Текст книги "Укрощение строптивого студента (СИ)"
Автор книги: Мила Ваниль
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)
Глава 27
= 60 =
Даша уже легла спать, когда раздался телефонный звонок. Поначалу она обрадовалась, что это Ярик: он уехал к родителям и пропал. Она писала, звонила… но, кажется, у него сел телефон.
Однако номер высветился незнакомый. Даша хотела проигнорировать звонок, да вовремя спохватилась. А вдруг с Яриком что-то случилось? Он на машине, а вечером пошел дождь.
– Да! – выпалила Даша, хватая телефон.
– Дана? То есть, Даша… Э-э… Дарья Степановна! – Смутно знакомый голос, слегка заплетающийся язык. – Простите за беспокойство. Это Рус-с… из клуба…
Руслан?! Точно что-то случилось. Иначе он не стал бы звонить так поздно.
– Да, я слушаю.
– Вы не знаете, где живет Ярослав?
– Знаю. – Неприятный холодок пробежал по спине. – А что такое?
– Да мы тут выпили немножко… Честное слово, немножко, Дарья Степановна!
– Даша, – поправила она. – Мы же не в клубе, Руслан.
– Ага… В общем, я не знаю, куда его отвезти. Яра, в смысле. Ваш номер в базе данных нашел…
Немножко выпили? И Ярик такой пьяный, что забыл, где живет? Чудесно!
– Вези ко мне, – велела Даша. – Адрес в базе есть или продиктовать?
В ожидании Руслана она извелась от беспокойства. Что случилось? Что, черт побери, случилось, что Ярик напился до беспамятства? На него это непохоже. И почему с Русланом? Счастье, что с ним! Он догадался ей позвонить.
– Ой, мамочки! – выдохнула Даша, когда Руслан втащил в квартиру почти бездыханное тело Ярика. – Может, его в больницу надо?
– Не, не надо, – поморщился Руслан. – Мы сейчас. Ванная где?
– Помощь нужна? – Даша распахнула перед ними нужную дверь.
– Чаю крепкого завари. Сладкого.
Даша поставила чайник, прислушиваясь к звукам, доносящимся из ванной комнаты. И обессиленно опустилась на табурет. Лишь бы ничего серьезного…
– Даш, полотенце какое можно взять? – крикнул Руслан.
Где-то через полчаса Ярик, умытый и напоенный чаем, мирно спал на Дашином диване.
– Спасибо, – поблагодарила она Руслана, когда они вышли из комнаты.
– Тебе спасибо, – усмехнулся он. – Что взялась присмотреть. Вроде бы Яр один живет.
– Может, кофе? Или чаю?
– От чашки чая не откажусь.
Руслан пьяным не выглядел: протрезвел, пока возился с Яриком.
– Так что случилось? – спросила Даша на кухне. – С чего он так… напился?
– Ты не ругайся, Даш. Повод у него точно был. – Руслан аккуратно отпил из чашки. – Немного он выпил. Развезло то ли от голода, то ли от нервов. Пусть сам расскажет, как проспится.
– Да хоть в общих чертах! – взмолилась Даша. – Я же волнуюсь. Почему я должна ругаться…
– Да мало ли. – Руслан ничуть не смутился. – Ты же его госпожа.
– Я его девушка, – отрезала она. – Говори!
– С родителями поссорился, – вздохнул он. – Вернее, с отцом. Переживает сильно.
– Понятно.
Ничего она не понимала, но не пытать же Руслана…
– Даш, тут рядом аптека есть?
– Зачем? – нахмурилась она.
– Да куплю кое-что. Дашь ему утром…
– А, это… Не надо, у меня есть. Спасибо, Рус. Ты сам как?
– Говорю же, мало пили. За чай спасибо. Пойду я, жена ждет. А, да! Тазик есть? Поставь на всякий случай рядом с диваном.
– Слушай, а синяк… – вспомнила Даша уже в прихожей. – Это он упал, что ли?
– Заметила? – Руслан присел на корточки, завязывая шнурки на ботинках. – Думаю, скажет, что упал, если спросишь. Но, по-моему, это его папаша двинул.
– Кошмар, – вздохнула она.
Ночь прошла спокойно, но спала Даша плохо. И переживала, и прислушивалась… Она уже успела понять, что при всей своей колючести, Ярик – чувствительный и ранимый. И если ему не хватило брони справиться с ударом, значит, произошло что-то страшное. И что отец? Почему… С учебой, насколько она знала, у Яра проблем нет. Неужели узнал о его новом увлечении?
С утра Даша осталась дома, благо работа начиналась после обеда. И Ярика будить не стала. Пусть лучше выспится, чем в таком виде в институт идти.
Ярик появился на кухне около полудня: помятый, взъерошенный… несчастный. Даша закрыла ноутбук и встала ему навстречу.
– Ты как? – спросила она. – Таблетки выпил? Я там рядом оставила…
– Даша, прости, – прохрипел Ярик севшим голосом и попытался бухнуться на колени.
– Тю, дурной, – пробормотала она, поймав его за плечи. – Стой, не падай. Как себя чувствуешь?
– Даша…
– Так! Таблетки, ванная комната, завтрак. Именно в такой последовательности, – скомандовала она. – Марш выполнять!
Похоже, если жалеть Ярика, то его чувство вины лишь усиливается. Блин! Но не наказывать же за пьянку?!
– Я… в институт опоздал… – пробормотал Ярик, размазывая по тарелке кашу. – Даш, как я вообще здесь…
– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – поинтересовалась она. – Или, может, вообще жалеешь, что очнулся здесь, а не в подворотне?
– Это не то, Даша. Не недоверие, – твердо произнес он. – Я не хотел тебя волновать.
– Да уж понятно, – согласилась она. – Но если ты все же здесь, у меня… Может, объяснишь, что случилось?
– С отцом поругался, – коротко ответил Ярик и набросился на кашу.
Даша дождалась, когда тарелка опустела.
– Он узнал о нас?
– Нет. – Ярик поднял на нее тоскливый взгляд. – Он видел нас с Русланом. Не знаю, следил или случайно. Потом заметил маникюр. И… В общем, он решил, что я гей. И отказался от меня.
– Сильно… – выдохнула Даша и взяла Ярика за руку. – Яр, возможно, он просто вспылил. Еще раскается в своих словах. А если нет… Ты можешь на меня рассчитывать.
– Спасибо. Думаю… все еще образуется…
– И ты пригласил Руса выпить?
– Он пригласил. Так это он… привез меня сюда?
– По моей просьбе, – пояснила Даша.
– Я опять его подставил… Даш, мне так стыдно…
– Не похоже, чтобы он обиделся. Но… Яр, если будешь терзаться, мне придется тебя наказать.
Увы, но так и есть. Ярика прилично приложило чувством вины. Можно, конечно, оставить так, как есть, но ведь необязательно пороть. Просто дать ему возможность искупить, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему.
– Накажи, – покладисто согласился он. – Накажите, госпожа. Я виноват. И еще… я матерился.
– Сколько? – поинтересовалась Даша, подпирая рукой голову.
– Дважды.
– По-моему, кому-то просто нравится, когда его шлепают, – проворчала она. – Встань, убери со стола.
Ярик составил посуду в мойку, смахнул крошки.
– А теперь грудью на стол. И штаны спусти.
Даша выудила из ящика деревянную лопатку.
– Считай, заяц.
Лопатка оставила на ягодицах легкие розовые следы. Ярик даже не вскрикнул ни разу. Еще и недоуменно оглядывался через плечо. Мол, почему не больно?
– Как хочу, так и шлепаю, – сказала Даша, убирая лопатку. – Но это только за мат. За пьянку… остаешься на хозяйстве.
– В смысле? – нахмурился Ярик, натягивая штаны.
– Институт ты все равно прогулял. Мне сейчас на работу уходить. А ты займешься физическим трудом. Полы вымоешь, посуду. В магазин сходишь, я список оставлю. Картошку чистить умеешь?
– Э-э…
– Ничего, это несложно. Сваришь картошку, морковку и свеклу к моему приходу. Винегрет будем готовить на ужин. Все понятно?
– Да, – кивнул Ярик. А потом поморщился и спросил: – Может, лучше выпорешь?
= 61 =
Ярик и сам не понял, как ляпнул про порку. Рили? Ему проще вытерпеть боль и унижение, чем вымыть пол?
Бред!
Но, прислушавшись к себе, он понял, что это искренне. Ведь ничего делать не надо! Лежи кверху задом, терпи. И все. А потом тебя еще и пожалеют.
В Дашиных глазах плясали смешинки. Похоже, она прекрасно поняла его мотивы. Еще и пальчиком поманила.
– Подойди ближе, заяц.
За-а-аяц… Ярик млел, когда она так к нему обращалась. Правда, подошел с опаской. Даша могла и за ухо оттаскать за попытку манипуляции.
А она обвила руками шею. Прижалась щекой к щеке. В нос ударил парфюм – терпкий, с перчинкой. Ярик крепко сжал ее в объятиях, дурея от нечаянной ласки.
– Это все необязательно, Яр, – шепнула Даша. – Если нехорошо себя чувствуешь, полежи, выспись. Можешь не ждать моего возвращения. Я оставлю тебе ключи, поезжай домой.
– А как же… – растерялся он. – Я же…
– Тогда мой пол, – хихикнула Даша. – И не забывай, кто назначает наказание.
Поцелуй, жаркий и сладкий, окончательно убедил Ярика, что она не сердится. Ему просто предложили выбор: отлежаться или занять себя делом. Он недолго размышлял, как поступить.
Даша ушла, и в квартире закипела работа. После вчерашних излияний Ярика немного поташнивало, но он быстро забыл о недомогании: то ли лекарство подействовало, то ли «наказание». К концу уборки и от плохого настроения не осталось ни следа.
Жизнь продолжается!
Ярик всегда знал, что папаша у него с придурью. Ладно! С непростым характером. И как-то приспособился же. А сейчас… В чем-то Ярик сам виноват. Мама права, он давно приучил родителей, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Вот отец и психанул. Гей, не гей… Не так уж это и важно. Мама его поддерживает. Даша – тоже. И Руслану спасибо. Кстати! Надо ему позвонить. А отец… Отцу Ярик докажет, чего стоит. Добьется успеха – и докажет. И первую сессию сдаст! Тем более, всего ничего осталось, больше половины зачетов Ярик получит автоматом, да и экзамен всего один. Из вредности сдаст, да! А потом уж решит, учиться дальше или в армию, с весенним призывом.
Руслан позвонил сам, когда Ярик, воодушевленный трудовым энтузиазмом, раздумывал, оценит ли Даша мытье окон и не нужно ли одновременно стирать шторы.
– Живой, – облегченно выдохнул Руслан, услышав бодрое приветствие. – Сильно досталось?
– Да вообще не досталось, – уверил его Ярик. – Ты сам как? Я твой должник.
– Яр, за меня можешь не переживать, – хмыкнул он. – У нас с женой полное взаимопонимание. Кстати, она не прочь познакомиться поближе, и с тобой, и с Дашей.
– Двойное свидание? Круто!
– Только я тебе ничего не говорил. Наши дамы сами договорятся о встрече.
– Ага, ага, – согласился Ярик. – Конечно, сами.
Руслан – прекрасный друг. И пусть заметно, что он взял над Яриком шефство, оттого и возится с ним, поддерживая и помогая, но это не обижает. А еще Руслану ничего от него не надо, как тем «приятелям», что вечно крутились рядом, в надежде на халявную выпивку и прочие… блага. Даша как-то обмолвилась, что Рус унаследовал чуть ли ни миллионное состояние, да и сам не дурак, умеет деньги зарабатывать. То есть, если он дружит с Яриком, то исключительно искренне, без подтекста.
Прикинув, сколько часов осталось до возвращения Даши, с мытьем окон Ярик решил не связываться. Лучше метнуться домой, взять ноут и поработать со снимками с фотосессии.
Все шло по плану, пока возле машины, оставленной во дворе дома, где Ярик снимал квартиру, он не увидел Асю.
– Ты следишь за мной, что ли? – нахмурился он, подходя ближе.
– Следила бы, знала бы точно, где ты, – парировала она. – Я в дверь звонила, ты не открыл. Но машина здесь, и я хотела записку оставить. На звонки ты не отвечаешь.
– Я твой номер заблокировал и удалил.
– Спасибо, я поняла, – огрызнулась Ася. – Быстро ты о нашей дружбе забыл.
– Ась, хватит, – попросил Ярик. – Ты меня использовала. Я тебя использовал. Это не дружба.
– Мне казалось, тебя все устраивает.
– Устраивало. Теперь перестало. Зачем ты меня искала?
– Да вот. – Ася помахала у него перед носом пакетом. – У меня твои вещи остались. Выбросить хотела, потом передумала. Возвращаю!
«Ну и выбросила бы», – хотел сказать Ярик, но промолчал. Вовремя вспомнил, что среди прочего оставлял у Аси кое-что важное. Например, свой дневник, который вел классе в шестом. Не хотел хранить его дома у родителей, а потом забыл забрать, как переехал.
– Спасибо. – Он забрал у Аси пакет, не заглядывая внутрь. – Пока.
– Яр, давай хоть кофе выпьем. Не хочешь домой приглашать, пойдем в кафе, – предложила она. – Как-то странно расставаться с тобой… вот так…
– Ась, мы уже расстались. Ты забыла? – вздохнул Ярик. – Был прощальный секс. Помнишь? И ты совершенно справедливо заметила, что третий – лишний. Только теперь лишняя ты. Я не один, и хочу пить кофе только со своей девушкой.
– Ладно… Понятно… – Ася махнула рукой. – Сама виновата. Может, подбросишь до метро?
– Ты? И на метро?
– Да устала в пробках. На метро быстрее.
– Хорошо, подброшу. Подожди в машине, мне домой надо заскочить.
Ярик быстро переоделся, сгреб нужные вещи: ноутбук, камеру, планшет. Подумал, и прихватил рюкзак с учебниками. Если Даша не прогонит, он у нее и переночует.
Багажник открывать не стал, бросил все на заднее сидение. Только камеру в кофре положил рядом, чтобы не упала случайно.
Ася покосилась на кофр, но промолчала. Ярик выруливал со двора, когда она внезапно завизжала и вцепилась в руль.
– Тормози! Тормози! Котенка задавишь!
Ярик ударил по тормозам, перепугавшись.
– Какой котенок?! Не было никого на дороге!
– Был! – возразила Ася. – Я видела! Он из-под той машины выпрыгнул!
В общем, пришлось вылезать и смотреть, но никакого котенка Ярик под колесами не обнаружил.
– Ась, тебе мерещится, – сказал он, возвращаясь за руль.
– Блин… Но я так испугалась! Водички нет? В горле пересохло.
– Нет.
– Остановись возле магазина. Там, на углу. Я куплю.
– Возле метро купишь.
– Яр, я воды хочу! Тебе сложно? Ну, высади меня вообще! – взбеленилась Ася.
Чертыхаясь про себя, Ярик остановился возле магазинчика.
– Сиди, я сам куплю, – сказал он.
Ася, конечно, в своем репертуаре, но они друг другу все же не чужие.
Больше, как ни странно, Ася не приставала. Напилась воды и молчала, пока Ярик не высадил ее у станции метро.
– Бывай, Белов, – произнесла она на прощание. – Удачи тебе.
– И тебе, – отозвался он. – Все наладится, вот увидишь.
– Само собой, – улыбнулась она и захлопнула дверцу машины.
Возвращаясь к Даше, Ярик заехал в супермаркет, купил все по списку, добавил всяких вкусностей. Хорошо, когда девушка не на диете! Ее можно баловать конфетами, пирожными и шоколадом.
Чистить овощи Ярик не стал. Читерство, конечно, но он купил готовый набор: сваренные картофель, морковь и свеклу. Это и время экономило, хотелось быстрее сесть за обработку фотографий.
А еще Ярик прикупил пару баллончиков с краской – тех, которыми пользуются райтеры[1]. И немного обновил стену в прихожей, напротив входной двери. Даша должна оценить рисунок, а клеенчатые обои не пострадают: эту краску легко смыть.
К Дашиному приходу он приготовил ужин – и винегрет нарезал, и мясо запек. Оказалось, готовить не сложно, если смотреть видосики из интернета. И передник с морковкой надел, чтобы ее порадовать.
Однако Даша вернулась какая-то мрачная. Скользнула взглядом по «зайке», застывшему в прихожей, по картине на стене… Разулась, бросила сумку… и ушла в комнату, хлопнув дверью перед носом у изумленного Ярика.
= 62 =
Ярик не знал, когда и в чем успел провиниться, но почувствовал Дашино настроение и, почесав макушку, отправился в ванную комнату одеваться. Похоже, даже на совместный ужин не стоит рассчитывать.
Навряд ли Даше не понравился рисунок на стене. Она его и не рассмотрела толком. Кстати, ничего необычного, просто скетч: Ярик с заячьими ушами и хвостом. И торчащей морковкой… вместо фартука.
Ярик хотел уйти молча, но не смог. Даша, конечно, имеет право злиться, но и он имеет право знать, что натворил.
Он осторожно открыл дверь в комнату. Даша сидела на диване, забравшись на него с ногами, и обнимала подушку, пряча лицо. Разве это злость? Ярик видел, как Даша умеет сердиться: пусть не кричит, не рвет и не мечет, но и в подушку не плачет.
Плачет?!
Похоже, да. Плечи вздрагивают, а если прислушаться…
– Даш… солнышко… – Ярик осторожно опустился на пол рядом с ней. – Дашуль, что случилось?
Он дотронулся до ее руки, и Даша резко отпрянула.
– Яр, тебе лучше уйти, – проворчала она.
Уйти? Когда девушка плачет? За кого она его принимает…
– Даш, прости, – жалобно попросил Ярик. – Я уйду, если хочешь. Только не плачь, успокойся.
– Ну вот за что ты извиняешься? – сердито выпалила она. – За что?!
– Не знаю. Но мне все равно. Только…
– Яр, мир не вертится вокруг тебя. Ты ни в чем не виноват. Просто… просто… – Она заплакала сильнее. – Потому и прошу – уйди! Не видишь, я себя не контролирую…
Так сердятся не на него? Неизвестно, что хуже, когда нет шанса решить проблему, подставив для наказания зад. Ярик пересел на диван и крепко обнял Дашу.
– Тогда я никуда не уйду. Хочешь чаю? Ромашкового. Я видел, у тебя есть.
– Яр… – всхлипнула Даша.
– А гнать меня не надо. Я тебе рассказал о своих проблемах. И ты расскажи о своих. Даже если не смогу помочь, держать все в себе тяжело.
Она отбросила подушку и вцепилась в Ярика, орошая его футболку слезами. Он уже перепугался всерьез. Может, кто-то из Дашиных близких умер?
– Давай все же чаю, – предложил он. – Или капель каких? Пустырник у тебя есть?
– Чаю, – выбрала Даша. – Пойдем вместе, я умоюсь.
Пока Ярик заваривал чай, Даша плескалась в ванной комнате. А он чуть не разбил чашку, так дрожали руки. Оказывается, это так страшно, когда любимая девушка плачет… Хочешь помочь – и не знаешь, как.
– Спасибо, – кивнула Даша, когда Ярик поставил перед ней чашку. – Яр, прости. Я не хотела, чтобы ты видел меня… такой…
– Ты меня и в худшем состоянии видела, – напомнил он. – Просто расскажи, что случилось.
– Мама… – выдохнула Даша, и в ее глазах опять заблестели слезы.
Ярик похолодел. Неужели случилось непоправимое?!
– Помнишь, я уезжала? Она тогда в больницу попала…
– Да, – кивнул он. – Давление. Но ведь ты говорила, ее выписали? И лечение подобрали.
– Это они мне так сказали! – фыркнула Даша. – Вернее… Когда я уехала, еще не все результаты обследования пришли. И потом папа сказал мне, что все в порядке. А на самом деле…
– А на самом деле? – спросил Ярик, сглотнув.
– У мамы нашли онкологию, – горько произнесла Даша. – Что-то в почках… или надпочечниках… я не разбираюсь…
– В надпочечниках, наверное, – пробормотал Ярик. – Из-за этого давление…
– Как-то так, – заключила Даша и осушила чашку.
– Даш, но онкология сейчас не приговор, – сказал он. – Есть же какой-то прогноз? Лечение?
– Местные сказали, своими силами не справятся. Вроде в Ростов направляют. В Москву просили, но…
– Погоди расстраиваться! – Ярика внезапно осенило. – У меня же отец… Я попрошу его помочь! Он точно сможет. У него связи.
– Яр… – Даша посмотрела на него как-то жалобно. – Я б, может, сама попросила бы… Потому что это мама, и ради нее я готова на все. Но ты не забыл, что произошло? И посылать тебя сейчас на поклон…
– А ты не посылаешь. – Он вскинул голову. – Я сам так решил. Если отец не захочет со мной разговаривать, я его через маму достану. Только мне выписка нужна, результаты анализов, обследований. Все, что есть.
Даша опять расплакалась, но теперь с видимым облегчением. Отыскав в аптечке пустырник – Tinctura leonuri[2], чтоб ее, – Ярик пожалел, что начал не с него, а с ромашки.
Впрочем, Даша быстро успокоилась в его объятиях. Ярику показалось, она просто сумела, наконец, взять себя в руки. Но любую проблему проще решать, когда есть надежда.
Пока Даша разговаривала с домашними, объясняя, что нужно отсканировать историю болезни и переслать ей, Ярик позвонил отцу. Мог бы маме, но решил действовать напрямую, не держась за ее юбку.
– Да, – сухо произнес отец.
Он ответил, и это хороший знак.
– Мы можем встретиться? Завтра, – сказал Ярик.
– Зачем?
– Мне нужна твоя помощь. Профессиональная.
А чего придумывать? Он говорит, как есть. Если отец откажет…
– Ты заболел?
– Не я. – Ярик взглянул на Дашу. – Не хотелось бы по телефону.
– Приезжай сейчас. Я дома.
– Смысла нет, пока историю болезни не переслали.
– А… Ну, да. Тут ты прав. Хорошо, завтра.
– Вот видишь, – сказал Ярик Даше, когда она освободилась. – Меня даже не послали. Думаю, мама смогла объяснить ему, что я не гей.
– Тебе… не обидно? – осторожно поинтересовалась Даша.
– Да пофиг, – отмахнулся он. – Знаешь, оказалось, есть что-то важнее обиды. Так, женщина! А ты что-нибудь с утра ела? Давай ужинать.
– Женщина? – изумилась Даша. – Это что за тон, заяц?! И что это за художества на стене в прихожей?
Ярик довольно улыбнулся: Даша опять ведет себя, как обычно. Значит, ее хотя бы отпустило. Ничего, они справятся. Вместе – точно справятся!
Нагоняя в тот вечер он, конечно же, не получил. Ни за «художества», ни за инициативу с ужином.
– Нда… – изрекла Даша, рассматривая криво порезанные овощи. – А с другой стороны, какая разница? Все равно вкусно.
Ярик остался ночевать без приглашения. Он попросту заявил, что не оставит Дашу в таком состоянии, а лечь может и на кухне. Но они решили раскладушку не доставать. Впрочем, и сексом не занимались, уснули в объятиях друг друга. А утром Ярик поплелся в институт, а Даша – на работу.
В клинику к отцу Ярик поехал после занятий. Еще до обеда Даша переслала ему файлы с историей болезни. Вообще, насколько он знал, рассчитывать можно было только на выписку, но, видимо, в провинции проще договориться с врачами.
Зайти Ярик решил с козырей.
– Папа, прости меня, пожалуйста, – произнес он твердо, едва они с отцом остались наедине. – Я не должен был…
Отец остановил его движением руки.
– Не надо, Яр, – сказал он. – Это я должен просить прощения. Прости. Мне, правда, жаль.
На всякий случай Ярик незаметно ущипнул себя за бедро. Больно… Значит, ему это не снится. Можно было бы съязвить, мол, а если бы я действительно сменил ориентацию, ты извинился бы? Но Ярик не стал усугублять. Он здесь в качестве просителя, и… откровенно говоря, отец впервые признал свою вину. Ни к чему вести себя по-скотски.
Так что Ярик великодушно предложил забыть все обиды.
– Так что ты хотел? Кто болен? – спросил отец.
– Вот… – Он положил перед ним папку с распечатанными файлами. – Мама моей девушки. Онкология. Пожалуйста, помоги с переводом в Москву.
– Девушки? – Отец приподнял бровь. – Твоя девушка не Ася?
– Нет. Мою девушку зовут Даша.
– Когда познакомишь?
– Когда официально сделаю ей предложение. Но пока я к такому шагу не готов.
– Даже так…
– Если ты поможешь, вы раньше познакомитесь, наверное. Но домой я ее не приведу.
– А, ну… Ладно, помолчи.
Отец долго изучал документы, потом кому-то звонил, что-то уточнял…
– Допустим… – изрек он наконец. – Допустим, квоту на операцию и химиотерапию получить можно…
И замолчал, выдерживая паузу.
– Но? – уточнил Ярик. – Я должен что-то сделать взамен? Закончить институт?
И опять во рту знакомая горечь. Неужели нельзя помочь просто так? Без всяких условий! Больше всего он боялся, что отец потребует порвать с Дашей.
– Нет. Не все препараты доступны по квоте. И еще сопровождающий… Дочь живет здесь? Она сможет заботиться о матери? Или придется оплачивать сиделку. Деньги у них есть?
– Есть, – уверенно ответил Ярик. – Точно есть, я знаю. Пожалуйста, скажи, что нужно делать.
Навряд ли это так, но он уже решил, что найдет деньги для Дашиной мамы. Машина его, и стоит немало, даже если продавать быстро.
У него все получится.
[1] Райтер (по англ. writer) – тот, кто рисует граффити.
[2] Tinctura leonuri – настойка пустырника (лат.)
