Текст книги "Никуда не уйти от любви"

Автор книги: Наташа Колесникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

– А я не понимаю, почему должна посылать его. Только потому, что он тебе не нравится? Извини. Ксана, но ж сама способна о себе позаботиться. Так что не переживай. – решительно сказала Таня,

– Ты это серьезно? – изумилась Оксана, привстала, сняла очки, разглядывая подругу.

– Вполне. Игорь, пойдем искупнемся?

– С удовольствием!

Оксана, покусывая дужку очков, смотрела, как Игорь сбрасывает тенниску, шорты. Таня встает, и они вместе идут к морю. Неужто она плохо проинструктировала подругу? Неужто потеряет свое влияние на нее? И не только здесь, но и потом, в Москве! Этот парень с мобильником – непростая штучка, не дай Бог Танька выскочит за него – это будет уже не Танька, а Нелли со своим мнением по поводу каждой ее покупки! Такого ни в коем случае нельзя допустить.

Они отплыли метров на десять от берега, раскинув руки, легли на голубую поверхность моря и мягко покачивались на еле заметных волнах.

– Почти как во сне, – сказал Игорь. – Я не сомневаюсь, что это был вещий сон. А тебе нравится вот так лежать в море и молчать?

Чуть дальше от берега шумели мощными двигателями водные мотоциклы и глиссеры, буксировавшие водных лыжников.

– Я думаю, они на нас не наедут?

– Не наедут, мы же их не кидали, – пошутил Игорь, но Таня не поняла его шутки. Тогда он сказал серьезно: – Слушай, а хочешь на водном мотоцикле покататься? Это здорово!

– Я не умею.

– Научу. Сперва прокачу, а потом научу. Видишь, уже в рифму заговорил. Как ты думаешь, что это значит?

Мимо, тяжело отфыркиваясь, проплыл толстый усатый мужчина, Таня подождала, когда он отдалится, и сказала:

– Я знаю только то, что ты Игорь Корсаков…

– Все скажу, как на духу! – Он приложил руку к груди. – Ничего не утаю. Значит, так: Игорь, разумеется, Корсаков, москвич, двадцать восемь лет, холост, образование высшее, МАИ, работаю менеджером в солидной компании. Материально обеспечен, морально… без отклонений.

– Но сказать, что устойчив, не можешь?

– А кто сейчас может это сказать? Я ведь холост.

Таня подумала, что он может спросить про ее моральную устойчивость и нужно будет рассказывать о Виталии или отмалчиваться… Но. слава Богу, он лишь сказал после недолгой паузы:

– Мне все равно, кто ты, чем занимаешься и где живешь. Хорошо, что не достала мобильник и не стала мужу названивать, как твоя подруга.

– У меня нет мужа и никогда не было. Москвичка, образование высшее, МГУ. А менеджер… ты что-то продаешь?

– Беру мало и подешевле, продаю много и подороже.

– Как это – берешь мало, а продаешь много?

– Шучу. Но основной принцип моей работы понятен, да?

– Понятен. Хватит лежать, а то совсем разленюсь. Нужно поплавать или понырять.

Таня перевернулась на живот, опустила лицо в прозрачную воду и открыла глаза. Глубина здесь была метра три-четыре, на песке колыхалась оранжевая сетка солнечных бликов, темнели кусты водорослей, над ними проплывала стая рыбок. Таня тряхнула головой, набрала в легкие воздуха и нырнула. Ей и в Москве-реке нравилось нырять, а уж здесь – одно удовольствие разглядывать подводную жизнь.

Она плыла у самого дна и вдруг заметила, как мимо, прижав голову к коленям, колобком прокатился Игорь, упал на песок, раскинул руки. А потом и язык высунул. Тане стало смешно, и, чтобы не наглотаться воды, она поспешила наверх. Игорь вынырнул следом.

– Под водой я более симпатичен? – спросил он.

– Я из-за твоей шутки чуть не захлебнулась, – сказала Таня и поплыла вдоль берега.

Игорь поплыл рядом.

– Тань, а почему твоя подруга такая раздражительная? Она что, ревнует тебя?

– В каком смысле? Она должна была приехать с мужем, но у него дела какие-то срочные, попросил меня заменить его. Если с кем-то познакомлюсь, ей скучно будет совсем одной.

– Пусть и она познакомится.

– Тоже мне, морально устойчивый!

– Мужу не следует работать так много, да еще летом. Я бы тебя не отпустил одну в чужие края.

– А ты туг при чем?

– Тань, ты можешь разговаривать нормально? А то получается, с кем поведешься… Становишься такая же вредная, как твоя подруга.

Таня снова легла на воду, с минуту молчала, а потом тихо призналась:

– Понимаешь, Игорь, не хочется мне с Ксанкой ссориться. Я ведь сюда за ее деньги прилетела. И вообще она моя подруга, помогает мне во всем…

– А ты не ссорься, просто объясни, что я не бандит. а честный служащий и ничего плохого тебе не сделаю. Просто буду рядом… Почему из-за этого нужно длиться?

– Потому, что ты совсем не знаешь ее. Ну ладно, хватит об этом.

– Знаешь, тебе следует держаться подальше от такой подруги. Она энергетический вампир, высасывает из тебя жизненные соки. Ей хорошо, когда тебе плохо.

– Я не верю в эти штуки.

Они плавали еще минут десять, а потом, смыв соль под душем, вернулись к пальме. Оксана отложила в сторону толстый женский журнал и сказала, гипнотизируя Таню взглядом:

– Надеюсь, этим купанием все закончилось? Танюша ты же не курортными романами приехала заниматься, а отдыхать. Помнишь, что обещала моему мужу?

– Оксана, давай не будем ругаться здесь.

– Я и не ругаюсь. Просто не понимаю, почему ты терпишь этого искателя приключений. Он уже успел рассказать, что у него в Москве два «мерседеса» и семикомнатная квартира?

– Пожалуйста, перестань.

– Хорошо, поговорим в номере. Молодой человек, свободен. И не надо больше доставать нас, а то в Москве и проблемы могут появиться потом.

– Спасибо, что предупредила, I» сказал Игорь. – Ну что ж, появятся, будем посмотреть. А пока будьте добры, не указывайте Тане, что делать, и не рычите на меня. Я ведь ничего плохого вам не сделал.

– Попробуй только! Ну все, все?

– Успокойся, Оксана. Поди поплавай, вода очень приятная, теплая.

– Нет, ну ты меня достала! – закричала Оксана, почти как на Новом Арбате, когда они встретились. – Ты что, ничего не поняла? Я же объяснила!

– Тут, похоже, доктор нужен, – сказал Игорь. – Уважаемая Оксана, если ваш муж оплатил путевку Тани, я готов возместить ему все расходы.

– Ты и про это ему рассказала?!

– Извини, Игорь, оставь нас, пожалуйста.

– Хорошо. После обеда здесь же, да? Я выполню обещание.

Игорь надел шорты, взял тенниску, улыбнулся Тане и зашагал к бассейну. Таня тяжело вздохнула, легла на шезлонг и закрыла глаза. Разговаривать с Оксаной не хотелось, а та что-то говорила, правда, уже не так громко.

13

Они вернулись с моря в час пополудни и еще час лежали молча на своих кроватях. Кондиционер работал на полную мощность, в номере было уже достаточно прохладно. А если учесть и нервное напряжение, витавшее в воздухе, можно сказать, что и холодно. Но согреться можно было скоро – стоило выйти на лоджию, и как будто в сауну попадала. Горячий влажный воздух мигом обволакивал все тело.

Таня не могла понять поведение Оксаны. Ну да, подруга более опытная, заботится о ее безопасности, но… Она же не девочка глупая, не проститутка, готовая за деньги отдаться первому встречному! Да и что тут такого – будет встречаться с парнем, куда-то сходят вместе… Это вовсе не значит, что она прыгнет к нему в постель. Это вообще ничего не значит! Ну хорошо, ты беспокоишься, так будь рядом, никто же не собирается тебя прогонять, убегать в темные уголки… Зачем нужно орать во все горло, оскорблять Игоря? Он вел себя очень вежливо сегодня, а Оксана… Что она возомнила о себе? Такие вопросы она сама решает и даже мать не вмешивается. Или Оксана думает, что она здесь просто ее игрушка?

Нормально загорали, купались, а она все настроение испортила! Но дальше ведь так нельзя жить. Если бы в Москве это случилось, просто ушла бы домой и перестала встречаться с такой подругой. А здесь куда уйдешь? Вон из номера не выскочишь в такое пекло! И оставаться в номере противно. Что, и дальше молчать или выслушивать нотации, что нужно делать и как себя вести? Господи, а сама-то как вела себя, когда была не замужем? И ни у кого совета не спрашивала!

– Ксана, ты хочешь, чтобы я ушла? Могу уйти, думаю, в номере Игоря найдется место. Я верю, что он не воспользуется моими трудностями, а если… Ну что ж, потерплю.

– Дура! Ну какая же ты дура! – закричала Оксана. Вскочила со своей кровати, упала рядом с Таней, обняла ее и неожиданно всхлипнула. – Ты же моя подруга, и не просто подруга! Ты же единственный близкий мне человек, больше никого нет. Ну, Бахов; так он старый и скучный. Я ничего для тебя не жалела!

– Успокойся, Ксана, что ты все нервничаешь? Я не понимаю, в чем причина? Игорь вполне симпатичный парень…

– Да пошел он на… твой Игорь! Козел!

– Погоди, Ксана. Мы с тобой вроде бы не любовницы, нормальные женщины. Ну, познакомилась я с парнем, извини, но как себя вести с ним, я сама решу. Ты моя замечательная подруга, он приятель, одно другому не мешает.

– Не могу понять, что ты в нем нашла?

Таня знала ответ, но молчала долгую минуту, не решаясь сказать это вслух. Она даже мысль эту отгоняла, потому что слишком серьезная.

– Он просто похож на моего отца, – наконец произнесла она.

– Какого еще отца?

– Моего. Ты же видела его фотографии. И не только внешне, а вообще, понимаешь?

Оксана перебралась на свою кровать, подперев голову ладонью, уставилась на Таню. Она своего отца ненавидела, он был тупым рабочим, пьяницей. И всегда мечтала об интеллигентном, заботливом и любящем отце. Важном начальнике, богатом… Не мечтала, а представляла, что он у нее есть. Наверное, потому и выскочила за Бахова, что банкир был близок к ее идеалу. А Таня обожала своего отца даже спустя много лет после его гибели. И если этот блондин кажется ей похожим на папочку, дело серьезное…

– Тебе это просто кажется, – сказала Оксана. – Он тебе навешал лапши на уши, а ты поверила. Понятное дело, море, солнце, пальмы – тут все кажется в розовом свете. А он просто хочет потрахаться в свое удовольствие, а потом вернется домой к жене с ребенком, если и вправду хоть чего-то стоит. А то и хуже, прилипнет… не отвяжешься. Второй Виталий – с карточными долгами и видами на твою квартиру.

– Давай я с этим сама разберусь, а?

– Не разберешься. Я же вижу, у тебя крыша поехала. А если он тебя СПИДом заразит? Что ты вообще знаешь о нем?

– Сейчас почти ничего. Но и возможности заразиться нет никакой. Ты уже не говоришь, что он бандит, сама видишь – нет. Значит, приставать и угрожать мне не станет ни сейчас, ни потом, в Москве. А насчет всех других ужасов – сама разберусь, если они замаячат на горизонте. Кое-что понимаю.

Таня чувствовала, что права, Оксане нечего было возразить. А почему тогда злится?

– Ты всегда была себе на уме, Танюша, – сказала Оксана. – Я это чувствовала. Я все решала, пробивала, организовывала, знакомилась, а ты просто пользовалась мной.

– Ксана… Ты моя замечательная подруга, ну перестань дуться.

– Как это – перестань?! Мы что, теперь втроем будем жить? Ты с ним, а я, как дура, одна?

Мы ведь жили в Москве втроем? Ты со своим Баховым, а я, как дура, одна. И ничего, выжила.

Оксана хотела крикнуть: «Да кто ты такая, чтобы сравнивать меня с собой?! Нищая тихоня, московская засранка?!» – но усилием воли сдержала себя, ибо точно знала – это ей никогда не простится. Значит, нужно подождать и что-то придумать, когда ситуация станет совсем опасной. Но тоже рискованно… Если Игорь не дурак, он поймет и объяснит ее поведение Таньке. И ведь она поверит ему.

– Ты есть не хочешь?

– Хочу, но выйти из отеля в такое пекло не могу. Давай поспим пару часов, а потом перекусим где-нибудь по дороге на море.

– Он опять к тебе прилипнет?

Таня вспомнила слова Игоря, когда они плавали в море. Энергетический вампир? Конечно, это чепуха, но то, что Оксане хорошо, когда ей плохо, и наоборот, – похоже на правду.

– Мы же договорились не вспоминать о нем – сказала Таня, укрываясь простыней. – Кстати, хоть я и обещала твоему мужу, ничего докладывать ему не собираюсь.

Теперь уже Оксана промолчала.

Словно черная кошка пробежала между двумя подругами. В четыре часа пополудни они вышли из номера, перекусили жареными сосисками с капустой в ресторанчике неподалеку от их пальмы, но платили каждая за себя. Таня разменяла там пятьдесят долларов, хоть и по курсу очень невыгодному, но миллионов турецких лир должно было хватить до конца недели, то есть до отъезда.

Оксана даже не предлагала заплатить за нее. Потом они устроились под своей пальмой, немецкое семейство больше не досаждало гневными взглядами, то ли нашло другую пальму, то ли родители берегли малых детей от солнца, которое было еще достаточно жарким, и остались в номере.

Игорь появился вскоре, бросил пластиковый пакет у шезлонга Тани, весело сказал:

– Привет, дамы. Как вам сиеста? Я отлично выспался, а вы?

– Тоже, – сказала Таня.

Оксана старательно читала толстый женский журнал с картинками. Она просто не замечала Игоря.

– Тань, пошли кататься на водном мотоцикле. Можешь не сомневаться – тебе понравится.

– Ох, я даже и не знаю. А как им управлять?

– Я все расскажу. И ребенок поймет. Но вначале покажу… Эх, прокачу по морским волнам!

Таня задумалась. Она и на обычном-то мотоцикле не ездила никогда, а тут – водный. Страшновато, вон они как носятся, перевернешься, а он на тебя… Мотоцикл. С минуту размышляла, а потом нерешительно сказала:

– Ну тогда ладно, пошли.

Оксана смотрела вослед им уже не зло, а холодно. Она думала о том, как отвадить наглого парня. Но пока что ничего нужного не приходило в голову.

Таня застегнула ремни оранжевого спасательного жилета, с опаской села сзади Игоря. Молодые турки, сдававшие в прокат водные мотоциклы, одобрительно закивали головами.

– Очень красиво, – с улыбкой сказал один из них.

– Кто бы сомневался, – сказал Игорь, включая двигатель.

– Ты бы меньше болтал и объяснил мне, как управлять им, – сказала Таня, осторожно обхватывая его талию.

– Все предельно просто. Вот этот рычажок – газ, сильнее нажимаешь, больше скорость. Вот это руль, поворачиваешь и гонишь куда захочется. Но на скорости лучше круто не поворачивать, можно перевернуться.

– А тормоз тут где?

– Зачем тебе тормоз? Просто нужно отпускать рычаг, сбавлять скорость, когда приближаешься к берегу. Вот, пожалуй, и все. Почти велосипед, только с двигателем.

– А почему ключ зажигания привязан к руке?

– Если свалюсь, чтобы двигатель сразу выключился. А то заклинит газ, и помчится он к берегам Африки, не догонишь.

– Ладно, поехали, я сама все пойму, когда увижу.

Водный мотоцикл взревел мотором и рванулся вперед, в открытое море, к горизонту. Таня еще крепче обхватила Игоря, прижалась к нему.

– Ой, нет, не так быстро, не так быстро! – кричала она. – Потише, мы прыгаем, как лягушки, можем перевернуться. Нет, остановись, остановись, я сказала!

Игорь сбавил газ, и машина вскоре остановилась.

– Ты боишься? – спросил он, оглядываясь.

– Нет, дай, я сама. Садись сзади, я буду управлять.

– Ну ладно.

Он осторожно пропустил ее вперед, за руль, пристегнул ключ зажигания к правому запястью Тани, включил двигатель. Сел сзади, обнял ее за талию, прижался щекой к спине. Таня вцепилась пальцами в рукоятки руля, нажала на газ. Мотоцикл дернулся, резко прыгнул вперед.

– Осторожнее нажимай рычажок, – сказал Игорь.

– Я осторожно… – сказала Таня.

Мотоцикл двигался рывками, то ускоряя, то резко замедляя ход, но руль был послушен ее рукам, вправо повернешь – поедет вправо, и с газом она в конце концов разобралась: насколько сильно нажимать рычаг на руле, чтобы скорость была нормальной, а если возникнет опасность перевернуться, можно не сбрасывать резко, а чуть уменьшить. С этого момента водный мотоцикл ей очень понравился. Она мчалась по голубым волнам, то уплывая далеко от берега, то возвращаясь к нему, то выскакивая за мыс, который скрывал окрестности. Ладони Игоря прижимались к ее животу, вызывая желание резко увеличить скорость, а губы его, похоже, целовали ее шею и плечи.

– Игорь, не хулигань! А то перевернемся, – командовала она, управляя мощной машиной и чувствуя себя почти капитаном корабля.

– А я что? Я держусь за тебя. Тань, ты гоняешь прямо как в «Формуле-один».

– А ты как думал?! Я и есть «Формула»! – торжествующе кричала Таня. – Ты можешь убрать руки с моего живота? Дышать трудно.

– За что же я буду держаться?

– Там ручки есть.

– Это запрещено правилами безопасности. Если едешь вдвоем, нужно держаться за водителя.

– А ручки сделаны специально для пассажира!

– Это когда мотоцикл движется медленно, а когда быстро… Сбавь скорость, не то перевернемся.

– Ну и что?

Таня и не думала сбавлять скорость, напротив, сильнее нажимала на рычаг газа, мотоцикл ревел мотором, совершая длинные прыжки, а она не замечала этого. Было просто радостно на душе, и то, что пальцы Игоря спустились ниже положенного, и то, что его губы целовали ее шею, лишь усиливало ощущение неистового восторга. Она летела по волнам, теплый морской воздух развевал светлые волосы, солнечные блики играли на голубой воде – это было похоже на чудесный сон.

Игорь заплатил пятьдесят долларов за полчаса. Как же быстро они кончились!

– Мне жутко понравилось. – сказала Таня, когда они вышли на берег и сняли спасательные жилеты – Завтра покатаемся снова? Или нужна особая плата за это?

– Конечно, нужна, – с нарочитой серьезностью ответил Игорь. – И непременно особая. Царская, королевская. Это ты рядом. Вот и все. Лихая мотоциклистка.

– Ой, не ври, – хлопнула она его по плечу.

– Хотел бы. да что-то не получается. Завтра будем кататься целый час.

– Нет. это слишком дорого. Полчаса вполне достаточно. Но ты держал свои руки чересчур низко! – вспомнила Таня и погрозила пальцем. – Чтобы этого больше не было.

– Действительно? Извини, Тань, я совершенно не помню, где были мои руки. Ты такие виражи закладывала на скорости, что я от страха забыл все на свете. Где мои руки, где мои ноги…

– Где голова! А говоришь, не получается врать. Они медленно возвращались к своей пальме, Таня держала Игоря под руку.

– Да какое это вранье? Так… стеснительность.

– Это теперь называется стеснительностью?

– Это называется по-другому, а насчет объяснений… Хорошо, скажу честно. Я забыл обо всем на не потому, что ты морская лихачка, а потому, что была рядом.

Таня посмотрела на Игоря и засмеялась. Он тоже засмеялся и обнял ее. Она не возражала. Мир изменился, и центром его была уже не Оксана, а этот улыбчивый парень. Его руки были приятными, даже когда нахальничали. его губы были нежными и ласковыми. Так, в обнимку, они и появились перед мрачной Оксаной, которая окинула их ледяным взглядом и снова уткнулась в журнал. Таня легла на свой шезлонг. Игорь устроился рядом на траве. Минут пять она лежала, закрыв глаза, а потом посмотрела на Игоря и улыбнулась. Он тоже смотрел на нее.

– Я вспоминаю, как летела на мотоцикле, и теперь даже страшно становится. Могли запросто перевернуться. А тогда ничего подобного не чувствовала.

– Эго потому, что я сидел сзади и широко расставлял ноги, чтобы вовремя оттолкнуться, если начнем падать.

– Какие ноги?

– Ну, какие… Свои, конечно. А какие еще у нас ноги есть?

– Еще мои, хорошо, что не их ты расставлял!

Таня протянула руку, звонко шлепнула Игоря по спине и засмеялась, представив, как он пытался отталкиваться ногами от воды. Игорь блаженно зажмурю глаза, показывая, как приятен шлепок ее руки.

Оксана тяжело вздохнула, бросила на траву журнал, вскочила с шезлонга и пошла к морю.

– Ей не нравится, что мы вместе, – сказал Игорь.

– Не суди строго, она просто… переживает, что осталась одна. Но я ей не нянька, даже если ее муж заплатил за мою путевку. Кстати, скажу тебе правду – я работаю в библиотеке, получаю две тысячи рублей в месяц и сама никогда бы не смогла приехать в этот рай.

– Да мне абсолютно все равно, где ты живешь кем работаешь. Но… таким поведением она тебе весь отдых испортит. Хочешь, я куплю тебе номер, будешь жить одна? Можем задержаться, если пожелаешь, визу продлить несложно.

– Ты с ума сошел? Не нужны мне такие подарки. Или думаешь, если я библиотекарша…

– Да никакая ты не библиотекарша, просто красивая девчонка, и все дела.

– Так я тебе и поверила.

– Это легко доказать. У тебя зеркальце есть?

– Я себя видела в зеркале.

– Ты-то здесь при чем? Я тебе себя покажу. Увидишь в зеркале, с каким восхищением смотрю на тебя, и сразу все поймешь.

Не поймешь, когда он говорит серьезно, а когда начинает дурачиться. Но ведь ей это нравится, и даже когда возникает двусмысленный разговор, как про ноги, – нравится. Да она сама провоцирует эту двусмысленность, поддразнивая его. Игорь ничем не походил на Виталия, за которого она собиралась выйти замуж. Тот был серьезный, деловой, суетливый, а с этим… просто интересно. Легко и весело.

– Пойдем искупаемся? – предложила Таня.

– Чуть позже, ладно, когда твоя подруга вернется.

– Боишься, что увидит нас?

– Боюсь, что утопит меня.

Таня грустно усмехнулась. Конечно, не утопит, но может испортить настроение. Неприятный холодок засквозил меж лопатками – да нормальная ли она если так ведет себя? Вспомнить скандалы в Москве, получается – не совсем.