Текст книги "Лидия. Головная боль академии (СИ)"
Автор книги: Натали Лавру
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)
Глава 27. Кто этот красавчик?
Лидия
Переместились мы в кабинет ректора и нас встретил высокий седой старик, у которого ноги колесом и походка такая... примечательная.
– Меня зовут Бартоломью де Уолш, и на данный момент я исполняющий обязанности ректора академии, – представился старик и проковылял к ректорскому столу.
Бедный! Как он ещё ходит?
А дальше произошло нечто странное, о чём папа нас с Катариной не предупредил:
– Это моя сестра Лия Ферб, а это её подруга Катарина аль Тикси. Обе готовы пройти экзаменовку.
В моих глазах застыл вопрос, даже не так: ВОПРОСИЩЕ!
«Что??? Какая ещё сестра? Ты что это удумал, папуля?»
– Отлично, – кивнул господин де Уолш, даже не глянув на нас с Кэт. – Сейчас придёт куратор второго курса боевого факультета, поможет адепткам разместиться в комнате для абитуриентов и покажет полосу препятствий, которую они должны будут сдать.
– Прошу прощения, – вмешалась я, и старик поднял на меня свои старческие серые глаза с нездорово-жёлтыми белками. – Я поступаю на факультет целительства, а Катарина аль Тикси – на артефакторику.
– Это неважно, юная леди. Мы из всех здесь растим боевиков. Условия жёсткие. Вы вправе отказаться от обучения в любой момент, – равнодушно ответил старикан, снова глядя в бумаги, лежащие на столе. – А вот вас, Лиэль, – как-как он назвал моего папу? – я был бы рад видеть в рядах наших бойцов.
Папа неопределённо качнул головой, мол, это для меня честь, но я ещё подумаю.
В кабинет постучались, и в дверном проёме возникло... возникла тётенька-великанша, ростом не вписывающаяся в косяк.
– Здравия желаю, полковник де Уолш! Прапорщик Тули по вашему запросу прибыла!
– Вольно, прапорщик Тули. Проводи абитуриенток до их временной комнаты, затем покажи, где они будут проходить вступительный экзамен.
На нас посмотрели, как на насекомых, сверху вниз.
Я ответила «крошке» Тули ироничным взглядом, типа: «Сама ты насекомое!».
В общем, попой чую: не подружимся.
– За мной! – пробасила «крошка» и вышла первая.
– Пока, п... Лиэль! – быстро исправилась я и чмокнула папу в щёку.
– Удачи! – искренне пожелал он.
И мы покатили по коридору наши чемоданы на колёсиках.
– Значит, так: по корпусам не шляемся! В столовую ходим чётко по расписанию! Хвостами не крутим!
– Мы люди, в смысле, полукровки. У нас нет хвостов, – ответила я.
– Не бол-тать! – командирским голосом возвестила «крошка» Тули, а эхо в коридоре несколько раз повторило: «Ать! Ать! Ать!»
Кхм, смешная тётенька, да. Хотя на вид ей лет двадцать семь, вряд ли больше. Но всё равно она уже тётенька, матёрая такая.
Нас вывели на улицу, и я поняла: у нас в чемоданах нет настолько тёплой одежды. Мела и завывала метель, видимость была метров пятьдесят, не больше. Мы с Кэт тут же расчехлили поклажу и напялили свои коротенькие шубейки.
– Форму на экзамен вам выдадут, – сообщила Тули и повела нас прямо по сугробам (тащите своё барахло как хотите!).
Северная академия представляла собой огромный замок из тёмно-серого камня (из него мы только что вышли), а у его подножия располагались такие же серые «детки» – дополнительные корпуса.
– Главное строение – сама академия, в ней мы учимся, живём и умираем, – надеюсь, про смерть была шутка. – Это, – Тули указала на ближайшее здание, – склады. Там слева «горячий» крытый полигон. Справа – общежитие для абитуриентов.
– А почему нас не селят сразу к адептам? – поинтересовалась я.
– Честь учиться и жить здесь надо ещё заслужить. Две трети поступающих отсеются к первому сентября, – снизошла до ответа Тули.
– Ясненько, – мысленно посмеялась я над этой горделивой валькирией. – Когда у нас экзамен?
– Послезавтра, двадцать восьмого августа. Завтрашний день даётся вам на ознакомление с полосой препятствий и моральную подготовку.
Нас заселили в большую комнату, где, помимо нас, обитали четыре абитуриентки, поступающие на первый курс. Нам пришлось быстро-быстро сгрузить вещи и бежать за «крошкой» Тули, чтобы не потерять её в этой метели.
Я согревала себя и Кэт магией, иначе мы бы уже превратились в свежезамороженные тушки.
Мы, обогнув замок, вышли на занесённое снегом поле с торчащими и тоже припорошенными деревянными и металлическими конструкциями, чем-то похожими на те, которые весь август проходили мы с Кэт.
***
Следующим утром после завтрака, на который мы попали только благодаря соседкам (девчонки узнали, что мы второкурсницы, а значит, не конкурентки им), мы отправились проходить трассу.
А там... По колено в сугробе стоял ОН! Мой идеал... О, богиня, как красиво этот мускулистый жеребец лупит мечом крутящееся бревно с натыканными в него палками!
– Кэ-э-эт... – кажется, мои зрачки приняли форму сердечек. – Я влюбилась. Всё. Я таю... – и «поплыла» по сугробам к своему идеалу.
Оказывается, есть на свете мужики, стопроцентно попадающие под мой вкус. Не только Наир.
А этот... Высокий, чёрный, смуглый, а двигается как! Плавно, молниеносно и точно! Бог! Точно бог!
Ах, я горю, мне жарко! От вспыхнувших чувств не спасает даже зелье равнодушия, которое я исправно принимаю.
Я стряхнула снег с шубки, перекинула волосы на плечо и кокетливо посмотрела на этого восхитительного мужчину, а он...
– Что за куртизанские наряды?! Где ваша форма? За несоблюдение правил академии вы обе прямо сейчас собираете вещи и вон за ворота! Вам здесь не квартал красных фонарей!
М-да... Так быстро я ещё никогда не разлюбливала.
***
– Вы, видимо, совсем никогда проституток не видели, раз ваш язык повернулся оскорбить приличных девушек! – вздёрнув подбородок повыше, отчеканила я.
На меня второй раз за день посмотрели, как на букашку.
– Вам виднее, – ядовито бросили мне, будто камнем в собаку.
– Хам! – ну, всё! Война! – К вашему сведению, мы только что прибыли в академию, и нам ещё не выдали форму. Так что все претензии к руководству! – с этими словами я развернулась и махнула Катарине идти за мной.
На душе было мерзко. Ну, надо же! Меня обозвали куртизанкой! На мне дизайнерская, модная в столице, шубейка и удобные облегающие брюки стрейч, в которых хоть на шпагат садись.
Куртизанки вообще-то носят платья. Вычурные такие, с контрастными рюшами и обилием полупрозрачных сетчатых вставок.
Так что обвинения в наш с Кэт адрес в высшей степени беспочвенны.
А ведь сначала этот тип мне даже понравился.
– Лия, ты злишься, – еле поспевала за мной Кэт.
– Хм!
– Лия, ты меня сейчас поджаришь! – взмолилась подруга, и я только теперь заметила, что тепловой полог, накинутый на нас, перегрелся.
– Извини, – выдавила из себя, хотя мысли были заняты другим, а глаза смотрели вовсе не на тренировочные снаряды.
– Снова будешь мстить? – догадалась она.
– Естественно, – просияла я. – Рожу запомнила?
– Угу...
– Я тоже. И очень хорошо. Очень уж она у него противная.
Да. Погорячилась я, назвав мерзавца красавчиком. На самом деле ничего особенного. Одни злобные глазюки чего стоят.
Мы отошли уже метров на пятьдесят, когда я оглянулась. Не знаю, почему. Силуэт чернявого мерзавца как раз находился на границе видимости.
Так вот, клянусь, что этот гад стоял и смотрел мне вслед, пытаясь прожечь меня своими чёрными глазищами-углями. Не прожжёт, естественно. Не на ту напал.
Вот с-с-скотина! Пусть и дальше размахивает своими мельницами, а не смотрит на меня.
Шестерёнки в моей голове закрутились с удесятерённой скоростью. Первое: этот громила точно не студент. На вид ему лет тридцать пять, а значит, с его уровнем магии вполне может быть больше. Второе: чувак любитель покомандовать, что говорит о том, что эта скотина тут работает. Надо быть поосторожнее с высказываниями и мстить тонко, заковыристо, незаметно, чтобы он в случае чего не побежал жаловаться ректору.
Я представила, как эта двухметровая дылда бежит к старику де Уолшу, и усмехнулась вслух.
– Ой, что будет... – отозвалась Кэт.
– Будет, – кивнула. – А теперь давай опробуем эту полосу препятствий в экстремальных условиях.
Рядом со мной вздохнули, но спорить не стали.
Я закрепила вокруг Кэт тёплое энергетическое поле и с прыжка побежала проходить полосу: скалолазная стенка, бег по шатающимся балкам, уворачивание от крутящихся шипастых дубин, полёт на канате через пропасть (до каната нужно ещё допрыгнуть и уцепиться), затем тоже канат, но уже натянутый на высоте, прохождение турников держась руками, спуск, прыжки по заснеженным кочкам... Судя по вони из-под снега, внизу болото.
В общем, лёгкая трасса. Я даже не вспотела, если это реально на таком морозе.
Следом шла Катарина. Она благополучно преодолела большую часть трассы, но не удержала равновесие под порывом ветра и свалилась вниз. Из-под снега с утробным «чш-ш-фыть!» выплеснулась чёрно-коричневая жижа.
Я вытащила подругу левитацией, но её тыл безнадёжно испачкался в грязи.
– Ы-ы-ы... – простонала она, выйдя на твердь земную и оглянувшись на свой зад.
– Очищающий артефакт есть?
– Амулет только. Остался в чемодане в общежитии. Он разовый. Но на шубку его должно хватить.
После процедур «снежный ангел» и «разотри попу снегом» мы с Кэт отправились обратно в халупу для абитуриентов. Почему халупу? – да потому что иначе эту серую коробку у подножия величавого мрачного замка не назовёшь. Хотя нет, можно, конечно, обозвать, если покумекать. Но моя головушка занята сладкими планами мести.
– Первый артефакт, который я здесь создам, – согревающий! – с чувством пообещала моя подруга, вперёд меня стремясь попасть в тепло. – А второй – очищающий!
– Предлагаю сначала поступить, а потом смотаться в ближайший город и закупиться одеждой и артефактами.
Ме-е-есть... Слово шуршит сахаром на языке. Или солью? Нет, всё же сахаром. Потому что я хочу обернуть ситуацию в свою пользу. То есть превратить неприязненного черномазика в своего преданного поклонника. Ха! И плевать, если он препод. Пле-вать!
Мне вспомнилось зелье «пусть я тебе приснюсь», которым я жахнула по Ромери. Жаль парня, конечно, но сейчас не об этом. Это зелье ляжет в основу моей мести. Правда, своего фантома я перепрограммирую быть нежной, ласковой, покладистой. Флирт, поцелуйчики, все дела. Пусть враг узнает «меня» с другой стороны. Даже если сначала он будет сопротивляться, со временем сдастся на милость приятным видениям. Это я как опытная смотрельщица эльфийских благостных снов говорю.
Остаток дня мы с Катариной посвятили сбору сплетен, стирке и отдыху. И я возблагодарила себя за решение не брать пока с собой сюда Дарси. Заберу, когда поступлю. Ибо связь между нами действительно магическая, и мне придётся по-максимуму таскать котопса с собой. Ведь если мне без него тоскливо, то представляю, каково ему, он же ещё щенок. Или котёнок?
В последние дни Дарси был тревожный. По ночам царапал мне грудную клетку и зубами норовил сорвать с моей шеи артефакт безопасного сна. Не знаю, почему. Мне явно вредно встречаться с Наиром. Мы не пара и нечего травить душу друг другу. Тем более, что я собралась изрядно так потравить душу кое-кому другому.
И это будет эпично!
Глава 28. Что-то пошло не так...
Лидия
День «икс» настал, и начался он:
– Это, что, форма? Да в этот мешок влезут четыре меня! – негодованию моему не было предела.
В общем, серо-чёрное нечто, грубо скроенное и пошитое явно на сестру «крошки» Тули, мне не подошло. Катарине – того хуже.
– Её нужно запахивать и затягивать ремнём, – любезно объяснила нам милая абитуриентка, поступающая на первый курс. Как её зовут, я так и не запомнила. То ли Трейс, то ли Трина...
– Это издевательство! – фыркнула я и отбросила уродское тряпьё, сделав выбор в пользу своих стрейч-брюк и лёгкой тренировочной куртки.
– В уставе академии написано, что адепты должны быть готовы к любым неудобствам и закалять ими свой дух.
Щаз-з-з!
– Скажите ещё, что тут из душа течёт холодянка! – усмехнулась я, на что та же Трейс (вроде бы) мне ответила:
– Мой старший брат два года назад окончил эту академию. Он говорил, что тёплую воду включают только по выходным.
Чудненько! Одна новость «лучше» другой! Я думала, только нас, абитуриентов, «балуют» ледяной водичкой из душа, но, оказывается, всем так «повезло».
– Я слышала, что в преподавательском крыле всегда есть горячая, – тихонько, как принято преподносить отборные сплетни, сказала вторая соседка.
О как! Интересненько... Надо будет проверить, но это потом.
Хорошо, что я взяла с собой свою любимую тренировочную форму. Ну, а чтобы нас с Кэт не выгнали за нарушение правил, мы смастерим мороки. Для всех мы будем в уродской форме а-ля безразмерный саван, а на самом деле – в своей.
С этими мыслями я велела Кэт одеться в своё, потом поверх своего – в выданное нам издевательство, а после – снять слепки нашего внешнего вида.
– Делай амулет. Срочно! – выдала я, и моя верная подруга без лишних вопросов бросилась к своим заготовкам.
– А вы успеете? – с сомнением поинтересовалась одна из соседок. – У вас экзамен сразу после нас.
Все посмотрели на Катарину, но та уже погрузилась в артефактоизготовительный процесс.
– Успеем, – заявила я деловито. Верю я в свою Кэт. Быть нам вместе до скончания дней.
И действительно: Кэт успела. Точнее, мы пропустили завтрак, и я заказала еду в «номер». Отправила папе магвестник, где обрисовала проблему, и вскоре передо мной прямо из портала возник поднос с двумя тарелками горячей гречневой каши на молоке и чашками какао.
Исчезло это безобразие так же, как и появилось. Спасибо папуле!
На сдачу нормативов мы отправились сытые и в «форме».
Я почувствовала: сдадим. Не зря же профессор де Грасс меня сюда заманивала. Эта угрюмая академия остро нуждается в реформах. Погоди, родненькая, вот мы отстреляемся, и всё будет!
***
Если кратко: мы сдали.
Если честно: Кэт, как распоследняя пьяница, доползла до финиша на бровях. Не то чтобы они, брови эти, у неё выдающиеся, но иначе движения, похожие на агонизирующего червяка, не назвать.
Оказывается, трассу, которую мы вчера освоили, нужно пройти не один, не пять, а целых десять раз!
«Крошка» Тули ни словом об этом не обмолвилась. Видать, была уверена, что две тощие полукровки запорются на старте, но что-то пошло не так.
Хули, Тули?!
Ты ответишь за свою подлость, Тули, клянусь. Ибо не фиг!
Я ещё раз послала лучи любви и благодарности папе. Без его стараний ковылять бы нам сейчас на выход. Правда, я до сих пор не поняла, какого рожна он представился ректору моим братом?
Ну, да ладно, с этим я потом разберусь.
Экзамен был сложный даже для меня, а уж Кэт – и подавно героиня.
Сначала мы метали ножи, стреляли из лука и арбалета по мишени (тут у Катарины высший балл), потом нам предстояло выстоять минуту против адепта выпускного курса (я чуть не победила этого парня, а потом он меня, но в итоге я продержалась целых три минуты!), потом полоса препятствий, помноженная на десять, а потом снова стрельба из лука и арбалета.
Мне одного балла не хватило до результата «отлично» (подвела стрельба трясущимися от усталости руками), а Кэт едва хватило, чтобы поступить. Она настолько выложилась на поле, что даже не обрадовалась.
Под конец, когда нам с Кэт объявили о нашем зачислении в адепты второго курса, угадайте, что произошло? Правильно! Мороки с нас слетели. Не откалиброванные, смастерённые на скорую руку артефакты, сломались.
Упс...
Комиссия, состоящая из старого Бартоломью де Уолша, гадюки Тули и ещё трёх дядечек преклонного возраста, охнула.
– Нарушение правил! – возопила... не трудно догадаться кто.
– Испытания кончились, – совершенно не растерявшись, ответила я, и говорить мне не помешала даже метель. – У нас есть разработка ультрабыстрого переодевания. Нам выдали мужскую форму, в которую влезет четверо таких, как мы, и это в высшей степени неудобно. В свободное от экзаменовки время мы имеем право носить свою одежду, так что нарушений тут нет.
– Вашего мнения по поводу формы никто не спрашивал! Если что-то не устраивает, я провожу вас на выход!
Баба в комиссии – горе в академии.
Эта Тули с синдромом вахтёра нуждается в перевоспитании. Уж я займусь этим, чтобы было неповадно лезть к нам.
***
После заселения в нашу с Кэт отдельную коморку (комнатой это назвать трудно) я отправилась искать лабораторию для своих мстительных дел и не только.
В учебную часть меня пустили только посмотреть, так как на каникулах химичить нельзя, но сказали, что есть лаборатория какого-то там Лессара, где мне, возможно, разрешат что-нибудь сварить. Добрые люди показали, как добраться до места.
Искомое помещение нашлось в угловой башне, под самой крышей.
Ого! Адепты сказали, что Лессар учится на четвёртом курсе. И с каких это пор у обучающихся личные лаборатории? Да ещё такие большие? Да ещё и в суровой Северной академии? Наверняка этот умник – любимчик Фенека!
Возле столешницы спиной ко мне стоял высокий эльф-полукровка с длинными вороными волосами, забранными в хвост на затылке. И магия у полукровки была сильная, эльфийская.
Дверь в лабораторию была открыта, поэтому мне удалось прокрасться, как я думала, незаметно. И выводы напрашивались неутешительные: в этой академии уже есть зельевар-бизнесмен, и мне он точно не обрадуется.
А уж как я не рада конкуренту...
Тут этот (предположительно) Лессар обернулся, и на меня недобро посмотрели пронзительно голубые глаза. Такие же, как у меня.
***
– Долго будешь стоять? – неприветливо бросили мне. – Бесплатно не работаю, – подтвердил он мои догадки. – Эликсир силы не продаю. Всё равно вылетишь. Слишком хилая.
Голос у парня был по-эльфийски мелодичный, но низкий, чуть с хрипотцой. Короче, экземплярчик просто ходячий секс!
Его портит только смысл сказанных слов.
Меня. Обозвали. Хилой!
Список людей, которые подвергнутся моей мести, только что пополнился. Эх, и лаборатория как на зло одна!
– Я, что, похожа на попрошайку? – надеюсь, тон моего голоса прозвучал достаточно убедительно, чтобы парниша понял, что разговаривает не с дояркой. Ничего не имею против доярок и их труда, но их явно не воспитывали родители-герцоги.
– А для чего ты ещё пришла? По одежде вижу, что абитуриентка. Плюс у меня абсолютная память на лица, а я тебя раньше не видел.
– Лия Ферб. Факультет зельеварения. Второй курс.
– Неужели поступила? – голубоглазик выразительно изогнул бровь.
– Разумеется, – я отзеркалила его жест.
– И что же тебе нужно, Лия Ферб?
– Может, для начала представишься?
– То есть, ты не знаешь, кто я?
– Ну, у тебя же абсолютная память на лица! – припомнила его же слова. – Сам сказал, что не видел меня раньше. Так вот, я на память тоже не жалуюсь, но, представь себе, вижу тебя впервые! Твой бледный лик не являлся мне даже во снах!
– А у тебя острый язычок, – беззлобно усмехнулся парень, и я вдруг отчётливо поняла, что нравлюсь ему. И, что самое интересное, он мне тоже! Как с самой собой говорю. – Лессар Мейо. Зельеварение. Четвёртый курс.
– Будем знакомы, – кивнула ему.
– С остротами рекомендую быть осторожнее. Здесь больше в цене тупое исполнение приказов.
– Да уж, я заметила.
– Успела с кем-то поцапаться?
– Да есть тут один... – я возмущённо сжала губы. – Псих какой-то. Пытался выгнать меня из академии. Пришлось сказать ему пару ласковых.
– Как выглядел этот псих? – у Лессара стало, ну, очень заинтересованное лицо.
– Да чёрный такой, бугаистый. Ещё на поле тренировался в одной рубашке.
– Кажется, у меня для тебя плохие новости... – теперь мой собеседник выглядел обеспокоенным. – Это был ректор.
– Не! – отмахнулась я. – С ректором меня уже познакомили. Это точно не он.
– Уверена?
– Конечно!
– Тогда ладно. Других психов я здесь не знаю, – пожал плечами Лессар. – А, хотя есть ещё один. Кстати, ты будешь учиться вместе с ним. Но этот не подходит под твоё описание.
Всё интереснее и интереснее... Не академия, а театр гротеска.
Мне любопытно, в чём же наш старичок де Уолш псих? Мне он показался флегматичным и уставшим от жизни человеком. Интересно, почему он до сих пор не на пенсии? Неужели денег не хватает? Или никто не хочет идти сюда работать?
Я мысленно вернулась к цели своего визита. Хорошо, конечно, болтаем, но я пришла сюда, чтобы сварить зелье. Ну, или хотя бы разузнать, где его готовить.
– Может быть, подскажешь, где я могу приготовить зелье?
– Учебная лаборатория закрыта. Остаётся только преподавательская, за проникновение в которую тебя вышвырнут за ворота, и моя.
– Отлично. Ты ведь не против, если я похимичу здесь? Обещаю быть аккуратной.
– Я разрешу тебе здесь варить зелье только под моим присмотром.
Ещё чего!
Впрочем, надо узнать, что Лессар за человек. А чтобы ближе познакомиться... надо ближе познакомиться! Уж чего-чего, а хитрости мне не занимать!
Поэтому вместо возмущения я мило улыбнулась и предложила:
– А ты не мог бы помочь ещё кое в чём? Мы с подругой впервые на севере и не знакомы со здешними порядками, к тому же у нас нет по-настоящему тёплой одежды. Ты не против прогуляться с нами до города? С меня кафе и оплата транспорта!
– Эм-м... – он явно не ожидал, но спустя пару секунд раздумий широко улыбнулся. – Как насчёт завтра утром?
– Отлично! – вот вроде я равнодушна к обаянию красавчиков, но от улыбки Лессара едва не растекаюсь лужицей.
– Совместим приятное с полезным. Я как раз собирался в лавку за порошком трилистника и девясила.
– И мне тоже нужно.
– Эх, а я-то надеялся скоротать время, пока вы с подругой примеряете бушлаты! – усмехнулся он.
– Бушлаты? – переспросила. Если не ошибаюсь, это такая квадратная куртёха на поролоне. Как раз подобная была сегодня на «крошке» Тули и сидела на ней как лучшая антиреклама данного изделия.
– Ну, для знатных дам есть магазинчики подороже, но вряд ли тебе туда.
– Это ещё почему? – меня, что, только что обозвали нищебродкой?
– Потому что нужно продать душу дьяволу, чтобы купить шубу-артефакт.
– Так уж и душу? И сколько, по-твоему, стоит моя душа?
– Тысячу шестьсот золотых, – это он про шубу или обо мне?
– Пф! Дружочек, за эти гроши я даже погладить свою душу не дам, не то что купить!
– А не много ли пафоса для простолюдинки? – подозрительно глянул на меня Лессар.
– Ты же предложил мне продать душу за шубу!
– Я проверял тебя, – да уж, не у меня одной здесь хитрый зад. – Итак, методом моих провокаций и твоих возмущённых ответов на них мы выяснили, что полторы тысячи золотых для тебя гроши... Откуда такие деньги, Лия Ферб?
– Сам как думаешь?
– Хм-м-м... Ты бастард императора?
– Что??? – нет, ну, это оскорбление дяди Арда!
И тут я поняла, что Лессар снова провоцирует меня. Умный, зараза! Непредсказуемый, кусачий и доставучий, прямо как я! Вах! С ним удивительно интересно.
– Вижу, что ты не его дочь.
– Конечно, нет, – фыркнула я, типа кто император и кто я.
Вообще-то дядя Ардантариэль – везунчик. Тётя Эвелин – его любовь-судьба, поэтому придворные дамы обделены монаршим вниманием.
Лессар смотрел на меня с какой-то ироничной усмешкой и молчал.
– Ещё варианты есть? – нетерпеливо поинтересовалась у него.
– Ну-у-у... – игриво протянул этот... этот интриган!
– Если ляпнешь про куртизанок и квартал красных фонарей, на этом наше знакомство закончится, – предупредила на всякий случай.
– Ладно, не буду. В таком случае открой мне секрет, о, прекрасная Лия?
То есть именно это он и собирался сказать?
– Ну-у-у... – спародировала его интонацию. – Я весьма успешна в своём ремесле... – если уж отвечать, то загадкой.
Увы, Лессар даже не потрудился сделать вид, что размышляет, и сразу выдал:
– Так и знал, что ты мой конкурент!
***
Маски пали. Карты раскрыты. Карты Лессара, разумеется, ибо он ещё понятия не имеет, с кем связался. И ещё не скоро узнает.
– Какое же твоё коронное зелье? – спрашиваю. – Хотя не отвечай. Сама угадаю: эликсир силы и выносливости.
– Это логично, – усмехнулся Лессар. – Чем здесь ещё торговать?
Как это чем? Веселящим зельем, конечно! Но и об этом пока рано говорить.
– А у тебя? – не заставил себя ждать вопрос.
– Да так, всякого помаленьку... – увиливаем и меняем тему: – Во сколько завтра встречаемся и где?
– В девять утра в холле перед главным выходом из академии.
– Договорились, – киваю и делаю шаг к лестнице. – Пока!
– Подожди! Стой! Что ты хотела сварить?
– Это секрет, – улыбнулась я, понимая, что с таким любопытным товарищем мне придётся выбить у руководства академии право на личную лабораторию.
– Я не буду подглядывать. Обещаю. Можешь занять вон тот угол справа от бойницы.
Углов в круглом помещении как таковых не было. Лессар имел в виду большую столешницу, которая была приставлена торцом к громоздкому шкафу.
Вместо полноценных окон зияли чернотой длинные узкие застеклённые бойницы.
Ну, а я? А меня дважды уговаривать не нужно. Эх, порошочки мои, травушки! Настал ваш час!
Щемись, черномазый громила! Смотреть-не пересмотреть тебе эротические сны со мной в главной роли!
***
В мутном зеркале нашей с Кэт комнаты отражалась по-утреннему свежая я. Аура моя светилась ровным голубовато-белым цветом.
А на самом деле всё это было враньё. Краснота никуда не делась, но теперь её искусно скрывал добытый моим заботливым родителем артефакт.
– Пора! – кивнула я своему отражению после того, как съела пастилку зелья равнодушия.
Нет, Наир не сделает меня своей рабыней. Я сама себе голова и сама себе любовь. И довольно об этом.
Катарина навздевала на себя три свитера, а поверх натянула шубейку, слишком короткую, чтобы прикрыть зад. Чтобы уж наверняка спастись от уличного холода, моя подруга с трудом и скрипом повторила опыт послойного одевания с нижней половиной тела и превратилась в капусту.
– Как ты будешь мерять новые вещи?
– Я решила, что пока не буду ничего покупать... – виновато посмотрела она на меня, зная, что я буду ругаться.
– Ага, и будешь каждый раз пыхтеть и потеть, надевая трое штанов друг на друга, – иронично отметила я. – Если ты беспокоишься из-за денег, то не стоит. Отплатишь мне артефактами.
– Но ведь я до сих пор не доделала работающую в любых условиях личину... – снова взгляд нашкодившего щенка.
На самом деле Кэт билась над концепцией супер-личины всё лето и кое в чём преуспела. Артефакт прекрасно функционировал в антимагическом пространстве, но сбоил от резких скачков магического фона. Конечно, агрессивный фон встречается крайне редко, но всё же... всё же.
Так что Кэт, сама того не зная, заработала себе на костюм, за который гипотетические глупые барышни готовы продать душу.
– Если ты не хочешь покупать, я подберу для тебя одежду на свой вкус. Что-нибудь готическое, как для женщины-вамп! – я изобразила, будто хочу цапнуть её когтями.
– Ладно-ладно, я всё поняла! Только... Я вечно буду у тебя в долгу.
– Ну, не вечно, а всего лишь до гробовой доски, – пошутила я. – Помнишь, Тули сказала, что для адепта честь умереть в стенах академии?
– Думаешь, это что-то значит?
– Чуйка подсказывает, что да. И мы это выясним, – я открыла дверь. – Идём. Время!
***
Лессар, прекрасный, как дитя ночи, уже ждал нас у выхода.
– Опаздываете, – холодно произнёс он вместо приветствия.
– Задерживаемся, – отзеркалила я и уже на ходу представила Лессара Катарине и наоборот.
Ехали мы в карете на полозьях с громадными завитушками спереди и изящным изгибом сзади. Красиво, а как мягко они полетели по снегу!
Я всегда больше любила порталы, чем кареты, но тут... Можно глазеть в окно и любоваться.
Нас мчала тройка мохноногих лошадей. Звенели колокольчики, скрипел снег. Лепота...
– Потрясающе! – наслаждалась видами я.
– Через пятнадцать минут будем в городе, хотя я назвал бы его деревушкой, – сказал Лессар.
– Ты отсюда родом?
– Нет, я из Оклюста.
Я присвистнула.
– Далеко же тебя занесло!
– Знаешь, где это?
– Довелось побывать как-то раз.
– Сама ты откуда? – Лессар сидел серьёзный и не сводил с меня глаз.
– Герцогство Фиарбское. Мы с Кэт обе там выросли.
– Знаю, – кивнули мне.
И всё.
Что он знает? Что он для себя понял? – неясно. Видимо, опять проверка. Я должна гадать, что он понял, и нервничать.
Не выйдет, дружочек!
Вся дорога до городишки с жизнеутверждающим названием Нортмор заняла полчаса.
Карета-сани привезла нас на главную улицу, которая и являла собой рынок.
Коридор из пестрящих разномастными вывесками двухэтажных домов тянулся на километр вперёд. Сегодня стояла хоть и пасмурная, но бесснежная и безветренная погода, поэтому я изучала окружающее пространство с удовольствием.
Видимо, много здесь людей с хорошей покупательной способностью. Потому что все лавки мы даже к вечеру не обойдём.
Сначала мы отправились в магазин владельца душ глупеньких дев. То есть за тёплыми, но при этом лёгкими костюмами.
Однако по дороге Лессара за локоть поймала какая-то тётка в чёрном, расшитом бутафорскими камнями, шарлатанском балахоне и утянула к себе в гадальню. Вслед за Лессаром утянулась и я, а за мной – моя верная Кэт.
– Тебя жду, родненький! – трясла его руку гадалка.
– Денег не дам, – холодно бросил он, но тётка его будто не слышала.
– Счастье к тебе пришло! – это она обо мне что ли? – Родственная душа, что за тобой и в огонь, и в воду! – не-е, точно не про меня, я на самопожертвование не подписывалась. – Любовь, чистая и верная. Да только это не то, что ты думаешь, а другое!
И всё. Гадалка отпустила руку Лессара и зыркнула на нас своими жирно накрашенными глазищами, будто не она только что несла нам лабуду.
– Гадаю на картах, читаю будущее по руке! Всего одна серебрушка!
Лессар молча увёл нас с Катариной прочь, и на этот раз мы беспрепятственно попали в чудо-магазин.
Теперь настала очередь нашего с Кэт спутника пучить глаза. Ибо я с порога заявила продавцу:
– Подберите нам самое лучшее!
Лессар думал-думал, да тоже взял на примерку усиленные и утеплённые брюки.
Разместились мы в соседних кабинках, разделённых тонкой непрозрачной шторкой. И как-то так случилось, что мы с Лессаром одновременно решили посмотреть, как на нас сидят обновки (а если честно, просто подглядеть за переодеванием).
Наши губы внезапно встретились, а дальше... Вспышка, объятия, сумасшедшая страсть! Не знаю, как всё завертелось-закрутилось, но если бы не примерочные и не Катарина за ширмой, распрощаться мне с девственностью во второй раз.
