Текст книги "Попаданец в тело матери роя пожирателей вселенной. Том lll (СИ)"

Автор книги: Никита Кита

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

«А лачугу он, скорее всего, бросил.» – подумал Фёдор – «Зачем она ему, если у него есть целый звездолёт.»

Глава 63

(часть 3)

Шпионский отряд не добился значимых результатов, потерял свою цель, и поэтому был отправлен обратно на основную базу. Оса и глинотел отряжённые следить за вельможами, остались на своих постах, не прекращая выполнение заданных задач. Сейчас им требовалось дождаться, пока охотники пробудятся, чтобы продолжить сталкерить за ними.

На рассвете микро-деревенька ожила. Местные жители занялись работой по хозяйству: прополкой огородов, кормёжкой и выгулом домашних животных, заготовкой дров и рыбалкой. Лачуга принадлежавшая стрелку, со вчерашнего вечера стояла пустая и не запертая – заходи, кто хочет, выноси, что видишь.

В восемь утра к пустующему жилищу подошла пара гуманоидов: женщина и ребёнок держащий её за руку. Они постучали в дверь и встали, дожидаясь ответа хозяина. Ественно, никто к ним не вышел, и парочка продолжила тарабанить.

Поняв, что стук ни к чему не приводит, реконструкторша приложила к двери ухо. Дитя неуклюже повторило за родителем. Внутри они не услышали ничего, кроме абсолютной тишины. Дальше односельчанка не постеснялась дёрнуть за ручку и отворить створку.

Проверка внутреннего помещения показала, что хозяин отсутствует. К тому же вся его комната пребывала в состоянии полного беспорядка, который навёл вторгшийся глинотел.

Женщина выскочила наружу и быстро пошагала к трактиру, явно чем-то обеспокоенная. Весёлый ребятёнок побежал за ней вприпрыжку.

«Обстановка в логове оборотня, должно быть, похожа на ограбление.» – подумал Фёдор – «На самом деле, исчезла всего-то пара лепёшек. Хотя, я ведь оставил послание чернилами на листе. Его не прочтёт никто из гуманоидов. Но напугать суеверных и боязливых селян оно может.»

Женщина с ребёнком привела из трактира, к покинутому дому двух мужчин. Те вошли и пробыли внутри минут пять. Назад они вышли, вперив взгляды в лист бумаги. Наблюдая с большой высоты, разум Роя не видел какой именно листок вынесли гуманоиды. Но он догадывался, что под пристальное внимание, скорее всего, попали его каракули на людском языке.

Слух о происшествии быстро облетел весь посёлок. Возле логова оборотня собралось много народу. Каждый селянин посчитал своей обязанностью войти в незапертое жилище, а также взглянуть на подозрительный лоскут бумаги с непонятными иероглифами.

На всеобщий переполох обратили внимание мужчины из группы охотников, вышедшие отлить в уличный клозет. Они подошли к кучке деревенщин и опросили их о причинах собрания. Многие простаки ещё не успели отойти от страшного гудения, возникшего средь ночи. А тут на тебе, пропал сосед, и никто не видел куда и как.

Вскорости проснулся главный дворянин. История об исчезновении очередного крепостного его не впечатлила. По команде весь отряд из четырнадцати мужчин быстро собрался в путь и двинул дальше на запад. Деревенька с мельницей и мостиком осталась позади, и лишь Фёдор был тем, кто знает её поразительную тайну.

Почему выходки насекомых вынудили оборотня бросить лачугу и сбежать? Вернётся ли он на прежнее место? И почему он в отличии от большинства аборигенов обладал бластером, тепловизором и летательным аппаратом? С каждым днём, после перерождения вопросов становилось всё больше.

Увиденное Роем, было до того удивительным, что казалось каким-то бредовым и нереальным. Перерожденцу не хватало моральных сил переварить и осознать поток такой информации. Только вчера он общался с собственной копией запертой в пирамидке и претерпевал галлюциногенные угрозы от космоимперии. Для ничтожного человечка это был перебор.

Благо насекомья половина выручала, замещая большинство эмоций примитивными инстинктами. Не важно что ты видишь и что ты ощущаешь. Важно можно ли это разломать, разбить, убить и сожрать.

Пол дня гуманоиды скакали по дороге без остановок. Грунтовка сильно виляла, обходя болотистые низины и крутые бугры. Каждый раз когда её рассекал ручей появлялся мост из дерева или камня.

Навстречу вельможам проехала телега запряжённая трёхрогими козами. Кучер, не сбавляя ходу, встал и поклонился уважаемым господам. Чуть позднее, по левую сторону открылись обширные луга с пасущимися на них стадами. Здешний пастух завидел всадников издалека и пробежал метров двести, чтобы вовремя согнуться перед ними в глубоком поклоне.

По небу и над лесом барражировали стайки птиц. Приближение летающего жука Вархата и-и придавало им сильной мотивации поскорей куда-нибудь убраться.

А однажды оса увидела высоко над собой крупный крылатый силуэт. Этот пернатый зверь вёл себя подобно хищнику, который выслеживает подходящую добычу. Мыслительный центр приказал слуге поскорей спрятаться в чаще и переждать опасный момент. Когда планирующая в небесах точка сместилась вдаль, летунья быстро наверстала отставание от группы гуманоидов. Очень кстати напарник имитатор выступал в роли живого маячка.

После полудня, охотники всё-таки остановились в деревне лежащей в глубокой низине. От грунтовки к ней вела узенькая пешеходная тропинка. Не более двадцати семей существовали здесь за счёт небольшого продолговатого озера, вокруг которого расположились и жилые дома, и кормящие поля с посевами.

Заметив нарядную делегацию направляющуюся к их скромному посёлку, простолюдины побросали все работы и сбежались к северному въезду. Там они поприветствовали повелителя и его хорошо вооружённую обученную свиту. Один бедняк решил пресмыкаться по полной, упал на колени, ударил лбом в землю и пролежал так, пока все не ушли.

В этой деревне вельможи пробыли не долго. Они распорядились накормить и напоить своих безрогих скакунов, а сами, разместились на обед, прямо на улице. По первому же приказу чернь вынесла и столы, и стулья, и столовые приборы, и несколько горшков свежесваренной каши. Далеко не уходя, зарубили пару откормленных индюков и поджарили их на открытом огне. Мясо мужчины доедали уже в сёдлах, а выброшенные на обочину кости с удовольствием подхватили юркие псы.

Дальнейший путь охотников прошёл без остановок, до самого заката. Ну а вечером, оса увидела то, что вполне могло сойти за их конечный пункт назначения.

Сперва разведчица разглядела на горизонте окончание лесного моря. Зона сплошных древесных зарослей переходила в зону гигантских полей и множества лесополос. Затем летунья увидела рябое пятно, обозначающее скопление построек. Судя по его размерам, это была не обычная захудалая деревенька. И чем сильнее оса приближалась, тем больше Фёдор в этом убеждался.

На фоне предзакатного зарева пред ликом Роя предстал город лежащий на трёх берегах. Его центром было место, где две реки сливались воедино и утекали вместе на юго-восток.

Лишь одна из трёх частей была обнесена частоколом. Остальные две стояли «голые».

Между западным и южным кусками поселения, через водную артерию пролегало аж два моста. В то время, как к северному не вело ни одного. Собственно, северный район, отрезанный от южного более узким устьем, был самым маленьким, всего на пару десятков зданий. Южный, в свою очередь, являлся самым крупным. Ну а западный, скрывался за защитной стеной со рвом, воротами и башнями.

С всех сторон к городу шло множество дорог, а возделываемым полям вокруг не было видно конца. Рукотворные каналы пролегали от рек в разных направлениях, делая воду доступной для аграриев, даже на большом удалении.

«Если всё это принадлежит главарю Белого Древа, то он важная шишка.» – подумал перерожденец – «У него в подчинении много деревень, и столица его выглядит внушительно.»

Всадники прискакали к поселению с юго-востока. Дорога их вела к наибольшему району, на одну из десятков улиц. Мелкие домишки заполонили берег, прижимаясь друг к дружке, словно стайка перепуганных мышей. Сотни однообразных четырёхскатных крыш с деревянной черепицей, выступали у местных инженеров основным архитектурным решением. Дымящих дымоходов было так много, что все мелкие струйки собирались в один мощный столб. Древесины для огня здесь явно не жалели. Жизнь в бесконечном лесу, она такая.

В пригороде, даже вечером, на дорогах присутствовало оживлённое движение. При виде группы кавалеристов в сопровождении охотничьих собак пешеходы поспешно расступались, освобождая путь. А заметив, что в седле сидит сам повелитель, они вздымали руки, складывали ладони над головой и произносили одну и ту же фразу. В отличии от осы, глинотел мог её расслышать.

– Глава Дэй Пюрата! Глава Дэй Пюрата! – вторили один за другим, в разнобой гуманоиды.

Дворяне ничего им не отвечали. Главный лишь изредка, приветственно помахивал рукой в перчатке.

Какой-то мальчуган попытался погладить пробегающую лайку. Этим он спровоцировал сопровождающего оголить часть клинка. Ближайшие взрослые быстро убрали ребёнка от греха подальше.

Отряд уверенно продвигался вглубь застройки, получая всё больше выкриков в свою сторону.

– Глава Дэй Пюрата! Глава Дэй Пюрата! – казалось, произнести эти слова был обязан каждый встречный.

Где-то в центре южного района, вельможи вдруг остановились и сгрудились в кучку. Господин отдал некое распоряжение, после которого один из спутников отделился от команды и поскакал в ином направлении. Остальные тринадцать господ продолжили двигаться по городским улочкам, к речному побережью.

Фёдор встал перед выбором, за кем ему вести наблюдение с воздуха. С одной стороны, логичнее было бы следить за большой группой, нежели за каким-то одиночкой. А с другой, к основному отряду у Роя был прикреплён глинотел. Оса же могла и отвлечься.

«М-м-м, взгляну хотя бы одним глазком, куда это он отправился.» – не сдержал любопытства парень.

Разведчица сменила курс и привязалась к новому таргету. Одинокий всадник уже не получал от прохожих приветственных жестов. С его пути они расступались, не из уважения, а скорее чтобы баран попросту не сбил их с ног.

Боец нагло гнал по забитой дороге, подрезая телеги и зло огрызаясь на нерасторопных сограждан. Проехав пару кварталов, он остановился напротив необычного здания, выделяющегося из общей массы. Во-первых, его двор был ограждён высоким забором. Во-вторых оно имело Г-образную форму, с башней-эркером на углу и открытой верандой в качестве парадного входа. Три этажа, а ещё и чердак, делали эту постройку самой высокой в южном районе.

Кроме основного сооружения, во дворе располагалось множество небольших сараев, и один крупный амбар, отведённый явно под баранюшню. Напротив него было установлено горизонтальное бревно, к которому привязали пару козерогов.

Позади, на задворках виднелся отдельный просторный загон. На его территории прогуливались мелкие лохматые существа, которых позже оса опознала, как собак. По периметру загона стояли два десятка деревянных будок, а в центре лежало несколько длинных корыт.

Перед фасадом основного здания торчала двойка вырезанных из дерева скульптур. Обе они изображали вооружённых гуманоидов, а одна также имела в составе своей композиции полноразмерную фигуру пса.

Посланник Господина спешился и пошагал к широким двустворчатым воротам, ведя скакуна сбоку от себя, за поводья. С другой стороны, за забором, у прохода уже кто-то стоял и ждал.

Член дворянского отряда постучал в воротину кулаком. Гуманоид внутри откупорил форточку проделанную в створке. Через это небольшое приёмное окошко они переговорили. По итогам диалога, недавно вернувшегося с охоты мужчину пустили во двор.

«Что за место такое интересное?» – задумался Фёдор – «Судя по загону с собаками, быть может, это псарня? Охотники ведь потеряли одного кудлатого дружка, когда тот угодил в яму с шипами. Вероятно, повелитель заказал себе пополнение в стаю породистых нюхачей.»

Объяснение выглядело приемлемым. Но насекомье сознание всё равно терзали смутные сомнения. Что-то незримое вселяло в голову жука необъяснимую тревогу, когда он смотрел на красивое высокое здание. Какая-то ускользнувшая от внимания деталь дёргала за струнки паучьего чутья, как у спайдермена, предвещая беду.

Оса опустилась чуть пониже и пристально осмотрела весь ограждённый двор. Вроде ничего примечательного…

Летунья опустилась ещё ниже и вновь обвела все постройки взглядом. Тогда-то у Фёдора и объяло душу морозным холодом.

Рога! Рога баранов! Они блестели! Те два козерога, что стояли привязанные перед амбаром – их завитые костные наросты на голове обвивала колючая проволока! А помимо неё, там же висели маленькие серебристые колокольчики!

Следующий взгляд осы пал на входную вывеску. С такой высоты её наконец можно было хорошо разглядеть. Инопланетные надписи оставались непонятны, но вот рисунок, говорил сам за себя. Гуманоид в толстом жипоне давил сапогом и одновременно протыкал копьём огромного жука.

При виде подобного зрелища у королевы сидящей в многих километрах отсюда случился приступ паники.

«Жуколовы! Жуколовы! Это их гильдия!» – вопил у себя в мыслях перерожденец. – «Здание полное сраных недостойных жизни ублюдков! Сжечь! Уничтожить! Растоптать! Всех до одного! Вместе с их погаными шавками!»

Пока управляющее сознание бесилось в порыве неистовой злобы, парящая в небе разведчица заметила на земле интересное событие. Из сарая на территории гильдии вышел гуманоид с сидящей у него на предплечьи птицей. Взгляд спокойного реконструктора был направлен ввысь и глядел точно на летающее насекомое.

В один лёгкий взмах мужчина запустил свою пташку с предплечья в полёт. Пернатый силуэт расправил крылья и неимоверно быстро устремился к осе.

«Что за нахрен!» – перепугался Фёдор – «А что, так можно было что ли⁈»

Прислужница Роя бросилась в ужасе улетать. Но домашний орёл-охотник методично её догонял, так что она видела его боковым зрением, совсем близко от себя. На голове у сапсанчика была надета милая шляпка, а на лапах болтались кожаные ремешки. Можно было бы умилиться, если бы эта тварь прямо сейчас, изо всех сил не пыталась расклевать слуге башку!

Оба летуна развили огромную скорость, а тем временем, дистанция между ними неумолимо сокращалась. Мыслительный центр предпринял крутой разворот в попытке оторваться. Хищных птах, в свою очередь, оказался не только быстр, но ещё и невероятно ловок. Ответным манёвром орёл зацепил когтями прозрачные крылышки и превратил их в рваные ошмётки.

Скорость осы мгновенно снизилась. Она враз стала прилагать много усилий, только чтобы не упасть вертикально вниз.

Соперник стабилизировал свой полёт, набрал высоты и набросился на разведчицу сверху. Дальнейший ход схватки выглядел, как кровожадная расправа над беззащитным жуком.

Ещё в воздухе сапсан до конца разодрал насекомьи крылья. Затем последовало жёсткое приземление в поле, а за ним, новый удар когтей, угодивший в левый глаз. Не теряя времени, боевая птица вонзила клюв в оставшийся зрительный орган и заодно расцарапала высунувшийся хоботок.

Жук попытался подняться и обрести твёрдую почву под лапами. Пока он это дел, орёл уже забрался глубоко в его голову и выковыривал мозги.

Фёдор не мог не заметить, что питомец жуколова натренирован особо эффективно расправляться с летучим подвидом слуг роя. Видимо, у него имелся большой опыт борьбы с осами. Оттого он и не оставил летунье ни малейшего шанса.

«Хьюстон, у нас проблема.» – подумал перерожденец – «Ищеек у гильдии полон двор. К тому же, на службе есть бешеные птицы-истребители. Сколько в основном здании живёт охотников гуманоидов и каких ещё животных они приручили не хочется и думать. Посланник от повелителя Белого Древа пришёл к жуколовам с срочным поручением, раз не дождался для визита утра, а попёрся поздним вечером, не отдыхая, после долгой дороги. Что-то подсказывает мне, что мы, ребята, крупно влипли. Время на подготовку к войне сегодня сильно сократилось…»

Глава 63

(часть 4)

Окружающие звуки дали глинотелу в сумке понимание, что гуманоиды за которыми ведётся слежка, добрались до водного потока. Постоянные повторения фразы «Глава Дэй Пюрата», доносящиеся отовсюду, прекратились. Раздался цокот подкованных копыт и когтистых лапок о каменное покрытие. Судя по журчанию воды внизу, всадники вошли на мост.

По нему они двигались ориентировочно, метров двадцать, после чего затормозили. Один из сопровождающих выкрикнул какую-то фразу. Ему ответил другой голос долетевший откуда-то сверху. Затем послышался гул раздвигающихся створок больших ворот. Дождавшись их открытия, знатные охотники тронулись с места.

И опять то тут, то там зазвучали разные тембры, произносящие единственное сочетание из трёх слов.

– Глава Дэй Пюрата.

– Глава Дэй Пюрата.

– Глава Дэй Пюрата.

И без обзора с высоты, Фёдор понял, что насекомыш попал в западный район. Тот самый, что располагался на правом берегу реки и был защищён со всех сторон частоколом. Также перерожденец заметил, что цокот копыт не прекратился, после схождения с моста на берег. Значит здешние улицы были выложены камнем, в отличии от левобережных.

Проходящие мимо гуманоиды обращались к членам прибывшего отряда с какими-то словами. Сопровождающие Господина активно отвечали им. В последствии между ними завязывались недолгие разговоры. В этих диалогах в основном царили дружеская атмосфера и задор.

Жуку-притворщику было не по себе. От десятков смертельных врагов его отделял лишь тонкий слой дублёной кожи.

По ощущениям, охотники преодолели метров сто от побережья, когда вновь остановились. До слуха слуги донёсся скрип створок ещё одних ворот. И тут же радостно закричал детский голос, резво залаяли псы, а двое взрослых синхронно произнесли: «Глава Дэй Пюрата.»

Козероги неторопливо вошли в открывшийся проход и встали на месте. Всадники начали спешиваться, в том числе мужчина неосознанно вёзший с собой насекомое.

«Ну вот мы и прибыли.» – подумал разум Роя – «Что же мне делать дальше? Также неподвижно лежать в сумке и надеяться на лучшее? Это может плохо кончится.»

Скакуна со спрятанным жуком куда-то повели. Параллельно, со спины ездового животного сняли часть вещей. Но ключевая сумка, вмещающая глинотела, пока оставалась нетронута.

Наступил самый рискованный момент операции. Троянский баран попал в логово врага. Теперь нужно незаметно выбраться и произвести разведку.

Фёдор не знал, стоит ли сейчас выглядывать и осматриваться. Рядом слышались голоса одного, двух… Трёх гуманоидов. Обращён ли их взор на сумку, вот в чём вопрос.

Через зазор, под клапан проникал тусклый вечерний свет. Когда он потускнел ещё больше, стало ясно, что козерога завели в помещение.

На следующей остановке появились знакомые чавкающие звуки. Барашек жадно поглощал воду, после долгого перехода. Мужские голоса продолжали разговаривать где-то рядом. К ним прибавилось блеяние парнокопытных, возникающее на разном удалении и с разных сторон. Неподалёку кто-то загребал лопатой с пола что-то вязкое. Со скрипом отворилась дверь, а потом также скрипуче закрылась, громко хлопнув в конце. Перерожденец догадался, что безрогого питомца по обыкновению привели в баранюшню.

Минуты через три с козерога начали снимать груз. Самое время было напрячься, ведь окно возможностей для насекомыша неотвратимо сужалось.

Кладь стягивали с поясницы скакуна одну за другой. Вот настала очередь и мешка с имитатором внутри. Его бесцеремонно бросили на что-то твёрдое, вроде стола, и в результате тело жука громко ударилось о деревянные доски.

Послышался голос произнёсший пару реплик с недовольной интонацией. Рядом встал гуманоид и принялся копошиться в сваленных на столе вещах. Скоро он поднял сумку с глинотелом и потряс её в воздухе.

«Плохи дела, очень плохи.» – только и подумал мыслительный центр.

Кожаный клапан откинулся. Четырёхпалая рука залезла в середину и прикоснулась к мягкому эпителию слуги Роя. Прозвучало слово сказанное с подозрительной интонацией. А дальше мужчина просто перевернул мешок вверх дном и стал энергично вытряхивать содержимое наружу.

Жук взял, да и выпал, оставаясь в форме продолговатой колбаски. В последний момент, он поменял цвет на мутно-коричневый, пытаясь сойти за что-нибудь неживое. Это возымело следующий эффект: реконструктор испуганно вскрикнул, а уже спустя мгновение загорланил на всю округу.

– И-и! Вархата и-и! Чика Вархата и-и!

Крайне оперативно гуманоид догадался с чем имеет дело. Видать раньше сталкивался с глинотелами и знал об их способностях.

Маленькому разведчику пришлось совершать акт отчаянного выживания. Так быстро, как мог, он принял телом специальное положение и демаскировал глаза, возвращая себе беспрепятсвенное зрение. Пока это происходило, бьющий тревогу баранюх успел подхватить со стола молоток.

Насекомыш резко выпрямил засунутый под торс, мышечный отросток и, тем самым, катапультировался вверх и в сторону. Мужчина в грязной рубахе со всего маху всадил металлический боёк в то место, где пол секунды назад сидел крохотный незванный гость. Доска столешницы треснула.

Шестилапый малыш угодил в огороженный загон и упал на пол покрытый влажной грязью. Склизная половая жижа пахла бараньими мочой и калом, сразу давая намёк на свой состав. К притворщику тут же прикоснулся чей-то мокрый нос. Подняв взгляд, он увидел короткошерстную овцу и мелкого ягнёнка, выглядывающего у неё из-за бока.

«Я не вкусный.» – мысленно обратился к животному Фёдор. Он воспользовался моментом и запрыгнул овце на морду, а оттуда уже забрался к ней на спину.

Взбешённый гуманоид впопыхах распахнул калитку и влетел в загон. Заметив жука, он подскочил к нему и занёс молоток для удара. Только потом он осознал, что бить по овце, значит испортить дорогое имущество, и опомнился.

Ну а притворщик оттолкнулся от шерстяной спины и катапультировался во второй раз. Теперь он запрыгнул в пустой загон, а преследующий его баранюх наткнулся на высокое заграждение, через которое у него не получилось сходу перелезть.

Здание баранюшни достигало метров пять в высоту и метров двадцать в длину. Прямо сейчас в нём работало по меньшей мере семеро гуманоидов. Большую часть площади занимали ограждённые секции для содержания разных парнокопытных. В вечернее время суток его озаряло несколько жировых ламп.

«Плохое освещение поможет мне скрыться.» – подметил перерожденец.

Имитатор шмыгнул под калитку, ускользая от взора реконструктора. Тот снова закричал, привлекая всеобщее внимание к возникшей проблеме. Коллеги, похоже не очень-то ему верили, раз не спешили помогать. Тогда мужчина надсадно завопил и зарычал, высказывая соратникам какие-то претензии. Не понятно, что он им сказал, но после последних аргументов баранюхи таки побросали свои дела и присоединились к поискам вторженца.

И вот уже семеро гуманоидов разбрелось по амбару, заглядывая в каждую секцию и исследуя каждый уголок. Одни были вооружены лопатами, другие вилами, и все они методично обыскивали загоны, тыкали в подозрительные предметы, выгребали сено из кормушек, обшаривали взглядом потолок, смотрели под столами и скамейками, выливали воду или высыпали зерно из вёдер.

Мелкий насекомыш оказался в ловушке, полной заклятых врагов. Когда они дойдут в до той области, где он притаился, было лишь вопросом времени. Началась игра в прятки не на жизнь, а на смерть. Управляющему сознанию срочно нужно было придумать такую маскировку, которую не смогут раскрыть.

В одной из секций на глаза глинотелу попалась неубранная куча дерьма. На неё можно было лечь и поменять цвет и форму, под стать говёной текстуре. Или вообще задержать дыхание и нырнуть в говно с головой.

В секции напротив, стоял большой баран со спиленными рогами. Фёдор вспомнил, как глинотелы инороя залезали в гортань козерогами и душили их. Быть может в пищеводе этого животного возможно переждать опасность. Только без удушения, чтобы не давать гуманоидам поводов проверять баранью глотку.

Время было на исходе, требовалось принимать жизненно важное решение. Главная дилемма состояла в том, что Федо-Рой ни разу не пробовал залезать глинотелом в парнокопытное. И он не знал, получится ли находится внутри козерога, попутно его не задушив. Нельзя идти на такой риск, не имея представлений о последствиях.

Насекомыш вошел в загон с кучей дерьма, забрался на мягкий бугорок, обрёл плоскую форму и попытался максимально достоверно воссоздать цвет зловонной субстанции.

«Лишний раз пачкаться реконструкторы не захотят. Я надеюсь…» – успокаивала себя королева.

Грюкнула металлическая задвижка, отъехала ветхая подгнившая створка, влетел какой-то источник света переносимый высоким прямоходящим существом. Слуга ничего не видел, потому как для пущей надёжности, спрятал зрительные органы.

О пол стукнуло что-то металлическое. По звуку было похоже на лопату.

Неизвестный гуманоид покрутился на месте, секунд пятнадцать. Затем подошёл к кучке дерьма и вставил в неё совок со стальной каймой. Попал он чётко в центр притворщика. Жучок зашипел бы от боли, если бы на то было дозволение матери. А так он молча стерпел пытку, продолжая притворяться куском особо плотного говна.

Баранюх нанёс ещё два удара штыком и немного поковырялся в бараньем кале, проверяя нет ли в нём кого-нибудь живого. Эти действия вогнали имитатора вглубь фекальной кучи, пробили ему кожу и рассекли мышечные ткани на спине. Поскольку слуга не шевелился и не подавал виду, что его ранили, гуманоид ничего не заподозрил и спокойно покинул секцию.

Глинотел остался внутри вязкой субстанции и пролежал там до тех пор, пока позволял запас кислорода в организме. Под слоем говна он не видел и не слышал, что происходит вокруг.

Когда насекомыш всё-таки выглянул, никаких блуждающих огней поблизости не оказалось. Все источники света стояли нерушимо, а голоса мужчин доносились с другого конца просторного помещения.

Баранюхи успокоились и вернулись к работе. Только один из них метался между загонами и, кажется, совал в пасти козерогам руку. Видать переживал, чтобы сбежавший глинотел не придушил королевского скакуна.

Притворщик выбрался на ровную поверхность и отряхнулся от липких ломтиков экскрементов. Дальше он тихонько забрался на заграждение и из-под прикрытия мрака осмотрел зал. На улицу отсюда вёл один просторный проход. Путь к нему преграждало семеро вражеских прислужников, а подспорьем им выступали три коптящие лампы.

«Вот тебе и стелс-миссия в реальной жизни.» – подумал человек.

Жучок подполз к вертикальной опоре, подпирающей крышу и медленно покарабкался по ней вверх. Приходилось очень аккуратно впиваться коготками в древесину, чтобы лишний раз не закряхтеть. Зато, когда какой-нибудь барашек решал пошуметь, насекомыш обхватывал столб отростками и умудрялся сделать рывок.

Так глинотел забрался на горизонтальную кровельную балку, тянущуюся вдоль всей крыши. Уже по ней он пополз по направлению к выходу. Гибкое тельце вытянулось и сплющилось, чтобы его не было видно снизу и с боков.

Освещённые участки маршрута были самыми опасными. Любое движение, попавшее под прямые лучи, могло отбросить подвижную тень. Пробираясь напротив ламп, слуга Роя особенно замедлялся и действовал предельно аккуратно.

Бараны прибывшего отряда были успешно размещены и накормлены, поэтому четверо мужчин покинули баранюшню. Осталось трое дежурных наводящих порядок.

Маленький шпион достиг фронтона здания с внутренней стороны. До проёма в стене отсюда было где-то полметра. Дабы вылезти наружу, требовалось ненадолго показаться у всех на виду.

Крошка-жук стал следить за каждым из трёх гуманоидов. Его задачей было подловить момент, когда они все вместе отвернутся от прохода. Пришлось выжидать несколько минут…

И вот, нужная расстановка, кажется, натсупила. Лишь один враг не очень сподручно стоял боком, из-за чего мог засечь движение боковым зрением. Глинотел сполз с балки на вертикальную деревянную поверхность, а по ней спустился до рамы входных ворот. При этом его коготки предательски громко заскрежетали. Слуга бросил быстрый взгляд на гуманоидов, но те никак не отреагировали. Можно было уменьшить панику, но ни в коем случае не медлить.

Как раз кстати снаружи зашумел сильный порыв ветра. Под его маскировкой притворщик принялся исполнять самый сложный трюк: перелезание на обратную сторону фронтона, через притолоку. В теории, на такое было способно только насекомое. Благо глинотел им и являлся.

Цепляясь всеми шестью лапами, как в последний раз, жучок поглубже вгонял когти в верхнюю перемычку рамы. Многофункциональные мышечные отростки в этой ситуации, к сожалению, были бесполезны. Смотреть на гуманоидов, не смотрят ли они на него, глинотел не мог. Тогда бы сместился центр тяжести и конечности не выдержали бы нагрузки.

Бесконечно долгие пятнадцать секунд имитатор совершал этот умопомрачительный акробатический приём. Удивительно, но за этот промежуток, ни один баранюх в сторону входа не посмотрел.

Фёдор окончательно выдохнул, оказавшись на вертикальной поверхности снаружи. А зря. Откуда-то сбоку донёсся выкрик.

– Чиката Вархата!

Насекомыш обернулся и увидел в центре широкого двора стражника с луком в руках. Тот в спешке подготавливал своё оружие к стрельбе. Глинотел торопливо полез вверх, на скат крыши. На зов лучника из баранюшни выскочил один прислужник. Заметив, куда смотрит его собрат, он тоже поднял взгляд на фронтон и обнаружил вторгшегося шпиона. Ещё прежде, чем произошёл выстрел из лука, баранюх где-то подобрал ржавую подкову и метнул её в притворщика. Снаряд попал точно в цель и жёстко приложил и без того раненого слугу Роя. Шестилапый малыш едва удержался от того, чтобы сорваться вниз. В довесок, рядом, в дощатую стену вонзилась стрела, промазав на каких-то пару сантиметров.

Второй бросок и второй выстрел гуманоиды сделать не успели, потому что вторженец добрался до кровли и ушёл с линии огня. С конька амбара открывался хороший вид, так что мыслительный центр наконец мог оценить место, в которое проник.

Насекомыш находился на территории прилегающей к большому деревянному дворцу. Всю её огораживал высокий мощный забор из сруба, вполне способный сойти за фортификационное сооружение. Баранюшня стояла обособленно. Слева от неё виднелись ворота, через которые, скорее всего, въехала процессия, а справа возвышался комплекс огромных зданий, по три-пять этажей. Их углы и оконные рамы украшал резной декор, а на самом верху, с торца крыши можно было увидеть установленные деревянные статуэтки животных. В них управляющее сознание узнало: хамелеонового лиса, ежа-корги, льволка, трёхрогую козу и даже громадную массивную тушу медведя-горбуна, правда, изготовленную не в натуральную величину.

Сам дворец представлял из себя слияние пяти или шести прямоугольных корпусов с парой торчащих вверх башен. Рядом с ним стоял продолговатый дом поменьше, с которым он соединялся крытым воздушными мостом на опорах. В мощённом камнем дворе располагался колодец и двойка мелких сараев. На определенных промежутках, вдоль забора стояли примитивные наблюдательные вышки. Сейчас они пустовали.