Текст книги "Второй шанс для сгоревшего феникса. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Мстислава Черная

Соавторы: Джейд Дэвлин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 17

Что там говорили про головную боль и другие побочные эффекты? Я ничего подобного не чувствовала. Мне было хорошо, тепло и уютно, как фениксу посреди костра.

Стоп. Что за сравнение? Откуда оно взялось в моей голове?

Я попыталась дернуться и посмотреть на менталистку. Но не смогла. Тепло и уют держали крепче цепей, тело не хотело слушаться. Но при этом я не почувствовала страха.

– Итак, первый вопрос. – Кажется, этот голос прозвучал со стороны зеркала, а вовсе не из уст девушки, занявшей место за странным столом, усеянным разными кнопками и талисманами.

– Ваше имя.

– Арисоль Нияр. – Отвечать было легко. Я и не пыталась лгать, а потому не чувствовала принуждения.

Менталистка на меня даже не посмотрела, все ее внимание было приковано к зеркалу и столу с кнопками.

– Вы уверены?

Хм, что за странный вопрос? С чего бы мне быть неуверенной? И что там такое отражается в зеркале, что девица вся подалась вперед, всматриваясь в стекло?

– Да.

Вопросы падали один за другим: о моем самочувствии, о причинах, побудивших меня внезапно выйти замуж, об отношениях с родственниками, о пробуждении огня, о внезапных переменах в моем поведении сразу после первого покушения…

– Леди Нияр, что заставило вас подозревать вашего родного дядю в покушении?

Очередной вопрос был особенно неприятен. Рассказывать о перерождении я точно не собиралась. Относительно удобный ответ у меня имелся: мы с Ялисом подслушали очень интересный разговор в библиотеке…

Тепло мягко отпустило, я склонила голову к плечу:

– Что происходит? Разве оценка моего состояния тоже предполагает использование зеркала?

– Н-нет, – запнулась менталистка. – Но вы согласились, и я использовала новую методику относительно обеих частей нашей с вами работы, это позволит точнее представить данные для ее внедрения. Как вы⁈.

– Получается, ваши действия не вполне законны? – Тепло укутало меня вновь. – Что будет, если я подам жалобу? Впрочем, продолжайте.

– Нет-нет, леди. Ваше ментальное состояние поражает в хорошем смысле этого слова. Давайте перейдем непосредственно к воспоминаниям о нападении. С вашего позволения, я приглашу лейтенанта.

– И моего супруга, – зачем-то потребовала я. Было ощущение, что пусть хоть кто-то из близких присмотрит за этой, мать ее, слишком любопытной экспериментаторшей.

Близких, да? Ялис уже близкий для меня? А почему нет? Он уже не бросил, уже нашел там, где никто другой бы не сумел. Кому еще я могу доверять в этом мире, если не ему?

А еще есть клятва. Только я уже не уверена, что этот мужчина помогает мне под принуждением…

Дальше все было просто. И в зеркале действительно отразилось лицо человека, вошедшего в пристройку у храма после того, как Жюли подло ударила меня в спину. Хотя казалось бы… он ведь появился, когда я уже спряталась в потайном месте. Как я могла его разглядеть? Сама не знаю.

В любом случае через час мы с Ялисом покинули жандармерию, имея при себе все необходимые документы. В том числе и справку от менталиста о моей полной вменяемости. И оформленные по всем правилам показания насчет того, что Жюли напала на меня первая, а я имела полное право защищаться.

– Это было… очень небезопасно, – процедил синеглазый кот, усаживая меня в автомобиль. – И глупо!

– Не кипятись, – устало отмахнулась я. – Зато у закона разом отпали все вопросы ко мне.

– Но это непроверенный метод, что бы ни говорил лейтенант! – Ялис, кажется, с каждой секундой злился все больше. – Как ты могла рисковать⁈

– Я просто помню, что лейтенант в будущем очень быстро станет капитаном, – хмыкнула я. – И ни один из его подследственных не пострадает от ментального воздействия.

– А… – Ялис подавился очередной гневной тирадой. Помолчал. Сел за руль и так сердито дернул за рычаг переключения передач, что машина прыгнула с места, как ягуар в сторону добычи.

Пролетев несколько улиц, автомобиль затормозил перед лавкой, отличающейся от прочих строгим оформлением входа. Дверь пересекала широкая бордовая полоса, заменявшая вывеску. Ялис звякнул в колокольчик, толкнул створку и с порога распорядился:

– Черный костюм для меня и наряд для леди.

– В аренду?

– Костюм в аренду, а платье должно быть новым. И поторопитесь, пожалуйста.

– Но… – начала я и замолчала.

Да, в моем гардеробе было траурное платье. А как иначе? Увы, люди уходят, лучше я никогда не воспользуюсь тем, что висит в дальних глубинах шкафа, и буду метаться в поисках чего-то подходящего. Я могла бы переодеться дома, однако явиться в особняк одетой по последнему писку моды – плохая идея. Небесно-голубая нежность с васильковой вышивкой по подолу должна быть заменена на черную строгость.

Первое же предложенное модисткой платье меня устроило: на вид очень простое и непритязательное, оно преображалось под накидкой из тончайшего кружева. Я пересобрала прическу, выбрала самый толстый черный ободок вместо шляпки и прикрепила к нему вуаль. По желанию я смогу опустить ее на лицо или, наоборот, откинуть за спину.

Ялис меня опередил, но ему было проще: черная рубашка, черный сюртук и черные брюки. Настоящий черный кот. Неожиданно костюм очень шел его чертам лица, подчеркивал яркость синих глаз, но одновременно на контрасте с чернотой была заметна бледность, синяки под глазами.

– Готова? – серьезно спросил он, провожая меня обратно к автомобилю.

– К чему? – переспросила я без малейшего намека на шутливость. – К тому, чтобы проводить убийцу, или к тому, чтобы встретить двух других с открытым забралом?

– Они, как я понял, больше не будут притворяться, – пожал плечами черный кот. – Твой дядя попытался и, несмотря на то что ты поддержала его игру, не выдержал интонацию. Сорвался. Видимо, его ненависть к тебе стала сильнее.

– Еще бы, я же, тварь такая, не дала себя ни отравить, ни сжечь, да еще потребовала, чтобы мне вернули то, что мое по праву, – зло усмехнулась я, устраиваясь на мягких кожаных подушках. – В их глазах я последняя преступница. И давить они меня будут всеми силами.

– И ты готова? – повторил вопрос Ялис, садясь за руль.

– А куда деваться? Я уже давно иду этой дорогой и намерена дойти до конца. А ты…

– А я с тобой, – откликнулся мужчина, глядя на меня через зеркало заднего вида. – Я с тобой… вот бы еще знать, это из-за клятвы или я уже сам этого хочу?

– Ты меня спрашиваешь? – Я откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. – Увы, дорогой, на этот вопрос можешь ответить только ты сам.

Глава 18

Подленькая мыслишка пропустить прощание, не приезжать крутилась в голове почти весь путь до особняка Нияр. Я отмахивалась от нее, как от назойливой мухи, а она вновь и вновь возвращалась. Пропустить легко, однако присутствовать… мой долг. Не ради кузины и дорогих родственников, не ради сохранения репутации в глазах света. Я наследница старшей ветви и глава рода Нияр. Младшая ветвь, какой бы гнилой она ни была, все равно остается частью родословной. Собственно, было бы странно думать, что в прошлые века в череде поколений не было жадных, глупых, подлых. Разница в том, что память о них не сохранилась, разве что в качестве упоминания «родился, жил, умер».

– Какая восхитительная наглость, – процедила я, когда мы подъехали.

Из окон свешиваются языки черного бархата, перед входом едва ли не стог белых лилий, всюду горят свечи, громко воют профессиональные плакальщицы. Двери распахнуты настежь, и уже с улицы видно, что холл задрапирован черными тканями.

– Ты о чем? Хотя…

– Вот-вот. – Полотна из окна вывешиваются в честь защитника, павшего в бою.

Жюли и правда влезла в драку ради себя, отца и брата, но…

Что ж. Видимо, битва с оставшимися врагами начнется прямо сейчас. Во всяком случае, об этом говорили взгляды тех, кто пришел попрощаться с Жюли Нияр и теперь стоял во дворе, на высоком крыльце и в холле моего дома.

На меня смотрели… странно или враждебно. Нейтральных взглядов не было. Кажется, дядя и кузен хорошо постарались, объясняя своим друзьям, что же произошло между мной и Жюли.

Тем не менее мне оставалось только гордо выпрямиться и идти вперед. Именно сейчас нельзя было показать даже каплю слабости. Дать понять, что меня как-то задевают волны шепота, разливающиеся за моей спиной. Что я боюсь всех этих людей.

И особенно дядю с кузеном, стоявших в дальнем конце холла возле украшенного цветами белого закрытого гроба.

Они оба развернулись ко мне как по команде, когда волны шепота достигли их, обгоняя нас с Ялисом.

М-да… взгляды говорили красноречивее слов. А забавнее всего, что самой жгучей ненависти удостоилась вовсе не я. Сильнее всего эти двое хотели испепелить Ялиса, идущего рядом со мной рука об руку.

Никто не бросился на нас открыто. В тишине – почувствовав перемену в настроении, плакальщицы затихли – мы подошли к домашнему алтарю, и я первой взяла свечку, покосилась на закрытый, затянутый бархатным покрывалом гроб и снова почувствовала что-то очень похожее на жалость. Раз крышка опущена, значит, на услуги некроманта по восстановлению внешности дядя не раскошелился. Да, это очень дорого, но он ведь все равно потратился изрядно. Церемония, которую обговаривала с агентством я, была именно прощальной, дядя же все силы бросил на то, чтобы уязвить меня. Кажется, вообще ничего из того, что он подготовил, не было сделано ради Жюли.

Я не стала зажигать свечу от другой свечи, провела над фитилем ладонью, и огонь вспыхнул сам.

Послышались шепотки, но стоило мне оглянуться, как в холле вновь воцарилась тишина. Я вернула внимание алтарю.

– Жюли, когда я только-только вернулась в столицу, ты улыбалась мне и заверяла, что мы станем друг другу как настоящие сестры. – Я бы могла говорить на публику, постараться хоть на кого-то произвести впечатление, посеять сомнения в моей виновности, но одна только мысль об этом вызвала у меня отвращение, и я поспешила закончить: – В память о том обещании, в память о том, что могло бы быть, но не случилось, я пришла проводить тебя как сестру. Мир душе твоей.

Я сделала шаг в сторону, и следующую свечу взял Ялис.

Что он говорил? Я не стала подслушивать. Да там и было всего несколько слов.

В любом случае, когда мы обернулись, за нашими спинами уже стояли дядя Бойд и кузен Арчи. Их лица не предвещали ничего хорошего.

Что ж… раз мы начинаем открытый бой, то больше нет смысла прятаться за лживыми словами. И на горящий ненавистью взгляд я ответила не менее прямым и вызывающим:

– Вы намерены устроить скандал на похоронах?

Мой ледяной тон оказался для этих двоих неожиданностью. И на секунду сбил их обоих. Что бы они ни собирались сказать или сделать, момент был упущен.

– Могли бы не путаться под ногами, позволив мне хотя бы привести кузину в подобающий вид. – Я чуть скривила губы. – Или хоть попросили бы денег на приличного некроманта. Я бы не отказала.

– После того, как убила мою сестру? – Арчи буквально шипел, но вполголоса, так, что стоявшие в нескольких шагах люди не могли бы разобрать ни слова.

– Ты прав, дорогой кузен. После того, как Жюли на меня напала со спины, я ответила ударом на удар. Будешь меня убеждать, что я не имела на это права?

– Тебе никто не поверит! – прошипел в свою очередь дядя Бойд. В глазах у него полыхала такая жгучая ненависть, что мне стало и страшно, и приятно одновременно. Да, пусть лучше ненавидят, чем как в том, несбывшемся будущем считают просто куклой, набитой деньгами.

– Посмотрим, дядя. Посмотрим. И кстати… мне жаль, но боюсь, вам с кузеном лучше съехать из моего дома. Сразу после похорон.

Арчи дернулся, мне показалось, что он замахнется, чтобы ударить, но дядя перехватил его руку и, похоже, сжал с такой силой, что Арчи аж перекосился.

Скандал отменяется?

Причину перемены настроения я поняла, когда дядя посмотрел мне за спину. Я обернулась и с трудом скрыла удивление. В строгом бежевом платье с траурной накидкой на плечах к нам шла Элли-Ивона, племянница Кобры. Та самая девчонка, которую я спасла от взрыва кислоты. Было очевидно, что она прибыла не по приглашению, а по собственной инициативе.

Визит родственницы короля – большая честь…

Мы с дядей сделали то, чего требовал этикет: расступились и поклонились, а вот Элли-Ивона слегка отступила от правил. Вместо того чтобы пройти прямо к алтарю, она повернулась ко мне.

– Леди Арисоль! – Она дружески взяла меня за руку. – Такая трагедия! Примите мои искренние соболезнования!

– Благодарю, леди Элли-Ивона.

Она коснулась моих плеч, не обнимая по-настоящему, а лишь обозначая жест, и отстранилась. Перевела взгляд на Ялиса:

– Лорд Иглори, жаль, что наша встреча произошла при столь печальных обстоятельствах. Я надеюсь увидеть вас с леди Нияр за чашкой чая в любой вечер после похорон.

– Леди Элли-Ивона. – Ялис учтиво поклонился.

Проигнорировав дядю Бойда и Арчи, девушка прошла к алтарю, зажгла поминальную свечу, поставила, не проронив ни слова, и, попрощавшись с нами легким кивком, покинула дом семьи Нияр.

Глава 19

Ялис

М-да…

– Ты знала, что она приедет? – Мы уже вернулись в автомобиль и даже отъехали от дома, когда я задал этот вопрос.

– Что? – Глубоко о чем-то задумавшаяся Арисоль дернулась, будто я ее разбудил. Но все же ответила после короткой паузы:

– Нет, откуда?

– Из будущего? – попробовал подсказать я.

– Мое будущее прошло в закрытой комнате, в инвалидном кресле. – Ари спокойно пожала плечами. В ее лице не дрогнула ни одна черточка. – Я могла только слушать то, о чем болтали слуги и дорогие родственники. Сам понимаешь, о несчастном случае с Элли-Ивоной они сплетничать могли, а вот о том, что она посетит похороны живой на тот момент кузины, – вряд ли.

Она помолчала пару минут и сменила тему:

– Кстати. Проследишь, чтобы дядя и кузен при переезде не забрали ничего лишнего из дома? В своих покоях пусть хоть обои от стен отдерут. Личные вещи тоже пусть вывозят без ограничений. Но мне не хотелось бы, чтобы кто-то разорил, например, дедушкину коллекцию. Или портретную галерею. Или семейный архив.

– Думаешь, они станут собирать вещи?

– То есть?

– Если они хотят скандал, то они с места не сдвинутся, вынуждая тебя выставить их силой. И еще кое-что, что, как мне кажется, ты упустила. Хотя ты наследница и владелица особняка, он не столько твое имущество, сколько родовое. Именно поэтому я бы не смог на него претендовать. Они являются частью семьи. Ты уверена, что у них нет законного права проживать в родном доме?

Арисоль задумалась. Вероятно, мой вопрос застал ее врасплох. Она даже к окну отвернулась и какое-то время смотрела на пролетающие за окном здания. Я уже собирался окликнуть ее, когда она встрепенулась:

– Стоит уточнить, спросим у Ложингтона. Но это мало что меняет. Есть у них право остаться или нет, дом я верну под контроль.

– Ты заметила, что от Арчи тянуло запахом вина? Похоже, он продолжает пить, и мне очень не нравится, что ты собираешься столкнуться с ним, пока он невменяемый. Оттого, что он отправится на каторгу за твое убийство, тебе легче не станет.

– Угу…

Ари снова впала в странное состояние заторможенности, взгляд стал отсутствующим. Что она там говорила про безопасность новой методики? В будущем методика, возможно, и будет безопасной. Но сейчас!

– Эй, что с тобой⁈ Вот только не ври, пожалуйста. Голова?

– Мм? Нет, не болит. Скорее туман, и мысли путаются. Но я, похоже, просто устала. Сложный выдался денек, согласись?

Я тяжело вздохнул в ответ и решительно вывернул руль.

Никаких больше гостиниц. Едем домой. В конце концов, кто мешает мне лечь в комнате с мальчишками или просто на полу, если уж мое близкое соседство настолько смущает даму?

К моему удивлению, Арисоль, выглянув в окно и поняв, куда я направляюсь, не стала протестовать. А когда я притормозил у парадной, обнаружил, что она и вовсе задремала на заднем сиденье. Да настолько крепко, что в квартиру девушку пришлось нести на руках.

И мысленно ругаться, поднимаясь по лестнице. Вот скажите, откуда в этом тощем цыпленке, чей вес почти не чувствуется, столько упрямства и решимости⁈ Феникс, мать ее… приличную женщину.

– Что случилось с леди? – моментально встревожился Патрик. Они с Тимом и няней ждали нас в квартире, не зря я выдал почтенной матроне ключи, чтобы точно не пришлось стоять с детьми под дверью.

– Ничего, просто устала, – спокойно пояснил я, проходя сразу в комнату и мысленно радуясь собственному свинству: диван так и стоял разложенным.

Я опустил Арисоль на подушку, в ответ она пробормотала что-то совсем невнятно, повернулась на бок и, не просыпаясь, поймала меня за руку, попыталась пристроить щеку мне на ладонь. Я застыл в дурацкой позе, не зная, как реагировать. Я не против, но все же до вечера еще далеко, и я хотел отлучиться по своим делам.

Потянул руку, пытаясь освободиться, но хватка у Ари оказалась крепкой. Пришлось аккуратно отцеплять ее пальцы один за другим. Она лишь вздохнула и откинулась на спину. Я присел на пуфик и снял обувь, потом, поколебавшись, расстегнул на ней платье, чтобы пуговицы не давили, а вот снимать не стал, накрыл одеялом и вышел.

– Лорд Иглори, – обратилась ко мне няня, – с вашего позволения я уйду раньше? Моя сестра попала в лечебницу, и мне бы хотелось успеть ее навестить. Прошу прощения…

– Да, разумеется, Барбара, – кивнул я, задумываясь, чем занять детей.

– Мы почитаем? – Умница Патрик сам сообразил, что шуметь при спящей в соседней комнате леди не стоит. – А потом съездим к маме в храм. Помните, вы обещали? – И посмотрел на меня умоляюще.

– Постараюсь, – честно кивнул я. – Но сам понимаешь, не все в этой жизни складывается так, как мы хотим. Сейчас важнее всего позаботиться о леди Нияр, вы со мной согласны? Все же она слабая женщина, а мы трое сильных мужчин. Не должны ли мы поставить ее интересы вперед своих?

Такой поворот событий оказался для мальчишек неожиданным. Но довод предсказуемо сработал. А я мысленно усмехнулся, вспомнив, сколько раз бабушка именно таким способом заставляла нас с братом отказаться от шалостей в пользу нужных дел. И ведь мы сами бежали впереди нее, проявляя мужскую силу на фоне женской слабости. И хитрости, чего уж…

– А что мы можем сделать для леди? – тем временем перешел к конкретике Тим, которого оказалось не так-то просто сбить с толку. – Она ведь спит.

– Для начала, может, приготовим что-нибудь на обед? – подумав, решил я. – Проснется, нам хоть будет чем ее покормить.

– А чем кормят девочек? – озаботился Патрик. – Особенно таких красивых? Пирожными? Я только кашу умею варить. Немного…

– Можно и кашу, – кивнул я, – но полагаю, что настоящий обед порадует ее больше. Как насчет того, чтобы научиться готовить суп?

Я достал из ящика картошку, раздал ножи и выставил в центр кухни ведро, куда кидать шкурку. – Хотите проверить, у кого полоска кожуры получится самая длинная?

Дело закипело.

Ко времени, когда Арисоль появилась в дверях, закутанная в домашний халат, сонная, слегка растрепанная и невероятно милая, все было готово. Я забылся и поймал себя на том, что хочу утащить ее в комнату, затискать и зацеловать.

Вот же! Что за мысли⁈ Неуместные! Категорически!

– Леди, как вы себя чувствуете? – встревоженно спросил Патрик вместо меня.

Ари улыбнулась детям, подозрительно прищурилась на меня:

– Я в порядке, а если кто-то сделает мне кофе, то будет еще лучше. – Она зевнула и устроилась за столом.

– Пусть тебя в храме посмотрят, – буркнул я. – Не нравится мне твое «лучше». Правильно я отказался, мозги надо беречь.

– Кофе, – повторила она, и в этот раз в ее голосе явственно звучали нотки приказа. Но какого-то… не хозяйского, а очень женского.

Я усмехнулся и вместо кофе бухнул перед ней тарелку супа.

Глава 20

Арисоль

Что ж, оборудование на фабрике удалось отстоять. Это мы выяснили уже на следующий день. Правильно я рассчитала, ничего дядя против Кобры сделать не смог, а ее я перед отъездом особо предупредила насчет отозванной доверенности.

К тому же Годрик Ложингтон, яростно ругаясь почти приличными словами, согласился временно вернуться на пост управляющего.

Теперь у нас впереди из главных трудностей маячило собрание акционеров и попытка сместить меня с председательского места.

И шансы у дяди Бойда были, чего скрывать. У него в отрасли и среди пайщиков имелась какая-никакая репутация. А я кто? Соплюшка-наследница из пансиона, девица с фанабериями в голове. Не сомневаюсь, что именно такие слухи обо мне распускают дорогие родственники.

Ну что ж, будем воевать. Но для начала оправимся от совместной ночи…

Ну да. Ялис героически попытался устроиться спать на полу за диваном. Аскет нашелся! Там из окна дует, по полу сквозит. На что мне нужен простуженный помощник в битве не на жизнь, а на смерть? Соплями врагов заплевывать?

Пришлось начинать войну прямо возле дивана. То бишь тащить упрямца в нормальную постель.

Отбивался Ялис не слишком-то активно, так что я победила и с приятным ощущением тепла под боком соскользнула в сон.

Утро началось с того, что я обнаружила себя в объятиях. Ялис, умотавшийся за все предыдущие дни, еще крепко спал, и его рука уютно лежала на моем плече. Я же утыкалась носом ему в бок и тоже приобнимала поперек живота. По ощущениям я проснулась раньше обычного, так что позволила себе немного понежиться под одеялом, ловя мгновения тишины и спокойствия. Интересно, именно так ощущается настоящее счастье? Ох, богиня. Откуда такие мысли? Неуместные!

Да я вообще не собираюсь замуж. Ни за кого. Ну, ближайшие лет десять. Мне некогда будет! И вообще…

Выбираясь с дивана, я сумела не потревожить Ялиса. Даже когда я ушла на кухню после утреннего душа, он еще спал. Дети на мое шебуршание не высунулись, что, впрочем, было ожидаемо, и я сварила две порции кофе. На кухне нашелся круглый поднос, а вот остатки роскошного сервиза, от которого сохранились три чашки, два блюдца и молочник, я трогать не стала, выбрала простые и милые из тех, которые явно были в ходу.

Дверь пришлось толкнуть плечом.

– Завтрак в постель? – изумился Ялис, только-только открывший глаза. И вдруг принялся суматошно комкать одеяло, прикрываясь… э… хм…

Нет, я знаю мужскую анатомию. И в пансионе мы с девочками под одеялом с вечной свечкой читали друг другу шепотом интересную книгу с картинками. И потом в инвалидном кресле я многое видела, потому что меня совершенно не стеснялись.

Но все равно до меня не сразу дошло, чего это Ялис так засуетился. А когда дошло… Да что такое, в самом деле⁈ Кофе в постель его заранее так взбодрил или что⁈

– Ты бы халат накинула, холодно, – просипел замурованный под одеялом Ялис, обреченно прикрыв глаза.

Я сначала поставила поднос на журнальный столик возле двери, а потом только с достоинством развернулась и удалилась. В ванную комнату. Потому что там было зеркало.

Кха… м-да.

Ну что поделать, у меня так и не дошли руки забрать свои вещи из особняка Нияр. И вообще, я собираюсь вскоре в него вернуться. Поэтому пока вполне обхожусь ночной рубашкой бабушки Иглори. Рубашка вполне приличная, чистая и… эх. И сползает с одного плеча так, что я становлюсь похожа на древнюю статую с одной полуобнаженной грудью…

Как говорится, ой. Впредь следует быть аккуратнее. Я замоталась в халат и, скрывая смущение за уверенной улыбкой, вернулась в комнату. Ялис к моему возвращению натянул и штаны, и рубашку. Глянув на меня искоса, он продолжил борьбу с пуговицами.

Утренняя легкость растаяла без следа, я взяла кофе, сделала первый глоток.

– Мне нужно увидеться с Мейкеном, – протянула я.

– С тем напомаженным блондинчиком?

– Лорд Мейкен согласился сделать нам одолжение и провести экспертизу кристаллов вне очереди.

– Хороший повод заманить тебя на встречу, – скривился Ялис. – Между прочим, наносить визит малознакомому мужчине, будучи замужней леди, крайне неприлично.

– Чем он тебе так не нравится?

– У тебя кофе получается божественный. – Ялис широко улыбнулся и вместо ответа на мой вопрос принялся демонстративно смаковать каждый глоток.

Нас прервал требовательный стук в дверь. Кто-то буквально ломился в квартиру. Я напряглась, а вот Ялис только скривился и собрался идти открывать.

Однако раньше, чем он успел подняться с места, прямо через дверь раздался незнакомый мне бас:

– Лорд Иглори, я сдавал вам квартиру как приличному человеку. Соседи жалуются, что вы водите к себе женщин. Это неприемлемо, и я пришел уведомить вас, что по всем правилам расторгаю договор аренды, у вас есть время до конца недели, чтобы освободить квартиру.

– Сиди. – Мне пришлось подскакивать и упираться обеими ладонями Ялису в грудь, потому что синеглазый кот взвился со своего места с таким свирепым лицом, что я мгновенно просчитала стоимость залога, который мне придется уплатить в жандармерию, когда он спустит хозяина доходного дома с лестницы. – Сидеть, я сказала! Отставить когти врастопыр! У нас свидетельство о браке есть, забыл?

– Когти что? – сбился с воинственного настроя Ялис. – Что за лексикон?

– Это ты еще под зимнее равноденствие с пансионерками сидр в дортуаре не пил, – хмыкнула я, уже спокойно подходя к тумбочке и вытаскивая из ридикюля то самое свидетельство о браке, что нам выдали в муниципалитете. – Сиди пей кофе, а с этим крикливым господином я сама побеседую. Вежливо. Без кулаков и когтей.

– Да где ты у меня когти видела⁈ – пробурчал Ялис, злобно косясь на дверь. – Я умею ухаживать за руками.

– И ногами, – согласилась я, покосившись на его босые ступни. – А когти у тебя там же, где усы и кошачьи уши.

– Что?

– Ой, потом! – Я отмахнулась и пошла все же поговорить со строгим блюстителем морали.

– Господин, развратом вы называете заключение брака? – обманчиво доброжелательно спросила я, резко открыв дверь и оказавшись нос к носу со скандалистом.

Домовладелец не повелся, набычился. Вчитываться в документ он не стал, лишь скользнул глазами по гербовой печати.

– Поздравляю, леди Иглори. – Ответ совершенно не сочетался с его враждебным тоном.

– Леди Нияр, я сохранила родовую фамилию.

– Поздравляю, леди Нияр, – послушно исправился он, – однако сказанное остается в силе. Я сдавал квартиру лорду Иглори с условием, что с ним будут проживать его юный брат и достопочтенная вдова его деда. Превращать свою квартиру в ночлежку для всех, кого лорду заблагорассудится привести, я не позволю. Надеюсь, он освежит в памяти договор и освободит квартиру в регламентированный срок. Всего доброго, леди. Ах да, в качестве свадебного презента примите совет: поторопитесь оформить развод, потому что то лорд Иглори в тюрьме сидит по подозрению в убийстве, то какие-то криминального вида личности приходят и о нем расспрашивают. Втянет он вас в какую-нибудь грязную историю, и не отмоетесь.

Дверь с грохотом закрылась.