Текст книги "Рябиновое танго"
Автор книги: Надежда Неделина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)
Когда за завтраком Максим предложил ей пожить у него, она подумала, что ослышалась.
– Как ты отнесешься к такому предложению и как к этому отнесутся твои родители? – уточнил он тут же, допивая свой кофе.
– Макс, я ведь не маленькая девочка, а почти солидная женщина и имею право сама распоряжаться своей жизнью. Кстати, то же самое я могла бы спросить и у тебя.
– Кстати, я бы ответил тебе то же самое, – улыбнулся Макс. – Стало быть, решили?
– Стало быть, решили! – повторяя, согласилась Светлана.
– Отлично! Тогда давай сразу решим один хозяйственный вопрос. Видишь, на окне стоит огромная рюмка. В ней с сегодняшнего дня будут лежать деньги на наше общее хозяйство. Мне нравится ее прозрачность: я всегда увижу, когда нужно сделать дополнительное вливание. – Максим достал кошелек и, не считая, положил в вазу пачку купюр. – И извини, пожалуйста, что не смогу подвозить тебя на работу – далековато, да и пробки на дорогах.
– Ну что ты! Я и сама прекрасно доберусь. А…
Светлана хотела было спросить про ключи от квартиры, но боялась спешкой все испортить, ей хотелось, чтобы Макс сам вспомнил о них.
– Да! А ключи?! – Он вышел в прихожую и вернулся со связкой ключей. – Вот, держи! Разберешься сама?
– Да, конечно! Мы не опаздываем? – как бы между прочим она перевела разговор на другую тему.
– Все, бежим! Я вечером буду где-то в районе шести-семи. Ты туг не скучай, осваивайся. Хорошо?
Светлана весь рабочий день в подробностях вспоминала это утро.
«Счастливое утро! И такими я должна сделать все последующие дни. Программа минимум выполнена, пора составлять программу максимум! Надо продумать все до мелочей. «Наше общее хозяйство» – вот моя главная забота на первом этапе. Раз Макс – маменькин сынок, значит, этому должно уделяться особое внимание. Кстати, его маменька ведь где-то рядом. Самое главное для нее, конечно, чтобы ее сынок был накормлен, аккуратно одет и обут. У меня же для этого и талантов маловато, и желания особого нет. Надо обойтись малой кровью», – обдумывала Светлана свою программу дальнейших действий.
Она прекрасно понимала, что для осуществления задуманного ей нужно время. Она сопоставила свой двухсменный график работы с рабочим временем Максима и поняла, что ее не устраивает работа во вторую смену. Она долго думала, как можно решить этот вопрос, но ответа не находила.
– Свет, ты чего так долго переодеваешься? С тобой все в порядке? Какая-то ты сегодня задумчивая, раньше я за тобой такого не замечала, – спросила Оксана, пришедшая на смену.
– Ты хочешь сказать, что я такая легкомысленная особа, что не могу и задуматься? – улыбнулась Светлана. – Дело в том, что в моей личной жизни произошли некоторые изменения и меня не совсем устраивает работа во вторую смену. Получается, что мой молодой человек слишком много времени будет проводить без меня. Понимаешь?
– Отлично понимаю! Светка, нас, видно, судьба свела! Меня же, наоборот, не устраивает работа в первую смену! Ты же знаешь, что моей Аленке только два года, чтобы не терять работу, мы наняли няню. А если бы я работала только во вторую смену, то Аленка с няней до прихода с работы мужа была бы всего пару часов.
– Что будем делать? Пойдем к начальству?
– Нет, мы не пойдем, мы побежим! – обрадовалась Оксана.
Положительно решив один важный для себя вопрос, сразу после работы она взялась за решение второго.
«Неужели у меня теперь все будет получаться и Макс – моя счастливая карта? – удивлялась Светлана. – Хоть бы этого короля пельменей дома не было», – размышляла Светлана, подходя к дому Славика.
Меньше всего ей хотелось сейчас встретиться с ним. Но счастье опять не изменило ей: Славика дома не оказалось. Светлана быстро собрала свои вещи, бросила на тумбочку ключи.
– Нет! Просто так я уйти не могу. Последнее слово должно остаться за мной!
Последним ее словом стала записка: «Кончай жрать пельмени! Пора переходить на капусту!»
Проходя мимо дома, где проживала ее знакомая старушка Зинаида Вячеславовна, Светлана уже собралась было повернуть в сторону подъезда, ставшего почти родным, чтобы вернуть ключ, но тут же передумала: «Еще чего! Будем считать, что этот ключ моя собственность, я ведь его купила за бешеные деньги! Мне очень хочется наказать любезную Зинаиду Вячеславовну за жадность».
Светлана достала из кармана ключ и, размахнувшись, забросила его в кусты сирени, обильно разросшейся у подъезда. Все дела, которые она хотела сделать в этом надоевшем ей районе, она сделала. Теперь ей хотелось быстрее попасть в квартиру Максима и в его отсутствие провести предварительную ревизию квартиры, и особенно огромной вазы-рюмки, стоящей на кухонном окне.
В квартире Макса, до которой она добралась сравнительно быстро, был абсолютный порядок. Следов их поспешных утренних сборов не осталось и в помине.
– Отлично! – обрадовалась этому обстоятельству Светлана. – У нас чудная домработница! Мне это нравится!
Порадовали ее и результаты осмотра вазы-рюмки и холодильника.
– Мой новый бойфренд щедр! – обрадовалась она, пересчитав деньги. – Хорошо бы, чтоб так было всегда. А на ужин пойдет это мясо на косточке, – вслух рассуждала Светлана, хлопая дверцами огромного холодильника, – я его просто поджарю на сковородке. Еще можно сделать салат из помидоров. Что же было в том греческом салате, что Макс заказывал в последний раз? Не помню! Ну и обойдемся!
С разбега она бросилась на кровать, раскинулась на ней, лежала и просто смотрела в потолок. Через некоторое время на его белом фоне ей очень ярко представились два огромных сияющих кольца, какие иногда крепят к свадебным машинам.
«Когда же я увижу такую картинку наяву?» – мечтательно думала она.
«Приятно, конечно, возвращаться домой, когда знаешь, что тебя кто-то ждет. И может быть, не так уж плохо, что ждет меня там Светлана. Конечно, речь не идет о любви, страсти. Этого просто нет. Я не могу это придумать. Но я могу придумать тихую семейную жизнь. У меня перед глазами есть яркий пример – мои родители. Правда, у них все было не так. Но сейчас другое время. Другое время – другая жизнь», – думал Макс, подъезжая к дому.
Услышав, что Максим открывает дверь, Светлана выбежала к нему навстречу, обняв, буквально повисла на нем.
– Привет! Я страшно соскучилась!
– Привет! Как ты тут? – Наклонившись, он поцеловал ее в щеку.
– Все отлично! Я приготовила ужин. – Словно котенок, она потерлась носом о его куртку.
– Ужин? А я думал, мы куда-нибудь сходим.
– Мы же вчера были в ресторане. Праздник закончился. Давай сегодня поужинаем дома! – предложила Светлана. – Мне ведь еще надо к этому привыкнуть, – опустив глаза, тихо добавила она.
Макса покоробили ее слова о доме.
«А что же ты хотел? Как она должна была сказать?» – быстро справился он со своими эмоциями.
– Ну, дома, так дома! Тащи свой ужин!
За ужином Светлана рассказала о том, как ей удалось перейти на работу в одну смену, как она прощалась с родителями, которые новость о том, что она переезжает к своему парню, встретили очень спокойно.
– Они у меня продвинутые и очень занятые люди. Они говорят, что если я сама создаю проблемы, то я должна сама их и решать.
Максу же рассказать ей было нечего. Заваривая чай, он из кухни смотрел на Светлану, привыкая к ней, привыкая к мысли, что теперь она всегда будет в его квартире.
«Всегда? Хочу ли я этого? Не поздно ли, друг Максим, задавать себе такие вопросы? Настоящий мужчина не отступится от своих слов, он всегда в ответе за свои поступки. Вот и держи ответ без сожалений и стенаний!» – настраивал себя Максим на тихую семейную жизнь.
Их третья совместная ночь со Светланой не стала для него открытием, она была такой же, как две первые: дежурный секс, дежурные слова. Только Светлана стала другой, она разительно изменилась: куда-то делась застенчивая и неопытная девушка, ее место заняла секс-львица. Макс удивился такой перемене, но никак на нее не прореагировал, ничего не сказал. Но это были все неожиданности, больше сюрпризов Макс не ждал.
Глава 15
На следующее утро после перемен, нечаянно произошедших в ее жизни, Маша проснулась абсолютно счастливым человеком. С этого дня она улыбалась, и мир на самом деле улыбался ей. Улыбались прохожие на улице; улыбались пассажиры в автобусе, уступая ей место; улыбалась природа, отпуская все больше и больше ярких солнечных дней.
– Рогнеда Игоревна! Вы не замечаете, как много появилось улыбающихся людей? – поделилась она своими наблюдениями с любимым директором.
– Машенька, ты сейчас так красива, что у всех, кто смотрит на тебя, светлеют лица! – улыбалась ей и Рогнеда Игоревна.
– Вы мне льстите. Я и в самом деле, наверное, выгляжу смешно. А еще во всем виновата весна! – не соглашалась с ней Маша. – А вы видели, в какой костюм мы нарядим на празднике нашу Весну?
– Маша, это сказочный костюм! Ты большая умница, но ты разбалуешь воспитателей, если будешь выполнять все их желания.
– Мне нравится, что я востребована, – опять не соглашалась Маша со своим любимым директором.
Нужной она чувствовала себя и в фотостудии Игоря. Придя к нему в студию в первый раз, Маша боялась, что не справится.
– Я понятия не имею о том, что такое фотомодель и чем она занимается, – честно призналась она Игорю и Ларисе Дмитриевне.
– Не боги горшки обжигают! – утешили они ее и объяснили, в чем будет заключаться ее работа.
Первая сессия была пробной, Маша очень старалась и очень волновалась. Волновалась и часть следующего дня, пока снова не вошла в студию и не увидела радостные лица ее теперешних коллег по работе.
– Маша! Вы чудо как фотогеничны! Посмотрите, какие классные снимки у нас получились! – восхищался Игорь.
– Маша, вы не просто фотогеничны! У вас есть все данные для модели: рост, фигура, грация, осанка, вы умеете двигаться. Вы этому где-нибудь обучались? – не скрывала своего восхищения и Лариса Дмитриевна.
– Нет, конечно! А фотографироваться я и до беременности не очень любила, а уж беременной – тем более! – рассмеялась Маша. – Я даже только приблизительно знаю о том, что такое макияж.
– Если честно, Маша, то вы и без макияжа хороши, – как-то слишком серьезно признался Игорь, глядя Маше прямо в глаза.
– Я с тобой согласна. У Маши достаточно яркая внешность, и в жизни макияж ей, возможно, не нужен, но нам он нужен для четкости на фотографиях, – пояснила Маше Лариса Дмитриевна.
– Про свою внешность я совершенно другого мнения, особенно сейчас, – не соглашалась с ними Маша.
– Машенька, вы просто поверьте нам, как специалистам! Вот, прочитайте и подпишите свой контракт, иначе бухгалтерия не оплатит вашу работу. И давайте работать, господа! – предложила Лариса Дмитриевна после того, как Маша поставила свою подпись.
Фотограф и дизайнер работали увлеченно, глядя на них, увлеклась и Маша. Надевая очередной костюм, Маша просила несколько минут на то, чтобы привыкнуть к нему.
– Маша, мне нравится ваш подход, – хвалила ее Лариса Дмитриевна. – Жалко, что у меня всего одна готовая коллекция, с вами приятно сотрудничать.
Работая, они забыли о времени.
– Какой ужас! Метро закрылось! – посмотрев на часы, расстроилась Маша.
– Машенька, не волнуйтесь, вам нельзя! Игорь, как истинный джентльмен, не бросит дам в беде! Правда, джентльмен? – улыбнулась Лариса Дмитриевна.
Оказалось, что ей и Маше по пути, и Маша была рада тому, что хотя бы этим они не сильно затруднят Игоря. Втроем в машине ехали весело, перешли на ты, и Лариса Дмитриевна потребовала называть ее только по имени. Но после того как Лариса вышла у своего дома, веселье пропало.
– Маша, расскажи немного о себе, – попросил Игорь.
– Что рассказать? Окончила школу в Сибири, там осталась моя мама, учусь…
– Это я знаю, – перебил ее Игорь. – Ты сейчас одна?
– Да, я сейчас одна, но это ничего не значит. Скоро нас будет двое, ты же знаешь.
Некоторое время они ехали, храня молчание, только иногда Маша называла повороты.
– Все, мы приехали, – вздохнула она, обозначив конечный пункт маршрута.
– Давай посидим минутку, – тихо попросил Игорь. – Целый день в студии суета несусветная. Нет времени остановиться и подумать.
– О чем? – чуть слышно спросила Маша.
– О жизни хотя бы, – вздохнул Игорь и включил в машине свет. – Как ты себя чувствуешь? Ты не устала? – Он внимательно смотрел на Машу.
– Я не устала, – улыбнулась она, – но я пойду, а то уже поздно.
– Да, конечно. Завтра увидимся.
– До свидания. Спасибо, что подвез. До завтра, – уже выйдя из машины, тихо попрощалась Маша.
– Ну тихоня! Колись, кто этот супермен на супертачке? – смеясь, встретили ее девчонки в комнате.
– Супертачка? А по-моему, обыкновенная машина…
– Ты от главного не уходи, – перебила ее Лиза.
– И никакой он не супермен, это мой знакомый, мы вместе работаем.
– Ага, в детском саду, – рассмеялась Тамара.
– Зачем? У него в фотостудии. Он фотограф.
– Он фотограф, а ты там кто?
– А я там фотомодель.
– Иди ты! А где можно увидеть твои фотографии? – не скрывая иронии, улыбались девчонки, посматривая на ее живот.
– Пока нигде, но как закончим фотосессию, то фотографии будут в Интернете, в одном журнале мод, – не обращая внимания на их иронию, объяснила Маша.
Выполнив в первый день основной объем работ, фотосессию завершили на второй день.
– Маша, очень приятно было поработать с тобой, – сказала Лариса Дмитриевна в бухгалтерии, где Маша получила свои первые модельные деньги. – Может, наши пути еще пересекутся, я лично буду очень рада этому.
– Маша, спасибо за помощь, вы нас здорово выручили, – поддержал ее Игорь.
– Ну что вы! Мне приятно было поработать с вами! Мир рухнет, если люди не будут слышать друг друга.
Они обменялись номерами телефонов, и Игорь предложил подвезти Машу до общежития.
– А я еще не еду в Химки, мне нужно заехать на работу, я там три дня не показывалась, поэтому волнуюсь.
– Так я подвезу до работы, – предложил Игорь.
Маша отказывалась, но Игорь настаивал на своем. В машине они молчали. Игорь заговорил, когда они подъехали к детскому саду.
– Маша, очень не хочется прощаться с тобой. Можно я позвоню тебе, – тихо попросил он.
– Игорь, я не знаю…
– Не знаешь, стоит ли со мной общаться? – глядя Маше прямо в глаза, спросил Игорь. – Маша, ты мне нравишься. Скажи честно, я тебе совсем несимпатичен?
– Ну почему же? – смутилась Маша его прямоты. – Очень даже симпатичен, только вокруг тебя есть девушки и симпатичнее меня, а главное, не такие беременные, как я.
– Маш, не забывай, что я все-таки художник и у меня свое видение прекрасного. Но ты не ответила на мой первый вопрос, – заметил Игорь. – У тебя так много друзей, что еще один новый друг будет явно лишним?
– Нет, с друзьями у меня теперь напряженка, – горько усмехнулась Маша. – Если ты предлагаешь мне дружбу, то я разрешаю тебе позвонить мне. Я не думаю, что от дружбы кто-нибудь когда-нибудь отказывался.
– Ну спасибо и на этом, – улыбнулся Игорь, – я обязательно позвоню.
Они попрощались, Маша вышла из машины и направилась к саду. Она не обернулась, но слышала, как отъехала машина Игоря.
В своем кабинете она нашла несколько кусков яркой ткани и записку от музыкального руководителя с просьбой сшить небольшую ширму. На столе Маша нашла подробную инструкцию и куски картона. Сориентировавшись, приступила к работе. Но работа не спорилась. Маша часто останавливала машинку и сидела задумавшись. Такой ее и увидела Рогнеда Игоревна.
– Маша, ты хорошо себя чувствуешь? – заволновалась она.
– Хорошо, спасибо. Просто думы одолели.
И Маша рассказала Рогнеде Игоревне, как рассказала бы своей маме, о предложении Игоря.
– И о чем ты задумалась? Что в этом плохого? – удивилась та.
– Я не знаю, возможны ли между мужчиной и женщиной дружеские отношения? К другим я не готова, и не только из-за моей беременности, – покраснев, призналась Маша.
– Все зависит только от тебя: если ты хочешь, чтобы отношения были только дружескими, то они и будут такими. У тебя так много друзей, что можно отказаться от одного? Ты хотя бы попробуй, – улыбнулась Рогнеда Игоревна.
Улыбнулась и Маша, второй раз за вечер услышав одни и те же слова.
Ночью, лежа в постели, Маша опять думала об Игоре. Ей нравился этот симпатичный синеглазый брюнет, нравился его азарт, его увлеченность своей работой, но она не думала о нем как о мужчине, не могла пока думать о нем и как о друге. Засыпала Маша тревожно. Почувствовав ее тревогу, заволновался и малыш.
– Малыш, у нас с тобой совсем нет друзей. И хотя бы один друг нам с тобой точно не помешает, – шептала она, прижимая ладонь к животу. – Похоже, что он хороший человек, не годится обижать его отказом, – решила Маша за себя и за своего малыша.
Дружно наступала весна. Под ласковым весенним солнцем оживала не только природа. Его лучи отогревали человеческие сердца, уставшие от зимы и одиночества. Солнце согревало не только тело, но и душу, которая в подтаявшем состоянии и впитывала, и отдавала больше любви, тепла, добра и света. Теплый весенний ветер уносил печали и тревоги, веял свежестью и надеждой. Жажда жизни становилась особенно острой.
– Малыш, ты слышишь этот запах новой жизни? – шептала Маша, нюхая размятый в руках клейкий березовый листочек. – Так пахнет весна.
С приходом весны, новой работой, новыми знакомствами Маша окончательно забыла о зимней хандре, прежних страхах и тревогах.
С тех пор как Маша рассталась с ведром и шваброй, ее работа стала приносить ей больше морального удовлетворения. Она шила то какой-то сказочный колпак-невидимку к открытому занятию, то фартук с волшебными карманами, то чудесный мешочек, то костюм для какого-нибудь сказочного персонажа. Еще благодаря Рогнеде Игоревне у Маши появилась возможность небольшого дополнительного заработка. Директор так разрекламировала свое маленькое кимоно, что у Маши появились клиенты.
– Маша, с бельем и костюмами у нас теперь полный порядок, поэтому ты вполне можешь немного поработать на себя. Ты понимаешь, о чем я?
– Я понимаю, Рогнеда Игоревна, но я не могу брать деньги, мы ведь вместе работаем! – искренне возмущалась Маша.
– Это твой труд, Маша, он должен быть оценен и оплачен! Ты должна думать о ребенке, а шитье – дополнительный источник пополнения твоих скудных капиталов! – спорила со своей протеже директор.
Женщин в саду было много, не у всех были мужья, стандартные фигуры, большие зарплаты, поэтому клиенты у Маши были всегда.
К лучшему изменилась и личная жизнь Маши: в ней как-то незаметно, но довольно быстро и прочно утвердился Игорь. В первый раз он позвонил на следующий день после того, как предложил ей дружбу.
– Маш, давай я заберу тебя с работы, заодно и сам проветрюсь, – просто сказал он. – Ты ищешь в этом криминал? – спросил он, когда не получил ответа сразу.
– Но ты ведь будешь тратить на меня свое время, бензин, – засомневалась Маша.
– Какой у меня замечательный друг появился! Наконец-то хоть кто-то будет думать об экономии! – рассмеялся Игорь.
Пришлось Маше принимать его предложение и в этот раз, и в следующие, когда он звонил и предлагал подвезти ее. В первое время они и общались только в машине. Маша чувствовала заботу и внимание Игоря: в машине ее всегда ждал какой-нибудь сюрприз в виде шоколадки, цветка, мороженого. Говорили они обо всем, но никогда о своих семьях, никто не решался первым нарушить это само собой установившееся табу.
– Маш, давай куда-нибудь сходим! – однажды предложил Игорь. – В ресторан какой, что ли.
– Беременные посещают рестораны? – улыбнулась Маша.
– Ну, не знаю, – засомневался Игорь.
– И я не знаю, поэтому рисковать не будем.
– Хорошо, – согласился он и предложил сходить в субботу на выставку известного фотохудожника из Прибалтики.
– Нет, в субботу я не могу, потому что это единственный день, когда я всю вторую половину дня сижу в библиотеке и готовлюсь ко всем семинарам, которые будут на предстоящей неделе, – отказалась Маша.
– А в воскресенье? – тут же предложил он.
– В воскресенье я занимаюсь дома, – начала Маша, но тут же осеклась, заметив искреннее огорчение во взгляде Игоря. – Ну хорошо, часа два-три можно потратить не на учебу, а для души, – тут же успокоила его Маша.
– Отлично! В воскресенье в десять я буду у тебя! – обрадовался Игорь.
В воскресенье же состоялось его первое знакомство с Машиными соседками по комнате.
– Ну наконец-то мы увидим твоего принца! – обрадовалась Лиза, когда Маша утром сообщила о приходе Игоря.
– Сколько можно его прятать? Или ты боишься, что мы отобьем? – как всегда, поддержала ее Тамара.
– Нет, сейчас я боюсь, что вы его испугаете своим неглиже.
– Не боись, сейчас мы будем в полном боевом порядке! – засуетились девчонки.
Маша боялась, что Игорь увидит их снисходительно-пренебрежительное отношение к ней, но девчонки почему-то вдруг резко изменились. Они были приветливыми, дружелюбными, усадили Игоря и Машу пить чай.
– А вы правда работаете в фотосалоне? – поинтересовалась Тамара, мило улыбаясь.
– Конечно, вот моя визитка, рад буду быть полезным и вам! – улыбнулся Игорь.
– И портфолио, и свадебные сессии?! Вы это делаете? – восхитилась Лиза, передавая визитку Тамаре.
– И это, и многое другое, там написано. – Игорь кивнул на визитку, которую теперь читала Тамара.
– Фотосалон «Альфа», это потому что первый, лучший? – спросила та.
– Нет, куда как прозаичнее: «Альфа» – это первые пять букв моей фамилии. Читайте!
– Точно! Игорь Альфанов! Какая красивая фамилия! – воскликнула Тамара.
– Да, когда-то буквы «в» в конце фамилии не было, ее приписал уже после революции какой-то грамотей, решивший, что фамилия написана неправильно. Так итальянская фамилия Альфано стала русской.
– Так вы итальянец?! – в один голос восхитились девушки.
– Ну какой я итальянец! За столько лет итальянская кровь моих предков была многократно разбавлена русской, – рассмеялся Игорь.
– Ты правду сказал о своих итальянских предках? – спросила Маша, когда они, простившись с Лизой и Тамарой, сели в машину.
– Правду, конечно. Об этом часто вспоминает мой отец, сидя на коммунальной питерской кухне, когда ему кажется, что ему налили меньше, чем другим.
– Прости, я не хотела…
– Ничего, – перебил ее Игорь, – я в шестнадцать ушел из дома в подмастерья, это было больше десяти лет назад.
– А я вот никогда не видела своего отца… И малыш мой тоже не увидит своего, – горько вздохнула Маша.
– Но ведь отец не тот, кто… помог… появиться на свет, а тот, кто воспитал, вырастил, – запинаясь, произнес Игорь.
Маша испугалась, увидев в его глазах одновременно и вопрос, и надежду, поэтому не ответила Игорю и решила сменить тему:
– Расскажи мне об этом фотохудожнике, чьи работы мы сегодня увидим.
– Зачем рассказывать, если ты сейчас все увидишь? – горько усмехнулся Игорь, поняв Машину уловку, он замолчал.
Он молчал всю дорогу, не говоря ни слова, стоял за ней возле каждой фотографии на выставке. И Маша почти забыла о его присутствии, околдованная пугающе-откровенными и одновременно загадочно-таинственными работами мастера. Когда услышала за своей спиной его тихое «ну как?», она даже вздрогнула.
– Потрясающе! – восторженно прошептала она.
Погруженные в себя, они медленно, словно нехотя покидали выставку.
– Спасибо, что вытащил меня сюда! Скоро я надолго лишусь возможности посещать подобные места, – вздохнула Маша, стараясь удобнее устроиться в кресле машины.
– Если честно, Маш, то я хотел бы поговорить об этом, – обрадовался Игорь.
– Нет, Игорь, это мои проблемы. Извини, я не хочу о них говорить.
– Хорошо, не хочешь о проблемах, расскажи о планах. Где, например, ты собираешься жить после родов?
– Но это не планы, это тоже проблема, и, возможно, я решу ее, сняв комнату.
– Зачем? У меня есть квартира, ты можешь жить у меня! – почти выкрикнул Игорь.
– На правах кого? – Маша недоуменно посмотрела на него.
– Да кого хочешь! Все будет так, как ты захочешь! – горячился он.
– Игорь, я не готова к обсуждению этого вопроса.
– Хорошо, я подожду, но ты обещай подумать.
Только ночью Маша разрешила себе вспомнить этот диалог.
«Получается, что Игорь предлагает мне сожительство. Мы общаемся на правах друзей, он не говорит мне о любви, но и я не могу прямо спросить его об этом. Я не хочу вынуждать его говорить о своих чувствах. Я просто не хочу ничего слышать о его любви. Я ничего не знаю об этом, еще не успела узнать, но я почему-то хочу, чтобы на меня смотрели не синие глаза Игоря, а совсем другие глаза: чуточку холодные, чуть равнодушные, серо-стальные… Я знаю, что это невозможно… Невозможна, наверное, и дружба между мужчиной и женщиной!»
Конец мая выдался по-настоящему летним. Заканчивалась весна, приближалось время, когда должно произойти самое главное событие в жизни Маши. В деканате в связи с этим ей дали зеленый свет на досрочную сдачу зачетов и экзаменов.
Наталью Борисовну поджидал сюрприз. И не где-нибудь, а в квартире сына. Она не только не знала, а даже не подозревала о глобальных изменениях, которые произошли в личной жизни Максима. Через пятнадцать минут пребывания в его квартире она уже звонила ему на работу.
– Максим, ты поменял домработницу?
– Мам, с чего ты взяла?
– У тебя полный холодильник продуктов, много овощей, фруктов! Я так давно не была у тебя, а все рубашки чистые! Раньше ведь Инга не стирала рубашки, это была моя прерогатива.
– А, ты об этом! – рассмеялся Макс. – Мам, у меня теперь есть кому стирать рубашки. У меня теперь живет Светлана.
– Светлана?! Что же ты молчал? Мог бы хотя бы предупредить. Я ведь могла смутить ее своим неожиданным визитом.
– Ну, не думаю, что ее можно чем-то смутить. И ты по-прежнему можешь приходить ко мне когда захочешь.
– Макс, но ты предупредишь нас, когда сделаешь Светлане предложение. Или ты его уже сделал?
– Мама, пока речь об этом не идет. – Максим сделал ударение на слове «пока». – Поживем, присмотримся друг к другу…
– Вот этого я как раз и не понимаю. Мне кажется, что раньше такого не было. Раньше сначала была любовь, а потом уж совместная жизнь. А что у вас? Сплошной расчет!
– Ну, не сгущай краски. Может, не все так страшно, как тебе это представилось. Это, так сказать, пробный забег.
– Но ты хоть познакомишь нас?
– Обязательно! Я приглашаю вас на семейный ужин. И вообще, как там в твоем любимом фильме
– «Будем дружить домами»?
– Вот-вот! Жди приглашения, мамуля! Я позвоню тебе, как только переговорю со Светланой.
– Макс! Но…
– Я знаю, для того, чтобы ты хорошо спала, это надо сделать быстрее. Я угадал?
– Угадал…
Изменения, произошедшие в жизни сына, и радовали, и огорчали Наталью Борисовну.
«Он не может прожить такую же жизнь, какую прожили мы. Это не значит, что он поступает плохо, просто он живет своей жизнью, живет по-другому. Сейчас многие поступают так, как он. Сейчас это почти норма», – успокаивала она себя.
Дома Макс рассказал Светлане о разговоре с матерью.
– Отличная идея! – поддержала она его. – Назначай день, а я буду готовиться.
Светлана не знала, чего ей ждать от встречи с родителями Макса, но, как всегда, решила не торопиться.
«Я выплыву, я что-нибудь придумаю, у меня еще есть время. К тому же у меня уже есть наработанная схема. А может, встреча с родителями – добрый знак?» – волновалась она.
Макс в это время уже набирал номер домашнего телефона.
– Мама, звоню, как и обещал! – вместо приветствия сообщил Максим. – Светлана согласна. Ждем вас в пятницу вечером!
– Макс, а лобстер будет? – услышал Макс в трубке голос отца.
– Лобстер? Ну не знаю, но я передам твои пожелания Светлане.
– Лобстер? – спросила и Светлана, когда Макс попрощался с родителями и положил трубку.
– Да, я как-то рассказал родителям о лобстере, которого ты готовила у Генки. Помнишь?
– Помню, конечно. И меня радует то, что это помнишь ты. Но приготовить его не обещаю. Его, как ты понимаешь, надо сначала «поймать». Если это у меня получится, то я его приготовлю, – пообещала она.
Пообещала, но сама решила действовать по наработанной за эти дни схеме: заранее позвонить в ресторан и заказать ужин. Светлана знала, что чуть подогреть горячее, разложить салаты и закуски будет значительно легче, чем все это готовить. Ока теперь заказывала ужин каждый день. Заранее звонила в ресторан, потом ждала во дворе машину, забирала у посыльного еду и шла домой. На кухне она раскладывала продукцию ресторана по кастрюлькам, тарелкам, салатницам и ставила все в холодильник. Одноразовую посуду, в которой была еда, быстро выбрасывала в мусоропровод. Перед приходом Максима красиво сервировала стол, разогревала в микроволновке горячее. За столом Макс не уставая хвалил блюда, превозносил ее кулинарные способности. В пятницу ее заказ был больше, потому что впереди была суббота и воскресенье, когда Макс все время был рядом.
Основательный заказ Светлана сделала и на пятницу, когда в гости должны были прийти родители Максима. Лобстера в ресторане не было, на горячее Светлана выбрала утку в вишневом соусе. Самой готовить лобстера ей не хотелось.
«Это пройденный этап, эту веху на пути к сердцу через желудок мы уже прошли. Зачем же возвращаться? – недоумевала она. – А родителям я всегда найду что сказать». Максим взял на себя вино, предупредил, что родители обязательно придут с тортом и конфетами, а Светлана попросила его купить фруктов и зелени, пообещав взять на себя все остальные продукты, необходимые для праздничного стола, и приготовление самого ужина.
В средствах Светлану никто не ограничивал, и не только при подготовке к первому семейному торжеству. Максим никогда не спрашивал, куда она потратила деньги. Ей хватало на все: на еду, на мелкие покупки, на обновки для себя. Максим, не зная ее гардероба, обновок не замечал. На них уходила теперь и вся ее зарплата. Такой расклад Светлане очень нравился. Располагая достаточными средствами, к первой встрече с родителями Макса Светлана имела вполне приличный, почти респектабельный вид.
Встреча и знакомство начались несколько необычно.
– Где мой лобстер?! – с порога закричал Анатолий Семенович.
– Твой лобстер еще плавает в море-океане, – пришел на выручку Светлане Максим.
– Да, и я не смогла его поймать, – засмущалась Светлана. – Здравствуйте!
– Здравствуйте, Светочка! – улыбалась Наталья Борисовна. – Не обращайте внимания на Анатолия Семеновича. Он известный чревоугодник.
– Ну-ну-ну! Я бы попросил! – со смехом возмутился Анатолий Семенович.
Знакомство состоялось, и Максим пригласил всех к столу.
– А, так вам все-таки удалось кое-кого поймать! – рассмеялся Анатолий Семенович, оглядывая стол.
– Какой шикарный стол! – восхитилась Наталья Борисовна.
– Красиво еще не значит вкусно! Давайте пробовать, – предложил Максим.
За столом мирно потекла беседа. Мужчины говорили о работе, женщины – о здоровом образе жизни. Светлана пригласила Наталью Борисовну к себе в бассейн.
