Текст книги "Искатель, 2005 №1"

Автор книги: Николай Буянов

Соавторы: Кирилл Шаров,Песах Амнуэль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

– Глупости, – повторила Кристина, ухватившись за это слово, как за соломинку, – глупости, Тиль, глупости…

– Да? Вы встречались с Кейсером, вы были с ним в тот вечер, это вас он выгораживал, когда так и не дал мне адреса женщины, с которой провел время. А Койпер, готовый для вас на все, неожиданно понял, что шантажистка – вы. Может, узнал голос. Может, дошел методом дедукции – не такой он был дурак, чтобы не сложить два и два, а о вашей связи с Кейсером он знал, конечно. И на вернисаже он подошел к вам – вы сами сказали, и Ритвелд это видел, только не знал, о чем вы разговаривали. Он сказал: «Зачем вы так, Кристина?» А вы ответили: «О чем вы, Альберт?» И оба друг друга поняли.

– Глупости, – бормотала Кристина, не поднимая головы, – глупости…

– В тот вечер вы были с Кейсером и уговорили его пойти к Альберту выяснить, наконец, отношения. Препарат у вас был с собой – наверняка вы нашли его описание в Интернете, там сейчас чего только не найдешь, а вы журналистка, Интернет для вас – как знакомая улица… Препарат, передозировка которого приводит к инфаркту. Вы пришли вдвоем и вдвоем ушли. Вы дали Альберту проглотить три таблетки – может, он пожаловался на головную боль, а у вас с собой было… Может, эту боль вы сами ему и внушили – если вы умеете снимать боль, то можете ее и вызвать, верно? Когда Альберт умер… Для вас не составило труда уговорить Кейсера уйти – он был напуган до смерти. Я не спрашиваю, что вы ему сказали – в любом случае он готов выгораживать вас хоть перед самим Господом. Вы придумали историю с явлением Ритвелда, или это фантазия Кейсера – неважно, одним враньем больше, одним меньше…

– А Ритвелд сам себя убедил в том, что убийца – он, – закончил Манн. – Художник… Он живет в мире, который ни мне, ни вам понять не дано. Вы, как и я, не верите во все эти тонкие материи? Да, Кристина? Почему вы не смотрите мне в глаза?

– Глупости, – сказала Кристина. – Почему капсулы оказались в шкафчике у Христиана? Как мы с Питером вышли, если никто этого не слышал? Не сходится. Кто из вас больший фантазер – вы или Христиан? Кто из вас больше верит в свои фантазии?

– Для каждого из нас, – сказал Манн, – это не фантазии, а правда. Точнее – аксиома, потому что ни он, ни я не можем доказать, что все происходило так, как мы это видели, но мы оба знаем, что было так, и невозможно выбрать одну правду, одну аксиому.

– Эту свою правду вы сообщите старшему инспектору Мейдену? – с легкой иронией в голосе спросила Кристина и спрятала руки в карманы.

– Я еще не сошел с ума, – улыбнулся Манн, надеясь, что улыбка получилась не очень кривой и печальной. – Полиции нужны не аксиомы – символы веры, а надежно доказанные теоремы.

– Не провожайте меня, – сказала Кристина. – Я хотела – честно – пригласить вас к себе, поговорить о разных вещах… Но вы мне такого наговорили, что я просто… Не ожидала от вас, Тиль. Прощайте.

Она повернулась и пошла прочь – не к своей машине, припаркованной на противоположной стороне улицы, и не в сторону своего дома, а куда-то, где не было ни улиц, ни города, ни занимавшегося серого рассвета, она шла и постепенно исчезала, растворялась в ночи, так казалось Манну, смотревшему вслед, и если бы Кристина действительно растворилась, исчезла, будто ее и не было, Манн принял бы это как должное, но она всего лишь завернула за угол, и почему-то только тогда Манн услышал стук ее каблучков, разрезавший тишину ночи на две половинки – на до и после.

Стало холодно. Со стороны моря подул промозглый сырой ветер – возможно, он дул уже давно, но Манн только сейчас ощутил, как ветер вылетел на улицу из-за угла, за которым скрылась Кристина.

Его знобило, и он не понимал себя. Как можно жить, не понимая себя? До вчерашнего утра он был с собой в ладу. Он знал, в каком мире живет. Он не нуждался в вере.

Манн прошел чуть больше квартала и остановился. Что-то изменилось. Не ветер – он был таким же холодным и пробирал до костей. Не город – знакомые дома смотрели на него темными глазами окон. Не ночь – тучи мрачно висели без всякой поддержки и грозили обвалиться дождем.

Манн повернулся и пошел обратно, а потом побежал. Он должен был успеть. Мысль, пришедшая ему в голову, была следствием аксиомы. Не его аксиомы, но разве это имело значение?

Мансарда горела. Из распахнутых окон поднимались бесцветные в ночи клубы дыма, а пламя казалось почему-то не ярко-красным, а светлым, тусклым, почти невидимым. И запах… Неприятный, надсадный, заставляющий кашлять запах крашеной холстины.

– А это ведь ваш гонорар, – сказал хриплый голос, и Манн резко обернулся: художник стоял под козырьком дома и был почти невидим.

– Господи! – воскликнул Манн. – Вы живы! Какое счастье!

– Ну… – пробормотал Ритвелд. – Вы решили, что я… Ну, знаете ли…

Манн отошел к навесу и встал рядом с художником. Здесь почти не дуло.

– Вызову пожарных, – детектив достал из кармана мобильник, но Ритвелд задержал его руку.

– Уже вызвал, – сказал он. – Слышите – едут?

Манн пока не слышал ничего, но слух у Ритвелда, наверное, был таким же острым, как зрение.

– Вы сожгли свой мир, – сказал Манн.

– Я должен был выбрать, – Ритвелд говорил будто с самим собой. – Я должен был выбрать, понимаете? Однажды мы обязаны выбрать…

– Там, – сказал Манн, – вы были в своей стихии.

– А здесь, – сказал художник, – я останусь с людьми.

– Это для вас важнее?

– Я всегда смогу вернуться, – сказал Ритвелд и отвернулся. Он не хотел разговаривать. Он не хотел объяснять. Он прощался.

– Вы вчера весь вечер работали, – сказал старший инспектор Мейден, пожав Манну руку и отметив про себя, что детектив выглядит невыспавшимся и заторможенным. – Есть полезная информация?

– Никакой, – вяло сказал Манн. – Пусто. Вы правы – случай решительно не криминальный. А что по делу о пожаре в студии Ритвелда?

– Не наша компетенция, – покачал головой Мейден. – Этим занимаются пожарная инспекция и страховая компания. Я слышал – неисправность электропроводки.

– Сгорели ценные полотна?

– Вот не везет Ритвелду, – оживился Мейден. – Семь лет назад у него сгорели такие же картины. Он нарисовал их заново, и вот опять… Рок какой-то, вы не находите?

– Вы думаете, он сам…

– Нет, – решительно сказал старший инспектор. – Просто я хотел сказать: мы порой недооцениваем роль случая. И видим в нем не то, что он есть на самом деле.

– А что же он есть на самом деле? – Манн думал о своем, но вопрос напрашивался, и нужно было его задать.

– Ничего, – сказал Мейден. – Совпадение. Миллионы событий случаются ежедневно. Совпадения неизбежны. Вы же не станете искать скрытый смысл в том, что кто-то выиграл миллион в лотерею. Кто-то всегда выигрывает.

– Вы думаете, Ритвелд выиграл от того, что…

– Конечно! Неизвестно еще, сумел бы он продать свои картины или нет. А так – получит страховку. Прощайте, Тиль. Вы плохо выглядите, идите-ка отдыхать.

– Да-да, – пробормотал детектив. – Получит страховку. Я и не подумал. Шестая часть – мой гонорар. Не так мало, наверно…

Кирилл ШАРОВ

ПОБЕДИТЕЛЬ

фантастический рассказ

Счетчик Гейгера зашкаливало.

Коридор заливал красный свет аварийного освещения, нудно гудели тревожные сирены, и под их аккомпанемент Рой взялся за лазерные резаки.

– Предупреждение! Опасность! Температура реактора повышается. Предполагаемое время начала неконтролируемой реакции – 20 минут. Экипажу и пассажирам необходимо покинуть корабль. Безопасная дистанция удаления от корабля – пять километров, – сообщил центральный компьютер.

Рой криво усмехнулся, подумав, что из экипажа и пассажиров остался он один. Остальные погибли.

– Бернс, ты жадный тупой ублюдок! – пробормотал Рой, сосредоточенно орудуя резаками и пробивая себе проход в завалах коридора, ведущего на склад.

Он почти не сомневался, что виной гибели корабля был штурман Бернс, жадный до невозможности. Жадность его доходила до того, что он приобретал непротестированные курсовые матрицы. Естественно, они обходились ему в десять раз дешевле, но капитану Уэйду он говорил, что платит меньше только в пять раз. А разницу клал себе в карман. И он был настолько нагл, что провернул эту сделку на глазах у Роя.

Конечно, Рою нужно было сообщить об этом капитану, но Бернс за умеренную плату – так он выразился – устроил его на этот корабль, и если бы Рой хоть что-нибудь рассказал, Бернс нашел бы повод, чтобы выставить его вон. И Рой не сомневался, что заплаченные ему деньги Бернс не вернул бы.

Поэтому Рой промолчал.

И вот корабль выскочил из гиперпространства на час раньше расчетного времени и не на орбите Новой Венеции, а в двадцати километрах от поверхности совершенно другой планеты.

Сразу же сработали системы экстренного торможения и аварийной посадки, но скорость была слишком велика, а расстояние до поверхности планеты слишком мало, и корабль рухнул на горный хребет.

Собственно, ничего страшного не произошло бы, гравикомпенсаторы скомпенсировали бы силу удара и люди остались бы живы, если бы не одно но… В это самое время Рой по распоряжению капитана тестировал эти самые чертовы гравикомпенсаторы.

Он замкнул все их контуры на тестовую кабину, в которой находился сам, и прогонял их во всевозможных режимах. Гравикомпенсаторы работали отлично. Рой собирался закончить тестирование через пять минут – за пятьдесят пять минут до расчетного времени выхода из гиперпространства.

Удар о скалу был ужасен. Огромная перегрузка мгновенно убила всю команду.

Скала, на которую они упали, буквально распорола корабль. От скалы откололся внушительный кусок горной породы, с огромной скоростью промчался по кораблю, круша все на своем пути, и пробил реактор.

Корпорация «Flyatomik» утверждала, что повреждение их реактора возможно только в одном из двухсот тысяч случаев, и Роя очень грела мысль о том, что теперь их реакторы долгое время будут являться эталонами надежности среди корабельных реакторов.

Пробитый реактор сразу же выплеснул приличную дозу радиации, которая убила бы и Роя, если бы он не был в скафандре высшей защиты – тестировать гравикомпенсаторы разрешалось только в нем.

Нужно было срочно уходить. Рой метнулся в корабельный эллинг и запрограммировал единственный чудом уцелевший гравикар на перевозку пассажиров в скафандрах высшей защиты. Восьмиместный гравикар начал трансформироваться в двухместный. Рой схватил в ремонтной зоне два лазерных резака и отправился пробивать дорогу на склад. Попутно он дал задание центральному компьютеру установить, на какой планете они оказались. Без этого он не мог определить, что ему понадобится для существования вне корабля.

Работал он быстро, и если бы не скафандр, то давно уже выбился бы из сил, но квазимышцы костюма не давали ему устать, а кондиционер – даже вспотеть.

Компьютер какими-то одному ему ведомыми способами установил, что это за планета, и сообщил:

– Данная планета значится как Танла. Это вторая планета звезды Эдорес. Гравитационная константа составляет 1,12 земной. Атмосфера пригодна для дыхания без ограничения…

– Скопируй данные на мой личный компьютер, – прервал поток параметров Рой.

– Копирование завершено, – почти сразу же сообщил компьютер.

До входа на склад оставалось буквально два метра, когда компьютер поднял тревогу:

– Внимание! Опасность! Добавлены коррективы – неконтролируемая ядерная реакция произойдет через шесть минут. Всему экипажу необходимо срочно покинуть корабль!

Рой с тоской посмотрел на вход в склад, повернулся и побежал в эллинг.

Гравикар завершил трансформацию и парил в пяти сантиметрах над палубой.

Теперь необходимо было открыть шлюзы эллинга. Электрооборудование не работало, и Рой дернул рычаг аварийного открывания шлюза. Полыхнули струи плазмы, и створки шлюза выпали наружу.

Рой бросил лазерные резаки в инструментальный отсек гравикара и вскочил в машину. Прежде чем тронуться, он переключил телеметрию контроля над кораблем на свой скафандр и рванул машину с места.

Гравикар выскочил из корабельного эллинга, как пробка из бутылки, и помчался по склону горы, к подножию, где виднелась кромка простирающегося на огромное пространство леса.

За минуту Рой удалился от корабля примерно на два километра. Гравикар, не рассчитанный для передвижения на такой скорости по пересеченной местности, подпрыгивал на кочках, бился днищем о камни, высекая снопы искр, но уносил Роя все дальше от опасности.

Легонько щелкнули шлемофоны в скафандре Роя, и компьютер сообщил:

– Неконтролируемая ядерная реакция начнется менее чем через минуту. Вы все еще находитесь в опасной зоне.

Рой гнал гравикар на предельной скорости к лесу, где у него было больше шансов избежать ударной волны, чем на открытом пространстве. Но и за минуту он туда никак не успевал.

Холодок пробежал по спине Роя. Он, всегда доверявший своей интуиции, тут же нажал клавишу катапультации, и силовое поле упруго выкинуло его из гравикара.

И сразу же пришел огненный вал взрывной волны.

Роя сорвало с места, несколько раз тряхнуло, и он потерял сознание.

Он очнулся в пустоте, темноте и тишине. Он не знал, сколько находился в беспамятстве. Потом понял, что это не темнота – просто не работают датчики внешнего обзора, не тишина – не функционируют звуковые фильтры, не пустота – квазимышцы больше не обволакивают его тело.

Скафандр был мертв. Он истощил весь свой энергозапас, защищая от взрыва человека.

Нужно было выбираться из скафандра – теперь двигаться в нем было невозможно. Но сперва необходимо замерить радиационный фон снаружи. Рой вытащил руки из рукавных отделений. Квазимышцы обмякли, и он мог достаточно свободно двигаться внутри скафандра. Он нащупал на своем поясе панель терминалов систем скафандра, нашел терминал датчика радиационного контроля, вытянул его и подсоединил к своему личному компьютеру.

В его компьютер вообще-то был встроен датчик радиационного контроля, но сейчас требовался внешний анализатор.

Компьютер пискнул и высветил на экране сообщение, что фон превышает предельно допустимый для человека, но час-два снаружи можно находиться, если использовать соответствующие медикаменты.

Рой облегченно вздохнул – это было не самое страшное. Он дал нужную команду аптечке и почувствовал легкий укол в бедро – аптечка ввела ему дозу соответствующего лекарства.

Рой подождал, пока препарат разойдется по организму, потом завел руку за спину и нащупал едва заметный рычаг принудительного раскрытия скафандра. Потянул его на себя, опустил вниз и сдвинул влево. Оглушительно зашипели плазмопатроны, и скафандр развалился на две части, как орех.

Рой выбрался наружу. Был день. Небо было затянуто достаточно плотным слоем облаков какого-то зеленоватого оттенка.

Рядом лес. Видимо, Роя отбросило к нему ударной волной.

Рой посмотрел назад. В этот момент зеленоватый свет Эдореса пробился сквозь разрыв в облаках, и гора, на которую упал корабль людей, заблестела – ее склоны оплавились и покрылись шлаковой коркой.

Рой вскрыл встроенный в скафандр контейнер с носимым аварийным запасом и достал оттуда специальный жилет, в карманах-контейнерах которого находились дистан, вибронож, трехдневный запас продуктов, вода в герметичной литровой фляжке, автоматическая аптечка, плазмозажигалка, фонарь и портативная станция планетарной связи.

Пока он надевал жилет, у него было время рассмотреть окружающую местность. Ему предстояло уйти в лес, разросшийся по всей долине, лежащей между двух гор – на одну из них и рухнул корабль. Долина имела в ширину, навскидку, около ста двадцати километров. Слева ее замыкал обрыв, тянувшийся от одной горы к другой. Вдали за ним виднелся горный хребет. Даже издали было видно, что полукилометровая кромка обрыва – сплошь открытая скальная порода, поэтому лес не подступал к его краю вплотную. В одном месте Рой заметил небольшую реку, вытекавшую из леса и срывавшуюся с обрыва водопадом.

Рой застегнул жилет, достал вибронож и быстро двинулся к лесу. Долго здесь оставаться было нельзя.

Рой уже шесть часов подряд прорубался через густейший подлесок. Было очень тепло и влажно, казалось, что от земли поднимается пар. Он обливался потом. Ветки хлестали его по лицу, оставляя неглубокие царапины. Их сразу же заливал пот, и поэтому они ужасно зудели. Рой знал, что на Земле тоже есть джунгли. Он даже знал, что в них в свое время жили племена, которые точно так же прокладывали себе в них дорогу. Но только теперь у него возник вопрос, как же они умудрялись пробираться через такие заросли, ведь у них не было мономорфных комбинезонов – таких, какой сейчас был на нем. Мономорфныц комбинезон уже полсотни лет был стандартной и обязательной для ношения на корабле одеждой всех космонавтов. Рой мог себе представить, что стало бы с ним, если бы у него сейчас не было такого комбинезона, – все тело было бы исполосовано ветками и зудело бы от пота попавшего в царапины. Тем не менее, километров на шесть в лес он уже углубился. Радиометр показывал здесь радиационный фон значительно ниже – Рой уже отошел достаточно далеко от места взрыва.

Продираясь через лес, Рой одновременно прослушивал информацию об этой планете – компьютер монотонно сообщал ему все сведения о ней, бывшие в корабельном информатории.

Планету обнаружили около пятнадцати лет тому назад. Предварительные тесты и анализы указали на большую вероятность того, что планета может быть пригодной для колонизации. Снарядили исследовательскую экспедицию. Она проработала здесь всего полгода. Но тут случился очередной экономический кризис, и программу исследований пришлось сворачивать – исследовательская группа покинула планету, но прежде напичкала моря и океаны автоматическими зондами, нашпиговала горные районы планеты сейсмодатчиками, повесила над планетой спутник… и оставила, законсервировав, исследовательскую станцию. И находилась она на противоположном склоне той горы, которая замыкала долину с другой стороны. Это была очень хорошая новость.

Компьютер поведал, что планетарная среда обитания по отношению к человеку не агрессивна: атмосфера и вода не содержат каких-либо опасных для человека соединений и примесей, представители местной флоры и фауны, за несколькими исключениями, список которых приводился, пригодны для употребления в пищу. Это тоже было хорошей новостью.

Но при всем этом здесь обитал какой-то хищник, от зубов которого погиб один человек. Вот это уже было плохой новостью.

Рой попробовал уточнить информацию об этой зверюге, но кроме обиходного прозвища – крхаур, лесной призрак – ничего не нашел.

– Тоже мне исследователи. Прилетели, констатировали, что все здорово, а информацию об опасностях, хоть это и есть их прямая обязанность, не собрали, – пробормотал Рой.

Теперь ему приходилось решать, что делать дальше – вернуться назад и ждать, когда его подберут, или двигаться к исследовательской станции.

Первый вариант он отверг сразу же – рядом с местом взрыва сохранялся высокий уровень радиоактивного заражения, а запас лекарств в его автоаптечке, способных защитить от заражения радионуклидами, был мал. Его запас провианта тоже был весьма ограничен. Конечно, спутник, оставленный исследователями на орбите, должен был зафиксировать ядерную вспышку и передать информацию об этом на контрольную станцию. В этом случае для проверки прибудет патрульный корабль, поэтому лучше не отходить далеко от места взрыва. Но спутник мог в момент взрыва находиться над обратной стороной планеты. Тогда рассчитывать, что прибудет какой-либо корабль, нельзя. И опять же, оставаясь на открытой местности, Рой подвергал себя опасности встретиться с этим невиданным животным – крхауром.

Поэтому Рой решил двигаться к исследовательской станции. В этом случае вероятность встречи с крхауром была также высока, но он мог пересечь долину за четверо суток, а не сидеть на открытом месте неизвестно сколько. Помимо этого, отпадала необходимость использования лекарств и неприкосновенного запаса – Рой мог охотиться. А самое главное – на каждой исследовательской станции обязательно есть установка грависвязи, и Рой, добравшись туда, мог сам сообщить о случившемся.

Приняв это решение, Рой вскрыл флягу с водой, сделал несколько глотков и с новой силой принялся прорубаться сквозь лесную чащу.

Через два часа Рой совершенно неожиданно вышел к реке – он просто обрубил несколько веток, и вдруг оказалось, что больше ничего рубить не надо, а сам он стоит по щиколотку в воде.

Речка была около четырех метров в ширину, неглубокая – максимум по колено, – но достаточно быстрая. Рой решил, что это та самая река, которая, как он видел с горы, питает водопад.

Рой устал, ему хотелось есть и пить. Воды в его фляжке почти не осталось.

Рой извлек из корпуса компьютера крохотный стаканчик анализатора, зачерпнул им из речки воду и вставил обратно. Через несколько секунд компьютер сообщил, что вода здесь чистая и никакой опасности для человека не представляет.

Рой опустился на одно колено – благо мономорфный комбинезон не промокает – и стал черпать воду руками и пить. Напившись, он умылся. Царапины на его лице, промытые холодной водой, перестали зудеть. Рой испытал облегчение – у него как будто даже прибавилось сил.

Потом он вскрыл неприкосновенный запас, достал тюбик с питательной пастой и выдавил его содержимое себе в рот. Рот наполнился густой кисло-сладкой массой, которую даже не требовалось жевать. Рой почувствовал, как двести граммов тщательно сбалансированной, высокопитательной, наполненной витаминами и минеральными веществами смеси опустились в его желудок.

Чувство голода отступило, и с ним ушла часть усталости.

Рой решил идти прямо по дну реки – так он доберется до водопада, а дальше пойдет вдоль обрыва к горе. Конечно, это крюк, зато не нужно прорубаться через весь лес.

Рой пошел вниз по реке, придерживаясь ее правого берега, – он рассудил, что со временем глубина может увеличиться и тогда переправиться на другую сторону будет труднее.

По его расчетам, до водопада оставалось около пяти километров. «Под горку – это час ходу», – решил Рой.

Он шел, внимательно осматривая лес, вплотную подступивший к реке. Самые длинные ветки окунались в воду, и течение тянуло их за собой. Мимо Роя то и дело проплывали сухие ветки и листья самых разных форм и размеров. Он слушал шум леса, звуки, издаваемые его невидимыми обитателями. Эти звуки, какие-то безмятежные, какие-то деловитые, лились на него со всех сторон – верный признак, что вокруг все спокойно. В одном месте Рой увидел небольшую, едва заметную тропинку, идущую из леса к берегу речки. Там, где тропинка заканчивалась, трава вокруг была изрядно примята. Здесь явно находился водопой.

Рой, не доходя до него несколько метров, укрылся в лесу на берегу реки. Он достал дистан и стал ждать.

Примерно через двадцать минут у воды появился небольшой зверек. Бурая, местами переходящая в темно-зеленую, шкурка делала его практически невидимым в лесу – Рой подумал, что, даже наступи он на этого зверька, ничего бы не заметил. Ничего необычного в нем не было – такой же, как и на других планетах, – одна голова, одно туловище, четыре когтистые лапы, короткий, сантиметра в четыре, хвост. Только форма ушей вызывала ассоциации с обыкновенным земным зайцем. Рой так и окрестил его про себя.

Зверек тем временем внимательно осмотрелся, слегка присел на задние лапы и, вытянув мордочку, принюхался. Видимо, его ничего не насторожило, потому что он подошел к воде и начал пить.

Рой проверил дистан – он стоял на малой мощности – и прицелился. Фигурка животного размылась в его глазах, пока он совмещал перекрестия прицела. Перекрестия совпали, и Рой плавно, как его когда-то учили, нажал спусковой крючок.

Дистан не издает ни звука, не имеет отдачи, и определить, что произошел выстрел, можно только по индикатору зарядов и по поражению цели. Индикатор на дистане Роя теперь показывал двести девяносто девять зарядов вместо трехсот, и зверек лежал у кромки воды с аккуратным отверстием в голове.

Рой убрал дистан в кобуру и подошел к своей добыче. Он поднял зверька – тот весил примерно пять-шесть килограммов, – забросил его себе на левое плечо и пошел дальше, придерживая трофей за задние лапы.

Он осматривал берег в поисках места для ночлега. Он прошел уже километра четыре, но так ничего подходящего и не заметил.

Река ощутимо расширилась и набрала глубину. Теперь ее ширина составляла около сорока метров, а проверять глубину у Роя желания не было. Скорость потока тоже уменьшилась.

Светило клонилось к закату, когда Рой наконец-то нашел подходящее место для ночлега – пройдя еще километр, он увидел, что река расширилась метров до пятидесяти и образовала небольшое озерцо перед водопадом, зажатое выломами скал. Метрах в пятистах от водопада и в десяти от занятого лесом правого берега над водой возвышался островок. Это было наилучшее место для ночлега, какое вообще можно придумать. Рой сразу же отправился туда.

Островок имел в длину около десяти метров и в ширину – пять. Если бы не растущие на нем деревья, можно было подумать, будто бы он только что вынырнул из реки. Его дальний от водопада берег возвышался над водой всего-то сантиметров на тридцать, а ближний к водопаду – уже на два метра.

Рой опасался, что ему придется преодолевать десять метров между берегом и островом вплавь, но выяснилось, что в этом месте вода едва достигает его колен – видимо, река несла песок, но, так как течение здесь ослабевало, он оседал, со временем уменьшив ее глубину.

Наконец он добрался до островка. До наступления темноты нужно еще было успеть нарезать подходящих веток и развести костер. Хорошо, что на островке было несколько высоких деревьев, нижние и достаточно толстые ветки которых оказались сухими.

Рой срезал их виброножом и развел огонь.

«Зайца» он разделывал уже при свете костра – светило скрылось за дальним горным хребтом. Потом он обжаривал тушку зверька на вертеле, сооруженном из веток и прутиков.

Через некоторое время он убедился, что тушка прожарилась, и разрезал ее пополам. Половину решил съесть сейчас, а половину оставить на утро – ее он нанизал на прутик, воткнул в землю две высокие рогатки и повесил на них свой завтрак.

Мясо оказалось жестким, но вкусным. Впрочем, Рой отдавал себе отчет, что оно кажется ему вкусным только потому, что он сильно устал, проголодался, а альтернативой его ужину мог послужить только рацион из аварийного запаса.

Он доел свою сегодняшнюю порцию, отпил воды из фляги и почувствовал, что не наелся. Появилось искушение съесть и ту половину, что он оставил на утро. Но Рой сдержался. Он сидел в круге неровного света у костра, ощущая его тепло, и прислушивался, что происходит вокруг. В полукилометре от его убежища шумел водопад. Рой начал засыпать. «А ведь здесь очень тихо…» – подумал он и провалился в сон.

Лишние двенадцать сотых «g» давали о себе знать – Рою сквозь сон казалось, что он сейчас задохнется. Ему снилось, что он маленький мальчик и мама читает ему какую-то сказку. Что это за книга и о чем она, он не мог разобрать, но знал, что она очень страшная. Потом мама отложила книгу и укрыла его одеялом, оказавшимся очень тяжелым. Оно придавило его к кровати, мешало дышать. Рой хрипел, пытался скинуть с себя это ужасное одеяло, но ему не хватало сил. Он хотел проснуться, но кошмар начинался заново – мама опять стала читать эту страшную книгу.

Рой проснулся от того, что его лица коснулось что-то влажное – наступило утро, и все вокруг блестело от обильно выпавшей росы. Он вытер лицо рукой. «Будем считать, что утренний туалет мною выполнен», – хмуро подумал он. Обычной для него утренней бодрости не было. Все тело ныло после вчерашнего перехода. А еще всю ночь ему снился один и тот же кошмар, никак не прибавлявший хорошего настроения.

Рой приподнялся и некоторое время просто сидел, рассматривая, что происходит вокруг. Костер погас, и, видимо, давно – верхний слой пепла отсырел.

Он встал и потянулся. Тело неприятно ныло. Рой отдал команду автоаптечке и почувствовал несколько легких уколов в бедро. Аптечка ввела ему витамины, легкие стабилизаторы и нейтрализатор молочной кислоты – они должны были снять болевые ощущения. На это требовалось примерно полчаса, и Рой решил пока позавтракать.

Мясо было холодным, но это нисколько не повлияло на аппетит – не прошло и десяти минут, как он употребил внушительный кусок. Затем открыл флягу и допил воду, оставшуюся со вчерашнего дня. Потом подошел к берегу, ополоснул в реке руки и наполнил флягу заново. Вода забулькала, заливаясь во флягу. Так же как и на Земле. И этот звук почему-то разбудил в нем воспоминания о Ванессе.

Он вспоминал ее улыбку, вызывающую, но при этом очень нежную, ее необычные глаза серого цвета, то прозрачные, как озера, через которые можно заглянуть в самые сокровенные тайники души, то вдруг абсолютно непроницаемые, обычные русые волосы, никогда не казавшиеся обычными, и ее мягкий и мелодичный голос, который она никогда и ни при каких обстоятельствах не повышала.

Солнце этой планеты – Эдорес – поднялось уже достаточно высоко. Пора была отправляться в путь. Рой посмотрел на место своего ночлега, хотя ничего забыть не мог – жилет с носимым запасом на ночь он не снимал, – опустил потяжелевшую флягу в предназначенный ей карман и ступил в воду.

«Дальше глубина явно должна увеличиться, – подумал Рой, – поэтому нужно держаться кромки леса, тем более что пройти осталось метров триста». Он преодолел половину протоки, отделяющей островок от берега, и вдруг почувствовал, что в лесу кто-то есть и этот кто-то наблюдает за ним. Рой не остановился, но поменял направление движения, теперь он шел параллельно берегу, чуть опустив голову и внимательно наблюдая за лесом.

Но прошел он так всего несколько метров – дно понизилось, и вода теперь доходила ему до пояса. Пришлось все-таки приблизиться к лесу, где в трех метрах от берега воды было по колено. Рой осторожно двинулся вдоль берега, теперь уже не скрывая, что внимательно следит за лесом.

Он прошел так, почти боком, метров двадцать. И вдруг лес будто бы всколыхнулся – в нескольких местах резко качнулись заросли подлеска, раздались громкий шелест и хруст ломаемых веток. Дистан мгновенно оказался в руке Роя.

Слева раздался громкий треск. Рой быстро повернулся, готовый стрелять, и увидел, как прямо на него падает огромное сухое дерево. Он едва успел отпрыгнуть в сторону и целиком окунулся в воду. Дерево за его спиной оглушительно рухнуло, вспенив реку и придавив его ветками ко дну. Не выпуская дистана, Рой извернулся, левой рукой дотянулся до виброножа и включил его. Раздался отвратительный визг, и вибронож почти мгновенно перерубил две толстые ветки, прижавшие Роя ко дну.