Текст книги "Принцесса и Пончик (СИ)"

Автор книги: Ната Броте

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Глава 18

Глава 18

Через три дня после ритуала Анна и Костя сидели в кабинете, теперь уже бывшего, директора института, они остались одни, совещание с Зуевым и ещё какими-то начальниками закончилось полчаса назад.

Директор Серебряков сбежал, попечители, они же жрецы, арестованы. Институт закрыли и преподавателей, персонал и студенток распустили по домам, Анна осталась без работы.

Константин утешительно погладил Анну по руке.

– Про портреты слышала? – спросил Костя, продолжая поглаживать Анну по руке.

– Да, мне ещё в первый день показалось, что они клонированные, а оно вон как.

Они помолчали.

– Что теперь? – спросила Анна.

– Что? Катя погибла при исполнении, так что подам рапорт и уйду в отставку.

Помолчав, Костя добавил.

– Займусь, не знаю, может, кофейню открою.

– Кофейню?

– Ну а что? Назову «Пончики от Кати».

Он рассмеялся, увидев, как вытянулось лицо у Анны, еле успел увернуться от её тычка.

– Тогда уж лучше по теме «Принцесска Костик» – мстительно прошипела она.

Помолчав, она спросила.

– Кофейня? Серьёзно?

– Серьёзно. Тебя директором найму, ну и женой по совместительству, – сказал Константин и затих в ожидании.

– Ты делаешь мне предложение в кабинете маньяка?

– Ну а где ещё. Всё как в крутых боевиках, поцелуи перед боем и пара уходит в закат на фоне руин – в процессе Костя активно жестикулировал и на словах про закат вытянул одну руку вперёд, а второй подвинул к ней коробочку с кольцом, так и завис с задумчивым взглядом вдаль.

Анна посмотрела на коробочку, потом на Костю.

– Не убедил.

Костя вышел из романтической роли, повернулся к Анне и спросил.

– Ты меня голым видела?

– Да – не ожидая подобного вопроса, ответила Анна, сопроводив слова кивком.

– Ты со мной всяческие непотребства в постели делала?

Анна покраснела, Костя возликовал, ему нравилось её смущать.

– Да – всё же ответила Анна.

– Ну тогда ты просто обязана выйти за меня замуж, спасти мою честь от поругания.

– Кто поругать будет?

– Генерал, кто ж ещё. Он обещал, что, если с его малышки упадёт хоть один волосок... А я с тебя не только волосок. Я, можно сказать вон, что и не один раз. Анют, я жить хочу – заканючил Константин.

– Хорошо, но только если ты перестанешь называть меня Пончиком.

Она открыла коробочку, посмотрела на кольцо.

– Договорились – сказал он и добавил шёпотом – Пончик.

Анна со звуком захлопнула коробочку, сделав строгое лицо, посмотрела на Костю и с самым серьёзным выражением произнесла.

– Хорошо, Принцесса, но кольцо я надену только после того, как мы всё разгребём. И никому ни слова.

Костя поморщился на слове «Принцесса», но потом расплылся в улыбке и кивнул.

Анна смотрела на него и видела, как меняется выражение его лица со счастливого на хидровыдуманное. Сердце ёкнуло, но она сегодня устала и в то же время счастлива и решила подумать об этом завтра.

Наивная.

Утром, проснувшись, она обнаружила на пальце кольцо, а в телефоне кучу поздравлений от родственников, друзей и ещё неизвестных лиц.

Этот конь белый, то есть принцесса на белом коне, то есть сволочь белобрысая, пока Анна спала надел ей кольцо и наделал фоток их сплетённых рук и выложил в соцсети с подписью: «Она сказала ДА!»

Всё это осознав, Анна решила его прибить прям сейчас, и досрочно выйти во вдовы, экстерном, так сказать, минуя этот в принципе уже не нужный процесс бракосочетания в ЗАГСе.

И вот в тот момент, когда она уже додушила и добила сковородой (она не определилась со способом), объект, или точнее, будущий труп появился в дверях с подносом, на котором дымилось кофе.

– Ты – прошипела она.

– Я – радостно ответил будущий труп... или будущий муж, Анна слегка путалась в показаниях.

Костя расставил кофейные чашки на столике.

– Вот кофе принёс будущей жене. А ты чем занимаешься? – он с любопытством посмотрел на пыхтящую Анну.

– Ты.

– Повторяешься.

– Да я тебя... да я тебе сейчас знаешь что? Да я с тобой сейчас такое сделаю.

– Ого, интригующе звучит.

– Да я тебя...

– Я понял! – воскликнул вдруг Костя – Ты планируешь нашу семейную жизнь!

Анна подвисла, открыв рот и вопросительно посмотрела на Костю.

– Ну как, ты же сейчас чётко сказала, что планируешь жизнь со мной... ты меня сейчас..., да ты со мной... Любишь меня, да? – с придыханием спросил Костя и заглянул в офигевшие глаза Анны.

– Ах ты гад – в Костю полетела подушка.

Разъярённая Анна пыталась достать Костю чем ни будь, но он уворачивался, а затем непонятно, как Анна оказалась скручена по всем правилам, выслушать её не выслушали, но уговаривали долго и подробно, а потом они умиротворённо пили остывший кофе.

Год спустя

Кофейня находилась в центре Нижнего Новгорода, на тихой улочке, где редко проезжали машины. Снаружи она выглядела как обычное заведение с вывеской рукописным шрифтом, летом выносили столики на улицу, горшки с живыми цветами у входа. Поздней осенью внутри было по-домашнему уютно: мягкий свет ламп, деревянные стулья, книжные полки вдоль стен, заставленные старыми томами. На стойке стоял большой поднос с пончиками, посыпанными сахарной пудрой, а рядом табличка: «Пончики от Кати. Лучшие в городе».

Анна стояла за стойкой и протирала чашки, на ней был фартук с логотипом кофейни в виде смешного пончика. Она уже привыкла к этой работе, хотя иногда ей казалось странным, что дочь генерала и бывший следователь моет посуду и печёт пончики, но это была её жизнь, и ей она нравилась, а уж как нравилось это генералу, не передать словами.

Поначалу он был категорически против оперативника в мужьях своей дочери, но потом, поняв, что кофейня – это не СК, сдался и теперь всячески напоминал о себе звонками и вопросами ну, когда же уже он понянчит внуков.

За стойкой раздался шум, который выдернул Анну из мыслей об отце, и из кухни вышел Костя. Она улыбнулась, глядя на него, он подстригся коротко и старался часто не бриться, чтобы было видно щетину и уж точно больше никто не сравнивал с «Катей». На нём был чёрный фартук, такой же, как у Анны, и он выглядел совершенно счастливым.

– Пончик, – сказал он, подходя сзади и обнимая её за талию, – у нас закончилась мука, но пончики всё ещё есть. Это чудо.

– Просто хочешь съесть всё сам, – усмехнулась Анна не оборачиваясь.

– Ну, – он поцеловал её в плечо, – я же должен следить за качеством продукции.

– Ты должен следить за тем, чтобы мы не разорились.

– Это тоже.

Анна отложила чашку и повернулась к нему, в кафе было тепло, несмотря на мороз за окном.

– Знаешь, что сегодня к нам должны прийти гости? – спросила она.

– Знаю, – кивнул Костя. – Гвоздиковы, сообщили вчера.

– Ты сказал Тонечке, что я здесь работаю?

– Я сказал, что мы здесь работаем, – поправил он. – И что мы женаты.

Анна усмехнулась.

– Она всё равно на меня косо смотрит.

– Тонечка на всех косо смотрит.

Анна хотела ответить, но дверь кофейни открылась, и внутрь ввалились Гвоздиковы.

– Анна Сергеевна! – прогудел Гвоздиков, и его голос заполнил всю кофейню. – Костя!

Он подошёл и начал обниматься, чуть не сломав Анну своими медвежьими объятиями, за ним, недовольно поджав губы, стояла Тонечка и смотрела на Анну, всем своим видом показывая, что она не забыла тот случай в подвале и Анну на руках у Коли.

– Тонечка, – сказал Гвоздиков, заметив её взгляд. – Не начинай, они уже женаты.

– Я ничего не говорю, – ответила Тонечка, но голос её был ядовитым.

– Ты думаешь, – вздохнул Гвоздиков.

– Я ничего не думаю, – отрезала Тонечка, но её взгляд всё ещё скользил по Анне.

Анна натянула улыбку и пригласила их за столик.

– Присаживайтесь, Костя сейчас принесёт кофе и пончики.

– Свежие? – оживился Гвоздиков. – Обожаю пончики, особенно с повидлом.

– У нас есть с повидлом, – ответил Костя. – шоколадом и ванилью.

Тонечка села за столик и сложила руки на груди, смотря на мужа, который уже начал улыбаться во весь рот, предвкушая пончики.

– Ты опять ешь всё подряд – сказала Тонечка.

– Тонечка всегда заботится о моём здоровье, – сказал Коля с улыбкой и посмотрел на Костю. – Это так... трогательно.

Костя ухмыльнулся и пошёл на кухню за заказом, Анна осталась стоять у стойки, наблюдая за этой парой. Выглядели они так же, как год назад, Тонечка с подозрением, Гвоздиков… Гвоздиков всё так же верит в любовь Тонечки и не замечает её ревности.

Когда Костя вернулся с подносом, на котором стояли чашки с кофе и тарелка с пончиками, Анна подошла и встала рядом. Он поставил поднос на столик, потом подошёл к ней и обнял за талию.

Тонечка, увидев это, расслабилась, но Гвоздиков, занятый пончиками, ничего не заметил.

– Хорошо у вас здесь, – сказал он, откусывая кусок. – Уютно и пончики вкусные.

– Спасибо, – поблагодарил Костя. – Это всё Анна, главный кондитер.

– А ты кто? – спросила Тонечка с подозрением.

– Я главный... дегустатор, – ответил Костя, и Анна фыркнула.

Когда Гвоздиковы ушли, Анна стояла у окна и смотрела на улицу. Костя подошёл и снова обнял её.

– Скучаешь по тому времени? – спросил он.

– По тому, как ты падал на каблуках? – Анна усмехнулась. – Нет.

– А я скучаю, – сказал он. – как ты краснела, когда я поцеловал тебя в подвале.

– Я не краснела, – ответила Анна, но она покраснела от воспоминаний.

– Краснела, – настаивал Костя. – Ещё как.

– Ты был неотразим, – Анна повернулась к нему и продолжила. – В юбке.

– В юбке? – он усмехнулся. – А без юбки?

– Без юбки ты тоже неплох, – сказала она, и Костя засмеялся.

Он замолчал на несколько секунд, затем сказал:

– Слушай, Пончик... а что, если мы... ну, съездим туда? Просто посмотреть?

Анна повернулась к нему.

– Ты серьёзно?

– Ну а что? – он пожал плечами. – Там же красиво и никто никого не приносит в жертву.

Анна рассмеялась, вспомнив подвал с алтарём и Серебряковым в розовой мантии, и то, как Костя, голый, перепачканный кровью, сидел на каменной плите и улыбался ей.

Она прижалась ближе и поцеловала его, долго, смакуя каждое мгновение.

Институт «Снегири» теперь был обычным пансионатом. Директора Серебрякова всё же поймали, и он уже сидел в тюрьме вместе с попечителями. Большого скандала не вышло, слишком много известных фамилий было замешено, но журналисты пытались.

Анна не жалела о прошлом, жалела только о том, что много девушек не дождались помощи.

– Слушай, Пончик, – сказал Костя, отрываясь от поцелуя. – А может, правда съездим? Я серьёзно.

– Ты хочешь увидеть место, где тебя чуть не зарезали?

– Я хочу увидеть место, где я впервые понял, что люблю тебя, – ответил он. – И где ты меня разоблачила.

Анна посмотрела на него и согласилась.

– Ладно, – сказала она. – В воскресенье, без каблуков.

– И без юбок, – добавил Костя.

– И без юбок, – согласилась Анна.

И они пошли в кухню, где ждали новые пончики и новая жизнь.

#

Константин

Я смотрю на неё и не могу поверить. Прошёл год. Мы прошли через ад, и мы выжили, открыли кофейню. Пончик моя.

Институт «Снегири» теперь просто старый пансионат. Серебряков сидит в тюрьме, всё кончилось, но я не могу забыть начало наших отношений.

Я помню, как увидел её в первый раз, точнее, не её, а пончики… но это был точный выстрел.

Влюбился в неё тогда и люблю её до сих пор.

– Пончик, – говорю я. – Ты знаешь, что я никогда не перестану тебя называть Пончиком?

– Знаю, – отвечает она. – И я никогда не перестану тебя называть Принцессой.

– Это нечестно.

– Всё честно, – улыбается она.

– Кстати, а почему Принцесса?

Она отставляет чашку.

– Я никогда не мечтала о принце на белом коне. – Пауза. – И встретила Принцессу, которая потом оказалась наглым, блондинистым оперативником.

Я смотрел на неё и молчал.

– Коня, правда, не было. Но, Принцесса вышла огонь, одна пощёчина Степанову чего стоит. Так что я не в обиде.

Мы рассмеялись.

– Пончик, – говорю я.

– Принцесса, – отвечает она.

Всё честно.