Текст книги "Брусничная любовь воеводы (СИ)"

Автор книги: Натали Берд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 31

Мне еще бабушка показывала, как квасить капусту быстро, так же как ее шинковать. Но в этот раз Кощей сэкономил значительную часть времени, сделав все так, что бабушка была бы в восторге.

Я налила в кастрюлю воды, вскипятила, остудила, кинула три ложки соли, две – сахара. Залила полученным раствором капусту, поставив ее в прохладное место на сутки, не забывая перемешивать, для того чтобы не закисла сильно, и вся была в рассоле.

– Готово! – довольно ударила ладонью о ладонь.

Направляясь в больничную палату.

У Гарри сменила нательную рубаху, насквозь пропитанную потом, обтерла его немного и снова обложила весь торс капустой, благо этого добра в кладовой было достаточно.

К вечеру едва стояла на ногах: пирожки аккуратными горками лежали на большом столе, рядом красовалось несколько кувшинов с морсом, в холодильной комнате доходила капуста, а мне хотелось сделать что-то еще, чтобы удивить гостя. Как ни крути, а Кощея я ждала. Заинтересовал он меня сильно.

Блинами его навряд ли можно было удивить, а что приготовить что-то особенное никак не приходило в голову.

Решила, что пока и этого будет достаточно, а за ночь точно что-то еще придумаю, всё равно сил осталось лишь на то, чтобы перевязать больного, да себя в порядок привести после того, как весь день у горячей плиты простояла.

– Доброго вечера! – Послышалось из гостиной, когда я вышла из клетушки с гордым названием «Ванная», присвоенное ей мною, в знак сладких воспоминаний и несбывшихся мечт.

– Иду! – Откликнулась, надевая свежее льняное платье.

Кощей должен был стоять на прежнем месте, но он – сидел! Взяв откуда-то лавку, расписанную красными цветами.

– Красиво! – искрение восхитилась я.

– И я так считаю, Ксания! Ты диво, как хороша. Особенно когда так краснеешь. – Он смущенно улыбнулся, а на моих щеках вспыхнули с новой силой бордовые пятна.

– Спасибо! – Пробормотала, опустив глаза в пол. Действительно, засмущал. – Пирогов хочешь?

Кощей улыбнулся, разводя руками, а затем, хлопая себя по коленям, поднимаясь со скамьи.

– Ради них и пришел. – Рассмеялся он. – Видишь, все с собой принос и стол, и скамейку.

Стола я вначале даже не заметила, а теперь действительно – немного поодаль стоял маленький ажурный столик, покрытый белоснежной скатертью.

– Вижу, подготовился! – развела руки, разворачиваясь к кухне, и в это мгновение из больничной палаты раздался грохот. – Гарри! – вскрикнула, влетая в комнату мужчины, в ужасе закричав.

– Что там? – Волновался Кощей. – Помощь нужна?

И я решилась, понимая, что делаю то, что мне запретили, надеясь на честность и порядочность того, кому не должна была верить.

– Нужна! Помоги, пожалуйста! – Я кинулась к распростертому на полу телу, лежащему в луже собственной крови.

Такого гиганта я просто не в состоянии буду поднять.

– Позволь мне войти! – закричал Кощей, когда услышал мои судорожные всхлипы. – Позови меня!

Мне было страшно, но я приняла решение. Когда-то я клялась спасать жизни больным. Пора держать свое слово, если даже из знаний лишь бабушкины рецепты.

Информация взята из открытых источников.

Скатерть считали символом чистоты, порядка и благополучия. Важные праздники и торжества обязывали покрывать стол белой скатертью, выражая тем самым почтение к гостям и значимость события.

В свадебном обряде скатерть входила в приданое невесты, выступала в качестве свадебного подарка.

В гаданиях скатерть служила магическим предметом, дающим гадающему возможность заглянуть в будущее.

Считалось, что скатерть никогда нельзя чинить – её использовали без починки, сколько было возможно, затем сжигали, но никогда не пускали на тряпки.

После свадебного пира скатерть аккуратно снимали со стола, крошки вытряхивали в ларь с зерном – верили, что это принесёт молодым богатство и хлеб у них в доме никогда не переведётся.

Глава 32

– Кощей, иди сюда! – мой крик потонул в звуке ломающегося стекла. Именно такая ассоциация возникла, когда мужчина ворвался в комнату. Я в испуге втянула голову в плечи, ожидая удара, но он наклонился, легко поднимая с пола Гарри, и, держа его в руках, скомандовал: – Обработай ему спину, для начала, затем уже за грудь примешься.

– Он же тяжелый, ты не удержишь. Я буду долго это делать! – Суетилась вокруг, готовя все необходимое.

– Ты делай главное, обо мне потом думать будешь. – В его глазах читалась решимость, но вот злобы в них видно не было.

Я попыталась обработать раны Гарри, но у меня ничего не получалось, было попросту неудобно.

– Можешь его на стол в комнате положить? – Спросила, заглядывая в черные с поволокой глаза.

Кощей молча кивнул, легко выходя из комнаты.

– Куда? – крикнул, когда я замешкалась, в поисках чистой простыни.

«Завтра придется затеять стирку, иначе у нас не хватит даже на несколько дней белья» – подумала, пока убирала все со стола, да застилала его, подготавливая поверхность.

– Клади! – отошла, чтобы не мешать мужчине, когда он осторожно уложил Гарри на твердую, ровную поверхность.

Взглянул на меня внимательно и как-то с восхищением, отходя в сторону, позволяя приблизиться к раненому.

– Чем еще помочь? – Шепнул, наклоняясь так, что от его дыхания затрепетали волоски на шее.

– Воды, кипяченной в таз, налей, пожалуйста. – Попросила, обернувшись, встречаясь с его глазами, в которых плавал нескрываемый интерес.

– Сейчас. – И ушел, а я вернулась к Гарри.

Сначала очень тщательно обработала спину, промывая все раны, порезы и ссадины, заново прикладывая капустные листы. Они были бесценны даже тем, что не позволяли прилипать поврежденной коже к бинтам.

– Как переворачивать будем? – спросила, пытаясь сдуть непослушный локон, упавший мне на глаза.

Кощей, легонько коснувшись горячими пальцами лба, взял волосы, заправив их тут же за ухо.

– Я думала ты холодный! – вырвалось, само собой. Я застыла на минуту, едва не зажмурившись от собственного хамства. – Прости! – прошептала, стыдясь взглянуть на мужчину.

– Почти все так думают. – Безразлично проговорил он, но я услышала, как дрогнул его голос.

– Я завтра торт стряпать буду. Поможешь? – стараясь сгладить неловкость, предложила Кощею

Он замер всего на мгновение, радостно затем рассмеявшись: – Конечно! Съесть я...

– Всегда меня успеешь. Помню. Главное меня не выдавай, что я наказы нарушила. – Перебила его, потирая подбородок. – Никак не могу придумать, как Гарри на спину перевернуть, не сдвигая то, что наложила.

– Так в чем проблема? Накрой его простыней. Я подниму, ты ее завяжешь крепко на его груди. Мы перевернем, положим, на кровать, и ты снова ее развяжешь. Дальше делай что хочешь, только мне в рот не забудь пирожок вставить.

Я распахнула глаза, с удивлением рассматривая страшного представителя славянских сказок.

– Что? – Воскликнул он, картинно закатывая глаза. – Я весь день аппетит нагуливал. Гарри твоему уже лучше, а будет вообще замечательно, когда ты его всего в капусту завернешь. – Он поднял одну бровь. Сверкнув черными глазами.

– Ты гений?

– Не знаю, кто это, но мне нравится. Соглашусь. – Кощей выпрямился, тожественно поднял глаза к потолку, приложил раскрытую ладонь к груди и произнес: – Я – это он!

Мой искренний смех был ему ответом.

Когда раненого положили на кровать. Кощей выскользнул из комнаты, подмигнув и крикнув: – Ушел мыть руки.

А я снова склонилась над мужчиной. Его дыхание было ровным, спокойным, как и бьющееся равномерно в груди сердце.

– Пожалуйста, выживи! – прошептала, накрывая его тонким одеялом.

– Посторонись! – Веселая команда вывела меня из задумчивости. В дверях стоял неугомонный Кощей с полным ведром и тряпкой. – Кровь с пола собрать нужно. А то придут твои защитники, а тут такое! Мне же первым делом предъявят.

– Когда ты меня съешь? – уточнила.

– Именно! – Поддержал он меня.

В это мгновение забурчало сначала у меня в животе, а затем у Кощея.

– Пошла я на стол накрывать, пока ты улики замываешь.

Глава 33

Мне было так легко с грозным представителем детских земных сказок. Он совершенно не соответствовал тому образу, какое сложили народные сказания.

– Сколько тебе лет? – не удержалась от вопроса, когда Кощей, виновато на меня посмотрев, положил в свою тарелку еще пяток горячих пирожков. Оказалось, он их накрыл защитной магией, чтобы не остыли, пока мы возились с Гарри.

– А что? – первый из тарелки засунут в рот.

– Просто интересно. Там, откуда я пришла – тобой пугают детей.

Он улыбнулся, потянувшись за следующим пирожком.

– Завтра приду печь торт. Вкуснота! – Искренне проговорил парень. Взглянул на меня и вздохнул. – Знаю, что пугают. Я же не один такой. Разные мы бываем.

Моя рука замерла с зажатой в пальцах кружкой, едва не расплескав налитый в нее чай.

– Хочешь сказать, что вас целая раса Кощеев? – с придыханием, наклоняясь к мужчине, прошептала.

Он внимательно на меня взглянул, неожиданно подмигнув.

– Не бойся, не съем. Мне понравилось, как ты готовишь. Так что будешь теперь откупаться.

Я откинулась на спинку единственного в комнате стула: – Так кто ты?

Он с сожалением посмотрел на почти полую пока тарелку, вздохнул, произнеся: – Нечисть, таких обычно бояться. Но я, как ни странно, полукровка, поэтому не такой злой, как моя родня. Зовут меня Кощей. Братья у меня есть, только по отцу, матери разные. Мою – батя украл, когда напал на Лихоземье. Но его попросили уйти, и он согласился. Правда, не один обратно возвращался.

– Я уже не раз про эти земли слышала, вчера про них Ярослав рассказывал.

– Думаю, что еще не раз услышишь. Там много кто обосновался из наших. Условие у местного князя есть – мирному люду не вредить, жить там, где скажут.

– Значит, у вас там нет свободы?

Парень расхохотался.

– Там ее навалом – земли, леса, болота. Всего бескрайние просторы. Живи, где душа пожелает. Запрещено лишь в дома ломиться, да местных девок пугать. Это грустно, знаешь, как они визжат? – с восхищением вспоминал Кощей.

– Не знаю, но очень интересно узнать. – Потянулась, раскинув руки, тут же смутившись, заметив любопытный взгляд Кощея, скользнувший по моей фигуре. – А вы любить умеете? – спросила раньше, чем успела подумать.

Он хмыкнул, поднимаясь: – Не знаю, не пробовал. Отец в матушке души не чает, если никого рядом нет. А так – бедная женщина, столько всего терпит.

Последние слова были сказаны таким тоном, что становилось понятно – мужчина кого-то передразнивает.

– Ладно, Ксания, спасибо, пойду я. Поздно уже, отдыхай. Если помощь среди ночи понадобится – ты только позови. Я обязательно приду.

– Спасибо! – поблагодарила, провожая до дверей и всунув в широкую ладонь узелок с несъеденными пирожками. – Утром съешь! – успокоила, когда парень начал сопротивляться.

Я оглянулась на стол, на котором осталась лежать внушительная горка.

– И что с этим делать? – грустно проговорила, смело продвигаясь к двери. – Пропадут же.

– Погоди! – Кощей сбежал по ступенькам, подскочил к заполненному доверху внушительному тазу, что-то шепнул, и на пирожки опустилось невесомое покрывало. – Готово! Только не забудь снять, если твои раньше времени вернуться. Ярослав сразу узнает, что ты его наказ нарушила. Попадет.

– Я что маленькая? – Возмущенно засопела, протягивая руку к двери, по привычке пытаясь ее открыть, чтобы проводить гостя.

– Не стоит этого делать, девица. – Голос Кощея начал наливаться силой. – Там сейчас слишком для тебя опасно. Ступай, я завесу восстановлю. Только волосок твой себе заберу, чтобы возможность была незамеченным проскальзывать.

Он легонько меня оттолкнул, снова зашевелились полные губы и с тонким хрустальным звоном передо мной протаяло стекло, отливая голубоватым свечением. Взмах ресниц и ничего не видно.

– До утра, красавица. – Шепнул Кощей, растворяясь в воздухе. Дверь при этом осталась закрытой на внушительный деревянный засов.

– До встречи! – прошептала, направляясь к свою комнату. Усталость давила к земле невыносимой тяжестью.

Глава 34

Утро встретило не петухами, а странным металлическим звуком, словно кто-то колотил молотком по батареям. Одна лишь проблема, здесь ничего подобного не было!

Ветерок ужаса сковал душу, пробежавшись холодной волной вдоль позвоночника, заморозив ноги. Сердце сделало кульбит, едва не рухнув в пятки.

Идти нужно, но как себя заставить сделать хоть шаг?

– Может, кто вернулся? – успокаивала саму себя, пока судорожно одевалась, постоянно оглядываясь на плотно закрытую в комнату дверь.

Стук прекратился, в доме наступила зловещая тишина.

Я подошла к выходу, приложив к теплой деревянной поверхности ухо, стараясь хоть что-то услышать, но все тщетно! Нужно выходить.

Вдох, выдох и резким движением распахиваю дверь, предварительно отодвинув внушительный засов – когда успела опустить? Я же собиралась Гарри всю ночь слушать.

«Ох, Оксана!» – страшно было так, что дышать перестала.

В доме стояла тишина. Ни шороха, ни движения. Я на цыпочках пробралась в больничный бокс, осторожно приблизившись к Гарри – он спал, расслабленно откинувшись на подушках. Не было того напряжения, которое сковывало его тело еще вечером.

«Помогла капуста!» – тихо торжествуя, выскользнула обратно, впервые прикрывая дверь в комнату мужчины. Оглядываясь по сторонам, в надежде понять, откуда слышался звук.

Ничего не указывало на то, что он вообще был.

Я нырнула на кухню, сонно потягиваясь, распахивая шторки на широких окнах и тут же зажимая рот ладонью, чтобы остановить крик ужаса, рвущийся из горла.

С той стороны стояло чудовище: мохнатое, лохматое, нечесаное. Оно оглядывалось по сторонам, невидяще мазнуло по окну, отвернулась, а затем начало медленно разворачиваться обратно. Будто что почувствовало.

Дальше я ждать не стала, плотно задергивая занавески и опускаясь на стул – ноги не держали, предательски дрожа под плотной юбкой сарафана.

– Что же это за чудище лесное? Или болотное, судя по зеленым ошметкам, свисавшим с длиной шерсти. – Размышляла вслух.

Я сидела, прислушиваясь к тому, что происходит за окном.

Осторожно встала, снова потянувшись к занавескам, сделала маленькую щелочку, лишь одним глазом выглянуть во двор. Там уже никого не было. То ли привиделось, толи гость ушел.

Едва зарождающееся утро, осветило первыми лучами стены моего странного домика. Сон пропал, как и не было.

Гарри был в забытьи, Кощей еще не появился, из дома выходить запрещено, телевизора нет. Выбор невелик.

Я вернулась к себе в комнату, вспомнив, что даже лицо не умыла после сна.

– Чем займемся, Оксана? – спросила свое отражение, в большом зеркале, висевшем прямо над раковиной.

Пожала плечами, начиная строить планы.

Первым делом решила создать хоть какой-то уют. Еще вечером обнаружила кладовку, полную всяких-разных интерьерных вещей. Значит, когда придет Кощей, попрошу его в гостиной повесить полки – решила, чтобы тут же передумать. Ярослав точно заметит, когда вернется, а врать я не умею. Незнакомое мне чувство тоски шевельнулось в душе. Так захотелось увидеть, узнать, что все у мужчин хорошо. Но как это сделать? Почты здесь нет, интернет тоже отсутствует, голубями еще не обзавелась.

– Ладно, будем лечиться от хандры привычным способом. – Решила, распахивая кладовую, ломившуюся от продуктов, придирчиво осматривая полки с разнообразной снедью. Не себе, так Кощею с Гарри вкусное что-то приготовлю, а пока свежий морс да лист капусты.

Таз нового оберточного материала готов, можно идти запаковывать своего подопытного. Мужчина хоть и находился в беспамятстве, но словно помогал мне. Он не разваливался безвольной тушкой, а был собран.

– Спасибо! – шепнула, унося таз с практически сухим листом. Его тело жадно впитывало влагу. Но самое интересное было в другом – никаких пролежней не было! Это можно считать достижением.

Задумчиво покрутившись по кухне, решая, куда пристроить отходы, выделила местечко рядом с дверью, через которую мужчины проникали в дом.

Щеколда, которую я нечаянно тронула, вдруг, с сухим щелчком, отскочила. Выход на улицу был свободен! Как же хотелось открыть дверь и выйти!

Но я не захотела нарушать данное слово. Тяжело вздохнула и решила чем-то себя побаловать.

В самом темном углу на полке нашла кулек с зерном, подозрительно напоминавшем кофе.

– Пожалуйста, пусть это будет то, что думаю! – со всей искренностью, на какую была способна, шептала, с блаженством вдыхая любимый запах.

Мельничка стояла недалеко – дело пяти минут и зерна измельчены, пока этим занималась, нашла подходящую емкость, в которой можно было сварить любимый напиток.

Р-раз! Зерна высыпаны, два – вода налита. Я никогда так не волновалась, пока готовила, как сейчас. Вдруг, запах тот же, а вкус иной? Или вообще отрава какая-то здесь лежит, а я ее еще и варю, видимо, для закрепления эффекта! Такое ведь тоже может быть.

Пока доходила вода с добавленным в нее порошком, я успела пожарить себе тостов из хлеба, принесенного еще Ярославом. С удовольствием смазывая их маслом, а сверху украшая клубничным вареньем. Ягодка к ягодке и утренний шедевр кулинарного искусства готов.

– Как вкусно пахнет! – произнес знакомый голос из гостиной.

Кощей появился в дверях, мазнув по мне любопытным взглядом, переведя его затем на своеобразную турку с закипающим кофе. Его брови поползли наверх, он снова взглянул на меня.

– Ты можешь такое пить?!

Глава 35

Я с удивлением посмотрела на Кощея, совсем не понимая вопроса. Затем перевела взгляд на закипевший ковшик, который только что сняла с плиты.

– Ты о чем? Вы не пьете кофе? – было странно задавать вопрос, ответ на который был для меня очевидным. Хотя! И в моем мире существовало два противоположенных лагеря – любителей и не любителей.

– Нет! – Голос приближался, звуча все громче, – Просто он же горький. И невкусный, значит. – Мужчина вошел в комнату, мгновенно заняв собой практически все пространство. Словно вырос за ночь или кухня стала меньше, что вряд ли. – А я сладкое люблю – смущенно улыбнулся.

Оглянулся по сторонам, заметив мое изумление чуть повел широкими плечами.

– Мешаю? – спросил, наклоняясь к турке, втягивая в себя аромат. – А пахнет действительно вкусно.

В его глазах заплясали бесенята.

– Попробовать хочешь? – я уже разворачивалась, в поисках второй кружки, бережно поставив на самый уголок большой плиты любимый напиток. – Сделаю так, как люблю сама. Здесь для этого все есть.

Молоко, сахар, дополнительно поджаренные тосты и мы уже сидим за столом в гостиной, с наслаждением завтракая.

– Надо же, Ксания, а я и не знал, что его можно так пить. У матушки в закромах этих зерен, видимо, не видимо. Подарки ей шлет заморский царь. Не успел когда-то посвататься, теперь вот забыть не может. – заулыбался мужчина, становясь на глазах мальчишкой. – Хочешь, попрошу у нее немного?

– Конечно! – С наслаждением делая первый глоток, проговорила, едва не закрыв глаза от удовольствия. – Хочешь, я ей его сварю? Ты вон, умеешь организовать доставку, чтобы продукт не остыл и не потерял своих вкусовых качеств. А я великолепно умею готовить. Так что матушке все в самом лучшем виде принесешь.

Кощей довольно улыбнулся, потянувшись так, что тонкая рубашка обрисовала рельефные мышцы на его груди.

Я не смогла скрыть своего восхищения, а мужчина, заметив, довольно повел плечами, заиграв при этом литыми мышцами, вызывая на моем лице улыбку – словно мальчишка хвастался своими успехами.

Так что? – Пытливо меня рассматривал мужчина, скользя по лицу черными как ночь глазами.

Вызывая приятный трепет в теле. Как не крути, а внимание противоположенного пола всегда бередит кровь. Особенно, если этот пол красив, как древнегреческий бог.

– Согласна! – воскликнула, поднимаясь из-за стола.

– Торт стряпать будем? – Кощей подхватил мой игривый тон, собирая при этом со стола грязную посуду, вывалив затем ее в раковину и включая воду.

– А ты не боишься, что мои вернутся? – задала вопрос, а у само́й сердце чаще забилось ожидании ответа. Надо же! Соскучилась.

Кощей понимающе усмехнулся, вытирая мокрые руки о льняное полотенце, когда все было вымыто.

– Меня предупредить должны. Везде зеркал наставил. Вон видишь? – парень кивнул куда-то мне за спину, и я оглянулась, замерев от удивления. Зеркало, висевшее в углу, поделилось на несколько окошек, в каждом отображалась картинка. Они были разными, все выглядело так, как если бы это был экран монитора, а в нем отображаются данные с камер слежения. Я подошла к зеркалу, жадно всматриваясь в него. Вот – вход в дом – его я узнала сразу: покосившееся крыльцо, сломанные перила. Часть озера, на берегу которого в данный момент сидели вороны. Дальше шло изображение, видимо, с угла дома, охватывая всю его ограду – разруха и запустение царили здесь. А вот следующее изображение вызвало мое восклицание и вопрос: – Кто это?

– Где? – Кощей встал рядом, невзначай коснувшись рукой моего плеча.

Не скажу, что мне стало неприятно, просто немного отклонилась, уходя от такого контакта.

– Прости. – Извинился мужчина, делая небольшой шаг в сторону, на его лицо набежала на мгновение мрачная тень.

– Не за что извиняться. Кто за окном стоит? Его я утром увидела, он странный звук издавал.

– Будто по длинной трубе молотом колотил? – всего на долю секунды на его лице проступил отчетливый страх. – Он значит, здесь уже утром был?

Мне стало по-настоящему страшно: – Кто это? – мой голос дрогнул.

Кощей снова глянул в зеркало, прокашлялся: – Ты только не бойся, ладно?