Текст книги "Израильско-палестинский конфликт. Непримиримые версии истории"

Автор книги: Нил Каплан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Соперничая между собой за лидерство в регионе, иракский, сирийский и египетский режимы вовсю разыгрывали карту тлеющего палестинского недовольства, и в 1956 г. стало понятно, что войны не избежать. Агенты Насера разжигали националистические чувства арабов и волнения среди палестинских беженцев в Иордании, вынудив юного короля Хусейна освободить от должности британского генерала Глабба, основателя и командующего (Иорданским) Арабским легионом, и сделать армию своей страны полностью арабской, уволив со службы практически всех британских офицеров[296]296
  Dann, U. (1989). Glubb’s ouster and its aftermath. In: King Hussein and the Challenge of Arab Radicalism: Jordan, 1955–1967 (ed. U. Dann), 31–38. New York/Oxford: Oxford University Press.


[Закрыть]. В январе и апреле 1956 г. генеральный секретарь ООН Даг Хаммаршёльд лично посетил регион с целью призвать стороны к порядку, заставить их уважать соглашения о перемирии, подписанные в 1949 г., и предотвратить грозящую войну.

Тем временем в ответ на неожиданную июльскую национализацию Насером Компании Суэцкого канала разразился настоящий международный кризис: морские державы созвали Конференцию пользователей Суэцкого канала, которая безуспешно попыталась оказать давление на египетского лидера, заставив его отказаться от своих вызывающих действий. Такие события во внешнем мире израильское высшее руководство сочло хорошим знаком: оно, как утверждает историк Бенни Моррис, уже взяло курс на войну, «подталкиваемое настойчивыми булавочными уколами диверсантов, воинственностью общества, рвущимся в бой офицерским корпусом, представлением об угрозе „второго раунда“ со стороны Египта и остального арабского мира, а также Францией»[297]297
  Morris, B. Righteous Victims: A History of the Zionist Arab Conflict, 1881–1999, 288–289. New York: Alfred A. Knopf, 1999/London: John Murray, 2000. См. также: Golani, M. Israel in Search of War.


[Закрыть]. Во время сверхсекретной встречи на высшем уровне в Севре под Парижем 22–24 октября 1956 г. Великобритания, Франция и Израиль разработали трехсторонний план по захвату Суэцкого канала и свержению Насера[298]298
  Bar-On, M. Gates of Gaza, ch. 15; Troen, S. I. (1996). The Protocol of Sevres: British/French/Israeli collusion against Egypt, 1956. Israel Studies I (2): 122–139; Shlaim, A. (2001). The Protocol of Sevres: Anatomy of a war plot. In: The 1956 War: Collusion and Rivalry in the Middle East (ed. D. Tal), 119–144. London: Frank Cass [Cummings Center Series]; Bar-On, M. (2006). Three days in Sevres, October 1956. History Workshop Journal 62: 172–86.


[Закрыть].

29 октября израильский воздушный десант высадился на перевале Митла, расположенном в глубине египетской Синайской пустыни и неподалеку от Суэцкого канала, обеспечив тем самым первую часть заранее согласованного предлога для британского и французского военного вмешательства. Под видом защиты Суэцкого канала от конфликтующих сторон британцы и французы начали военную интервенцию, практически полностью уничтожив египетские военно-воздушные силы и высадив десант в Порт-Саиде. Однако их части, подчинившись резолюции ООН о прекращении огня, были вскоре вынуждены остановить так и не законченный захват зоны Суэцкого канала[299]299
  Из множества работ, посвященных Суэцкой/Синайской войне 1956 г., я рекомендую следующие: Love, K. (1969). Suez: The Twice-Fought War. New York/Toronto: McGraw-Hill; Louis, W. R. & Owen, R. (eds.) Suez 1956: The Crisis and Its Consequences; Troen, S. I. & Shemesh, M. (eds.) (1990). The Suez-Sinai Crisis 1956: Retrospective and Reappraisal. London: Frank Cass; Kyle, K. (2003 [orig. 1991]). Suez: Britain’s End of Empire in the Middle East. New York: I. B. Tauris; Tal, D. The 1956 War.


[Закрыть].

К этому времени трехсторонний сговор был уже раскрыт, чем воспользовался Советский Союз, руководитель которого направил письма с суровыми угрозами в адрес американского, французского, британского и израильского правительств. Антиколониальный гнев в Египте, на Ближнем Востоке и по всему развивающемся миру вспыхнул с новой силой и положил конец надеждам Израиля примкнуть к неприсоединившимся странам – большинство из них теперь четко идентифицировали Израиль с клонящимися к закату колониальными державами. Суэцкая/Синайская война спровоцировала напряженность и внутри англо-франко-американского союза, поскольку администрация Эйзенхауэра была застигнута врасплох агрессивным поведением своих трансатлантических союзников и почувствовала себя обманутой.

Бои между египетскими и израильскими силами на Синае закончились 5 ноября – при посредничестве ООН обе стороны согласились на прекращение огня. За семь дней сражений погибло несколько тысяч египтян, 500 палестинцев из сектора Газа и 190 израильтян; 800 израильских солдат получили ранения, а около 4000 египтян были взяты в плен[300]300
  Morris, B. Righteous Victims, 295–296.


[Закрыть]. В результате неимоверных дипломатических усилий, предпринятых Хаммаршёльдом и министром иностранных дел Канады Лестером Пирсоном, Генеральная Ассамблея создала и направила в регион Чрезвычайные вооруженные силы ООН (United Nations Emergency Force, UNEF), которые должны были занять позиции вдоль египетско-израильской границы. В начале марта 1957 г., поддавшись давлению со стороны американцев и ООН, ЦАХАЛ окончательно отступил, передав частям UNEF свои позиции в секторе Газа и Шарм-эль-Шейхе. Израильтянам, которым так и не удалось добиться твердых гарантий, не оставалось ничего другого, кроме как довериться способности UNEF предотвращать проникновение федаинов из Газы в Израиль и контролировать морские пути в Тиранском проливе, а также положиться на обещание США оказать Израилю помощь в обеспечении свободы судоходства.

От войны к войне, II (1957–1967 гг.)

Следуя одной и той же схеме, каждая из арабо-израильских войн, начиная с войны 1948–1949 гг., оставляла за собой череду последствий и нерешенных проблем, которая становилась зародышем следующей войны. Какие-то вопросы не были прояснены в ходе сражений, другие – новые противоречия или поводы для недовольства – возникали как результат самих боевых действий[301]301
  Обзор см. в: Rabinovich, I. (1991). Seven wars and one peace treaty. In: The Arab-Israeli Conflict: Perspectives, 2e (ed. A. Z. Rubinstein). New York: HarperCollins, ch. 2.


[Закрыть].

После Суэцкой/Синайской войны 1956 г. напряженность на границах снизилась, что в короткой перспективе означало достижение Израилем одной из его главных военных целей. В период, последовавший за войной 1956 г., Израиль продолжал развивать и расширять экономическое и политическое сотрудничество с новыми национальными государствами в Африке и Азии, а также укреплять союзы с Турцией, Ираном и Эфиопией. Но в вопросе урегулирования отношений и заключения мира между Израилем и арабскими государствами ничего, по сути, не изменилось. «Парадоксальным образом, – замечает Бенни Моррис, – политическим итогом войны 1956 г. стала явная и существенная радикализация конфликта»[302]302
  Morris, B. Righteous Victims, 301.


[Закрыть].

Несмотря на поражение, которое Насер потерпел от британских, французских и израильских вооруженных сил, в Египте и арабских странах его превозносили за «моральную и политическую победу над Израилем и империализмом»[303]303
  Podeh, E. Regaining lost pride: The impact of the Suez Affair on Egypt and the Arab world. In: The 1956 War (ed. D. Tal), 221.


[Закрыть]. Его популярность в арабском мире взлетела до небес; вернув арабам утраченную гордость, Насер снискал лавры героя борьбы с колониализмом[304]304
  Meital, Y. Egyptian perspectives on the Suez War. In: The 1956 War (ed. D. Tal), 195–207; Podeh, E. Regaining lost pride. In: The 1956 War (ed. D. Tal), 209–224.


[Закрыть]. В ряде арабских государств произошли военные перевороты и революционные изменения; чтобы удержать у власти прозападные режимы в Ливане и Иордании, в 1958 г. потребовалось вооруженное вмешательство со стороны Великобритании и США. Сторонники Насера в Сирии, Ираке и Иордании активно использовали популярность идеи панарабского единства, было предпринято несколько недолговечных попыток консолидации и объединения арабских стран. Хотя египетский лидер и сотрудничал с ООН, не позволяя палестинским федаинам проникать на израильскую территорию из сектора Газа, казалось, что его стремление разгромить Израиль в «третьем раунде» окрепло, как только он примерил на себя мантию спасителя арабов. Его новообретенная уверенность в себе основывалась отчасти на советской помощи в восстановлении, перевооружении и обучении египетских вооруженных сил, а также на советской экономической поддержке, не в последнюю очередь – на знаковом для него проекте строительства Асуанской плотины, которая должна была содействовать индустриализации Египта.

В это же время обострилась ситуация на израильско-сирийской границе, неспокойной и до 1956 г.: стычки происходили все чаще и становились все серьезнее. Неразрешенные споры и мелкие трения по поводу прав на Тивериадское озеро и на использование демилитаризованных зон вдоль израильско-сирийской границы периодически перерастали в столкновения с применением артиллерии и минометов. Намерение Израиля продолжить реализацию проекта Всеизраильского водовода – в частности, доставлять воду из Тивериадского озера (также известного как озеро Кинерет или Галилейское море) через центральный Израиль для орошения земель в пустыне Негев – вызвало возражения Лиги арабских государств. В ходе ограниченной «войны за воду» между Израилем и Сирией Сирия и Ливан начали готовить планы по изменению течения своих собственных рек Хасбани и Банияс так, чтобы они больше не впадали в Иордан. Стороны обменивались угрозами начать большую войну, заявляя, что будут расценивать ирригационные проекты соседей как «нарушение условий мирного сосуществования»[305]305
  См., например: Khouri, F. J. Friction and conflict on the Israeli-Syrian front, 14–34; Morris, B. Righteous Victims, 303–304; Gluska, A. (2004). «The War over the Water» during the 1960s. In: A Never-Ending Conflict: A Guide to Israeli Military History (ed. M. Bar-On), 109–131. Westport, CT/London: Praeger.


[Закрыть].

В этот же период после десятилетнего перерыва в повестку межарабской политики вернулся палестинский активизм. Все арабские режимы поддерживали дело Палестины в основном на словах (материальная поддержка была незначительной), рассматривая его как общеарабский вопрос и в первую очередь стремясь защитить свои собственные интересы и свободу действий. Создание Организации освобождения Палестины (ООП) на саммите Лиги арабских государств в Каире в январе 1964 г. стало важным шагом к возвращению палестинцам более заметной, пусть пока и не центральной, роли в региональных делах. Палестинский национальный совет, парламентский орган ООП, впервые собравшийся в Иерусалиме в мае 1964 г., со временем принял Национальную хартию, призвавшую к уничтожению Израиля и возвращению Палестины палестинцам[306]306
  Палестинская хартия: резолюции Палестинского национального совета, 1–17 июля 1968 г., размещено на сайте: https://naip-documents.blogspot.ca/2009/09/document-20.html.


[Закрыть]. 1 января 1965 г. движение ФАТХ – крупнейшее в составе ООП – совершило первую из множества своих вылазок через границу, предприняв неубедительную попытку повредить недавно введенный в строй Всеизраильский водовод. В следующие два с половиной года ФАТХ и другие группировки совершат около 122 рейдов в Израиль; не имея доступа в Израиль из Египта, они теперь действовали в основном с баз в Ливане, Иордании и Сирии[307]307
  Sayigh, Y. (1997). Armed Struggle and the Search for State: The Palestinian National Movement, 1949–1993. 104–108. Oxford: Oxford University Press/Washington, DC: The Institute for Palestine Studies; Morris, B. Righteous Victims, 303.


[Закрыть].

После того как в ноябре 1966 г. три израильских десантника подорвались на мине вблизи от границы с Иорданией, израильские войска осуществили крупную карательную операцию в деревне Ас-Саму. Эта акция дестабилизировала положение в Хашимитском Королевстве, где проживало немало палестинцев, и активизировала звучавшие в арабских странах призывы к действиям против Израиля[308]308
  Oren, M. B. (2002). Six Days of War: June 1967 and the Making of the Modern Middle East, 33–38. Oxford: Oxford University Press; Morris, B. Righteous Victims, 303.


[Закрыть]. К этим локальным инцидентам – по сути булавочным уколам, усиливавшим опасения израильтян и провоцировавшим их на карательные трансграничные операции, – добавились международные и региональные факторы, и вся их совокупность в конце концов и привела к новой арабо-израильской войне. Между советскими клиентами Сирией и Ливаном с одной стороны и Израилем (в основном французским, а теперь еще и американским клиентом) с другой развернулась гонка вооружений. В арабском мире, демонстрировавшем поддержку палестинскому делу, Египет подвергался насмешкам за то, что «прячется под юбкой войск ООН», в то время как его соперник, сирийский режим, ведет себя все более воинственно. Сирийские обстрелы североизраильских городов и поселений из бункеров, расположенных на Голанских высотах, провоцировали Израиль на ответные действия и воздушные удары. В апреле 1967 г. пролеты над чужой территорией закончились беспорядочными воздушными боями, в ходе которых израильские пилоты сбили шесть сирийских истребителей МиГ-21, в том числе два – над Дамаском[309]309
  Morris, B. Righteous Victims, 304.


[Закрыть].

Взаимные угрозы и леденящая кровь риторика нарастали. Хотя израильские военные скорее были уверены в своем превосходстве, население охватила паника: как вспоминает Абба Эвен, многие «боялись, что на нас надвигается большая резня, повсюду в Израиле звучали разговоры об Освенциме и Майданеке»[310]310
  Eban, A. An Autobiography, 400. New York: Random House.


[Закрыть]. В мае 1967 г., когда тучи войны сгустились, Израиль, Египет и Сирия мобилизовали и развернули свои войска, все они только и ждали того, что кто-нибудь выстрелит первым. В сообщениях советской разведки, переданных Египту и Сирии, утверждалось, что Израиль скапливает войска на сирийской границе с целью вторжения в Сирию и свержения радикальных баасистских правителей в Дамаске. В реальности ничего подобного не происходило. В качестве отвлекающего маневра, призванного создать угрозу южному флангу Израиля, Насер перебросил дополнительные войска на Синай. После этого он потребовал убрать наблюдателей UNEF с границы с Израилем, и это требование было немедленно удовлетворено генеральным секретарем ООН У Таном – к удивлению и недоумению многих наблюдателей, а может, даже и самого египетского президента.

Блокаду Тиранского пролива для израильского судоходства, объявленную Насером 23 мая 1967 г., Израиль счел casus belli – поводом к началу войны. Пугающая риторика, звучавшая в арабских столицах, обостряла охватившее израильтян ощущение обреченности, нахождения в осажденной крепости, а непопулярный премьер-министр и министр обороны страны Леви Эшколь оказался не в состоянии вселить в людей уверенность. Последние попытки международного сообщества предотвратить войну путем политических консультаций или демонстративной отправки многонациональной флотилии в израильский порт Эйлат никакого результата не дали[311]311
  Morris, B. Righteous Victims, 304–311; Parker, R. B. (1993). The Politics of Miscalculation in the Middle East. Bloomington: Indiana University Press, ch. 4.


[Закрыть].

Утром 5 июня 1967 г. израильские истребители нанесли внезапный удар по египетским аэродромам, уничтожив бо́льшую часть самолетов прямо на земле, а танки и войска ЦАХАЛ вошли в Газу и на Синайский полуостров. Связанная недавно подписанным пактом о взаимной обороне и передавшая свою армию (по крайней мере, на бумаге) под командование Египта, Иордания открыла огонь по израильским позициям в Иерусалиме и окрестностях, что вынудило Израиль развернуть боевые действия на двух фронтах. Израиль молниеносно уничтожил ВВС Иордании и Сирии и одерживал победу за победой над египетскими и иорданскими наземными силами. 9 июня израильские войска получили приказ начать массированное наступление с целью захватить контролируемые Сирией Голанские высоты. После шести дней боев Египет потерял около 10 000–15 000 человек убитыми и 5000 пленными; Иордания потеряла 800 человек убитыми, тогда как более 600 были взяты в плен; потери Сирии составили 500 человек убитыми, две с половиной тысячи ранеными и почти 600 человек пленными. Израиль потерял около 780 человек убитыми и две с половиной тысячи ранеными[312]312
  Morris, B. Righteous Victims, 311–329; Parker, R. B. (ed.) (1996). The Six Day War: A Retrospective. Gainesville: University Press of Florida; Oren, M. B. Six Days of War, 305.


[Закрыть].

Историки, изучающие арабо-израильские войны, продолжают спорить по ряду вопросов, связанных с началом войны 1967 г. Один из них звучит так: дала ли администрация президента Линдона Джонсона «зеленый свет» – или все же «желтый» – превентивному удару Израиля по Египту в ходе консультаций на высоком уровне, состоявшихся в конце мая. Другой – специально ли (и если да, то зачем) СССР снабжал сирийцев и египтян заведомо ложной информацией, вольно или невольно способствуя усилению воинственности арабских государств, которая в итоге спровоцировала Израиль на превентивный удар[313]313
  Morris, B. Righteous Victims, 305–310; Parker, R. B. The Politics of Miscalculation, chs. 1, 2, 5; Schiff, Z. (1983). The Green Light. Foreign Policy 50: 73–85; Cohen, A. (1998). Israel and the Bomb. New York: Columbia University Press, ch. 14; Popp, R. (2006). Stumbling decidedly into the Six-Day War. Middle East Journal 60 (22): 281–309; Ginor, I. & Remez, G. (2006). The spymaster, the communist, and foxbats over Dimona: The USSR’s motive for instigating the Six-Day War. Israel Studies 11 (2): 88–130.


[Закрыть].

Еще важнее оказались последствия, ощущавшиеся по всему региону. Решительная победа Израиля изменила геополитический баланс и карту Ближнего Востока. Молниеносный захват силами ЦАХАЛ Синайского полуострова, сектора Газа, Западного берега реки Иордан и Голанских высот увеличил территорию Израиля на 430 000 кв. км, что в три с половиной раза превышало площадь страны в период с 1949 по 1967 г. Война также в нескольких отношениях изменила очертания конфликта. Примечательно, что новая карта лишала Египет и Иорданию «опеки» над палестинцами в секторе Газа и на Западном берегу, объединив все части бывшей подмандатной Палестины под властью Израиля (карта 7.1).

Некоторые задавались вопросом, не возникла ли в тот момент возможность согласовать новый план раздела или передела оспариваемых территорий Эрец-Исраэль/Палестины между израильтянами и палестинцами; эта надежда оказалась иллюзорной и мимолетной[314]314
  См., например: Wasserstein, B. (2008). Israelis and Palestinians: Why Do They Fight? Can They Stop?, 3e, 122–125. New Haven, CT/London: Yale University Press/London: Profile Books; Golan, G. (2015). Israeli Peacemaking since 1967: Behind the Breakthroughs and Failures. London/New York: Routledge, ch.2; Podeh, E. (2015). Chances for Peace: Missed Opportunities in the Arab-Israeli Conflict. Austin: University of Texas Press, ch. 8.


[Закрыть]. В Израиле преобладали настроения, абсолютно несовместимые с подобными идеями. После нескольких недель апокалиптического уныния израильская публика наслаждалась опьянением и облегчением из-за победы – «мгновенного снятия долгой осады». Авраам Бург вспоминал:

Шесть дней, в которые была одержана удивительная военная победа, изменили лицо Израиля. Война поменяла местами сильного и слабого и до неузнаваемости изменила Ближний Восток. Давид стал Голиафом, головы прежних Голиафов региона были отсечены, и кроме палестинского народа Израилю никто более не противостоял[315]315
  Burg, A. 2018. In Days to Come: A New Hope for Israel (transl. J. Greenberg), 228. New York: Nation Books.


[Закрыть].

Карта 7.1. Израиль и оккупированные территории, 1967 г.

Для некоторых бесспорная победа Израиля стала «Холокостом, которого не случилось» – главным образом потому, что на этот раз решительные израильские евреи повели себя не так, как их пассивная родня из диаспоры[316]316
  Jay Y. Gonen, A. (1975). Psychohistory of Zionism, 166–167. New York: Mason-Charter; Herman, S. N. (1971). Israelis and Jews: The Continuity of an Identity, 211–212. Philadelphia, PA: Jewish Publication Society; также в: In the shadow of the Holocaust. Jerusalem Quarterly 3 (1977), 89–90.


[Закрыть]. Многие религиозные евреи восприняли победу как чудо, а захват святых мест внутри древних стен Иерусалима – как знак божественного вмешательства и одобрения идеи освободить весь Эрец-Исраэль в его библейских границах. «Мессианский, экспансионистский ветер пронесся над страной, – писал Бенни Моррис. – Людей неверующих он тоже увлек»[317]317
  Morris, B. Righteous Victims, 329–336. См. также: Engel, D. (2009). Zionism. Harlow, UK: Pearson/Longmans, ch. 7 («Normalizers and Messianists, 1967–2008»).


[Закрыть]. В августе 1967 г. целый ряд видных деятелей Израиля, представлявших весь политический спектр страны, подписали манифест «Движения за неделимый Израиль», заложив основы для появления несколько лет спустя движения «Гуш Эмуним» («Союз верных»), которое будет бороться за (повторное) заселение евреями новообретенных территорий. По их твердому убеждению, никакая часть территорий, известных как Эрец-Исраэль ха-шлема («Великая земля Израиля»), не должна становиться предметом уступок или даже переговоров[318]318
  Манифест Движения за неделимый Израиль, август 1967 г., с подписями, см. в: Isaac, R. J. (1976). Israel Divided: Ideological Politics in the Jewish State, 165–170. Baltimore, MD: Johns Hopkins University Press.


[Закрыть].

Те в арабском мире и других странах, кто считал создание Израиля в 1948 г. преступным итогом колониального вмешательства, насильственного захвата и этнической чистки, смотрели теперь на торжествующих израильтян и новую карту значительно расширившегося в 1967 г. Израиля как на доказательства того, что агрессивность и экспансионизм – неотъемлемые черты сионизма. Во время войны и сразу после нее было перемещено от 200 000 до 250 000 палестинцев (почти четверть населения Западного берега), причем многие из них стали беженцами во второй раз с 1948 г. Депортации, подобные изгнанию жителей четырех деревень в окрестностях Латрунского монастыря, содержали, как сказал один ученый, «элемент мести за 1948 год»[319]319
  Morris, B. Righteous Victims, 328.


[Закрыть]. Жители, оставшиеся в своих домах, попали под израильскую военную оккупацию – а она затянется надолго, поскольку после третьей крупной арабо-израильской войны отношения между сторонами в очередной раз зашли в тупик.

По целому ряду причин июньская война 1967 г. стала переломным моментом в истории Ближнего Востока[320]320
  См., в частности: Oren, Six Days in June; Segev, T. (2007). 1967: Israel, the War, and the Year that Transformed the Middle East (transl. J. Cohen). New York: Metropolitan Books; Louis, W. R. and Shlaim, A. (eds.) (2012). The 1967 Arab-Israeli War: Origins and Consequences. Cambridge UK/New York: Cambridge University Press; Khalidi, A. S. (2017). Ripples of the 1967 War: Arab defeat changed the course of Palestinian history, but the final chapter remains unwritten. Cairo Review of Global Affairs 25: 26–33, https://www.thecairoreview.com/essays/ripples-of-the-1967-war (дата обращения 1 мая 2018 г.). Онлайн-подборку документов, касающихся войны 1967 г., можно найти в цифровом архиве Центра Вильсона: https://digitalarchive.wilsoncenter.org/collection/278/thesix-day-war, и на сайте Государственного архива Израиля: www.archives.gov.il/en/p1967 (дата обращения 14 октября 2018 г.).


[Закрыть]. Арабы Египта, Сирии, Иордании и Палестины, испытав шок от молниеносной победы Израиля и собственной неспособности держать удар, несмотря на все попытки модернизации, предпринятые после 1948 г., снова погрязли в самокритике и внутренних дискуссиях[321]321
  См., например: Constantine Zuraik, C. (1967). Today and yesterday – Two prominent aspects of the new meaning of the disaster. Middle East Forum XLIII (2–3): 13–20; Rejwan, N. (1972). Arab advocate of Westernization. New Outlook 15: 27–34; Houran, C. A. (1967). The moment of truth: Towards a Middle East dialogue. Encounter 29 (5): 3–14, reproduced in A Middle East Reader (ed. I. L. Gendzier), Indianapolis/New York: Pegasus, 1969, 384–405; Sadiq, A. (2011). Self-Criticism after the Defeat (transl. G. Stergios). London: Saqi Books.


[Закрыть]. В поисках духоподъемного исторического контекста, в который можно было бы поместить неудачу арабских государств в недавней войне, некоторые мусульманские правоведы, религиозные лидеры и политики проводили параллели между конечной участью Израиля и судьбой королевства крестоносцев, разгромленного Саладином в 1187 г.[322]322
  Haddad, Y. (1992). Islamists and the «Problem of Israel»: The 1967 awakening. Middle East Journal 46(2): 266–285.


[Закрыть]

Захват Израилем египетского Синая, иорданского Западного берега и сирийских Голанских высот открыл, по крайней мере теоретически, потенциальную возможность для торга, но никаких двусторонних соглашений после войны 1967 г. достигнуто не было[323]323
  Raz, A. (2012). The Bride and the Dowry: Israel, Jordan, and the Palestinians in the Aftermath of the June 1967 War. New Haven, CT: Yale University Press; Golan, G. Israeli Peacemaking since 1967, ch.2; Podeh, E. Chances for Peace, ch. 8; Gat, M. (2012). In Search of a Peace Settlement: Egypt and Israel between the Wars, 1967–1973. London: Palgrave Macmillan.


[Закрыть]. Тем не менее несколько месяцев закулисных международных переговоров привели к появлению формулы «земля в обмен на мир», которая впоследствии превратилась в священный принцип и стала отправной точкой для любых поисков путей прекращения арабо-израильского конфликта. После того как конфликт приобрел свои новые очертания, Израиль начал играть в нем роль региональной сверхдержавы, самодовольно ожидающей «телефонного звонка» с просьбой о мире от Насера из Каира, Хусейна из Аммана и/или Салаха Джадида из Дамаска. На международном уровне и Египет с Сирией (при поддержке СССР), и Израиль (при поддержке США) стремились оказать давление на противника посредством механизмов ООН.

22 ноября 1967 г. по итогам нескольких месяцев публичных дебатов и закулисных переговоров Совет Безопасности ООН одобрил резолюцию № 242, основанную на согласованной позиции, которая, по мнению ее составителей, делала возможным некоторое продвижение к миру. Резолюция, в основе которой лежала идея «земля в обмен на мир», станет образцом для всех будущих усилий по урегулированию конфликта. Начиная с ноября 1967 г. чиновники ООН, а также представители США и СССР на протяжении нескольких лет пытались дипломатическими средствами принудить каждую из сторон заявить о своем согласии с принципами и рекомендациями этой резолюции[324]324
  Среди многочисленных обсуждений этой эпохальной резолюции особого внимания заслуживает публикация Вашингтонского института от 1993 г.: UN Resolution 242: Building Block of Peacemaking, http://www.washingtoninstitute.org/policyanalysis/view/un-resolution-242-building-block-of-peacemaking (дата обращения 30 мая 2018 г.); «The Land for Peace Formula Revisited», Bitterlemons Middle East Roundtable 22:6, 5.07.2008, http://www.bitterlemons-international.org/previous.php?opt=1& (дата обращения 30 мая 2018 г.); PalestineFacts.org: http://www.palestinefacts.org/pf_1948to1967_un_242 (дата обращения 30 мая 2018 г.); Israel Ministry of Foreign Affairs, 2015, http://mfa.gov.il/MFA/ForeignPolicy/Peace/Guide/Pages/48-years-since-Resolution-242.aspx (дата обращения 30 мая 2018 г.).


[Закрыть].

От войны к войне, III (1967–1973 гг.)

Резолюция Совета Безопасности ООН № 242, которую часто называют шедевром дипломатической двусмысленности, призывала к «выводу израильских вооруженных сил с территорий, оккупированных во время недавнего конфликта», но (примечательно, как сказали бы некоторые) не к «выводу израильских вооруженных сил со всех территорий, оккупированных во время недавнего конфликта». Отсутствие такого уточнения давало израильтянам огромные возможности для торга, поскольку они вовсе не считали себя обязанными выводить войска с каждой пяди земли, захваченной в ходе войны. Арабские интерпретаторы подчеркивали, что резолюция решительно провозглашает принцип недопустимости приобретения территории путем войны; и так как в их глазах Израиль в июньской войне 1967 г. выступал в качестве безусловного агрессора, они считали, что уход Израиля со всех захваченных территорий должен быть безусловным, безо всякого дипломатического размена. Ни один из арабских лидеров, особенно после всех унизительных поражений на поле боя, не собирался «поднимать трубку», чтобы позвонить в Тель-Авив и начать мирные переговоры. Все это означало перспективу многолетнего бойкота, непризнания, дипломатического тупика и, возможно, новых войн.

Резолюция № 242 также снова подтвердила необходимость решения трех застарелых проблем, а именно: (1) «обеспечения свободы судоходства» (в поддержку позиции израильтян, с 1949 г. жаловавшихся на отказ Египта пропускать израильские суда через Суэцкий канал); (2) «достижения справедливого урегулирования проблемы беженцев»; (3) «обеспечения территориальной неприкосновенности и политической независимости каждого государства в данном районе». Снабженный этой резолюцией, вступивший в должность специального представителя ООН шведский дипломат Гуннар Ярринг попытался подтолкнуть стороны завершившейся войны к миру. Учитывая жесткую позицию, занятую арабскими государствами на саммите в Хартуме, – ничего не предлагать до тех пор, пока Израиль не возьмет на себя обязательство полностью вывести войска с территорий, захваченных в ходе июньской войны 1967 г.,[325]325
  Текст резолюции, принятой 1 сентября 1967 г. на саммите арабских государств в Хартуме, приводится в: The Israeli-Palestinian Conflict: A Documentary Record, 1967–1990, 454–455; https://naip-documents.blogspot.com/2009/09/document-18.html.


[Закрыть] – Яррингу не удалось заставить противников встретиться лицом к лицу, и его миссия свелась к разъездам из одной ближневосточной столицы в другую. Все его усилия, как и усилия госсекретаря США Уильяма Роджерса, оказались напрасными[326]326
  О посреднических усилиях Ярринга (ООН) и Роджерса (США), см. в: Touval, S. (1982). The Peace Brokers: Mediators in the Arab-Israeli Conflict, 1948–1979. Princeton, NJ: Princeton University Press, chs. 6, 7; Finkelstein, N. G. (2003). Image and Reality of the Israel-Palestine Conflict (new and rev. ed.). New York: W. W. Norton [2e, London: Verso], ch. 6.


[Закрыть].

Начиная с декабря 1968 г. Египет и Израиль вели активные артиллерийские перестрелки через Суэцкий канал. Израильские самолеты совершали множество вылетов, иногда забираясь далеко вглубь египетской территории; Египет в ответ разместил вдоль Суэцкого канала новые советские ракетные установки и прибег к помощи советских летчиков, чтобы укрепить воздушную оборону страны. С марта 1969 по август 1970 г. эта вялотекущая египетско-израильская «война на истощение» не давала страстям улечься, без конца заключались непрочные договоренности о прекращении огня, которые немедленно нарушались. В итоге эта мини-война стоила жизни тысячам египтян (военных и гражданских) и 367 израильским солдатам. Она демонстрировала недовольство арабов сложившейся ситуацией и способствовала сохранению высокого уровня напряженности не только между воюющими сторонами в регионе, но и между их советскими и американскими покровителями[327]327
  О войне на истощение см. в: Bar-Siman-Tov, Y. (1980). The Israel-Egyptian War of Attrition, 1969–1970. New York: Columbia University Press; Korn, D. A. (1992). Stalemate: The War of Attrition and Great Power Diplomacy in the Middle East, 1967–1970. Boulder, CO: Westview Press; Morris, B. Righteous Victims, 347–363; Parker, R. B. Politics of Miscalculation, chs. 6–7; Shueftan, D. The Israeli-Egyptian «War of Attrition», 1969–1970. In: A Never-Ending Conflict (ed. Bar-On), 147–159; Ginor, I. (2002). Under the yellow Arab helmet gleamed blue Russian eyes: Operation Kavkaz and the War of Attrition. Cold War History 3 (1): 129–156; Maoz, Z. (2006). Defending the Holy Land: A Critical Analysis of Israel’s Security and Foreign Policy. Ann Arbor: University of Michigan Press, ch. 4.


[Закрыть]. Кроме того, она подготовила Израиль и Египет к следующей большой войне.

Неспособность найти выход из тупика, в который стороны зашли после 1967 г., и правовая неопределенность статуса захваченных Израилем территорий стали благодатной почвой для возникновения десятого из выделяемых в этой книге основных противоречий, которое и сегодня остается частью арабо-израильского конфликта: следует ли считать земли на Западном берегу реки Иордан, захваченные Израилем в июне 1967 г., оккупированной территорией и имеет ли Израиль право строить там еврейские поселения.

Для религиозных сионистов ответ очевиден. Для них эти земли – неотъемлемая часть обещанной им в Библии страны Эрец-Исраэль. То, что неевреи жили здесь веками и тысячелетиями, они считают временной «оккупацией», от которой государство Израиль эти земли «освободило», вернув их законным еврейским владельцам. «Гуш Эмуним» и другие поселенческие движения начали «возвращаться в Сион», как они это себе представляли, переселяясь на эти территории и требуя, чтобы государство поддерживало это их величайшее начинание, предписанное Господом. Эти группы утверждали, что продолжают дело пионеров-сионистов, начатое в годы первой и второй алии (до 1914 г.), но резко и искусственно, по их мнению, приостановленное границами 1949 г.; одним такая теологическая/идеологическая аргументация импонировала, другие ее критиковали. У сменявших друг друга израильских правительств имелись свои нерелигиозные или тактические причины допускать или поощрять деятельность поселенцев[328]328
  Shafir, G. (2007). Zionism and colonialism: A comparative approach. In: The Israel/Palestine Question: A Reader, 2e (ed. I. Pappe), 79–93. London/New York: Routledge; Aronson, G. (1987). Creating Facts: Israel, Palestinian and the West Bank. Washington, DC: Institute for Palestine Studies; Lustick, I. (1988). For the Land and the Lord: Jewish Fundamentalism in Israel. New York: Council on Foreign Relations; Friedman, R. I. (1992). Zealots for Zion: Inside Israel’s West Bank Settlement Movement. New York: Random House; Gorenberg, G. (2006). The Accidental Empire: Israel and the Birth of the Settlements, 1967–1977. New York: Times Books; Zertal, I. & Eldar, A. (2007). Lords of the Land: The War over Israel’s Settlements in the Occupied Territories, 1967–2007 (transl. from the Hebrew by V. Eden). New York: Nation Books; Susser, A. (2012). Israel, Jordan, and Palestine: The Two-State Imperative, 81–91. Waltham, MA: Brandeis University Press; Shafir, G. (2017). A Half Century of Occupation: Israel, Palestine, and the World’s Most Intractable Conflict. Oakland, CA: University of California Press.


[Закрыть].

Арабы, палестинцы и многие другие критикуют действия Израиля по строительству поселений, ссылаясь на Четвертую Женевскую конвенцию, согласно которой (статья 49) «оккупирующая держава не сможет депортировать или перемещать часть своего собственного гражданского населения на оккупированную ею территорию». Большинство стран мира соглашаются с этим прямолинейным пониманием ситуации и международного договора, признавая, что земли, о которых идет речь, действительно «оккупированы» Израилем в результате войны 1967 г. и относиться к ним следует соответственно[329]329
  Mallison, W. T. & Mallison, S. V. (1986). The Palestine Problem in International Law and World Order. Harlow, UK: Longman, ch. 6; Quigley, J. (2005). The Case for Palestine: An International Law Perspective (rev. and updated ed.). Durham, NC/London: Duke University Press, chs. 23–24; Shafir, G. A Half Century of Occupation, 26–27, 159–160.


[Закрыть].

Официальная израильская интерпретация, однако, основана на ином понимании правового статуса Западного берега: как «спорной», а не «оккупированной» территории. Основанием для такой позиции служит статус территорий, вытекающий из прекращения британского мандата; Израиль тогда рассматривается как единственное государство, унаследовавшее в 1949 г. суверенитет над землями подмандатной Палестины (или над большей их частью). Суверенитет над Западным берегом и сектором Газа менее однозначен с юридической точки зрения, поскольку (1) аннексия Западного берега Иорданией в 1950 г. никогда не была признана на международном уровне, за исключением двух стран (Британия и Пакистан), и (2) Египет никогда не претендовал на суверенитет в секторе Газа, предпочитая лишь управлять этой территорией[330]330
  Gerson, A. (1978). Israel, the West Bank and International Law, 76–82. London: Frank Cass & ch. IV; Stone, J. (1981). Israel and Palestine: Assault on the Law of Nations, 51–56, 118–120. Baltimore, MD: Johns Hopkins University Press; Glick, C. B. (2014). The Israeli Solution: A One-State Plan for Peace in the Middle East. New York: Crown Forum, ch. 12. Критику так называемой доктрины Шамгара см. в: Shafir, G. A Half Century of Occupation, 23–25.


[Закрыть].

Исходя из такой интерпретации, сменявшие друг друга израильские правительства санкционировали приобретение земель и строительство новых поселений на территориях, руководствуясь прежде всего своими собственными внутриполитическими и экономическими соображениями, а также часто ссылаясь на не вполне несомненные требования безопасности. Меньше внимания уделялось тому, как расширение поселений сказывается на коренном палестинском населении, на соседних государствах и на международном (или американском) общественном мнении. Поначалу «миролюбиво настроенные» израильские лидеры тоже не возражали против создания новых поселений, считая их удобным предметом торга и рычагом воздействия на арабов с целью принудить их к переговорам. Но поскольку оккупация продолжалась, а политического соглашения все не появлялось, рост еврейских поселений на территориях шел быстрыми темпами, следствием чего стали не только нарушения прав человека (см. также главу 9), но и появление всей необходимой для жизни инфраструктуры: дорог, электросетей, водопроводов, а также средств поддержания безопасности и обеспечения обороны, что свидетельствовало скорее о долгосрочных планах Израиля на эти территории, чем о временной их оккупации.

В период после 1967 г. такая напряженная на местном, региональном и международном уровнях ситуация приобрела дополнительную неопределенность из-за смены руководства в Израиле (где мягкого Леви Эшколя сменила жесткая Голда Меир), Египте (где прагматичный Анвар Садат сменил харизматичного идеолога Гамаля Абдель Насера) и Сирии (где на смену баасистскому функционеру Нуреддину аль-Атаси пришел военный лидер Хафез Асад). Что-то вроде внутреннего переворота произошло в 1969 г. и в недавно созданной ООП, когда ее председателем был избран лидер ФАТХ Ясир Арафат, что фактически положило конец попыткам Египта манипулировать организацией. Последнее событие свидетельствовало о растущей роли и самостоятельности палестинцев как стороны в межарабских и израильско-арабских отношениях, эту тенденцию мы рассмотрим в главе 8.

В боях при Караме (Иордания) в марте 1969 г. палестинские отряды при поддержке иорданской армии выстояли против подразделений ЦАХАЛ; это возродило веру палестинцев в свои силы, что, в свою очередь, ускорило радикализацию и милитаризацию конфликта. Чуть позже, в 1970 г., излишняя самоуверенность палестинцев привела к кровопролитному «черному сентябрю». Некоторые радикальные палестинские группировки чересчур увлеклись, бросая вызовы власти иорданского короля, чем спровоцировали жестокие столкновения, в ходе которых королевская армия убила от 3000 до 5000 палестинцев (из них только около 1000 были участниками вооруженных формирований); раненых и изгнанных оказалось еще больше. В последующие годы группировки ООП были вынуждены оставить Иорданию и проводить свои операции против Израиля с баз в Ливане[331]331
  Sayigh, Y. Armed Struggle and the Search for State, 262–281, 312–317; Abu-Odeh, A. (1999). Jordanians, Palestinians and the Hashemite Kingdom in the Middle East Peace Process. Washington, DC: United States Institute of Peace Press, ch. 8; Morris, B. Righteous Victims, 373–375; Brynen, R. (1990). Sanctuary and Survival: The PLO in Lebanon. Boulder, CO: Westview Press [London: Pinter Publishers].


[Закрыть].

После смерти Гамаля Абдель Насера в 1970 г. новый президент Анвар Садат попробовал избавить Египет от зависимости от Советского Союза и наладить отношения с американцами, которые, как он думал, могли бы, помимо прочего, оказать дипломатическое давление на Израиль, заставив его вернуть Египту оккупированный Синай. Но когда в 1970 и 1971 гг. на эти мирные инициативы не последовало ответа, Садат и сирийцы решили вместо того отыскать выход из тупика военными средствами. На первом этапе войны, в священный для евреев день празднования Йом Кипура (который в 1973 году выпал на 6 октября), арабским армиям удалось нанести внезапный удар по слабо укрепленным израильским позициям вдоль Суэцкого канала и на Голанских высотах, оттеснив ЦАХАЛ и вернув себе часть территорий, захваченных Израилем в ходе прошлой войны.

Все три стороны этой войны серьезно зависели от поставок советского и американского оружия. Прочие арабские государства ненадолго воспользовались своим новообретенным экономическим весом, чтобы объявить о полном эмбарго на продажу нефти США и другим странам, поддерживающим Израиль. Через три недели боев израильские войска вернули себе утраченные позиции, после чего при активном участии США и СССР было достигнуто перемирие – ни СССР, ни США не желали сокрушительного поражения ни одной из сторон. Обе стороны понесли серьезные военные потери, как материально-технические, так и человеческие: более 2800 израильтян погибли, почти 9000 были ранены, арабы потеряли 8500 человек убитыми и 20 000 ранеными[332]332
  См. данные о потерях в: Bickerton, I. J. & Klausner, C. L. (2010). A History of the Arab-Israeli Conflict, 6e, 169. Upper Saddle River, NJ: Pearson/Prentice Hall. О войне 1973 года см. в: Heikal, M. (1975). The Road to Ramadan. New York: Quadrangle; Morris, B. Righteous Victims, ch. 9; Herzog, C. (2003). The War of Atonement: The Inside Story of the Yom Kippur War. London: Greenhill Books; Rabinovich, A. (2005). The Yom Kippur War: The Epic Encounter that Transformed the Middle East. New York: Schocken; онлайн-подборку документов можно найти в цифровом архиве Центра Вильсона: https://digitalarchive.wilsoncenter.org/collection/505/yom-kippur-war (дата обращения 14 октября 2018 г.).


[Закрыть]. По инициативе советских и американских дипломатов Совет Безопасности ООН принял новую резолюцию (№ 338), которая в целом повторяла резолюцию № 242, но дополнительно призывала начать «переговоры между заинтересованными сторонами под соответствующей эгидой, направленные на установление справедливого и прочного мира на Ближнем Востоке»[333]333
  Текст резолюции СБ ООН № 338 от 22 октября 1973 г. приводится в: The Israel-Arab Reader, 152, размещено на сайте https://naip-documents.blogspot.com/2009/09/document-23.html.


[Закрыть].