Текст книги "Конан и ритуал Луны"

Автор книги: Ник Харрис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

– Чей это замок?

– Нашего светлейшего хозяина, всемилостивейшего повелителя Кушуха.

– Что? – воскликнул Конан. – Ты сказал – Кушуха?!

– Да, так зовут нашего повелителя, – поклонился крестьянин.

– Скажи, – Конан решил сильно не пугать бедного человека, – скажи, когда построен этот замок?

– Господин, видно приехал издалека… – остро глянул крестьянин. – Этот замок начали строить год назад и теперь почти закончили. Небывалое дело – построить замок за год! Но господин наш так богат и могуществен… На строительство было собрано столько народу… Сейчас осталось лишь обустроить внутренние помещения, но господин уже живет в северной башне. Говорят, там такая роскошь!

– То есть, как – год назад? Три дня тому, я проезжал этой дорогой! Никакого замка… – Что-то было не так, и Конан это понял сразу, как только увидел крепость. И только теперь окончательно убедился – прошел ровно год!.. Его не было год! Не один день – год! Пока он был в призрачном замке – тут прошел год! Кушух за это время сумел воздвигнуть замок. Стал господином! Окружил себя неприступными стенами. Приказал называть себя повелителем!

– В северной башне, говоришь?.. – пробормотал он, скорее себе, но крестьянин услышал.

– В восточной части замка не достроена стена, – тихо сказал он, – там проще перелезть, хотя и ходят часовые. А в саму башню ведет подземный ход из колодца, что в ста шагах к югу. Я его строил. Всех строителей Кушух убил… и моего сына… а меня, видно, просто забыл. Я работал там непостоянно… – В глазах крестьянина стояли слезы.

Конан запустил руку в кошель и вынул горсть алмазов.

– Возьми, отец… сына это не вернет, но поможет тебе жить.

– Убей его, воин! – выкрикнул крестьянин. – Убей! Убей…

– Убью, – твердо сказал Конан, – отомщу за твоего сына… и за все остальное.

* * *

Ароматный дым поднимался из чаши, вокруг которой танцевали полуобнаженные красавицы. Развешенное по стенам оружие поражало великолепием отделки и величиной драгоценных каменьев на эфесах. Громадные телохранители, с ятаганами наголо, и ростом, и сложением, не уступавшие хозяину, застыли в дверях черными статуями.

Но тревожно было на душе у Кушуха. Сердце сжималось, чувствовало приближающуюся опасность. Весь год прожил он спокойно, уверенный в том, что Конан, надежно закрытый в пещере, погиб. Но два дня назад перестала радовать его роскошь, перестали привлекать прекрасные тела юных танцовщиц, перестала доставлять удовольствие власть. Он чувствовал – Конан остался в живых. Конан выбрался из ловушки. Конан придет, чтобы отомстить, и месть его будет ужасна.

И ворочался ночью на мягкой кровати немедиец, и не сон объял его, а некая дрема, когда сновидения причудливо переплетаются с реальностью, когда, зная, что спишь – видишь, будто идешь; зная, что ты дома – видишь себя в призрачном замке.

И видел Кушух: бежит он по лестнице, захлопнув двери сокровищницы, оставив там Конана, – бежит, а за ним следом несется, догоняя его, что-то непостижимо страшное. Неуловимое, непонятное. Вот-вот догонит, схватит… И тогда судьба его будет хуже смерти. Оледенеет он в вечном замогильном бдении, и вечно – вечно – будет убегать от своего ужаса по нескончаемой лестнице в этом страшном, мрачном подземелье…

А ноги становятся все тяжелее… А сумка с сокровищами давит на плечи неимоверным грузом – тяжелее, чем мешок, наполненный булыжниками, тяжелее, чем отрубленные головы тех, кого он убил – крестьян, знавших про подземный ход. Про его надежду, про его последнюю возможность спастись, ибо, когда придет киммериец – не остановят его ни стены, ни двери, ни телохранители…

Кушух проснулся в холодном поту и увидел, что киммериец стоит с мечом в руке перед его ложем. Хотел закричать предатель, – но только хрип вылетел из его горла.

– Возьми любое оружие, – спокойно сказал Конан, – я не хочу убивать безоружного.

Непослушными руками снял Кушух со стены самый тяжелый ятаган. Взвесил в руке. Оттягивая момент схватки, хотел что-то спросить, но варвар покачал головой и приготовился к бою. И весь страх, вся ненависть, все напряжение последних дней выплеснулось в дикой атаке немедийца. Его ятаган раз за разом наносил страшные удары, в которые он вкладывал всю свою силу. Отступив на шаг, Конан, неожиданно для себя, применил тактику убитого им зорга. Конечно, действовать мечом с такой быстротой, как Ишанатан орудовал саблей, было невозможно, но это и не требовалось. Мощные удары ятагана разбивались о сверкающий кокон, которым окружил себя киммериец. Затем Конан сделал скользящий шаг вперед, – и тело Кушуха, разрубленное на несколько кусков, грузно осело на ковер, пропитав его кровью. Черной кровью предателя.

* * *

– Интересно, кто-нибудь достроит этот замок? – в раздумье пробурчал Конан, оглянувшись на темнеющую громаду. Вряд ли… Скорее всего, его теперь разберут по камешкам окрестные жители. Построят себе хорошие, прочные дома. И правильно! А я, как-никак, целый год не пробовал вина, не держал в объятиях красивых женщин! Нужно поторопиться!

И Конан направился в Шадизар, где, как он помнил, в одной таверне было отменное вино и лучше в Заморе красотки.