень много. Если правильно ими распорядится, мы сможет и отстоять компанию и в дальнейшем заняться её развитием. По завещанию все акции перешли твоей маме. Она, конечно, никак не сможет изменить сложившуюся ситуацию, но мы с твоим дядей попытаемся это сделать.
– А зачем...зачем вы мне это говорите? Не логичней было всё это обсудить с мамой? Или... – подняв глаза на мужчину, я заметила, как изменился его взгляд, как сам он напрягся и почему-то побледнел. – Вам что-то от меня нужно?
Поднявшись на ноги, мужчина встал позади меня, положив ладони на мои плечи.
– Да, у меня действительно есть к тебе просьба или предложение, не знаю, как лучше сказать. Ты только, пожалуйста, выслушай меня спокойно и попытайся понять. Я буду с тобой до конца откровенен. Нет точных гарантий, что дело выгорит, и я смогу поднять компанию твоего отца. Более того, это очень рискованное дело, я могу сам понести немалые убытки. Но попробовать всё же стоит. Иначе будет только хуже. Если всё получится, это, конечно, будет замечательно и все проблемы решатся сами собой. Ну, а если мы проиграем...ты, я думаю, и сама понимаешь, что в таком случае произойдёт. Ваша семья может оказаться совсем без денег, а вы, я знаю, к этому не привыкли и не сможете так жить.
– Что вам нужно конкретно от меня?
Я понятия не имела, чем могу помочь в этой ситуации, а когда услышала ответ, едва усидела на кресле.
– Я хочу, чтобы ты вернулась к моему сыну.
– Что?
– Я хочу, чтобы вы с Сашей снова были вместе, – терпеливо повторил мужчина, делая вид, что не замечает того ошарашенного взгляда, который я к нему пригвоздила.
– Я не понимаю,...каким образом это может помочь компании?
– Компании никаким, а вот вас, в случае провала, это обезопасит. Если мы проиграем дело, ваша семья останется ни с чем, может даже имущество придётся распродать, а вот у меня по крайне мере останутся все дома, машины, мелкий бизнес в виде нескольких ресторанчиков и небольшого ателье, которым при жизни владела жена. Это в любом случае обеспечит вам безбедное существование.
Встав с кресла, я вплотную подошла к мужчине, который отошёл к окну и прикурил сигарету.
– Я не понимаю, зачем это нужно вам? Зачем вы нам помогаете? Из-за дружбы с отцом? Но вы ведь сам говорили, что...
– Рита, это у тебя большая семья, а у меня после смерти жены, остался только сын, единственный сын, у которого сейчас не лучшее время в жизни. Он начал проигрывать со своими проектами, его больше не зовут на конференции. Скажу тебе честно, я, наверное, его тоже скоро оставлю. Возраст у меня такой, когда одолевают всякие болячки, медленно, но верно загоняющие в гроб. Хорошо, если в ближайшее время успею разобраться со всеми проблемами, а то...Вообщем я хочу, чтобы в тяжёлое время с моим сыном был близкий человек.
Я смотрела в окно на город с высоты двадцатого этажа, и мне казалось, что я лечу вниз. Было такое чувство, что вот-вот я упаду с этой огромной высоты и от меня ничего не останется.
– С чего вы взяли,...что я близкий человек вашему сыну? Мы с ним давно расстались...я не люблю его!
– Не любишь? – усмехнувшись, мужчина смял пальцами сигарету, выбросив её в створку окна. – Да что ты можешь знать о любви? Ты...соплячка, которая жизни ещё не видела. Хотя...во все тяжбы этой великой 'любви' уже кажется, успела окунуться. Ну и к чему это привело? Много счастья получила? А мой сын...я понимаю, что он не подарок и сейчас у него не лучший период,...но ему плохо без тебя. Поверь, я знаю, что я говорю, я отец. Я больше чем уверен, что у вас ещё не всё потеряно. Ну, обожглись, оба понаделали ошибок, но ещё не поздно всё исправить. Вы отличная пара, я всегда был в этом уверен. А любовь...Сашка тебя любит, и ты его полюбишь. Пройдёт время и всё у вас наладится. А за этими безумными чувствами гоняться не нужно, они ненастоящие, очень быстро угасают. Дорожи тем, что имеешь, не гоняйся за фантазиями.
Когда мужчина обнял меня, поцеловав в макушку, я тут же попыталась отстраниться, вырваться, но он только крепче прижал меня к своей груди.
– Не думай, что я ставлю тебя перед выбором. Я так же сильно хочу тебе счастья, как и своему сыну. Ты ведь знаешь, ты мне почти как дочка. И мы с твоим отцом всегда так мечтали о вашей свадьбе...
– Не надо, – всхлипнув, я теперь сама не пыталась вырваться, уткнувшись носом в грудь мужчины, чувствуя ужасную слабость, как физическую, так и моральную. – Не надо об отце...
– Нет надо. Ты его дочь и он тебя ужасно сильно любил, просто не умел показывать своих чувств. Я уверен, он был бы счастлив ещё сильнее меня, если бы вы с Сашей снова сошлись. Рит, я не буду на тебя давить. У тебя ещё есть время подумать. Я просто хочу, чтобы ты помнила, что от твоего решения будет зависеть очень многое, причём не только для тебя, но и для всей твоей семьи.
******
Приоткрыв балконную дверь, я осторожно переступила порог, на цыпочках подойдя к мужу, и положив ладони ему на плечи.
– Извини, прижавшись к его спине, я поцеловала мужчину в шею, тут же почувствовала, как по всему его телу прошла дрожь. – Прости меня, я столько глупостей наговорила...
Он продолжал всё также стоять у окна, молча курил сигарету и не сводил взгляда с вечернего города.
– Просто я очень, очень устала... – в этот раз я даже не стала, не захотела удерживать проскользнувшую в голосе дрожь.
Потушив сигарету, Алекс резко обернулся, прижав меня к себе, и крепко поцеловав в макушку.
– Я знаю. Рит, я всё понимаю. Я столько раз тебя подводил, обманывал....Но я клянусь, вот сдохнуть мне на этом месте, но я все казино за три квартала буду обходить и даже на Новый год ни капли спиртного в рот не возьму. Рит, ты веришь мне? – обхватив ладонями моё лицо, Алекс заставил заглянуть ему в глаза. – Скажи, ты мне доверяешь? Это важно. Это очень важно!
Да, он не обманывал. Он смотрел так, словно моё доверие было для него важнее всей жизни. И, наверное, поэтому я не стала обманывать. Он бы сам понял, если бы я сказала неправду.
– Не знаю, – с губ невольно сорвался обречённый вздох. – Я, правда, не знаю. Я боюсь опять накрутить себя какими-то нереальными фантазиями, а потом, когда всё разрушится...
– Ничего не разрушится! Прошу тебя, поверь мне в последний раз. Я завязал. Я начал новую жизнь. МЫ начали новую жизнь. Всё будет хорошо. Я тебе обещаю, я клянусь тебе. Только верь мне, пожалуйста, верь...
– Я верю, – по щеке скатилась слеза, но я улыбнулась. Улыбнулась, потому что сейчас я действительно ему поверила. Снова. – Я верю, Саш. Всё получится...всё обязательно получится, только может, пойдём уже спать?
– Да конечно, ты иди, а я ещё одну сигарету выкурю и тоже приду.
– Ладно, – поцеловав мужа в щёку, я остановилась у самых дверей. – Только недолго и форточку закрой, простудишься.
– Хорошо...Ритуль, забыл сказать, я ключи посеял. Если завтра пораньше освобожусь, заеду к тебе на работу, возьму твои ключи? А то домой не попаду.
– Да, конечно.
Улыбнувшись, я вышла с балкона, закрыв за собой дверь и тут же прижавшись к ней спиной, запрокинув кверху голову. Может и правда...правда всё получится? Может, если у нас всё наконец наладится, я смогу...его полюбить? Ведь он всё-таки не чужой мне человек. Любит меня. И я сама...сама уже безумно сильно хочу ответить ему взаимностью.
– Рита, вот что ты опять воду мутишь? Говорю тебе, это сто процентов выигрышное дело. Всё будет чики-пуки.
– Вот скорее пуки, чем чики, – вбивая в компьютер данные, я старалась не обращать внимания на Карину, которой опять в голову взбрела очередная гениальная идея относительно предстоящего корпоратива, где она надеялась закадрить начальника и выбить себе проект, о котором давно мечтала. – Не ввязывай меня в свои авантюры. Мне и прошлого раза хватило.
– Да ладно, – отмахнувшись, подруга огляделась по сторонам, видимо желая убедиться, что кроме нас поблизости никого нет. – Говорю тебе, сейчас точно всё получится. Я вытрясу с него этот проект. Он у меня вот где.
Карина сжала ладонь в кулак, чрез пару секунд победоносно опустив его на мой стол.
– Я тебе уже сказала. Кадри своего шефа, сколько хочешь, но я в этом участвовать не буду. Мне ещё нужна работа.
– Фу, какая ты пессимистка.
– Зато ты чересчур оптимистка. Не боишься, что Лёша обо всём узнает?
– Ничего он не узнает, я мастер конспирации! Тем более, я же не собираюсь изменять. Так, пофлиртую чуток. Это ведь не преступление?
– Знаешь, что...
Я не успела договорить. В кабинет вошла Лида, положив на мой стол какую-то папку и усевшись на своё место.
– Это к вечеру должно быть готово, иначе шеф будет недоволен, – сказала, даже не глядя, тут же преступив что-то печатать своими идеально ухоженными ногтями на клавиатуре. Хотя мы работали вместе уже несколько лет, она ужасно недолюбливала нас с Кариной, собственно как и мы её. Карина так вообще не раз пыталась выжить её, если и не из компании, то хотя бы из нашего общего кабинета. – Кстати, охранник передал, что тебя у входа какой-то мужик дожидается.
– Вау, – тихо, отвернувшись от Лиды, Карина многозначительно усмехнулся. – И это ты мне сейчас читала нотации, а сама хахаля завела?
– Какого хахаля? – встав с кресла, я накинула на плечи пальто, взяв с собой сумочку. – Это, наверное, Алекс, он за ключами должен был заехать.
– Ну-ну, оправдывайся теперь.
– Знаешь что, иди-ка ты, – переметнув взгляд на Лиду, я усмехнулась, – ну я потом скажу тебе куда.
Выскочив из офиса, я уже через пару минут застегнула пальто на все пуговицы, ежась от холода. Ветер был ледяной и как назло, я не могла найти машину Алекса, уже начиная раздражаться и потянувшись за мобильным.