Текст книги "Хрустальная мечта (СИ)"

Автор книги: Наиль Якупов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Раненые в машине переполошились и застонали от боли. Броневик из последних сил сделал рывок, развернулся и чуть не опрокинувшись, помчался сквозь облака пыли. Следом обрушились ещё снаряды, но попасть по машине им не удалось. Выжимая газ, механик отчаянно мчал машину прочь. Попытки уничтожить броневик прекратились, канонада стихла, автоматические пушки замолчали, так как цель уже была для них недосягаема. Экипаж броневика был насмерть перепуган тем, что оказался на волосок от смерти, к тому же тесное пространство усиливало страх.

– Я же гов…говорила, а вы мне не пов…поверили! – нервно крикнула девушка.

Капитан Музыка виновато покраснел и промолчал. Юная лётчица грустно опустила голову. Кравчик был удивлён тому, как враг быстро смог захватить город, и это его огорчило. Машина отъехала от Прон на достаточное расстояние и остановилась возле обочины. Все молчали. В затхлом пространстве броневика висела нервозность и напряжение. Капитан осмотрел раненых.

– Мертвы, – тихо сказал он.

Кравчик почувствовал холод и пустоту. Он ощутил соприкосновение со смертью. Наблюдая вблизи её последствия, он понимал, что это может произойти и с ним, поэтому как‑то по – иному чувствовал жизнь. Перед лицом неминуемого заката внутри него, эта самая жизнь, начинала бить ключом. Его эмоции усиливались, он мыслил своё тело и окружающий мир иначе. Различные идеи возникали в голове, парень искал смыслы и решения. Юный ополченец почувствовал, что должен обязательно отомстить за этих незнакомых ребят, почувствовал близость с этими воюющими людьми. Правда, через несколько минут он понял, что мысли эти, бредовые. Он посмотрел на девушку – пилота и ему сделалось спокойней.

– Кравчик, возьми лопату, которая прикреплена на крыше броневика. Наших товарищей надо похоронить, – спокойно сказал капитан, указывая на погибших.

Парень, молча, пополз к выходу из машины. Он был рад любой работе, лишь бы заглушить поток размышлений у себя в голове.

– Я помогу, – вдруг сказала девушка и последовала за ним.

Солнце начало опускаться за горизонт. Наступал вечер. На небе засияло оранжевое зарево. Становилось всё прохладней и прохладней. В траве невероятно громко зашумели насекомые. Птицы, как безумные, начали метаться в небе. Похоже, это было последствие взрыва. Животный мир чувствовал аномалию ядерного гриба и начинал сходить с ума.

Солдаты по очереди рыли ямы. Капитан был недоволен тем, что принцесса вызвалась помогать, и не разрешил ей заниматься общим делом, из‑за чего та очень рассердилась. Земля была сухой и рыхлой, так что копать оказалось несложно. Вскоре могилы были успешно вырыты. Солнце совсем уже зашло за горизонт. На степь опустилась ночь, а вместе с ней подул холодный ветер. Кравчик с неприятным чувством наблюдал за тем, как двух мёртвых солдат опустили в ямы и методично стали засыпать. Он не знал, какая вера у этого народа, и какие у них обряды, поэтому немного растерялся в ожидании погребальных обычаев. Но никаких обрядов не было, солдат просто закопали и всё.

Юный ополченец прогнал грустные мысли прочь. Из‑за наступившего мрака ему и без того становилось страшно. Парню начало казаться, что он снова под тучами ведьмы, и это пугало. Опираясь на воткнутую в землю лопату, капитан достал пачку папирос и закурил. Кравчику было муторно от всех этих происшествий, поэтому он тоже решил закурить, хотя особым курильщиком никогда не был. Взяв у командира сигарету, он отошёл в сторонку и затянулся. Ему хотелось побыть одному. Парень сел на землю и глубоко вдохнул дым табака. Сигарета ничем не отличалась от тех, что были в его мире. 'Папиросы везде одни и те же', – подумал молодой человек.

Вокруг было темно. В порывах холодного ветра стоял запах трав ночного луга. Вдруг юный ополченец почувствовал, что сзади к нему подошла Зоя. Она тоже держала в руках сигарету.

– Я вообще‑то не курю, но иногда, – словно оправдываясь, пояснила девушка тихим голосом и присев на корточки рядом с парнем, пустила облако дыма.

– Ты и впрямь принцесса? – спросил парень.

– Да, – недовольно ответила та.

– И ты на войне? – удивился Кравчик.

– А что?

– Ничего.

– Кругом столько смерти, – пытаясь переменить тему, сказала девушка – пилот.

Молодой человек понял, что разговор о королевском титуле не по душе его собеседнице и больше об этом не спрашивал.

– Капитан полный идиот, – тихо проговорила Зоя, глядя вдаль.

– Он пытался спасти раненых, – словно оправдывая его, ответил парень.

– Он долж…должен был принять во внимание мои слова, а он чуть нас всех не угробил, – ответила девушка, глубоко затягиваясь папиросой. В следующее мгновение она разразилась кашлем.

– Я поверил тебе сразу, – улыбаясь, проговорил юный ополченец.

Девушка откашлялась и улыбнулась в ответ.

– Это очень необычно, что ты не знаешь обо мне. – Улыбаясь, заметила девушка и добавила. – Другие автографы просят и ручку целуют.

Парень промолчал. Выбросив папиросу, он посмотрел собеседнице в глаза. Зоя несколько раз кивнула, как бы подтверждая сказанное. Она докурила сигарету и встала в полный рост. Кравчик тоже вскочил с земли. Вокруг уже было совсем темно и холодно.

– Лейтенант, ополченец! – раздался зовущий, командный голос капитана.

Девушка и парень поспешили к броневику. В темноте стояли два солдата и офицер и пристально смотрели на вернувшихся.

– Значит так, – сходу начал капитан Музыка, – будем прорываться в столицу. Надо сообщить о том, что у ведьмы есть бомба.

– И как будем прорываться? – спросил механик.

– Обойдём Проны с востока, – не совсем уверенно ответил капитан.

Кравчик посмотрел на Зою. Та стояла, опустив глаза, и не решалась возражать.

– Лейтенант, а вы что скажете? – вмешался юный ополченец, стараясь подыграть девушке.

Капитан и другие солдаты удивились тому, что этот чужак вдруг подал голос, а Зоя тут же подхватила его слова.

– На востоке идут их кол…колонны. Они охватывают нашу армию в клещи. Это очевидно. Мы выскачем, пря…прямо на них. Надо искать другой путь.

Капитан Музыка не возражал. Он чувствовал вину за то, что не послушал лейтенанта ВВС и как угорелый помчался в Проны. Теперь он был более дружелюбен.

– Можем пройти через их территорию, – вдруг заявил наводчик.

Все удивились.

– И вправду, можно попробовать проехать через город Гират, – поддержал его капитан.

– Но это территория под тучами ведьмы, – заметила Зоя.

– После прорыва нашей армии выехать к Гирату будет легче всего, а там, через лес, к нашим позициям, – спокойно пояснил капитан Музыка.

– А топливо? До Гирата его как раз хватит, а вот дальше? – озадачившись, спросил водитель.

– Мы же будем проезжать через наших, наступающих. Вот и заправимся у них, – ответил капитан.

Все одобрительно промолчали. Кравчик же и вовсе не понимал географию этого региона и не знал, что даже и думать.

– Решено. Будем пробиваться через Гират. В машину! – строго скомандовал офицер.

Бойцы запрыгнули в потрёпанный, но всё ещё целый броневик, в котором после смерти раненых стало немного просторней. Машина по той же дороге поехала обратно к линии фронта. Не доезжая до передовой, она свернула с основного пути на извилистое ответвление, уходящее куда‑то вправо. Этот путь был уже незнаком юному гостю этого мира. Да и что он мог разглядеть в темноте?

Внутри корпуса загорелась небольшая лампочка. Капитан Музыка сменил водителя, позволив тому немного вздремнуть. Он также приказал заснуть Кравчику и Зое. Это вызвало у парня ухмылку. 'Как можно спать, полусидя, в дрожащей машине, под тарахтение двигателя, да ещё по приказу?' – удивлённо подумал он. Ещё больше его озадачило то, как сможет сделать это принцесса. Но, к его удивлению, девушка улеглась на грязный пол, свернулась калачиком и подложив под голову рюкзак, задремала. Глядя на неё, парень тоже попытался устроиться, что называется поудобней и попробовать заснуть, но на него потоком нахлынули мысли и воспоминания, от чего ему стало грустно. Он снова стал задавать себе вопросы и думать о Самуре, тем самым истязая свой разум. Размышляя, молодой человек не заметил, как медленно стал погружаться в сон. Несмотря на ужасные условия дрожащего броневика, он заснул. Усталость, как говорится, взяла своё.

Проснулся Кравчик от сильного грохота и шума. 'Взрывы!' – пронеслось у него в голове. Он вскочил, хватая руками карабин. Нога зацепилась за какой‑то изъян пола, поэтому парень свалился на Зою. Та недовольно оттолкнула его в сторону.

– Взрывают, – сонно пробормотал он.

– Нет – нет, это гром, – ответила девушка, хватая ополченца за плечи и пытаясь успокоить.

И, похоже, ей это удалось, юноша начал приходить в себя. Он по – прежнему находился в тесном и душном броневике, освещённом тусклой лампой, в этом непонятном мире, на этой непонятной войне. Успокоившись и сев на пол, парень начал протирать лицо ладонями. Вдруг он почувствовал, что сверху на него капает влага. Поток холодной воды потёк ему прямо за шиворот. Он недовольно отодвинулся и сонными глазами посмотрел в смотровую щель, что была в корпусе броневика у него за спиной. Всё, что он там увидел, это кромешную темноту и сильнейший ливень. 'Снова в мире мрака', – огорчённо подумал Кравчик.

– Тучи ведьмы проливают воду, – вслух пояснила девушка.

– Для чего эти тучи? – спросил парень, глядя на спокойное лицо принцессы.

– Чтобы мы, пилоты, не летали. А её дирижабли в темноте бороздят свободно. Хотя некоторые считают, что ведьма просто любит ночь, – тихим голосом ответила девушка, поправляя волосы.

– С них идёт дождь?

– Да, они держатся десять день, проливаются дождём и исчезают. Потом ведьма напускает новые. Возможно, это какая‑то технология или, как считают многие, магия.

– Там, в болотах, под тучами на меня напало нечто похожее на червя, – с ужасом вспоминая, проговорил парень.

– Мокрицы, – пояснила девушка.

Кравчик посмотрел на неё удивлёнными глазами. Он всегда думал, что мокрицы это маленькие безобидные рачки, живущие в сырых местах под камнями, а не гигантские свирепые монстры.

– Много месяцев там идёт дождь, и нет света, вот и заводятся мокрицы, – пояснила Зоя.

Парень передёрнулся от одной мысли об этих тварях. Ему страшно было даже предположить о том, что будет, если они наткнутся на одного из этих монстров по дороге.

– Просыпайтесь все! Красные огни, передовая! – вдруг крикнул капитан, обрывая разговор парня и девушки.

Спящий механик, услышав голос командира, вскочил и поспешил сменить офицера у руля. Машина начала тормозить и постепенно остановилась полностью. Снаружи доносились какие‑то неразборчивые крики. Наводчик открыл люк башни. На него как из душа полилась дождевая вода, которая потоком потекла в днище машины, образовав лужу. Вода струями омывала весь корпус, сочась через щели и отверстия. Из темноты на наводчика светил мощный фонарь, с трудом пробивающий мрак и сплошную стену ливня.

– Кто вы? – раздался глухой голос человека, светящего фонарём.

– Шестой механизированный эскадрон, нам за линию фронта, – ответил наводчик.

– Куда? – удивился военный.

Два других в этот момент подошли к машине. Капитан Музыка отворил люк, встречая гостей. В дверном проёме показались силуэты в дождевиках.

– Капитан Музыка. Срочное донесение! – прочеканил согнувшийся капитан.

– С донесением на ту сторону? Странно выходит… – вялым голосом ответил один из стоящих под дождём.

– Мы окружены, так что теперь, тут везде другая сторона. Будем пробиваться в столицу через Гират. Да, и с нами принцесса Зоя, – раздражённо пояснил Музыка.

Военные, стоящие в потоке дождя, оглядели броневик. Похоже, их сомнения развеялись.

– Ну, раз так, скажу вам прямо, – начал военный в дождевике, – тут нет сплошного фронта, мы прорвали его. Ведьма наспех подтянула какие‑то части. Ну а дальше мы трогаться не можем, нам не поступают приказы, нет управления. Так что прорывайтесь, если хотите, как говориться на свой страх и риск.

– Спасибо, – вежливо проговорил Музыка и добавил. – Ещё одна небольшая просьба, отвлечёте их ложной атакой?

– Так и быть, поможем.

– А ещё нам нужно топливо, – не сбавляя наглости, сказал Музыка.

– Хорошо, заправим вас, – недовольный большим количеством просьб и уступок ответил военный в дождевике.

– Спасибо. Давайте теперь обсудим, где нам лучше пробиваться, – радостно проговорил Музыка, разворачивая карту.

Военный, мокнущий в потоках ливня, шустро залез в броневик. Похоже, он был рад хоть ненадолго очутиться в относительно сухом пространстве. Вдвоём офицеры начали обсуждать какие‑то военные тонкости. Кравчик не слушал их разговор, ему была неинтересна вся эта военная белиберда. Он свыкался с ролью пешки с оружием в руках и был погружён совсем в другие раздумья. Парню стало грустно, тело чесалось от грязи, а голова трещала от усталости. Он не мог понять, зачем нужна человеку вся эта ерунда под названием война.

План был разработан. Отдав честь, военный с фонарём вернулся обратно под проливной дождь, а Музыка приказал всем готовиться к прорыву. По его словам, Кравчик должен был стрелять из пулемёта, ведь он заменял погибшего стрелка. Тяжело вздыхая, Кравчик сделал вид, что приготовился к атаке. Он замер, вслушиваясь, как по железной крыше броневика громко колотили струи ливня. Юноша не знал, куда нажимать и как себя вести и поэтому заволновался. Внезапно раздались взрывы, искры полетели куда‑то в темноту. В ста метрах поодаль, солдаты открыли отвлекающий огонь. В тот же миг, им в ответ, полетела светящаяся струя пулемётных пуль. Грохот и треск глушился шумом ливневого дождя. Капитан скомандовал 'Вперёд!' и машина поехала во мрак.

Всё произошло быстро, дождь затруднял видимость, так что бронемашину не засекли, поэтому, вскоре она уже мчалась, оставляя за собой звуки и вспышки отвлекающего боя. Стрелять Кравчику так и не пришлось, чему он сильно обрадовался и от чего облегчённо вздохнул. Машина ехала в ночной тьме. Дождь постепенно стихал, отвлекающий бой остался давно позади, но экипаж всё равно был наготове, ведь произойти могло что угодно. Так прошло несколько часов. Парень думал только о том, как бы не наткнулись на этих ужасных мокриц. От одной только мысли о них ему делалось необычайно мерзко.

– Глянь, вон он, Гират, – вдруг сказал наводчик, подзывая Кравчика рукой и уступая ему оптический прицел.

Парень приподнялся и взглянул в отверстие прицела. Он увидел светящиеся огни расположившегося неподалёку города. Темнота вокруг была не столь черна, как раньше. Судя по всему, как и говорила Зоя, тучи пролили дождь и постепенно начали рассеиваться, а небо приобретало обычный цвет и уже не сливалось с землёй в единый непроглядный мрак.

– Этот небольшой город много месяцев под властью ведьмы. Похоже, преобразования в нём уже начались, – с ухмылкой заметил наводчик.

Кравчик с интересом ещё раз прильнул к прицелу. На фоне чуть светлого горизонта и чёрной земли возвышались постройки, мерцающие окнами и фонарями. 'Невероятно, но это так похоже на мой родной город!' – онемев, подумал парень.

И вправду, город напоминал те места, откуда был родом молодой человек.

– Объедем его, туда нам соваться незачем, – громко сказал капитан Музыка.

Услышав эти слова, юный ополченец расстроился. Его тянуло в Гират, ведь там он наверняка смог бы найти ответы на свои вопросы. 'Жаль' – подумал он.

Город приближался, и машина начала сворачивать вправо, желая обогнуть его по дуге, но неожиданно раздался сильный грохот. Броневик подлетел вверх словно игрушечный. Всех, кто находился внутри, тряхнуло с невероятной силой. Люди попадали кто куда, не поняв, что происходит. Раздался громкий звон, казалось, что он вот – вот разорвёт барабанные перепонки. Перед глазами всё завертелось. Низ стал верхом, верх низом. Уши заложило, откуда‑то внезапно повалил дым. Кравчика переполошило и вывернуло, словно наизнанку. Не поняв, что случилось, он растерялся, но в одно мгновение увидел, что люк рядом с ним открыт и из него выползает наводчик. Всё, что он успел сделать, так это без оглядки броситься вслед за ним, и в ту же секунду, больно ударившись головой, грохнутся на землю. Вокруг был дым, юный ополченец услышал крик. Шокированный, он вскочил и спотыкаясь, бросился в сторону, но зашатавшись упал. Подняв голову, Кравчик увидел, как из распахнутого переднего люка вылезает Зоя, а вслед за ней капитан, который тащит на себе механика. Юноша вскочил и шатаясь, бросился на помощь.

– Что случилось? – крикнул он, подбегая к командиру.

– Мина, – коротко и злобно ответил Музыка. Из‑за звона в ушах его голос казался приглушённым и едва уловимым.

Экипаж отбежал в сторону от перевёрнутого броневика, из стального чрева которого шёл столб дыма. Капитан положил своего товарища водителя на траву. Только сейчас Кравчик увидел, что передняя ось бронемашины оторвана и лежит в нескольких метрах от перевёрнутого на бок корпуса. Парня охватил страх, он испуганно огляделся по сторонам, ожидая выстрелов.

– Сейчас рванёт! – кашляя, прокричала девушка.

– Нет, дымит двигатель, пожара нет. Наше счастье, что мина слабая, возможно, даже наша противомеханизная, – не слыша своего голоса, громко заорал капитан, нагибаясь над товарищем.

– Что с ним? – растерянно спросил юный ополченец.

– Взрыв на кабину пришёлся, – раздражённо пояснил Музыка, светя на механика карманным фонарём.

Кравчик увидел, что из бедняги, чьё имя он даже не знал, торчит окровавленный железный обломок. Солдат истекал кровью. Капитан принялся оказывать первую помощь, но всё было напрасно. Через несколько минут водитель умер. Это была ещё одна жертва проклятой войны. Капитан Музыка закрыл лицо фуражкой. Он не хотел, чтобы остальные видели его слёзы. Наводчик сидел рядом, опустив голову. Было понятно, что эти ребята знали друг друга давно.

Оглушённые взрывом мины, юный ополченец и Зоя, увидев всё это, отошли в сторону. Они уселись на какую‑то корягу и молча, уставились на разбитый броневик. Их мутило от встряски, головы гудели. Им не верилось в то, что они остались живы. А с неба капал мелкий дождь, принося хоть какое‑то облегчение.

– Похороним его, – раздался тихий голос капитана.

Наводчик молча направился к машине и взяв две лопаты, вернулся обратно. Немного поразмыслив, он и капитан стали копать яму. Вокруг была ночь, но это не была та кромешная темнота, что висела во время наступления. Просто ночь с чуть подсвеченным небом, позволяющим слегка различать предметы.

Раздались методичные звуки вгрызающихся в землю лопат. Кравчику вдруг стало необычайно тошно от всего этого. Смерть снова была рядом, она сидела где‑то в нескольких метрах от него и угнетала своим присутствием. Невыносимое чувство терзало душу, поэтому парень решил пойти прогуляться. Просто побродить где‑нибудь, пока эти ребята заняты очередными похоронами. Молодой человек встал и пошёл, оставив Зою одну. Та лишь озабоченно оглянулась, посмотрев парню вслед, и снова погрузилась в свои мысли. Солдаты с лопатами не заметили исчезновения юного ополченца, да и в темноте сделать это было сложно.

А парень тем временем шёл по холмистой местности, прислоняя ладони к заложенным от взрыва ушам. Вокруг витал запах свежести ночного поля, под ногами была мокрая и мягкая трава. Молодой человек от усталости захотел упасть на землю. Ведь его путешествие в этом мире началось именно с того, что он обнаружил себя лежащим на таком же, как этот лугу.

И только он собрался падать, как вдруг в метрах двадцати, в небольшом овраге, засияла белизна. Юный ополченец удивлённо посмотрел на источник света и опешил. Это был белый шар, как будто сотканный из светящихся и переливающихся ниток. Он кружился на дне оврага, маня подойти к себе и дотронуться. Кравчик медленно зашагал к нему. Шар же, словно увидев, что на него смотрят, засиял ещё сильнее и стал увеличиваться. Через мгновение он был выше человеческого роста, а в центре медленно проступил чёрный силуэт. Испуганный парень остановился и стал вглядываться в странный, появившийся ниоткуда контур. Силуэт с каждой минутой становился всё отчётливей. Кравчик испуганно отпрянул, пытаясь достать револьвер, но вдруг увидел перед собой Самуру. Ту самую, которую он потерял в метро и которую так сильно любил.

Парень не мог поверить своим глазам, однако в светящемся и пульсирующем шаре стояла до боли знакомая ему девушка. Он радостно улыбнулся и зашагал ей навстречу. Протянув руку и подойдя совсем близко, Кравчик отчётливо увидел черты любимого лица. Как вдруг неожиданно он почувствовал неимоверную боль, словно в него одновременно вонзились сотни иголок. Потом он услышал громкий крик принцессы Зои и светящаяся пелена мгновенно исчезла. Кравчик оторопел, он был по шею в вязкой, чёрной жидкости, которая бурлила на дне оврага. Липкая слизь окутывала его с ног до головы, она обжигала и колола, испуская страшную вонь. Парень попытался вырваться, но не смог. Ему не на что было опереться, его охватил дикий испуг. Но тут, он увидел протянутый в свою сторону приклад карабина.

– Хватайся! – крикнула стоящая возле оврага Зоя и осветила спасительную винтовку фонарём.

Кравчик схватился за протянутое оружие, а девушка что есть мочи потянула его на себя. Она упала набок, изо всех сил таща хрупкими руками карабин. Благодаря этому парень выкарабкался из слизи наполовину, и смог ухватиться за какой‑то мокрый куст. Зоя протянула руку, которую юный ополченец крепко обхватил. В следующее мгновение он вырвался из бурлящей массы. Парень оказался на сухом берегу оврага, однако он чувствовал то, что слизь не перестаёт тянуться за ним. Он и девушка в ужасе отбежали в сторону. Чёрная субстанция продолжала истерично тянуться в разные стороны, пытаясь ухватить хоть кого‑нибудь в свои мерзкие объятия.

– Пошли отсюда, – тяжело дыша, произнесла принцесса и потянула парня за руку.

– Что это было?! – в ужасе воскликнул Кравчик.

Девушка сделала паузу, переводя дух и волнуясь, ответила:

– Ребята из раз…разведки рассказывали об этом явлении. Это отходы какого‑то наркотика, их выбрасывают на окраины го…городов.

– Внутри была она, – в шоке произнёс парень.

– Кто? – удивлённо спросила Зоя.

– Старая знакомая…

– Наркотик даёт иллюзию исполнения желания. Представляешь, что мо…может сделать куча этой ерунды?! И к тому же использованная…

Кравчик в темноте чуть не споткнулся об какую‑то кочку.

– А что произошло, если бы ты не подоспела?

– Ты бы умер, – коротко ответила девушка.

Парень крепко сжал руку своей спасительнице.

– Спасибо, – взволнованно дыша, тихо сказал он.

Его сердце колотилось, он был взбудоражен, как бывает взбудоражен человек, чудом избежавший смерти. Вокруг была ночь, так что лицо Зои Кравчик не видел. На слова благодарности принцесса ничего не ответила, она молча зашагала обратной дорогой, освещая путь карманным фонарём. Рука молодого человека выскользнула из руки девушки. Парень вздохнул. Теперь от него вдобавок воняло ещё и мерзкой слизью.

Ополченец и принцесса медленно подошли к месту, где был подорван броневик. Капитан и наводчик, к этому времени, уже похоронили своего товарища. Они управились очень быстро, так как земля была мокрой от недавних обильных дождей, и копать её было легко. Уставшие солдаты сидели на земле, отдыхая от работы. Рядом стоял переносной светильник – фонарь. От него распространялся приглушённый жёлтый свет, от которого ощущалась какая‑то мистика.

– Где вас носит? – недовольно проговорил капитан.

Парень и девушка промолчали, не зная, что ответить и с чего начать рассказывать. Усталый офицер безразлично махнул рукой и закурив сигарету, начал громко говорить вместо них:

– Парадокс жизни, знаете, в чём? С одной стороны, ощущение некой значимости, а с другой бессмысленность существования. Трагедия случается тогда, когда человек умирает, а жизнь продолжается, как ни в чём не бывало.

Юный ополченец молча задумался, он хотел что‑то ответить, но не нашёл нужных слов.

– Что будем делать дальше, капитан? – внезапно спросила Зоя, прерывая философский монолог.

Капитан сделал театральную паузу. В воздухе повисла тишина прохладной ночи. Заморосил едва заметный мелкий дождь, подул холодный ветер.

– Не знаю, лейтенант, – неожиданно ответил командир.

'Что случилось с этим бравым офицером?' – удивился Кравчик. Капитан Музыка казался человеком, который всегда знает, что делать, но сейчас он был подавлен и безразличен. Смерть друга сделала его таким. Выходило, что вся бравада была напускной и поддерживалась лишь долгими самотренировками, а вот ощущение смерти вернуло капитана в его естественное состояние.

– Пойдём пешком, может, в городе добудем транспорт, – безразлично предложил офицер.

В ответ все промолчали. Наводчик сидел на траве и думал о чём‑то своём. Зоя стояла, опустив глаза. Только Кравчик был почему‑то готов тут же следовать за командиром, и его удивило безразличие остальных. Наверное, ему просто не терпелось побывать в городе.

– В любом случае нам надо что‑то делать, – тихо произнёс наводчик, вскочив и бросив папиросу.

– Соберите оружие и припасы, идём в город, – раздражённо скомандовал Музыка. Было видно, что он снова входит в роль бравого офицера и от этого ему наверняка становится тошно. 'Это хорошо, попаду в город ведьмы, может, там что‑то и прояснится', – подумал Кравчик и почувствовал себя как‑то бодрей.

Через десять минут были собраны все припасы и оружие. Отряд, шагая по влажной земле, двинулся по направлению к светящимся огням города под названием Гират. Была уже глубокая ночь. 'Странно, я совсем перестал думать о времени. Интересно, который сейчас час?' – спросил сам себя Кравчик. Но узнавать, сколько сейчас времени, он не стал. 'А знают ли они вообще про такую вещь, как часы? Хотя это глупая мысль. Раз они строят аэропланы, то уж о часах знают наверняка', – ответил он самому себе. В следующие мгновение его мысли прогнал внезапно нахлынувший озноб. Тонкий и весь насквозь пропитанный грязью китель не спасал от внезапно подувшего холодного ветра, который хозяйничал в этих полях.

Разбитый броневик остался позади. 'Вскоре его найдут механизмы ведьмы, надеюсь, мы успеем к этому времени далеко уйти', – подумал юный ополченец. Он шёл рядом с Зоей, но та, к его разочарованию, молчала как рыба. Она вообще была немногословной, наверное, потому, что смущалась заикания. Ночь становилась всё светлей и светлей, ведь тучи, напущенные ведьмой, постепенно рассеивались, освобождая небо от черноты. Только звёзд не было видно, словно их кто‑то стёр с небосвода. Город приближался, и уже стали отчётливо видны горящие и мигающие ярким искусственным светом дома и улицы. Ах, как был мил этот искусственный свет для парня, выросшего в большом городе. Ведь его поколение – это урбанистическое поколение.

– Как будто и нет войны, – удивлённо проговорил наводчик.

– В прифронтовых городах у ведьмы всегда веселье. Этим они показывают своё пренебрежение к нам, – пояснил капитан.

Кравчик был удивлён. 'Как будто домой попал', – пронеслось у него в голове. Вдруг раздался странный шум. Капитан приказал всем пригнуться. Где‑то в ста метрах, освещая дорогу, ехал чёрный предмет. Лязгая широкими гусеницами, он перемалывал мокрую землю.

– Это караульные, надо быть осторожней, – шёпотом сказал капитан.

– Да они нас явно заметят, – недовольно заметил наводчик.

– Может, по…попробуем пробраться в город вон там, – вдруг подсказала Зоя, указывая на длинное поле каких‑то сельскохозяйственных растений.

Поле упиралось в город и могло служить лёгким и незаметным проходом в него. Идея девушки была неплохая, поэтому её приняли без единого возражения. Было не до споров, кругом шарили патрули из механических солдат.

Лазутчики, пригибаясь, побежали к сельскохозяйственным насаждениям. Подойдя к ним поближе, Кравчик увидел, что поле состоит из растений, на длинных стеблях которых, словно грозди, висят странные и невиданные им круглые плоды. Стебли были почти в человеческий рост, и в них можно было легко затеряться, чем и воспользовались незваные гости. Аккуратно, стараясь не издавать шума, отряд начал проходить через насаждения. Растения оказались довольно плотными и шершавыми на ощупь. Они медленно колыхались под дуновениями ночного ветра и были отличным укрытием.

Вдруг юный ополченец обратил внимание на странное жужжание. Навязчивый звук доносился с другого края поля. Приглядевшись, парень заметил работающих роботов. Они‑то и издавали скрежетание. Светя лампами, механизмы косили растения, медленно продвигаясь вперёд. Но пока они были ещё достаточно далеко от крадущихся людей, поэтому волноваться было незачем.

– Эти машины не опасны, – сказал капитан, – это рабочие.

Кравчик вздохнул с облегчением и удивился тому, как далеко вперёд шагнули технологии этого мира. Но этими невероятными ноу – хау владела лишь ведьма. Те же, кто с ней воевали, как будто застряли в развитии, строя дома в виде грибов.

– У них на полях работают маш…машины, люди вообще ничего не делают, – пояснила Зоя, увидев, что парень не может оторвать взгляд от роботов – фермеров.

'Утопия в реальности! – подумал молодой человек, поправляя на спине карабин, – именно о таком мечтали социалисты и прочие романтики разных времён'. Он замер в раздумье, но сзади его недовольно толкнула Зоя. Юный ополченец, опомнившись, пошёл дальше, сквозь хрустящие стебли, чем‑то напоминающие кукурузные.

Пройдя через всё поле и не столкнувшись ни с одним роботом, люди оказались на окраине города. Патрулей и охраны вокруг не наблюдалось, что было очень странно, ведь совсем недалеко находился фронт. Оглядываясь вокруг, отряд медленно и спокойно пробрался между ангаров. Вокруг них было темно и безлюдно. По – видимому, эти склады служили для хранения урожая, людей тут не было, и поэтому окраина встречала пустотой. Тьма скрывала непрошеных гостей, помогая им незаметно пробираться по улочкам.

Юный ополченец огляделся по сторонам. Город оказался действительно небольшим. Дома были старинной и изящной архитектуры и поднимались вверх не выше уровня пятого этажа. Всё кругом сверкало чистотой и порядком. Старательно вымытые тротуары и дороги выглядели так, словно город был нарисованным. Неестественная ухоженность сразу бросалась в глаза. Капитан, наводчик, Зоя и Кравчик направились вдоль длинного кирпичного здания. Они держали наготове оружие, ожидая неприятного развития событий, но всё было тихо, даже слишком тихо для прифронтовой зоны. Улица была слегка освещена пробивающейся сквозь тучи луной и мягким светом, идущим откуда‑то из‑за поворота.

– Тучи совсем рас…рассеиваются, скоро, наверное, напустят новые, – сказала Зоя, глядя в небо.

Кравчик попытался представить, как это может происходить, но его фантазия сдалась перед этой непосильной задачей. Пройдя вдоль нескольких пустых и безжизненных зданий, парень и остальные очутились в освещённом переулке. Он врезался во мрак своей яркой желтизной, словно нож в масло. Окна домов испускали свет, а вдоль выложенной брусчаткой дороги стояли узорчатые фонарные столбы, между которыми были натянуты гирлянды с разноцветными лампами. Всё это блестело различными красками. Молодой человек нехотя зажмурился, он уже успел привыкнуть к темноте, и теперь яркий свет неприятно ослеплял его глаза. Но сквозь пелену искусственных огней юный ополченец разглядел невероятное зрелище. Он замер от удивления и восторга, потому что в метрах ста на соседней улице шёл самый настоящий карнавал. Вокруг раздавались звуки музыки, под которую шумела и веселилась разноцветная толпа. Там, вдали, сотни людей, наряженных в пёстрые одежды, кружились в праздничном ритме, звучали весёлые крики, летело конфетти, взрывались петарды и доносился громкий смех.