Текст книги "Кудрявый сезон (СИ)"

Автор книги: Нигера Анивелл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

13

Ник

Мне нравилось ее злить, вызывать на эмоции.

Я будто нашел один единственный, хоть и извращенный способ, который позволял нам с ней контактировать. Хотя, вначале я пытался с ней поладить, раз уж судьба нас так тесно свела, связав семейными узами, но она все время выпускала свои шипы, либо просто игнорировала. Я мог также, как и она включить тактику игнорирования, но не хотел. Вот и пришлось искать иной способ взаимодействия и общаться на языке, который, судя по всему, был ей ближе всего.

– Ты кто? – выходя из квартиры, я обнаружил парня, который стоял возле нашей двери и, судя по всему, пытался попасть внутрь.

– Я к Нике, – уверенным тоном ответил он.

– Кажется, я спросил тебя «ты кто»?

– Я одноклассник Ники, Вася, – голос его слегка переменился и стал тихим. Кажется, его запал потихоньку начинал спадать.

– А чего приперся? – уже не сдерживая своего раздражения, спросил я его, повышая тон.

– Нууу, я. А Ника дома? Я зайду?

– Нет, ты не зайдешь. Разворачивайся и вали отсюда.

Я зашел обратно домой, захлопнув перед самым его наглым носом дверь.

– Да, хорошо, я сейчас тебя пущу, – услышал я голос Ники, которая спускалась со второго этажа и, судя по всему, говорила по телефону с этим самым Васей.

– Нет, ты его не пустишь. Это что за не санкционированные действия? Я что разрешал домой звать гостей? – прервал я ее разговор.

– А ты кто такой, чтобы я твоего разрешения спрашивала, а?

Она пыталась пройти мимо меня в сторону входной двери, но я ее остановил, схватив за локоть.

– Чего он пришел? Это что за посиделки тут такие намечались?

– Какие посиделки? Просто Вася хорошо разбирается в математике, а ее совсем не понимаю, вот и попросила со мной позаниматься, объяснить мне некоторые моменты. И что я вообще тут перед тобой отчитываюсь? – уже повысив голос и не сдерживая своего раздражения, выпалила Кудряшка.

– Правильно! ТЫ будешь передо мной отчитываться.

– С чего вдруг?

– Потому что ты живешь в моем доме, и я не позволю всякому сброду шастать тут как у себя дома.

– Ты здоров вообще, Ник?

Когда я слышал, как она обращалась ко мне по имени, мое сердце начинало трепетать. Я так редко от нее это слышу. Я уже привык быть для нее

«козлом»

«придурком»

«мудаком»и еще много кем.

– Ты знаешь вообще, что этим парням от тебя нужно? Ходят тут под предлогом, типа домашку сделать, ага, знаем мы все про их домашки.

– Не мерь всех по себе, хорошо? Только тебе могло такое в голову прийти. Ну, хотя да, кому еще? Только ТЕБЕ и могло такое прийти в голову. Ты же о себе и говоришь. Это твои мысли вечно заняты озабоченными фантазиями. А Вася очень приличный парень, если ты не заметил.

– Да, ты что? Все мы животные, уж парни и подавно. Вообще верить никому нельзя. А я, к тому же, за тебя отвечаю. Поэтому пока мы тут одни, будет так, как я скажу. Приедет твоя мать, там и решайте, Васи будут тут ходить или кто еще, поняла меня?.. Знаешь, была у меня одноклассница. В прошлом году похоронили. А знаешь, что с ней случилось? Знаешь? А я тебе расскажу. Ее парень вместе со своими друзьями изнасиловали ее и убили, чтобы не проболталась. Так нет, им этого было мало. Они ее расчленили, а после ее остатки сожгли вместе с баней. Отец ее по сережке только смог опознать. Хоронили ее воооот в таком малюсеньком гробу, – показывал я ей руками размер того самого гроба, – потому что от нее совсем ничего не осталось. Ты слишком доверчивая, наивная, я это уже давно понял. Еще вечно лезешь, куда не просят, нарываешься. Я тебя жизни учу, ведь ты же совсем ее не знаешь, дуреха.

– Ник, вот честно, ты драматизируешь. Я просто хотела сделать математику с одноклассником, не более.

– Ага, сегодня домашка, а завтра что? Потрогай меня здесь, а еще тут и тут?

– Ха-ха. Тебе идет роль отца. Прям так и представила тебя, как ты будешь отчитывать своих детей, читать им нотации. А все почему? Потому что у самого рыльца в пушку. Как там говорят? Каждый думает в меру своей испорченности? Ладно, на сегодня хватит проповедей, я утомилась.

– Так… Ты куда пошла?

– Подальше от тебя. Тебе бы психологу показаться со своей манией и проработать доверие к миру. Тошно от твоих зловещих представлениях о нем... Я не говорю, что в жизни есть только свет и добро, наоборот, мир многополярен. Но точно он не такой, каким ты себе его представляешь, с одного ракурса, жутким. Тебя послушать, жить перехочется.

– Пусть так, но ты никуда не пойдешь. Не сегодня уж точно.

– Да, еще с темой границ неплохо было бы тебе разобраться. Не тебе уж точно решать за меня, что мне делать, что не делать, что можно, что нельзя...

Я схватил ее сзади, не дав ей договорить, и поволок на второй этаж в ее комнату.

Скинул ее на кровать, и пока она в недоумении смотрела на меня, я подошел и прижал ее к кровати, так сильно, что есть мочи.

– Ты в своем уме? Ты что делаешь? – трепетала она, пытаясь вырваться.

– Хочу с тобой развлечься…

Я прижался к ней еще сильнее, сдавливая ее руки в кровать, полностью обездвижив ее. Потом я сделал то, что хотел сделать давно, если уж быть честным. Просто вцепился в ее губы своими.

К тому моменту она уже не могла сопротивляться телом, но еще могла активно мотать головой, что она и делала, чтобы хоть как-то дать отпор мне. Но я продолжал настаивать на своем, впиваясь в ее мягкие и сладкие губы, что в какой-то момент она сдалась, более того, начала отвечать на мой поцелуй, хоть и не умело.

В этот момент я понял, что мой план пошел не по намеченному пути, потому что я продолжал ее целовать и не мог остановиться. Когда я осмыслил, что я уже не на шутку завелся, я себя остановил. Оторвался от нее, встал с кровати. Не мог на нее смотреть, просто пытался для начала отдышаться, чтобы успокоиться, а уже после устроить для нее показательную порку, которую я изначально, а если быть точнее, вдруг, минут пять назад запланировал.

– Вот, а говоришь… Смотри как легко ты повелась на меня. Еще немного и я бы уж имел то, что хотел. А что я хотел? Давайте-ка подумаем, – иронизировал я, вылавливая ее потерянный взгляд на себе, – просто трахнуть тебя, глупышка. Просто трахнуть. А ты, смотрю, была совсем не против. И какого тебе сейчас? Кого ты сейчас ненавидишь больше всего? Себя или меня? И что там с твоим миром? Пони до сих пор пасутся на твоей лужайке?

Договорив, я выскочил из ее комнаты, и пошел в свою.

Ходил по комнате взад-вперед. Злился почему-то. Представление, которое я устроил в ее комнате, должно было вывести ее, а не меня.

А еще эти губы… Этот поцелуй. Будто никогда не целовал женщин и не знал, какие они на вкус. Так, с чего вдруг, я до сих пор вспоминаю этот эпизод.

Отгонял от себя все непрошенные мысли.

И чего я и вправду так. Это ее жизнь, пусть делает, что хочет. Да хоть со всей школой встречается и спит.

От этой мысли неожиданно кольнуло в груди.

Либо я слишком серьезно воспринял фразу отца, который сказал, что я сейчас ей как старший брат и должен ее оберегать. Не переборщил ли я с этой ролью? Или что? Я не совсем понимал, что со мной происходило.

Куда она там меня отправляла? К мозгоправу? Может, и вправду стоит прислушаться к ее совету. Эта мысль заставила меня улыбнуться, от чего я немного успокоился. Собрался с мыслями, взял себя снова в руки и решил идти по делам, которые меня уже обождались, судя по не умолкающему телефону.

Визуализация. Ника

14

Ника

«Кого ты сейчас ненавидишь больше всего? Себя или меня?» – продолжали звучать его слова в моей голове так громко, что казалось, она сейчас треснет.

Я осталась лежать в том же положении, что он меня и оставил, и чувствовала, как мои губы до сих пор обжигают прикосновения его губ.

Я дотронулась до них пальцами. На ощупь они мне показались больше, чем прежде, немного припухлыми и продолжали гореть.

Я трогала их, вновь окунаясь в те минуты, когда он их касался. Он украл мой первый поцелуй, первый взрослый поцелуй.

Нет, я конечно до этого целовалась, но это были невинные, целомудренные поцелуи, и те только с одним мальчиком.

Мы жили по соседству, наши родители дружили и часто проводили время вместе. Вот собственно мы и находили, чем заняться, когда родители устраивали домашние посиделки. Хотя это было так давно, еще в раннем детстве, когда дети только-только начинают познавать этот мир, экпериментируя. Мы, кстати, до сих пор с ним дружим.

Голова была перегружена мыслями, что по итогу дала сбой и разболелась. Я не сразу сообразила, что нужно позвонить Васе и извиниться, как минимум, за поведение этого недоумка, кто мнил из себя пупом Земли.

Еле доползаю до своего телефона и набираю номер Васи.

– Вася, привет еще раз. Ты прости, что так вышло, – не дожидаясь его ответа, щебечу я, чувствуя свою вину. – Ник полный придурок, ты же знаешь. Прости, что подвела тебя. Время твое только зря отняла. Мне очень неудобно перед тобой.

– Да, ничего страшного... Я уж все сам понял, и просто ушел. А он всегда такой? Я просто никогда с ним не общался лично…

– Оххх, – обреченно вздохнула я, – лучше не спрашивай. Увидимся тогда в школе. Я себя что-то плохо чувствую, пойду, прилягу. Прости еще раз.

– Да, конечно, хорошо. Все, нормально, Ника. Пока.

– Пока, Вася.

Я порылась в аптечке, отыскала таблетки, закинула в себя сразу пару штук, и упала в кровать, прежде задвинув шторы, чтобы скрыться от дневного света.

Не знаю, сколько по итогу я проспала, но раздвинув шторы обратно, увидела, что на улице уже были сумерки.

Я села на край кровати, продолжая пребывать в полусонном бреду, пытаясь собрать себя в кучу, чтобы выйти из комнаты и хотя бы перекусить, сходить в душ и сесть за домашние задания, к которым я еще после школы не успела приступить.

Для начала я все же решила сходить в душ, чтобы взбодриться. Выбралась из своей комнаты и пошла в сторону ванной. Подергав ручку, поняла, что она занята. Наверно, Ник, кто же еще. Долго не думая, я спустилась вниз, в ванную комнату, которая была в гостевой.

Я провела в душе чуть дольше обычного. Это мне помогло. Кажется, ко мне снова вернулась воля к жизни.

После душа я сразу направилась на кухню. Сюзанны уже не было, а в квартире стояла мертвецкая тишина. Я сделала себе пару бутербродов, но решила, что поем у себя в комнате. Собрав на подносе что-то похожее на легкий ужин, я пошла к себе.

Поднимаясь по лестнице, и уже оказавшись одной ногой на этаже, я столкнулась в полуголой барышней. Ну как полуголой, вокруг ее тела было обмотано полотенце Ника.

– Ой, привет. Ты, наверно, сестренка Ника? Я Элана, – немного растерявшись, обратилась она ко мне.

Ее растерянность меня, если честно, слегка озадачила, потому что от нее за версту веяло какой-то уверенностью. Вся ее внешность так и кричала о том, что она Богиня, как минимум. Я засмотрелась на ее прекрасные черты лица, она была, действительно, неписанной красоты.

– Угу… – начала я, когда заставила, наконец, перестать глазеть на нее как дикая. Но не успела я что-то еще сказать, как из комнаты Ника вышел он сам.

– Ты чего так долго, я уже заждался тебя, – с этими словами он окольцевал ее вокруг талии, и начал целовать в шею, полностью игнорируя меня, будто меня здесь и вовсе не было.

– Ну, Ниииик…, – протянула она сладко своим бархатным голосом.

Я встала как вкопанная, наблюдая за происходящим. И только, когда они, наконец, исчезли за дверью его комнаты, я заторопилась в свою.

Оказавшись у себя, я поспешила поставить поднос с едой на стол, потому что почувствовала себя дурно. В области груди так сильно жгло, будто кислород перестал поступать в легкие. Я подошла к окну, чтобы открыть его и впустить воздух в помещение. Делала глубокие вдохи через нос и медленные выдохи через рот. Грудная клетка, которая ходила ходуном, немного начала успокаиваться. Я почувствовала легкое головокружение, прежде чем плюхнуться на кровать. Просто легла и замерла.

В груди продолжало покалывать. Мне было нестерпимо больно. Я почувствовала себя одинокой и брошенной, помнится мне, как и в тот день, когда не стало папы.

Вспомнив о нем, я уже не могла себя сдерживать.

Просто уткнулась в подушку и разревелась.

15

Ник

Я спускался по лестнице, когда услышал голоса Ники и Сюзанны.

– Спасибо, Сюзанна, но я уже перекусила. Мне пора. Хорошего Вам дня.

– Так, когда же ты успела-то перекусить, такая рань на дворе.

– Я пойду, спасибо.

– А что тут происходит? Доброе утро, – вклинился я в их разговор.

– Доброе утро, Никита. Садись, завтрак уже готов, – позвала меня Сюзанна. – Ника уже убегает, так что будешь один есть.

– А чего это ты? – обратился я к ней.

– Ладно, пока, – бросает мне сухо в ответ, но на меня не смотрит.

– Так, погоди. Вместе поедем. Да и куда ты так рано? – пытался я ее остановить.

Она ничего не сказав, молча, выходит из квартиры.

– Ну, как знаешь, – буркнул я себе под нос обреченно. – Ну, что тут у нас? А запах-то какой! Как можно отказываться от твоих божественных блюд, Сюзанна, скажи? – подмигнул я ей и начал свою утреннюю трапезу. Мою привычку плотно завтракать никогда и никто не изменит.

– Чтооо ты сделал? – уже в школе Тим устроил мне допрос с пристрастиями. – Ты же никогда никого не зовешь домой. С чего вдруг Элана удостоилась такой чести?

– Ну, а что? Все нам по отелям шастать, когда есть огромная квартира, которая полностью в моем распоряжении.

– Ник, что-то я тебе не верю. Колись!

– Ты чего пристал? Просто позвал и все тут.

– Ага. Просто. Может, у тебя какие на нее планы наметились?

– Успокойся ты! Какие планы?

Мы с Эланой два одиноких волк и волчица. На отношения мы не подписывались. Всех все устраивает. Мне это в ней и нравится. Не выносит мозг, не устраивает истерики, не пытается метить территорию. С ней все просто и легко. Никто никому ничего не должен и нет никаких обид. Мне только это и нужно. Да, и сейчас мне нет смысла с кем-то притираться. Уже через чуть больше полугода я уеду в Москву, и начнется новый виток моей жизни уже в другой столице.

– Раз сегодня тренировку отменили, пойду, встречусь после школы с Мирой. Давно не виделись... Чет даже соскучился.

– Ник, не смеши меня. Соскучился… А напомни мне, пожалуйста, кто такая Мира? Это которая с татуировками или любительница чулков? Я просто запутался в твоих девчонках.

– Не придумывай. Будто у меня их так много.

– Ну, судя по тому, что ты рассказываешь… Ты хотя бы перерывы небольшие между пассиями делал… Вчера одна, сегодня другая, – все не унимался Тим.

– Да, так получилось. Мира только сегодня может. Да и мы просто погуляем с ней, посидим где-нибудь, перекусим. Нужно же как-то связь поддерживать с человеком, чтобы она не сорвалась с крючка. А такое возможно, если слишком долго отсутствовать. Мотай на ус, школота! – растормошил я шевелюру Тима. – А вообще мне вчерашнего хватило. Элана все соки выжила из меня. Не женщина, а огонь! Поэтому я сегодня, как порядочный евнух, просто свожу девчонку пообедать. Можно? Вы мне позволите, сэр? – ерничал я, строя гримасы.

– Ой, вали уже отсюда! – толкнул меня, шутя, Тима в грудь и испарился.

– Ник! Привет. Думала, уже не увидимся с тобой больше. Совсем пропал.

– Здравствуй, дорогая, – я потянулся к ней, чтобы поцеловать. – Это я пропал? Это ты у нас вечно вся в делах. Совсем тебя поглотила университетская жизнь, гляжу, – я продолжал стоять, прислонившись к машине, припарковавшись у универа, где училась Мирослова. – Может, поедим для начала? Голоден как черт. Я только со школы.

– Когда ты говоришь «школа», у меня складывается ощущение, что я занимаюсь совращением малолетних, – засмеялась она, запрыгивая ко мне в машину. Мне нравилась ее улыбка. Я млел.

– Ну, можешь фантазировать, раз тебя это заводит.

– Фу, Ник, я же пошутила.

– Я тоже.

Мы остановились в китайском ресторанчике на Ваське. Я просто обожаю это место, поэтому ничего другого не придумал, как везти ее в свой район. Вроде как думал, что сегодня с меня просто ужин, а после когда увидел ее заводные чулочки, понял, что кажется, только одним ужином мы сегодня не обойдемся. Да и Мира, явно, рассчитывала на большее. Так и дразнила, как бы ненароком время от времени касаясь частей моего тела.

Порции в этом ресторане были огромные. Одно блюдо можно было спокойно делить на большую компанию. Мира была здесь в первые, я ей стал советовать, что бы она могла попробовать.

– Ой, лягушки тут прекрасны. Если ты ешь куриное мясо, то их собственно ничем и не отличить. Я бы взял. Панировка шикарная. Смотри… Можешь взять свинину в кисло-сладком соусе. Она маленькими кусочками подается. Либо утку, кстати, ее тут тоже хорошо готовят.

Так, я продолжал листать меню, уже весь, давясь слюной, как вдруг чей-то голос меня окликнул.

– Ник, привет! – Я не сразу понял, кто ко мне обращается, так как полностью был погружен в чтение меню.

Я поднял голову. И какого было мое удивление, когда я увидел ЕЕ. Вначале я подумал, что словил галлюцинации. Но нет. Возле нашего столика рисовалась Кудряшка собственной персоной. Чего? С утра не разговаривала со мной, а тут «привет»?

– Привет, Ника, – чуть растерявшись, ответил я ей.

– А где Элана? Я думала, ты с ней.

– Элана? – удивился я.

– Элана? – подхватила Мира.

– Ну, да, его девушка, – обратилась она к Мире. – Кстати, скажи, что она вчера забыла у нас свою цепочку в ванной. Видимо, когда принимала душ, сняла, – это она уже говорила мне.

– А ты кто? – вдруг вмешалась Мира.

– Рада знакомству, я Ника, сестренка Ника. Ник-Ника, у родителей вообще напрочь отсутствует фантазия, – натягивая фальшивую улыбку, наигранно произнесла она.

– Не знала, что у тебя есть сестренка. Ты вроде говорил, что один в семье...

– Н-ну, это долгая история…– терялся я еще больше, удивляясь театральности Ники.

– Ну, я тогда пошла. Я просто думала, что ты с Эланой, вот подошла поздороваться. Не буду вам мешать. Увидимся дома, братик, – похлопала она мне по плечу и отошла от нашего стола.

Я смотрел ей в след, провожая ее взглядом до самой двери. Вдруг она повернулась в мою сторону и подмигнула мне, ехидно, при этом, улыбаясь, и исчезла.

Вот же чертовка!

Я пытался делать вид, что ничего не произошло, и продолжал дальше листать меню. Но, кажется, не прокатило.

– У тебя есть девушка? – вдруг разорвала тишину Мира.

– Пф, глупая девчонка, несет какую-то чушь. Нет у меня никого, ты же знаешь, – также, не поднимая глаз с меню, ответил я, пытаясь выказать равнодушие.

– А с чего ей тогда такое говорить?

– Да, просто злится на меня, наверно, за что-то. Кто разберет этих малолеток? Знаешь, такое бывает между братьями и сестрами. Не бери в голову.

Мира, конечно, понимала, что я явно не храню ей верность. Но одно дело просто фантазировать на эту тему, другое дело быть в курсе, что есть кто-то еще. Тем более, в отличии от Эланы, Мира как раз таки всегда хотела нечто большего, чем просто секс. Хоть я и с самого начала был с ней честен, но она, видимо, тешила себя какой-то надеждой, судя по ее реакции сейчас.

– Слушай, – продолжил я, понимая неизбежность этого разговора и желая быть и дальше честным, – мы с тобой прекрасно проводим время, к чему эти выяснения отношений? Кажется, когда-то ты согласилась с тем, что мы с тобой просто хорошо проводим время. Ты мне нравишься, я тебе говорил это, но не более. Я не хочу отношений в том смысле, в котором ты могла бы предполагать, тем более, сейчас, когда я скоро уеду из этого города, – как же я был жалок в этот момент, и вместе со мной все мои оправдания.

– Да, я поняла. Пожалуй, я пойду, Ник…

– В смысле?

– Я сама виновата, что напридумала себе того, чего нет. Сама поверила, сама обиделась, как говорится. Спасибо за ужин… Ну, в смысле за компанию...

– Мира, ты сейчас серьезно? Вот так вот просто?

– Не звони мне больше, хорошо? Пока, Ник.

– Оу…ну ок. Пока… – я понимал, что удерживать ее сейчас нет смысла, да и не хотел, потому что не желал мусолить эту тему по второму и десятому кругу, и уже тем более продолжать оправдываться и того хуже врать в попытке смягчить удар, под который я ее подставил.

Зашибись. Вот же Ника чертовка маленькая. Я начал улыбаться про себя, вспоминая то шоу, которое она тут устроила. И в какую игру ты решила поиграть со мной?

Оказавшись дома, я сразу же помчался в сторону ее комнаты. Не постучался, а просто ворвался.

Она сидела за своим столом и, видимо, из-за наушников совсем не слышала, что я зашел.

Я подошел к ней и тронул ее за плечо. Она резко дернулась, видимо, от неожиданности испугавшись, и повернулась.

– Поговорим?

– Что? – переспросила она, снимая наушники.

– Поговорим?

– О чем?

– О том, что было в ресторане.

– А что было?

– Не правильный ответ. Выключай дурочку.

– Реально не понимаю, о чем ты, – с каменным выражением лица она продолжает на меня смотреть, а после встает со стула и идет в сторону окна.

Я хватаю ее за локоть и прижимаю к себе.

– Во что бы ты не игралась, тебе меня не переиграть, ты же понимаешь это, кудрявая мелюзга?

– Да? – с этими словами Ника начала поглаживать мое лицо тыльной стороной своей ладони..

– Ты что делаешь?..

– У тебя такая нежная кожа, Ник… – она продолжала спускаться, играючи, пальцами по шее, потом притянулась ближе и вдохнула мой аромат, коснувшись кончиком своего носа кожу в области ключицы.

Я совсем растерялся. И стоял как вкопанный, просто наблюдая за тем, что происходит.

Она меня обняла и положила свою голову мне на грудь. Я продолжал озадаченно стоять, не проронив ни слова.

После она взяла мои руки, и укуталась лицом в мои ладони. Мои пальцы рефлекторно начали поглаживать кожу, которую они касались. Такая нежная. Не совру, если скажу, что как кожа персика, ну, правда, без лишнего ворса.

После, оторвав мои руки от своего лица, она повела меня к своей кровати. Я просто шел за ней, любопытство меня распирало.

Вдруг Ника толкнула меня и я, подыгрывая ей, упал на ее кровать. Хочешь поиграться? Ну, давай. Я привстал на локти, и продолжал за ней наблюдать.

Она села на меня сверху, и продолжила свои пытки. Я говорю пытки, потому что в какой-то момент я понял, что завелся, чай не железный, хотя всю дорогу думал, что контролирую ситуацию.

Вот так просто? Из-за нескольких касаний. Ник, ты теряешь хватку. С НЕЙ.

Я присел, чтобы скрыть возникшую неловкость. Она продолжала оставаться на мне в позе наездницы, поглаживая то мои волосы, то шею, то плечи.

В какой-то момент она потянулась к моим губам и коснулась их своими. Она целовала меня нежно, с трепетом, и во всем этом чувствовалась ее неопытность. Но мне это нравилось.

Еще немного и я уже не мог сдерживаться. Просто вцепился в ее губы и стал жадно их целовать, а она отвечала с той же жадностью. С каждым разом она делала это увереннее и увереннее, что еще больше меня заводило.

Вдруг она оторвалась от меня, а я, не насладившись этим моментом, просто пытался ее притянуть к себе обратно. Но она вдруг встала с меня и отошла в сторону стола.

– А говорил, что я тебя не переиграю, – улыбнулась она покрасневшими от поцелуя губами. – Такими темпами ученик скоро превзойдет своего учителя.

– Что? – истеричный смех неожиданно вырвался из меня.

– А ты, я смотрю, тоже легко ведешься, – продолжала она. – Как там говорят? Слаб на передок? – улыбка не сходила с ее лица. – Я жалела этих дурех, с которыми ты водишься, а может все же стоит тебя пожалеть? Это же еще вопрос, правда? Кто кого использует? Может, все-таки ты не так крут и это они все тобой пользуются, а не наоборот.

– Маленькая ты еще. Глупая, – меня искренне забавляли ее размышления. – Ладно, если ты закончила толкать свою философскую речь, я пожалуй пойду. И если тебе станет от этого легче, знай, я ухожу с чувством поражения и потерянного достоинства, – засмеялся я и вышел из ее комнаты.

Я спустился на кухню попить воды.

Что происходит?

В голове маячил один вопрос.

Отец мне ее доверил, вместе с Леной. А мы уже два дня подряд занимаемся непонятно чем.

От шутки, которая затянулась, могут быть плачевные последствия. Это пора прекращать.

Не подпускать ее ко мне и мне самому держаться от нее подальше.