Текст книги "Брусничная любовь воеводы (СИ)"

Автор книги: Натали Берд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25

Я оглянулась на кухню, точно зная, что скоро придут мужчины – чувствовала. Снова посмотрела на Кощея, испепелявшего меня взглядом, в котором почему-то плескалась нескрываемая надежда.

– А что? – вопрос, заставивший меня саму поморщиться.

– Кого ты видишь?! – его голос вибрировал, он волновался, пристально в меня всматриваясь. Затем бросил взгляд мне за спину и пропал.

– Ксания! – донесся голос Фазиля, – почему не спишь?

Поднявшись с удобного стула, расправив длинную юбку сарафана, бросила внимательный взгляд на порог дома, и уже обернувшись к входящим в комнату мужчинам, приветливо улыбаясь, произнесла: – вас жду.

За что получила улыбку от лекаря и молчаливое одобрение воеводы, посмотревшего на меня непривычно ласково.

– Вопросов много, а ответов у меня нет. Если завтра уйдете, то у кого мне спрашивать? Гарри так в себя и не пришел.

Мужчины одобрительно переглянулся, снимая с широких плеч, практически одинаковые куртки без рукавов – по мне жилеты, а как здесь звались – не знаю.

– Поздно уже. – Пробасил Ярослав, проходя мимо меня, невзначай проведя пальцами, по моему оголенному запястью. – Спать нужно. Завтра утром побеседуем.

Я с удивлением посмотрела сначала на воеводу, чуть замедлившегося, проходя мимо, а затем в окно, где стоял непроглядный сумрак. Как так? Ведь мы совсем немного поговорили с Кощеем, и вот тебе – на! Сколько часов прошло?

– Ступай, отдохни. – Фазиль встал рядом, коснувшись моего плеча. – Я с Гарольдом побуду. Тебя на заре дождемся, к обеду выдвинемся в путь. Еще не все у Ярослава готово. – Ласково улыбнулся, погладив по голове, как маленькую.

«Да что же такое, все норовят меня потрогать! Даже Кощей коснуться хотел, да не смог. Вон и Гарри в бреду постоянно за руки хватает» – поругалась мысленно, не решаясь сказать это вслух. Просто кивнула, соглашаясь, только сейчас почувствовав, как устала. Ноги налились тяжестью, веки закрывались, в голове нарастал шум. Эмоций было слишком много. Я вошла в свою спальню, пожелав напоследок спокойной ночи, за что получила удивленный возглас Ярослава, замершего на пороге комнаты, отведенной для мужчин.

– Что такое? – обернулась, с тревогой всматриваясь в его лицо.

Он стоял, подбоченившись, впиваясь в меня взглядом, раздувая от злости ноздри. Молчание затягивалось.

Я тоже не собиралась ничего спрашивать достаточно того, что уже озвучила.

Но Ярослав, шумно выдохнув, развернулся, молча вошел в опочивальню, прикрыв дверь, а я осталась стоять, переведя недоуменный взгляд на Фазиля, подняв бровь для убедительности.

– Мы находимся в приграничном городке, Ксания, здесь все по-особенному. Никто не хочет стать покойником. Поэтому будь осторожнее со словами, – Он выразительно посмотрел на вход в дом и добавил, – и поступками. Не все кажется тем, чем является.

– Это оборот речи! Не хотите – не буду говорить, надоело! – хлопнула дверью, закрываясь от всех, глотая комок обиды, застрявший в горле.

Дорогие мои, что-то давненько у нас не было таких разговоров, ища одно, как обычно, нашла другое, оказывается, все не так просто с пожеланием «Спокойной ночи», и в разных культурах к нему относятся по-разному! Мы же будем относиться ко второй категории – будем под защитой от всех видов нечисти!

Информация взята из открытых источников

Возможно, имелись в виду суеверия, связанные с пожеланием «спокойной ночи». Некоторые люди считают, что эта фраза окрашена негативной энергетикой и связана с покойниками.

Согласно одному из объяснений, предки считали, что покой можно обрести лишь после смерти, и поэтому пожелание «спокойной ночи» может рассматриваться как пожелание смерти. Также есть версия, что фраза связана с фразой «Спи спокойно», которую адресуют умершему человеку.

Однако есть и другое мнение: в древности люди верили, что ночь – это время, когда мир становится уязвимым для злых духов, и пожелание «спокойной ночи» могло служить защитой от этих негативных сил.

Глава 26

Я уснула, едва голова коснулась подушки. Мне снился знакомый сон, снова поляна, снова битва. Воин, вокруг ног которого вьется Альфа, с улыбкой смотрит на меня, с легкостью отражая атаку нападающего в звериной шкуре. Улыбается мне, подмигивая, шепча едва слышно: – Раз обещал найти и жениться, то словно свое сдержу, Оксана. Не просто так я между мирами ходил, чтобы легко тебя воеводе отдать. Поборюсь маленько, а там, может, все и получится, что скажешь?

Он делает шаг ко мне и ему в спину с громким хрустом, ломая ребра, рассекая ткань и кожные покровы, врезается стальной клинок, протыкая мужчину насквозь. Я задыхаюсь в истошном крике, мужчина падает, истекая кровью, под громкий лай моей собаки.

– Не-е-ет! – Кричу, рухнув на колени, и просыпаюсь, встречаясь с испуганным взглядом синих глаз.

Он осторожно гладит меня по щеке, бережно убирая с лица волосы, упавшие во сне.

– Тихо, девица! Это всего лишь сон. – Шепчет, осторожно касаясь скулы теплыми подушечками пальцев.

Слезы катятся по моим щекам, оставляя мокрую дорожку и на руке Ярослава, стоящего на коленях перед моей кроватью.

– Нет, он такой яркий, словно каждый раз все заново проживаю. – Рыданья рвутся из груди, грозя разбудить всех.

– Тихо, успокойся! – шепчет Ярослав, плавно перетекая ко мне на кровать. На нем лишь льняные брюки и мягкая, распахнутая на груди рубаха на завязках, которые расслабленно болтаются вдоль выреза.

Мужчина осторожно привлек меня к себе, прижав к обнаженной груди. Его теплая кожа обжигает, а тонкий аромат чистого мужского тела, с примесью морозного морского воздуха, с едва уловимыми древесными нотками, расслабляет натянутые до предела нервы.

Я выдохнула, прижавшись щекой к его груди. Прямо под ухом равномерно бьется сердце, обещая, что все будет хорошо.

– Т-ш-ш! – шептал, нежно гладя по распущенным волосам, запуская в копну пальцы, пропуская между ними непослушные локоны. – У меня тоже сны такие бывают.

Мое дыхание сбилось, сознание сконцентрировалось на его руках, начавших скользить по податливой коже, вызывая озноб, переходящий в жар.

Грудь Ярослава вздымается, укачивая меня и одновременно высвобождая то, что было глубоко запрятано, закручивая тугой узел желания, взорвавшийся в груди, разбросавший в разные стороны огненные всполохи.

– Ксания! – прохрипел мужчина, сильнее прижимая к себе, оказываясь рядом, еще теснее прижимаясь ко мне всем телом, позволяя почувствовать всю силу желания, исходившую от мощного тела.

– Ярослав! – шепчу в ответ, выгибаясь под настойчивыми руками.

Он прижался пылающими губами к моей щеке, прошелся невесомыми поцелуями по скуле и накрыл мои губы своими, ловя мой судорожный стон.

– Тихо, милая! – взглянул на меня сияющими голубыми глазами, позволяя в них утонуть. – Спят все. Негоже их будить. – Ласково скользя по обнаженной коже, разжигая внутри меня пожар.

Я обняла его за шею, притягивая к себе так, словно дышать без него не могла, бесстыдно подставляя под его губы все, до чего он хотел дотронуться.

– Тебя во сне не было! Почему? – вопрос совершенно ненужный, но отчего-то казавшийся важным.

– Буду, лишь я и буду в твоих снах, если вернуться сумею. Теперь есть куда возвращаться. – Хрипло шептал он, спускаясь губами по шее, обжигая нежную кожу поцелуями, от которых мерк разум, вызывая в душе бушующий пожар. – Если ты позволишь.

Вязки на вороте ночной рубахи бесстыдно развязаны, обнажая требующую поцелуев кожу.

Я выгнулась, подставляя по губы мужчины то, что мне хотелось, хрипло прошептав: – Да-а!

– Не-е-ет! – раздалось из-за стенки, затем сонный приглушенный голос Фазиля, что-то говорящий раненому, и наваждение исчезло, оставляя нас с воеводой один на один.

Глава 27

– Яр! Что мы делаем? – обнимая мужчину за шею, шепнула, с трудом возвращаясь к реальности.

– Так нельзя, неправильно! – с сожалением прошептал он, соглашаясь со мной. – Вернусь, поговорим.

Оттолкнулся могучими руками от кровати, поднимаясь, поправляя одежду, совершенно не смущаясь того, что скрыть стало невозможным. Насмешливо посмотрел на меня, с жадностью его рассматривающую, снова наклоняясь, шепнул: – Что же ты делаешь с мужчинами, красавица, что они даже лишь от звука твоего голоса голову теряют?

Поцеловал крепко, прикасаясь языком к моему и прикрыв рубахой то, что видеть никому не следовало, вышел.

Тут же его голос послышался в палате у Гарри, а я счастливо потянувшись, прислушалась к себе, своим ощущениям, зарываясь по итогу в подушку, чтобы хоть как-то скрыть счастливую улыбку.

Мой голос сводит с ума? Реально? Не может быть!

Протяжный стон, полный боли, заставил меня подскочить на кровати, позабыв о том, что было всего пару мгновений назад. Накинув на плечи большой платок, закутавшись в него так, что остались видны лишь обнаженные щиколотки да ступни, побежала по прохладному полу к мужчинам.

Ярослав и Фазиль, склонились над Гарри, стараясь услышать, что он им говорит, я лишь видела, как шевелятся губы пришедшего в себя мужчины.

Замерев в нерешительности на пороге, боясь нарушить ту тонкую нить, которая едва держала раненного на краю реальности, не позволяя снова скатиться в горячечный бред.

– Я могу чем-то помочь? – наконец решилась войти в комнату.

Ярослав резко выпрямился, окинув знакомым хмурым взглядом, шагнул, сгребая в охапку, поднял на руки, отчего я даже тихо вскрикнула и отнес в мою спальню, под удивленный выдох Фазиля.

– Оденься, Ксания! – прогудел воевода, разматывая на мне шаль, жадно впитывая все, что видел при этом.

Откинул платок в сторону, предварительно оглянувшись на прикрытую дверь, притянул к себе, требовательно впиваясь в мои губы и мгновенно выпуская из объятий, почувствовав мое сопротивление.

– Прости, не сдержался. – Его голос звучал глухо. – Оденься – повторил и вышел.

А я осталась стоять посреди комнаты, которая мгновенно стала пустой, словно из нее забрали что-то важное.

Мужчины тихо переговаривались в соседней комнате, голос Гарри четко слышался в гуле низких голосов.

Затем наступила тишина и снова протяжный жалобный стон.

Я натянула на себя блузку, позволив ночной сорочке соскользнуть вниз, опускаясь к ногам белоснежным облаком, надела сарафан, обулась в мягкие черевички и вышла в гостиную, где за столом, склонив друг к другу головы, сидели Ярослав с Фазилем, внимательно рассматривая что-то на разложенной прямо перед ними карте.

Я не стала их отвлекать, заглянув сначала к Гарри, лежавшему с закрытыми глазами – наверняка устал и спит, прошла на кухню, приготовить нехитрый завтрак из того, что смогла найти на полках и в холодильном шкафу.

Мужчины словно меня не замечали, пока я накрывала на свободной части стола, расставляя тарелки, кружки, ложки – вилок не нашлось. Когда все было готово, позвала, стараясь не нарушить то хрупкое, что возникло между нами.

– Давайте завтракать?

Мужчины переглянулись, кивнули, поднялись помыть руки, а когда вернулись, довольно оглядев стол, Фазиль сказал, закидывая в рот свежеиспеченный оладушек: – Что ты хотела узнать, Ксания?

Глава 28

Я опустилась на стул, с другой стороны стола намеренно сев так, чтобы обоих мужчин было видно.

Но Ярослав тут же встал, пересев рядом со мной, вызывав на лице Фазиля понимающую улыбку.

Щеки тут же стали пунцовыми, я забыла, как дышать, лишь чувствуя рядом с собой горячее тело мужчины.

– Так что хотела спросить? – напомнил Фазиль. – Времени немного, но думаю, на некоторые вопросы ответить сумеем, верно, Яр? – голос лекаря вибрировал, то ли от сдерживаемого смеха, если судить по бесенятам, плясавшим в глазах. То ли от ярости, если смотреть на сжатые губы и ходившие ходуном желваки.

– Почему нечисть бродит вокруг дома и может появиться на его пороге? – мысли путались, унося постоянно в объятья мужчины, спокойно сидевшего рядом и уплетавшего яичницу с беконом, помидорами и луком.

Фазиль тоже, пока слушал, с аппетитом ел, лишь изредка кидая на нас любопытные взгляды.

Мне самой было интересно, что же происходит, но спрашивать при свидетелях считала ниже своего достоинства. Бегать за богатырем я точно не буду, пусть лучше он это делает.

Замерла, пробуя на вкус слово, пришедшее из сказок – «Богатырь». Улыбка сама собой появилась на лице, кто же знал, что все это может быть явью, лишь просочившейся в другой мир в виде сказок, и были?

– А в этом мире Баба-Яга существует?

Фазиль замер, кинув вопросительный взгляд на Ярослава, а тот, отложив ложку, чинно вытерев чувственные губы, льняной салфеткой, ответил: – Была. Теперь где-то далеко, молва идет, правнучка ее Лихоземьем правит.

– Не может быть! – Моему детскому восторгу не было предела. – А Драконы? Они здесь есть?

Воевода покачал головой, ответив: – Не припомню.

Зато Фазиль заулыбался: – В этом мире их нет, есть их собратья – Змеи Горынычи, тоже свирепые люди. Один из них в тех же землях обитает, что и правнучка Яги.

Я фыркнула, взглянув на Ярослава, не спускавшего с меня глаз, тут же краснея еще больше. Чувствовала, как румянец заливает щеки, уши, спускается на шею, чтобы спрятаться в распахнутом вороте блузки.

Тихо охнув, представив, какой вид открывался воеводе с учетом его роста, и тут же увидев на его лице недовольную гримасу, подтверждающую мою догадку, туго завязала, болтавшиеся до этого завязки.

Ярослав недовольно засопев, потянулся за очередной порцией оладушек, а я повторила вопрос про нечисть.

Фазиль покрутил в руках ложку, отложив ее наконец на край тарелки.

– Этого пока не знаю, но что-то в тебе есть, что они чувствуют. Думаю, Кощей еще объявиться должен. – Я тут же опустила глаза, боясь, что поймут, что он, по большому счету и не уходил никуда, находясь где-то совсем рядом.

Мужчина тяжело вздохнул, явно не желая продолжения темы, но все же сказал: – Переход у них здесь, по-вашему – портал, через который они могут передвигаться. Нам тоже это подвластно, но именно в этом городке очень опасно. Можно свернуть ни туда и уже не выберешься, сгинешь.

– Поэтому, Ксания, мы тебя спрашивали, боишься ли ты духов. – Прогудел Ярослав, накрывая своей большой шершавой ладонью, мою, мгновенно утонувшую в огромной пятерне.

Я смотрела на наши сплетенные руки, уносясь мысленно в сон, к тому, что обещал жениться, а сейчас находится на самой кромке жизни – чуть подтолкни и соскользнет – не вернешь.

Осторожно вынула ладонь, получив колкий взгляд в ответ. Сухо поблагодарил за завтрак и ушел в свою комнату, больше не проронив ни слова, будто и не было такого прекрасного рассвета.

Мужчины молча собрались, я положила им в дорогу все, что осталось не съеденным, уточнив, когда ждать обратно и, не получив ответа, склонила голову, понимая, что нет в том их вины, что одна остаюсь.

Фазиль ушел, Ярослав остался, шагнув ко мне, откинув в сторону стоявший на пути стул, притянул к себе, прижимая к груди, где бешено колотилось сердце, поцеловал так, что у меня голова закружилась и едва не подогнулись ноги, прошептал: – Только дождись, не руби сгоряча! Мы точно все решить сможем. – В его голосе слышалось отчаянье, от которого у меня в душе, тут же начала разрастаться тревога.

Отошел от меня всего на пару шагов, чтобы снова вернуться, поцеловать нежно, медленно, наполняя своим запахом, и ушел не оборачиваясь.

А в гостиной уже снова слышались шорохи. Незваные гости не заставили себя долго ждать.

Глава 29

В голове стоял гул. Я все еще купалась в своих эмоциях, мне было сложно переключиться на гостя, снова проявившегося у дверей.

– Почему тебя никто не видит? – задала вопрос, внимательно разглядывая красивого молодого мужчину.

Он довольно улыбнулся, сложив на груди руки и привалившись спиной к стене.

– Хороший вопрос, молодец! Но меня больше другое интересует – почему видишь ты? Да еще так, как не должна.

Он резко подался вперед, скорчив лицо так, словно напугать пытался, вызывая мою невольную улыбку – детский сад какой-то.

– Страшно, девица?

Я опустила глаза в пол, стараясь сдержать рвущийся из груди смех, и не показать, насколько он смешно выглядит.

– Нет! – ответ прозвучал глухо, но я ничего не могла собой поделать, если посмотрю на Кощея, точно рассмеюсь ему в лицо.

– Нет?! – вскрикнул он, увеличиваясь в размерах, если судить по его тени.

Я, наконец, совладала с эмоциями и подняла глаза, встречаясь с его черными бездонными омутами. Он действительно стал выше, но так как был ограничен в свободном пространстве, то стоял, сгорбившись, с грозным выражением лица. Вызывая в моей душе лишь жалость. Никакого страха не было.

– Нет. Я пироги стряпать буду, с капустой. Кормить тебя в доме запретили. Могу угостить, но только на улице. Будешь?

Из мужчины словно воздух выпустили.

– Ты действительно меня не боишься? – Он был взволнован, будто не привык, что его могут воспринимать иначе. Не как какое-то чудовище.

– Нет. А чего страшиться-то? Ты парень красивый, вон, одни глаза чего стоят! Уж и не знаю, почему все какого-то ужаса от меня ждешь?

Кощей обессилено стек по стене, подтянув к себе ноги и обняв руками колени. Растерянно, пробормотав: – Не может такого быть!

А мне порядком надоели все эти загадки, – я шагнула в кухню, уже оттуда крикнув: – Послушай раненого, как стонать начнет – меня позови. Вдруг не услышу. Хорошо?

Ответа я не ждала, но тем не менее от дверей донеслось: – Хорошо.

– Вот и славно!

Достала вилок капусты, большой нож, разделочную доску и принялась шинковать кочан, тихо напевая себе под нос.

– Помочь? – вопрос, заставивший меня замереть. Ведь велено было не пускать никаких гостей в дом, за стол не садить, чаю не наливать. – Неси сюда, твой больной проснулся, пока ты с ним возишься – я все подготовлю.

Вот об этом мне никто ничего не говорил. Я не знала, как себя нужно вести, но что-то мне подсказывало, что Кощей сейчас искренен, обидеть не сможет и поэтому, водрузив все на широкую доску, вынесла сначала в гостиную, а затем поднялась на небольшое возвышение, навроде крылечка, выводившее уже к выходу в сени.

– Не бойся, не обижу! – Проговорил Кощей, внимательно за мной наблюдая. – Ты меня заинтересовала, потом съесть успею, сначала пирогов отведаю.

Я рассмеялась, вручая ему все необходимое и недоуменно озираясь по сторонам в поисках стола.

– На улице я, не теряй. Если что – зови! – Он подмигнул и растворился прямо в воздухе.

– Мистика какая-то. Надеюсь, я все еще в здравом уме и трезвой памяти. Последнее – важнее! Компоты тоже разные бывают! Неизвестно, что в них намешано бывает, да с каким сроком годности. Бродить начать могут. – Пробормотала, входя в светлую больничную палату, встречаясь с пронзительными глазами цвета грозового неба.

– Привет! – прохрипел мужчина, тут же закашлявшись.

Глава 30

Я кинулась к раненому, вытирая руки об ажурный фартук.

– Ты очнулся?! – В восторге произнесла, едва не бегом подходя к кровати.

Но Гарри меня уже не слышал, снова погружаясь в водоворот беспамятства – он начал бредить, постоянно звал какую-то Клэр, называя ее своей сестрой. Отца. И ругался на мать, обвиняя ее в том, что посадила его в темницу.

Я просто тихо сидела рядом, внимательно наблюдая за больным. Время от времени осторожно прикладывая ладонь ко лбу, щекам, с трудом сглатывая рвущийся из горла стон.

Все было плохо! У Гарри начинался жар, а это говорило лишь о том, что в раны попала инфекция. У меня не было ничего, чем я могла бы облегчить его состояние.

– Кроме брусники! – Вскочила со стула, кинувшись на кухню, – Нужно приготовить морс! Хоть так попробую сбить температуру. Да капустным листом облажу, он хворь вытягивает. Так говорила бабушка. – Бормотала, носясь по кухне как сумасшедшая.

– Еще бабушка что-то про тесто говорила, нужно вспомнить! – тут же кинулась в кладовую.

Буквально через полчаса все было готово. Тесто стояло в теплом месте, накрытое красивым рушником, морс охлаждался в холодильной комнате, а я с остервенением раздирала кочан капусты, выкладывая горкой листы.

– Ксания! – Позвал Кощей с порога. – Все готово, забирай. Помощь еще нужна?

Стремительно выбежала навстречу мужчине, покачав головой – нет.

Ведь звать его в дом запрещено, а в ограде я не появляюсь – тоже запретили, так что границы наших интересов пока не пересекаются.

– Тогда я уйду. Дела есть. Если что – зови! – Озорно блеснув белыми зубами, проговорил Кощей.

– Мне не велено. Забыл? – Я с трудом держала таз, полный мелко, нашинкованной капусты. Так, профессионально не каждая хозяйка сделает, а здесь мужчина! Да еще волшебный, ну или сказочный!

Он снова засиял улыбкой, наклонившись ко мне, ощутимо натыкаясь на невидимую преграду, словно лицо к стеклу приложил.

– Так ты по делу, а не просто так. Не бойся, говорю же, съесть я тебя всегда успею, а сейчас пирогов шибко хочется. – Он приложил к преграде ладонь, словно ждал, что и я так поступлю.

А я красноречиво указала глазами на таз, который с трудом держала двумя руками. Только капусты на трех сковородах тушить нужно! Да еще останется.

«Квашеная капуста – богата витаминами» – сверкнуло воспоминание.

Отлично! Сегодня весь день пройдет на кухне. Но я точно вырву Гарри из рук костлявой, не отдам ей мужика.

В это время Кощей усмехнулся, подмигнув глазом в черном облаке густых ресниц.

– Вечером жди! Стол накрывай! – шепнул и снова растворился в воздухе,

Как Чеширский Кот, только улыбка в воздухе не повисла! – развернулась с огромным тазом на узкой лесенке, с трудом удержав равновесие. Недовольно пробормотав; – тебе еще упасть для полного счастья нужно, Оксана.

Я поставила таз на стул. Пододвинув его поближе к печке. Сбегала до Гарри, влив в него три ложки морса, обернула его всего в капустные листы, решив, что если даже не поможет, то хуже точно не будет. И довольная вернулась – готовить. Единственное – отчего пела моя душа каждый раз.

Пока тушила капусту, буквально на трех сковородах, еще несколько раз наведывалась к больному, меняя листы и вливая по каплям морс. Лучше не становилось, но и хуже – тоже. Одно это вселяло надежду, что у меня все получится.

Тесто наливалось силой, готовясь превратиться во вкусные пирожки, поджаренные на топленом масле, которого в холодильном шкафу было в избытке, а вот о растительном даже ничего не напоминало.

– Нужно будет спросить у Фазиля, если вспомню, конечно. – Сделала в своей памяти пометочку.

С довольным видом оглядывая кухню.

Пирожки ровными рядами лежат на противнях в расстойке, а я приступила к квашению капусты.