444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Наталья Зайцева » Зооцелительница (СИ) » Текст книги (страница 7)
Зооцелительница (СИ)
  • Текст добавлен: 13 ноября 2026, 10:30

Текст книги "Зооцелительница (СИ)"


Автор книги: Наталья Зайцева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Лаборатория была большая, вся выложена камнем и поделена на зоны. Зоны были с разным температурным режимом и разным освещением. По центру шли стеллажи с ингредиентами, реактивами, оборудованием и книгами. К каждой зоне была отдельно подведена вода, были свой слив и вытяжка. Рядом висели доски, на которых можно было прикреплять записи. Доски поднимались и опускались. Столы были обиты жестью и покрыты каким-то светящимся составом. Назначение некоторых предметов ускользало от меня, но Шанталь и госпожа Верона вполне все понимали и разговаривали между собой, не обращая на меня внимания. А я стояла, смотрела в окно на светлеющее небо… Окна лаборатории выходили на восток, в сторону левады. Зинто, все мокрое после грозы, немного обвисло тяжелыми листьями. Под окнами цвели неизменные розы, тоже намокшие и опирающиеся на гордо и крепко сидящий в земле можжевельник.

– Прекрасно! Просто прекрасно! – воскликнула профессор. – Это творение гномов – вне времени! Вы посмотрите на их изящное решение с разделением на зоны! А воздушные запоры? Ни грамма магии, а какой потрясающий эффект!

Я загордилась так, будто это не гномы делали столетие назад, а я лично своими руками собирала приспособления и устраивала лабораторию. Она реально впечатляла!

Я показала и холодную комнату-сейф со складом лекарств, вырубленную в скале. К ней тянулся прямой путь из лаборатории, если идти мимо площадки с выходом в портал и лифтом, уходящим на второй уровень дома.

– Нам надо будет еще где-то разместить студентов. Возможно, в таверне найдутся комнаты? Тут ведь есть таверна недалеко?

– Профессор! Эта клиника полна чудес! Пойдемте, я покажу вам комнаты как раз для преподавателя и студентов.

– Комнаты? Прямо тут? – профессор Эгиль радовалась, как ребенок новой игрушке.

– Прямо тут! Вот как раз за стеной лаборатории, между портальной и приемной клиники.

Я не знаю, каково было изначальное предназначение этих комнат. Они шли вдоль широкого коридора, по которому я переправляла пациентов в стационар и забирала из него. Этих комнат было четыре, и сейчас они стояли пустыми. Из-за того, что располагались они внутри дома, уличных окон в них быть не могло. Своей дальней стеной они упирались в растянувшуюся почти на полдома лабораторию и заканчивались скромными санузлами. Над дверями по всей длине комнаты шли горизонтальные внутренние окна, пропускающие естественный свет через цветные витражи.

Все четыре комнаты легко можно было подготовить для преподавателя и шестерых студентов.

Если я найду мебель и всякий текстиль, зеркала и светильники.

В общем-то, если потесниться, то студентов можно разместить даже по четверо в комнате. Но я решила, что не выдержу такого напора юных дарований и мне вполне хватит шестерых для начала.

В конце концов, это я должна была стать интерном, а оказалась в роли принимающей стороны.

Госпожа Верона пришла в неописуемый восторг. Видно было, что она уже мысленно распределяет задачи летней практики. Пообещала уже завтра доставить сюда «самые сливки среди лучших» и усмехнулась многообещающе. И тотчас заторопилась в Университет, не оставшись даже на ужин.

– Завтра, девочки! Все завтра!!! Ждите, мы прибудем с утра. Пусть домовики готовят комнаты на шестерых постояльцев и меня.

И потрепав Хтона по спинке, откланялась и ушла порталом.

Мы с Шанталь остались в доме одни. Ведьма была задумчива и совсем неразговорчива. Вдвоем мы поужинали под мерный перестук капель дождя за открытым окном. К вечеру зарядил ливень и, уже не останавливаясь, поливал мокрый двор и тяжелые от воды розы.

– Мне надо в сад. Хочу послушать, что говорят духи, – Шанталь решительно встала из-за стола.

– Там дождь…

Но она ничего не ответила и забрала с собой Хтона…

Я немного посидела за столом, наслаждаясь тишиной и чаем, дала указания домовикам насчет комнат за лабораторией и поднялась к себе.

Наконец-то у меня нашлось время, чтобы спокойно сесть за стол и ответить Милисенте.

«Привет, Масяня!

Не ворчи, как бабка старая.

Я рада весточке от тебя и еще больше радуюсь за твою полосатую брюхатку и новое платье.

У меня тут все сурово. Работа. Работа. Работа. И еще раз работа. Иногда даже ночью, чтобы не расслабляться. Тебе повезло, что ты пройдешь полноценную интернатуру, у меня тут наставников нет. Из коллег лишь местная дипломированная ведьма.

Кстати говоря, она почти наша землячка. Ты ведь помнишь, как мы спорили про фамильяров, а потом нам всем задали написать реферат "Являются ли фамильяры магическими животными?”, а потом Рафаэлла Рита Карризи показывала нам своего черного волка Шторма и объясняла, что фамильяры это сущности, принимающие какую-то форму, и они не являются животными, потому как не едят, в обычном смысле слова, и не размножаются. Она у нас была приглашенным лектором по травам и рунам. Помнишь? И ты еще с ее старшим сыном танцевала на балу – единственный оборотень-ягуар, которого мы видели. Да и то без зверя. В общем, Шанталь – ее дочь.

А вот зооцелителей в этом округе нет. И спрашивать советов особо не у кого. Поэтому уповаю на свои конспекты и книги. Магических животных тут тоже почти нет. Это тебе не Королевский зоопарк. Здесь страна оборотней, и вот с их звериной сущностью бывают проблемы. А так тут обычные домашние животные. Как ты справедливо заметила – коровам хвосты кручу.

Уровень магии тут удивительный. Сырая магия разлита везде, земля ей пропитана. Я у нас такого не видела. Самое похожее было в океанариуме Жизнь Моря. Помнишь, мы были там на практике по морским животным? Видимо, под океанариумом проходит жила с выходом магии на поверхность, и она фонит. Но это все равно дает слабое представление о том, как оно здесь. Жалко, что тебе сюда не приехать, поэтому просто включи воображение. В общем, для работы – идеально.

Про бал не забудь мне написать. Это первый бал, который я пропускаю. Хотя, может, и тут балы есть. Честно говоря, мне было не до этого. А ты напомнила, и я прямо захотела.

Про дом: тут все просто. Дом огромный. И поверь, никаких ковшичков и тазичков! Тут самый настоящий гномий водопровод. В скале рядом есть термальный источник. Так вот, гномы его подвели к дому. И здесь купальня, бассейн, даже больше, чем у папы, и ванны. Грязная вода уходит в реку. Причем, используются оригинальные системы очистки воды, типа биоплато. Мы это проходили, но лично я увидела только тут. И дом обогревается не магией и не дровами – тут воплощен продуманный геотермальный обогрев. Хотя камин есть. Но это, скорее, дань уюту, чем для обогрева. Гномы не пользуются магией, они прирожденные инженеры. Забавно, что при таком высоком уровне магии обслуживание дома немагическое. А у нас, в Королевстве, уровень природной магии весьма умерен, но все построено на магии. Как-то это странно. Раньше я не задумывалась об этом.

Представляешь, тут всеми бытовыми делами занимаются домовики. Я бы их называла бытовики, потому что решительно все бытовые вопросы дома решают эти духи дома. В Тарции их, похоже, вовсе нет. По крайней мере, у всех есть слуги, а вот про домовиков я не слышала. А тут слуг нет.

Все, Масяня! Я спать. Погода дождливая, и под шум дождика меня разморило. Да и вставать завтра рано. Надеюсь, что ночью вызовов не будет.

Варя

И спасибо за книжку! Я даже начала читать.

И ты не знаешь, у моих все хорошо? А то они давно мне не писали».

Колокольчики на зинто звучали все тише и, наконец, истончились и пропали совсем.

Духи приняли подношение.

10 Студенты

Утром я проснулась от шума в портальной комнате.

Было рано, и я хотела уснуть или хоть поваляться еще немного. Вчерашний дождь так и не закончился, и через открытое окно я слышала, как шуршит вода по листьям. Я натянула подушку на голову и устроилась поуютнее.

И тут что-то сгрохотало, послышалось тоненькое «ой» и мягкий голос леди Инги в ответ на приглушенный мужской басок. В портальной точно что-то происходило, и я с закрытыми глазами, нащупав домашние тапки, накинула шаль и пошла разбираться, что же с утра пораньше происходит в безобидной портальной. На втором этаже, между прочим!

– А, пташка ранняя! – ласково заулыбалась леди Инга. Вокруг нее нетерпеливо топтались, весело поглядывая на меня, домовики. Вестибюль портальной занимали какие-то тюки, кресла, лампы, столики, крепкие стулья, кровать, которая почему-то стояла на боку, и еще одна кровать. И еще одна. Какой-то мебельный склад. И мебель все прибывала!

Леди Инга была в дождевике, с него стекала вода. Волосы прилипли ко лбу, но она тепло улыбалась и, как довольная кошка, поймавшая мышку, поглядывала то на мебель, то на домовиков.

– Леди Инга, доброе утро! А это что? – я ничего не понимала спросонья.

– Ашвария, у нас студенты скоро прибудут. Вы же не забыли? Сейчас будем комнаты готовить.

– А мебель откуда? – я ведь уже облазила весь дом и совершенно точно знала, что лишней мебели тут нет.

– В доме нет мебели, – подтвердила леди Инга, – а заселять студентов и профессора Эгиль в пустые комнаты это дурной тон. Вчера вечером я попросила найти мне подходящего мебельщика в Тарлуше и договориться о доставке. Я лично проконтролировала отгрузку и комплектацию.

– Вы по дождю утром в Тарлуш ездили? Я вчера уснула и не слышала, когда вы вернулись, – мне было неловко, что заселение студентов свалилось на плечи леди Инги.

– Ах, Ашвария! Я все равно была в городе по своим делам. А маленький дождик – это же так приятно после жары. – Леди Инга сняла мокрый дождевик и не глядя протянула подоспевшему домовику.

Портал периодически озарялся синеватым сиянием, и очередная партия мебели заносилась в вестибюль веселыми грузчиками.

– Мы сейчас с домовиками все спустим вниз и приведем комнаты в порядок. А с продуктами мне обещал помочь Старина Том. Мы все успеваем! Не волнуйтесь моя девочка!

Не то чтобы я волновалась. Но разве студенты появятся уже сегодня? Я вернулась к себе, раздумывая: лечь и доспать еще немного, пока есть такая возможность и не надо никуда мчаться по вызову, Или встать окончательно, раз уж дом все равно не спит?

В портальной опять что-то грохнулось. Я вздохнула и пошла умываться. К нам заглянул сэр Демир. Он собрал свои роскошные волосы в традиционный хвост, как тут принято. Оделся ярко и даже дерзко и сразу помолодел лет на двадцать. Мы поулыбались друг другу и пожелали доброго утра, покосившись на шумную портальную комнату.

Внизу везде горел свет, отодвигая серую дождливую сырость за окна.

В комнатах, куда планировалось заселять студентов, суетились домовики, оттирая последние пятнышки со стен и пола и расставляя мебель. В три комнаты поставили по две кровати. А последнюю комнату отдали профессору Эгиль. Ее обставляли не так аскетично, как жилье студентов. На пол лег пушистый, как мох, ковер. В резной шкаф, встроенный в стену, домовики повесили плечики. В светлый комод легла стопка полотенец. На изящный стол кто-то поставил мокрые розы из сада. Большую кровать занавешивал невесомый балдахин из южного шелка, скрывающий гору подушек на вышитом покрывале. Старинное трюмо тоже нашло свое место. А под конец установили кресло-качалку с резными подлокотниками, на которое прыгнули трое домовиков и, улыбаясь во весь рот, раскачивались с детским восторгом.

У меня с утра никаких дел в кои-то веки не было, а завтраком кормить меня никто пока не торопился, так что я решила сходить поплавать в бассейне, чтобы не мешаться под ногами.

В купальне было тихо. От воды поднимался парок. Пахло, как всегда, странно, но уже привычно. Это место обладало для меня собственной магией. Как только я заходила в воду, она смывала с меня заботы и тревоги, и оставались только ощущение теплой воды на коже и полумрак купален.

***

Студенты прибыли как раз к завтраку.

Взъерошенные и не выспавшиеся парни и две хорошенькие девчушки. Сумки госпожи Вероны домовики уже заносили в ее комнату. А сама Верона профессорским взором оценивала, как будет лучше разбить ее «птенчиков» на пары.

– Лира и Айрис, вы занимаете комнату рядом со мной, – профессор быстро сориентировалась с диспозицией.

Я тихо стояла, выйдя в наш широкий коридор из зала купален, и меня пока никто не заметил. С Лирой, похоже, проблем не предвиделось. Тихая светловолосая девушка без вопросов пошла осваивать новую комнату. А вот Айрис, явно роковая красотка и покоритель неокрепших сердец, уже решила оспорить выбор профессора. Впрочем, Верона Эгиль посмотрела на юное дарование «тем самым» взглядом, сразу закрыв ей рот.

Интересно.

Парни в это время осматривались и самостоятельно пошли разглядывать две оставшиеся комнаты. Там сами быстро распределились. Я пока не слышала их имена, только видела, что большой и рыхлый парень с умными глазами занял комнату с весело скалящимся рыжим. А два явно небедных и в красивых стрижках молодых человека остались в дальней от Вероны комнате.

Вот и славненько.

Когда я снова спустилась вниз, ребята завтракали, а профессор Эгиль разговаривала с прибежавшей Шанталь. Я кивнула всем и подсела к столу, чтобы тоже поесть и заодно познакомиться.

* * *

Слегка распогодилось. Сквозь быстрые тучи стало выглядывать солнце. Мокрый клевер вспыхивал бриллиантами капель. Мокрые и старательные певцы щебетали хвалу утру.

За окном послышались гиканье и топот копыт. Из окна столовой мне не было видно, кто там пожаловал, поэтому я просто слушала, откуда раздастся колокольчик.

Никто не названивал, а кони обежали дом и зашли в леваду.

Потом с неожиданной для гостей стороны в дом зашел Пьер, вчерашний гость. От него пахло дождем, мокрыми лошадьми и легким парфюмом. Он улыбался, как мальчишка, когда увидел всех нас, и сразу пошел обниматься с леди Ингой и здороваться за руку с Демиром. Влажные волосы курчавились и падали на глаза, но Пьер все равно умудрялся выглядеть, как Само Совершенство.

– Пьер, мальчик мой, ты к нам с утра пораньше и по дождю? – леди Инга с любовью посмотрела на племянника.

Пьер, улыбаясь, повернулся к госпоже Вероне:

– Вижу, студенты уже прибыли. И даже разместились, – а потом развернулся и сказал: – Тетушка Инга, я поговорил с отцом, и мы решили, что в клинике мало лошадей. Хватает только для госпожи Шанталь и магессы Ашварии, да и те не очень.

Интересненько. Когда это красавчик успел познакомиться с нашими конями? Они и впрямь не охотничьи, но службу-то несут. Даже обидно стало.

– Не обижайтесь, госпожа Ашвария! Я не хотел вас обидеть. – Пьер ослепительно улыбнулся.

Надо же, какой чувствительный. Наверное, увидел, как я поморщилась.

Все смотрели на Пьера, а он продолжил:

– Я взял на себя смелость пригнать сюда несколько наших лошадей, чтобы всем хватило, когда потребуется. Эти прекрасные благородные кони хорошо обучены, и с ними справятся даже девушки.

Пьер посмотрел на нас с Шанталь и на студенток.

– Чуть позже сюда привезут и амуницию. У каждой лошади своя, они подписаны. Рассортируйте сами потом. Дядя Демир, ты разберешься. Ты опытный наездник, хоть эти лошади тебе и не знакомы, но ты знал их родителей. Кстати, конюшня в клинике идеальная. Здесь я за лошадей спокоен.

– Бежим смотреть!

Наши практиканты сорвались с места и шумной толпой рванули на выход к леваде. Следом зашагал и Пьер.

Шанталь, не отрывая глаз, смотрела на Пьера, и мне снова пришлось немного толкнуть ее локтем под ребра, чтобы она взяла себя в руки и не пялилась на красавчика. Хотя подругу я понимала. Я видела, как студентки почти не дышат, слушая волнующий голос своего преподавателя. Да и выглядел он просто неотразимо, чего уж там!

В леваде нас ждали девять чистокровных рузьенов. Крепкие и некрупные, с прочными ногами, компактные и элегантные, это были лошади, готовые скакать по пересеченной местности, не боясь свернуть шею или сломать ноги. Бархатные глаза на аккуратной, даже изящной, голове смотрели внимательно и ласково. Безупречны во всем! В невероятной контрастной масти – вороные, с серебристой гривой и хвостом. В своем мягком и покладистом характере. Мокрые после дождя, они выглядели игривыми и гордыми.

Никто не остался равнодушен! Леди Инга шагнула поближе, чтобы погладить и нашептать, какие тут красавцы и как им рады.

Мы договорились, что пусть сегодня кони освоятся на новом месте, а завтра с утра, если не будет дождя, мы устроим себе веселую прогулку и покатаемся. На этом Пьер откланялся и ускакал, оставив нам разбираться с небольшим табуном.

Сегодня обошлось без срочных вызовов, и я решила, что помогу немного госпоже Вероне с лабораторией. Туда же направились студенты и Шанталь, но моим спокойным планам на день не суждено было сбыться.

Прискакал хмурый практикант господина Гусса и попросил меня посмотреть найденную собаку. Что с ней, он мне внятно так и не сказал: только хмурился и говорил, что там «все плохо, сами увидите». Пришлось оставить компанию и, взяв сумку и привычную лошадь, торопиться следом за юношей.

Сначала я увидела бледного господина Гусса. Он сутулясь сидел на сломанной сосне, расставив ноги, и грыз веточку.

А потом я увидела собаку…

Эта некрупная дворняга со светлой мордой, такими же лапами и с темным чепраком на спине когда-то явно была симпатягой с пушистым хвостом и прищуренными глазками. Сейчас она хрипло дышала, пытаясь протолкнуть воздух. Шерсть слиплась от крови. На шкуре длинными полосами блестели ожоги. Обнаженная плоть пузырилась и подрагивала. Трава вокруг была затоптана и залита кровью.

– Вот, мальчишки нашли, – здоровяк Гусс хмуро посмотрел на меня. – Сейчас ищем хозяина.

Я подсела к собаке. Она была в сознании, но не обращала на нас никакого внимания: вся тонула в кровавом тумане боли.

Активировав браслет, я подняла собаку в воздух, чтобы она не опиралась на мокрую грязную землю, и начала обезболивать, аккуратно погружая ее в целебный сон. Внутренним зрением я видела, что у дворняги сломаны ребра и есть внутренние кровотечения. Стараясь не отвлекаться на мысли «какой козел это сделал», я оказывала первую помощь. Собаку надо было забирать с собой, оперировать и оставлять в стационаре.

– Она выживет? – Здоровяку было явно не по себе.

– Не знаю, все зависит от ее воли к жизни. Но тот, кто сделал такое с бедной собакой, ее не просто покалечил, а растоптал ей дух, ее веру в себя и в людей. Спасти ее будет непросто.

Я тронула лошадь в сторону клиники, и собака поплыла следом за мной. Укутанная магией, она слегка светилась. Зеваки молча разошлись, а я быстрым шагом вела свою ношу, стараясь по пути ее подбадривать и подпитывать. Глубокий принудительный сон отрезал бедняжку от мучений, а мне хотелось рвать и метать.

– Найдите этого ублюдка, господин Гусс, – выплюнула я в сторону законника.

В клинике мы с Шанталь прооперировали собаку и разместили в стационаре. Странные раны оказались у нее с двух сторон, как будто собаку хлестали кнутом. Но откуда тогда ожоги? Какая-то мысль шевелилась во мне, но я не могла ухватиться за нее.

Притихшая и покрытая лечебной мазью, дворняга спала, плавая над соломой. А мы с Шанталь и леди Ингой сидели в гостиной и пили чай, обсуждая странное событие.

Впрочем, я не успела ни чай допить, ни даже пообедать, как за мной примчался сын фермера, и я выехала на дальнюю ферму, где в летнем лагере мне надо было осмотреть коров.

Мы воспользовались порталом до той деревеньки, а потом немного проехались верхом до летнего лагеря. День был ветреным и не жарким. Солнце то уходило за тучу, то появлялось вновь. Из-за собаки настроение упало ниже некуда.

Коровы нас встретили обиженным мычанием. Все товарки уже давно паслись где-то в поле, а несколько болящих стояли в загоне и ждали, что будет дальше.

Я спрыгнула в загон и подошла к животным. Четверо коров нюхали воздух, вытаскивая длинный гибкий язык, весь в зеленой слюне, и пялились на меня совершенно белесыми глазами. Две молодые коровки стояли тихо и понуро. На спине и боках у них были ужасные кровавые раны.

Что-то многовато ран для меня сегодня.

– Что с телками? Кто их?

– Медведь, магесса. Мы своими глазами видели, как рано утром из тумана вышел медведь и напрыгнул на них. Телки отбивались, и сразу прибежали собаки, но вот: что случилось, то случилось.

– Ловим, фиксируем. Где станок?

– А убрали станок, нет тут.

Вот бестолковые работники!

Я тихонько подошла к первой телке и накинула на нее полог спокойствия. Обезболила и смогла подойти поближе и посмотреть.

В общем и целом все оказалось не так уж и плохо. Конечно, раны не выглядели красиво, но внутренние органы остались целы, и травмы не были опасны для жизни. Поэтому я обработала и срастила края ран, которые прямо на глазах схватывались и розовели.

Со второй коровкой я поступила так же. У нее повреждений было еще меньше.

Как только боль ушла, отступил и страх. Две невезучие телушки, потряхивая шкурой, пошли к поилке, а потом и к сену, наваленному рядом с изгородью.

С глазами у коров пришлось повозиться чуть подольше. Я уже видела эти повреждения на практике и посоветовала владельцам купить для каждой коровы артефакт на рога, отпугивающий гнус. Гнус и был причиной ослепления дойных коров. Я проделала все манипуляции с глазами. Оставила мазь и объяснила работникам, что надо с ней делать. Предположила, что через неделю коровы будут видеть как раньше; и отправилась домой.

Дома меня ждал поздний ужин и господин Гусс.

Я показала ему собаку в стационаре. Бедняжка все еще сспала, и дыхание у нее было ровное и глубокое.

Когда мы пошли за стол, господин Гусс рассказал, что это первая выжившая собака. Он таких видел уже несколько. Все с одинаковыми ранами, и все найдены в лесу за Тарлушками. Этой просто повезло, что ее заметили пацанята. Там же находили и кошек, практически порванных пополам и обожженных. Вот уже пару недель, как жители жалуются, что со двора пропадают их собаки и кошки.

Странно…

– Очень жалко, что собаки не умеют говорить. А то я бы расспросил нашу стационарную, кто ее так. А пока даже не знаю, что и думать, – сказал законник. – Да еще ваш Шаман куда-то делся. Я капитана вижу, а Шамана давненько нет. Я разговаривал с Томом. Он говорит, что Капитан ночует в деревне, но Шамана он тоже давно не видел. И у вас их нет.

А ведь точно! Куда делись мои бравые наемники?

* * *

Вечером прибыл Ягуар.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю