Текст книги "Никуда не уйти от любви"
Автор книги: Наташа Колесникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)
– Да пошел ты со своей империей! – сказала она. – Плевать мне на ваших османов.
Таня замерла, почувствовав напряженность в салоне. За такие слова их могли вышвырнуть из машины, убить, изнасиловать, да все, что угодно сделать! Это ж надо сморозить такое, что оскорбляет национальную гордость турков! К счастью, Оксана снова задремала.
– Извините, она плохо переносит полет и поэтому не соображает, что говорит, – сказала Таня. – Пожалуйста, не обижайтесь на мою подругу.
Турок вежливо улыбнулся в ответ, но больше ничего не рассказывал. Хорошо хоть не выгнал из микроавтобуса.
За окошком виднелись невысокие горы вдалеке, а перед ними – чахлые поля с кукурузой и подсолнечником и какими-то овощами. Это она видела в детстве, когда ездила по Абхазии с отцом в черной «Волге».
– Очень похоже на нашу Абхазию, – с улыбкой сказала Таня, запоздало понимая, что Абхазия давно уже не «наша».
Турок согласно кивнул, снова улыбнулся и… ничего не сказал в ответ. Ну ладно, хорошо хоть улыбается, а то совсем было бы страшно. Оксана преспокойно спала.
Минут через сорок микроавтобус остановился у дорожного кафе, турок-гид сказал, что водителю необходимо перекусить, они тоже могут, если хотят, кухня здесь просто замечательная, и обслуживание на высшем уровне.
Таня разбудила Оксану. Кажется, на сей раз подруга проснулась окончательно.
– Кухня? – возмущенно сказала она. – Да какая тут, на хрен, кухня? Ребяткам платят, чтобы они лапшу на уши вешали туристам, вот они и останавливаются тут. Самим выгодно – клиенты разменяют баксы на мелкие, им же по доллару нужно вручить за заботу о нас.
– Это обязательно?
– Нет. Но так принято. Не бери дурного в голову, Танька. В отеле тоже нужно по доллару заплатить прислуге. Перебьются. Это не Франция и не Англия. Пусть спасибо скажут за то, что мы приехали сюда.
Они вышли из машины, прошли до детской площадки, присели на краю песочницы.
– Знаешь, Ксана, я пойду разменяю деньги, а то у меня по доллару нет ни одной бумажки, – сказала Таня.
– Зачем?
– Чтобы не выглядеть русскими дикобразами.
– Ну, как хочешь, – лениво махнула рукой Оксана.
Кафе действительно было самой заурядной забегаловкой, каких и в Москве, наверное, полно теперь, и водителя с гидом там не было. Оксана была права, но Таня все равно купила стакан пепси-колы, и сдачу с пяти долларов получила долларовыми купюрами. Оксана ждала ее на детской площадке.
– Разменяла?
– Просто выпила пепси-колы, – дипломатично ответила Таня.
– Не люблю, когда из меня наглым образом бабки выкачивают. Им платят за работу, и все дела.
– Нет, не все, – сказала Таня. – Мы же в чужой стране, и нужно уважать их традиции.
– Да эти традиции везде, и в Москве тоже. Все хотят хапнуть, вот и дурят туристов. Глупых. А нужно просто игнорировать их дешевые намеки, поняла?
Таня этого не понимала, но спорить не стала, тем более что турки, гид и водитель, вернулись к машине и они поехали дальше. Вскоре впереди показался большой город, но они миновали его, микроавтобус скользнул в сторону, проехал по тихой улочке и остановился у железных ворот. Они открылись, и Таня увидела клубный отель, в котором ей придется провести неделю. Четырехэтажные здания двумя рядами, похожими на бело-голубые ячеистые стены, спускались к морю. Вверху, где они были, оба ряда зданий соединялись с торца железными воротами, внизу стояли два двухэтажных куба, соединенных стеклянной галереей. А между домами, во дворе, если можно так сказать, был чудный тропический парк с пальмами, цветущими кустарниками, изумрудной, аккуратно подстриженной травой и дорожками, выложенными красной плиткой. Чудная картина?
Выходя из машины, она протянула гиду и водителю по доллару. Они взяли деньги совершенно невозмутимо, даже спасибо не сказали. В офисе отеля проверили их туристические карты, предупредили, что нельзя проносить на территорию отеля спиртные напитки, все нужно покупать здесь. Таня хотела было сказать, что они купили в «Дьюти фри», но Оксана толкнула ее локтем в бок – мол, молчи. Им выдали ключ от номера, и молодой турок взялся проводить, схватил сумки Тани и Оксаны, пошел вперед, показывая дорогу. Номер оказался на втором этаже и выходил лоджией на пальмы в центре гостиничного комплекса. Зеленая лиана с оранжевыми цветами оплетала угол лоджии.
Турок, проводивший их в номер, замешкался, объясняя, что электроэнергия включается только после того, как в специальную щель будет вставлен брелок ключа.
– Да знаем это и без тебя, – сказала Оксана.
Таня протянула турку доллар, он обрадованно закивал и удалился.
– Ну и дура, – сказала Оксана. – Могла бы и не давать.
Таня не обратила внимания на ее слова, вышла на лоджию, села на пластиковый стул но тут же вскочила на ноги, оперлась локтями о парапет, с восторгом глядя на тропический парк. Новые ароматы, пряные и сладкие, ажурная листва, непередаваемое ощущение волшебства и красоты… Она в сказке! Вдохнула всей грудью плотный горячий воздух, потом понюхала оранжевый колокольчик цветка, улыбнулась – очень приятный и нежный запах. Два белых здания кубической формы со стеклянной галереей закрывали море, но его мерный гул отчетливо слышался на лоджии.
– Я в таком красивом отеле ни разу не жила, – сказала Таня, заглядывая в номер. – Это сказка, фантастика. самое настоящее чудо! Ксана, я все бросаю и бегу к морю. Ты как?
– Жарко тут, надо кондишен включить.
– Ну так включай и пошли!
– Купальники хотя бы наденем?
– Конечно! Эх, Ксанка, неужели это случилось? Мы на берегу Средиземного моря?!
– А что тут такого? – сказала Оксана.
Как ни торопилась Таня, а пришлось разобраться, как включается маленький холодильник, похожий на тумбочку, переложить в него напитки, включить кондиционер – с этим разбираться не пришлось, Оксана была знакома с такими приборами. И одежду повесить в шкаф и разложить на кроватях, помялась в сумках. И позвонить в Москву – Бахову и Зинаиде Ивановне, сказать, что долетели нормально.
11
Таня нырнула, открыла глаза. Самый край берега был усыпан мелкой галькой, и дно метра на четыре тоже из гальки и тяжелых валунов, поросших мхом, а дальше песчаное. Серебристые рыбки плавали почти рядом, казалось, протяни руку – и ухватишь за хвост, ан нет, с виду такие медлительные, а на самом деле в мгновение ока уплывали далеко. Оранжевая сетка солнечных бликов покрывала желтый песок. Вынырнув, Таня легла на спину, раскинула руки, и море качало ее на волнах, просто чудесное море – теплое, ласковое, и лежать на воде можно долго. Таня подняла руку, помахала Оксане, крикнула:
– Ксана! Смотри, я лежу! Море держит!
– Потому что очень соленое, мне про это в Италии говорили! Давай вылезай уже! Час плескаешься там, для начала много, поняла?! – крикнула в ответ Оксана.
Наверное, она была права, нужно постепенно привыкать к новому климату, но очень уж добрым оказалось это море и очень давно Таня не купалась в море, вылезать не хотелось. Минут через пять она села на деревянный лежак, восторженно улыбаясь и качая головой, словно все еще не верила, что чудо свершилось.
Солнце уже садилось в голубые волны, народу на пляже было не много. Сам пляж выглядел вполне обычно – разноцветные зонтики, деревянные лежаки, накрытые махровыми полотенцами отдыхающих.
Полоска серого песка с галькой шириной метров пять, за ней асфальтовая дорожка, на которой стояли кабинки для переодевания, столбики, облицованные белым кафелем, над которыми торчали сифоны душа с пресной водой. А дальше, между пляжем и бассейном отеля, протянулась полоса изумрудно-зеленого газона с цветущими кустарниками и пальмами. Метров двадцать шириной и такая же обалденно красивая, как парк под окнами их номера.
– Довольна? – спросила Оксана.
– Не то слово! Просто счастлива.
– Ладно, Танюша, пошли переодеваться, скоро семь, пора на ужин. Посмотрим, чем тут кормят, в Турции.
– Шведский стол – можно подходить сколько угодно? – спросила Таня. – Или один раз?
– Везде – подходи хоть сто раз, но самое вкусное ограничено, кто не успел, тот опоздал. А как тут – не знаю, да разберемся, какие проблемы?
– Мне еще в бассейне хочется поплавать. Там вода голубая-голубая. Не то что в Москве-реке.
Оксана фыркнула, хотела сказать, что и в московских бассейнах вода тоже голубая, но сказала другое:
– Уже поздно, вокруг бассейна столы стоят и стулья, люди ужинать собрались. А ты будешь плескаться перед ними, да?
– Ну тогда не буду сегодня.
Таня быстро смыла морскую соль под душем у белого столбика, надела шелковые шорты, и они с Оксаной пошли в свой номер.
Оказывается, пока были на море, ни холодильник, ни кондиционер не работали, в номере было душновато.
Оксана объяснила принцип действия брелока их ключа, о котором что-то говорил турок: возвращаешься в номер, суешь пластиковую пластинку на панели с двумя выключателями – и все, что включено, работает. А уходя, вытаскиваешь брелок (без ключа-то не войдешь в номер), и все обесточивается. Забыла выключить свет, телевизор – сами выключатся. Ну не зря же все тут, как говорят, строили практичные немцы!
Быстро приняв душ и вымыв головы фирменным шампунем, подруги стали одеваться и наводить марафет. Таня надела просторные белые брюки с белой блузкой, Оксана – шелковое платье от Армани с глубоким декольте.
– Слушай, Ксана, а нас не примут за лесбиянок? – озабоченно спросила Таня. – Живем в одном номере, везде будем ходить вместе…
– Кому какое дело, кто с кем живет тут?
– Ну все-таки… Я раньше не думала об этом.
– И теперь не думай. Ладно, пошли, посмотрим, что тут нам предложат на ужин. Если не понравится – я Бахову скажу все, что думаю об этом отеле и о нем самом.
– Не надо, – сказала Таня. – Отель очень хороший. А вкусно поесть мы и в Москве можем. Дома.
Оксана, похоже, так и не пришла в себя после Двух таблеток снотворного, ее раздражала каждая мелочь.
Ресторан располагался в тех самых кубических зданиях со стеклянной галереей, которые закрывали вид на море. Сразу за ними сиял голубой водой бассейн, а вокруг него стояли пластиковые столы и стулья для ужина. Когда шли на море, их не было, а возвращались в номер – уже стояли. ’Миновав квадратную арку под стеклянной галереей, подруги вышли к бассейну, свернули направо и вошли в зал ресторана. Встали в хвост длинной очереди, которая быстро двигалась вдоль прилавков с едой.
– Языки тащат, это хорошо, – сказала Оксана, оценив тарелки тех, кто уже выходил. – Мясо вареное, курица, совсем неплохо кормят эти турки.
Таня старалась положить всего понемногу – очищенных помидоров и огурцов, оливок, маслин, маринованных перцев, селедки, салата, жареную курицу, пластинку говядины, фасоль, сыр, но в конце пути тарелка была полна с верхом. А языков им не досталось, кончились.
– Завтра придем пораньше, – сказала Оксана.
А еще там были свежие лаваши, кофе и почти два десятка видов тортов и пирожных – с бананами, ананасами. малиной и киви под прозрачным слоем желе. Но вот места у бассейна свободного не было. Пришлось сесть за стол в зале ресторана. Там было прохладно, работали кондиционеры, но возле бассейна было бы куда приятнее.
– Точно придем пораньше, – повторила Оксана. – Займем место, положим что-то на стулья, чтоб никто не присоседился, а то воспитанные европейцы все самое вкусное расхватают.
Ужин выдался на славу, все было вкусным, всего было много. Но оказалось, что это еще не все, только закуски. На другой стороне бассейна стояли емкости из нержавейки, похожие на хлебницы, с рисом. макаронами, поджаркой, котлетами, то есть со вторыми блюдами. Более того, там еще и супы всякие предлагались! Но все это можно было попробовать только завтра, сегодня они лишь закусками просто объелись. А вот от сочных ломтей арбузов и дынь корок и крупного белого винограда не смогли оказаться, хоть и тяжело пришлось.
– Скажу тебе, Танюша, такой кормежки даже во Флориде не было, я просто обожралась, – простонала Оксана. – Ну, дают турки! Я в пяти звездах жила – и такого не видела. Они что, хотят, чтобы все русские дамы стали толстыми?
– Замечательный ужин, – сказала Таня. И незаметно сунула в пакет пару рогаликов и две грозди винограда. Пригодится в номере.
– Но чтобы переварить его, просто необходимо выпить. Иначе я с места не сдвинусь.
Таня подумала и согласилась. Она тоже чувствовала вялость и желание завалиться спать. День был тяжелым – прощание, перелет, дорога к Алании, восторг от всего увиденного… А теперь еще и невероятно щедрый ужин, давно уже она не ела столько вечером.
В номере было прохладно (все-таки кондиционер поработал, пока собирались, а уходя, они плотно закрыли дверь на лоджию, чтобы горячий воздух не проникал в номер). Оксана снова включила его, достала из мини-холодильника бутылку джина и тоник, льда не было, еще не созрел, но джин немного охладился, наполнила стеклянные стаканы.
– Они действительно запрещают приносить в номер спиртные напитки? – спросила Таня. – Нас не выгонят за то, что нарушаем их правила?
– Да плюнь ты на это, обыскивать никто не станет и изымать тоже. Пусть только попробуют! У них тут все раз в пять дороже, чем в городе, вот и пугают, чтоб у них покупали, на дураков это рассчитано, поняла?
– Почти.
Джин с тоником пился намного приятнее, чем тот, который она пробовала в Москве, в пластиковых бутылках, и даже тот, которым потчевала Оксана у себя дома. Оксана сказала, что именно этот джин пила английская королева-мать и прожила больше ста лет. Таня смаковала ароматную жидкость и чувствовала себя все лучше и лучше. Уже хотелось посмотреть, что тут еще интересного есть? Тем более что за окном громко играла музыка.
– Спасибо, очень вкусно, – сказала она. – Ну что, пойдем погуляем, надо же все разузнать.
– Танюша, сперва поговорим о мужиках, – сказала Оксана. – Вернее, как мы будем относиться к ним.
– О каких мужиках? – удивилась Таня.
– Обычных… В том, что нас снимать будут, я не сомневаюсь, но нужно, чтобы ты кое-что знала про эту публику. Скандинавы дебильные и экономные, с ними не разгуляешься, немцы ничего, но тоже скупердяи. С местными лучше не связываться, чтобы не искать приключений на свою жопу. Они все поначалу сладенько поют, а потом… и в гарем попасть можно. Или в бордель. Наши еще хуже. Приличные люди на Канарах отдыхают, на Борнео, а тут – отморозки всякие, шушера, бандиты. Найдут в Москве, потом проходу не дадут, сто раз пожалеешь, что познакомилась. Так что этот вопрос я буду решать сама. Как скажу, так и выйдет, и никаких возражений. И не забывай, что Бахов говорил. Я – Оксана Манжула, и все дела. Про Бахова, его банк – ни слова.
– Да перестань, Ксана! Мы сюда не для того приехали, чтобы с кем-то знакомиться. Я все помню. Будем просто отдыхать, в море купаться.
– А они – именно для этого, если без пары, – отрезала Оксана. – Ты многого не знаешь, не понимаешь, поэтому слушайся меня. Все-таки я отвечаю за тебя.
Таня допила джин, поставила стакан на столик.
– А может, мы не будем никуда ходить вечером? – спросила она. – Чтобы соблазнов не было. Честно говоря, мне вполне достаточно моря, солнца… Ужина такого.
– Это уж слишком. Приехали отдыхать, так и будем отдыхать по полной программе. Сейчас махнем на дискотеку, посмотрим, что там и как там.
Дискотека располагалась справа от бассейна, это был летний театр со сценой, зрительских рядов не было, их заменяли столики на четверых, которые обслуживали шустрые турчанки. Между столиками был свободный круг для танцев. Оксана заказала два коктейля, их тут же принесла официантка, украсив российскими флажками. Танцующих было немного, в основном молодежь, остальные просто слушали музыку из колонок на пустой сцене и попивали коктейли, обогащая Турецкую республику своими скромными кошельками.
– Ничего особенного, – сказала Оксана. – И народ какой-то сонный. Вот когда мы с Кешей были на Гавайях, там такие страсти разгорались… Просто жуть. Да они ж там все негры, дикие, только с пальм слезли…
Словно в пику ее мнению, к ним за столик подсел загорелый русоволосый парень.
– Привет, – сказал он. – Слышу голос родины далекой, вижу красивых девчонок, совсем еще белых. Сегодня прилетели?
– Тебе какое дело? – спросила Оксана.
– Да просто интересуюсь. Простите, можно вас пригласить на медленное танго? – спросил он у Тани.
На сцене из колонок звучал голос Сальвадоре Адамо, его прекрасная песня «Падает снег». Таня растерянно пожала плечами. Помнила предупреждение Оксаны» но и не могла взять и отказать. Он же хотел просто потанцевать, почему бы и нет? Парень воспринял это как согласие, взял Таню под локоть и повел к группе танцующих. Оксана с досадой скрипнула зубами.
– Привет, землячка, меня зовут Игорь Корсаков, а тебя?
– Таня…
– Очень приятно. Что такая хмурая? Нравится здесь?
– Да, очень. Я приехала с подругой, она…
– Она меня не интересует. А ты – да. Красивая девушка. Хочешь, махнем куда-нибудь завтра? Можно в круиз до Кипра и обратно.
– Нет.
– Путешествие на яхте? Знаешь, тут они похожи пиратские бригантины. Но с полным сервисом.
– Нет.
– Местное сафари на джипах? Ничего особенного, турецкие деревни… «потемкинские»…
– Игорь» так тебя зовут, да? Ты хочешь потанцевать со мной или соблазнить своими посулами?
– Ты мне нравишься, Таня. Хочу соблазнить, хочу быть с тобой» а что в этом странного? Скажи, что нужно для этого сделать, и я сделаю.
– Для этого нужно… быть человеком.
– Ладно, буду. Каким человеком ты хочешь меня видеть?
– Настоящим.
– Слушай, ты не просто красивая девушка, а еще и странная. Может, объяснишь, в чем тут дело? Настоящим человеком… Это как Мересьев, что ли? Ползти по лесу с обмороженными ногами? Тут этот номер не пройдет.
– Ничего я не буду тебе объяснять. Все, песня закончилась, отпусти меня.
– Тань, подожди, мы так не договаривались. Ты скажи, что тебе нужно, я все сделаю, я… расшибусь в лепешку.
– Проводи меня к моему столу. И уходи.
Игорь взял ее под руку, проводил к столу, за которым скучала Оксана, посадил на стул.
– Что дальше?
– Ничего, – сказала Таня. – Оставь меня в покое.
– Нет, мы так не договаривались.
– Молодой человек, вы что, не понимаете, что вы лишний тут? – сказала Оксана. – Эта девушка со мной, так что оставьте ее в покое, прошу вас.
Игорь с недоумением посмотрел на Таню, пожал плечами.
– Ну, если с вами… извините, мадам.
И ушел.
– Обычный наш козел, – сказала Оксана. – Хапнул бабки и хочет красивой жизни в Турции. Перебьется.
Таня тоже с удивлением взглянула на Оксану. Первый раз видела ее такой вежливой.
– Пошли в номер, я что-то устала, – сказала Таня.
Оксана не возражала, отдала десять долларов за коктейли, и они пошли в свой номер. Таня не совсем понимала, почему этот Игорь – козел, но и идти у него на поводу не собиралась. Но что-то ей подсказывало – они еще встретятся, и она будет с ним… будет с ним… Зачем? Почему? На эти вопросы могла бы ответить Оксана, но Таня ничего не сказала ей о своих смутных ощущениях.
В номере Оксана выпила таблетку снотворного и легла в постель, ее кровать была ближе к двери на лоджию.
– Ксана, не вредно снотворное после спиртного? – спросила Таня.
– Привыкла уже. А ты как думаешь, жить с Баховым счастье неземное? Даже после траха могу уснуть только со снотворным. За все нужно платить…
Таня легла в свою постель и, засыпая, подумала что могла бы согласиться на… хотя бы путешествие на яхте с этим Игорем. В конце концов, это ничего не значит. Не станет же он ее насиловать на яхте? В круиз до Кипра, пожалуй, опасно, вдруг он бандит, а вот на сафари могла бы решиться… Но Ксанка возражает, значит, придется отказаться.
А жаль…
– Ксана, а почему он тебе не понравился? – спросила Таня.
– Я тебе говорила об этом. Спи и не бери дурного в голову. Таких тут вагон и маленькая тележка, и все обещают золотые горы. Только потом они оказываются… гнильем.
Таня согласно кивнула, но мысль о том, чтобы поплавать на яхте с этим парнем, запала в ее душу. Почему бы и нет?
12
На завтрак стол был не такой обильный, но вполне приличный: были и мясо, и овощи, чай, кофе, сливки, фрукты, вареные яйца, мороженое, торты, словом, если бы всего понемногу попробовать, наелись бы, как вчера вечером. Но Таня с Оксаной ограничились овсяной кашей с малиной, помидорами без кожицы, вареными яйцами и кофе с мороженым. Да еще Оксана купила по стакану свежевыжатого апельсинового сока, только сок продавался по доллару за стакан. Зато выжимали его на глазах покупателя из настоящих апельсинов.
Вышли из ресторана и оказались у бассейна, вокруг которого располагались отдыхающие в пластиковых шезлонгах. Из колонок неслась громкая музыка, в основном турецкая, но иногда звучали и европейские популярные песни прошлых лет, и российские тоже. У края стоял смуглый парень с микрофоном в руке, он громко объяснял, какие упражнения следует делать во время водной зарядки. В воде резвилась стройная девушка, показывая, как это делать на практике.
– Прямо как в пионерском лагере! – засмеялась Таня. – Все, я полезла в бассейн. Буду зарядку делать.
Она сбросила шелковый халатик и прыгнула в бассейн. Воды было по грудь, можно стоять, а дальше – глубже. Таня попыталась повторить упражнение, но лишь рукой махнула. После сытного и вкусного завтрака не хотелось дрыгать руками и ногами. Оксана прикатила шезлонг, они, оказывается, на колесиках были, села, поставив пакеты с полотенцами и прочими нужными вещами у ног. Она лезть в бассейн не хотела.
Таня сплавала до другого бортика, вернулась, легла на спину, раскинув руки, и… погрузилась в воду. Вынырнула, отфыркалась, ощущая в носу жжение хлорной влаги, и вылезла из бассейна.
– Нет, я так и в Москве-реке могу плавать. А вот моря там нет. Пошли на море, Ксана.
– Я не сомневалась, что ты скоро вылезешь, – усмехнулась Оксана. – И оказалась права.
– Смотри, что делается! – воскликнула Таня, когда они подходили к пляжу. – Оказывается, и тут можно загорать!
На ярко-зеленой шелковистой траве, под цветущими кустами и пальмами, стояли шезлонги, в которых загорали или, напротив, прятались от солнца отдыхающие. Здесь было куда как приятнее лежать, чем на сером пляже. И от моря дальше всего-то метров на пять-шесть. Шезлонга у них не было, но Оксана, согласившись с идеей Тани, щелкнула пальцами, подозвала служащего отеля, его можно было узнать по черным брюкам и белой рубашке, дала доллар и попросила прикатить два шезлонга. Они выбрали невероятно красивую пальму – невысокую, раскидистую и окруженную валом цветов высотой в полметра. Пальма в цветнике! С тенистой стороны расположилось немецкое семейство, а с солнечной было свободно, там и остановились Таня с Оксаной.
– Практичные, а не доперли, что сейчас солнце нормальное, можно загорать, а позже, когда станет припекать, мы окажемся в тени.
– Они чем-то недовольны, похоже, считают эту пальму своей, – сказала Таня, заметив, что немцы неприветливо поглядывают в их сторону.
Мама, папа и трое детей – лет шести, трех и совсем грудной в коляске. Это ж надо отважиться на путешествие с такими малыми детьми!
– А мне плевать, что они там считают. – Оксана высокомерно посмотрела на немецкое семейство, давая понять, что с этой стороны пальмы – российская территория.
Служащий прикатил два шезлонга, девушки застелили их махровыми полотенцами, намазались шестикратным защитным кремом и блаженно растянулись в шезлонгах, подставив свои красивые тела еще не совсем жаркому солнцу. Хорошо-то как было лежать и чувствовать его горячие лучи на коже! А если открыть глаза и посмотреть вокруг – так просто рай!
– Какие девушки, наверное, русские, – послышался вблизи мужской голос с южным акцентом.
Таня открыла глаза, увидела двух смуглых парней с золотыми цепями на шеях и курчавыми волосами, оба – в плавках. Похоже, местные ловеласы. Уже и русский выучили, чтобы снимать доверчивых россиянок.
– Пошел вон, говнюк, – не открывая глаз, сказала Оксана.
– Очень серьезные девушки, – сказал другой. – Не нравимся вам, да?
– Вам же сказали – не мешайте отдыхать, – нахмурилась Таня. – Идите куда шли.
– Мы шли к вам и пришли. – Турок присел на траву рядом с Оксаной. – Давайте познакомимся.
– Короче, так, придурок, – сказала Оксана, открыв глаза и резко подняв голову. – Если через секунду не уберетесь, я звоню мужу в Москву и хозяину этого отеля. Через месяц тут ни одного русского туриста не будет, я это обещаю. А кто виноват в этом – хозяин сам разберется. – Она достала мобильный телефон из пакета. – Ну? Что непонятно?
Турки все сразу поняли: не по зубам оказался орешек, значит, нужно искать другие варианты. Они и отправились их искать, ибо причинять убытки отелю нельзя. Все от этого пострадают, а кое-кто и наказан будет.
– Здорово ты их! – с восхищением сказала Таня. – Я бы не знала, как отвязаться.
– Козлы! Все хотят одного и того же. И все лопочут, лопочут, а в мыслях – раздвинь скорее ножки, и ничего больше. Осточертели! Таких пускают сюда местные служки, им за это бабки дают. Но пускают с одним условием – чтобы репутация отеля не пострадала. Поэтому они боятся неприятностей.
– Да ладно, ты их напугала, забудь.
– Пойду окунусь, а потом ты, – сказала Оксана – Деньги и документы нельзя оставлять без присмотра, особенно если с моря их не видно.
– Хорошо.
Оксана ушла, а Таня придвинула пластиковые пакеты ближе к своему шезлонгу. Она понемногу начинала понимать Оксану. Подруга и не думала о любви, о счастье, она рассматривала мужчин лишь как средство достижения обеспеченной жизни. Самой обеспеченной, какая только возможна. Поэтому и бросила красавчика Валеру ради его босса Бахова. И рисковать своим завоеванием не собиралась даже с отъявленными красавцами. Ведь Бахов мог купить (наверное, так и сделал) путевки не только для них, но и для своих людей из службы безопасности, которые теперь наблюдают за их поведением. Богатая и самоуверенная Оксана, по сути, – несчастная женщина, которая живет с нелюбимым мужчиной и боится изменить ему, даже если встретит настоящую любовь! Бедная Оксана…
– Вот я и нашел тебя, – послышался рядом знакомый голос.
Таня повернула голову и увидела вчерашнего Игоря. Теперь смогла как следует разглядеть его. Высокий блондин с короткой стрижкой, белые шорты, белая тенниска, голубые насмешливые глаза.
– Можно присесть рядом? – спросил он.
– Присядь, – разрешила Таня.
Он сел на траву у ее шезлонга, почти как надоедливый турок, но прогонять парня почему-то не хотелось.
– Извини за вчерашнее, Тань… Выпил лишнего увидел тебя и… крыша поехала. Захотелось все и сразу. Я вел себя как последний хам.
– То есть ни круиз, ни сафари на самом деле мне не грозят? – с усмешкой спросила Таня.
– Грозят. Если захочешь. Но я предлагал это как-то гнусно. Неправильно, понимаешь?
– Понимаю.
– Давай забудем о вчерашнем разговоре?
– Теперь ты не хочешь меня, да? – язвительно спросила Таня.
– Ну почему же… я нормальный, а ты очень красивая девушка. Позволь мне загладить свою вину, пригласить тебя… ну, хотя бы в ресторан. Обещаю, что и пальцем к тебе не прикоснусь без разрешения.
Похоже, Игорь не был бандитом, те не разговаривают так вежливо, даже виновато. По правде сказать, она ни разу не говорила с настоящим бандитом, но в современных романах про них много пишут и фильмов много снимают. Вполне симпатичный молодой человек, такой вряд ли станет преследовать ее в Москве, хотя кто его знает…
– Значит, не прикоснешься без разрешения? А если я никогда не разрешу?
– Никогда не прикоснусь, – со вздохом сказал он.
– А хочется? – не унималась Таня.
С незнакомыми мужчинами она никогда не говорила про это. Но он же первый начал, вот пусть и отвечает. Да просто хотелось подразнить этого симпатичного нахала. Игорь виновато развел руками, согласно кивнул. Ну прямо совсем другой парень! Может, он спокойный и вежливый, когда трезвый, а выпьет и начинает буянить?
– Знаешь, ты мне приснилась под утро. Как будто сидим за столиком и просто разговариваем. Но без твоей сердитой подруги. И так хорошо было, такое блаженство… Потом, когда проснулся, понял, что нужно тебя найти и извиниться. Ну вот и нашел… Прошу прощения. – Он встал на колени, сложил ладони на груди.
– Перестань, люди смотрят. Хорошо, хорошо, я тебя прощаю.
Она ему верила. Сама себе удивлялась: после Виталия, после разговоров с Оксаной – верила. Не знала почему, но прогонять Игоря не хотелось.
Пойдем куда-нибудь вечером? В городе есть приличные рестораны, да и здесь тоже.
– Без Оксаны не получится.
– Почему? – спросил Игорь.
Но ответа не дождался. К пальме вернулась мокрая Оксана. Заметила Игоря, нахмурилась. Опустилась в свой шезлонг, надела темные очки и недовольно сказала:
– Дорогуша, ты такой непонятливый, да?
Игорь посмотрел на Таню, она пожала плечами, мол, разговаривай с ней сам, я не возражаю.
– Меня зовут Игорь, – мягко сказал он. – И я не совсем понимаю, что означают слова «она со мной». Когда это говорит мужчина – все ясно, а когда женщина?
– Проваливай отсюда, если не хочешь неприятностей, – сказала Оксана. Снова достала из сумки мобильный телефон, набрала номер. – Але, дорогой! Как там у вас, в Москве! Жара? У нас тут тоже. Но мы чувствуем себя хорошо. Да, хорошо! Лежим под пальмой, я только что вышла из моря. Я тоже… Да, конечно, вспоминаю. Скоро все повторится, да, обещаю, так и будет, да. Удачи, тебе.
Когда Оксана закончила разговор, Игорь достал из кармана тенниски свой мобильник и набрал номер.
– Але, Серафима Павловна? – с улыбкой сказал он. – Как там Джек? Скучает без меня? Сварите ему свиные ножки, он очень любит. И скажите, что через десять дней буду дома. Ну все, я тут загораю. Вернусь, поедете вы, да.
Таня тоже улыбалась, слушая эти разговоры. И понимала, что просто так Оксана не сможет прогнать Игоря, он ведь тоже отдыхает в этом отеле, имеет право знакомиться с кем хочет. Но в то же время тревожно стало на душе: а вдруг она что-нибудь придумает? Теперь особенно не хотелось, чтобы подруга решала ее личные проблемы.
– Если домработнице платишь пятьсот долларов в месяц, она вполне может поехать сюда же на время своего отпуска. – объяснил Игорь. – Серафима Павловна мой старший друг, ей пятьдесят восемь, и она лучше меня знает о моих бытовых дедах.
– Так, значит, непонятно тебе, да? – с угрозой спросила Оксана.
– Напротив, все понято. Коль скоро у вас имеется муж или любовник, которому вы только что звонили, ваши слова «она со мной» выглядят не столь угрожающе. Вы мне, честно говоря, не нравитесь, поэтому позвольте общаться с Таней без переводчика… с русского на русский. Разумеется, если она сама против этого не возражает.
– Деловой! Тань, я не понимаю, почему ты не пошлешь этого нахала куда подальше? На хрен! – раздраженно сказала Оксана.
