Текст книги "В очереди за счастьем (СИ)"

Автор книги: Натали Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 30

Глава 30

Наташа

Слышу слова Макара и анализирую их. Может быть так, как он говорит? Да, вполне. Я – не единственная клиентка Савицкого, а, учитывая скольким людям он перешел дорогу, с ним могли решить разобраться и в связи с другими его делами.

Но поверить Макару? Ему? Снова? Ну, уж нет... Береженого бог бережет.

–Возможно, ты говоришь правду. Возможно, ты мне лжешь. Всё может быть, и ни от чего нельзя зарекаться. Пока не пройдет наш развод, видеть детей я тебе не дам. Можешь орать, топать ногами, делать, что угодно. К ним ты не подойдешь. Того, что я знаю теперь о тебе, достаточно, чтобы сделать весьма нелицеприятные выводы о тебе, как о человеке. Ты мне изменял, ты меня обворовал, ты занизил уровень своего дохода, чтобы лишить своих же "любимых детей" привычного образа жизни. Этого достаточно, чтобы я считала тебя дерьмом. А ты прожил со мной достаточно, чтобы понимать, что я не соплежуйка. Так что извини – время с детьми ты будешь проводить в том случае, если суд решит, что это безопасно.

Абонент начинает смеяться в ответ на мои слова.

–Какая же ты сука, Натка, оказывается. Так уверена в собственном превосходстве? Но папки твоего больше нет. А у меня есть видео, как ты, находясь в законном браке, трахаешься в машине с левым чуваком. И может ли такая аморальная особа воспитывать детей? Не думай, что я не утоплю тебя в грязи...

Истину говорят те, кто утверждают что, чтобы узнать человека, надо с ним развестись.

–Можешь нести в суд свое видео. Даже не сомневайся, если ты захотел грязевые ванны, я тебе их обеспечу! – внутри я киплю от ярости, но слова проговариваю с ледяной интонацией.

–Да пошла ты! – выкрикивает Макар и отключается.

Яков слышал разговор. Я включила громкую связь. Какое-то время он молчит, но потом высказывается.

–Это то, о чем я тебе только что говорил. То, что ты сделала, будет иметь последствия. И раз уж у вас с Макаром всё, как на вулкане, то с Марком тебе лучше не ссорится.

–Яш, с Макаром я прожила восемнадцать лет. И он решил выставить меня с голой жопой. Я ему этого не позволю. А Марк... С ним я не планирую больше видеться.

Абрамов поворачивает голову в мою сторону.

–А ты его самого-то в известность по поводу своих планов поставила?

Этот вопрос я оставляю без ответа.

Несмотря на заданную мне взбучку, остальные задачи Абрамов решает на ура. Ему удается отвоевать документ в офисе Савицкого, который нам без присутствия Роберта сначала не хотели отдавать. Затем с тем же успехом нам выдают копию заключения почерковедческой экспертизы.

Я довольно улыбаюсь, читая документ.

–Завтра я Макара в суде размажу, – произношу самым сахарным тоном, на который способна.

–Если он и тебя не решит грохнуть, – спускает меня с небес на землю Яшка, – А если серьезно, то нужны спецы, в которых мы оба будем уверены.

Тру ладошкой лоб. Дожилааа я...

– У тебя есть, кто этим может заняться?

–Конечно.

–Дорого будет?

Савицкий встал мне в копеечку. Через 10 дней Егор уезжает в Москву учиться, он поступил на бюджет, но съем жилья в столице кусается. Теперь еще и охрана... Моей зарплаты в пятьдесят тысяч на всё это явно не хватит. Какое дорогостоящее дело – развод с бизнесменом. Лучше за учителя географии замуж вышла бы.

– Что – туго с деньгами?

–Пока нет. Но скоро будет.

– Охрану я проплачу. Если деньги нужны, говори. Дам, сколько нужно.

Только этого еще не хватало.

–Нет, Яш. Это как-то совсем уже. Ты же меня не удочерил.

–Глупости не говори, – осаживает он меня.

–Никакие это не глупости! – собираюсь доказывать свою точку зрения, но под его красноречивым взглядом затухаю, – Ладно, я всё поняла. Оплачивай. Будут нужны деньги – скажу. Но! Я всё верну.

–Само собой, – соглашается Яков.

Домой к нему мы возвращаемся уже вечером. Он – отдыхать, я – чтобы, расцеловавшись с Валентиной, отправиться восвояси. Причем не одна, а в компании здоровенных мужиков, одетых в классические костюмы, под которыми угадываются кобуры с оружием.

Кто бы мне сказал несколько месяцев назад о том, как я буду жить, я бы посоветовала ему обратиться к психиатру. Но теперь это моя реальность.

Ну, ничего, как поется в песенке из одного известного мультфильма – неприятность эту мы переживем. Выбора-то всё равно нет.

Зато могу с уверенностью сказать, что подобное поведение Макара полностью излечило меня от страданий по поводу какой-то там любви. Когда на тебя обрушиваются реальные проблемы – приближающееся первое сентября, плата за аренду двух квартир – в родном городе и в Москве, расходы на питание, одежду, оплата услуг адвоката, да много чего еще, то лично я не могу сидеть и причитывать: "Ах, как же так! Я его люблю. А он меня – нет". Может быть, я – не хороший человек, но так переживать по поводу измен Макара, по поводу его поведения, когда я про эти измены узнала, я уже не могу. Пусть даже у меня никогда не будет мужчины, но "это" я к себе больше на пушечный выстрел не подпущу. Любовь, столкнувшаяся с реальностью, – страшная, искореженная и порождает брезгливость, отвращение и ненависть. А сам Макар вызывает лишь рвотный рефлекс. Он меня не потянул, но это не мои проблемы. Сейчас я учусь отпускать человека, не дотянувшего до моего уровня. Отпускать причем не так, что лишь бы он оставил меня в покое. Отпускать я учусь с соблюдением своих интересов и интересов моих детей.

Я не знаю, почему Макар себя повел так. Но теперь я уверена – я не хочу этого знать. Фигура Макара с каждым днем и с каждой его выходкой всё сильнее окутывается туманом равнодушия. И это справделиво. Здоровая психика именно так обязана реагировать на травмирующие факторы.

За окном мелькают города, села, реки, поля, леса. Всё скрыто ночным мраком. На заднем сиденье я еду одна и планирую свое выступление в суде. Макар тоже нанял толкового юриста. Об этом мне говорил Роберт. Так что будет жарко. Возможности того, что у Протасова есть упомянутое им видео, исключать нельзя. Но это скорее будет попытка дезориентировать меня эмоционально. наша правовая система в чем-то лучше западной. Если вы хотите жить в браке – живите. Никто не будет лезть к вам под одеяло. Но и в случае развода моральные аспекты, подтолкнувшие супругов к такому выходу, как развод, не интересуют суд. Если это, конечно, не физическое насилие. Никто наше грязное белье вытряхивать не будет. Задача суда разделить наше имущество и принять решение о расторжении брака. Правда, теперь к этому добавится вопрос о проживании детей. Но и тут я не собираюсь миндальничать. В суд я приведу Соню, которая расскажет о скотском поведении своего отца. Егору уже исполнилось восемнадцать. Его мы делить не будем. Только Соню и Арсения. А после рассказа дочери, покушения на Роберта, вряд ли какой-то судья рискнет отдать на воспитание Макару детей. Пусть я тоже буду выглядеть не очень красиво. Но таких косяков за мной не водится.

Звонок с незнакомого номера напрягает, но всё равно отвечаю. Если будут угрожать, у меня на телефоне стоит специальная программа, которая записывает все мои телефонные разговоры.

–Успокоилась? – я мало слышала его голос, но узнаю.

–Зачем ты звонишь? Мы же всё выяснили...

Я считаю, что всё понятно. Но Марк другого мнения.

–Что выяснили, Наташ? Твоя попытка пройтись по моей самооценке не увенчалась успехом. Мне нужен нормальный разговор, – он умело загоняет меня в угол.

–Ничего не изменится.

–И тем не менее, я настаиваю.

Глава 31

Глава 31

Наташа

Кошусь в сторону водителя и охранника, расположившихся на переднем сиденье автомобиля. Понятия не имею, есть ли здесь перегородка. Скорее всего, нет. Я не знаю этих людей, но за них поручился Абрамов. Тем не менее обсуждать что-то личное мне не хочется. Но и бросить трубку я не могу. Отмахнуться от Марка мне не удается. Он не позволяет.

– По телефону? – спрашиваю его, сама не знаю зачем.

Он хмыкает.

–Ты считаешь это уместным?

–Нет. Но я уже уехала из Москвы...

–Я могу приехать... – у него спокойный, даже доброжелательный тон.

И голос – красивый. А ладошки-то у меня потеют... И в голове картинки одна пошлее другой...

–Мне... У меня не будет времени. На этой неделе – точно, – я уже прогинаюсь под него, за что мне хочется дать втык самой себе.

Неужели то, что он – классный любовник, совсем отключает мои мозги? Нет, так дело не пойдет.

–Я так много прошу? – голос Марка холодеет на несколько градусов.

Мне нельзя с ним видеться. У меня от него мозг стекает в трусы.

Закусываю губу.

–Нет. Немного, – ведь и правда, он не хочет ничего особенного.

"Только лишь загнать в тебя свой член, наивная идиотка", – проносится в голове скептическая мысль.

–Тогда я приеду на следующей неделе. Когда именно, предупрежу. Пока, – Марк завершает разговор так быстро, что я даже не успеваю сказать короткое: "Пока" в ответ.

Чувствуя растерянность, некоторое время разглядываю погасший экран телефона. Куда я лезу? Из огня да в полымя? Хотя, возможно, увидев реальную картину, Марк перегорит и вернется к привычному образу жизни?

Нужно переключится. Закрываю глаза. И сижу так какое-то время. Что ему нужно? Секс? Да, он был бесподобен. Меня потряхивает даже от воспоминаний о нем. Но я – не свободная пташка, ищущая развлечений. У меня полно обязательств, которые мне не на кого переложить. Дети, работа, неустроенность, вызванная разводом. Возможно, положение даже серьезней, если это все-таки Макар устроил покушение на Роберта. И куда я в это всё должна втиснуть еще и Марка? Хотя... Если он так рвется поговорить, то мы поговорим.

Возвращаюсь к мыслям о суде. Только бы всё получилось! Мне хочется твердо стоять на ногах, а не начинать почти в сорок лет всё сначала. Как показала жизнь рассчитывать можно лишь на саму себя. Это и грустно. Однако, может и правильно.

К дому, в котором снимаю квартиру – просторную трешку с большой кухней, мы подъезжаем уже утром. Успеваю лишь вылезти из салона, как вижу, что ко мне направляется Тимофей Авдеев – доверенный человек Саркисяна.

–Здравствуйте, Наталия Васильевна. Можем поговорить? – он взглядом проходится по мужчинам, с которыми я приехала.

–Да. Давайте отойдем.

Мы отходим на расстояние, на котором нас не будет слышно.

–Артур Самвелович хотел с Вами встретиться, – произносит он, внимательно глядя на меня. Он имеет в виду Саркисяна.

–Хорошо. Когда? – учитывая, что я сама обратилась за помощью, это предложение вполне ожидаемо.

–Сегодня. После судебного заседания, – так и тянет улыбнуться при осведомленности собеседника. Но на самом деле это не удивительно, учитывая в какой структуре он работает.

–Меня вполне устроит.

–Вы приехали с людьми, которые будут заниматься вопросами Вашей безопасности?

–Да. Поэтому своих можете забрать.

Он поглядывает на одинокую машину и говорит.

–Их мало. Просто, пока Вас не было, господин Протасов очень жаждал попасть к Вам в квартиру...

–Надеюсь, не попал? – сердце сжимается от нехороших предчувствий.

–Нет, разумеется. Но Вам понадобится больше людей.

–Спасибо, Тимофей Романович. Я знаю. Будут еще. Что хотел господин Протасов? – язык не поворачивается называть Макара мужем.

–Скандалил. Требовал пустить его к детям. Но нам удалось отправить его восвояси.

Киваю на каждое его слово. Кажется, Макар реально вознамерился испортить мне жизнь.

–Благодарю Вас еще раз. Я позвоню Артуру Самвеловичу.

–Он будет ждать. До свидания.

–Да свидания, – мужчина провожает меня обратно к машине, где меня ждут.

Вместе с охраной я поднимаюсь в квартиру. Мужчины осматривают её. Соня и Арсений, выскочившие меня встречать, ошарашенно рассматривают незнакомцев. Егор тоже здесь. Он хмурится, но никак не комментирует.

После осмотра нашего жилища, один из мужчин – Константин обращается ко мне:

–Дополнительные люди подъедут часа через три. До этого квартиру лучше не покидать. Вы планируете сегодня выходить из дома?

–Да. Мне нужно будет в суд, в три часа дня.

–Хорошо, к этому времени мы будем готовы. Я останусь в квартире. Напарник спустится в машину. Но вам стоит быть готовой к тому, что в квартире будут постоянно находиться посторонние.

–Я Вас поняла, – на что-то другое я и не рассчитывала.

Излишняя самоуверенность может дорого стоить.

Егор идеально справился с ролью няньки. Этим он и продолжает заниматься, задав всего несколько вопросов. Я иду в душ, после готовлю необходимые документы, а также подбираю одежду для суда. На детей сейчас нет времени, успеваю лишь чмокнуть их в щеки.

Через три с половиной часа подъезжают еще люди. Константин координирует их действия, обсуждает со мной, как лучше распределить силы. Мы с ним договариваемся, что двое будут дежурить в квартире, остальные будут обеспечивать наши перемещения. Константин говорит, что нужно будет установить системы видеонаблюдения. Соглашаюсь и на это. Быстрее бы все закончилось. Очень хочется верить, что после вынесения решения суда Макар успокоится и не будет мстить. Но уверенной в этом быть нельзя. Я не имею права рисковать.

В два часа удовлетворенно разглядываю себя в зеркало – юбка-карандаш длиной до колена песочного цвета, белая блузка с рукавом три четверти, черные классические лодочки, строгий пучок на голове и неяркий макияж. Кожаная сумка для документов черного цвета. Выгляжу идеально.

Беру сумку и покидаю квартиру. Машина, в которой мне предстоит ехать, стоит прямо под дверью подъезда. Делаю пару шагов и оказываюсь в салоне. Константин располагается рядом. Он уверен в себе и своих людях, это и меня заряжает уверенностью. Также быстро мы оказываемся в здании суда. Здесь должно быть безопасно, но со мной все равно заходят Константин и еще один охранник. Они без оружия, сюда с ним нельзя, но думаю, что в случае необходимости они смогут меня защитить.

Ставлю в известность секретаря, что я приехала. Затем мы проходим к залу, в котором состоится судебное заседание.

Возле дверей я вижу Макара и Филиппа Стрельцова. Это бывший следователь полиции, которого пытались поймать на взятке. Доказать его вину не удалось, но из органов его попросили. И уже года три он работает в адвокатуре, пользуется популярностью за свою хватку. Но и я тоже не лыком шита.

А вот присутствие свекра неожиданно. Как и та ненависть, с которой он на меня смотрит.

Стоит нам приблизиться, как он делает шаг в мою сторону и шипит, брызгая слюной.

–Ничего не получишь! Поняла?!

Глава 32

Глава 32

Наташа

Меня учили уважать старших. И я их уважаю. Но именно сейчас с моих губ срывается:

–Не захлебнитесь ядом, уважаемый Всеволод Михайлович.

В следующую секунду я готова себе откусить язык за несдержанность. Я знала, что легко мне не будет. Но вытянувшееся лицо свекра наполняет душу эйфорией. О да!

Я вспоминаю, как девчонкой читала Булгаковскую "Мастера и Маргариту". Я помню эту эмоцию до сих пор – такой же кураж я испытывала, когда Маргарита улетала на бал. Все же в том, чтобы быть плохой есть особая прелесть. Не надо затыкать себя и делать вид, что не замечаешь многие вещи. Можно просто себя отпустить.

Но это потом. Не здесь. Здесь нужно сохранить холодную голову.

Макар недовольно зыркает на меня. И... Я готова поклясться, что его взгляд на долю секунды задерживается на моей груди... Это что – похоть? Или мне показалось?

Почему-то от этого делается гадко. Он же сам! Сам всё разрушил... Я бы была только с ним. Всю жизнь. Но... ему это было не нужно.

Макар молчит, его адвокат тоже.

Не дожидаясь начала перебранки отхожу вместе с охранниками в сторону.

Всеволод Михайлович что-то выговаривает сыну. Но тихо. Я не слышу. Да и не стремлюсь слышать. Всё, что мне нужно знать, я уже услышала. И от свёкра, и от мужа.

За пять минут до начала заседания секретарь открывает зал. Макар делает мне пригласительный жест в сторону двери, слегка улыбаясь. Отвечаю ему улыбкой и захожу в помещение. Константин и его напарник умело отсекают отца и сына Протасовых и Стрельцова. Правильно. Не нужно дышать мне в спину.

Сажусь на скамейку, закидываю ногу на ногу. На Макара, его отца и Стрельцова не смотрю. Волнуюсь ли я? Само собой. Я же не робот. А еще я знаю, как устроена судебная система. Если Макар успел подкупить судью, то она проигнорирует все мои доводы и доказательства с легкостью. И, даже предоставив оригинал согласия на продажу бизнеса с поддельной подписью, я могу так ничего и не добиться. Документ исчезнет. Такое бывало. И не раз. Ну, назначат проверку, пошумят. Однако свою правоту я уже ни за что не докажу.

Судья заходит в зал. Секретарь просит присутствующих встать. Поднимаюсь.

Снова встречаюсь с Макаром взглядами. Его тяжелый, транслирующий недовольство и не очень хорошие мысли на мой счет. Что в моем? Я не знаю. Очень надеюсь, что глаза не выражают обуревающих меня чувств.

Дальше судья начинает заседание: оглашает состав суда, спрашивает про отводы, удостоверяет личности присутствующих. Стандартная процедура.

После выполнения необходимых формальностей переходит к сути разбирательства.

Пора. Прошу слова.

–Ваша честь, у меня есть доказательства того, что сделка по продаже пять лет назад Протасовым Макаром Всеволодовичем нажитого в браке имущества Протасову Всеволоду Михайловичу была незаконной. Я согласия на эту сделку не давала. Подпись, стоящая на согласии, поддельная, о чем свидетельствует заключение почерковедческой экспертизы. Прошу приобщить копия данного заключения к материалам дела.

Подхожу к судье, вручаю ей документ. Она внимательно его читает, я же как коршун слежу за выражением ее лица, пытаясь угадать, на чьей она стороне.

Секретарь передает Макару копию заключения для ознакомления. Я с удовольствием отмечаю, как он мрачнеет. Не всё ты предусмотрел, не всё!

–Будут ли возражения против приобщения данного документа? – интересуется судья.

–Да, Ваша честь, – подскакивает Стрельцов со своего места, – В суд предоставлена копия заключения. Самого документа, о котором идет речь, нет. Нет оригинала заключения почерковедческой экспертизы. Этот документ нельзя приобщать!

Он слишком эмоционален. Может быть, после того, как на него посмотрел Макар? Стрельцов теперь тоже получил немало за этот процесс.

–Отклоняется, – как гром среди ясного неба звучит голос судьи.

Судья могла пойти навстречу требованиям Стрельцова. Могла обязать меня предоставить в суд само согласие, о котором идет речь. Но она как будто забывает об этом. И вообще игнорирует требования моих оппонентов. Она балансирует на самом краю, не нарушая закон. Почти. Я это понимаю. Понимает это и Стрельцов. От чего начинает заводиться все сильнее. В конце концов, начинает ругаться с судьей и угрожать ей жалобами. Меня это удивляет до крайности. Я слышала, что он – грамотный профессионал. И так себя ведет?!

Но последнее время меня многое удивляет.

Как будто этого мало, с места подает реплики Всеволод Михайлович:

–Вы не можете признать сделку недействительной! Все было по закону! Эта шлюха сама предоставила поддельное заключение. Она изменяла моему сыну... Гулящая...

Стискиваю зубы. Не реагировать. Не опускаться до их уровня... Мне это не надо...

Скандал заканчивается тем, что Всеволода Михайловича и Стрельцова удаляют из зала. Затем судья довольно спокойно признает сделку недействительной и назначает процедуру аудита, чтобы выяснить, сколько именно и чего мы с Макаром делим.

Это определенно триумф. Мой триумф. Смотрю победно на Макар и не скрываю торжества.

Поднимаюсь с места, когда судья покидает зал. А коленки-то дрожат. Оказывается, ничто человеческое мне не чуждо.

Покидаю зал и направляюсь в туалет. Надо перевести дух. Мою руки под холодной водой, прикладываю мокрые ладони к щекам. Сама не верю до конца, что у меня получилось.

Дверь сзади открывается. И закрывается.

А я ловлю в отражении взгляд Макара...

По телу проносится оторопь вместе с несвязной мыслью: "Где эта хваленая охрана?"

–Довольна? М-м-м? – тянет он, – Вижу, что довольна. Кто ж тебе помог? А? Е*арь твой?

Пытаюсь развернутся, чтобы потребовать, чтобы он вышел. Но не тут-то было. Макар впечатывает меня в раковину так, что не могу пошевелиться. Да еще и рот зажимает.

Его дыхание опаляет ухо и кожу возле него.

–Трахнуть тебя, что ли? Нас же еще не развели... Ты всё еще моя жена... – он ныряет рукой в вырез блузки и сжимает мою грудь, проводя большим пальцем по соску.

Все, что чувствую – это гадскую беспомощность. Даже испугаться не успеваю. А, наверное, стоило бы. Особенно, когда Макар трется о мои ягодицы стоящим членом.

Ступор проходит также быстро, как и накатил. Со всей дури вцепляюсь острыми ногтями в его руку. До крови, до глубоких борозд. Вцепляюсь зубами в ладонь. Также сильно, чувствуя, что рот заполняется металлическим вкусом.

–Ах, ты, – вскрикивает Макар.

И отпускает меня, делая пару шагов назад.

–Совсем о*уел?! – рычу я на него.

Дверь распахивается, врываются пропавшие охранники.

Макар отталкивает одного из них плечом и выходит.

–Приставов позвать? – спрашивает Константин, выглядя растерянным.

–На хрена? – рявкаю на него, – И где вас черти носили?