Текст книги "Сердце старшего мага (СИ)"

Автор книги: Наталья Смолина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 13. Рыцарь поневоле.

Всю дорогу до столовой Каэль чувствовал, как внутри идёт самая настоящая борьба. Мысли сплетались в мучительный узел: зачем он вообще поддался этому порыву? Почему ему вдруг захотелось прижать к себе эту упрямицу, вдохнуть её запах, коснуться её нежных губ? Он ведь поклялся себе – продержаться месяц, не дать брачным браслетам ни единого шанса закрепиться, дождаться, когда они рассыплются в прах и отправить её обратно в Лунмарис.

«У меня слишком долго не было женщины, вот и всё», – оправдывал он себя, стиснув зубы. – «Это просто женское тело, запах, близость. Обычная мужская слабость».

В коридоре, по которому он шёл, не было ни единого окна. Лишь свечи в тяжёлых канделябрах горели на стенах. Их пламя взмывало вверх всякий раз, когда Каэль закипал внутри, и тут же угасало до едва заметного огонька, когда он пытался взять себя в руки.

Он толкнул тяжёлую дверь в столовую. Полуденное солнце заливало пространство золотым светом, но, словно почувствовав эмоции хозяина замка, все свечи в помещении вспыхнули, а в камине взревело яркое пламя.

– И кто же лишил тебя самоконтроля, сын мой? – прозвучал знакомый голос. – Дай угадаю… твоя жена-обманщица, верно?

Каэль резко поднял голову. За столом величественно сидела его мать, Морвелла Арденн, в строгом тёмном платье. Напротив неё сидела Аурисса. – Привет, братик! – весело помахала она рукой.

Каэль тепло и искренне улыбнулся сестре, но стоило его взгляду скользнуть на мать, улыбка тут же сползла с лица. – Я не лишён самоконтроля, – коротко бросил он.

– Ах вот как? – Морвелла изящно изогнула бровь и кивнула на пляшущие языки пламени в камине. – А это тогда что? Самовозгорание? Не верю.

Она лениво махнула рукой, и по залу пронёсся ледяной вихрь. Пламя свечей дрогнуло и погасло, оставив в воздухе сизый дымок, а в камине раздался хруст – дрова покрылись белым инеем.

Каэль молча шагнул к сестре и поцеловал её в щёку, затем обогнул стол и почтительно коснулся губами щеки матери. Лишь после этого он сел во главе стола.

– Почему эта обманщица до сих пор в замке? – зазвенел голос Морвеллы. – Тебе следовало сразу вернуть её обратно. Браслеты спадут в любом случае, не важно, где она будет находиться. Но лучше, если она будет подальше от нас всех.

Каэль не изменился в лице. Только его пальцы медленно застучали по столу, выдавая раздражение.

– Мама, как дела в летнем поместье? – спокойно спросил он, меняя тему. – Ты слишком быстро вернулась оттуда. Хотя уверяла, что после моего бракосочетания проведёшь там ещё несколько месяцев. Что-то случилось? Или нужны деньги на ремонт?

Не успела Морвелла ответить, как дверь распахнулась, и в зал вошёл Риан.

– Всем добрый день! – радостно провозгласил он, игнорируя ледяное напряжение, витавшее в воздухе. – Тётя, кузина, рад вас видеть.

– Кузен! – воскликнула Аурисса и, подскочив, обняла его, быстро шепнув: – Мама сегодня не в духе, лучше держись от неё подальше.

Риан ободряюще ей улыбнулся. – Не переживай, дорогая. Справлюсь, – прошептал он в ответ.

Морвелла же смотрела на племянника так, словно он был чудовищем, прокравшимся в её дом. – Ты решил всех обманщиков собрать под одной крышей, сын? – выплюнула она с презрением, повернувшись к Каэлю. – Почему этот предатель здесь?

– Я не предатель, тётя, – Риан улыбнулся своей фирменной улыбкой и опустился на стул рядом с Ауриссой. – Я спаситель.

– Спаситель?! – Морвелла ударила ладонью по столу. По скатерти тут же поползла тонкая корка льда.

– Именно, – кивнул Риан. – Если бы Каэль женился на Сералиссе, ему бы пришлось терпеть эту самовлюблённую особу до конца своих дней. А я избавил его от этой участи.

Он подмигнул Каэлю. – Теперь он женат на самом настоящем ангеле. И должен быть благодарен мне за это.

Каэль едва удержался от того, чтобы не фыркнуть.

«Ага, ангел…» – скептично подумал он. – «Ангел, который дважды едва не покалечил меня. Боюсь представить, что будет в третий раз».

Морвелла резко откинулась на спинку стула, её губы скривились в ледяной усмешке.

– Ангел? – повторила она так, словно это слово было для неё оскорблением. – Да скорее безликая тень, случайно занесённая в наш дом ветром. Ты, Риан, называешь это спасением? Нет, это насмешка судьбы. Каэль достоин королевы, женщины с красотой и силой, которая укрепит род Арденнов. А не этой тихони-обманщицы.

Она обвела тяжёлым взглядом стол и добавила: – И вообще, почему мы сидим и разговариваем за пустым столом? Почему нам до сих пор не подали обед, сын?

– Потому что наши с Рианом жёны ещё не спустились, – сухо ответил Каэль, исподлобья глянув на кузена.

Риан с улыбкой ему отсалютовал.

– Жёны, – фыркнула Морвелла. – Это не жёны, а так, одно название.

В этот момент в дверях столовой показалась бледная, но гордо идущая Элианна, поддерживаемая служанкой с одной стороны и Сералиссой с другой. Взгляды всех присутствующих устремились к ней. Каэль отметил с каким упорством его жена держалась прямо, несмотря на слабость. Его первым порывом было метнуться к ней, но, взглянув на Сералиссу, он подавил в себе это стремление. Почему-то ему не хотелось, чтобы его бывшая возлюбленная была этому свидетелем. «Почему бывшая?» – мысленно одёрнул он себя. – «Я до сих пор её люблю».

Морвелла же заметила, как при появлении жены её сын слегка подался вперёд, но остановился и сжал пальцами подлокотники стула.

– Что за жалкое зрелище, – фыркнула она, переведя взгляд на Элианну. – Я же говорю, это не жена, а чистой воды недоразумение.

На бледных щеках Элианны вспыхнул румянец. Она почтительно склонила голову и холодно произнесла: – И вам добрый день, леди Арденн.

В этот момент в столовой закружились два вихря, и из них вышли Кайден и Талмир.

– О, вся семья в сборе! Как замечательно, – радостно воскликнул Кайден, оглядев всех присутствующих.

Глава 14. Запретное касание.

Обед в Арденнморе шёл своим чередом. Слуги бесшумно меняли блюда: сначала на столе появились разнообразные салаты, затем – тушёное мясо с овощами под пряным соусом, после – лёгкие десерты и прохладные напитки из ягод. За длинным столом царило оживление, каждый был занят беседой с кем-то: Каэль и Морвелла вели разговор о летнем поместье, о его полях и людях, об очередном ремонте крыши и налогах. Кайден засыпал Талмира вопросами о храме: о том, как там живётся, как продвигается обучение, и не наскучили ли ему вечные песнопения и посты. Риан же со всей галантностью ухаживал за Сералиссой, заботливо подкладывая ей на тарелку самые сочные кусочки мяса и то и дело спрашивая, чего бы ей ещё хотелось.

Лишь Элианна оставалась отрешённой на этом празднике жизни. Она сидела молча, не участвуя в разговорах. К ней тоже никто не обращался, словно она была лишь тенью. Суровый голос Каэля, весёлые подколки Кайдена, довольная улыбка Сералиссы – всё это будто обходило её стороной.

Под конец обеда, когда разговоры начали стихать, а слуги принесли последние блюда, Морвелла переключилась на среднего сына: – Кайден, дорогой, а у тебя какие ближайшие планы?

Кайден, отставив стакан с морсом, сцепил пальцы рук и чуть наклонился вперёд: – Вообще Его Величество отправляет меня на наши новые территории, на острова Сангриар. – Он сделал паузу. – Разведка донесла, что кто-то из местных, недовольный присоединением к Эстариону, использует запрещённую у нас магию – магию смерти. Её активно практиковали на островах до вхождения в состав королевства. И теперь мне нужно выяснить, это дело рук одного энтузиаста или целой группы. И… принять меры.

На лице Морвеллы отразилась гордость, её холодный взгляд на миг смягчился: – Ты справишься, сын. Я в тебя верю.

Но уже в следующий миг её взгляд переместился на Элианну, и вся мягкость исчезла. – Вот видишь, —её голос снова был холоден, – в какую семью ты попала? Мои сыновья приближены к королю, они выполняют его важнейшие поручения и вершат судьбу Эстариона. Вход в эту семью открыт только для избранных. Увы, ты не из их числа. Надеюсь, ты сделаешь из этого выводы.

Каэль, до этого казавшийся сосредоточенным на куске мяса на своей тарелке и бокале рувэ, повернулся к матери. – Мама, – медленно процедил он, – я просил тебя.

Морвелла презрительно фыркнула и величественно поднялась из-за стола. – Ты просил не оскорблять твою жену, – отчеканила она, поправляя складки юбки. – А я и не оскорбляю. Я лишь констатирую факт.

Она выдержала паузу и обвела взглядом семью. – У меня дела, – бросила она и с тихим шелестом платья покинула столовую.

После ухода матери Каэль молча отодвинул тарелку и неторопливо поднялся из-за стола. – Кайден, – бросил он, – пойдём в кабинет. Нам нужно обсудить твою поездку.

Средний брат вскинул бровь, не ожидая столь быстрого перехода к делу, но кивнул. – Разумеется, – ответил он, залпом допивая остатки морса.

– Я с вами! – тут же вскочил Риан, боясь упустить что-то интересное.

Каэль одарил его раздражённым взглядом, но возражать не стал. Трое мужчин почти одновременно отодвинули стулья, звук которых эхом прокатился по просторной столовой, и, не оглядываясь, вышли. В столовой повисла тишина, нарушаемая лишь ровным потрескиванием огня в камине.

Аурисса первой нарушила её. Она аккуратно промокнула губы салфеткой, сложила её, положила на тарелку и повернулась к Талмиру. – Ну что, святой братец, – в её голосе заиграли хитрые нотки, – пока ты не вернулся обратно в храм, пойдём, покажу тебе, чему научилась за этот год в академии.

Талмир смущённо улыбнулся, но в его глазах вспыхнул азарт от предстоящей магической дуэли. – Ладно, сестрёнка, только без твоих обманных манёвров, пожалуйста, – попытался он пошутить.

Аурисса лишь усмехнулась, встала из-за стола и одним взмахом руки создала магический вихрь. Мгновение – и они исчезли.

В огромной, недавно полной голосов столовой остались лишь Сералисса и Элианна. Несколько секунд они сидели молча, словно не зная, чем заполнить внезапно образовавшуюся тишину.

Наконец Элианна медленно поднялась, чувствуя, как мышцы всё ещё отзываются слабой болью после яда. – Пойдём, Лисса, – тихо сказала она, – хочу подышать свежим воздухом.

Сералисса с готовностью встала. – Конечно, дорогая, – ответила она, изящно поправив локоны. – Воздух в саду куда приятнее, чем эти разговоры.

Сёстры вышли из столовой и направились в зелёный сад замка.

Сад Арденнмора казался чем-то нереальным на фоне сурового каменного исполина, которым был Арденнмор. Холод каменных стен сменился ласковым теплом и золотистым светом от полуденного солнца, которое приятно согревало кожу и заставляло щуриться. воздух был наполнен птичьим щебетом и гудением пчёл. Сад был ухоженным: ровные дорожки, изящные статуи и яркие клумбы, от которых в воздухе витал лёгкий, сладкий аромат.

Сёстры шли по выложенной светлым камнем дорожке, и под их ногами тихо шуршали лепестки, принесённые ветром. Они дошли до небольшой скамейки из кованого железа, стоящей недалеко от цветника. Элианна села, с наслаждением подставив лицо солнцу. Сералиссе на месте не сиделось. Словно бабочка, она весело порхала от одной клумбы к другой, наклоняясь к бутонам и с восторгом вдыхая их дивный запах. Потом она побежала к журчащему фонтану и опустила руки в его воду. А когда брызги от струй полетели ей в лицо, с визгом отпрыгнула назад. Элианна с тёплой улыбкой наблюдала за ней.

– Какие здесь прекрасные цветы! – воскликнула Сералисса, когда, утомившись, присела рядом с сестрой. – Надо будет намекнуть Риану, чтобы он подарил мне букет из них. А ещё лучше – платье таких же расцветок!

Элианна тихо рассмеялась. Сестра оставалась всё такой же – лёгкой, мечтающей о подарках и нарядах. – Как у тебя дела с мужем? – спросила она. – Ты рада, что вышла за него?

Сералисса повернулась, и её глаза засияли счастьем. – Да, дорогая, я очень счастлива, – призналась она. – Конечно, он всё время пытается заставить меня делать то, что хочет он. Я сопротивляюсь, но только до тех пор, пока он не начинает меня страстно целовать, – она мечтательно улыбнулась. – И не утаскивает в постель.

Глава 15. Магический зов.

Вечер окутал замок тишиной. В спальне мерцал свет свечей, отражаясь в стекле золотистыми языками, а за окном над лесом поднималась бледная луна.

Элианна, отпустив Гвен и пожелав ей спокойной ночи, сидела перед зеркалом, распуская волосы. Расчесав их, она собиралась потушить свечи, как в дверь тихо, почти нерешительно, постучали.

Элианна нахмурилась. Кому она могла понадобиться в такой час? Поплотнее запахнув пеньюар, она подошла и приоткрыла дверь.

На пороге, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, стоял мужчина в белоснежной униформе и высоком колпаке. «Повар», – тут же догадалась она и вопросительно приподняла брови.

– Госпожа, меня зовут Оден, я главный повар поместья, – произнёс мужчина, уважительно склонив голову. – Прошу прощения за беспокойство. Дело в том, что меню на следующий день обычно утверждает госпожа Морвелла. Но сегодня у неё под вечер разболелась голова, и она ушла спать пораньше. А поскольку вы теперь жена хозяина, я решил обратиться к вам.

Он протянул Элианне листок бумаги, исписанный аккуратным почерком. Всё ещё немного растерянная от неожиданного визита, она взяла меню и пробежалась глазами по строчкам – Завтра рыбный день? – уточнила она.

– Да, госпожа, – с готовностью кивнул Оден. – В такой день мы обычно подаём на обед запечённого морского змея с пряными травами или форель в сливочном соусе. А на ужин – суп из морских грибов.

– Хорошо, – кивнула Элианна, снова взглянув на меню. – Тогда подайте форель. К ней – салат из свежих овощей с листьями молодого шпината и цитрусовым соусом. Из напитков пусть будут лигнор и клюквенный морс. А на десерт… – она на мгновение задумалась, – ягодный пудинг.

Лицо повара заметно просветлело, и он с облегчением улыбнулся. – Спасибо, госпожа. – Он забрал листок с меню и позволил себе добавить чуть тише: – Если честно, вы гораздо вежливее госпожи Морвеллы. Приятно, когда новая хозяйка может поговорить с поваром как с человеком.

Он поклонился и, пятясь, скрылся в коридоре.

Элианна закрыла за ним дверь и прислонилась к ней спиной. Впервые за всё время пребывания в Арденнморе она почувствовала себя не просто гостьей, а хозяйкой. Это было новое, но приятное чувство. Впрочем, оно тут же сменилось тревогой.

«Надеюсь, меня завтра не накажут за это своевольничество, – подумала она, возвращаясь к кровати. – Особенно учитывая, что здесь мне осталось жить меньше месяца».

Утро в Арденнморе началось на редкость спокойно. Золотистые лучи солнца осторожно пробивались сквозь витражи, скользили по стенам, играли бликами на серебре столовых приборов. Элианна сидела за длинным дубовым столом с прямой спиной, взглядом,опущенным в тарелку. Снаружи она выглядела безупречно, как и подобает жене лорда Арденна, но внутри у неё всё сжималось от тревоги.

После вчерашнего позднего визита повара она не знала, чего ожидать. Элианна исподтишка наблюдала за свекровью, ожидая гневной тирады за вчерашнее самоуправство с меню. Но Морвелла за весь завтрак не произнесла ни слова. Она даже не смотрела в сторону невестки, только изредка стучала ложкой по краю чашки, сосредоточенно о чём-то думая.

И от этого равнодушия Элианне постепенно стало легче дышать, и она наконец-то смогла расслабиться.

Она отломила вилкой кусочек воздушной запеканки с ягодами. Та была нежной, тающей во рту, и на мгновение утро показалось ей почти приятным. Она тихо рассмеялась шутке Ауриссы, перебросилась парой фраз с Сералиссой и позволила себе быть чуть свободнее, чем обычно.

Всё это время она отчаянно ждала, что Каэль бросит на неё хотя бы один, пусть даже мимолётный взгляд. После вчерашнего яростного поцелуя в саду тишина между ними казалась натянутой, как струна. Но он не удостоил её ни взглядом, ни словом, разговаривая только с братьями, сестрой или матерью, словно её снова не существовало. Элианна пыталась убедить себя, что это к лучшему. Что так легче. Но сердце всё равно сжималось от непрошеной горечи.

После завтрака, стараясь не думать о муже, Элианна взяла книгу и направилась в сад в поисках укромного уголка, где можно было бы почитать в тишине. Но не успела она отойти далеко, как почувствовала странный, едва уловимый магический толчок.

Она остановилась, вслушиваясь в пространство, и ощутила лёгкое дрожание в воздухе, будто где-то рядом кто-то тихо звал её. Призыв был несильным, идущим не от человека, а словно от самой земли.

Подобрав юбки, Элианна поспешила на зов, который вёл её куда-то в сторону от сада.

Завернув за угол замка, она увидела их.

Прямо у стены, под старым каменным навесом, куда никогда не падал солнечный свет, в тени холодных плит росли лунные ирисы. Когда-то величественные, лилово-голубые цветы теперь выглядели почти безжизненно. Их лепестки потускнели, потеряв свой волшебный блеск, а стебли безвольно поникли к земле. Некоторые уже осыпались.

От цветов к Элианне тянулась едва заметная магическая нить, прозрачная, как стекло, готовая вот-вот растаять в воздухе – тот самый зов. Элианна замерла, поражённая увиденным. Пальцы невольно сжали подол платья.

– Бедные… – прошептала она. – Что с вами сделали?..

Ирисы слабо дрогнули, будто отозвались на её голос, и Элианна почувствовала, как её сердце сжалось. Она ощутила в каждом цветке крошечную, мерцающую искру – тоненькую, умирающую, но ещё не угасшую магию.

Она знала, что если не вмешается – ирисы погибнут. А позволить умереть лунным цветам, своим тотемным растениям, означало совершить настоящее святотатство.

Развернувшись на каблуках, Элианна побежала в сад. Она выбежала на центральную аллею – туда, где недавно видела работников, подрезавших кусты и поливавших клумбы. Мужчины и женщины в простой одежде удивлённо подняли головы, когда к ним подлетела девушка, вся запыхавшаяся и раскрасневшаяся.

Глава 16. Кто же хозяйка?

Весь вечер после поцелуя и всё утро следующего дня Каэль отчаянно пытался игнорировать Элианну. За ужином и завтраком он заставлял себя не смотреть в её сторону, будто между ними стояла невидимая стена, которую он не позволял себе разрушить.

После еды он закрывался в своём кабинете, пытаясь потеряться среди бумаг: читал донесения с границ, письма и отчёты, составлял ответ архимагу Эйларду. Он делал всё, чтобы прогнать образ Элианны из головы.

Но стоило лишь на миг отвлечься, как перед глазами вспыхивала та сцена – сад, солнце, запах её волос, мягкость и вкус её губ. Он помнил всё до мельчайших деталей: её тихий, сдавленный вздох, когда он прижал её к себе. То, как она замерла от шока, а потом её тело неуловимо расслабилось, и она ответила – неумело, несмело, но так искренне, что у него самого перехватило дыхание.

Этот поцелуй должен был стать наказанием за подмену, утверждением его власти. Он должен был показать Сералиссе, кого она потеряла, вызвать её ревность… а вместо этого он сам попал в ловушку, утонув в том огне, который внезапно вспыхнул между ним и его женой.

Каэль с раздражением отодвинул бумаги, откинулся на спинку кресла и провёл руками по лицу. – Проклятье… – тихо выдохнул он.

Ну почему? Почему этот поцелуй с Элианной, которую он считал ошибкой, разжёг в нём то, чего не могла раньше вызвать даже её сестра?

Он вспомнил, как ещё неделю назад он мечтал коснуться губ Сералиссы. Как он ревновал до боли, до злости, когда Риан наклонялся к ней, целовал её руку, а она мило улыбалась ему в ответ. Как его буквально выворачивало наизнанку, когда он видел, как за ними вечером закрывается дверь их спальни. А теперь... теперь он думает о другой девушке. О той, которая проникла в его дом и теперь, кажется, проникла уже куда глубже.

Рыкнув от бессильной злости, Каэль вскочил. Ему нужно было движение. Воздух. Вода. Хоть что-нибудь, чтобы вытряхнуть из головы эти мысли. Он уже собрался было исчезнуть в огненном вихре, но вовремя вспомнил запрет лекаря на использование магии и направился к двери.

Во дворе было тихо. На каменной кладке играли солнечные блики, и всё выглядело до неприличия спокойным. Но вдруг он услышал голоса. Один из них, без сомнения, принадлежал его жене.

Он замер. Затем, почти инстинктивно, пошёл на звук, ступая тихо, как хищник, и замер за высокими густыми кустами, которые полностью скрывали его от чужих глаз.

– …Я – новая хозяйка Арденнмора, – донёсся до него твёрдый, звенящий голос Элианны, в котором не было ни мягкости, ни робости, только спокойная решимость. – И я приказываю: сегодня же пересадите ирисы. Лучше всего к фонтану. И больше не смейте трогать их без моего разрешения.

Каэль удивлённо приподнял бровь и одобрительно хмыкнул. «А у неё есть стержень…» – отметил он, чувствуя, как в груди у него разливается неожиданная гордость за жену.

Но он тут же нахмурился, когда понял, о чём идёт речь. Лунные ирисы? Разве они были у них в саду? Откуда?

Он замер, прислушиваясь. Вейлор сделал отцу предсказание? Маг Луны, который однажды войдёт в их дом?

Он даже не сразу осознал, что задержал дыхание.

«Вейлор показал видение…» – мысленно повторил он, чувствуя, как в груди что-то холодеет.

Элианна и садовник разошлись, а он всё стоял, не шевелясь.

Неужели? Неужели судьба и правда предначертала ему эту женщину? Он мог бы списать всё на то, что старик-садовник что-то напутал за давностью лет. Но раз ирисы действительно росли на территории замка, значит, много лет назад дом Арденнов и правда начал готовиться к приходу мага Луны.

– Чушь… – пробормотал Каэль, тряхнув головой, словно пытаясь выкинуть из неё нелепые мысли. – Просто совпадение. Старик Лоттен наверняка что-то путает.

Но назойливая мысль никак не покидала его: «Если дух знал – значит, её появление было предначертано».

Это рушило всё. Весь его идеальный порядок, его планы, его логику. Это выбивало из колеи. – Нужно встряхнуться, – тихо сказал он себе. – Просто выбросить это из головы.

Каэль вышел из-за кустов, вскинул кулак – и в воздухе вспыхнул огненно-стальной вихрь, из которого вылетел его могучий аэллони.

Вскочив в седло, Каэль направил фамильяра прямо к замковой стене. Перемахнув через неё, он тут же направил аэллони вниз, чтобы не привлекать внимание кхарис, и пустил его галопом по лесной тропе – прочь от замка, прочь от мыслей, к холодной, отрезвляющей воде горного озера.

Каэль вернулся домой только к обеду и сразу пошёл в столовую. Все уже были там и ждали только хозяина замка. Сдержанно поприветствовав всех, он занял своё место во главе стола. Взгляд его невольно упал на Элианну. Сегодня она была в светлом платье, которое мягко оттеняло цвет её кожи. Волосы были аккуратно убраны, и только одна прядь упрямо выбивалась, падая на щёку. Почувствовав на себе взгляд, девушка подняла глаза, но тут же смущённо отвернулась и уставилась в свою тарелку.

Каэль хмыкнул, разворачивая на коленях салфетку. «Забавная она, – подумал он. – То готова бросить вызов мне и всему замку, упрямо отстаивая свою волю, то смущается от простого взгляда». Эта противоречивая смесь дерзости и застенчивости сбивала с толку и почему-то вызывала улыбку.

Обед начался спокойно. Но когда слуги сменили салаты на горячее, идиллию нарушил ледяной голос Морвеллы. Она брезгливо поковыряла вилкой кусок рыбы на своей тарелке и скривилась. – Почему у нас сегодня форель? Она ведь была на прошлой неделе. Почему не сменили блюдо? Позовите Одена!

Через пару минут в столовую вошёл главный повар. Мужчина держался прямо, но было заметно, что он напряжён. Подойдя к леди Арденн, он почтительно склонился. – Почему у нас в тарелках форель? – прошипела Морвелла. – Разве ты не знаешь, что мы каждую неделю чередуем рыбные блюда? С кем ты согласовывал меню? Ты вчера ко мне даже не подходил!

Оден сглотнул и склонился ещё ниже.