355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Натали Блейк » «Куколка» » Текст книги (страница 6)
«Куколка»
  • Текст добавлен: 23 марта 2018, 23:01

Текст книги "«Куколка»"


Автор книги: Натали Блейк



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Мэтт переступил через упавшие брюки и ногой отбросил их в сторону. Теперь он стоял перед ней полностью обнаженный и готовый покориться любым ее желаниям. Она видела, как кипит в нем едва сдерживаемая страсть, и это чувство наполнило ее благоговейным трепетом.

Пиппа шагнула к Мэтту, взглянула в его лицо и обхватила пальцами длинный горячий ствол его члена. Словно инстинктивно зная, что именно нужно делать, она сдвинула бархатистую податливую кожу пениса вниз и обнажила нежную розовую головку. Из груди Мэтта вырвался глубокий вздох. Ее завораживал его увлажнившийся затуманенный взгляд, и она подалась к нему и легонько дотронулась губами до уголка его рта. Кончик ее языка, едва касаясь, пробежал по губам Мэтта, и они стали мягкими, а их вкус показался ей сладким.

Теперь Пиппа твердо знала, чего бы ему от нее хотелось. Ее не нужно было ни о чем просить, ничего ей объяснять, девушка была уверена, что он не покажет своего разочарования, если она вдруг шагнет прочь. Это был ее сон, и в нем она была хозяйкой положения. Но вот что было удивительно – девушка сама страстно желала сделать именно то, чего он от нее ожидал.

Не отрывая взгляда от его глаз, Пиппа медленно опустилась перед ним на колени. Вблизи его член показался ей особенно большим и мощным, а блестящая красная головка пениса, освобожденная от покрывавшей ее крайней плоти, пылала в предвкушении высочайшего наслаждения. Сдерживая охвативший ее трепет, Пиппа плотно зажала пальцами налившийся ствол и коснулась губами тонкой влажной кожи.

Она ощутила солоноватый вкус теплой прозрачной жидкости, сочившейся из глубины тела Мэтта, и обвела головку его ствола языком. Затем, немного осмелев, она приоткрыла рот и поцеловала эту скользкую горячую плоть долгим поцелуем, слегка всасывая ее в себя.

Чуть наклонившись, Мэтт погладил ее пышные волосы, и этот исполненный любви жест придал ей уверенности. Ободренная его лаской, она теперь понимала, что нужно продолжать именно эту игру. Широко раскрыв рот, она обхватила губами всю головку его напряженного крепкого члена и втянула в себя так, что ее губы коснулись чувствительной уздечки.

На несколько мгновений она замерла, наслаждаясь нежностью кожи, покрывавшей этот волшебный сосуд, и уже знакомым, чуть солоноватым вкусом истекавшей из него влаги. Затем ее язык стал обследовать уздечку и коснулся, видимо, самого чувствительного места, потому что Мэтт застонал от невыразимого наслаждения, которое он при этом испытал.

Ее рука скользнула вниз, и пальцы легко погладили гладкий разбухший мешочек плоти – его яички. Ей снилось, что их покрывали мягкие шелковистые волосы и что маленькие шарики, спрятанные под кожей, набухли еще больше в ее ладони, в которой они теперь покоились, как в уютном гнездышке.

Медленно, дюйм за дюймом, она начала втягивать в себя его могучий и такой желанный ствол до тех пор, пока его напряженная плоть не заняла полностью ее рот. Тогда она откинула голову, одновременно двигая губами так, что Мэтт вздрогнул, затем опять втянула ртом его плоть.

Сон так возбудил ее, что она беспокойно заворочалась в кровати. Ей стало жарко, и в полусне она стянула с себя пижаму и отбросила ее куда-то в сторону в тщетной попытке немного остыть. Кожа была горячей, желание – непреодолимым. Ее губы пересохли, и пальцы, дрожа, словно ее лихорадило, быстро пробежали вдоль жаркого тела.

– О, Мэтт, – прошептала она, целуя и лаская его во сне, между тем как наяву ее руки скользнули по бедрам, и она затрепетала от этого прикосновения.

Волшебный сон длился, сильные пальцы Мэтта гладили ее волосы, ласкали затылок, а она продолжала всасывать его огромный член, упиваясь вкусом и теплом его сока так, будто это был сладчайший, драгоценнейший нектар. Наслаждение и восторг переполняли ее всю, и вот им уже не хватало места в ее теле, она почувствовала себя истинной женщиной, и ее женское естество внезапно оказалось на самом пике острейшего блаженства – она возродилась в оргазме.

Это новое ощущение было невероятно сильным и властно захватило ее. Пиппа, движимая каким-то неведомым инстинктом, сжала ладонью складки кожи между бедрами и почувствовала трепет этих теплых губ – набухший бутон ее клитора пульсировал, словно живой. Неистовый, беспощадный взрыв чувств так ошеломил ее, что она не понимала, где сон, а где явь, спит ли она или уже проснулась.

Впрочем, это уже не имело никакого значения. Закрыв глаза, девушка наслаждалась сладостными волнами, разливавшимися по всему ее телу, и ей хотелось, чтобы они не прекращались. Перед ее мысленным взором вновь стоял Мэтт, такой же, каким она видела его в тот день, и их губы снова сливались в страстном поцелуе. Эта картина так подействовала на нее, что на ее глазах выступили слезы восторга.

Но вот оргазм перестал сотрясать тело, и Пиппа поплотнее закуталась в одеяло. Теперь, лежа в тепле и обволакивающей темноте своей спаленки, она начала размышлять о том, что ей только что грезилось. Это одновременно обескураживало и обнадеживало ее. Почти невероятным казалось ей то, что во сне она была так восприимчива к ласке, могла наслаждаться интимной близостью с любимым человеком и не испытывать при этом ни малейшего страха. Единственное, о чем она сожалела, – что героем этого сна оказался Мэтт Джордан, между тем как в реальной жизни он полностью потерял к ней интерес.

Утешая себя тем, что ее тело способно так бурно отзываться на обычное сновидение, Пиппа наконец заснула, и на этот раз ее сон был глубоким и спокойным.

Глава шестая

Стив спокойно смотрел на обнаженную Дайану, проследовавшую в ванную комнату. Она была безупречно сложена, с идеально гладкой и ровной кожей без единой морщинки или лишней складочки. Однако заниматься с ней любовью было так скучно, как будто она была пластмассовой куклой: в постели она оставалась холодной, а ее манера вести себя – абсолютно невыразительной, хотя в опытности ей нельзя было отказать.

Когда Дайана вернулась из ванной, оказалось, что она освежила макияж, а ее прическа выглядела так, словно она только что побывала в салоне красоты. Взяв со столика, стоявшего возле кровати, изящные золотые часики, она взглянула на их блестящий циферблат.

– Нам еще не пора собираться на вечеринку к Джейсону? – спросила она, положив часики обратно.

– Через пару минут. Иди сюда.

Пока Дайана подходила к постели, Стив наблюдал за ее лицом. Ему был знаком этот тип женщин – такие женщины, как Дайана, на самом деле вовсе не любили заниматься сексом, хотя на людях они старались держаться как богини любви. Ее сегодняшнее приглашение было продиктовано тем образом, который она создала для себя в жизни; она считала правильным этот поступок, и ей он был нужен главным образом для того, чтобы утвердиться в собственных глазах – она все еще роковая женщина, желанная для всех без исключения.

– Присядь. – Он постарался, чтобы его голос звучал глухо и вместе с тем убедительно, и продолжал внимательно следить за выражением ее лица, на котором по-прежнему не проявлялось никаких эмоций.

Он с досадой подумал, что надо бы уйти, но тут Дайана взглянула на себя в зеркало над туалетным столиком и молниеносно распустила тщательно уложенные волосы.

В этом едва заметном движении Стив увидел столько женского тщеславия, что в его венах знакомо забурлила кровь. Перед ним сидела женщина, для которой притягивать к себе мужские взгляды и обольщать было так же естественно, как есть, пить или спать. И вместе с тем ее сердце оставалось пустым, как морская раковина, из которой вынули жемчужину. Она была куклой Барби, ходящей и говорящей секс-машиной.

Внезапно он вспомнил сцену поцелуя Пиппы и Мэтта Джордана, и это воспоминание окрасило все, что его окружало, красноватым туманом. Сердце в его груди гулко застучало, а на теле выступила испарина. Даже дышать ему стало больно, словно воздух отказывался проникать в его легкие.

– Посмотрим-ка, на что ты в действительности способна, – произнес он, придвинувшись к Дайане.

В его голосе прозвучала какая-то угрожающая нотка, насторожившая Дайану. Она попыталась вырваться из его рук, ставших внезапно грубыми и причинявшими ей боль, однако Стив был достаточно силен, да к тому же сильно возбужден. Ей стало ясно, что сейчас произойдет что-то страшное, ибо Стива охватил какой-то приступ ярости – он оставался глух к ее протестам, а ее сопротивление только еще больше разжигало его.

В полном отчаянии Дайана представила себе, что находится на съемочной площадке и нужно сыграть роль, только гораздо более приближенную к страшной реальности, чем было раньше. «Это не я, – мысленно сказала она себе самой, – это происходит не со мной». Ее губы изогнулись в вымученной улыбке, на лице появилась гримаса боли и страха.

Отключив сознание от того ужаса, который должен был случиться с минуты на минуту, Дайана словно ушла из реального мира внутрь – туда, где никто не мог причинить ей зла.

Незадолго до полуночи Стив в одиночестве отправился на вечеринку. Он был все еще не в себе и чувствовал в крови избыток адреналина. Он прекрасно понимал, что с Дайаной позволил себе зайти слишком далеко. Если бы только она не улыбнулась тогда такой глупой и бессмысленной улыбкой… Его передернуло. Ее надо было наказать. В конце концов, что из того, что он допустил небольшую грубость по отношению к ней? Зато она перестала вести себя, как бесчувственная колода, во всяком случае, несколько раз ему удалось разжечь ее. Кроме того, Стив мог бы держать пари, что она вовсе не была так потрясена, как пыталась это показать. Очень жаль, что она отказалась пойти на вечеринку вместе с ним. Если бы Дайана согласилась, это было бы забавно. Он даже улыбнулся себе под нос при этой мысли.

Едва он вошел, как его тотчас окружил рой очаровательных созданий с лучистыми взглядами, и он тут же обрадовался тому, что Дайана предпочла остаться дома.

– Стив, пойдем потанцуем, – с томным придыханием произнес над его ухом чей-то юный голосок.

Обернувшись, он увидел маленькую блондинку в ореоле взбитых волос, с которой определенно никогда до этого не встречался. На вид ей было не больше шестнадцати, однако она прижалась к нему с таким пылом, который вовсе не говорил о ее невинности. Почему бы не доставить птенчику удовольствие?

– Конечно потанцуем. – Он одарил ее улыбкой, предназначенной для обожающих поклонниц. – Веди меня, крошка.

Она уверенно двинулась вперед, покачивая круглыми соблазнительными ягодицами, плотно обтянутыми блестящими велосипедными шортами, и он последовал за ней.

За весь вечер Мэтт и Алекс едва ли провели вместе больше пяти минут. Наблюдая за ней из дальнего угла гостиной, Мэтт поймал себя на том, что невольно сравнивает ее с Пиппой. Сравнение было явно не в пользу Алекс, и, хотя Мэтт понимал, что это не вполне справедливо, он ничего не мог с собой поделать.

– Это та самая девушка?

Джордан едва не подскочил от неожиданности, когда рядом с ним появилась Мойра и кивнула в сторону Александры. Недавно Мэтт признался ей, что появилась девушка, которая привлекла его внимание, так что было вполне естественно со стороны Мойры заинтересоваться Алекс.

– Боже правый, конечно нет! – вырвалось у него, и он не смог не содрогнуться. Алекс – девушка его мечты? Да разве можно было даже подумать так о нем?!

Мойра мягко усмехнулась.

– Ну и слава Богу! – воскликнула она, взяв бокал вина с подноса проходившей мимо них официантки.

– Почему ты так говоришь? – с любопытством спросил Мэтт.

– Эта девушка слишком уж влюблена сама в себя, тебе нужен более глубокий человек. Кто-то такой, кто живет не в одном измерении.

– Ты так считаешь? – Мэтт благодарно улыбнулся ей в ответ. – Тебе понравилась бы Пиппа. Уж о ней-то никак нельзя сказать, что она живет в одном измерении.

– А где она? – Мойра оглядела просторную гостиную, будто могла бы узнать Пиппу просто потому, что Мэтт испытывал к ней нечто большее, чем просто мужской интерес.

– Ее здесь нет.

– Почему?

Мэтт пожал плечами:

– Не знаю.

– Понятно. Мэтт, послушай, могу я, как старый твой друг, задать тебе один вопрос?

Мэтт взглянул на нее почти затравленно:

– По-моему, твой вопрос не сулит мне ничего приятного?

Не обратив внимания на эту его реплику, Мойра посмотрела на него внимательно и строго.

– Что же ты делаешь здесь с этой девицей, – при этих словах она указала на Алекс, – если на самом деле тебе хочется, чтобы на ее месте была другая?

Мэтт выдержал ее взгляд и тяжело вздохнул.

– Может быть, я просто бесхарактерная, трусливая и двуличная скотина? – спросил он, предупредив ее выговор.

Она улыбнулась, как бы признавая себя отчасти обезоруженной.

– Может быть, и так, – согласно кивнула она. – А может быть, ты просто напуган.

– Напуган?

– Вот! Нет, теперь не перебивай меня. Да, Мэтт, напуган. В отличие от большинства простых смертных тебе до сих пор не приходилось встречать отказ, разве не так? Возможно, именно то, что Пиппа не упала, едва узнав тебя, в твои объятия, заставило тебя усомниться в собственной неотразимости.

В ее словах слышалась нотка горечи, и они больно укололи Мэтта.

– Как я понимаю, ты полагаешь, что я просто получил по заслугам?

Мойра улыбнулась и накрыла его ладонь своей.

– Вовсе нет, Мэтт, – мягко ответила она. – Если ты помнишь, я твой друг. А это значит, что я имею право сказать тебе что-то такое, что тебе неприятно слышать. Вероятно, я лезу не в свое дело – в конце концов, я даже никогда не видела Пиппу. Но она, вне всяких сомнений, произвела на тебя сильное впечатление. Видимо, стоило нанести сильный удар по твоему самолюбию, чтобы посмотреть – может ли вообще что-нибудь быть между вами?

Поднявшись на цыпочки, она порывисто поцеловала его в щеку и быстро отошла. Мэтт смотрел, как она прокладывала себе дорогу среди гостей, направляясь на помощь Брэду, который безуспешно пытался отбиться от актеров, заинтересованных в хорошем агенте и потому наседавших на него со всех сторон. Увидев подошедшую Мойру, он облегченно улыбнулся, и она присоединилась к их разговору.

Без всякой видимой причины Мэтт почувствовал себя чрезвычайно взволнованным. Неужели Мойра права, и он попросту боится проявить настойчивость по отношению к Пиппе? То, что она говорила о его уязвленном самолюбии, ему было крайне неприятно слышать. Однако он прекрасно понимал, что в ее словах была большая доля истины. Мэтт постарался посмотреть на себя со стороны глазами Мойры, и то, что он увидел, ему вовсе не понравилось. Действительно, Пиппа не упала сразу же в его объятия, а он немедленно отступил, легкомысленно решив, что она вскоре сама начнет бегать за ним. Он не сделал даже слабой попытки завоевать ее, показать ей всю глубину собственных чувств. Что же он сделал вместо этого? Завел интрижку с ее компаньонкой?

– Какая же я гнусная скотина! – пробормотал Мэтт.

– Вам что-нибудь нужно, мистер Джордан?

Обернувшись, он увидел перед собой молоденькую официантку, выжидательно смотревшую на него. «Конечно! – мысленно ответил он. – Мне срочно нужна хорошая прочистка мозгов!» Однако вслух он ничего не сказал, взял с подноса бокал вина и отправился искать уголок поукромнее.

– Мы могли бы уйти отсюда, – прошептал на ушко Александре Стив Грейнджер.

Алекс запрокинула голову и расхохоталась в ответ. Ее опьяняло внимание, которое оказывали ей гости на этой пирушке, в особенности внимание Стива Грейнджера он просто весь вечер не сводил с нее восхищенного взгляда.

– Но я пришла с Мэттом, – не очень уверенно запротестовала она.

Стив презрительно мотнул головой:

– Он тебя недостоин.

Алекс взглянула туда, где Мэтт, склонившись над столиком, вертел в руках стаканчик виски, и подумала, что так оно и есть. Весь вечер Мэтт слонялся с несчастным видом, словно в воду опущенный. Если поразмыслить, то общение с ним не приносило ей и половину той радости, которой она могла ожидать, не говоря уж о том, чтобы оказаться с ним в спальне. Впрочем, она вовсе не собиралась кому бы то ни было в этом сознаваться, – она скорее откусила бы себе язык, нежели рассказала о том, что встретила первого мужчину, которого, по-видимому, не могла соблазнить.

– Зато ты, я думаю, достоин меня, – с томной улыбкой ответила она.

– Ну, по крайней мере, я знаю, как доставить удовольствие очаровательной девушке.

– И я хочу, чтобы ты доставил мне это удовольствие! – произнесла она тихо с хрипотцой.

Неожиданно Стив приблизился к ней и кончиком пальца коснулся ее груди. Под тонким трикотажем облегающего грудь топа немедленно вздрогнул и затвердел сосок. Стив слегка надавил на него, и по телу Алекс прокатилась волна желания, а где-то внизу живота появилось волнующее ощущение пустоты.

– Нет, – прошептала она, отступая.

– Брось, Алекс, ты же хочешь этого и сама это прекрасно знаешь.

Он был прав, причем ее охватило гораздо более сильное желание, чем он мог себе представить. Но, прежде чем поддаться этому новому искушению, ей хотелось уколоть Мэтта.

– Не здесь и не сейчас, – выдохнула она.

Сперва ей показалось, что Стив собирается надуться, однако выражение его лица вновь стало безмятежным, и он только пожал плечами:

– Хорошо. Когда ты устанешь от мистера Чистюли и захочешь иметь дело с настоящим мужчиной, ты дашь мне знать об этом. – И Стив отошел от нее прежде, чем Алекс успела что-нибудь ответить.

– Привет, птичка. Скучаешь в одиночестве?

Она обернулась и увидела Джейсона Дюваля. Похотливым взглядом он окинул ее обтянутую топом грудь, задержав его на торчащих твердых сосках. Без тени смущения Алекс шагнула к нему, и как бы невзначай ее грудь коснулась его руки.

– Вы устроили великолепную вечеринку, мистер Дюваль, – произнесла она слегка нараспев.

– Зови меня просто Джейсон. Это все пустяки. Я вот только что пытался уговорить Мэтта, чтобы он привел тебя сюда как-нибудь позже. Вот тогда мы действительно от души сможем развлечься.

– Это будет просто замечательно!

Все складывалось для нее как нельзя лучше. Если уж сам помощник режиссера обратил на нее внимание, то, чтобы найти для себя достойное место в этой постановке, она вполне сможет обойтись и без Мэтта.

– Тогда давай попытаемся уговорить его вместе.

Алекс едва было не запротестовала и не заявила, что с удовольствием придет и без Мэтта, если уж он не захочет, однако вовремя прикусила язык. Не следовало выглядеть уж слишком нетерпеливой. Она согласно кивнула и вместе с Джейсоном направилась к столику, на котором перед Мэттом стоял очередной стаканчик виски со льдом.

– Привет, – сказала она, прижавшись к спинке стула, на котором сидел Мэтт, и склоняясь к нему. – Джейсон говорит, что приглашает нас на другую вечеринку. Звучит заманчиво, должно быть, будет весело.

Мэтт взглянул на нее, потом перевел взгляд на Джейсона, наблюдавшего за ним с нескрываемым интересом. Однако помимо интереса Мэтт увидел в его взгляде явный вызов и пожалел о том, что упоминал в разговоре с ним имя Пиппы; кроме того, он уже слишком много выпил, поэтому сейчас ему больше всего хотелось вернуться к себе в отель и спокойно заснуть. Но нельзя же было сплоховать перед старым приятелем!

– Конечно, Алекс, – сказал он, пожимая плечами, – конечно, мы примем приглашение, если ты этого хочешь.

– Хочу, – капризно отозвалась она; впрочем, он не сомневался в ее ответе.

– Тогда отчаливаем, – вмешался Джейсон. – Жду вас у себя в автомобиле.

Алекс улыбнулась. Из просто хорошей вечеринка превращалась в великолепную. Она уселась между Мэттом и Джейсоном на заднее сиденье «роллс-ройса», и шофер тронул машину с места. Мэтт с отсутствующим видом смотрел в окно, выказывая полнейшее равнодушие к ней и вообще ко всему окружающему. Джейсон, напротив, оказался внимательным спутником.

– Так тебе нравится танцевать? – спросил он, оглядывая ее длинные стройные бедра, обтянутые узкой юбкой.

Алекс усмехнулась:

– В общем-то нравится, но я очень тщеславна и не намерена навсегда оставаться хористкой.

Джейсон громко рассмеялся:

– Дорогая Алекс, я ценю твою искренность, но достаточно ли у тебя таланта для того, чтобы занять другое место?

Многообещающе посмотрев на него, Алекс подалась вперед, обдав его волной приторного, пряного аромата своих духов.

– Это ведь твое дело – найти мой талант, разве не так? – с обольстительной хрипотцой в голосе ответила она вопросом на его вопрос.

Серые глаза Джейсона затуманились, когда его взгляд скользнул по манящим холмикам ее груди, туго обтянутой блестящим оранжевым топом.

– Я могу это сделать. – В его голосе послышалась дрожь.

Улыбнувшись, Алекс положила ладонь на бедро Джейсона и сквозь тонкую ткань брюк ощутила, как напряглись его сильные мышцы. Джейсон бросил быстрый взгляд на Мэтта.

– Не обращай на него внимания, – прошептала Алекс, – я ведь не принадлежу ему.

Джейсон посмотрел на нее с плохо скрываемым отвращением, но она решительно передвинула свою ладонь, просунув ее между его ног. Когда она мягко обхватила сквозь брюки его член, тот моментально ответил на ласку и встрепенулся, наливаясь кровью. Алекс продолжала гладить его, и Джейсон покрылся испариной. Глядя ей в глаза, он прижался к ней теснее и положил руку на ее колени.

– Мне жарко, – прошептала она.

Она могла бы и не говорить этого, он чувствовал жар ее тела. Джейсон представил себе, как она выглядит, когда на ней нет одежды, и его член вновь затрепетал. Внезапно воображение мгновенно нарисовало ему картину, в которой он раздвигал пальцами шелковистые завитки ее волос перед входом в лоно… Дюваль сглотнул слюну, закрыл глаза и очнулся только перед самым домом, когда машина уже остановилась.

– Вот мы и приехали, – хрипло и нарочито бодро объявил он.

– Все будет позже, – многозначительно прошептала Алекс ему на ухо, когда он убрал руку с ее колен.

Джейсон не ответил ей, но в его взгляде можно было прочесть очень многое. «Позже» вполне устроило бы Джейсона Дюваля, но сейчас он не хотел бы, чтобы его старый и верный приятель заметил, как ее рука сжимает его член под брюками. Словно прочитав его мысли, Алекс отпрянула от него, и как раз вовремя Мэтт повернулся к ним.

Джейсон жил в четырехэтажном доме с террасой, выходившей в один из прекраснейших парков столицы. За внушительными острыми пиками чугунной решетки виднелись старые крепкие стены, надежно защищавшие чью-то собственность от уличного шума и всяческих неожиданностей.

Когда они вошли в дом, то Мэтт решил: они правильно сделали, приехав сюда, – крепкие викторианские полы, казалось, дрожали от оглушительной музыки, веселье было в разгаре. Джейсон перестроил дом по своему вкусу, превратив весь второй этаж в одну невероятных размеров гостиную. Они поднялись по лестнице и вошли в огромный зал, который был уже полон народу.

– Похоже, что твоя вечеринка затеялась без тебя, – удивился Мэтт, пытаясь сориентироваться среди гостей.

Джейсон ухмыльнулся, пытаясь скрыть смущение, – он и сам был обескуражен таким неожиданным нашествием.

– На самом деле ни одна вечеринка не начинается толком до моего появления, – бросил он через плечо и растворился в толпе.

Мэтт взглянул на Алекс, цепко державшую его под руку.

– Ну что, теперь ты вполне счастлива? – спросил он, уловив восторженный блеск в ее глазах.

Она открыла было рот, чтобы ответить, но перед ними неожиданно возник Стив Грейнджер.

– Так вот где мы должны были встретиться, – произнес он, в упор глядя на Алекс и делая вид, что не замечает Мэтта.

Мэтт почувствовал, что свирепеет от неприязни к этому человеку. Было что-то такое в Стиве Грейнджере, что оскорбляло Мэтта, какое-то чрезмерное высокомерие и самонадеянность, которые вызывали у него самое настоящее отвращение.

Кроме того, в отношении Мэтта к Стиву, конечно, играла роль та манера, с которой Стив смел обращаться с Пиппой. Он, казалось, задался целью извести девушку и не упускал случая высказать едкое замечание или очередную колкость по ее адресу. Временами он прямо-таки доводил Пиппу до слез, сохраняя при этом самое что ни на есть невинное выражение, так что Мэтт не мог даже встать на защиту девушки, не привлекая к ней всеобщего внимания, а такая защита могла лишь унизить ее, и Мэтт, чувствуя это, молчал.

– Ты ехал за машиной Джейсона? – спросил он, уверенный, что Стива не было среди приглашенных Джейсоном на эту дружескую пирушку.

Стив не удостоил его ответом, а лишь мельком взглянул в его сторону. Мэтт почувствовал, как внезапно сгустился воздух вокруг Стива и Алекс, и попытался припомнить какие-нибудь мелкие детали, свидетельствовавшие о взаимном влечении этих двоих.

Внезапно Мэтт понял, что испытывает облегчение от того, что внимание Алекс переключилось с него на кого-то другого. Не говоря ни слова, он пошел прочь от этой парочки и вскоре обнаружил уютный уголок, со вкусом оборудованный под бар.

Именно там спустя полчаса и нашел его Джейсон.

– Пожалуй, ты принимаешь это слишком близко к сердцу, старина, – заметил он, кивая на откупоренную бутылку виски, стоявшую возле Мэтта.

Мэтт слабо улыбнулся:

– Не обращай на меня внимания.

Джейсон опустился рядом с ним на диван:

– Твоя птичка Алекс… Для тебя будет иметь большое значение, если я… Ты понимаешь?

Мэтт непонимающими глазами уставился на Джейсона, сквозь алкогольные пары пытаясь понять, о чем тот говорит. Внезапно его сознание прояснилось, и он расхохотался.

– Пользуйся моей добротой, – беззаботно смеясь, ответил он приятелю. – Не думаю, чтобы мы с Алекс стали искать продолжения наших отношений.

В глубине души ему хотелось именно такой развязки, и он это понимал. В конце концов, в чем могла быть загвоздка? Возможно, что в прежние времена Мэтт и не стал бы возражать против того, чтобы развлечься с ней и даже переспать, не испытывая к ней никакого влечения. Но с тех пор, как он встретил Пиппу, таких отношений ему уже было недостаточно.

Джейсон покачал головой, словно желая сказать, что потеря слишком велика для Мэтта.

– Хочешь, я приведу сюда парочку хорошеньких птичек? Уверяю тебя, они излечат любые твои страдания.

Мэтт взглянул на приятеля. От громкой музыки и выпитого виски у него раскалывалась голова, а кроме того, он испытывал тянущую незнакомую боль где-то в паху, вызванную, как он думал, слишком долгим воздержанием. Внезапно яркой вспышкой его мозг прорезала отчаянная мысль: черт бы побрал эту Пиппу, и как это она сумела так въесться ему в печенку!

– Не знаю, Джейсон… – не очень решительно ответил он.

Но Джейсон не дал ему договорить:

– Прости, но ты, несомненно, болен. Куда это годится, чтобы здоровый парень вроде тебя пришел на такую вечеринку и ни разу не дал волю своему горячему скакуну?

Мэтт рассмеялся. На самом деле он был слишком смущен и растерян, чтобы спорить сейчас с другом, и он страшно устал от бесплодных попыток разобраться в собственных мыслях.

– Черт возьми, а почему бы нет? – весело сказал он.

Завтра, при ярком целительном утреннем свете, он вырвет с корнем из своей души какие бы то ни было чувства к Пиппе и покончит с этим раз и навсегда. Сегодня же вечером он позволит себе расслабиться и плыть по течению, что бы с ним ни происходило.

– Вот и отлично, старина, – просиял Джейсон, поднимаясь и дружески похлопав его по плечу. – Мы быстро вернем тебя к нормальной жизни!

«Нормальная жизнь!» – с горечью мысленно воскликнул Мэтт, глядя вслед Джейсону. Что это такое? Мэтт был слишком пьян, чтобы размышлять над такими серьезными вопросами, и потому оставил эти мысли, еще раз приказав себе – расслабиться и плыть по течению. В результате, когда Джейсон вернулся в компании с великолепно сложенной высокой блондинкой, Мэтт взглянул на нее вполне радушно, и она бесцеремонно уселась к нему на колени.

– Привет, – хрипловатым шепотом сказала блондинка, приблизив к его губам свои полные губы, слегка тронутые бледной помадой. – Меня зовут Дэниэль.

Он рассеянно улыбнулся ей, краем глаза заметив, что Джейсон исчез. Тяжелый, настойчиво повторяющийся ритм оглушительной музыки сделал свое дело – подействовал на Мэтта отупляюще, так что ему стало казаться, будто музыка звучит где-то внутри него самого, а ее ритм бьется в жилах, становясь какой-то неотъемлемой частью его существа. Пышные ягодицы Дэниэль терлись о длинный ствол его члена, и вскоре Мэтт почувствовал, как его плоть встрепенулась, начала твердеть, наливаясь кровью, и наконец уютно устроилась в теплом гнездышке между ног девушки, не испытывая препятствия перед такой зыбкой преградой, как тонкая ткань ее платья.

Почувствовала это и Дэниэль: она хихикнула и заерзала у него на коленях, помогая ему найти удобное положение для его выросшего и набухшего члена в теплой ложбинке между своих ягодиц. Обняв ее за талию, Мэтт привлек девушку к себе. Осторожно взяв ее лицо ладонями, он провел кончиком языка вдоль ее пухлых красивых губ, слегка раздвинув их, потом наклонил голову и припал лицом к ее роскошной мягкой груди, вдыхая запах ее духов.

Дэниэль осторожно, но настойчиво отстранилась от него, затем встала, повернулась к нему лицом и, широко расставив ноги, опять села к нему на колени. Теперь она тесно прижималась своей промежностью к низу его живота. Обхватив ладонями его затылок, девушка нагнула его голову, так что он опять зарылся лицом в мягкую теплоту ее груди.

Когда Мэтт наконец вынырнул из душной жаркой темноты и глотнул воздуха, ему почудилось, что время остановилось, а все окружающее как-то вдруг потеряло четкость. Он попробовал оглядеться. Огромная гостиная Джейсона сейчас ничем не отличалась от ночного клуба, до отказа заполненного потными телами танцующих. Музыка достигла крещендо, верхний свет как-то незаметно сменился красными и голубыми лучами, метавшимися по комнате.

Мэтт чувствовал, что безбожно напился и абсолютно не способен ориентироваться в пространстве. Блондинка целиком завладела им, и ему показалось, что его обволакивает ее пышная плоть – эти полные бедра, приятную тяжесть которых он ощущал на коленях, женственная мягкая грудь, округлые руки, обнимавшие его, – он как бы растворялся в ней, согретый ее жарким дыханием.

В огромном зале было шумно, то и дело раздавался веселый смех, можно было различить и другие, более интимные звуки, об источниках которых Мэтту оставалось только догадываться. Дэниэль уверенно запустила свои длинные красивые пальцы в его волосы и, приподняв его голову, принялась целовать Мэтта. На ее губах он почувствовал вкус джина и губной помады. Этот вкус ни о чем не говорил ему и мог принадлежать кому угодно. Мэтт отдался этим поцелуям, не испытывая от них ни восторга, ни отвращения. Он чувствовал себя безвольной и покорной тряпичной куклой, не имевшей никакого отношения к налитому кровью возбужденному отростку горячей плоти, беспокойно трепетавшему под тесными брюками.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю