Текст книги "Измена. Я больше не у твоих ног (СИ)"

Автор книги: Милана Лотос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

И средства на жизнь у меня были. Так что в ближайшее время я не пропаду.

– Пап, я уже еду к вам.

– Мы ждем, тебя, дорогая, – мягко произнес отчим, – да и Тонечка по тебе очень соскучилась.

– И я соскучилась, – успела произнести я, как тут же получила сильнейший удар в зад. В меня кто-то въехал, и я сразу поняла, кто это.

___________________________________________________________________

Дорогие мои, позвольте порекомендовать вам еще одну новинку нашего Литмоба.

Бывший муж. Мы не закончили

https:// /shrt/9uxj

Четыре года назад в один миг моя жизнь полностью разрушилась: я пережила выкидыш, после раскрылась измена мужа, что привело к болезненному и тяжелому разводу. Я собрала себя по кусочкам, встала на ноги, отряхнулась и продолжила жить, навсегда закрыв прошлое. Но оно вновь вторгается в мое настоящее, напоминая о той адской боли. Только теперь я уже не та, что будет терпеть. Мне есть что сказать. – Хорошо выглядишь, Василиса. Мне тут пташки напели, что ты вопросом усыновления занялась... – Не твое дело! Мы больше не связаны друг с другом. – А я так не считаю, Василек... То, что я тогда не хотел ребенка, не говорит, что я не хочу его сейчас.

Глава 12.

Первая мысль, которая пришла мне в голову “Это полный пиздец! Да, я оторву ему за это все его причиндалы!”

Но потом я посмотрела в зеркало заднего вида и поняла, что это не муж. Макар хоть и был последней сволочью и мерзавцем, но врезаться в машину из-за мести не стал бы.

Вместо тачки мужа в меня въехал какой-то старый жигулёнок, за рулем которого была…

– Не может быть! – Ударила ладонями по рулю, и машина тревожно заверещала. – Катька, ёпрст!

Из жигулёнка выползала моя соседка и местное сарафанное радио. Если чего-то не знаешь и не хочешь знать, Катька Васильева все тебе донесет в лучшем виде, приукрасит и соврет. Мы с ней не дружили, пускай наши дома и находились друг напротив друга, лишь здоровались на улице и иногда… как например сегодня… целовались машинами.

Я открыла дверь своего рено и вышла на улицу. Настроение вконец было испорчено, и кулаки чесались кому-нибудь наподдать.

– Васильева… Катерина, ты что не видишь, куда едешь?

– Здравствуй, Олесь… я… это… просто понимаешь. Я ездить учусь и в город еще не выезжала, решила тут потренироваться, – клохчущим голосом сказала соседка.

– На моей машине потренироваться? – Яростно спросила и посмотрела назад. На боку была глубокая вмятина, а часть бампера теперь висела на каких-то соплях. – Ну ё-моё, Кать, ну ты вообще что ли? И как мне теперь с этим, а? – показала рукой на бампер и потерла лоб. Голова, кстати, продолжала болеть. А ведь я дома так ничего и не поела. Недосуг было с этой любовницей и мерзавцем-мужем. Мой ребеночек тоже был голоден и всячески мне об этом намекал.

– Я заплачу, Олесь. Пойдем ко мне домой, я сейчас все устрою. Ты, главное, не волнуйся.

– Я не волнуюсь, просто голова жутко болит и вообще…

– Знаем, твое вообще… ты же только после больницы. Домой приехать не успела и нарвалась на такое.

– На какое такое? Ты это о чем, Васильева? – Изумленно спросила я, понимая, что до этой клуши уже донесли информацию.

– Ты правда хочешь, чтобы об этом узнала вся наша улица? – хищно сощурила глаза, и я поняла, что эта деваха совсем не так проста на первый взгляд.

– Я бы не прочь попить чаю и чего-нибудь перекусить.

– Возможно, за чашкой горячего чая и мясного пирога, который я испекла сегодня утром, мы сможем уладить нашу небольшую аварию.

– Хм… даже не знаю, возможно, только если ты расскажешь мне что-нибудь по-настоящему полезное, – ответила я и пошла за своей соседкой, которая приглашала меня в свой дом.

– Пойдем, я тебе кое-что покажу, – предложила мне соседка, когда мы вошли в ее дом и прошли гостиную. Дом был большой и очень похож на наш с Макаром, вот только здесь имелось одно небольшое, но существенное отличие. Мансарда на втором этаже имела выход на дорогу и собственно на окна нашего дома.

Я села в одно из кресел и посмотрела на соседку, которая успела сходить за чаем и мясным пирогом.

– Здесь отличный вид… на нашу с Макаром спальню, – предположила я, глядя на Катьку.

– Точно, – подмигнула мне соседка, – а если смотришь через цифровой бинокль с видеокамерой, видно все до мельчайших деталей.

– Правда, что ли? – Спросила я, положив большой кусок пирога в рот, и с удовольствием, запила его горячим чаем. А потом поняла, что головная боль постепенно уходит. – И что за детали?

– Разные. Ты, например, знала, что на заднице твоей няни выколота бабочка?

– Чего-о-о? – Я разинула рот, и кусок пирога чуть не выпал на тарелку.

– Я не буду говорить о размерах достоинства твоего мужа. Это не совсем этично, – ухмыльнулась соседка и закатила глаза, – хотя говорить об этичности мне не предстало. Посмотреть там есть на что.

– Хватит, это уже слишком! – рявкнула я. – Говори по делу, иначе я пойду составлять европротокол.

– Не горячись, подруга, – соседка присела за столик, рядом со мной и посмотрела на меня, – ты думаешь, я не понимаю, что происходит сейчас в твоей жизни? Очень даже понимаю. Тебе сейчас ох, как херово. Муж изменяет направо и налево, любовница живет с тобой под одной крышей, да еще и ребенок.., – соседка замолчала.

– Что… ребенок? – Напряглась я и машинально коснулась рукой живота.

– Думаешь, я не знаю, что случилось с твоим малышом? Думаешь, не знаю, да? Но не переживай, твою тайну я никому не расскажу.

– Не понимаю, о чем ты?

Страх парализовал меня, дыхание стало тяжелым, а ладони в миг покрылись испариной.

– Ну как же, – хмыкнула Катька и положила голову на руки, – мне тут птичка на хвосте одну новость принесла, вот теперь и не знаю, с кем бы ей поделиться?

Глава 13.

– Говори уже, что ты ходишь вокруг да около, – яростно произнесла и со стуком поставила кружку на блюдце. Оно громко звякнуло и лицо Катьки вдруг изменилось. Мы никогда не были с ней подругами, и я была уверена, что после того, что она скажет, уже и не станем.

– Я знаю, что до сих пор ждешь ребенка, – улыбаясь, произнесла Катька, и мне показалось, что мое сердце на миг остановилось, – и я тебя с этим поздравляю. Это и правда замечательная новость, – не скрывая ехидства, продолжила соседка, но…

– Что но?..

– Но… разве отец не должен знать, что его ребенок жив, м? Или, быть может, не Макар – его отец?

– Не говори ерунды, Васильева! Здесь, если кто и изменяет, так это мой муж. И вообще, мне уже пора.

– Ты уверена, что пора? – Катька посмотрела на меня снизу вверх и, отпив чай из чашки, хитро улыбнулась. – Может быть, еще поговорим?

– Мне некогда, я к дочери еду.

– Послушай, Тихомирова, я ведь могу сейчас спуститься со своей мансарды, перейти через дорогу и оказаться как раз у твоего дома. А там… Макар, – ухмыльнулась Васильева, и у меня машинально сжались кулаки. Мерзавка.

– Очень интересно, что ты скажешь моему муженьку и поверит ли он тебе? – Попробовала я отстоять свою хоть и шаткую, но позицию. А еще мне было интересно, откуда эта Катька знает о том, что я не потеряла ребенка. Что за гадкая птица принесла ей эту новость на хвосте?

– Скажу, что ты обманула его, когда он был в отчаянии, оставшись один дома. Он переживал из-за гибели сына, которого, как ему казалось, он потерял по своей вине и вине любовницы. Вероятно, он даже думал о самоубийстве, не видя смысла жить дальше без сына и любимой женщины, что решила уйти от него, после случившегося. А ты, вместо того чтобы сказать ему правду о том, что их ребенок жив, решила причинить ему еще больше боли. Безжалостная!

– Замолчи, – процедила сквозь зубы, ощущая внутри невероятную злость, – что ты знаешь о моей жизни и о том, что я почувствовала, когда увидела, что мой муж трахает любовницу в нашем доме. Когда у меня потекла кровь по ногам, и я подумала, что все. Что моего малыша больше нет! Что ты вообще в этом понимаешь?! – Крикнула я, чувствуя дрожь и бессилие.

– Тихомирова, я… – я услышала, как у Катьки дрогнул голос.

– Хочешь поживиться на человеческом горе? Шантажировать меня вздумала, так, что ли?!

– Нет, то есть, наверно, – пожала плечами Васильева и злобно оскалилась, – я вот на права сдаю, а машины нормальной нет. Только ремонт закончила в доме и ипотеку выплатила. На старом ржавом Жигули ездить как-то не комильфо. Вот у мужа твоего тачка хорошая.

– У меня нет денег, – покачала головой, – сама езжу на старом Рено.

– Ну так попроси. У мужа наверняка есть бабло. Попроси, я уверена, он тебе не откажет, особенно после того, что сделал с твоим младшеньким, – соседка положила ладонь на живот и погладила. – Бедный малыш.

– С ума совсем сошла! Я ушла от него, не взяв у него ни копейки. Мне ничего от него не нужно.

– А как же развод и половина состояния? Или ты, как Мать Тереза решила все оставить бедным голодающим детям? – Язвительно спросила Катька и, склонив голову к плечу, посмотрела на меня. – Только не говори, что тебе ничего это не нужно?

Соседка показала рукой на свой дом.

– Не нужно, – отрицательно покачала головой, – не хочу быть должна своему подонку мужу.

– Я уверена, что за три года замужества, ты привыкла жить на широкую ногу в роскоши. И возвращаться в свое болото к отчиму, наверняка не хочешь. Так ведь?

– Васильева, чего тебе надо, а?

– Машину новую хочу, миллионов за пять. Красный БМВ. Ну как получится достать такие, в общем-то, небольшие деньги за мое молчание, м?

– Нет, не получится. У меня таких денег нет, продать мне нечего, а к мужу я не пойду.

– Ну как хочешь, – повела плечом соседка и, сложив руки на груди, подошла к перилам своей мансарды и посмотрела в окна моего дома, – тогда я расскажу все, что знаю, не только твоему мужу, но еще и любовнице напою про живого ребенка, который у тебя в животе.

– Не поняла, при чем здесь любовница моего мужа?

– Ну она наверняка чувствует свою вину за то, чего не делала. Переживает, бедняжка. Я видела, как она на коленях стояла, вымаливая у тебя прощение. А ты… даже руку ей не подала. Говорю же, бессердечная, – покачав головой и цокнув языком, хмыкнула Васильева.

– Все равно не поняла, при чем здесь моя няня?

– Учитывая, кем является папа твоей няни, твой муж точно не захочет с ней расставаться. Выгодная партия и бла-бла-бла. Ну а как только отец Ксюши узнает о том, что ты сделала с его любимой доченькой, он наверняка захочет прийти и поговорить с тобой по душам. Насколько я знаю, за прелюбодеяние уголовной ответственности нет, а вот за издевательство – очень даже.

_________________________________________________________________

Дорогие мои, позвольте порекомендовать вам еще одну очень хорошую книгу

Измена. Там, где заканчивается любовь

https:// /shrt/99Q7

– Какой ты ненасытный, – со стоном произносит моя сестра. – Успел проголодаться за эти пару часов? – ⁠Заткнись, Диля! – Рычит муж, продолжая яростно вколачиваться в мою сестру. Тошнотворный ком к горлу подступает. Вбегаю в ванную, едва успевая склониться над раковиной, когда в дверь начинают стучать: – Выходи, Мадина! – требовательно произносит муж. – Хватит уже истерить.

Глава 14.

Катька Васильева дала мне подумать. А это означало одно, что начался отсчет времени. И для меня тоже.

Сжав от ярости кулаки, я залезла в свою машину и выругалась. Ничего доказать я не могла, а значит, оставалось одно, – согласиться с Васильевой, что она знает намного больше моего. Но, самое странное было то, что я не понимала: кто Васильевой мог рассказать про то, что я до сих пор была беременной? Врач, медсестра, отчим? Больше я никому не рассказывала о своем положении. Значит, копать нужно было в этом направлении?

Как раз сейчас я направлялась в дом своего отчима, но спрашивать его о том, мог ли он рассказать кому-то о том, что я была еще беременной, было странно. Я была уверена в своем отчиме и знала, что он никогда. И ни за что. Не расскажет.

– Пап, мне нужно с тобой поговорить, – сказала я отчиму, когда после ужина, я уложила дочь спать и осталась с ним наедине.

– Давай поговорим, – улыбнулся отчим и поставил чайник, – разговоры вести лучше, когда в чашке есть чай, а в блюдце конфеты.

– Я не буду далеко ходить, – начала я, шумно выдохнув, – скажи, ты говорил кому-нибудь о том, что я беременна? То есть до сих пор жду ребенка.

– До-о-о-очка, – растянул слово и удивленно посмотрел на меня, – да за кого ты меня держишь, Олесь?

– Пап, ничего страшного, если ты кому-то сказал. Случайно, не заметив, проболтался друзьям , может. Ну не знаю. Это так естественно для тебя.

– Не понимаю, о чем ты толкуешь? Что значит, естественно, для меня?

– Ну может , ты встретился со своими друзьями и решил выпить за то, что твоя дочь и внук здоровы?

– Олесь, я три года не пью. Ну сколько можно об одном и том же, а?

– Все, прости, прости, – я потянулась к отчиму и взяла его ладонь в свою, – я не хотела тебя обидеть. Просто…

– Просто что? – Отчим сжал мою ладонь и нежно посмотрел в глаза.

– Меня шантажируют, – выдохнула я правду, сбросив ее на плечи другого человека, – кто-то знает о том, что я беременна. А это значит, не долог час и Макар об этом тоже узнает.

– Может, и хорошо, что узнает. Тогда тебя не будут шантажировать.

– Там все намного сложнее. Если узнает Макар, узнает и его любовница – няня Тонечки. И тогда закрутится шайтан-машина. У любовницы оказывается папа – миллионер, и он за родную дочь, готов порвать любого.

– Дела-а-а-а-а, – протянул отец и покачал головой, – кажется, тут чаем не обойдешься. Может, по рюмашечке коньяка?

– Пап, ты же пьешь. Сам только что сказал.

– Ой, ну да. Ну да. Тогда, может, тебе, для здоровья.

– Я беременна. Совсем, что ли, – покачав головой, я поднялась со стула и пошла из кухни. – Я спать. Доброй ночи. Надеюсь, что завтра все разрешится и я узнаю, кто накаркал Васильевой о моей беременности.

Войдя в комнату, в которой я жила до замужества, поняла, что здесь ничего не изменилось, кроме того, что на моей кровати сейчас спал мой ребенок.

Я любила дочь всем сердцем, но она взрослела, и ей нужна была своя комната. К сожалению, мои финансы были так сильно ограничены, что я не могла позволить себе снять отдельную двухкомнатную квартиру. Поэтому пока, мы жили у отчима и благодарили его за то, что приютил нас.

Но самое главное было то, что мне срочно нужно было искать работу.

Утром я решила, что никаких денег коза Васильева не получит. Просто-напросто, я пошлю ее в пешее эротическое путешествие и пусть дальше сама. В любом случае беременность долго скрывать не получиться. Через пару-тройку месяцев, живот покажется и станет ясно, что я жду ребенка от Макара. А любовница Ксюша сама заслужила то, что получила.

Подумав об этом и выдохнув, я оставила дочь на отчима и все же решила съездить до больницы и узнать у доктора и медсестры, не разболтали ли они врачебную тайну. Но, как назло, ни одного, ни второго не было на смене. И вообще, как оказалось, оба они находились в отпуске, а у врачей, как известно, отпуск большой. Все это казалось очень подозрительным, и мне не хотелось верить, что тот врач, который спас жизнь моему ребенку, оказался обычной болтушкой. А еще, если он раскрыл врачебную тайну, его ждет административная и уголовная ответственность.

Оставалось одно – понять он это был или я снова ошибалась?

– Олеся, милая! Это ты? – Услышала знакомый женский голос, когда садилась в машину на парковке больницы. Повернулась и увидела сестру своего мужа. Аллочку.

– Алла, здравствуй! А ты что здесь делаешь?

– Да я снова беременная, – улыбнулась довольная золовка и погладила ещё плоский живот. – Мы ждем ещё одного мальчика на радость бабушке Тане.

– Я очень рада за вас, – спокойно ответила и попробовала улыбнуться. Получилось не очень. И я даже не притворялась. Свекровь обожала внуков от дочери и совсем не общалась с внучкой своего сына. Моя Тонечка почти не знала бабушку со стороны своего отца. Хотя может это и к лучшему: бабушка она была так себе. Внимания внукам особо не уделяла, ее водилась с ними и блинов с вареньем не пекла.

– Спасибо, Олесь. Надо же кому-то продлевать род Тихомировых, раз у тебя не получается.

–

дорогие мои, позвольте порекомендовать ещё одну книгу нашего литмоба

Развод. Мне б такого мужика

https:// /shrt/9yM3

Глава 15.

– То есть продлевать род с помощью сыновей, так? – Процедила сквозь зубы, ощущая, как закипаю. Вся семейка Тихомировых ненавидела меня. Кто-то открыто это показывал, а кто-то вот так, как Аллочка, тихой сапой. Внезапно появлялась на горизонте и говорила то, что думает.

– А что я не права? Сыновья дают фамилию детям, а дочери забирают фамилию мужа. Разве ты не знала об этом?

– Мне пора, – я попробовала сесть в машину, чтобы скрыться от пристального взгляда Аллочки. Но она схватила меня за руку, и я вздрогнула. Подняла на нее глаза. – Ты чего?

– Прости, что говорю об этом. Я слышала о твоем горе… мы все слышали, – сочувственно произнесла золовка. – И приношу свои соболезнования. Потерять ребенка, это горе. Держись, Олесь.

– Спасибо. Я рада за тебя, что ты ждешь ребенка. Сына. Мать, наверно, счастлива, как и муж.

– Да. У нас все хорошо. Мама с отцом довольны, муж тоже. Второй сын – такое счастье. Может, кстати, у вас с Макаром все получится, и вы все же сына заведете.

– Не заведем, – печально ответила я, – твой брат последний подонок, который изменил мне в тот день, когда у меня случился выкидыш. Как оказалось, он и раньше мне изменял. Мы больше не вместе и скоро разведемся.

– Может быть, еще помиритесь, – пожала плечами золовка, – я слышала, все мужики изменяют.

– Твой тоже? – подколола я Аллочку и усмехнулась.

– Нет, мой Костя никогда. Он даже в сторону чужих баб не смотрит. Говорит, что ему лень, – золовка засмеялась.

– Что лень? – непонимающе спросила я.

– Лень заводить отношения, ходить на свидания. Тратить, в общем, на это время. Ухаживания, цветы всякие, кино – домино.

– Понятно. Ну ладно, я поехала, – я все же села в свою машину и закрыла дверь.

– Олесь, а ты сможешь без Макара жить-то? Без денег, работы, квартиры. Справишься? – Серьезно спросила Алла, сложив руки на груди и посмотрев на меня свысока.

Словно Макар – это единственный человек, который мог помочь мне выжить.

– Я сильная, и я справлюсь, – кивнув, я попрощалась с золовкой, с которой у нас никак не складывались отношения. С тех пор как мы познакомились, она всегда подначивала меня, а я ее. А вообще, Макар и Алла были словно два сапога-пара. С самого детства они опекали и оберегали друг друга. И если на одного нападали словесно или физически, другой тут же вступался за него и давал отпор. Поэтому, чтобы я не сделала и чтобы не сказала, Макар был прав, а я нет. Это не он мне изменил, а я допустила это. Это не он предал меня с нашей няней, а это я плохая хозяйка, которая выбрала неправильного человека для своей дочери.

Отъехав от больницы, я поехала в сторону ближайшего кафе, чтобы посидеть и заказав чашку зеленого чая, поискать себе работу. Машину я бросила на ближайшей стоянке и погрузилась в мир соискателей и работодателей.

Образование у меня было среднее. Я отучилась на делопроизводителя и все, что умела делать, это быть секретарем или помощником руководителя. Эту работу я и полезла искать, пока вдруг кто-то не оторвал меня от важного занятия и не подсел за столик. Он бесцеремонно отодвинул стул и удобно расположился напротив.

– Олесь, привет! А я все думала, ты не ты?

Я взглянула на милую девушку и узнала её. Улыбка озарила моё лицо, а сердце наполнилось теплом при виде её рыжих волос и ярко-красной помады.

– Лера! Сколько лет, сколько зим! – Я встала, и моя давняя знакомая с бывшей работы сделала то же самое. Мы обнялись.

– Много, – засмеялась Лера, и я улыбнулась при виде ее открытой улыбке. – Ну как ты, что ты? Рассказывай. Как вышла замуж и ушла с работы, так тебя и не видно.

– У меня все хорошо, – начала я и закусила губу, а потом вздохнула, понимая, что лгать Лере совсем не хочется, – то есть у меня все просто отвратительно.

_________________________________________________________________

Дорогие мои, хотела бы вам показать еще одну книгу нашего Литмоба "Пепел измен"

Развод. Буду сильной

https:// /shrt/992w

Глава 16.

– То есть у тебя все просто отвратительно, – повторила моя знакомая мои же слова. – По-моему, такого начала я давно не слышала.

– За то это правда, – вздохнула я и отложила телефон.

– Ты же не против, что я к тебе подсела? – Спросила Лера, подзывая официанта.

– Я очень рада тебя видеть, так что хорошо, что ты подсела, – улыбнулась знакомой, с которой мы хорошо дружили, когда работали вместе.

– Ну и отлично, – она повернулась к подошедшему официанту и попросила принести ее заказ за этот столик. Как только паренек ушел, она посмотрела на меня и сказала, – сегодня я готова быть свободными ушами и если нужно жилеткой.

– Мне нужна работа, – начала я с того, что сейчас меня волновало больше всего. – Прям позарез нужна еще вчера.

– Хм… и это все? – Возмутилась Лера и надула свои пухлые губки, в которые периодически вкалывала филлеры.

– Нет, конечно, еще мне изменил муж и я… – вздохнула, потому что приготовилась лгать, – потеряла ребенка.

– Что? – Ахнула она, и ложечка от кофе упала на фарфоровое блюдце. Глаза ее в момент наполнились слезами, и мне стало искренне жаль ее. Она всегда была такой эмоциональной. – Олеся, я сочувствую тебе.

– Спасибо, Лер, – я отвернулась, потому что боль в моем сердце из-за всего случившегося еще не отпускала меня.

– Олесечка, милая, может, тебе не работа нужна, а отдых? Море, солнце, новые впечатления. Тебе нужно все забыть и постараться жить дальше.

– У меня нет денег на отдых и на новые впечатления. Понимаешь, мне нужна работа, чтобы снять квартиру и съехать от отчима. А еще мне нужны деньги на хорошего адвоката, чтобы он развел меня с подонком-мужем, который собирается отнять у меня дочь.

– Бедняжка, – Лера протянула руку и взяла мою ладонь в свою. Крепко сжала, чтобы я почувствовала ее сопереживание. – Сколько же на тебя свалилось за раз?

– Я выдержу… – осипшим голосом прохрипела, – я сильная. То есть, я должна быть сильной ради своей дочери и… – чуть не сказала ради малыша, что сейчас находится в моем животе, – ради себя.

– Правильно. Мужики они все козлы и не заслуживают наших слез, – Лера шмыгнула носом и, взяв со стола салфетку, промокнула слезы и нос.

– Не заслуживают, – я тоже вытащила салфетку и промокнула глаза. Ведь обещала себе не плакать, но, видимо, мое эмоциональное состояние все еще оставалось нестабильным.

– А ты знаешь, оказывается, я могу тебе помочь, – вдруг выпалила знакомая и, хлопнув глазами, радостно захлопала в ладоши.

– Деньги я у тебя не возьму, – отрицательно покачала головой, – даже не уговаривай.

– Расслабься, Олесь, у меня, у самой их не так много. Кажется, пора заводить нового любовника, – задумчиво произнесла она, а потом посмотрела на меня. – Тебе же нужна работа?

– Да. Нужна.

– А ты не хочешь вернуться в нашу компанию? – Заговорщически подмигнула Лера, взглянув на меня.

– В нашу компанию? Ты сейчас серьезно? Но я же ушла оттуда три года назад, и меня наверняка там никто не ждет.

– Какая разница, ждет или не ждет, – махнув рукой, произнесла подруга, – вакансия помощника руководителя свободна. И сейчас как раз начался этап собеседований.

– Думаешь, Василий Игнатьевич меня примет обратно? – с усмешкой спросила я. – После того как я ушла, не отработав и двух недель, думаю, мне туда путь заказан.

– Не заказан, – Лера покачала головой. – У нас новый руководитель. Он полгода назад пришел. И ему сейчас позарез нужен хороший секретарь. Ну что?

Глава 17.

Естественно, я согласилась, ведь иного выбора у меня не было. Мне позарез была нужна работа, а возможность вернуться туда, где я все знала, казалась заманчивой.

Поэтому на следующее утро, я села в свой автомобиль и, заметив поцарапанный бампер, мысленно выругалась.

Нужно было отремонтировать его, но сейчас на это совершенно не было средств и времени.

Поэтому плюнув на того, кто поставил мне эту вмятину и отправив его ко всем чертям, я направилась в свою бывшую фирму на собеседование.

Компания, где я раньше работала, строила частные дома и дачи. Многие сотрудники, отработавшие здесь десять лет и больше, получили от руководства бесплатные дома недалеко от МКАД. Я свой шанс профукала. Мне не хватило трех лет, чтобы тоже получить неплохой домик. И все благодаря своему благоверному, который обещал мне златые горы и луну с неба.

– Олесь, зачем тебе этот дешевый домишко, в котором не вздохнешь не пёрнешь? – Говорил мне тогда Макар, приведя меня в свой огромный особняк и хвастаясь тридцатью сотками приусадебного участка.

– Это подарок от организации лучших и преданным сотрудникам. Тебе не понять, – махнув рукой, я больше этой темы не затрагивала. А как только вышла замуж за Макара, он буквально сильной заставил меня бросить работу. И я ушла, некрасиво, но ушла. Теперь я, конечно, жалела об этом, ведь собственного угла у меня так и не было. А отработай я три года, даже находясь в декрете с Тонечкой, я бы сейчас имела небольшой, но свой домик. – Дура я дура!

– Добрый день. Вам помочь? – спросила меня девушка с ресепшена, ласково улыбнувшись, словно мы подруги. Я ее не знала, и вообще спустя три года, здесь многое изменилось. И каждый шаг по моей бывшей работе отдавался в сердце трепетом.

– Добрый день. Я пришла на собеседование, на должность помощника руководителя.

– Минуточку, пожалуйста, – девушка наклонилась и посмотрела в свой ноутбук, затем кивнула и попросила у меня паспорт. Дальше, она выписала мне временный пропуск и сказала, куда идти. Я не стала ей говорить, что все здесь знаю. А отдел кадров найду с закрытыми глазами.

Дошла до отдела кадров я за пять минут и была одной из первых на собеседование. А девушек здесь собралось достаточно. Одна краше другой, словно это был кастинг на одну из главных ролей в новый сериал, а не обычная должность секретаря.

Через десять минут из кабинета вышла Лера и незаметно мне улыбнулась. Показывать другим, что она меня знает было непрофессионально.

– Тихомирова Олеся Михайловна.

Я поднялась, поправила блузку и, взяв сумочку, вошла в кабинет отдела кадров.

– Олесечка Тихомирова, – по слогам произнесла начальница отдела кадров Майя Федоровна, – как же я рада тебя видеть, дорогая моя.

– И я рада, – сглотнув слезы радости, я буквально нырнула в объятия начальницы, с которой мы всегда хорошо общались.

– Как ты, девочка? Лера мне рассказала, что у тебя сейчас непростые времена.

– Держусь, – кивнула, с трудом натянув улыбку, – мне просто сейчас нужно устроиться на работу, а дальше будет полегче.

– Найдем. Если даже наш новенький босс не захочет тебя себе. Я, конечно, в этом очень сомневаюсь, ты специалист что надо, но вдруг ему вожжа под хвост попадет. Не переживай, найдем мы тебе работу. У меня по всему городу, знакомых тьма-тьмущая.

– Спасибо, Майя Федоровна, – я нежно посмотрела на начальницу и пожала ее морщинистую ладонь.

– Я сейчас узнаю, сможет ли тебя принять наш Егор Михайлович? – Она сжала мою ладонь в ответ и набрала по стационарному телефону в приемную.

– Маш, Егор Михайлович, сможет сейчас принять еще одну девушку на должность помощницы руководителя?

– Спасибо, дорогуш. Уже идем. – Начальница взяла меня за руку и подвела к двери. – Пошли, Олесь, сейчас я познакомлю тебя с твоим новым боссом.

Глава 18.

– Егор Михайлович, к вам можно? – вежливо попросила войти начальница отдела кадров.

– Да, можно, – услышала я мужской, чуть хриплый голос. По моей коже пробежали мурашки. От страха? Или от предчувствия чего-то таинственного? Мужчина за столом поднялся, и я ощутила, как воздух вокруг становится гуще.

Его глаза, казалось, впились в меня кинжалами, стараясь достать до самой души. Прочитать, изучить, понять кто я такая и что здесь делаю?

– Здравствуйте, – тихим голосом произнесла я и несмело подняла глаза на незнакомого мужчину. Его серые, словно расплавленный свинец глаза смотрели на меня не отрываясь.

– Присаживайтесь. Олеся, верно? – Посмотрел он на начальницу из отдела кадров, а потом опять вернулся к изучению моего лица. – Мы раньше с вами нигде не встречались?

– Нет, я не думаю, – отрицательно покачала головой и села в ближайшее кресло. Ноги тряслись от страха, живот отчаянно сжимался, и я незаметно поглаживала его, чтобы успокоить своего малыша.

– Ну хорошо, – босс сел на свое кресло и кинул взгляд на Майю Федоровну, – вы можете идти. Мы без вас справимся.

Начальница отдела кадров кивнула и положила на стол перед боссом мое резюме, а потом неслышно покинула кабинет. Мы остались одни, и пока Егор Михайлович изучал мои личные данные, мы молчали. Я смотрела куда угодно, только не на красивый профиль моего возможного будущего босса. А этот мужчина и правда был довольно привлекательным. Серые глаза с хитрым прищуром, которые наверняка разбили не одно женское сердце. Аристократический нос и чуть припухлые губы, которые точно целуются как надо.

Мне не надо. Одернула я себя. У меня муж-предатель и дети. Мне сейчас точно не до романтических отношений.

– Значит так, Олеся Михайловна, – мужчина поднял на меня взгляд, и наши глаза встретились. Я не успела их отвезти и перестать любоваться привлекательным мужчиной, поэтому сейчас наверняка вся залилась краской от такого конфуза. – Вы здесь уже работали.

– Да, – я кивнула, – занимала должность помощника руководителя четыре года, еще три года работала помощником бухгалтера.

– В итоге семь лет, так?

– Да. Я очень любила свою работу. Коллектив здесь хороший и начальник был то что надо. Недалеко от дома, зарплата выше среднего.

– Хм… а почему тогда ушли? – усмехнувшись, мужчина откинулся на кресле и сложил руки на груди.

– Я вышла замуж и забеременела. Муж сказал, уходи. Ну и я согласилась. Сейчас я бы сто раз подумала. Ведь впереди меня ждал декрет, и я могла вернуться сюда, после декретного отпуска.

– Все правильно. Трудовое законодательство вы знаете, а вот с любовью – беда.

– Почему? – Искренне удивилась я.

– Потому что, многие сотрудницы бросают любимую работу из-за того, что выходят замуж. Затем посвящают себя мужу, детям, дому и становятся домохозяйками. Через некоторое время им это все надоедает, вечный день сурка: готовка, стирка, уборка, орущие дети и недовольный муж и они мечтают только о том…

– … чтобы вернуться на работу?

– Да, именно так. Но как говорится, поезд ушел. Вернуться некуда. Бесконечный поиск работы иногда ни к чему не приводит, и женщина вновь возвращается в лоно семьи.

– Это все очень печально, – грустным голосом подытожила я, – и наверно вы правы.

– Конечно, я прав. Потому что видел это неоднократно, – босс вздохнул и посмотрел на меня, – так что вы можете предложить нам, Олеся Михайловна, кроме красивой внешности и стройных ног?