Текст книги "Зооцелительница (СИ)"
Автор книги: Наталья Зайцева
Жанры:
Любовное фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Дайто поклонился моим родителям, прижав к груди руки.
А потом Найоми обняла меня, и я прямо шкурой почувствовала, как волна драконьей магии смывает с меня всю боль. Эристави подошли к нам, и мы стояли, тихо обнявшись, а Найоми гладила наши истерзанные души, складывая по кусочкам и исцеляя…
Потом папа поднялся и воскликнул:
– Давайте уже праздновать! Повод-то какой! Семья выросла и расширилась. Мы в самой сказочной столице в канун Зимнепраздника! Пойдемте гулять!!!
* * *
И мы гуляли по заснеженному Имгулю, ели сладости, пили кофе. Гуляли по дворцовому парку. Нашли там зинто. Два раскидистых дерева в кружеве снега величаво возвышались над кустами живой изгороди, окруженные охраной из четырех гвардейцев в мохнатых шапках и плащах клановых цветов. Я не удержалась и сравнила наш зинто и княжеский. Конечно, княжеский был старше и больше, зато наш был… нашим. Потом мы пошли на каток, и Найоми с Дайто учили нас держаться на коньках. А снег все валил, и, подсвеченный фонарями, укутывал шалью ночной город.
23 Бал Зимнепраздника
Утро вышло бы суматошным, если б не драконы.
Конечно, мы проспали!
А у родителей еще и часовой пояс не совпадал, ведь в Кэнси едва ночь началась.
Драконы на бал не собирались, у них были билеты в театр и собственные планы на волшебную ночь Зимнепраздника, зато мы с мамой и папой семьи Эристави готовились посетить дворец великой княгини. Чтобы хоть как-то позавтракать, нам пришлось молить Найоми-сан о чудесном прикосновении, снимающем волнение – иначе кусок в горло не лез, и мы сидели бы на одном кофе. Найоми нас пожалела, и мы с аппетитом умяли все, что лежало на столе, а после пары-тройки глотков кофе уже полностью открыли глаза.
В этом сезоне в Имгуле и Кэнси по разному смотрели на красоту. Мамино платье, виртуозно собранное из кружев цвета слоновой кости и отделанное бриллиантами и мехом, облегало ее высокую стройную фигуру. Мое платье было из гладкого шелка, с открытыми плечами и собранное под грудью атласной лентой. Папа надел фрак. Впрочем, он всегда носил фрак на балах.
Мама с удивлением разглядывала бальные туфли, которые подарили мне Дайто и Найоми. Я уже привыкла к туфлям-носочкам из шкуры имгульской козы, но для мамы они стали откровением. Мои носочки украшали самоцветы, искрящиеся всякий раз, когда юбка приподнималась и свет падал на камни.
Родители привезли мои драгоценности, но они так и остались лежать в шкатулке. Папа достал колье, купленное для меня в лучшей ювелирной лавке в Мань Джань, и теперь я могла блистать в прямом смысле слова!
* * *
Наконец, мы зашли в зал дворца.
С галерей сверху лилась музыка.
Пахло воском.
Легкий еловый аромат сливался с запахами духов и пряностей.
Гостей обносили глинтвейном. Рубиновое вино сверкало то тут, то там.
Нарядные гости.
Шуршание тканей.
Тихие разговоры и смех.
Мужчины в мундирах.
Волки в красном с серебряным шитьем. Я заметила Андреа под руку с потрясающей красоты девушкой.
Красный с золотом клан Огилви – Горные львы.
Мне поклонился знакомый мужчина, забиравший из клиники тело погибшего главы. На глаз попались Девидсоны в своих черных с золотом мундирах. Я пока не видела Демира, но заметила сэра Ральфа.
Многочисленные Росомахи – клан Грэхэм в темно-зеленых мундирах с золотым шитьем.
Но больше всего – Гризли. Андерсы гордо носили синий в золоте.
Разговоры становились все громче. Гости смеялись и закусывали глинтвейн маленькими канапе. В большом зале танцевали. Все ждали выход великой княгини.
Наконец показались Ягуары из ее личной охраны. Я заметила хмурого Эйвинда. Время близилось к полуночи, Айла Исибейл вышла в зал.
Княгиня светилась счастливой улыбкой, оглядывая гостей дворца. Она легко двигалась, шурша своим сапфировым платьем, держась за руку с Капитаном, одетым в мундир Гризли. Невысокий демон ласково поглядывал на свою спутницу. За ними шел Шаман, как всегда в камуфляже и с хлыстом. Белобрысый демон, глядя на всех, презрительно кривился. Личная стража княгини отвечала ему злобными взглядами.
– Друзья мои! – чарующий голос Айлы звенел по залу. – Я рада приветствовать вас в стенах этого прекрасного дворца! Скоро пробьют куранты! Танцуйте, веселитесь и угощайтесь! Давайте вместе радоваться Зимнепразднику! Пусть новости будут только счастливыми!
Мы подняли бокалы, приветствуя свою княгиню, и она продолжила, повернувшись к демону и не сводя с него сияющих глаз:
– Друзья, а вот и первая радостная новость. Я хочу объявить об официальной помолвке!
Мы стояли недалеко от княгини. Я любовалась правильными чертами ее лица и густыми волосами, перевитыми жемчугом. Гости затаили дыхание. Я заметила, что Эйвинд побледнел и сжал кулаки. Шаман глумливо улыбался, стоя за спиной Капитана.
Гости ахнули и подались вперед.
Вдруг я услышала спокойный голос, музыкой отозвавшийся в моем сердце. Я знала, кому принадлежит этот мягкий баритон зверя, привыкшего говорить негромко, зверя, которого все прекрасно слышали с первого раза:
– Миледи! Демон предал вас! Он убил вашего мужа и обманом занял его место.
Рассекая нарядную толпу, к нам двигался Йен. В мундире клана, с суровым и уставшим лицом, он пробирался к великой княгине. Следом шел сэр Демир, сэр Ральф и невысокий крепкий незнакомец в шелке и коже. Увидев его, Капитан изменился в лице.
– Ты! Ты!!! – он перекосился от злости и резко задвинул княгиню себе за спину. – Что ты тут делаешь, сопляк?! – загремел демон.
– Ты арестован, Ашгар Саргатанос, – и моложавый демон, прибывший с оборотнями, щелкнул пальцами в перстнях. – Тебя будут судить дома. За все убийства, что ты совершил.
Люди ахнули и зашептались. Саргатанос… Правящая династия демонов.
– Позвольте, я расскажу, Миледи, – Йен с достоинством поклонился изумленной Айле. Она вышла из-за спины Капитана.
– Ашгар Саргатанос, или Капитан, как он себя называет, был изгнан из своей страны за убийство матери, правящей Владычицы Демонов. Старший ребенок в семье, воин, маг, дипломат. В день своего совершеннолетия был отвергнут семейным артефактом как бастард. В тот день мать призналась, что Ашгар – сын старейшины чавэла. Ашгар в ярости убил свою мать и был изгнан с земель демонов.
Люди ахнули. Зал замер не дыша.
– Она была шлюхой! – Капитан выплюнул слова в лицо незнакомцу, не сводя с него горящих глаз. – Я убивал бы ее снова и снова, как убил того обоссавшегося чавэла, который вопил, как девчонка, когда я вырывал его глаза. Я убил их всех! Жалкое отродье! Они осквернили древнюю кровь!
– Позвольте! – голос моего отца прозвенел сталью. – Так это твоих рук дело – убийство чавэла в степях у орков?
Капитан захохотал.
– Всех до единого! Я наслаждался каждой минутой, каждым всхлипом и последним выдохом. Они подохли, как собаки!
– Скотина, ты убил мою мать! – меня трясло от гнева. Сердце колотилось в ушах.
– Твою мать? Так это ты?! Ты не сдохла? Я оставил тебя для степных варанов.
– Заткнись! – Йен тяжело посмотрел на Капитана. – Я еще не все рассказал. Ты сколотил банду таких же головорезов и ушел в наемники. Там ты познакомился с Бьерном Андерсом.
Капитан сплюнул на пол. По его гладким черным волосам пробегали красные искры. Княгиня потрясенно молчала. Шаман тихонько отходил, распуская хлыст.
– Бьерн уважал тебя и пригласил к себе на свадьбу. И тогда ты решил его сместить, когда понял, что он не простой оборотень.
– Я узнал тебя, – спокойно произнес сэр Демир, – не сразу, но узнал. Вспомнил. На той охоте, когда мы обернулись, ты со своим Шаманом тоже обернулся. Никто не подумал, что ты начнешь ломать нас в обороте. Бьерн тебе верил.
– Тебе есть что сказать, демон? – голос княгини звенел от ярости. Она распрямилась во весь свой высокий рост, и княжеская цепь с головой гризли засверкала, отражая свечи.
– Все вы шлюхи! – Капитан сплюнул в сторону княгини.
– Арестуйте его! – побелевшие от ярости губы Айлы едва шевелились.
Шаман в прыжке щелкнул хлыстом. Огненный росчерк – и Ягуаров разбросало по сторонам. Толпа отхлынула от нас.
Демоны взревели, трансформируясь и вырастая над толпой, приняли боевую форму.
Гости ринулись к выходу.
Билась посуда, осыпаясь на пол. Слетали с подносов бокалы, оставляя багровые пятна.
Летели под ноги закуски.
Какие-то женщины кричали в давке.
Оглушенные и обожженные гвардейцы пытались встать.
Папа оттолкнул маму к стене. Демир подхватил ее, успел отскочить, и тут упал сверкающий полог.
Шаман пел, закатив глаза, с него сыпались и разлетались вокруг искры, отрезая нас от мечущихся людей, от гвардейцев, не могущих пробиться к Айле. Его голос монотонно гудел, и в нем тонули крики и плач.
Капитан в боевой форме яростно хлестал хвостом, по его черной шкуре струились красные руны. Княгиня упала сломанной куклой. В руке Капитана вспыхнул огненный хлыст.
Папа задвинул меня за спину. Демоны нависли над нами. Руны бежали, осыпаясь огнями. Капитан щелкнул хлыстом, и папа упал без сознания.
Шаман снова запел.
Против демонов стоял обернувшийся Волк.
И я.
За куполом металась стража. Оборотни кидались на завесу, пытаясь прорваться к нам.
Молодой демон задумчиво смотрел на брата.
Правящий Владыка Демонов. Младший брат Ашгара.
Дальше все пронеслось как в тумане. Капитан повернул рогатую голову в мою сторону. Отталкивая меня, на него прыгнул огромный волк и сбил Капитана с ног. Шаман взмахнул хлыстом и, обжигая, откинул волка в сторону. Я видела, как летит мохнатое тело, кувыркаясь и ломая ноги. Я заревела чужим, страшным голосом. Меня распирал мой дракон. Внезапно земля рванула назад, а меня бросило вперед, корежа от боли. За спиной раскрылись крылья. Из груди вырвался огонь.
Я обернулась драконом.
Шаман бил хлыстом, пытаясь сломать мне крылья. Капитан откатился в сторону, чтобы я не могла его растоптать. Огонь скользил по нему, не причиняя вреда.
На полу, среди обломков стекла и луж горячего вина, валялись волк, княгиня и мой отец.
Мой папа!
Я в ярости растоптала Шамана.
И горящий полог спал.
Охрана подскочила к княгине, чтобы вытащить ее из под моих ног. Я поливала огнем все вокруг, тесня Капитана.
Эйвинд прыгнул на демона, обернувшись в прыжке. И тут же был сбит хлыстом.
Одной рукой держа хлыст, другой схватив моего волка и прикрываясь от меня, Капитан отходил к выходу. Пол трясся от моих шагов. В дыму блестел огонь. Мне не хватало места, чтобы развернуться, и я махнула хвостом, вынося часть дворцовой стены.
И тут Владыка Демонов вышел из задумчивости. Словно на прогулке в парке, он подошел к старшему брату и ткнул в него одним из перстней. Ашгар замерцал, его хлыст пропал, демон потерял боевую форму.
* * *
Мое крыло было сломано. Я с трудом вернулась в человеческий вид. Платье обгорело и порвалось, но хоть как-то меня прикрывало. Спину ломило, и хотелось выть от боли.
Княгиня пришла в себя и общалась с гвардейцами среди обломков бального зала. Воняло гарью.
Мама, встав на колени, склонилась над бледным папой. Ее руки светились, и по ним текла целительская магия. Папа закашлялся. Он очнулся.
Эйвинд смог обернуться и, прихрамывая, шел к своей княгине.
Йен лежал окровавленный и обожженный, так и оставаясь в теле зверя.
Люди бегали, пытаясь потушить пожар. Каменная крошка скрипела на зубах и оседала в волосах.
Я смотрела на Капитана, запертого магией Владыки, и в голове тоненько пробивалась мысль, что это – мой дядя. Мой дядя, убивший мою мать, свою сестру. Зверски убивший моего деда. И хладнокровно бросивший меня умирать в степи среди убитого на моих глазах табора.
А я убила Шамана…
Теперь я тоже убийца.
Владыка Демонов коротко кивнул всем и ушел в портал, забрав с собой брата.
Я стояла над телом Йена и рыдала.
24 После бала
К нам бежали Андреа, Демир, и я видела княжеского целителя.
Дворцовая стража оттесняла зевак к выходу. В разбитое окно залетали снежинки.
Я стояла над волком опустошенная.
Андреа обнял меня, уговаривая о чем-то. Демир, упав на колени, слушал, бьется ли сердце друга.
И тут он замахал рукой не в силах сказать:
– Он жив. Жив!
И время рвануло.
Ждать носилки было некогда, и к нам тащили выломанную дверь. Гвардейцы бегом расчищали дорогу. Я бежала, поддерживая Йена и дверь на лету, подхватив рваный подол. Кто-то кинул мне плащ, и чьи-то руки завязали его на мне. У крыльца уже стояли санки и оседланные кони. Мы помчались по ночной столице под вспышки салютов и радостный гул толпы, отмечающий Зимнепраздник.
* * *
В клинике нас встретили веселые целители, дежурившие в праздничную ночь. Веселье мигом с них слетело, когда они увидели гвардейцев и меня такую растрепанную.
Я не дала им даже рта открыть. Мигом оценив обстановку, драконы включились в спасение оборотня.
Бледный Андреа остался в приемном покое. Рядом тенью стояла его прекрасная невеста, молча сжимая руку жениха.
Возможно, дежурившие целители были старше и опытнее меня, но я помнила про Роки и не могла допустить даже мысли, что моего Волка будут оперировать равнодушные незнакомцы. Я делала сама, снова и снова вливая магию в оборотня. Моя спина горела огнем, но я терпела, не отходя от пациента. Я не знаю, сколько времени прошло. Наконец, его дыхание выровнялось, и Волк перестал умирать.
За окнами солнце слегка осветило синие снежные крыши домов. Кошмарная ночь подошла к концу. Я смогла выйти ко всем, кто сидел в приемной и терпеливо ждал.
На меня смотрели родители, сидя на диванчике и держась за руки. Из кресла, глядя на меня с тревогой, вставал Демир. Стоящие у окна Андреа с невестой тоже шагнули вперед. Мои, уже ставшие родными, единственные из всех нарядные и чистые Накамура смотрели задумчиво с другого дивана.
– Йен жив и будет жить! Он пока не может обернуться, но когда ток магии восстановится, Йен быстро пойдет на поправку.
Я увидела, как все расслабились. Они заулыбались, напряженные позы смягчились. Демир протянул мне сверток:
– Возьми, переоденься.
– Спасибо!
Только сейчас я, кроме бесконечной боли в спине, почувствовала, что меня трясет – я замерзла в рваном бальном платье. Я не знала, как мне переодеться, от боли не могла шевелиться, ведь, когда я закончила оперировать, я смогла успокоиться, и в меня свирепо вгрызлась боль.
Дайто с Найоми смотрели на меня и совещались. Потом Дайто сказал:
– Вари-тян, пойдем, выйдем на улицу.
* * *
– У тебя была спонтанная инициация, да?
– Да. Меня прямо в бальном зале разнесло до дракона. Это было больно! И мне кажется, что крылья сломаны. Демон был по ним хлыстом, мог сломать.
– Боль я сейчас уберу, но Вари-тян, тебе нужно будет снова обратиться в дракона.
– Дайто-сан, я боюсь!
– Дочь моя, тебе придется, если не хочешь всю свою длинную жизнь оборачиваться с болью. Это надо сделать по горячим следам. Я помогу тебе в обороте и подстрахую. Спонтанный оборот спас тебе жизнь, но он неприятная штука, я знаю. Теперь ты со мной, и такое больше не повторится!
Я поверила ему.
Мы вышли в сугробы на лужайку за клиникой. Снег слегка розовел от восходящего солнца. Изо рта вырывались облачка пара, и было холодно. Я обратила внимание, что Дайто шел в шелковой рубашке и не выглядел замерзшим.
Он все понял по моим глазам.
– Мы с тобой драконы, и наша стихия – огонь. Просто добавь жару во внутреннюю печку, и тебе будет тепло хоть в горах, хоть в лесу в самый лютый мороз.
Он тихонько ткнул пальцем куда-то над моей головой.
– Вот, готово. Теперь добавляй до комфортной температуры, сколько требуется.
И тепло побежало по моим жилам, согревая и окутывая меня.
А потом Дайто и Найоми ходили вокруг меня, что-то бубнили себе под нос, тихо водили руками, трогая там и сям, но не прикасаясь ко мне. Боль отступила, а потом и вовсе прошла. И я согрелась.
– Теперь ты должна представить, что выпускаешь своего зверя. Открываешь внутри дверку, и он выходит. Почувствуй его, открой эту дверь.
Вновь земля ушла из под ног и небо бросилось навстречу. В этот раз меня не ломало и не корежило. Я расправила крылья и затрубила! А внизу стояли крохотные фигурки Накамура и махали мне руками.
– Возвращайся обратно! Больше в обороте боли никогда не будет. Мы все вовремя исправили. Возвращайся! Просто пожелай вернуться.
И у меня получилось! На мне было все то же рваное платье с бала.
– А что с одеждой? А я смогу летать?
Найоми и Дайто переглянулись и весело засмеялись.
– Вари-тян! Ты настоящий дракон! Хочешь все и сразу. Летать будем учиться в безопасном месте у тебя в леваде. А одежда… Она призрачная. Ты можешь создавать любую. Главное, не забыть потом одеться.
– Так я что же, все это время голая ходила?!
– Драконы, как и оборотни, после оборота поддерживают иллюзию одежды. Ее не отличить от настоящей, но, главное – самой помнить, что это иллюзия. Если бы ты пошла в ванную и сняла это иллюзорное платье, оно истаяло бы само, пока ты моешься.
– И оборотни так же?
– Точно так же! Иллюзия поддерживается сама собой, без твоего участия. Из оборота выходишь в том, в чем был до него или как себя чувствуешь. Хотя можно и пошалить… Но сначала нужно натренироваться легко оборачиваться.
Потихоньку разгоралось утро, и солнце уже золотило снег на росших рядом с клиникой соснах. День обещал быть морозным и ясным.
– Пойдем, пора вернуться в клинику. Если хочешь, я посмотрю твоего Волка.
– Спасибо, Дайто-сан! Только это не мой Волк. Йен спас мне жизнь.
Дракон благоразумно ничего не ответил, и мы вернулись в клинику.
Уставшие гвардейцы ждали меня, чтобы с докладом вернуться во дворец. Пришла дневная смена целителей, но в клинику никого не впускали и не выпускали.
Мы с Дайто прошли к Йену. Отец внимательно осмотрел мою работу, слегка подправляя в некоторых местах.
– Ну что же, Вари-тян! Даже я не сделал бы лучше. Хорошая, добротная работа. Теперь остается только ждать, когда он очнется. Прогноз у меня самый радужный. Это ты и сама видишь.
Я отпустила гвардейцев. Переоделась.
Посовещавшись, все решили пока разойтись. Демир забрал всех моих родственников, а Волки поехали в свой столичный особняк. Мы немного поспорили, чтобы и Йена отправить туда же, но я была непреклонна. Как очнется, отправлю в «Свирепый Вепрь». А к себе домой пусть отправляется, когда сможет решать сам. Андреа согласился с моими доводами и, забрав невесту, тоже уехал.
Волка мы разместили в самом большом стационарном вольере. Я села на солому рядом и задумчиво гладила его тяжелую голову. Целители иногда заглядывали к нам, но ни о чем не спрашивали. Потом кто-то набрался смелости и занес мне плед и кружку чая с бутербродом. Видимо, они впечатлились тем, что какая-то девица командует княжеской гвардией, как собственными домовиками, и опасались меня.
После обеда, когда я уже почти засыпала, волк очнулся. Он попробовал сесть, но лапы его пока не держали.
– Лежи, друг, лежи. У тебя кости только что сращены, не надо вставать.
Волк вздохнул и лег обратно, не сводя с меня взгляда.
– Думаешь про оборот? Нет, ты не застрял в звериной шкуре. Как только все заживет, ты легко обернешься.
Волк успокоился, но продолжал на меня смотреть.
– Княгиня? Демоны? Все хорошо. Княгиня в безопасности. Шаман погиб. Капитана забрал с собой Владыка Демонов. Думаю, что на родине его ничего хорошего не ждет.
Волк расслабился и снова уснул, вытянув свои огромные лапы.
Я проваливалась в дрему, когда вернулся Демир. За окном уже наступили сумерки.
– Ашвария, как вы тут с Йеном? Может, домой? Я твоих забрал, сейчас все в санках ждут. Давайте и вас заберу. Дома и места больше, и клиника лучше.
– А давайте! Я только у коллег попрошу взаймы носилки, и мы выйдем.
Огромный волк едва поместился на носилках и продолжать спать, когда мы вышли к саням.
Не успели мы отъехать, как навстречу нам попались гвардейцы. Они искали меня, чтобы передать депешу с просьбой явиться во дворец – меня ждала княгиня.
На улицах уже было полно свободных извозчиков, и мы решили, что я поеду во дворец, а Демир увезет остальных в «Свирепый Вепрь». Дайто сказал, что ему будет нетрудно поддерживать носилки, и он поможет разгрузить волка в наш стационар.
На том и разошлись.
* * *
Княгиня что-то писала за своим рабочим столом. Когда я зашла, она встала и поманила меня за собой.
– Миледи?
– Пойдемте, сначала я вам кое-что покажу, а потом мы с вами поговорим и поедим. Мне доложили, что вы голодная.
Я немного смутилась и кивнула.
Мы шли, минуя парадные лестницы и залы, спускаясь куда-то в подвал. Впереди шагал молчаливый гвардеец, подсвечивая нам путь.
Около нужной двери стояли навытяжку два охранника. Мы зашли в небольшое помещение без окон. Княгиня кивком попросила гвардейца оставить нас.
– Вы целитель, и потому я могу показать вам это, не боясь, что вы потеряете сознание. Но сразу скажу, зрелище не из приятных.
Княгиня шагнула к большому ящику, стоящему на полу, и откинула крышку.
Там лежали окровавленные части половины тела. Небрежно наваленные, окровавленные останки кого-то. Я сглотнула.
– Это Капитан. После обеда был доставлен с письмом от Владыки Демонов. Утром его казнили публично. Оскопили и вырвали глаза, как он сделал это со своим отцом, и четвертовали, как он сделал это со своей матерью. Если бы он не был огненным магом, его бы сожгли. Владыка сказал, что смерть брата не была легкой и быстрой. Половину тела отправили в степи к оркам, скормить степным варанам, как он хотел скормить вас. Половину отправил к нам, чтобы я сама решила, что делать с его останками. Голову они оставили себе, насадив на кол. Сейчас голова в горах, недалеко от дворца Владыки.
Я потрясенно молчала. Княгиня, кивнув сама себе, захлопнула крышку ящика.
– Пойдемте, теперь поедим.
* * *
В небольшой гостиной уютно горел огонь в камине, отбрасывая блики на шторы и ковер. Стоял накрытый стол с закусками и горячим ужином. Пахло мясом, пирогами, сыром, какими-то пряностями. Пузатый графин играл рубиновыми гранями, и пахло вишней и мятой.
– Садитесь, Ашвария, не стесняйтесь. Я знаю, что вы не пьете вина, поэтому нам подали вишневый компот.
* * *
Когда мы дошли до десерта, Княгиня начала расспрашивать меня про Йена. Насколько у него сложная травма и сможет ли он поправиться и обернуться.
Я честно рассказала все, что видела, и заверила, что шансы у Волка вернуться весьма высокие. Ведь даже Демир обернулся, а он провел в теле зверя очень много времени. Да и лечила я его по-другому. Сейчас я вполне могла использовать магию драконов, а это уже совсем другой уровень. Поэтому да, шансы высокие, но когда – тут я разводила руками.
Мы наслаждались сладким пирогом, и я решилась.
– Миледи, могу ли я спросить, почему в зале никто, кроме ваших гвардейцев, не обернулся? Из оборотней перекинулись лишь Йен и Эйвинд. Ведь в зале было полно сильных мужчин. Почему?
Княгиня грустно улыбнулась:
– Дворец так устроен, что оборачиваться тут может лишь охрана. Она и обернулась. Тут не могу даже я обернуться.
– Но Йен и Эйвинд не были охраной. Эйвинд вообще егерь. Или нет?
– Сэр Йен был в гвардии у моего свекра. А Эйвинд нет, он не егерь, но состоит в гвардии, как мой уполномоченный по внутренней политике. Поэтому смог обернуться. Капитан был знаком с процедурой безопасности дворца и не боялся моей охраны. Только он не учел, что на балу окажется дракон. И у этого дракона будет на него зуб…
Мы замолчали, глядя на огонь в камине.
– Скажите, Ашвария, как вы познакомились с Капитаном?
И я рассказала, как встретилась с демонами, про мой контракт, с которым они смогли попасть в Имгульское Княжество, про мои заблуждения, про мои подозрения, и как демоны постоянно отлучались, пытаясь найти Гризли, про то, что чувствую себя виноватой. На что Княгиня ответила:
– Полно, деточка! Даже думать забудьте о своей вине! Я изменю ваш контракт, оттуда будет убрана необходимость вашей защиты. Больше никаких наемников! И помните, демон и меня обвел вокруг пальца. А меня провести не так-то просто.
Княгиня помолчала.
– Владыка Демонов в письме подтвердил, что его брат владел семейным артефактом подчинения.
Под таким углом я не рассматривала события. Артефакт подчинения…
Ужин мы доели, но княгиня не торопилась меня отпускать.
– Скажите, Ашвария, я хочу вас наградить за храбрость, но выслушаю вас – что бы вы хотели в награду? Как я могу отблагодарить вас за свое спасение?
Я растерялась.
– Миледи! Мне ничего не надо. Все получилось, как получилось.
– Ах, девочка моя! Сейчас же отбросьте неуместную скромность. Просите, когда я вас спрашиваю, и не играйте в эти игры.
Я задумалась. Мне ничего не приходило в голову, я просто хотела домой, где меня ждали. У нас с родителями оставалось не так много времени на то, чтобы побыть вместе... И тут меня осенило. Родители!
– Миледи, мне есть, что у вас попросить.
Княгиня подбадривающе улыбнулась.
– Миледи, мои приемные родители живут в Тарции, а родной отец и его жена в Мань Джань. Чтобы им попасть ко мне, им нужно разрешение и какой-то срок ожидания. Не будет ли большой дерзостью попросить, чтобы они более свободно могли ко мне попадать? Я понимаю, что границы Имгульского Княжества закрыты не просто так, но, может, хоть что-то?
– Да, я поняла. Сейчас, подождите, – княгиня позвонила в колокольчик, и к нам заглянул секретарь. – Мне нужно написать записку.
И голова заглянувшего, кивнув, исчезла.
– Пойдемте ко мне в кабинет. Там я вам кое-что подарю и передам записку для моего личного портальщика. Он настроит мой персональный портал из Мань Джань на ваших родителей. Из Тарции придется добираться самостоятельно, но в империи открытые границы.
Мы дошли до кабинета, княгиня быстро написала записку, и, заверив ее, протянула мне:
– Секретарь расскажет, что с этим делать. А пока возьмите от меня лично.
И достала из ящика стола маленькую деревянную шкатулочку.
– Это орешки зинто. Два орешка. Вам и сэру Йену. Вы, наверное, не знаете, но орешек зинто – всегда сюрприз для того, кто его съест. Оно исполняет самое заветное мечтание, про какое даже подумать страшно. Кроме того, съевшему орех дается здоровье и долгая жизнь. Зинто редко плодоносят, и орешков крайне мало, этим орехам уже сто пятьдесят лет. Берите, они ваши!




























