Текст книги "Йога, тыква, два хвоста (СИ)"

Автор книги: Наталья Маслова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 29
Слово и печать

Зал Совета магов Тейра напоминал мрачный ледник. Высокие своды терялись в полумраке, с которого на нас смотрели суровые лики основателей, высеченные из чёрного базальта. Длинный стол из тёмного дерева, за которым сидели семь верховных магов, казался баррикадой. Воздух был густым от старости, пыли и неприкрытой враждебности.

Я стояла перед ними одна, если не считать Кассиана. Мой защитник разместился за небольшим столиком слева от меня. Он выглядел бледным и сосредоточенным, его тонкие пальцы перебирали стопки пергаментов – наши главные «козыри». На галереях для зрителей, в первых рядах, сидел Тейранн. Не на троне, а в простом кресле, но его присутствие ощущалось как тихий, давящий гул. Он не смотрел на меня, его взгляд был прикован к магистрам. Только я знала, что он здесь и ощущала поддержку правителя. Его драконья суть, сдержанная, но не уснувшая, была моим щитом.

– Леди Дарья Кирсанова, Рьорна Хэллоки королевства Тейр, – начал председатель, старый маг с лицом, похожим на высохшую пергаментную карту. Его голос скрипел, как несмазанная дверь. – Вам предъявляются обвинения в умышленной порче королевской реликвии, а именно гримуара-тыквы рода Хэллоки, В намеренном сокрытии информации, а также в неподобающем, подозрительном сближении с магом Лорэллом Дэйром, обвиняемым в государственной измене и подделке королевских печатей. Что вы можете сказать в своё оправдание?

Вдохнула, ощущая, как «Немая правда» обволакивает горло лёгкой, упругой плёнкой.

– Я не буду оправдываться, – сказала чётко, и мой голос, к собственному удивлению, не дрогнул. – Потому что обвинения ложны. Пришла сюда не как обвиняемая, а как свидетель. Того, против кого на самом деле направлена эта интрига.

В зале пронёсся ропот. Один из магов, помоложе, с неприятным лицом и жадным взглядом, ехидно улыбнулся:

– О! Уже и заговор? Может, и короля в него вовлечёте?

– Король Тейранн, – сказала я, повернув голову к галереям, – прекрасно знает, кто является истинной угрозой его трону. Сегодня вы тоже это узнаете.

Кассиан поднялся и положил перед председателем первую папку.

– Протоколы осмотра помещения моей доверительницы, проведённые королевскими стражами и независимым магом-криминалистом. Никаких следов посторонней магии, кроме следов атаки, направленной на гримуар. Реликвия не испорчена, а атакована. Вопрос: кому могла помешать старая тыква с рецептами от кашля?

– В ней хранятся не только рецепты! – выпалил тот же молодой маг. – Там…

– Там хранятся знания, – спокойно перебил его Кассиан. – Дело не в них, а в дневниках и исследовательских записях герцогини Арианны Дэйр. Они и стали причиной её трагической гибели, Результаты многолетних исследований о природе драконьей крови королевского рода. Знания, которые кто-то очень хочет уничтожить или присвоить.

Наступила гробовая тишина. Имя Арианны здесь не произносили годами.

– Вы смеете… – начал председатель, но его перебил новый голос с галереи.

– Она смеет говорить правду, – раздался низкий, холодный голос Тейранна. Он не встал, но все головы повернулись к нему. – Я дозволяю. Продолжайте, леди Кирсанова.

Сердце ёкнуло от благодарности. Я кивнула Кассиану. Он положил вторую папку. В ней хранились расшифрованные с помощью кода Дэйра страницы из дневников его матери. Не всё, только ключевые моменты: её наблюдения за Мирадией и Тейранном. Ёмкие выводы о контроле, опасения насчёт «навязчивого интереса» со стороны лорда Вейна.

– Герцогиня Дэйр была убита, – сказала я, и слова повисли в воздухе, как ножи. – Её убили за эти бумаги с результатами исследований. А теперь пытаются убить и меня, и уничтожить репутацию Лорэлла Дэйра, её единственного сына. Просто, чтобы замести следы заговора и своих жестоких преступлений. Потому что за всем этим стоит не просто зависть. На трон продолжает претендовать принцесса Элинор, старшая сестра короля Тейранна, изгнанная за чернокнижие против семьи. Она жива и хочет вернуть трон, уничтожив правителя и всех законных наследников.

В зале поднялся гвалт. Кто-то вскочил с места. Председатель колотил жезлом о стол, требуя порядка.

– Чушь! Клевета! – кричал молодой маг. – Где доказательства? Ваши бумажки – ничего не стоят!

Тут, как по заказу, в дальнем конце стола поднялся другой член Совета, мужчина с лицом бюрократа. Он положил на стол несколько листов.

– Если уж говорить о доказательствах, – произнёс он сладковатым голосом, – то у нас имеются куда более веские аргументы. Переписка. Между магом Дэйром и леди Кирсановой. Где они строят планы по дискредитации короля и возведению на трон… гм, другого лица.

Меня будто окатили ледяной водой. Подлог. Грубый, наглый, но именно тот, на который купится большинство.

Кассиан побледнел ещё больше. Тейранн на галерее медленно поднялся во весь рост. В зале запахло грозой. В этот момент главные двери в зал с тихим скрипом распахнулись. В проёме, залитый светом из коридора, стоял магистр Лорэлл Дэйр. Он был в своём обычном тёмном плаще, но без магического посоха. Его лицо было маской ледяного, почти смертельного спокойствия. Все замерли.

– Как кстати, – прошипел маг-бюрократ. – Явился сам. Объяснитесь, маг Дэйр, насчёт этих писем!

Дэйр даже не взглянул на него. Его синие глаза прошли по рядам магов и остановились на мне. На долю секунды в них мелькнуло что-то невыразимое. Извинение? Предупреждение? Потом он повернулся к столу.

– Эти «письма» – некачественная и крайне грубая подделка, – сказал он без эмоций. – Бумага нового производства, чернила – стандартные канцелярские, купленные в лавке у Восточных ворот неделю назад. Почерк подражает моему, но специалист по графологии разнесёт его в пух и прах за пять минут. Я могу предоставить такого специалиста. – Он сделал паузу, давая словам осесть. – Но это неинтересно. Интересно другое. Вы ищете изменника? Он сидит среди вас. Вернее, должен бы сидеть. Лорд Вейн. Мой отец.

В зале воцарилась тишина, которую можно было хоть ножом резать. Дэйр говорил тихо, но каждое слово падало, как камень в колодец.

– Именно он по приказу принцессы Элинор выведал у моей матери её секреты и открыл для неё дверь в тот подвал. Именно он годами снабжал Элинор информацией, пытаясь ослабить корону изнутри. А я… – он горько усмехнулся, – я всегда был его козлом отпущения. Удобным бастардом, на которого можно было свалить все грехи, когда дело запахло жареным. Но я устал быть пешкой в их игре.

Он вынул из-за пазухи не свиток, а небольшой, тёмный камень – камень памяти.

– Здесь – копии приказов Элинор, переданных Вейну. Здесь – отчёты Вейна о «прогрессе» в деле дискредитации принцессы Мирадии. Всё, что нужно, чтобы объявить лорда Вейна в государственный розыск, а принцессу Элинор – врагом короны. Передаю эти материалы Королю Тейранну, Совету… и защите герцогине Курсановой.

Он передал первый камень королю Тейранну. Второй – протянул камень председателю. Тот взял его дрожащей рукой. Третий оказался в полном распоряжении лорда Кассиана.

Шок сменился хаосом. Маги кричали, спорили, некоторые в ужасе смотрели на Дэйра, понимая, что он только что подписал смертный приговор и отцу, и себе в их глазах.

Тейранн сошёл с галереи и прошёл сквозь зал, не обращая внимания на хаос. Он подошёл к столу магов и взял камень памяти из рук ошеломлённого председателя.

– Материалы приняты, – сказал он громко, и его голос заглушил гам. – Лорд Вейн объявляется в розыск за государственную измену. Принцесса Элинор объявляется врагом Тейра. А маг Лорэлл Дэйр… – он обернулся к нему, – оказал короне неоценимую услугу. Все обвинения против него снимаются. Более того… – Тейранн сделал паузу, и его взгляд стал тяжёлым, как свинец. – Его статус требует пересмотра. В свете новых обстоятельств.

Он не стал говорить больше при всех, но его взгляд, брошенный на Дэйра, говорил яснее слов: «Мы поговорим. Без свидетелей, племянник».

Заседание было сорвано. Обвинения против меня рассыпались в прах. Совет, потрясённый до основания, был вынужден распуститься. Враги добились обратного. Вместо того чтобы устранить меня, они выставили напоказ свою собственную гнилую изнанку.

Мы вышли из мрачного здания на холодный дневной свет. Тейранн шёл впереди, Дэйр – сзади, отстранённый, как будто только что не перевернул весь мир. Я шла между ними, чувствуя, как земля уходит из-под ног от усталости и адреналина.

На ступенях Тейранн остановился и обернулся сначала ко мне.

– Ты была великолепна, – сказал он просто. Потом посмотрел на Дэйра. – И ты тоже. Хотя и безумно. Мне нужно с тобой поговорить, племянник. Увидимся вечером в тронном зале.

Дэйр молча кивнул. Его глаза снова встретились с моими, и в них не было ни торжества, ни боли. Была лишь пустота после долгой битвы и… решимость дойти до конца.

Тейранн ушёл, отдав распоряжения страже. Мы с Дэйром остались одни на холодных ступенях.

– Спасибо, – выдохнула я. – Ты мог бы не приходить.

– Я должен был, – ответил он, глядя куда-то вдаль. – Это была последняя услуга. Теперь у неё нет выбора. Она будет бить на поражение. Готовьтесь, Дарья.

Он повернулся и пошёл прочь, не попрощавшись. Я смотрела ему вслед, понимая, что только что закончилась одна война – война скрытых намёков и лжи. Сразу же началась другая – война открытая, где ставкой будет жизнь каждого из нас.

У меня больше не было времени на сомнения. Пришло время готовиться к последней битве.

Глава 30
Гнев ренегатки

Тишина, наступившая после бури в Совете, оказалась обманчивой. Она не принесла облегчения, а лишь дала понять: враг, загнанный в угол, теперь будет биться насмерть. Предупреждение Дэйра висело в воздухе, как топор палача. Слова Лорэлла: «Она будет бить на поражение», продолжали звучать у меня в голове.

Потом ко мне подбежала счастливая, стройная и цветущая принцесса. Она жарким шёпотом рассказала мне, что подготовка к её свадьбе идёт полным ходом. Только она дополнилась условиями осадного положения. Дворец, обычно сияющий и открытый, затаился и больше был похож на настороженного ежа и так же топорщился острыми иглами алебард верных Тейранну аристократов и простых воинов.

Магические и колдовские барьеры, дремавшие в камне столетиями, пробудились, наполняя воздух лёгким, едва уловимым жужжанием. Королевская Стража утроила посты. Даже Трюфель, обычно презиравший суету, носился по чердакам и подвалам, проверяя, нет ли чужих следов.

Я проводила часы с тыквой-гримуаром. Шрам на её боку больше не болел, но он был напоминанием, что наше знание уязвимо. С помощью кода Арианны мне удалось расшифровать ключевые фрагменты о природе драконьей ярости и о том, как её можно не подавить, а направить. Копии этих записей я передала Тейранну, Мирадии и Лорэллу. Оригиналы спрятала в надёжном месте.

Король бережно брал в руки листы, плотно исписанные почерком его погибшей двоюродной сестры. На память о ней у него остались эти дневники, портрет в галерее и талантливый племянник. Он молчал подолгу, а потом кивал и бормотал себе под нос: «Это… меняет всё», ни к кому особо не обращаясь. Внезапно поняла, что смерть Арианны была страшным ударом для них с принцессой.

Изменения были видны и в Мирадии. Она не просто готовилась к свадьбе, а светилась от счастья. На их запястьях расцвёл долгожданный Узор Истинности Её жених, принц Элиан соседнего королевства, прибыл с небольшой, но элитной свитой. Среди них, как и предсказывала интуиция, была его младшая сестра, принцесса Лианна. Стройная, с волосами цвета воронова крыла и глазами, в которых временами вспыхивало что-то знакомое. Отзвук драконьей крови. Она была полукровкой, как и Дэйр. Их первая встреча в тронном зале была подобна тихому электрическому разряду. Они не обменялись ни словом, лишь на секунду пересеклись взглядами, и Дэйр резко отвернулся, будто обжёгся. Но я видела, как сжались его пальцы.

– Нашёл свою пару? – тихо спросила я его позже, в пустом коридоре.

Он не стал отрицать, глядя в окно на готовящиеся во дворе украшения.

– Кажется. Только сейчас не до этого. Элинор не станет ждать, пока мы все обручимся. Она скоро ударит прямо в спину.

Главный Королевский маг оказался полностью прав.

Он пришёлся не по дворцу, а по символу драконьей династии Тейранн. В ночь перед официальной помолвкой Мирадии и Элиана загорелась Западная библиотека. Старейшее хранилище знаний Тейра, где когда-то работала Арианна. Пожар был не простым. Пламя лизало камень, но не трогало пергамент, выискивая что-то конкретное. Оно было нацелено на уничтожение следов и улик.

Тревожные колокола взрезали ночь. Мы выскочили во двор. Небо над библиотекой было багровым от отражённого пламени. Тейранн, уже в доспехах поверх ночной рубашки, отдавал приказы. Его лицо в свете пожара было словно вырезано из гранита. На нём я прочитала холодную и расчётливую ярость.

– Это отвлекающий манёвр, – сказал Дэйр, появившись рядом как тень. – Главный удар будет здесь. Она хочет создать панику, чтобы просочиться внутрь.

Тут со стороны внутренних покоев, где готовилась к завтрашнему дню Мирадия, донёсся душераздирающий крик. Не страха, а всепоглощающего гнева. Драконий рёв, заглушённый стенами, но от этого ещё более пугающий.

Мы бросились туда. В покоях принцессы царил хаос. Несколько стражников лежали без движения, обвитые липкой, тёмной магией, похожей на смолу. В центре комнаты, окружённая сияющим, золотистым ореолом собственной праведной злости, стояла Мирадия. Перед ней, склонившись в неестественной позе, замер лорд Вейн. Его лицо было искажено гримасой боли и… удивления. Из его груди, прямо сквозь роскошный камзол, прорастали кристаллические сосульки льда. Магический лёд, который могла породить только неконтролируемая драконья субстанция, столкнувшаяся с чёрным заклятьем или заклинанием.

Он пришёл за будущей невестой, чтобы выкрасть её, сорвать свадьбу, опозорить Тейранна окончательно. Только не рассчитал силы собственные силы. Лорд Вейн не знал, что робкая младшая сестра правителя, над которой он всю жизнь посмеивался, научилась не сдерживать свою силу, а выпускать её точным ударом.

Мирадия дышала тяжело, её глаза горели холодным, синим огнём. Она смотрела на умирающего отца своего единственного друга и врага без жалости. Только с отвращением.

– Ты… ты убил её, – прошептала она. – Мою сестру и подругу Арианну. Теперь пришёл за мной.

Вейн попытался что-то сказать, но изо рта хлынула чёрная кровь. Он рухнул на пол. В тот же миг все окна в покоях с грохотом выбило внутрь. Но не взрывом – напором тьмы. В проёмах, словно сгустившаяся ночь, стояли фигуры в чёрных плащах. В центре, чуть впереди, женщина. Высокая, худая, с лицом, в котором угадывались черты Тейранна, но искажённые годами ненависти и чернокнижия. Её волосы были белыми как снег, а глаза горели лиловым, нездешним светом.

Принцесса-ренегатка Элинор.

– Какая трогательная семейная сцена, – её голос был сладким, как сироп, и режущим, как стекло. – Хрупкая сестрица убивает отца Главного Королевского мага. Практически классика. Жаль, что спектакль придётся закончить досрочно.

Она провела рукой по воздуху, и тьма из-за её спины ринулась в комнату живым, жалящим потоком. Это была не магия подавления. Это была магия разложения, пожирающая свет, жизнь и самую память о порядке.

Я бросилась вперёд, подставляя себя между этим потоком и Мирадией, вытягивая перед собой руки, из которых хлынул знакомый золотой свет. Тот самый, что спас тыкву. Свет столкнулся с тьмой посреди комнаты с шипением и грохотом, будто сошлись две стихии.

– Держись! – крикнул мне Тейранн. Он внезапно появился в комнате Мирадии и шагнул вперёд.

Воздух вокруг него затрепетал от жары. Из его поднятой ладони вырвался сноп малинового пламени, чистого и яростного, и ударил прямо в Элинор.

Она лишь усмехнулась и отмахнулась, будто от назойливой мухи. Её собственная тьма поглотила драконий огонь, лишь на миг дрогнув.

– Милый братец. Ты всё так же прямолинеен. Как и отец. Это ваша слабость.

В этот момент сбоку, из тени за колонной, метнулся чёрный, почти невидимый клинок магии. Он не бил в Элинор. Он ударил в точку между её плечом и шеей, где сходились нити управления её чёрным потоком. Удар был точен, смертельно опасен и абсолютно беспощаден. Дэйр.

Элинор вскрикнула. Впервые от настоящей боли. Потом испуганно отпрянула. Она привыкла к безнаказанности и всегда пользовалась внезапностью. В этот раз её планам не было суждено сбыться. Контроль над тьмой дрогнул. В этот миг я, чувствуя ослабление давления, изо всех сил выплеснула свой золотой свет вперёд. Он, как таран, пробил чёрную стену и ударил Элинор в грудь.

Она отлетела к разбитому окну, её белые волосы разметались. Лиловый свет в её глазах погас, сменившись чистой, безумной ненавистью. Она посмотрела на нас: на Тейранна, на меня, на Мирадию на Дэйра, стоящего над телом отца.

– Это… ещё не конец, – прошипела она, и её голос звучал уже не сладко, а как скрежет железа по камню. – Я вернусь. На вашу свадьбу и превращу её в похороны.

Она откинулась назад, в ночную тьму за окном, и растворилась, будто её и не было. Её приспешники, лишившись поддержки, не устояли под натиском стражи и магов Дэйра и попали в руки королевских дознавателей.

В покоях настала тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием и треском угасающих где-то магических пожаров. Тело Вейна лежало на полу, а над ним стояла Мирадия, с которой медленно спадал золотистый ореол. В её глазах не было триумфа. Была пустота и горечь первой, необходимой жертвы.

Дэйр подошёл к телу отца. Он смотрел на него не «без эмоций». Его лицо было каменной маской, под которой бушевала буря. Годы подозрений, поисков, ненависти и, возможно, тайной надежды – всё это рухнуло здесь, на полу в покоях принцессы, оплаченное чёрной кровью. Главный Королевский маг поднял взгляд на Тейранна, и в его глазах читалось не торжество, а тяжёлое, ледяное облегчение. Потом брюнет проронил надтреснутым голосом:

– Лорд Вейн мёртв. Принцесса Элинор ранена, но жива. Теперь она придёт на свадьбу. Это будет её последний шанс расчистить себе дорогу к трону.

Тейранн кивнул, подойдя к сестре. Он положил руку ей на плечо.

– Всё кончено, – тихо сказал он. – Вы с леди Дарьей защитили себя и нас.

Принцесса вздрогнула и обернулась. В её глазах выступили слёзы, но она не дала им упасть.

– Нет, – прошептала она. – Ничего не кончено. Настоящая битва за наше будущее начинается только теперь.

Я смотрела на них: на короля-дракона, на Мирадию, нашедшую свою силу и Истинного, на мага, оплатившего правду кровью отца и тоже нашедшего своё счастье в этом мире. Прекрасно понимала, что завтрашняя свадьба – это уже не просто праздник, а поле боя. Мы не имеем права проиграть ренегатке Элинор.

Глава 31
Предсвадебный переполох с отягчающими обстоятельствами

Утро после ночной битвы пришло не с покоем, а с лязгом доспехов и приглушёнными командами. Дворец, несмотря на пышные украшения, больше походил на военный лагерь или разворошённый голодным медведем муравейник. Аромат цветов смешивался с запахом специальной пропитки для кожаных ремней и очищающего от плетений любой природы дыма, ещё висевшего над почерневшими стенами библиотеки.

Я нашла Тейранна во внутреннем дворе, где он лично проверял расстановку стражей. Король был в простом, но безупречно сидящем камзоле, без видимых доспехов. Только его осанка, внимательный взгляд, скользящий по бойницам и крышам, говорили о боевой готовности больше любой кирасы.

– Спать ложилась? – спросил он, заметив меня.

Под глазами у него залегли глубокие тени, но голос звучал ровно.

– Ненадолго. А вы?

– Драконам нужно меньше сна, – блондин пожал плечами, но в его взгляде мелькнула усталость. – Особенно когда их логову угрожают. Всё готово. Каждый камень на своём месте. Каждый человек знает свою роль.

Его уверенность была заразительной, но я видела, как его взгляд на миг задержался на Мирадии, которая в дальнем конце двора обсуждала с флористом последние детали украшения зала. В её движениях была лёгкость, но и стальная решимость. Она больше не невеста-жертва. Она воин, защищающий своё счастье.

– Она сильна, – тихо сказала я.

– Благодаря вам, – так же тихо ответил Тейранн. Потом вздохнул, и его лицо на мгновение стало не королевским, а просто человеческим, усталым и немного печальным. – Иногда я думаю, как всё могло бы сложиться, если бы… если бы мы встретились в другом месте. В другое время. Без этих титулов и долгов.

Я не знала, что ответить. Воздух между нами сгустился, наполнившись невысказанным. Он посмотрел на меня, и в его карих глазах было что-то тяжёлое и тёплое одновременно.

– Я очень ценю твою помощь и поддержку, Даша. Больше, чем могу выразить. Всё, что меня печалит сейчас… – он запнулся, отвернулся к стражникам, поправляющим штандарт, – это то, что у нас нет парного Узора Истинности. Что магия нашего мира не видит между нами той истинной связи, которая могла бы… упростить многое.

Он сказал это без упрёка, с констатацией факта, от которого щемило в груди.

– Узоры появляются, когда приходит время, – неуверенно вымолвила я. – А не по приказу.

– Знаю, – кивнул он. – Поэтому и жду. И буду ждать. Пока есть надежда. – Он снова стал королём, отдавшим приказ самому себе. – А сейчас у нас есть две свадьбы, которые не должны быть сорваны, и коварный враг, которого нужно остановить.

Он ушёл, отдавая новые распоряжения, оставив меня с гудящей в ушах фразой: «Пока есть надежда».

Мою растерянность прервал тихий голос за спиной.

– Леди Дарья. Можно вас на минуту?

Я обернулась. Лорэлл Дэйр стоял в тени арки. Он выглядел собранным, но в его глазах была непривычная мягкость, почти уязвимость.

– Конечно.

Мы отошли в сторону, в маленький закрытый садик, где нас не могли подслушать чужие уши.

– Я хотел… попрощаться. На всякий случай, – начал он, глядя куда-то мимо меня, на цветущий куст зимней жимолости. – Завтра всё может сложиться по-разному. И если мне не удастся сказать это потом… Спасибо. За всё. За то, что не отвернулись, когда я был самым неприятным засранцем при дворе. За то, что поверили мне. За то, что дали мне шанс… отомстить за мать и найти нечто большее.

Он наконец посмотрел на меня.

– Лианна… она моя Истинная Пара. Мы почувствовали это сразу. И если завтра всё закончится хорошо, мы дадим драконьи обеты. Я уеду с ней или останемся здесь, если король и её брат найдут это разумным. Но мой путь теперь – рядом с ней. И я счастлив, что успел это понять. Благодаря вам.

В его голосе не было той прежней, разъедающей горечи. Была лёгкая грусть и огромное, тихое облегчение.

– Я искренне рада за вас, магистр Дэйр.

– Лорэлл, – поправил он с лёгкой, почти невидимой улыбкой. – Для вас – просто Лорэлл. Теперь мы почти что родня. И уж точно верные друзья.

Он слегка склонил голову – не поклон, а жест глубокого уважения. Потом стремительно покинул, растворившись в предвечерних сумерках. Я осталась одна, и испытала странное чувство. Непривычную смесь грусти, радости и лёгкой зависти. Внезапно слегка сжало сердце. Он нашёл свой путь. Обрёл свою Истинную. Узнал свою правду.

Мне же предстояло найти свою. Пока что не в чувствах, а в деле. Я вернулась в свой кабинет, к тыкве-гримуару. Мне нужен был не меч и не щит. Мне нужно было оружие пострашнее. То, против которого у Элинор не будет защиты. Правда.

Я положила руки на тёплую поверхность тыквы и снова обратилась к ней с просьбой, на этот раз не о защите, а о памяти.

– Покажи мне её. Покажи мне Элинор не как монстра, а как ту, кем она была. Покажи мне причину.

Тыква дрогнула. Свет из неё стал не ярким, а глубоким, уходящим внутрь, в самые древние слои памяти, записанные не чернилами, а отпечатками событий. Перед моим внутренним взором поплыли образы. Не дневники Арианны. Старее. Летопись изгнания. Записи, сделанные рукой самого короля-отца, Кора Тейранна Старшего, и переданные на хранение в гримуар Рьорны Хэллоки – беспристрастным хранителям.

Я увидела не злодейку. Я увидела девушку, старшую дочь, умную, гордую, с бушующей, необузданной драконьей магией. Я увидела её не угодить, не справиться с грузом ожиданий. Я увидела её первую ошибку. Обращение к запретным свиткам не из злобы, а из отчаяния доказать, что она достойна. Как страх отца перед её силой перерос в подозрения, а потом – в жестокий приговор. Изгнание. Не казнь, а горькое и незаслуженное забвение. Принудительное стирание из истории семьи.

Увидела, как эта рана, оставленная самым близким человеком, гноилась годами, пока не превратилась в ту самую чёрную, пожирающую всё ненависть, с которой мы столкнулись. Элинор мстила не за трон. Она мстила за преданное доверие, за несправедливое отвержение. Её битва была не за власть, а за признание. Это делало её в тысячу раз опаснее.

Я открыла глаза. В комнате уже стемнело. Свет тыквы мягко освещал стол, на котором лежал чистый лист пергамента. Я взяла перо. Мне не нужно было заклинание. Мне нужно было письмо. Обращение от имени памяти её отца. Правда, от которой нельзя защититься магией или чарами. Правда, которая могла либо добить её, либо… спасти.

За окном окончательно спустилась ночь. Завтра будут свадьбы и финальная битва. В том числе и за принцессу Элинор. Она оказалась не злодейкой, а жертвой малодушия собственного отца. Но теперь у меня было оружие. Не для того, чтобы убить. Для того, чтобы остановить и, возможно, исцелить истерзанную предательствами душу. Если, конечно, она захочет услышать.