Текст книги "Соблазнение праведного заклинателя (СИ)"

Автор книги: Милисса Романец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

– Зато у вас с Чжан Вэем красиво получилось, – заметила я.

Сю Мин довольно улыбнулась, любуясь ровными строчками, и смущённо перевела взгляд на невозмутимого Чжан Вэя.

– Как хорошо, что мы доверили разрисовать фонарик тебе, брат Чжан Вэй, – проворковала Сю Мин.

– Э… – замялся парень от её заигрываний. – Рад, что тебе нравится, сестра Сю Мин.

– Очень!

Я огляделась. Почти все справились со своими фонарями и были вполне довольны получившимися результатами.

Сусу и Анхэ работали в паре, никому не позволяя прикасаться к своему фонарю, у них действительно красивый получился, с изящным рисунком влюблённых и даже настоящий небольшой стих о скорой встрече. Чего у сестёр было не отнять, так это интереса к любовным историям и вкуса.

Запускать фонарики под руководством старшего брата Ли Бо и ещё двух его товарищей мы пошли к обрыву. Там всегда дул ветер. Лучшего места, чтобы фонари сразу поднялись вверх – прямо к небу, было не найти. Считалось, что фонарики с желаниями и благодарностями поднимаются в чертоги верховного бога Солнца, который ещё и за войны отвечал.

Чжан Вэй под руководством старшего брата Ли Бо поджёг фитиль у маленькой свечи, и мы вчетвером встали вокруг фонарика, лишь слегка придерживая его.

– Нужно загадать желание, – напомнила Сю Мин.

– Но фонарик один, это может быть только одно желание, – покачал головой Чжан Вэй.

– Тогда давайте загадаем оставаться друзьями всегда, – предложила я.

– Друзьями? – Сю Мин посмотрела на Чун и скривилась.

– Хорошее желание, – одобрил Чжан Вэй.

– Ну ладно…

Чун не ответила ничего, и, похоже, она вообще не понимала смысла загадывать желание. Но главным было вовсе не исполнение загаданного, а сам ритуал объединения намерений и помыслов.

Мы подняли фонарик вверх. Мелкая Чун даже привстала на цыпочки, чтобы как можно дольше удерживать в руках так и норовивший взмыть вверх фонарик. Стоило только отпустить его, как поток воздуха подхватил лёгкую конструкцию и увлёк за собой вверх. Всё выше и выше!

Я зачарованно смотрела на почти дюжину фонариков, которые раскачивал и крутил ветер. Они словно плыли по начавшему темнеть небу, превращаясь в первые звёзды.

– Я из семьи сапожника родом из городка Сючен, самая старшая из детей в семье. Родители не знали, что со мной делать. Приданого-то нет, а без него удачно не выйти замуж, – голос Сю Мин был тихим. – Матушка услышала, что на горе совершенствующихся можно жить безбедно и, если повезёт, жениться на бессмертном. Поэтому меня отправили в орден Вушоу.

– Ну, мою историю вы знаете, – я постаралась говорить беспечно. – Я стала изгоем в своей деревне. Окончательно это поняла в шестнадцатый день рождения, когда скрывать правду оказалось уже невозможно. Матушка дала что было из еды в дорогу. По пути работала за еду и ночлег на полях. Так я весь сезон урожаев и промыкалась по разным деревням.

Воспоминания разбередили душу. Я тосковала по родным, по тем, кого знала всю жизнь, с кем когда-то играла. В груди потяжелело, а перед глазами всё поплыло от непролитых слёз.

Я начала замечать отличия между собой и другими детьми намного раньше шестнадцатилетия, но не придавала этому особого значения, пока не вскрылась правда, которую невозможно игнорировать и от которой не убежать, но я всё же попыталась.

Как бы не любила меня матушка, но я больше не могла оставаться в деревне, потому что отличалась от остальных. И я ушла искать место, где смогла бы стать если не такой же, как все, то своей.

Чун погладила меня по плечу, утешая, и я очнулась от невесёлых мыслей.

– Спасибо, Чун. Мне уже не так грустно, – я выдавила из себя улыбку.

– Я единственный сын в семье. Когда-то мы были богаты, но один чиновник захотел разорить моего отца, он подкупил нашего управляющего, и тот подделал расходную книгу, в которой прописал утаивание урожая от казны. Отец потерял свои земли и положение в обществе. С той поры матушка слегла и так и не оправилась до конца. У отца нет возможности выучить меня как положено, потому он отправил меня в орден Вушоу… Мои предки не смогут покоиться с миром, если я не отомщу подлым Лю за то, что они отняли имущество и честь семьи Чжан, – сказал Чжан Вэй, глядя в пропасть, раскинувшуюся у наших ног.

– И что ты собираешься делать с этим? – спросила я.

– Стану бессмертным и вызову чиновника Лю на бой.

– Но разве этим ты вернёшь честь своей семьи? Наоборот, люди решат, что это месть чиновнику за его службу императору. У вашей семьи может быть ещё больше проблем, если учинишь расправу над чиновником.

– И что, ты предлагаешь оставить всё так, как есть? – резко спросил Чжан Вэй.

– Нет, но… – я не знала, что ему ответить, и закусила губу.

– У меня нет другого пути в жизни. Семья Лю не оставила его мне.

– Не ссорьтесь, – всхлипнула Сю Мин.

– Мы не ссоримся, – вздохнула я. – Прости меня, брат Чжан Вэй, я не должна была лезть со своим мнением. Сама не знаю, как поступить правильно в такой ситуации.

После признания Чжан Вэя на душе осталась горечь и разочарование от того, что ничего не могу сделать. Даже поддержать друга на его пути от всего сердца.

Вслед за Ли Бо и старшими братьями мы вернулись в город у ворот и отправились на главную площадь, украшенную в честь праздника. Несколько лотков продавали фейерверки, маски, игрушки из соломы и глины, еду. В воздухе вкусно пахло сахаром и выпечкой.

Вокруг нас шумела толпа. Изредка слышались взрывы фейерверков, от которых Чун вздрагивала и жалась ко мне.

– Держите, – Ли Бо протянул нам с ребятами две шпажки боярышника в застывшем сахарном сиропе. – С Новым годом!

Мы нестройно поблагодарили старшего брата за лакомство. Я разделила одну шпажку с Чун, а смущённая Сю Мин – с Чжан Вэем.

Неожиданно глухо бухнуло. И ещё. И снова. Чун крупно задрожала, присела на корточки и дёрнула меня за подол. Взрывы фейерверков с пяти пиков долетели и до нас, осветив кусочек неба над площадью.

– А вдруг из-за взрывов сойдёт снежная лавина или случится обвал? – вырвалось у меня: тревога Чун оказалась заразительной.

Затаив дыхание, я слушала далёкие звуки, отдающиеся в груди трепетом и восторгом.

– За этим следит бессмертный мастер фэншуй с пика Горного козла. Всё будет хорошо: вам совершенно нечего бояться, – успокоил Ли Бо, который остался рядом с нами. – Сейчас не видно, но фейерверки запускают все пять пиков, каждый в виде своего покровителя – духовного зверя. Я несколько раз видел их – очень красиво. Отсюда, если повезёт, тоже увидите.

– А давайте загадаем, что кто какого зверя в небе увидит, то на такой пик и попадёт! – загорелась идеей Сю Мин.

На её слова всё так же продолжавшая сидеть на корточках Чун вскинула руку и показала вдаль. В той стороне вспыхнул какой-то червь из белых искр.

– Это хвост Снежного барса, – радостно объявил Чжан Вэй.

– Где-где? – завертела головой Сю Мин.

– О… уже всё. Пропал… – смутился парень.

На пиках отгремел фейерверк, который нам удалось только услышать. И тогда на площади тоже запустили гигантские огненные шары. Вот когда грохнуло, так грохнуло!

Окончательно перепуганная Чун вцепилась в мою руку и заскулила.

– Всё в порядке, Чун. Это просто фейерверк… – перекрикивая взрывы, попробовала я успокоить дрожавшую девочку, но она лишь сильнее прижалась к моему боку. – Ай, ладно. Старший брат Ли Бо, мы с Чун возвращаемся.

– О, понимаю… Идём, я провожу вас, – ярко улыбнулся парень, за спиной которого красиво разлетелся искрами новый фейерверк.

Мы с Ли Бо и крепко державшейся за меня Чун начали пробираться через толпу. На обратном пути я думала о том, что считала, будто весь праздник буду скучать по матушке и бабуле. Однако новые впечатления вытеснили тоску по родным.

– У меня ещё никогда не было такого Нового года. Спасибо тебе за праздник, старший брат! – глядя на Ли Бо поверх головы продолжавшей прижиматься ко мне Чун, я постаралась выразить всю свою благодарность.

– Счастливого Нового года, Сяо Цзин! Для меня тоже это был особенный день… – улыбка Ли Бо показалась мне действительно счастливой.

Когда все претенденты в ученики собрались за поздним ужином, мы вчетвером с Чун, Сю Мин и Чжан Вэем сели за один стол. Впервые на раздаче появились сладкие рисовые шарики с начинкой из красной фасоли и мандарины.

– Как же мало, оказывается, нужно для счастья! – воскликнула Сю Мин, поглощая свой мандарин большими кусками. Рядом с ней быстро осталась только кучка кожуры.

Чун вгрызлась в мандарин, даже не почистив тот. Чжан Вэй, погруженный в мысли, смотрел на свой фрукт с грустной улыбкой. Я же наслаждалась сочной цитрусовой сладостью с кислинкой долька за долькой и ощущала согласие с собой и окружающим миром.

Когда-то я думала, что не смогу быть счастливой вдали от родного дома, но теперь начала понимать, что ошибалась и впереди меня ещё ждёт много радости и новых встреч.

Глава 4
Испытание

– Сяо Цзин, вчера ещё претенденты в ученики приехали! Представляешь: за день до испытания⁈ – Сю Мин, пропавшая сразу после обеда, резко остановилась передо мной, слегка хлестнув по лицу кончиками своих косичек. – Ой, прости! – она нетерпеливо откинула волосы за спину. – Сусу и Анхэ наконец добились того, чтобы быть со своей госпожой. Она красавица. И ещё в том доме с отдельными комнатами для новеньких появился очень красивый парень.

– Только один? – усмехнулась я.

– Он не один, а со своим слугой, – победно улыбнулась подруга, и я, не сдержавшись, рассмеялась.

Сю Мин близко к сердцу приняла поучения Сусу и Анхэ о необходимости присмотреть себе заклинателя, пока всех не разобрали, и добросовестно высматривала красивых парней среди старших братьев, тех, кто учился вместе с нами, и теперь вот новеньких. До прибытия новых кандидатов в ученики ордена Вушоу её любимчиком оставался серьёзный Чжан Вэй, но сейчас подруга, похоже, начала сомневаться.

Может, в этом и была причина того, что большинство совершенствующихся одиноки? Неужели из-за того, что все они привлекательные, так трудно сделать правильный выбор?

До испытания осталось меньше половинки часа козы, оно было назначено на самый длинный день в году, когда в храмах люди проводили ритуалы в честь Верховного бога Солнца.

Чжан Вэй упомянул, что в этот день совершенствующиеся, обладающие огненным корнем, набирают максимальную силу. Благодаря отцу парень оставался единственным из нас, кто хоть что-то знал о пути самосовершенствования.

Мастера мало рассказывали претендентам в ученики об ордене Вушоу и его пиках. В основном мы читали легенды, больше похожие на сказки для детей. Тех, кто уже умел читать и писать, дополнительно обучали каллиграфии. Чжан Вэй авторитетно заверил, что эти знания особенно пригодятся, чтобы рисовать бумажные талисманы, а значит, тем, кто выберет путь заклинательства.

За полгода, которые прожила в ордене Вушоу, я так и не узнала ничего стоящего, чтобы приблизиться к выполнению наказа матушки. Видимо, всю более-менее ценную информацию давали ученикам. Конечно, для кого-то и выучиться писать-считать уже за счастье. Но всё же я не думала, что выполнить поручение матушки будет так трудно. Казалось, что нужно только подняться на гору Пяти духовных зверей, и печалиться будет не о чем.

На деле получилось, что я всё ещё топчусь на месте.

– Говорят, у каждого ученика ордена Вушоу своя комната, – мечтательно вздохнула Сю Мин.

– Так и есть. Ли Бо сказал, что у учеников ордена комнаты будут хоть и маленькими, но отдельными, – кивнула я. – Скорее всего, насчёт тех, кто сейчас прибыл, нет сомнений, что они пройдут испытание.

Я не теряла надежды и не забывала своего знакомого старшего брата. Иногда Ли Бо всё же рассказывал что-то интересное, но ничего действительно ценного и нужного, что было подозрительно, потому что я не заметила от него большой хитрости и осмотрительности.

На выходе нас уже поджидала чистенькая и опрятная по случаю испытания Чун. Даже её волосы сегодня были довольно опрятно убраны в хвост и подвязаны подаренной мной лентой.

– Ну как, ты готова пройти испытание, чтобы вместе со мной стать ученицей ордена Вушоу? Да? – Я утвердительно закивала, показывая пример. – Или нет? – Отрицательно помотала головой.

Уставившись в землю перед собой, Чун замялась, как и многие звери, она не любила прямого взгляда. Хоть подвижки с гигиеной были, но она всё ещё не говорила, и я пробовала научить её хоть каким-то общеупотребляемым жестам.

Чун недовольно зыркнула на стоявшую рядом и теребившую одну из своих косичек Сю Мин и наконец утвердительно кивнула, а я широко улыбнулась. Спустя полгода Чун и сама научилась худо-бедно улыбаться, так что можно было не бояться испугать её своим радостным оскалом.

– Отлично. Тогда идём, сделаем всё, что от нас зависит, чтобы стать ученицами ордена Вушоу.

На этот раз Чун кивнула без подсказки.

У домика нас уже ждал старший брат Ли Бо, которому я помахала, получив приветственный кивок, и он велел нам собираться и следовать за ним.

Для испытания нас привели в храм Пяти духовных зверей. Внутри зала для чтения молитв оказались пять алтарей со статуями, выполненными из белого нефрита: барс, дракон, барсук, зимородок и козёл.

Из легенд об ордене Вушоу, которые мы практически заучили наизусть на уроках чтения, я поняла, что ещё ни один совершенствующийся ордена не смог стать богом.

Началась церемония. Её вёл молодой мужчина, ещё не достигший звания бессмертного мастера. В богато украшенных вышивкой из серебра и золота белых одеждах с широкими, словно крылья журавля, рукавами. Своим изяществом и великолепием его образ поражал воображение.

Рядом томно вздохнула Сю Мин.

На голове мужчины нефритовая шпилька крепила к пучку волос белую корону знати. Я впервые видела эту шапочку с перекладиной сверху, с которой свисали пять нитей с нанизанными на них прозрачными бусинами, занавесившими верхнюю часть лица. Такие на важные мероприятия мог носить: император людей, но у того корона, по словам мастера Ту, была с бусинами из белого нефрита и подвесок насчитывалось двенадцать; его удельные князья, с подвесками из чёрных нефритовых бусин в количестве семи штук; а также бессмертные мастера, являющиеся главами самых крупных орденов, кланов и сект Поднебесной.

Вспомнилось имя нынешнего главы ордена Вушоу – Шебао Юаньшу, он же второй сын прошлого главы ордена. О нём особенно любили сплетничать Сусу и Анхэ, слишком явно демонстрируя, что выбрали его целью для своей юной госпожи. Сплетницы убеждали всех, что шестидесятилетний глава ордена потерял жену и является самой удачной партией для замужества.

Корону знати в ордене Вушоу действительно мог носить только глава. Но перед нами был не он – слишком уж молод, на вид не более двадцати лет… С другой стороны, мужчина мог быть родственником главы ордена, и в этом случае на важные церемонии мог исполнять некоторые обязанности старшего родича, а значит, имел право надеть корону знати.

Неужели это сын главы ордена? Вот уж кто действительно – лакомая добыча для юных девушек в поиске партнёра на пути самосовершенствования.

Шебао-младший зажёг пять палочек благовоний и поочерёдно подошёл ко всем статуям духовных зверей, чтобы с поклонами оставить им подношения. После этого он встал у высокого стола, поставленного в центре храма.

– Приступим. Претенденты, подходите ко мне по одному, – в наступившей тишине глубокий и ласковый голос Шебао-младшего прозвучал словно бы у самого уха, и по загривку спустился вниз табун горячих мурашек.

Сначала к нему подошли те ребята, которые прибыли последними. Осанка и дорогие украшения в волосах выдавали в них молодых людей знатного происхождения. Все они по очереди сжимали кристаллы ледяного дракона и проходили либо за дверь, расположенную за спиной Шебао-младшего и ведущую в зал для медитаций, либо с горькими выражениями лиц возвращались на свои места. В последнем случае испытание считалось проваленным.

После привилегированных молодых господ, к которым затесались и наши Сусу с Анхэ, вслед за своей госпожой успешно прошедшие испытание, настала очередь тех, с кем я прожила бок о бок последние полгода. Все мы волновались. Ребята один за другим шли к проводившему церемонию мужчине, не оглядываясь. Большинство вернулись обратно. Сю Мин со слезами на глазах встала рядом со мной, когда Шебао-младший её завернул. Чжан Вэй, как и говорил, прошёл без проблем – его кристалл ледяного дракона почернел.

Когда вызвали Чун, та обернулась на меня, и я подбадривающе кивнула. Её кристалл ледяного дракона чуть позеленел.

Моя очередь оказалась последней, я взяла со стола один из прозрачных неогранённых кристаллов и сосредоточилась, стараясь согреть ледяной на ощупь камень. Тот приобрёл красный оттенок, и на сердце стало легко.

Я подняла взгляд.

Шебао-младший в ритуальных одеждах стоял посреди храма подобно прекрасной статуе небожителя, высеченной из белого нефрита: возвышенный и утончённый. Оказывается, его острый и цепкий взгляд был направлен на меня.

Я ощутила, как горячая волна прилила к щекам, а сердце сбилось с ровного ритма.

Впрочем, быстро вспомнилось, что из-за цвета волос меня тут считают проклятой, поэтому внимание сына главы ордена было вполне закономерным и скорее вызвано профессиональным интересом. Я улыбнулась и поклонилась в знак благодарности.

– Ты прошла, поздравляю, – слова, которых я так ждала, словно окрылили меня.

В зал для медитаций храма, где собрались новоиспечённые ученики ордена Вушоу, я буквально влетела, уверенная, что уж теперь-то наказ матушки обязательно выполню!

– Возьми коврик и сядь, – велел суровый парень в белой одежде, как у нас, но с вышитыми серебряной нитью рукавами и красивым расшитым морозным узором поясом.

Остальные уже сидели на ковриках: кто в позе лотоса, кто на коленях, а кто-то, как и Чун, на корточках. Я взяла коврик и, пристроившись рядом с ней, села в позу ученика, всё равно не знала, как правильно входить и выходить из позы лотоса.

– Ты была последней? – уточнил парень, и я кивнула. – Что же, тогда начнём. Теперь вы – ученики ордена Вушоу первого года. Зовите меня старший брат Сун Чжи – я ученик ордена третьего года обучения. По всем вопросам можете обращаться ко мне. Первые три года вы будете жить в долине учеников между пиками Зимородка и Белого барсука, там наиболее благоприятные погодные условия и концентрация природной ци выше, чем у подножья горы Пяти духовных зверей. Распорядок дня некоторым из вас уже знаком: зарядка – вторая половина часа кота, затем уроки до начала часа лошади и работы, в основном в поле и стирка, с начала часа козы и до начала часа петуха. Если вопросов нет, то предлагаю выдвигаться в путь прямо сейчас. До захода солнца вы должны заселиться в ученические дома.

– Уже уходим? – вскочила на ноги Анхэ.

– А как же вещи нашей госпожи? – возмутилась Сусу.

– Запоминайте дорогу. В свободный от учёбы и работ день вернётесь за ними, – пожал плечами Сун Чжи. – Ещё вопросы? Нет? Тогда выходим. Внимание. Первое правило. Держитесь парами. Присматривайте друг за другом. Бродить по горе в одиночку строго запрещено.

Я положила коврик в стопку других таких же и вместе с Чун вышла из храма, в котором уже никого не было.

Дорога всё время шла в гору. Перед нами с Чун едва плелась пышнотелая молодая госпожа со своей служанкой.

– Ах, как же вы дойдёте, госпожа Фань? Ох, осторожно, лучше обопритесь на меня! – суетилась служанка, хоть её госпожа и не думала жаловаться. Да пыхтела, да обливалась потом и вся покраснела, но помалкивала.

В первых рядах бодро топал чем-то недовольный Чжан Вэй. Парни вообще как-то несправедливо ушли самыми первыми, оставив девушек глотать пыль в хвосте.

Я ожидала, что Сун Чжи разобьёт нас на пары, как-то более равномерно распределит выносливых ребят с менее физически подготовленными к трудному пути. Да хотя бы подождёт отстающих! Но тот унёсся так быстро, что только парни за ним и успевали. Девушки шли куда медленнее за редким исключением. Чун всё порывалась обогнать пухленькую госпожу со служанкой, но оглядывалась на меня и замедляла шаг. Так мы и ползли самыми последними, даже когда за поворотом скрылись самые медлительные девушки.

– Ах, не дойдём, не дойдём мы, – принялась причитать на развилке служанка.

Я вздохнула, потому что было похоже, что действительно не дойдём.

– Чун, как думаешь, в какую нам сторону? – довольно громко спросила я, отчего служанка и её госпожа удивлённо оглянулись, явно не ожидая увидеть позади ещё кого-то.

Чун повертела головой и безошибочно указала направление.

– А вы?.. – у госпожи Фань оказался сильный грудной голос.

– Я – Сяо Цзин, а это моя подруга – Чун, – представилась я.

– Госпожу зовут Фань Ялин, а её покорную служанку – Бию, – поторопилась представить себя и свою госпожу круглолицая девушка.

– Думаю, нам стоит немного отдохнуть. Вместе мы обязательно дойдём, – улыбнулась я.

Шли мы долго, часто останавливаясь на отдых, а в пути полагались в основном на чутьё Чун.

Ради того, чтобы Фань Ялин и Бию берегли дыхание, я помалкивала, хотя было бы интересно узнать, зачем Фань Ялин понадобилось становиться ученицей в ордене Вушоу. С её телосложением это могло быть весьма утомительной и мучительной затеей. Или родители настояли? Ради выгодного замужества?

Уже стемнело, когда мы вчетвером вышли с горной тропы на относительно плоский участок долины с выступающими скалами и камнями, на которых сидели наши соученики, прошедшие вместе с нами после обеда испытание. Один красивый молодой господин, похожий на демонического лиса, вообще разлёгся на траве, а рядом с ним застыл парень попроще, который при нашем появлении потормошил красавчика.

– Ну наконец-то! Мы вас уже целый животный час ждём, – воскликнула Сусу.

– Если бы не убежали вперёд, ждать бы не пришлось, – ответила я, хотя даже не предполагала, что они так сделают. И зачем было убегать вперёд, если всё равно пришлось ждать?

Раздались громкие хлопки, и навстречу к нам с девочками вышел Сун Чжи – ответственный за нас старший брат.

– Поздравляю, вы четверо единственные, кто услышал первое правило: присматривать друг за другом. Остальные в качестве учеников Вушоу с первым заданием не справились и остаются сегодня без ужина. Так и быть, на ночлег устрою всех, – объявил он.

– Но это нечестно! Старший брат не сказал, в чём заключается задание, – ещё больше повысила голос Сусу, кое-кто поддержал её сдержанным ропотом.

– Тогда зачем тебе голова на плечах, младшая сестра? Горы – это не шутки. Тут в одиночку не выжить. И чем скорее вы все это поймёте, тем больше шансов, что не свернёте себе шею. Ваши сёстры могли заблудиться, упасть в темноте в пропасть, кому-то могло стать худо в пути и требовалась помощь.

– Но ты сам не пустил нас вернуться за ними! – возмутился лежавший до этого на траве красавчик, похожий на демонического лиса.

– Потому что уже стемнело, и вместо четырёх трупов могло получиться намного больше. В горах нет места безрассудству. Все поиски начинаются только на рассвете, – сурово отчитал всех Сун Чжи.

Теперь-то я поняла его задумку. В родной деревне тоже предпочитали так учить: на горьком опыте. Бабуля говорила, что хоть сто раз расскажи и предупреди об опасности, но доходит до некоторых только на собственной шкуре. Сурово, но действенно.

– Мы очень устали и рады, что наконец вас догнали, теперь с нами всё будет хорошо. Чун потрясающе ориентируется, мы дошли только благодаря ей. Спасибо вам всем, что дождались нас! – Я быстро поклонилась, и этот жест подхватили Фань Ялин и Бию. Подумав, поклонилась и Чун, хоть она наверняка просто повторила за всеми, не сильно вникая, что вообще происходит.

Ребята чуть смягчились, кто-то даже смущённо пробормотал «пожалуйста» и устраиваться на ночлег шли уже в более приподнятом настроении. Но тот же Чжан Вэй хмурился и явно остался собой недовольным, отчего-то недобро поглядывая на лисоподобного красавчика, который сказал, что старший брат не позволил ребятам идти нам навстречу.

Сун Чжи выдал нам постельное бельё, новую одежду, расшитую морозным узором по краю рукавов и поясу, точно такую же, как у него самого, и показал два дома с двенадцатью отдельными комнатами. В первый заселились девушки, а во второй – парни.

Получилось, что мы как шли с Чун, Фань Ялин и Бию самыми последними, так и заселились в четыре последние комнаты, расположенные друг напротив друга по прямому коридору. По одну сторону: я и Чун, по другую – Фань Ялин и Бию. Мы положили выданные вещи и, как и велел старший брат, вернулись к нему, чтобы дойти до столовой, где уставшая тётушка выдала нам булочки с чаем.

– В этом году целых четыре ученицы справились с первым заданием. Хороших ребят набрали, – со значением покивала тётушка.

– В нашем потоке вообще справившихся не было, трое заблудились, и одна девушка погибла, – поделился жующий вместе с нами Сун Чжи.

– Но почему? Разве у ордена Вушоу не будет проблем из-за смерти ученика? – я отвлеклась от жевания булочки с мясом.

– Смотря чьей смерти, – пожал плечами он. – Вот, например, за деву из семьи торговца Фань с меня бы шкуру содрали, а за твою смерть, младшая сестра, только пальчиком погрозят и упрекнут, что плохо за младшими смотрел.

Фань Ялин от такого заявления подавилась булочкой. Бию захлопотала, подавая госпоже чай.

– Благодарю за честность, – усмехнувшись, я склонила голову в шутливом полупоклоне. – Но получается, что мы с Чун помогли тебе избежать наказания. Разве за это нас не стоит вознаградить?

– Разве младшей сестре за хорошее дело требуется награда?

– Ну уж точно не ненависть соучеников.

– Нет, кормить провинившихся нельзя. Они должны усвоить этот урок. А если будут проблемы, можешь обращаться ко мне.

– Поняла. Благодарю старшего брата за разрешение, – у меня вырвался тяжёлый вздох.

Сун Чжи не пошёл провожать нас, только проследил издали, что мы идём к правильному дому.

Расставаясь на пороге своих комнат, Фань Ялин и Бию стали благодарить нас с Чун за то, что помогли им добраться до остальных относительно без приключений. Возможно, находясь под впечатлением от того, что я пыталась стрясти еду для остальных ребят с Сун Чжи.

– Я рада была вам помочь, это ничего мне не стоило. Больше всех отличилась Чун, поэтому я прошу своих сестёр впредь присматривать за ней, если у меня это не получится. Давайте отныне будем добрыми сёстрами по ордену! – попросила я девушек.

Неизвестно ведь, как сложится, а Чун пока что не могла сама себя защитить в большинстве стычек, требующих умения говорить.

– Да, конечно! Давайте будем сёстрами, – обрадовалась Фань Ялин.

Спать ложилась я в хорошем настроении, но утро было не таким добрым.

Меня растолкала Чун.

– Мн-н… – замычала она. – Нет.

– Что?

– Ых нет, – в её хриплом, словно простуженном, голосе я едва что-то разобрала, и пока переваривала новость о том, что Чун всё же умеет говорить, она с трудом выговорила: – Все. У-уйти.