Текст книги "Он принадлежал работе. Пока не взял её (СИ)"
Автор книги: Мила Букина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)
54[кадр]. ️ Возвращение
После эмоциональных дней в Токио, преодолевая джетлаг*, Анастасия и Андрей вернулись домой в особняк.
Ранним утром Настя сидела в спальне и перебирала вещи в своем чемодане после поездки, выбрасывая из него на постель все то, что было куплено Андреем и складывая в него только «свою» одежду и обувь. Она делала это уже не в первый раз. Браслет-реликвия, подаренный свекровью, уже был в чемодане, а обручальное кольцо одиноко лежало, оставленное на комоде.
Анастасия приняла твердое решение – вернуться домой, в свою квартиру. Контракт ее больше не удерживал в этом доме, притворяться женой Андрея не было необходимости, она больше ничем не была ему обязанной, выполнив свою часть договора. Оставалось только получить свое вознаграждение.
Боясь, что он будет ее снова удерживать и использовать в своих целях, она решила уйти тихо и незаметно. Настя предупредила заведующую на работе, что сегодня немного опоздает, все это для того, чтобы собрать свои вещи и безопасно переехать обратно в его отсутствие.
Такси уже ждало ее у ворот особняка. Анастасия, взглянув на крыльцо, мысленно попрощалась с этим местом, поблагодарила секьюрити за помощь с чемоданом и села в машину.
Удаляясь из этого пространства, перевернувшего всю её жизнь, из места, где тишина, роскошь и богатство постепенно перетекали в обычные постройки городского типа и простых прохожих на знакомых с детства улицах, Анастасия испытывала терзающую боль в сердце.
За окном мелькали картинки, на остановке стояла бабушка, ожидая автобуса. Рядом с ней стоял, шатаясь, пьяный мужчина, облокотившись на столб. На другой улице шла поспешным шагом женщина с ребенком и ругала его за что-то. Настя постепенно осознавала, как возвращается к повседневности, оставляя позади жуткие месяцы переживаний: смеси страсти, страха, любви, отчаяния и надежды.
Она сидела на заднем сидение, ее лицо ничего не выражало, оно было бледным и каменным, и только слезы, тихо текущие по ее щекам горячими струями, вскрывали ее истинные чувства.
«Больше я никогда не вернусь в его дом. Я не смогу ощутить тепло рук любимого, его поцелуи, крепкие объятия, не смогу быть рядом, не сумею дарить ему свою любовь. Разлука была неизбежна и она настала…
Меня использовали, и я больше ему не нужна, хотя и я причинила ему боль, ударила по его мужскому самолюбию. Красивый любовник, которому наверняка никогда не отказывали женщины, получил такой жестокий удар в постели… но я ведь совсем не виновата…
Все, что его со мной связывало – контракт и секс, а теперь, после случившегося он меня даже не захочет. Между нами совсем ничего не осталось. Только его холодный взгляд.
Мне нужно учиться жить с этой болью, я должна справиться, я теперь не одна. Я скоро стану мамой и у меня будет мой собственный теплый и нежный островок любви. Я просто буду тихо любить его продолжение…
Я ни в чем, совсем ни в чем не виновата, я все делала правильно, просто мы не можем выбирать кого нам любить, а кого не любить.
Он не любит меня… не любит, и он тоже не виноват в этом. Если бы у меня была возможность все прожить заново, я бы снова поступила так же, мне не о чем жалеть».
Открыв дверь в свою квартиру, она чихнула, ощущая, как все вокруг запустело, цветы на окне завяли и все покрыто толстым слоем пыли, в точности как сейчас в ее душе. Подойдя к своему любимому цветку на окне, она погладила его увядшие листья и произнесла:
«Прости друг, я подвела тебя».
Побежала новая волна слез, одна слезинка капнула на листик цветка. Вытирая слезы рукавом, стараясь не размазать тушь, она решила полить цветок, может он еще жив.
Взяв себя в руки, Настя отправилась на работу.
Андрей сегодня был очень сильно занят; телефон не умолкал больше обычного, накопилось много работы в его отсутствие, не было времени даже пообедать. В кабинет постоянно кто-то заходил и что-то докладывал, он только и успевал делать пометки в ежедневнике.
Эта суета совершенно не мешала происходящему внутри него, в его душе росла надежда, и было приподнятое настроение смешанное с тревожным ожиданием вечера.
Он, как «Маленький принц»*, оставлял место для чуда, мечтая, что сумеет завоевать свою «Розу». Андрей, конечно, заранее все продумал и решил сегодня же во всем признаться Анастасии, как только вырвется из этого аншлага, сразу же займётся подготовкой и сбросит с себя эту ношу.
Он решил приготовить для Насти ужин, накрыть столик при свечах и рассказать ей, просто и открыто, все что он чувствует, все, что он думает о ней с первого дня их знакомства.
Проанализировав то меню, которое она составила и что она чаще всего заказывала на дом. Он решил запечь рыбу с овощами в кисло-сладком соусе.Будучи уверенным в том, что она любит это блюдо и особенно оценит то, что он приготовил все своими руками.Ему удалось разобраться с завалом и вернуться домой чуть раньше. Было важно все приготовить до ее возвращения с работы, чтобы это стало для нее неожиданностью.Оказавшись дома, он сразу принялся за дело. На кухне уже было все необходимое: ножи наточены, форель и овощи ждали своей очереди, духовка разогревалась, соус смешивался.
Помимо этого, он заказал доставку на дом растения. Не просто банальный букет каких-то там цветов, а настоящее дерево бансай, которое так впечатлило Настю в Токио. Андрею хотелось, чтобы у Насти что-то осталось от него на память, даже если она решит уйти.
Зазвонил видеодомофон, Андрей спустился вниз, это как раз курьер доставил дерево. Растение было именно таким как в банкетном зале в Токио, массивное и ветвистое. Глядя на пышные мини-кроны, он подумал:
«Пусть я ничего в этом не смыслю, но уверен ей понравится, равнодушной она не останется. По-моему она любит вообще все существующие растения и всегда обращает на них внимание. А сколько эмоций у нее было после посещения оранжереи госпожи Аями Сато…»
55. Тиски
Андрей пожал руку Льву Юрьевичу и пригласил его пройти в столовую. Он прекрасно понимал, что отец Аллы пришел обсуждать не бизнес, иначе бы он пригласил его в ресторан или пришел бы к нему на работу, а не в его дом. Тут будет что-то личное. И учитывая последнюю выходку Аллы, нетрудно догадаться, что именно его тревожит. Андрею хотелось как можно быстрее закончить этот диалог, но и вежливость с гостеприимством никто не отменял.
Он начал вести беседу:
«Простите, я не подготовил ужин, после прилета из Токио я еще не совсем в строю. Могу предложить что-нибудь выпить».
Лев Юрьевич выглядел максимально сосредоточенным и внимательно осматривал особняк, подключаясь к разговору:
«Не переживай об этом. Я не поесть к тебе пришел. Выпить не откажусь, плесни мне виски.
У тебя шикарный дом, мне нравится, охрана надежная, просто непрошибаемая. И это настоящая неприступная крепость» он сказал это разводя руками в стороны. «Везде камеры, электроника, какие-то датчики. Задумался, может и у себя стоит так сделать? Проведешь экскурсию по дому? Или я побеспокою кого-то из домашних?»
Основной причиной, по которой отец Аллы сегодня пришел в дом Андрея – оценить, насколько реалистично установить в нем прослушку, сколько жучков потребуется для круглосуточного мониторинга, сколько потребуется времени для их установки. Принцип их работы ему был прекрасно известен. Необходимо было выяснить: кто постоянно бывает в доме, сколько работает слуг и хотя бы бегло осмотреть комнаты.
Андрей, наливая в бокалы виски, протянул один из них Льву Юрьевичу и продолжая быть вежливым и терпеливым поддерживал беседу:
«Могу показать. Эта система называется «Умный дом», помощник, который берет на себя простые задачи. Могу дать контакты специалистов, они вас проконсультируют. Благодаря этой системе наемные сотрудники мне практически не нужны, все управляется голосом. Иногда что-то заказываю на вынос из ресторана или обращаюсь в клининговую службу. Пойдемте, я все покажу. Дом сейчас пуст, мы никому не помешаем».
«Это отлично. Я бы очень хотел все увидеть своими глазами», – энергично вставая с кресла, сказал Лев Юрьевич.
Андрей повел гостя по этажам, показывая пульты управления на стенах, как работает и настраивается Алиса, какие команды выполняет. Отец Аллы был искренне удивлен.
Проводя его по комнатам, Андрей не стал показывать спальню Насти, оберегая ее от чужих глаз. Лев Юрьевич сразу понял, где находится что-то важное и интересное. Закончили они осмотр дома в кабинете Андрея на третьем этаже.
«Андрей, ты меня прости старика. Я пришел вовсе не дом твой разглядывать. Хоть я и действительно нахожусь под впечатлением. Не знал, что технологии так развились. Я думаю, ты догадываешься, зачем я на самом деле пришел».
Андрей был рад, что разговор наконец-то перетек в деловое русло и может вскоре закончиться. Ему очень хотелось побыстрее поехать к Насте. Внешне он выглядел очень спокойным и радушным:
«Да, я догадываюсь, зачем вы на самом деле пришли».
Лев Юрьевич уже активно реализовывал свой план:
«Я знаю все, что произошло здесь между вами с Аллой. И я понимаю, что у тебя сейчас есть серьезный компромат на мою семью. Зная тебя с пеленок, уверен, что ты сделал анализ крови и сохранил записи с камер. Я прав?»
Андрей поставил свой бокал на стол и с полной уверенностью, что разговор подходит к концу, ответил:
«Все верно. Я именно так и сделал. Но вы можете не беспокоиться на этот счет. Я не собираюсь это использовать против вашей семьи. Это моя защита от Аллы. Кажется, она зациклилась на мне и совершенно опустилась. Очевидно, что даже вы не можете никак на нее повлиять».
При этих словах Андрея, руки Льва Юрьевича задрожали, и он выронил бокал виски, разлив его по своей шее и груди, намочив рубашку. Андрей подошел и, понимая, что ранит старика своими словами, утешительно сказал:
«Могу принести полотенце».
Лев Юрьевич встал, отряхиваясь, ответил:
«Не нужно. Я просто пойду и умоюсь. Где туалет, я помню. Подожди меня здесь, вернусь через минуту, и продолжим разговор».
Как только Лев Юрьевич вышел из кабинета Андрея, он тут же очень быстрыми шагами направился в спальню Анастасии. Предварительно он убедился, что в доме камеры находятся только на первом этаже, и его перемещения не будут видны.
Открыв дверь, увидев платья на кровати, он сразу понял, чья это комната. Значит его подозрения небеспочвенны. Муж с женой спят в разных спальнях! Он осмотрел всю комнату, разыскивая розетки или источники электричества, от которых круглосуточно должны «питаться» жучки.
Увидев свечение индикатора у комода, он опустился на колени, чтобы осмотреть что там находится, отодвинул мусорное ведро и обнаружив там розетку, подумал:
«Место отличное, здесь его и установим».
И тут его внимание привлек листок бумаги, выглядывающий из-за комода. Стало любопытно, он вытащил его и рассмотрел. На клочке бумаги стояла печать Андрея и две подписи. Четко читалось, что одна подпись принадлежала Андрею, а вторая его жене, еще с девичей фамилией. На самом верху были отчетливо видны обрывки фраз, вырванные из контекста: «фиктивный брак» и второе слово «за вознаграждение».
Лев Юрьевич встал с колен, сам не веря своей удаче. Вот же оно, настоящее доказательство всех догадок прямо у него в руках. Теперь и жучки никакие не нужны. Теперь все козыри в его рукаве. Прослушка незаконна, ее к делу не пришьешь, а это официальный документ! Оригинал с печатью и подписями. И уже даже неважно, в чем точная суть их сделки… Отец Аллы сфотографировал его на всякий случай.
Он вошел в кабинет Андрея, лицо его перестало быть дружелюбным, вежливость стерлась, а шаги были медленными и тяжелыми. Он подошел к своей жертве и протянул Андрею оборванный клочок бумаги в руки, отец Аллы говорил тихим и угрожающим голосом хищника, хорошо помня слезы своей отвергнутой дочери:
«Я пришел поговорить с тобой об этом».
56[кадр] Нет обратного пути
Бывают моменты, когда кажется, что всё в твоих руках. Будто ты единственный владелец своей жизни и судьбы: сам принимаешь решения и несёшь за них ответственность, принимая последствия выбора как единственное верное течение времени, поддерживающее равновесие во Вселенной.
Но в жизни каждого человека случаются переломные моменты, когда вдруг чувствуешь, что не всемогущ, что не всё зависит от тебя и ты можешь быть бессилен. Вроде бы есть выбор, но на самом деле его нет. Внутренне можно идти только по одному пути.
Для сильного мужчины, привыкшего всё контролировать и добиваться успеха во всех начинаниях, такого как Андрей, это был первый жизненный урок. Настоящий роковой удар судьбы, отнявший у него всё, что он успел искренне полюбить. Неизбежность забрала у него шанс на счастье в одно мгновение, лишив последней надежды.
Андрей проспал на работу – чего раньше с ним никогда не случалось – и решил сегодня остаться дома. Телефон молчал: все звонки уходили помощникам. Он решил поговорить с Настей. Нужно было обсудить вознаграждение. Андрей набрал её номер, и после нескольких гудков она ответила:
«Привет. Я немного занята, у меня приём, говори побыстрее».
Приём уже давно закончился. Но Насте было тяжело слышать его голос, и она пыталась сократить пытку.
Андрей ощущал то же самое. Сдерживая тоску, вырывающуюся наружу и обострившуюся от возможности слышать её, и стараясь говорить своим обычным тоном, он произнес:
«Привет. Я коротко. Нам надо увидеться и обсудить последние пункты контракта. Приезжай завтра вечером ко мне. Или я могу сам забрать тебя после работы».
Настя ответила коротко:
«Я приеду сама. Завтра в 19:00».
Она сразу положила трубку, боясь, что разговор затянется и он начнёт уговаривать её вернуться. В его голосе она почувствовала напряжение – и это пугало.
Андрей бродил по дому, словно привидение, повсюду натыкаясь на её «следы». Дом перестал быть его крепостью – он стал чертогом памяти. Воспоминания всплывали сами собой. Он снова проживал тот момент, когда они столкнулись на лестнице, как она случайно ударила его в пах и, злая, с румянцем на лице, обвиняла его…
Как на кухне они готовили блины, а она стояла с банкой на голове и улыбалась своей доброй улыбкой. Дом был пропитан ею.
Он открыл ноутбук и загрузил старые записи с камер первого этажа, просматривая, как они вместе обедали и ужинали, как она идёт к столу в своём розовом халате. Он остановил кадр, приблизил изображение, провёл пальцем по контуру её силуэта и сказал:
«Теперь я смогу видеть тебя только так».
Настя вышла из клиники и направилась домой. Она остро чувствовала, что ей нужна поддержка подруги. Её боль и тоска по любимому были настолько велики и тяжелы, что казалось, если она останется наедине с собой, она просто сойдет с ума. Анастасия позвала Веру в гости с просьбой помочь ей убраться в квартире, чтобы немного отвлечься. Вера сразу согласилась.
Подруга принесла огромный торт и множество вкусных пирожных к чаю. Они давно не виделись и делились событиями прошедших дней, обсуждая впечатления от поездки в Токио и успехи Веры в ведении своего блога. Но Вера понимала: Настя позвала её не для этого – в её жизни что-то случилось, раз она съехала от Андрея.
Она видела, что Настя хочет что-то рассказать, но не решается. Тогда Вера спросила сама:
«Настя, что случилось с тобой? Почему ты здесь?»
Насте очень хотелось быть сильной, сделать вид, что у неё всё хорошо, обмануть, закрыться, соврать, сказать, что она просто готовит свою квартиру к сдаче в аренду. Но она устала от лжи – не выдержала и разрыдалась. Все накопившиеся слёзы вырвались наружу: её тело содрогалось от боли, её колотило. Вера испуганно прижалась к подруге, обняла её, гладя по голове, и приговаривала:
«Ну что ты, милая, всё хорошо. Я с тобой. Кто обидел тебя?»
Измученное лицо Насти выражало только страдание. Попытки что-то сказать сквозь истерику превращались в мычание. Вера продолжала её успокаивать, тревога за подругу возрастала:
«Мы всё исправим, не плачь. Я тебя не брошу. Скажи, что случилось?»
У Насти прорезался голос:
«Он меня не любит. Он меня не лю-ю-ю…» – и снова раздались громкие рыдания, слёзы текли ручеек за ручейком, стекая в рот и капая с подбородка.
Вера, видя состояние Насти, не стала вытягивать из неё подробности, а просто продолжала утешать:
«Конечно же, он тебя любит. Он тебя выбрал. Он смотрит на тебя так, как смотрят только любящие глаза».
Настя на мгновение замерла, услышав её слова. Сглатывая слёзы, она ответила:
«Это всё ненастоящее. Всё притворство. Ему от меня нужен был только секс. Это такое развлечение у богатых, понимаешь? Он просто использовал меня-я-я...» – и новая волна рыданий накрыла её.
Вера была в шоке от услышанного. Теперь ей стало больно за Настю, и самой захотелось плакать. Она ещё крепче обняла свою дорогую подругу и дрожащим голосом спросила:
«В это просто невозможно поверить... И что ты теперь будешь делать?..»
Настя уткнулась ей в плечо и тихо, но уверенно ответила:
«Я уеду отсюда. Я уже всё решила. Я перееду в Сочи и разведусь с ним. Он согласен».
Вера прикрыла рот рукой, поражённая услышанным:
«Как же это больно, милая моя... Чем же мне помочь тебе…» – с минуту подумав, она добавила:
«Сначала Павел, а теперь и ты решила меня покинуть…»
Настя посмотрела ей в глаза.
«Кто тебе такое сказал? Ни за что тебя не покину. Ты поедешь со мной». ***
Андрей ждал вечера как точки невозврата, после которой вся его личная жизнь окончательно и бесповоротно изменится и уже не будет иметь значения, где он и с кем. Ровно в 18:00, как и обещал, в дом вошёл Лев Юрьевич, держа в руках папку с бумагами. Андрей проводил его в свой кабинет.
Отец Аллы с видом победителя сел в кресло, положив перед Андреем документы для изучения. В них были прописаны условия сделки – коротко и ясно. Классический шантаж – в исполнении человека, привыкшего добиваться своего исключительно такими методами.
57[кадр]️ Я бы хотел удержать ее, но…
Андрей ожидал приезда Анастасии с трепетом и покалыванием в груди. Он пытался собрать все свои силы, чтобы выдержать последний разговор с любимой и не сорваться, не попытаться удержать ее и не выдать своего состояния. Он надел свою самую холодную маску и ждал...
Настя приехала, как и обещала. Она вышла из такси и направилась в сторону дома, с которым уже успела попрощаться. Она ощущала внутри тревогу при одной мысли, что снова встретит Андрея и услышит его голос, придется стиснуть зубы и сделать вид, что он для нее ничего не значит.
Он стоял у крыльца, ожидая ее, вглядываясь в ее силуэт, чувствуя тепло, которое разливалось в груди при мысли, что она сейчас окажется близко.
Андрей проводил Настю в столовую. Она зашла, оглядела стол, диван и кресла и мучительно вспомнила, сколько здесь всего произошло, его алкогольную кому, эту мерзкую Аллу... стряхнув с себя воспоминания, она быстро пришла в себя, завернула свои чувства в броню, и глядя ему в глаза спокойно сказала:
"Давай закончим побыстрее, я хочу домой".
Андрей смотрел на нее очень внимательно, пытаясь понять какие чувства она испытывает, снова вернувшись в его дом. Но там было заперто. Она выглядела чужой и далекой, и радость встречи затмевалась тяжестью нарастающей тоски. Его голос оставался сдержанным:
"Я понимаю, ты устала после работы. Но нам нужно закончить начатое. Это не займет много времени. Зная, что я тебе противен и что ты постоянно от меня сбегаешь, я решил тебя больше не мучить своим присутствием." – он пристально всматривался в ее глаза, пытаясь увидеть её реакцию на сказанное, на секунду ему показалось, что ресницы ее задрожали. Но нет, просто показалось, и он продолжил.
"Мы поступим следующим образом. Я дам тебе контакты моего доверенного лица, этот человек имеет право заключать сделки от моего имени по доверенности. Он оформит покупку автомобиля и квартиры, вместо меня. Учитывая, что мы еще муж и жена, для моего агента это будет выглядеть как мой подарок тебе и не вызовет подозрений».
Ему бы очень хотелось все это делать самому, еще несколько раз побыть с ней рядом, отодвигая разлуку, но уже сейчас необходимо было держать ее на расстоянии, подальше от рук отца Аллы. Он говорил с ней, словно ректор, читающий лекцию, но в душе у него болела рана.
«А вот с лотереей для Веры, тут несколько сложнее, мне потребуется больше времени, но я уже подключил свои связи. Я пришлю тебе письмом выигрышный лотерейный билет, на твой почтовый адрес, тебе останется только подсунуть его подруге. Я думаю с этим ты справишься.
По поводу твоей интернатуры и перевода в клинику в Сочи, я тоже уже все подготовил, появишься там и с тобой перезаключит договор местный главврач, он мой хороший знакомый».
Андрей сделал паузу, ожидая каких-то вопросов от нее, но Настя смотрела в одну точку мимо него. Он продолжил:
"Теперь насчет нашего развода, как только выйдет срок в шесть месяцев, я подам заявление на развод, поскольку детей у нас нет, нас разведут без нашего участия. Ты просто получишь уведомление и дальнейшие инструкции, как переоформить документы и вернуть свою фамилию, и ты станешь полностью свободна. Тебя это все устраивает?"
Настя внимательно слушала его, вздрогнув от слов «детей у нас нет», задумалась и холодно ответила:
"Да, меня все устраивает. Спасибо, что позаботился о моем комфорте и выполнил свою часть обещания. Но можно было и не заставлять меня сюда приезжать и сообщить все по телефону".
Настя сдерживалась как могла, она должна была защищать себя и своего ребенка – это придавало ей сил. Хотя внутри ее терзали дикие желания подойти к нему, поцеловать его и сказать, как она его любит, как она тоскует без него.
От ее резких и холодных слов у Андрея внутри все ломалось, и он чувствовал, как теряет точку своего контроля, фокусируясь на ее волосах и губах. Он встал и сделал несколько шагов в ее сторону. Она тоже встала и сделала несколько шагов назад. Он сказал:
"Не бойся меня. Я просто хочу подойти поближе и отдать тебе визитку агента. Я тебя не трону"
Настя замерла и с ужасом понимала, что он сейчас окажется совсем близко. Она протянула руку и выхватила визитку из его рук на расстоянии, сохраняя максимальную дистанцию, но он все равно подошел ближе. Она обратила внимание, что у него на руке оставалось обручальное кольцо, и удивилась про себя, «почему он еще не снял его, ах да, наверняка печется о том, что подумают люди».
Андрей поправил локон её волос, запутавшийся в серьге, пропуская его между пальцев, пытаясь последний раз ощутить их гладкость. Он прощался с ней. Достав из своего кармана ее обручальное кольцо, он взял ее руку, вложил кольцо в ее ладонь и сказал:
«Если я чем-то обидел тебя, прости меня. Я не желаю тебе зла. Наоборот, я очень рад, что встретил тебя...», – он немного запнулся, ощущая, как его чувства начинают пробиваться сквозь сдержанность, его желваки заиграли, но он продолжил – «если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, когда угодно, в любое время, даже через годы, я всегда буду готов помочь тебе. И мне бы очень хотелось, мне было бы очень приятно, если бы это кольцо осталось у тебя на память. Пожалуйста, возьми его».
Анастасия взглянула на кольцо, у нее так заныло в груди, словно она заново пережила все, что с ним связано, ее глаза начали застилать слезы, она тут же спохватилась и сделала вид, что ресница попала ей в глаз. Настя взяла кольцо, надела его на безымянный палец левой руки и спокойно ответила глядя в его голубые глаза:
«Я тоже иногда была резка и груба с тобой. Мне не легко далась наша сделка. Ты до конца даже не представляешь себе насколько не легко. Поэтому и ты меня прости, если я чем-то тебя обидела и не держи зла. Я рада, что сделка завершилась и все увенчалось успехом. Ты заслужил это. Теперь я могу идти?»
